Решение № 2-1655/2023 2-169/2024 2-169/2024(2-1655/2023;)~М-1501/2023 М-1501/2023 от 16 июля 2024 г. по делу № 2-1655/2023

44RS0028-01-2023-001622-36

Дело № 2-169/2024


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 июля 2024 года

Костромской районный суд Костромской области в составе:

председательствующего судьи Вороновой О.Е.

при секретаре Любимовой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании земельным участком,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 об устранении препятствий в пользовании земельным участком, мотивируя требования тем, что она является собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: (адрес). В данном доме она проживает вместе с членами своей семьи.

Смежный земельный участок по адресу: (адрес) принадлежит на праве собственности ответчику ФИО2.

В настоящее время ответчиком по смежной границе участков возведен забор высотой более 2-х метров из горбыля, а на её постройке установлена камера видеонаблюдения, которая направлена на территорию участка истца, что не соответствует требованиям законодательства и нарушает права и интересы истца.

Материал, из которого возведен забор, не только выглядит крайне удручающе и не эстетично, но забор высотой более 2-х метров и сплошной, в результате чего на земельный участок падает тень.

С целью устранения вышеприведенных нарушений истец неоднократно в устном порядке обращалась к ответчику, а также с заявлением в полицию относительно установки камеры видеонаблюдения, но разрешить сложившуюся ситуацию во внесудебном порядке не представляется возможным.

Ссылаясь на положения ст. 10, ст. 209, ст.ст. 304-305 Гражданского кодекса Российской Федерации, просит суд: обязать ФИО2 демонтировать установленные ею забор и камеру видеонаблюдения по адресу: (адрес)

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены: УМВД России по Костромскому району, администрация Шунгенского сельского поселения Костромского района Костромской области, ФИО3

В ходе судебного разбирательства представитель истца - адвокат Смирнова М.М., действующая по ордеру, на иске настаивала и пояснила, что Правилами застройки и землепользования Шунгенского сельского поселения запрещено возводить заборы выше 2-х метров и светонепроницаемые, вследствие чего нарушена солнечная инсоляция части земельного участка истца. Кроме того, обзор по видеокамере территории принадлежащего истцу участка, нарушает её право на неприкосновенность частной личной жизни.

Ответчик ФИО2 и её представитель ФИО4, допущенная по устному заявлению без специальных полномочий, в суд не явились, извещенгы надлежаще. Ранее в судебном заседании с иском не согласились и пояснили, что установленный ответчиком забор не является глухим, сделан из горбыля, имеет зазоры, расположен не на смежной границе, а на участке ФИО2. Кроме того, со стороны принадлежащего ей земельного участка уровень земли выше, потому предельные размеры высоты не нарушены. Камера действительно установлена на участке, является обзорной, поворотной. С такими характеристиками камера поставлена в виду конфигурации принадлежащего ФИО2 земельного участка, а не с целью просмотра территории истца. Возможности установить камеру в другом месте не имеет, так как технически это невозможно, поскольку ниже стена каменная, закрыта полипропиленом. Она рассматривает вариант ограничения обзора участка соседей путем установки защитной доски.

Представитель ответчика ФИО2 - адвокат Данченко А.А., действующий по ордеру, поддержал позицию доверителя и указал, что сторона ответчика не согласна с заключением судебной экспертизы в части выводов о том, что спорное ограждение не отвечает требованиям безопасности, поскольку нормативы, на которые ссылался эксперт, носят рекомендательный характер. Во время исследований два взрослых человека облокачивались на забор, от этого он не упал, не накренился. Считает, что демонтаж забора является крайней мерой и восстановление нарушенных прав возможно, в том числе, путем осуществления забутовки стоек, их гидроизоляционной обработки. Кроме того, если истцу не нравится внешний вид забора, она не лишена возможности установки своего ограждения рядом с существующим, в том исполнении, в каком будет «радовать глаз». Полагал, что установка видеорегистратора, в обзор которого попадает участок истца, не свидетельствует о нарушении персональных данных, поскольку преследуется иная цель - обеспечение безопасности территории своего участка. При этом ответчик приняла меры к сокращению угла обзора, установив вокруг камеры короб и для полного исключения попадания под обзор камеры какой-либо части земельного участка, ФИО2 готова установить дополнительный барьер.

