Решение № 2-270/2020 2-270/2020(2-3484/2019;)~М-3236/2019 2-3484/2019 М-3236/2019 от 19 мая 2020 г. по делу № 2-270/2020

Дело № 2-270\20


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 мая 2020 года г.Симферополь

Симферопольский районный суд Республики Крым в составе:

Председательствующего, судьи : Родькиной Л.А.

при секретаре : Кузьмищеве Р.И.

с участием истца: ФИО1

представителей истца: ФИО2, ФИО5

ответчика: ФИО8

представителя ответчиков: ФИО9

третьего лица: ФИО10

представителя третьего лица: ФИО12

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО13, ФИО14, ФИО8, третье лицо: ФИО10, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, нотариус ФИО15 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки, по заявлению третьего лица, заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, - ФИО10 к ФИО14, ФИО8, ФИО13, третье лицо: ФИО1 о применении последствий недействительности ничтожной сделки и исключении сведений из ЕГРН,

УСТАНОВИЛ:

28.10.2019 года истец обратилась в суд с иском, согласно которому просит признать договор дарения от 16.11.2006 года, реестровый номер 1-0948, заключенный между ФИО13 и ФИО14, ФИО8 – недействительным и применить последствия недействительности сделки. Требования мотивированы тем, что на момент совершения сделки собственниками земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, являлись ФИО10 и ФИО16, а не Перовский сельский совет Симферопольского района, как это указано в договоре дарения. Указанный земельный участок был приватизирован ФИО10 и ФИО16, в то время как продавец 47/100 долей дома, - ФИО13 не предприняла никаких мер, направленных на получение в собственность или в пользование земельного участка. Кроме того, ФИО13 на момент совершения сделки, являясь гражданином Российской Федерации, согласно законодательству, действовавшему на территории Республики Крым до 18.03.2014 года, не обладала правом на приватизацию земельного участка, однако исходя из смысла законодательства Украины ФИО13 могла получить участок на условиях аренды, либо в собственность на основании гражданско – правовых сделок, либо в порядке выкупа. Каких - либо действий по реализации права на выкуп либо приобретение доли земельного участка по иным гражданско – правовым соглашениям, предусмотренным действовавшим законодательством, ФИО13 предприняты не были, как и не было реализовано право на получение в пользование земельного участка на основании аренды. К ответчикам не перешло автоматически право собственности на земельный участок при заключении договора дарения №1-4809 от 16.11.2006 г. в виду того, что ФИО13 не обладала правом собственности на земельный участок и распорядится имущество, ей не принадлежавшим, не имела права. Истец считает, что указанная сделка нарушает требования закона, посягает на права истца, как собственника земельного участка, а так же интересы ФИО10, совершена с намерением причинить вред другом лицу.

03.03.2020 года третьим лицом, - ФИО10 подано заявление о признании его третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования на предмет спора, и согласно которому последний просит применить последствия недействительности ничтожной сделки – договора дарения от 16.11.2006 года, заключенного между ФИО13 и ФИО14, ФИО8; обязать ФИО14 и ФИО8 вернуть ФИО13 в собственность 47/100 долей <адрес>, расположенного по адресу: <адрес>, и исключить из Единого государственного реестра недвижимости запись о регистрации права собственности ФИО14 и ФИО8 на 47/100 долей <адрес>, расположенного по адресу: <адрес> мотивированы тем, что в п.5 договора дарения указано, что при передаче части дома стороны между собой составили в письменной форме акт приема – передачи части дома. При рассмотрении дела №2-514/2019 истцы указанный акт приема – передачи не предоставляли для обозрения, но заявили о своих правах на часть домовладения, которую изначально создавали правопредшественники ответчика и сам ответчик, и которой в настоящее время пользуется ответчик. Соответственно третье лицо полагает, что в акте приема – передачи указаны помещения, которые не принадлежат ответчикам, и которые неправомерно стороны договора дарения включили в этот акт. ФИО10 считает, что ответчики не имеют права на часть домовладения, которую создавали его наследодатели и сам ФИО10 Пользуясь своим правом на улучшение жилищных условий, ФИО16 в 1997 году получила в установленном порядке разрешение на пристройку, реализовала это разрешение, возвела за свой счет пристройку, в дальнейшем пристройка лит. «а4», тамбур лит. «а5» были отражены в материалах инвентаризационного дела с присвоением номеров помещений: 2-2, 2-3, 2-4, 2-9. Общая площадь пристройки составила 26,2 кв.м. Поскольку ФИО10 имеет единоличное право собственности на пристройку, то при определении права собственности на домовладение по адресу: <адрес>, площадь этой пристройки подлежит исключению из расчета при определении площади домовладения, положенной каждому из сособственников в соответствии с их идеальными долями. ФИО10 полагает, что при исключении площади пристройки, осуществленной его матерью, из общей площади домовладения, оставшаяся общая площадь, поделенная в соответствии с идеальными долями сособственников, соответствует общей площади помещений, которыми фактически пользуются сособственники. Так же по мнению ФИО10, ФИО13, как собственник части домовладения, не имеет права дарить части домовладения, которые она не строила, не несла расходы по строительству, и на которые она не имела права собственности. Дополнительным основанием признания недействительной сделки являются обстоятельства того, что договор дарения является притворной сделкой, поэтому ответчики нарушили право ФИО10, поскольку ими в действительности была осуществлена сделка купли – продажи доли в домовладении, т.е. ФИО13 продала, а ФИО14 и ФИО8 купили долю в домовладении по адресу: <...>. При этих условиях ФИО13 обязана была предложить купить ее долю ФИО10 и ФИО16, как сособственникам домовладения на момент совершения сделки.

