Апелляционное определение № 33-258/2026 33-9188/2025 от 14 января 2026 г.

УИД 29RS0008-01-2024-005786-53

Судья Алексеева Е.В.

№ 2-162/2025

15 января 2026 года

Докладчик Радюк Е.В.

№ 33-258/2026

г. Архангельск


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе председательствующего судьи Моисеенко Н.С.,

судей Костылевой Е.С., Радюка Е.В.,

при секретаре судебного заседания Мильвович А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сведений не соответствующими действительности, имеющими порочащий характер, понуждении опровергнуть сведения, взыскании компенсации морального вреда с апелляционной жалобой ФИО1 на решение Котласского городского суда Архангельской области от 12 марта 2025 года.

Заслушав доклад судьи Радюка Е.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о понуждении опровергнуть сведения, взыскании компенсации морального вреда.

Требования были обоснованы тем, что истец является адвокатом. 01 августа 2024 года между истцом и ФИО2 в лице ФИО3 было заключено соглашение об оказании юридической помощи, предметом которого явились составление искового заявления о понуждении ФИО18 снести баню, пристроенную к жилому дому, и дополнений в части конкретизации предмета требования. Услуги представительства в судебных заседаниях не обсуждались. 09 сентября 2024 года между сторонами подписан акт приема-сдачи услуг. Решением суда исковое заявление ФИО2 удовлетворено частично. От третьих лиц истцу стало известно о словах ФИО3, заявившей о том, что ФИО1 взял с нее деньги и ничего не сделал, удерживал документы, необходимые для суда, сам в суд не являлся. Указанные действия ФИО1 также побудили ФИО3 обратиться с жалобой к президенту Адвокатской палаты Архангельской области. Поданная ответчиками жалоба создает негативный образ перед потенциальными доверителями, коллегами и Адвокатской палатой Архангельской области, может повлечь неблагоприятные последствия в виде привлечения к дисциплинарной ответственности.

С учетом уточнения исковых требований истец просил: признать несоответствующими действительности, имеющими порочащий характер сведения в отношении адвоката ФИО1, изложенные ответчиками ФИО2 и ФИО3 в направленных в Адвокатскую палату Архангельской области жалобе ФИО2 от 20 октября 2024 года и дополнении к ней от 28 ноября 2024 года, объяснении ФИО3 от 20 января 2025 года: об удержании подлинников документов, принадлежащих ФИО2, а именно свидетельства на собственность на 3/5 доли дома по адресу: <адрес>, плана межевания на земельный участок № по адресу <адрес>, плана межевания на земельный участок № по адресу <адрес>, договора аренды на земельный участок №, дополнительного соглашения к договору аренды от ДД.ММ.ГГГГ № земельного участка №, фотографий дома; о неявке без уважительных причин в заседания Котласского городского суда Архангельской области 25 сентября и 15 октября 2024 года по делу №; о фактическом неоказании услуг по соглашению от 01 августа 2024 года, за исключением подготовки искового заявления; о непорядочном поведении; о необходимости возврата денег; признать несоответствующими действительности, имеющими порочащий характер сведения, сообщенные ответчиком ФИО3 в помещении <адрес> 16 октября 2024 года около 12 часов 00 минут и в помещении Котласской межрайонной прокуратуры в вечернее время в период с 14 по 18 октября 2024 года о том, что «адвокат ФИО1 взял деньги, ничего не сделал, в суд не пришел и я его проиграла»; признать несоответствующими действительности, имеющими порочащий характер сведения, сообщенные ответчиком ФИО2 в домофон <адрес> 16-17 октября 2024 года в период с 18 часов 00 минут до 19 часов 00 минут женщине о том, что «адвокат ФИО1 взял деньги, ничего не сделал, в суд не пришел и я его проиграла»; обязать ответчиков в течение 10 дней с момента вступления решения суда в законную силу направить в Адвокатскую палату Архангельской области письменное опровержение сведений в отношении адвоката ФИО1, изложенных ФИО2 и ФИО3 в направленных в Адвокатскую палату Архангельской области жалобе ФИО2 от 20 октября 2024 года и дополнении к ней от 28 ноября 2024 года, объяснении ФИО3 от 20 января 2025 года: об удержании подлинников документов, принадлежащих ФИО2, а именно свидетельства на собственность на 3/5 доли дома по адресу: <адрес>, плана межевания на земельный участок № по адресу <адрес>, плана межевания на земельный участок № по адресу <адрес>, договора аренды на земельный участок №, дополнительного соглашения к договору аренды от ДД.ММ.ГГГГ № земельного участка №, фотографий дома; о неявке без уважительных причин в заседания Котласского городского суда Архангельской области 25 сентября и 15 октября 2024 года по делу №; о фактическом неоказании услуг по соглашению от 01 августа 2024 года, за исключением подготовки искового заявления; о непорядочном поведении; о необходимости возврата денег; обязать ответчиков в течение десяти дней с момента вступления решения суда в законную силу направить собственнику офиса <адрес> и в Котласскую межрайонную прокуратуру (<адрес>) письменное опровержение сведений, сообщенных ответчиком ФИО3 в отношении адвоката ФИО1, соответственно, в помещении <адрес> 16 октября 2024 года около 12 часов 00 минут и в помещении Котласской межрайонной прокуратуры в вечернее время в период с 14 по 18 октября 2024 года о том, что «адвокат ФИО1 взял деньги, ничего не сделал, в суд не пришел и я его проиграла»; взыскать в пользу истца с каждого ответчика компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