Стороной ответчика представлен письменный отзыв по заявленным требованиям, который приобщен к материалам дела (л.д.92-121).

Третье лицо ФИО3, будучи сособственником участка истца в режиме совместно нажитого имущества, надлежаще извещен о времени и месте судебного разбирательства, в суд не явился, о причинах неявки не уведомил.

Представитель третьего лица администрации Шунгенского сельского поселения ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие; разрешение требований оставил на усмотрение суда.

Представитель третьего лица УМВД России по Костромской области, будучи надлежаще извещенным о рассмотрении дела в суде, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не сообщил, ходатайств об отложении судебного заседания не заявил.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся участников.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, допросив эксперта, обозрев подлинный материал проверки по делу об административном правонарушении КУСП 5646 от 11.09.2023 ОМВД России по Костромскому району, суд приходит к следующему:

В силу ст. 36 Конституции Российской Федерации каждому гарантировано право иметь в частной собственности землю.

Владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами осуществляются их собственниками свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов иных лиц.

Условия и порядок пользования землей определяются на основе федерального закона.

В силу подпункта 2 пункта 1 статьи 40 ЗК РФ предусмотрено право собственника земельного участка возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, строения, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов. Такое право собственника земельного участка продублировано в пункте 1 статьи 263 ГК РФ.

Таким образом, собственник обособленного земельного участка и (или) расположенных на нем объектов недвижимости вправе принять меры к охране своего имущества и ограничить доступ иных лиц на принадлежащий ему земельный участок путем возведения ограждения территории (забора) по меже земельных участков вдоль его границ.

Судом установлено, что истец ФИО1 является собственником жилого дома с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером №, расположенных по адресу: (адрес). Право собственности зарегистрировано 16.01.2018 года в период брака с ФИО3.

Ответчик ФИО2 является собственником земельного участка с кадастровым номером № и расположенного на нем жилого дома по адресу: (адрес). Право собственности на земельный участок зарегистрировано 10.03.2009 года.

Участки сторон соседние, имеют общую границу.

Вдоль смежной границы земельных участков, принадлежащих сторонам, ответчиком возведен забор из бревен, необрезных досок и горбыля.

Истец заявляет о нарушении её прав установкой забора по ряду оснований, в том числе: неэстетичность выстроенного сооружения, нарушение градостроительных и строительных норм и правил, затенение принадлежащего ей земельного участка светонепроницаемым забором.

В соответствии со статьей 12 ГК Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и путем пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В силу требований ст. 60 Земельного кодекса РФ, действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В силу статьи 304 ГК Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 45 Постановления Пленума ВС РФ и ВАС РФ N 10/22, в силу статей 304, 305 ГК Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

В пункте 46 названного Постановления указано, что при рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта.

Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Таким образом, по смыслу ст. ст. 304, 305 ГК РФ при рассмотрении спора об устранении препятствий в пользовании имуществом собственника или законного владельца подлежит доказыванию факт нарушения его прав действиями ответчика. Применительно к ст. 56 ГПК РФ именно на собственнике имущества, заявляющим соответствующие требования, лежит обязанность доказать факт нарушения его прав.

В соответствии с частью 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации, частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В настоящем случае истец ФИО1 в подтверждение приведенных доводов и оснований иска представила фотографии с изображением забора, а также в соответствии со ст. 56 ГПК РФ инициировала вопрос производства по делу судебной экспертизы.

Согласно заключению ОО «Костромское областное общество защиты прав строителей» № 34 от 05 июня 2024 года, спорный забор имеет следующие характеристики и соответствие их требованиям:

- в части диаметра брёвен, использованных для несущих стоек забора, который составляет 140 мм (14 см) - требование СП 82.13330.2016, "Благоустройство территорий. Актуализированная редакция СНиП III-10-75" (п. 7.5);

- в части инсоляции, которая с 5.45 часов и до 13.40 часов, т.е. более, чем в течение 3-х часов, обеспечена более чем на 70% площади огорода - требование СП 30-102-99 "Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства" (п. 4.1.6).