Определением Симферопольского районного суда Республики Крым от 03 марта 2020 года ФИО10 в гражданском деле по иску ФИО1 к ФИО13, ФИО14, ФИО8, третье лицо: ФИО10 о признании договора дарения недействительным признан третьим лицом с самостоятельными требованиями ( т.2 л.д.19-20).

В судебном заседании 20.05.2020 года истец исковые требования поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в иске, просила удовлетворить. Так же истец пояснила, что о нарушении своего права ей стало известно в декабре 2018 года после предъявления иска к ФИО1 о праве на часть земельного участка. Против удовлетворения требований третьего лица, заявляющего самостоятельные требования на предмет спора – ФИО10, не возражала и пояснила, что в случае возврата недвижимого имущества ФИО13, последняя сможет оформить право на земельный участок и вновь передать имущество по договору ответчикам ФИО14, ФИО8, с соблюдением права преимущественной покупки третьего лица.

Представитель истца ФИО5, действующая на основании доверенности, пояснила, что договор дарения нарушает требования ст.ст. 377 ГК Украины, ст.ст. 125-127 ЗК Украины, поскольку должны быть предоставлены документы, подтверждающие право на земельный участок. По заявлению о применении срока исковой давности пояснила, что истец ФИО1 в указанных гражданских делах не являлась стороной по делу, о нарушении своего права узнала в 2019 году.

Третье лицо, заявляющее самостоятельные требования на предмет спора – ФИО10, свои требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в заявлении, просил удовлетворить в полном объеме, и пояснил, что о нарушении своего права последнему стало известно в 2018 году, когда ознакомился с документами к договору дарения. О том, что ответчики ФИО14, ФИО8 стали собственниками 47\100 доли жилого дома ему стало известно в 2008 году. Против удовлетворении иска ФИО1 не возражал.

Представитель третьего лица – ФИО12, действующий на основании ордера, пояснил, что в случае возврата недвижимого имущества ФИО13, последняя сможет повторно распорядиться спорным имуществом с соблюдением требований о праве преимущественной покупки третьего лица.

Ответчик ФИО8 исковые требования как ФИО1, так и заявление третьего лица – ФИО10 не признал в полном объеме по доводам, изложенным в письменных возражениях, просил отказать в удовлетворении требований истца и заявлении третьего лица в полном объеме.

Представитель ответчиков ФИО14, ФИО8 - ФИО9, действующая на основании ордера, просила в удовлетворении иска и заявления третьего лица ФИО10 отказать, и пояснила, что истец ФИО1 в рассматриваемых ранее гражданских делах являлась третьим лицом, в связи с чем в 2009 году не только знала, но и могла знать о нарушении своего права, и о собственности ответчиков на указанное в договоре имущество. Кроме того, ФИО1 не являлась стороной договора дарения, нарушение своего права не доказала, в связи с чем не наделена правом к его обжалованию.