Истец ФИО1 и его представитель адвокат Старцев Д.Б. в судебном заседании суда первой инстанции требования поддержали. Дополнительно истец пояснил, что ранее уже оказывал ФИО2 в лице ее дочери ФИО3 услуги по соглашениям об оказании юридической помощи. 01 августа 2024 года к нему в офис пришла ФИО3, действующая на основании нотариальной доверенности, с просьбой составить исковое заявление от имени ФИО2 к ФИО18 о понуждении снести баню. Стороны оговорили стоимость работ в размере 20000 рублей, которые были переданы адвокату в тот же день. Для составления процессуального документа ФИО3 передала истцу копии заранее приготовленных документов. Истец исполнил взятые на себя обязательства – составил исковое заявление и дополнения к иску. Соглашение об оказании юридической помощи было подписано сторонами 9-10 сентября 2024 года, акт приема-сдачи – 21 ноября 2024 года. От других лиц ФИО1 стало известно о том, что ФИО3 приходила в Котласскую межрайонную прокуратуру, в офис, в котором осуществляет свою деятельность истец, где распространяла в отношении него сведения, несоответствующие действительности, носящие порочащий истца характер, а именно: «адвокат ФИО1 взял деньги, ничего не сделал, в суд не пришел и я его проиграла». Такие же сведения были сообщены в домофон квартиры, в которой проживает мама истца.

Ответчик ФИО2, ее представитель адвокат Армоник Т.Ю., ответчик ФИО3 в судебное заседание суда первой инстанции не явились. Ранее в судебных заседаниях требования не признали, указав, что ФИО2 попросила ФИО3 согласовать с адвокатом ФИО1 объем услуг в виде составления искового заявления и представления интересов ФИО2 в суде, что и было сделано ФИО3 Последней адвокату уплачена сумма в размере 20000 рублей именно за данный объем услуг и переданы подлинники документов и фотографии, касающиеся спора с ФИО18 Адвокат составил иск и передал его в суд, сообщил ФИО3 о первой дате судебного заседания – 25 сентября 2024 года и уверил ее, что явится в суд. Однако ни 25 сентября, ни 15 октября 2024 года в суд не явился. В связи с чем ФИО2 обратилась с соответствующей жалобой в Адвокатскую палату Архангельской области. 22 ноября 2024 года между ФИО2 в лице ФИО3 и ФИО1 подписаны соглашение об оказании юридической помощи, акт приема-сдачи услуг. Однако ФИО2 не уполномочила свою дочь на подписание данных документов, так как в них указаны недостоверные сведения об объеме юридических услуг. ФИО3 суду также заявила, что ответчики сведений, несоответствующих действительности, носящих порочащий характер, не распространяли и не говорили фраз «адвокат ФИО1 взял деньги и ничего не сделал, в суд не являлся и я его проиграла» ни в офисе, ни в помещении прокуратуры, ни в домофон квартиры.