При этом он не соответствует нормативным требованиям:

- в части предохранения от загнивания, так как отсутствует гидроизоляционная обработка погружаемых в землю фрагментов стоек, и в части наличия заострённых верхних участков стоек - требование СП 82.13330.2016 "Благоустройство территорий. Актуализированная редакция СНиП III-I0-75" (п. 7.5);

- в части отсутствия забутовки стоек - требование СП 82.13330.2016 "Благоустройство территорий. Актуализированная редакция СНиП III-I0-75" (п. 7.6);

- в части отклонения от вертикальной плоскости участка забора, расположенного с юго-восточной стороны земельного участка №, которое составляет 142 мм и 164 мм при допустимом нормативном отклонении 10 мм - требование СП 82.13330.2016 "Благоустройство территорий. Актуализированная редакция СНиП III-10-75" (п. 7.6).

Данный участок забора, имеющий такие значительные отклонения от вертикали, не отвечает требованиям безопасности.

В отношении соответствия установленным параметрам и нормативам высоты забора, которая по его длине переменная и составляет от 1,82 м до 2,01 м, эксперт проанализировал "Правила землепользования и застройки Шунгенского сельского поселения Костромского муниципального района Костромской области", утверждённым постановлением администрации Костромского муниципального района Костромской области от 22 июня 2021 года № 1477, СП 53.13330.2019 "Планировка и застройка территории ведения гражданами садоводства (СНиП 30-02-97" Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения)". В итоге пришел к выводу о том, что установка непрозрачного забора с превышением местами нормируемой высоты 1,8 м нарушает требование СП 53.13330.2019 (п. 6.2)

Установить, происходит ли процесс заболачивания на земельном участке № 40 не представилось возможным.

В судебном заседании эксперт ФИО5 выводы экспертного заключения подтвердила и пояснила, что ею действительно применялись нормативы добровольного исполнения рекомендательного характера. Однако когда вопрос касается безопасности сооружения, эти нормативы обязательны к исполнению. Исследуемое ограждение представляет опасность, поскольку при отсутствии забутовки и гидроизоляционной обработки несущих стоек существует опасность его подгнивания и падения. Это может случиться в любой момент, в том числе в ближайшее время, либо через год, сказать точно невозможно. В настоящее время частично забор уже имеет существенное отклонение от вертикали.

Согласно ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

В соответствии с ч. 2 ст. 187 ГПК РФ заключение эксперта исследуется в судебном заседании, оценивается судом наряду с другими доказательствами и не имеет для суда заранее установленной силы.

В настоящем случае суд принимает в качестве доказательства, заключение ОО Костромское областное общество прав строителей», поскольку у суда не имеется сомнений в достоверности выводов данной экспертизы. Экспертиза проведена с соблюдением установленного процессуального порядка лицом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов. Каких-либо неясностей или противоречий в мотивировочной части экспертного заключения и его выводах, не имеется. Пояснения эксперта ФИО5 в судебном заседании полностью отвечали выводам судебной экспертизы, являлись логичными, мотивированными и простыми для понимания.

Представленная ответчиком Рецензия специалиста ФИО6 на заключение судебного эксперта о несущественности выявленных недостатков забора при добровольном характере исполнения приведенных рекомендаций и строительных норм, является лишь мнением, выраженным без непосредственного исследования спорного ограждения, его существующих характеристик и состояния безопасности. А потому сделанные им выводы о работоспособном техническом состоянии забора и возможности эксплуатации при периодическом наблюдении являются безосновательными.

Вопреки мнению данного специалиста, отклонение несущих стоек забора от вертикали более, чем в 14 раз от допустимой нормы, не может быть отнесено к малозначительным недостаткам, поскольку наклон столь массивного сооружения при отсутствии обработки и забутовки стоек представляет непосредственную угрозу падения сооружения в любое время.

Действительно, в силу ст. 2 Федерального закона "О техническом регулировании" свод правил - это документ в области стандартизации, который применяется на добровольной основе в целях соблюдения требований технических регламентов.

Несоблюдение указанных в нем правил само по себе не может являться основанием для сноса возведенного сооружения - забора. Юридически значимым обстоятельством в указанном случае является нарушение в результате возведения сооружения прав и охраняемых законом интересов других лиц.