Ответчики ФИО13, ФИО14, третьи лица: Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, нотариус ФИО6 в судебное заседание не явились, извещены в установленном законом порядке о времени и месте судебного разбирательства (т.2 л.д.74,76-77, 105-107), причины неявки суду не сообщили, ходатайства об отложении судебного разбирательства от последних в суд не поступали. С учетом изложенного суд, в соответствии со ст.167 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц.

Суд, заслушав пояснения сторон, третьего лица, заявляющегося самостоятельные требования на предмет спора, и их представителей, исследовав материалы дела, считает требования истца, третьего лица, заявляющегося самостоятельные требования на предмет спора, не подлежащими удовлетворению.

Судом установлено, что право собственности на земельный участок площадью 709+/- 9 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, зарегистрировано за ФИО1, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 21.11.2019 год; земельному участку присвоен кадастровый № (ранее присвоенный кадастровый №). Право собственности на земельный участок площадью 473 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, зарегистрировано за ФИО10, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 22.11.2019 года; земельному участку присвоен кадастровый № (ранее присвоенный кадастровый №). Право собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, зарегистрировано на праве общей долевой собственности: в размере 47/200 долей за ФИО14, в размере 47/200 долей за ФИО8, в размере 53/100 долей за ФИО10, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 22.11.2019 года. Сведения о регистрации право собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, в ЕГРН отсутствуют, что подтверждается Уведомлением от 22.11.2019 г. (т.1 л.д. 98-108).

Согласно ответу Филиала ГУП РК «Крым БТИ» в Симферопольском районе №8737 от 15.08.16 г., право собственности на объект недвижимого имущества, расположенный по адресу: <адрес>, по состоянию на 01.01.2013 года зарегистрировано: по 47/200 долей за ФИО14 и ФИО8 на основании договора дарения доли дома от 16.11.2006 года №1-4809; на 17/100 доли за ФИО10 на основании определения Симферопольского районного суда АРК от 28.01.1998 г.; на 36/100 доли за ФИО16 на основании решения нарсуда от 31.01.1997 г. Общая площадь дома составляет 211,7 кв.м. (т.1 л.д.75, 238)

Судом так же установлено, что 16 ноября 2006 года между ФИО17 и ФИО14, ФИО8 заключен договор дарения доли дома ( зарегистрирован в реестре за № 1-4809), согласно которому ФИО13 подарила, а ФИО14, ФИО8 приняли в дар в равных долях каждый на момент подписания этого договора 47/100 частей жилого <адрес> соответствующей долей хозяйственных и бытовых сооружений, которые расположены по адресу: <адрес>, и расположенный на приусадебном земельном участке приусадебных земель <адрес>. В соответствии со сведениями, изложенными в извлечении №12473175 из реестра прав собственности на недвижимое имущество, выданного Симферопольским районным БТИ 10.11.2006 года, на вышеуказанном земельном участке расположен один жилой дом общей полезной площадью 211,7 кв.м., жилой площадью 96,5 кв.м. Указанная часть дома принадлежит дарителю на основании определения Симферопольского районного суда, дело №2-2532/06 от 15.09.2006 года, зарегистрированного 10.11.2006 года БТИ Симферопольского района в электронном реестре прав собственности на недвижимое имущество за регистрационным №15161269, согласно извлечения №12473025 о регистрации права собственности на недвижимое имущество. При передачи доли дома стороны между собой заключили в письменной форме акт приема – передачи части дома. Даритель передала одаряемым ключи от доли дома, а одаряемые приняли их. Этому акту стороны предали значение символичной передачи части дома (т.1 л.д.113).

Из представленных нотариусом документов следует, что при заключении указанного договора были представлены, в том числе, определение Симферопольского районного суда Автономной Республики Крым от 15.09.2006 года и справка № 07-1852 от 15.11.2006 года, выданная Перовским сельским советом Симферопольского района на имя ФИО13

Судом так же установлено, что определением Симферопольского районного суда Автономной Республики Крым от 15.09.2006 года по гражданскому делу по иску ФИО16, ФИО18 к ФИО17, ФИО20 о признании договора недействительным и признании права собственности утверждено мировое соглашение, согласно которому за ФИО17 признано право собственности на 47/100 долей жилого <адрес>; за ФИО16 признано право собственности на 36/100 долей, за ФИО18, - право собственности на 17/100 долей жилого <адрес> (л.д.116).

Согласно извлечения о регистрации права собственности на недвижимое имущество №12473025 от 10.11.2006 г., право собственности на 47/100 доли жилого дома общей площадью 211,7 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> зарегистрировано за ФИО13 на основании определения суда от 15.09.2006 г. (т.1 л.д.118-119).