Суд первой инстанции принял решение, которым постановлено:

«в удовлетворении иска ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации №) к ФИО2 (паспорт гражданина Российской Федерации серия №), ФИО3 (паспорт гражданина Российской Федерации №) о признании сведений не соответствующими действительности, имеющими порочащий характер, об обязании опровергнуть сведения, взыскании компенсации морального вреда отказать.».

С указанным решением не согласились истец и лицо, не привлеченное к участию в деле, ФИО4

Определением судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда от 15 января 2026 года апелляционная жалоба лица, не привлеченного к участию в деле, ФИО4 была оставлена без рассмотрения по существу.

В своей апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы истец указывает на несогласие с выводом суда о том, что оспариваемые сведения являются оценочным суждением, мнением ответчиков, поскольку они были выражены вопреки содержанию соглашения от 01 августа 2024 года и акта приема-сдачи услуг к нему от 09 сентября 2024 года и направлены на формирование негативного отношения к профессиональному образу истца. Оспариваемые высказывания содержат, по мнению подателя жалобы, утверждения о нарушении истцом действующего законодательства, неправильном, неэтичном поведении в профессиональной деятельности, злоупотреблениях, которые умаляют честь, достоинство и деловую репутацию истца. Отмечает, что факты произнесения ответчиком ФИО3 слов о том, что истец «взял деньги, ничего не сделал, в суд не пришел и я его проиграла», подтверждаются показаниями свидетелей, а также в несколько измененном виде содержатся в жалобе ФИО2, поданной в адвокатскую палату Архангельской области от 20 октября 2024 года, которую готовила для нее ФИО3 Податель жалобы полагает, что поскольку он является адвокатом, то суждения ответчиков однозначно приобретают порочащий характер. Настаивает на том, что между ним и ФИО3 была достигнута договоренность только лишь о составлении искового заявления с двумя требованиями, со стоимостью данной услуги ответчик согласилась. Оснований полагать, что эта сумма является авансом и включает в себя участие истца в суде, у ответчика ФИО3 не имелось, поскольку соответствующая договоренность отсутствовала, что, как полагает истец, подтверждается показаниями свидетеля ФИО110, условиями соглашения от 01 августа 2024 года, аудиозаписью разговора от 21 ноября 2024 года, а также актом приема-сдачи услуг от 09 сентября 2024 года, подписанным без замечаний. Отмечает, что ссылка ФИО3 на ранее заключенные соглашения от 20 сентября 2022 года и 26 сентября 2022 года, принятая судом, несостоятельна, поскольку условиями данных соглашений охватывались иные договоренности сторон и принятые денежные средства были поименованы авансом. Податель жалобы также обращает внимание, что соглашение от 01 августа 2024 года недействительным признано не было.

Представителем истца Старцевым Д.Б. в материалы дела был представлен документ, поименованный как апелляционная жалоба.

В этой части судебная коллегия учитывает следующее.

В соответствии с положениями ч.ч. 2,3 ст.320 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) право апелляционного обжалования решения суда принадлежит сторонам и другим лицам, участвующим в деле. Апелляционную жалобу вправе подать также лица, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом.

В силу ст.34 ГПК РФ лицами, участвующими в деле, являются стороны, третьи лица, прокурор, лица, обращающиеся в суд за защитой прав, свобод и законных интересов других лиц или вступающие в процесс в целях дачи заключения по основаниям, предусмотренным статьями 4, 46 и 47 настоящего Кодекса, заявители и другие заинтересованные лица по делам особого производства.

При этом законодатель не относит к числу лиц, участвующих в деле, представителей сторон и прочих участников судебного процесса.