По смыслу указанных норм установка ограждения, либо иного строения на границе земельных участков может служить основанием для возложения обязанности по их демонтажу в случае, если наличие такого сооружения влечет нарушение прав другого собственника, создает угрозу жизни и здоровью окружающих.

С учетом изложенного суд соглашается с мнением эксперта о том, что рекомендуемые к исполнению нормативы являются обязательными при разрешении вопроса безопасности сооружения, поскольку угроза жизни или здоровью людей, находящихся в непосредственной близости от забора, возведенного ответчиком, требует исключение создающих её обстоятельств, в том числе путем демонтажа. Однако это не означает, что по факту исполнения судебного решения о демонтаже ограждения ответчик будет лишен возможности сооружения нового ограждения принадлежащего ей участка при соблюдении технологии, обеспечивающей безопасность забора в будущем.

Возведенный ответчиком забор является массивным и с учетом избранного материала и исполнения - тяжелым. Потому при падении данного сооружения очевидна непосредственная опасность рядом находящимся людям, включая истца, её супруга и их несовершеннолетних детей.

Во избежание негативных последствий и несчастного случая от имеющего угрозу падения забора суд считает обоснованными и подлежащими удовлетворению требования истца о демонтаже забора, возведенного ответчиком по смежной границе участков сторон.

Вместе с тем, в настоящем случае исполнение ответчиком сплошного светонепроницаемого забора в нарушение установленных размеров и его неприглядный вид не относится к безусловным основаниям к удовлетворению иска. Указанные обстоятельства должны быть подтверждены совокупностью доказательств. Само по себе наличие или отсутствие нарушений градостроительных норм не влечет безусловное удовлетворение или отказ в удовлетворении иска.

Доказательств, подтверждающих доводы истца о затенении её земельного участка, отсутствии надлежащей освещенности и проветриваемости, материалы дела не содержат. Данных о том, что в результате возведения ответчиком сплошного забора погибли насаждения, или они не растут, истцом не представлено. Потому указанный довод истца суд отвергает, как несостоятельный.

Внешне некрасивый забор также не образует оснований для обязательства демонтировать его. При этом следует отметить, что эстетический взгляд формируется под воздействием субъективного восприятия атрибутов объекта, которое может не совпадать с восприятием другого человека. Потому эстетическое неудовлетворение истца от созерцания возведенного ответчиком ограждения не является тем обстоятельством, которое может влечь право истца требовать его замены или демонтажа, поскольку не образует признаков опасности, угрозы причинения этим какого-либо ущерба или невозможности полноценного использования по целевому назначению принадлежащих истцу земельного участка и строений на нем. Для достижения цели установки забора в определенном исполнении сторонам следует достичь согласия как по виду материала, так и по архитектурному решению.

Принимая во внимание изложенное, учитывая установленные судом обстоятельства, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1 в части иска о демонтаже спорного ограждения по основанию существующей угрозы жизни и здоровью окружающих.

Разрешая требования истца о возложении обязанности на ответчика демонтировать камеру системы видеонаблюдения, суд исходит из следующего:

Граждане, в силу ст. 43 ЗК РФ, осуществляют принадлежащие им права на земельные участки по своему усмотрению, если иное не установлено настоящим Кодексом, федеральными законами.

Как указывалось выше и следует из анализа статей 1, 12, 304 ГК РФ, законный владелец вправе осуществлять свои права по своему усмотрению, однако в определенных границах, не допускающих неправомерное нарушение прав и законных интересов других лиц.

Судом установлено и не оспаривалось ответчиком, что ею установлена камера системы видеонаблюдения на фронтоне жилого дома, расположенного по адресу: (адрес). Обзор указанной камеры и место её установки позволяют осуществлять видеофиксацию в режиме реального времени с записью и сохранением видеофайлов территории земельных участков, включая участок истца ФИО1 по адресу: (адрес)

Данный факт подтверждается Заключением судебной комплексной строительно-технической и видеотехнической экспертизы № 34 от 05.06.2024, согласно выводам которой, видеокамера имеет следующие характеристики:

- диапазон вращения: по горизонтали 270 °, по вертикали 90 °;

- поддержка двойного голосового переговорного устройства;

- оснащение функцией PTZ, которая позволяет в любой момент времени удаленно повернуть объектив видеокамеры и с легкостью сфокусироваться на любом объекте, попадающем в область обзора камеры.

Приведенные параметры видеокамеры, установленной на (адрес), предусматривают обзор и фиксацию земельного участка домовладения и хозяйственных построек, находящихся по адресу: (адрес)

На момент проведения экспертизы вокруг видеокамеры смонтирован деревянный короб, ограничивающий угол обзора видеокамеры, но при его демонтаже, как сказано выше, камера обладает возможностями обзора и фиксации земельного участка (адрес).

Указанное заключение сторонами в судебном заседании не оспаривалось, его выводы в достаточной степени обоснованы, подкреплены фотоизображением места установки камеры с фиксацией обзора камеры в условиях смонтированного вокруг нее короба.

Суд принимает заключение эксперта в качестве допустимого и достоверного доказательства наличия у ответчика возможностей производить обзор участка истца, в том числе частично в условиях ограниченной видимости в связи с установкой короба.

Согласно пункту 1 ст. 23 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

В силу ст. 152.2 ГК РФ, ст. 3, ст. 6 Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ "О персональных данных", если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни.

Обработка персональных данных - любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ).

Анализ приведенных норм права позволяет сделать вывод о том, что установка камеры системы видеонаблюдения с возможностью просмотра частной территории участка другого владельца допустима лишь в том случае, если последний дал на это согласие. При отсутствии такого согласия видеокамера, установленная ответчиком, фиксирующая, в том числе, территорию участка истца и пребывание на ней истца и членов её семьи, позволяют ответчику собирать сведения об их частной жизни, неприкосновенность которой гарантирована Конституцией Российской Федерации.

Истцом ФИО1 не было дано согласие ответчику на сбор, хранение и использование любой информации о своей частной жизни, соответственно, её право на неприкосновенность частной жизни было нарушено ответчиком ФИО2

Обращение истца за защитой нарушенного права в правоохранительные органы не принесло положительного результата, что следует из материалы проверки по её обращению в ОМВД России по Костромскому району КУСП №5646 от 19.09.2023, оконченного Постановлением об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении с учетом пояснений ФИО2 об отсутствии цели наблюдения за соседями.

Таким образом, иного способа защитить свои права, кроме как путем обращения в суд, у истца не имеется.

Поскольку организация ответчиком системы видеонаблюдения в отсутствие согласия истца является нарушением её прав на неприкосновенность частной жизни, положений Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», требования ФИО1 о возложении на ФИО2 обязанности демонтировать камеру является обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Обязанность ответчика демонтировать (снять) камеру с фронтона принадлежащего ей здания не лишает её полномочий собственника земельного участка путем установки камер системы видеонаблюдения в местах, исключающих обзор территории и зданий соседнего участка, в том числе на уровне высоты забора смежных участков в количестве устройств, угол обзора которых в совокупности позволит охватить всю территорию собственного земельного участка, вне зависимости от его конфигурации.

Учитывая категоричное отрицание ответчика о возможности переустановки камеры в иное место с её выносом, либо снижением высоты крепления на здании (л.д. 132), во избежание нарушения прав собственника ФИО2 суд полагает необходимым указать конкретное место демонтажа объекта - на фронтоне жилого дома по адресу: (адрес)

Довод ответчика об отсутствии у неё намерения осуществлять наблюдение за частной жизнью истца не отменяет сам факт нарушения прав истца на неприкосновенность частной жизни. Кроме того, при разрешении судом данного требования ФИО1 не может быть поставлена в зависимость от намерений и усмотрения другой стороны, и вправе рассчитывать на исключение любой возможности наблюдения за происходящим на территории принадлежащего ей имущества.

На основании изложенного требования истца подлежат удовлетворению в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Обязать ФИО2, ДДММГГГГ года рождения, демонтировать:

- деревянное ограждение (забор) между земельным участком с кадастровым номером № по адресу: (адрес), и земельным участком с кадастровым номером № по адресу: (адрес),

- камеру системы видеонаблюдения, установленную на фронтоне жилого дома, расположенного по адресу: (адрес)

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Костромской районный суд Костромской области.

Председательствующий судья Воронова О.Е.

решение в окончательной форме

изготовлено 19.07.2024 - судья