Из представленной справки № 07-1852 от 15.11.2006 года, выданной Перовским сельским советом Симферопольского района на имя ФИО13, следует, что земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, площадью 0,03 га, находится в пользовании ФИО13 Решение о приватизации вынесено не было, государственный акт о праве на земельный участок не выдавался (т.1 л.д.119).

Судом так же установлено, что 30 декабря 2006 года между ФИО16, ФИО18 и ФИО1 заключен договор купли – продажи земельного участка, согласно которому ФИО16 и ФИО18 передали в пределах, установленных на местности в соответствии с кадастровым планом, который является неотъемлемой частью этого договора, долю от земельного участка, а ФИО1 приняла в собственность обособленную, то есть в пределах, установленных на местности, долю земельного участка, предназначенного для строительства и обслуживания жилого дома, хозяйственных построек и сооружений, площадью 0,1182 га, который расположен по адресу: <адрес>, кадастровый номер – №. Отчуждаемая обособленная часть земельного участка, границы которой установлены на местности в соответствии с кадастровым планом, который является неотъемлемой частью этого договора, имеет площадь 0,0709 га. Земельный участок, доля которого отчуждается, принадлежит продавцам на праве общей совместной собственности на основании Государственного акта о праве собственности на земельный участок серии КМ №, зарегистрированного в Книге записей регистрации государственных актов на право собственности на землю (т.1 л.д.128-129).

Из представленной копии Государственного акта о праве собственности на земельный участок серии КМ №033043 (т.1 л.д.134 ) следует, что ФИО16 и ФИО18 являлись сособственниками земельного участка площадью 0,1182 га, который расположен по адресу: <адрес> кадастровый номер – №. Из плана границ указанного земельного участка следует, что от А до Б – земли общего пользования Перовского сельского совета, <адрес>; от Б до В – земельный участок гр. ФИО13, <адрес>; от В до Г – земли общего пользования Перовского сельского совета; от Г до А – земельный участок гр. ФИО19, <адрес> (т.1 л.д.134 оборот).

Аналогичная информация о границах указанного земельного участка отражена в Акте установления и согласования границ отчуждаемого земельного участка (т.1 л.д.153), содержащегося в Технической документации на указанный земельный участок по землеустройству по отчуждению части земельного участка (т.1 л.д.151-165).

Судом так же установлено, что 23.07. 2007 года на основании договора купли – продажи земельного участка от 30.12.2006 года ( в реестре №4440), на имя ФИО1 выдан Государственный акт серии ЯД №601368 на право собственности на земельный участок площадью 0,0709 га, расположенный по адресу: <адрес> кадастровый №, целевое назначение земельного участка: для строительства и обслуживания жилого дома, хозяйственных построек и сооружений (т.1 л.д.53-54).

Из плана границ указанного земельного участка следует, что от А до Б – земли ФИО16, ФИО10, <адрес> №; от Б до В – земельный участок гр. ФИО13, <адрес>; от В до Г – земли общего пользования <адрес> ; от Г до А – земельный участок гр. ФИО19, <адрес> (т.1 л.д.54 оборот).

23.07.2007 г. на основании договора купли – продажи земельного участка от 30.12.2006 года, реестр №4440, на имя ФИО21 выдан Государственный акт серии ЯД №601369 на право собственности на земельный участок площадью 0,0473 га, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый №, целевое назначение земельного участка: для строительства и обслуживания жилого дома, хозяйственных построек и сооружений. Сособственником земельного участка указан ФИО10 (т.1 л.д.94-95).

Из плана границ указанного земельного участка следует, что от А до Б – земли ФИО1, <адрес> № «а»; от Б до В – земельный участок гр. ФИО19, <адрес> ; от В до Г – земли общего пользования <адрес> ; от Г до А – земельный участок гр. ФИО11, <адрес> (т.1 л.д.95 оборот).

Судом так же установлено, что 08.08.2016 г. нотариусом Симферопольского районного нотариального округа Республики Крым ФИО22 на имя ФИО10 выдано Свидетельства о праве на наследство по закону после смерти ФИО7, на 1\2 доли земельного участка, площадью 473 кв.м. с кадастровым номером №, предыдущий кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес> (т.1 л.д. 96).