В то же время, положения ст. 54 ГПК РФ прямо предусматривают, что представитель совершает все процессуальные действия от имени представляемого, а не от своего имени.

Таким образом, представитель не является самостоятельным лицом, участвующим в деле, а процессуальные действия совершает от имени и в интересах доверителя, для которого и наступают соответствующие последствия.

Следовательно, представленный в материалы дела представителем ФИО1 Старцевым Д.Б. документ, поименованный как апелляционная жалоба, по своей сути самостоятельной апелляционной жалобой не является, а является дополнением к ранее поданной истцом апелляционной жалобе и рассматривается судебной коллегий именно в этом качестве.

В дополнениях к апелляционной жалобе представитель истца указывает на то, что фраза, на которую указывал истец, не может быть признана оценочным суждением. Полагает, что для отказа в удовлетворении иска необходимы объективные основания, а не только возражения ответчиков. Ссылается на то, что ответчиками были сделаны именно утверждения вопреки соглашению от 01 августа 2024 года и акта сдачи-приемки услуг к нему 09 сентября 2024 года. Считает, что суд не учел показания свидетеля ФИО19, а также протоколы адвокатских опросов ФИО119 и ФИО112 По мнению представителя истца, показания названных лиц подтверждают порочащий характер сведений, распространенных ответчиками. Также подчеркивает, что соглашение от 01 августа 2024 года и акт приема-сдачи услуг ответчиками не оспорены.

В своих возражениях на апелляционную жалобу истца ответчики ФИО3 и ФИО2 указывают на несостоятельность доводов жалобы, просят в ее удовлетворении отказать, решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях на неё, изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу п.1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, между адвокатом ФИО1 и ФИО2 в лице ФИО3, действующей на основании нотариальной доверенности, было подписано соглашение от 01 августа 2024 года об оказании юридической помощи, предметом которого явилось поручение ФИО2 об оказании ей юридической помощи в связи с самовольной реконструкцией ФИО18 жилого дома и захламлением земельного участка по адресу: <адрес>. Адвокат обязался подготовить иск о сносе самовольно реконструированной части жилого дома (пристроенной бани) и понуждении освободить земельный участок от строительного мусора и хлама, при необходимости – дополнения к иску в части уточнения (конкретизации) предмета требования (пункт 1 соглашения).

В силу пункта 3.1 соглашения размер вознаграждения адвоката составил 20000 рублей 00 копеек.

Факт передачи денежных средств адвокату ФИО1 подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 01 августа 2024 года.

20 октября 2024 года ФИО2 подала жалобу в Адвокатскую палату Архангельской области о том, что в августе 2024 года между ней в лице дочери ФИО3 и адвокатом ФИО1 заключено соглашение об оказании юридической помощи по составлению искового заявления и представлению интересов в суде. Стоимость данных услуг составила 20000 рублей. Адвокату были переданы подлинники документов, фотографии. ФИО1 сообщил ей о дате первого судебного заседания – 25 сентября 2024 года, однако в суд не явился ни 25 сентября 2024 года, ни в последующем 15 октября 2024 года. Полученные подлинники документов не вернул. Просила помощи в возврате документов и денег.

Согласно пояснениям сторон, данным в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции, 21 ноября 2024 года между ФИО2, действовавшей через ФИО3, и адвокатом ФИО1 подписан акт приема-сдачи услуг, который был датирован 09 сентября 2024 года, согласно которому последний оказал услуги по осуществлению сбора доказательств и подготовил исковое заявление к ФИО18 о сносе построенной бани и освобождении земельного участка от строительного мусора стоимостью 16000 рублей 00 копеек, подготовил дополнение к иску от 05 сентября 2024 года стоимостью 4000 рублей 00 копеек.

28 ноября 2024 года ФИО2 представлены дополнения к жалобе о том, что 23 октября 2024 года адвокат обещал вернуть деньги, а 22 ноября 2024 года ФИО1 привез соглашение об оказании юридических услуг, акт приема-сдачи услуг и квитанцию на 20000 рублей 00 копеек. ФИО3 возмутилась, так как адвокат написал только исковое заявление и дополнение к нему, подготовил документы, подлинники которых находились у него. Сама ФИО3 принесла в офис адвокату 01 августа 2024 года все необходимые доказательства, отнесла в суд исковое заявление и отправила его копию ответчику. Но ФИО3 не смогла спорить с адвокатом, так как опасалась за свое здоровье, подписала представленные им документы. Посчитала действия ФИО1 непорядочными, а правильным и справедливым возврат ей денежных средств.

20 января 2025 года ФИО3 представила в Адвокатскую палату Архангельской области объяснения, в которых описала подробные обстоятельства произошедшего инцидента.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции судом были заслушаны свидетели и исследованы протоколы опросов.

Из показаний свидетеля ФИО19 следует, что он работает в Котласской межрайонной прокуратуре, в середине октября 2024 года ФИО3 пришла в кабинет ФИО19 около 18 часов 40 минут – 18 часов 50 минут, сказала о том, что ищет адвоката ФИО1, так как «он взял деньги, ничего не сделал, в суд не пришел, я суд проиграла». На просьбу ФИО3 свидетель отказался давать номер телефона супруги адвоката, предложил обратиться в прокуратуру в рабочее время.

Свидетель ФИО110 суду пояснила, что ФИО3 в начале августа 2024 года пришла в офис, расположенный по адресу: <адрес>, к адвокату ФИО1, обратилась с просьбой подготовить исковое заявление о сносе бани, передав копии необходимых документов, стороны договорились о стоимости услуг по составлению иска в размере 20000 рублей 00 копеек, которые сразу передала адвокату. Спустя две недели ФИО3 приходила в офис за иском, а в начале сентября 2024 года – для подписания соглашения. Со слов иных лиц (коллег) ФИО110 известно, что когда она была на больничном с 14 по 21 октября 2024 года в офис снова приходила ФИО3 и сказала: «ФИО1 не явился в суд, она что-то там проиграла».

Свидетель ФИО111 сообщил, что ФИО3 16 октября 2024 года приходила в офис, в котором кроме него также присутствовали ФИО119 и ФИО110 и искала адвоката ФИО1 со словами: «ФИО1 заключил соглашение, должен был помочь с судом, сам в суд не явился, я суд проиграла». После того, как не смогла ничего узнать, она ушла из офиса. 22 октября 2024 года свидетель по просьбе адвоката ФИО1 хотел передать документы (кадастровый паспорт на дом, выписку на земельный участок, соглашение) по адресу: <адрес>. Так как в домофон никто не ответил и двери в квартиру никто не открыл, ФИО111 положил файл с документами в почтовый ящик.

Из протоколов опросов ФИО112 и ФИО119, проведенных 24 января и 31 января 2025 года адвокатом Старцевым Д.Б., следует, что по пояснениям ФИО112 16 или 17 октября 2024 года примерно в период с 18 часов до 19 часов в ее квартиру поступил вызов с домофона, звонившая представилась ФИО2 и спросила, как найти адвоката ФИО1 Когда ФИО112 не смогла ответить на вопрос, ФИО2 сказала: «мы договаривались, он взял деньги, ничего не сделал, на суд не пришел и мы его проиграли».

Из пояснений ФИО119 следует, что ФИО3 знает с 2022 года, когда она впервые обратилась к адвокату за юридической помощью. В августе 2024 года ФИО3 пришла к ФИО1 с просьбой составить очередной иск. 16 октября 2024 года она пришла в очередной раз в офис, искала адвоката, на вопрос: «Что случилось?», ответила: «Он взял деньги, ничего не сделал, в суд не пришел и я его проиграла». Затем ушла.

Согласно представленным ФИО3 скриншотам переписки с истцом, она сообщила адвокату о времени проведения судебных заседаний, об ожиданиях в суде и просит вернуть документы, необходимые для суда. Адвокат ФИО1 обещал вернуть деньги, а 23 октября 2024 года сообщил о том, что документы переданы матери ФИО3 и направил скриншоты переписки с дочерью ФИО113, в которых содержались фотографии документов, возвращенных истцом ответчику.

Свидетель ФИО113, опрошенная судом первой инстанции по ходатайству ФИО3, пояснила, что в 20-х числах октября 2024 года ее мама ФИО3 сообщила ей по телефону о том, что адвокат ФИО1 пропал, нет необходимых для суда документов, так как они находились у адвоката. 23 октября 2024 года домой ФИО2 незнакомая женщина принесла папку, в которой содержались как подлинники, так и копии документов ее матери. ФИО113 их сфотографировала и отправила ФИО3, которая в это время находилась в санатории.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 150 - 152 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), ст. 2 Федерального закона от 02 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», ч.ч. 1 и 7 ст. 33 Федерального закона от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», разъяснениями, данными в п.п. 7, 9, 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 3 от 24 февраля 2005 года «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», приняв во внимание фактические обстоятельства дела, оценив представленные в дело доказательства, пришел к выводу о том, что факт распространения ответчиками сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию истца ФИО1, по смыслу положений ст. 152 ГК РФ, не нашел своего подтверждения в судебном заседании. При этом суд исходил из того, что из представленных суду переписки между ФИО3 и адвокатом ФИО1 в мессенджере <данные изъяты>, жалобы, дополнениях к ней и объяснениях, поданных в Адвокатскую палату Архангельской области, а также пояснений ФИО2 и ФИО3 следует, что ответчики имели убеждения и ожидали, что адвокат будет представлять интересы ФИО2 в судебных заседаниях в Котласском городском суде Архангельской области при рассмотрении дела, касающегося сноса бани, в том числе исходя из объема ранее предоставленных им адвокатом услуг. Между тем, слова и выражения ответчиков, на которые указывает истец, по своему характеру являются оценочными суждениями, мнением, убеждением, и не носят оскорбительный характер.

Кроме того, суд полагал, что, обращаясь с жалобами в Адвокатскую палату Архангельской области, представляя объяснения, ФИО2 и ФИО3 реализовали свое конституционное право на обращение в организацию (общественное объединение, осуществляющее публично значимые функции), которая в пределах своей компетенции обязана рассматривать это обращение и принять по нему решение. При таких обстоятельствах действия ответчиков обусловлены именно попыткой реализации своего конституционного права на обращение в организацию за защитой своих прав, а не намерением причинить вред ФИО1 в связи с чем, нельзя признать действия ответчиков распространением порочащих сведений в отношении истца по смыслу ст. 152 ГК РФ.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции согласна, находит их отвечающими требованиям закона. Выводы суда обоснованы и достаточно подробно мотивированы. Судебная коллегия не усматривает ни оснований для иной оценки представленных сторонами суду доказательств, ни необходимости в дополнительной аргументации выводов суда первой инстанции.

Доводы истца о том, что произнесенные ответчиками фразы, на которые он указывает, не являются оценочными суждениями, а также направлены на формирование негативного профессионального образа истца, судебная коллегия отклоняет.

Так, в соответствии с п.п. 1 и 2 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно п.1 ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Как следует из п.9 ст. 152 ГК РФ, гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

Как разъяснено в п.п. 7, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 ГК РФ значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок (например, не могут быть опровергнуты в порядке ст. 152 ГК РФ сведения, изложенные в приказе об увольнении, поскольку такой приказ может быть оспорен только в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом Российской Федерации).

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В силу п. 1 ст. 152 ГК РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Между тем, дав оценку представленным в материалы дела письменным доказательствам, показаниям свидетелей, а также проанализировав слова и выражения, которые были использованы ответчиками в общении с иными лицами, и на которые указывает истец, обосновывая свои требования, суд пришел к обоснованному выводу, что эти слова и выражения по своему характеру являются оценочными суждениями и не носят порочащего характера. Доказательств иного, как и доказательств того, что высказанные ответчиками суждения сделаны в оскорбительной форме, в материалы дела не представлено.

В свою очередь, как разъяснено в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3, в случае, когда гражданин обращается в названные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.

Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом.

Обращаясь в Адвокатскую палату Архангельской области с жалобами, представляя объяснения, ФИО2 и ФИО3 реализовали свое конституционное право на обращение в организацию (общественное объединение, осуществляющее публично значимые функции), которая в пределах своей компетенции обязана рассматривать это обращение и принять по нему решение.

В отсутствие доказательств иного, суд правильно указал на то, что целью обращения ФИО2 и ФИО3 в Адвокатскую палату Архангельской области являлась проверка законности действий адвоката при исполнении им своих полномочий, просьба в оказании помощи в возврате документов и денежных средств, а не намерение причинить вред ФИО1

Вопреки доводам подателя жалобы, само по себе наличие у него статуса адвоката не может являться достаточным основанием для иной оценки собранных по делу доказательств и установленных обстоятельств.

При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу о том, что названные действия ответчиков не являются распространением порочащих сведений в отношении истца по смыслу положений ст. 152 ГК РФ.

Ссылки подателя жалобы на то, что судом не были учтены показания опрошенных судом свидетелей, а также протоколы опроса иных лиц, а также на то, что показаниями свидетелей, опрошенных судом, и опрошенных адвокатом Старцевым Д.Б. лиц, подтверждается порочащий характер высказываний ответчиков, судебная коллегия находит необоснованными.

Так, судом были исследованы и приняты во внимание как показания опрошенных в ходе рассмотрения дела свидетелей, так и протоколы опросов, осуществленных адвокатом Старцевым Д.Б.

В то же время, согласно ч.1 ст. 69 ГПК РФ свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела.

Согласно же положениям ст. 195 ГПК РФ, с учетом разъяснений, данных в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 23 от 19 декабря 2003 года «О судебном решении», решение суда не может быть основано на предположениях, а должно быть основано на представленных сторонами доказательствах

Таким образом, свидетельские показания являются средством доказыванию фактических обстоятельств дела. Вместе с тем, умозаключения и суждения свидетеля о тех или иных обстоятельствах, являющиеся по своему характеру предположениями, не могут быть приняты во внимание судом.

С учетом этого, в данном случае показания свидетелей и опрошенных адвокатом лиц подтверждают лишь сам факт совершения ответчиками высказываний, на которые указал истец, однако ни данные пояснения сами по себе, ни являющиеся их частью суждения опрошенных лиц, не доказывают порочащий характер или оскорбительную форму высказываний ответчиков. Иных же доказательств этого в материалы дела не представлено.

Ссылки подателя жалобы на положения соглашения от 01 августа 2024 года, акта приема-сдачи услуг к нему от 09 сентября 2024 года, объеме принятых им перед ФИО2 обязательств и достаточности совершенных им действий во исполнение достигнутых с последней договоренностей, не могут быть приняты во внимание, поскольку с учетом предмета и оснований иска, названные обстоятельства правового значения для разрешения спора не имеют, на обоснованность и законность выводов суда не влияют.

Таким образом, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по изложенным в ней доводам.

В целом приведенные в апелляционной жалобе доводы не опровергают выводы суда, а выражают лишь несогласие с ними, что не может рассматриваться в качестве достаточных оснований для отмены состоявшегося судебного решения. Приведенные доводы жалобы сводятся к повторению правовой позиции, которую занимал истец при рассмотрении дела судом первой инстанции. Эти доводы не указывают на обстоятельства, не исследованные судом первой инстанции, а направлены на иную оценку выводов суда о фактических обстоятельствах дела и имеющихся в деле доказательствах, оснований для переоценки которых судебной коллегией не установлено.

Обстоятельства, имеющие значение для дела, судом первой инстанции установлены правильно, исследованным доказательствам оценка дана в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы судебная коллегия не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Котласского городского суда Архангельской области от 12 марта 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29 января 2026 года.

Председательствующий

Н.С. Моисеенко

Судьи

Е.С. Костылева

Е.В. Радюк