Судом так же установлено, что решением №8 Исполнительного комитета Перовского сельского совета Симферопольского района Автономной Республики Крым от 17.01.2007 года земельному участку ФИО1 присвоен почтовый адрес: <адрес> ( т.1 л.д. 48).

Постановлением Администрации Перовского сельского поселения Симферопольского района Республики Крым №З/802-16 от 06 декабря 2016 г. «О присвоении адреса в с. Перово» жилому дому (ранее значившемуся по адресу <адрес>), 17/100 доли которого принадлежит ФИО10, присвоен почтовый адрес: <адрес> (т.1 л.д.66).

В соответствии с ч.2 ст.218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом ( ч.1 ст.572 ГК РФ ).

Аналогичные нормы содержал ГК Украины (ст.ст. 328, 717), действовавший на день заключения договора дарения от 16.11.2016 года.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом ( ст.167 ГК РФ).

В соответствии со ст.168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу ч.2 ст.166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Поскольку на момент совершения сделки, совершенной между ФИО11 и ФИО3, ФИО4, истец стороной по договору либо лицом, права и интересы которого были нарушены оспариваемым договором, не являлась, суд полагает, что истец не наделена правом на обжалование спорного договора дарения.

С учетом изложенного, в удовлетворении требований в части признания договора дарения недействительным и применении последствий его недействительности истцу необходимо отказать.

Доводы истца о том, что указанный договор дарения нарушает ее права, как собственника земельного участка, суд считает несостоятельными и такими, что опровергаются материалами дела.

Как уже указывал суд, из представленной справки № 07-1852 от 15.11.2006 года, выданной Перовским сельским советом Симферопольского района на имя ФИО13, следует, что земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, площадью 0,03 га, находится в пользовании ФИО13 Решение о приватизации вынесено не было, государственный акт о праве на земельный участок не выдавался (т.1 л.д.119).

В ходе судебного разбирательства судом было так же установлено, что 30 декабря 2006 года между ФИО16, ФИО18 и ФИО1 заключен договор купли – продажи земельного участка, согласно которому ФИО1 приняла в собственность обособленную, то есть в пределах, установленных на местности, долю земельного участка. Отчуждаемая обособленная часть земельного участка имеет площадь 0,0709 га. (т.1 л.д.128-129).

Из представленной копии Государственного акта о праве собственности на земельный участок серии КМ №033043 (т.1 л.д.134 ) следует, что ФИО16 и ФИО18 являлись сособственниками земельного участка площадью 0,1182 га. Из плана границ указанного земельного участка следует, что, в том числе, от Б до В – земельный участок гр. ФИО13, <адрес> (т.1 л.д.134 оборот).

Аналогичная информация о границах указанного земельного участка отражена в Акте установления и согласования границ отчуждаемого земельного участка (т.1 л.д.153), содержащегося в Технической документации на указанный земельный участок по землеустройству по отчуждению части земельного участка (т.1 л.д.151-165).

На основании договора купли – продажи земельного участка от 30 декабря 2006 года, заключенному между ФИО16, ФИО18 и ФИО1, на имя ФИО1 выдан Государственный акт серии ЯД №601368 на право собственности на земельный участок площадью 0,0709 га. Из плана границ указанного земельного участка следует, в том числе, от Б до В – земельный участок гр. ФИО13, <адрес> (т.1 л.д.54 оборот); на имя ФИО21 выдан Государственный акт серии ЯД №601369 на право собственности на земельный участок площадью 0,0473 га. Из плана границ указанного земельного участка следует, что, в том числе, от Г до А – земельный участок гр. ФИО13, <адрес> (т.1 л.д.95 оборот).

Таким образом, как на момент заключения договор купли-продажи доли земельного участка 30 декабря 2006 года, так и после его заключения, получении Государственного акта серии ЯД №601368 на право собственности на земельный участок площадью 0,0709 га истцу ФИО1 было известно о наличии в фактическом пользовании ответчика ФИО13 земельного участка по <адрес>. Указанный земельный участок не являлся предметом договора дарения, и не принадлежал ни ФИО16 ни ФИО18 ни на момент заключения договора купли- продажи доли земельного участка 30 декабря 2006 года, ни на момент заключения договора дарения 16.11.2006 года.

Более того, из представленных документов следует, что на момент заключения договора купли – продажи земельного участка 30 декабря 2006 года, ФИО16 и ФИО18 являлись собственниками земельного участка площадью 0,1182 га, который расположен по адресу: <адрес> а не по <адрес>, как заявлено истцом.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о несостоятельности доводов истца о принадлежности земельного участка по <адрес>, в <адрес> исключительно ФИО10 и ФИО16

Более того, суд соглашается с доводами представителя ответчиков о том, что в связи с заключением договора купли-продажи доли земельного участка 30 декабря 2006 года, то есть после заключения договора дарения от 16.11.2006 года, права истца ФИО1 не могут быть нарушены указанным договором дарения, поскольку на момент его заключения - 16.11.2006 года, истец не являлась ни собственником, ни пользователем какого-либо имущества, в том числе жилого дома и земельного участка ( его части), расположенных по <адрес>, в <адрес>.

Сам факт предъявления иска в ФИО1 о признании права собственности на земельный участок, о чем заявлено истцом в судебном заседании, не свидетельствует о недействительности договора дарения в понимании вышеперечисленных норм закона.

Доводы представителя ответчика относительно пропуска истцом срока исковой давности суд считает несостоятельными.

В соответствии с п.2 ст.181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В судебном заседании истец пояснила, что о нарушении своего права ей стало известно в декабре 2018 года, после предъявления к ней исковых требований ответчиками. Именно с указанного момента истец полагает свое право нарушенным. Иного материалы дела не содержат.

С иском в суд истец обратилась 28.10.2019 года, то есть в пределах годичного срока исковой давности.

Доводы представителей ответчика о том, что истец знала и могла знать о нарушении своего права в ходе рассмотрения иных гражданских дел суд считает несостоятельными, поскольку из представленных копий журналов судебного заседания, копий исковых заявлений следует, что какие – либо требования к ФИО23 предъявлены не были.

С учетом изложенного, заявление ответчиков о применении пропуска срока исковой давности в отношении истца удовлетворению не подлежит.

Отказывая в удовлетворении заявления третьего лица, заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, - ФИО10 суд исходит из следующего.

Согласно представленного третьим лицом технического заключения № 162, и Акта о готовности оконченного строительства объекта к эксплуатации 18.06.1997 года, государственная техническая комиссия пришла к выводу о том, что реконструкция <адрес> трехквартирного жилого дома, хозпостройки в <адрес>, ФИО7 готова к вводу в эксплуатацию (т.2 л.д.12-16).

Как уже указывал суд, договор дарения доли дома заключен 16 ноября 2006 года. Согласно указанному договору ФИО13 подарила, а ФИО14, ФИО8 приняли в дар в равных долях каждый на момент подписания этого договора 47/100 частей жилого <адрес> соответствующей долей хозяйственных и бытовых сооружений, которые расположены по адресу: <адрес>, и расположенный на приусадебном земельном участке приусадебных земель Перовского сельского совета Симферопольского района. В соответствии со сведениями, изложенными в извлечении №12473175 из реестра прав собственности на недвижимое имущество, выданного Симферопольским районным БТИ 10.11.2006 года, на вышеуказанном земельном участке расположен один жилой дом общей полезной площадью 211,7 кв.м., жилой площадью 96,5 кв.м. Указанная часть дома принадлежит дарителю на основании определения Симферопольского районного суда, дело №2-2532/06 от 15.09.2006 года (т.1 л.д.113).

Определением Симферопольского районного суда Автономной Республики Крым от 15.09.2006 года утверждено мировое соглашение, согласно которому за ФИО17 признано право собственности на 47/100 долей жилого <адрес>; за ФИО16 признано право собственности на 36/100 долей, за ФИО18, - право собственности на 17/100 долей жилого <адрес> (л.д.116).

Таким образом, при заключении договора дарения было произведено отчуждение доли в праве общей долевой собственности, без признания права собственности на конкретные помещения как в жилом доме, так и на хозяйственные постройки.

В судебном заседании третье лицо подтвердило, что на день вынесения определения 15 сентября 2006 года об утверждении мирового соглашения порядок пользования жилым домом определен не был, однако сложился фактически сложившийся порядок пользования, который был и по состоянию на 16 ноября 2006 года (дату заключения спорного договора). Спора по фактически сложившемуся между сособственниками порядку пользования жилым домом и хозяйственными постройками между сособственниками не было.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о необоснованности доводов третьего лица. Третье лицо, заявляя требования о признании недействительным договора дарения по основанию принадлежности части подаренного имущества матери третьего лица, и соответственно, третьему лицу, как наследнику, фактически заявляет требования о праве собственности, которые не подлежат защите избранным третьим лицом способом.

Доводы третьего лица о притворности сделки так же не нашли своего объективного подтверждения в судебном заседании.

По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену) (п.1 ст.454 ГК РФ ).

По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом ( п.1 ст. 572 ГК РФ ).

В силу п.2 ст.179 ГК РФ притворна сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях ( п.87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Таким образом по данному делу юридически значимым обстоятельством являлось выяснение вопроса о том, была ли воля всех участников сделки ( ФИО13, ФИО14 и ФИО8) направлена на достижение одних правовых последствий.

Каких-либо допустимых и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что воля всех сторон заключенной сделки была направлена на достижение правовых последствий - заключение договора купли-продажи, а не договора дарения, в нарушение требований ст.ст. 55,56 ГПК РФ, ни третьим лицо ни его представителем не представлено и материалы дела не содержат.

В судебном заседании установлено, что оспариваемый договор дарения заключен в соответствии с требованиями закона к его форме и содержанию.

Договор дарения 16 ноября 2006 года, заключенный между ФИО17 и ФИО14, ФИО8, удостоверен государственным нотариусом Симферопольской районной государственной нотариальной конторы АР Крым в Украины ФИО15 ( зарегистрирован в реестре за № 1-4809). Содержание ст. 233 ГК Украины, определяющей последствия заключения договора вследствие стечения тяжелых обстоятельств, а так же ст.ст. 717-722, 727-728 ГК Украины, регулирующих порядок и последствия заключения и расторжения договора дарения, нотариусом сторонам договора разъяснены.

В соответствии с п.1 ст.163 ГК РФ нотариальное удостоверение сделки означает проверку законности сделки, в том числе наличия у каждой из сторон права на ее совершение, и осуществляется нотариусом или должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, в порядке, установленном законом о нотариате и нотариальной деятельности.

Доказательств получения денежных средств ФИО13, либо передачи последней имущества, или иного вида оплаты от ФИО14 и ФИО8 в счет приобретенной доли дома, материалы дела не содержат и третьим лицом не представлено.

С учетом изложенного требования третьего лица о признании договора дарения недействительным по основаниям его притворности, и как следствие – нарушения права преимущественной покупки, удовлетворению не подлежат.

Кроме того, как и истец ФИО1, третье лицо ФИО24 на момент совершения сделки, совершенной между ФИО13 и ФИО14, ФИО8, стороной по договору либо лицом, права и интересы которого были нарушены оспариваемым договором, не являлся, в связи с чем третье лицо не наделен правом на обжалование указанного договора.

Кроме того, суд соглашается с доводами ответчика о том, что третьим лицом пропущен срок исковой давности исходя из следующего.

В соответствии с п.2 ст.181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В судебном заседании третье лицо ФИО10 подтвердил, что о том, что ответчики ФИО14, ФИО8 стали собственниками 47\100 доли жилого дома ему стало известно в 2008 году. Суд полагает, что поскольку третьим лицом заявлены требования о нарушении права преимущественной покупки, то о нарушении своего права третье лицо узнало именно с момента отчуждения спорного имущества, не зависимо от наличия сведений о способе его отчуждения.

С учетом изложенного суд приходит к выводу об удовлетворении заявления ответчика о применении срока исковой давности, что является самостоятельным основанием к отказу в удовлетворении заявления третьего лица.

Поскольку требования об исключении из Единого государственного реестра недвижимости записи о регистрации права собственности ФИО14 и ФИО8 на 47/100 долей <адрес>, расположенного по адресу: <адрес>, являются производными от требований о признании договора дарения недействительным, в удовлетворении которых отказано, требования об исключении сведений из ЕГРН удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ судебные расходы взысканию с ответчиков в пользу истца, третьего лица, заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, - ФИО10 взысканию не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 3, 9, 55-56, 59-61, 67, 88, 98, 167, 194-195 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 отказать в полном объеме.

В удовлетворении заявления третьего лица, заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, - ФИО10 отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке через Симферопольский районный суд Республики Крым в течение одного месяца в порядке, предусмотренном ст.ст. 320-321 ГПК Российской Федерации.

Судья:

Мотивированное решение суда составлено 25 мая 2020 года.

Судья: