Решение № 2-2836/2025 2-73/2026 2-73/2026(2-2836/2025;)~М-1484/2025 М-1484/2025 от 25 февраля 2026 г. по делу № 2-2836/2025

Дело № 2-73/2026 УИД 48RS0002-01-2025-002232-98


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 февраля 2026 г. г. Липецк

Октябрьский районный суд г. Липецка в составе:

председательствующего судьи Палагиной Е.С.,

при секретаре Турлак И.А.,

с участием представителя истца по доверенности ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика - адвоката Ретюнских А.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности в порядке наследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности в порядке наследования. В обоснование требований указал, что 20.03.2007 ФИО4 и ФИО5 приобретена <адрес> с использованием заемных средств по договору займа №51/07 от 20.03.2007. 29.01.2001 брак между ФИО4 и ФИО5 расторгнут на основании решения суда. В период брака у ФИО4 и ФИО6 родилось двое детей ФИО3 (истец) и ФИО7 После расторжения брака ФИО4 и ФИО5 стали проживать раздельно. ФИО4 проживал по адресу: <...>. ФИО4 на протяжении более 20 лет злоупотреблял спиртными напитками, в 2023 и 2024 годах у него случились инсульты головного мозга. Истец поддерживал с ФИО4 теплые отношения, приезжал в гости, когда находился в г. Липецке, поддерживал общение по телефону. Однако в июле 2024, при очередном визите к ФИО4 последний не узнал истца, он находился в тяжелом болезненном состоянии ввиду болезни-онкологии. (дата) ФИО4 умер. 04.12.2024 истцу стало известно о том, что <адрес> ФИО4 подарена ответчице. Истец своевременно обращался к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО4 Истец полагает, что ФИО4 на момент заключения договора дарения квартиры по своему психическому состоянию здоровья не мог понимать значение своих действий и руководить ими, т.к. перенес несколько инсультов, из-за которых имел проблемы с памятью, незадолго до сделки перестал узнавать своего сына – истца, на момент заключения сделки имел терминальную стадию онкологии. Истец с учетом уточнения просит суд признать договор дарения недвижимого имущества-<адрес>, заключенный между ФИО4 и ФИО2, недействительным; применить последствия недействительности сделки путем исключения из ЕГРН записи о регистрации права собственности на <адрес> за ФИО2, приобретенного последней на основании договора дарения, заключенного с ФИО4; признать право собственности на <адрес> за ФИО3 в порядке наследования.

Протокольным определением Октябрьского районного суда г. Липецка от 25.08.2025 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена нотариус нотариального округа г. Липецка ФИО8

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО1 поддержал заявленные исковые требования, ссылаясь на доводы искового заявления. Дополнительно пояснил, что истец ФИО3 приезжал к отцу ФИО4 07.09.2024, его ФИО4 не узнал, находился в лежачем положении, не вставал с кровати. ФИО3 хотел забрать отца к себе на лечение, но ФИО2 не разрешила этого сделать, возникла конфликтная ситуация и ФИО3 уехал. Дополнительно объяснил, что заключение комиссии экспертов ГУЗ «ЛОПБ» является поверхностным, т.к. в заключении экспертов лишь процитированы показаний свидетелей и перечислена медицинская документация относительно обращений ФИО4 за медицинской помощью. В выводах эксперты ссылаются на противоречивость информационных материалов – показаний допрошенных свидетелей, однако показания свидетелей ФИО18, Черныш, опровергаются информацией, изложенной в достоверных источниках – в медицинской документации. Свидетель ФИО9 говорила о том, что в момент подписания договора дарения, она задала три вопроса ФИО4, на которые получила три утвердительных ответа, после чего им был прочитан договора дарения и подписан им. Однако, за два дня до подписания договора дарения врач-невролог констатировала наличие у ФИО4 дизартрии, т.е. выраженное нарушение речи, характеризующееся затруднением произношения, искажением слов или отдельных звуков, выраженный вестибулярно-атактический синдром, тремор рук, головокружение. ФИО18 в нарушение инструкций не производила видеосъемку сделки, не указав причину данного нарушения. Свидетель Черныш пояснила, что у ФИО4 не было проблем с памятью, что после инсультов его физическое состояние не изменилось, координация и речь нарушены не были. Вместе с тем, показания указанных свидетелей опровергаются достоверными источниками информации, которыми являются медицинская документация, содержащая информацию о наличии у ФИО4 тяжелого онкологического заболевания терминальной стадии, тяжелых физиологических расстройств в виде нарушения речи, двигательных функций, координации движения, болевого синдрома, купируемого только с помощью наркотикосодержащих препаратов, которые были визуальны очевидны. Из пояснений самой ФИО2 следует, что 02.09.2024, т.е. за 1 день до сделки состояние ФИО4 ухудшилось, он не мог самостоятельно передвигаться в квартире, которая не предприняла никаких действий по оказанию ФИО4 какой-либо медицинской помощи, отказалась от помощи сына ФИО3 Заключение эксперта ФИО11 соответствует требованиям действующего законодательства, основания для признания его недействительным отсутствуют.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, причина неявки суду не известна. Ранее в судебном заседании суду объяснил, что его отец ФИО4 ранее состоял в браке с его матерью ФИО6 В период брака ими приобретена квартира <адрес> Впоследствии его мать с ФИО4 развелись, т.к. он злоупотреблял спиртными напитками. В 2021 г. у отца было два инсульта, после которых он стал плохо разговаривать, отнялась правая рука, повелась часть лица, у него случались провалы в памяти. ФИО4 три раза лежал в наркологии. ФИО3 навещал отца, последний раз в 2024. Летом 2024 г. отец сказал истцу, что у него подозрение на рак, жаловался на боли в спине. Сначала отец ФИО3 по телефону не узнал. Потом рассказал, что ездил летом 2024 г. в Крым, где у него заболела спина. 07.09.2024 истец приехал к отцу в г. Липецк, отец его не узнал. Первый раз истец увидел ФИО2 Попытался с ней поговорить, предложил поместить отца в лечебное учреждение, но она не согласилась. О том, что отец подписал дарственную на квартиру ответчику ФИО2 узнал позднее. ФИО14 считал, что после перенесенных инсультов ФИО4 не мог понимать значение своих действий, руководить ими, следовательно, договор дарения от его имени является недействительным. По решению Октябрьского районного суда г. Липецка ФИО2 выписала ФИО3 из спорной квартиры.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск не признала. Суду объяснила, что поддерживала отношения с ФИО4 с 2008 г. Совместно стали проживать в 2019 г. по адресу: <адрес>, вели общее хозяйство, брак не регистрировали. Ответчик погасила платежи за ипотеку за указанную квартиру от имени ФИО4 в полном объеме досрочно. Действительно, у ФИО4 были проблемы с алкоголем, он дважды проходил лечение в наркодиспансере. В 2021 г. у ФИО4 дважды был диагностирован инсульт, после которого у него была заторможена речь. Спустя время он восстановился и вышел на работу. В 2024 г. у ФИО4 стала болеть спина. После поездки в Крым боли усилились, обратились к врачу, сделали МРТ. ФИО4 было рекомендовано обратиться к врачу-онкологу. Врач-онколог подтвердил у ФИО4 4 стадию рака и указал на наличие метастаз в скелете. Спорная квартира была подарена ФИО2 ФИО4 добровольно, в здравом уме и памяти. Он не находился под воздействием каких-либо медицинских препаратов, которые влияли на его психику, понимал характер и последствия сделки. Договор дарения был оформлен в присутствии работника МФЦ на дому, поскольку ФИО4 уже не мог самостоятельно передвигаться, ходил на ходунках. Сделка на видеозапись не фиксировалась. Дети ФИО4 с ним не общались, сменили фамилию отца на фамилию матери. Сын ФИО4 приехал в сентябре 2024 г., поговорил с отцом и уехал, не говорил о том, что хочет забрать его к себе на лечение. После смерти ФИО4 никакой помощи его родственники по организации похорон не оказывали.

Представитель ответчика ФИО2 адвокат по ордеру Ретюнских А.П. в судебном заседании иск не признал, объяснил, что со слов ФИО2 ему известно, что его сын ФИО3 не поддерживал теплых отношений со своим отцом. Напротив, его доверитель ухаживала за ФИО4, проживала с ним около 10 лет. Когда он заболел, она ходили с ним по медицинским учреждениям. В момент заключения договора дарения от 03.09.2024 ФИО4 находился в здравом уме, подарил квартиру добровольно в присутствии работника МФЦ, выезжавшей на квартиру ФИО4, поскольку он по состоянию здоровья не мог самостоятельно передвигаться. Полагал, что отсутствуют основания для признания сделки недействительной по основаниям ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации. Дополнительно объяснил, что эксперты ГУЗ ЛОПБ однозначно пришли к выводу о невозможности определить, мог или не мог ФИО4 в момент совершения сделки понимать значение свих действий и руководить ими, не нашли признаков внушаемости подчиняемости. В пункте 6 договора дарения от 03.09.2024 заключенного между ФИО4 и ФИО2 указано, что стороны подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, а также отсутствуют обстоятельства вынуждающие совершить настоящий договор вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях. Подпись дарителя имеется, она не имеет каких-либо неестественных отклонений. Договор не содержит каких-либо возражений, отметок, знаков, которые могли бы свидетельствовать о пороке воли дарителя при совершении сделки и попытке это указать. Какой - либо специальной нормы, свидетельствующей об обязании сотрудников МФЦ при проведении выездной сделки осуществлять видеозапись не имеется, нет такого требования и на официальном сайте МФЦ Липецкой области. Заключение эксперта ФИО11 является порочным и не может быть использовано при вынесении решения, т.к. ее выводы не соответствуют действительности, противоречат хронологии развития болезни ФИО4 и приему им лекарств; были опровергнуты заключением государственных экспертов; сделаны без надлежащего образования. Так, эксперт ФИО11 указала в своем заключении на принятие ФИО4 лекарств перед сделкой, однако он начал их принимать после заключения договора. ФИО11 рассуждая о действиях медицинских препаратов на волю человека, не имеет фармацевтического образования, что выходит за пределы ее компетенции и не может быть принят во внимание. ФИО11 приводит положения ст. 177 К РФ, т.е. вторгается в юридические вопросы, которые ей не задавались и которые являются компетенцией суда. Распоряжением Правительства РФ от 16.112.2022 №3214-р утвержден перечень видов судебных экспертиз, проводимых исключительно государственными судебно-экспертными организациями. Среди них указаны судебно-психологическая экспертиза и судебно-психиатрическая экспертиза. При принятии решения представитель ответчика просил суд взвесить и оценить показания сторон и свидетелей, в том числе на предмет заинтересованности каждого конкретного лица в исходе дела, а также на его отношения с ФИО4, характер их общений, вовлеченность в его жизнь, осведомленность о его заболевании. ФИО2 Н,А. с 2008 г. состояла в отношениях с ФИО4 Только в 2024 г. у него начались боли в спине. Летом они ездили в Крым, боли тогда усилились. В сентябре 2024 г. он был записан на МРТ, был поставлен диагноз. Сделка состоялась 03.09.2024, когда ФИО4 четко понимал значение своих действий и руководил ими, сам был ее инициатором. Сын ФИО3 поменял фамилию отца, дочь ФИО7 не видела отца 16 лет. Сын был в курсе сделки, никаких возражений не высказывал. Свидетель ФИО15 (родная сестра) постоянно общалась с ФИО4 и показала, что он до последнего всех узнавал и разговаривал. Дети отказались от него, спиртным он не злоупотреблял. Врач ФИО16 показала что не помнит визита к ФИО4, он был осуществлен уже после сделки 21.10.2024. Врач-онколог ФИО17 показала, что принимала ФИО4 22.08.2024, назначила обследование по месту жительства. 11.09.2024 был поставлен диагноз метастазы в костях. Свидетель пояснила, что если бы у ФИО4 на момент осмотра были когнитивные нарушения, она бы это отметила в карте больного. К показаниям истцом просил суд отнестись критически, поскольку они опровергаются материалами дела, заключением ГУЗ ЛОПБ, медицинскими документами, показаниями свидетелей.

Третье лицо нотариус ФИО8 в судебное заседание не явились, извещена надлежащим образом, в письменном заявлении просила дело рассмотреть в ее отсутствие.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте судебного заседания.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, допросив свидетелей, приходит к следующему выводу.

В соответствии с п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия.

На основании ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

В силу п. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли сторон.

В соответствии с п. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Согласно п. 1 ст. 163 ГК РФ нотариальное удостоверение сделки означает проверку законности сделки, в том числе наличия у каждой из сторон права на ее совершение, и осуществляется нотариусом или должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, в порядке, установленном законом о нотариате и нотариальной деятельности.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пп. 5 п. 2 ст. 178 ГК РФ).

По смыслу указанной статьи, заблуждение может проявляться в том числе в отношении обстоятельств, влияющих на решение того или иного лица совершить сделку.

В подобных случаях воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информацией о таких обстоятельствах.

В силу п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Как следует из материалов дела, ФИО4 умер (дата) (запись акта о смерти № от (дата)).

Истец ФИО3 является сыном ФИО4 (запись акта о рождении № от (дата)).

Нотариусом нотариального округа г. Липецка ФИО8 заведено наследственное дело № к имуществу умершего ФИО4, с заявлениями о вступлении в наследство обратилась ФИО6 от имени сына ФИО3 ФИО7 в письменном заявлении оказалась от наследства в пользу сына ФИО4 – ФИО3

Установлено, что в настоящее время <адрес> принадлежит ФИО2 на основании договора дарения от 03.09.2024, заключенного между ФИО4 и ФИО2, т.е. указанный объект имущества не вошел в наследственную массу.

Оспаривая договор дарения, заключенный между ФИО4 и ФИО2, истец ФИО3 основывает свои доводы на положениях ст. 177 ГК РФ, указывает, что ФИО2 воздействовала на ФИО4 с целью подписать договор, который не соответствовал его действительной воле, а в силу имеющихся у него заболеваний, в момент совершения сделки он находился в таком состоянии, что не мог понимать значение своих действий.

Для определения состояния ФИО4 на день совершения сделки, судом была назначена судебная психологическая экспертиза, по результатам которой в период времени, относящийся к совершению юридически значимого соглашения (заключение договора дарения квартиры от 03.09.2024г.), имелись выраженные нарушения личностных особенностей и психических процессов по органическому типу, обусловленные имеющимися заболеваниями (инвалид 3 группы с 2000г. бессрочно/Синдром зависимости от алкоголя 3 ст../алкогольная энцефалопатия/ЗЧМТ; 163.5 - Инфаркт мозга, вызванный неуточненной закупоркой или стенозом мозговых артерий. Повторные ОНМК в ЛСМА с правосторонним гемипарезом, сенсорно-моторной афазией. 111.9 - Гипертензивная [гипертоническая] болезнь с преимущественным поражением сердца без (застойной) сердечной недостаточности. Гипертоническая болезнь III,ст. АГ 2, Риск ССО 4 Атеросклероз БЦА. Окклюзия ВС А слева СМИ 4. М42.1 - Остеохондроз позвоночника у взрослых. D16.9 - Доброкачественное новообразование костей и суставных хрящей неуточненных. 169.3 - Последствия инфаркта мозга. Последствия перенесенного ОНМК в ЛСМА по ишемическому типу с выр. вестибуло - атактическим синдромом, дизартрией. С80.9 - Злокачественное новообразование неуточненное. Множественные образования костей скелета. Хронический болевой синдром, кл гр 1а.), нахождение под воздействием наркотических обезболивающих препаратов и утяжеленные соматическим состоянием психогенно-соматогенные нарушения, возникшие на терминальной 4 стадии онкологического заболевания, обусловили повышенную внушаемость, подчиняемость, выраженное снижение самопроизвольной регуляции психической деятельности (аспонтанность), полную зависимость от лиц находящихся рядом, слабость интеллектуального контроля поведения, ограниченности круга интересов, недостаточной способности к пониманию мотивов действий окружающих и ориентировки в сложных нестандартных ситуациях, снижении навыков самообслуживания, доверчивости, ведомости, зависимости от окружающих, нарушения критических и прогностических способностей, что в свою очередь определило его повышенную внушаемость и подчиняемость и оказали существенное влияние на принятие решения, нарушали способность к правильной оценке ситуации, произвольной регуляции своих действий, их прогнозу и критике в период оформления документов от 03.09.2024г. (договор дарения квартиры). Обнаруженное становление патологических психических состояний и заболеваний, отрицательно повлиявших на процессы его волевой регуляции (отсутствие волевого компонента юридического /психологического критерия), волеизъявления являются критериями наличия у ФИО4 порока воли.

В соответствии с п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ).

Поэтому обязательным для данной категории дел является назначение посмертной судебно-психиатрической экспертизы с целью определения психического состояния дарителя в момент совершения договора дарения 03.09.2024.

Ввиду изложенного и неполноты заключения посмертной судебной психологической экспертизы №302-48/25 от 30.10.2025 по мотивам признания сделки недействительной в силу ст. 177 ГК РФ, как на то ссылался истец в своем иске, судом по делу была назначена повторная посмертная судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, поскольку при рассмотрении дела назначение и проведение по делу только посмертной психологической экспертизы недостаточно для вынесения решения по существу спора. Указание в определении суда о назначении по делу дополнительной экспертизы является ошибочным, по своей сути судом назначалась повторная экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов от 01.12.2025 № ФИО4 на момент заключения договора даренияквартиры от 03.09.2024 страдал неуточненным органическим психическимрасстройством в связи со смешанными заболеваниями (F 06.998). Об этомсвидетельствуют данные материалов гражданского дела и медицинской документации одлительном и систематическом характере пьянства, повышении с последующимснижением толерантности к спиртному, утрате количественного и ситуационногоконтроля, выраженность абстинентных расстройств; перенесенном алкогольном делирии,запойном характере пьянства, что послужило поводом для обращения к врачамнаркологам с установлением диагноза синдром зависимости от алкоголя, констатацией«алкогольной энцефалопатии» в 2008 г., перенесенной в том же году черепно-мозговойтравмы, постановкой на наркологический учет, а также выявленные с 2021 года на МРТпризнаки кортикальной атрофии, нарушения гемодинамики по одной из сонных артерий,кистозно-глиозные изменения в левом полушарии головного мозга, атеросклеротическоепоражение сосудов, осложнившееся артериальной гипертензией, острым нарушениеммозгового кровообращения в 2021 году с правосторонним гемипарезом, явлениями сенсо-моторной афазии, с диагностированием дисциркуляторной энцефалопатии, хроническойишемии головного мозга, нарастание раковой интоксикации в период времени, приближенный к юридически значимому времени, что обусловило наличиесоответствующих жалоб, в том числе общецеребрального характера, а также в октябре2024 года - психотические расстройства, «когнитивные нарушения», врачами отмечались«снижение памяти» без указания степени. Отсутствие в медицинской документацииописания психического состояния не позволяет в полной мере оценить степенькогнитивного снижения подэкспертого в целом. Также нет сведений о размерахалкоголизации с 2019 года, о наличии или отсутствии запоя, состояния алкогольногоопьянения, выраженных абстинентных явлений в юридически значимое время. Учитываявышеизложенное, ввиду малоинформативности объективных сведений (медицинскойдокументации), характеризующих степень выраженности имеющихся в исследуемыйпериод времени психических (в том числе психотических) расстройств, разноречивостисвидетельских показаний, экспертная комиссия не может определить, мог или не могФИО4 на момент заключения договора дарения квартиры 03.09.2024 понимать значение своих действий или руководить ими, понимать правовые последствиясвоих действий.

По заключению психолога и результатам психологического анализа материалов гражданского дела и приобщенной медицинской документации, у ФИО4, к моменту оформления договора дарения от 03.09.2024 года, с учетом совокупности сосудистой, неврологической, онкологической патологий, употребления алкоголя, имелись изменения когнитивных психических процессов и личностных особенностей по органическому типу. Однако достоверно высказаться о степени их глубины и выраженности, а также представить полную характеристику личности ФИО4, в том числе определить наличие признаков повышенной внушаемости и подчиняемости, и других личностных изменений (обусловленных имеющимися заболеваниями соматического характера и употреблением алкоголя), ограничивающих способность осознанно и самостоятельно принимать адекватное решение на момент оформления договора дарения от 03.09.2024, не представляется возможным в связи с разноречивостью и формальностью сведений в материалах гражданского дела и приобщенной медицинской документации.

В соответствии со ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Заключение - по мнению суда, является обоснованным и соответствующим вышеуказанным требованиям. Оно содержит в себе подробное описание проведенного исследования. Экспертиза проведена комиссией экспертов, обладающих достаточной квалификацией и необходимыми познаниями в области судебно-психиатрической и психологической сфере, имеющих достаточный стаж работы, а само заключение является полным, мотивированным, аргументированным. Указанные обстоятельства позволяют суду сделать вывод о том, что данное экспертное заключение отражает объективность исследования. Выводы экспертов являются конкретными, полными, однозначными, а также соответствующими результатам проведенного исследования и фактическим обстоятельствам, установленным по делу. Эксперты, предупрежденные об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, ответили на поставленные судом вопросы.

Доказательств несостоятельности выводов экспертизы или некомпетентности экспертов ее проводивших, суду не представлено.

Несмотря на то, что проведенная по делу посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза не смогла дать однозначного ответа относительно того, мог ли ФИО4 понимать значение своих действий на момент составления договора дарения, никаких данных о том, что в период с 2019 по сентябрь 2024, ФИО4 обращался за медицинской помощью (наблюдался или осматривался врачами) с когнитивными нарушениями или иными психическими отклонениями не имеется.

Таким образом, суд принимает указанное заключение экспертов в качестве доказательств по делу и кладет его в основу решения суда.

Экспертное заключение № от 30.10.2025, ввиду его неполноты, судом в качестве доказательства по делу не принимается.

Помимо экспертного заключения ГУЗ «ЛОПБ», допрошенные в качестве свидетелей документовед МФЦ ФИО18, сестра умершего ФИО4- ФИО15 подтвердили, что ФИО4 в момент сделки понимал характер своих действий и мог руководить ими.

Свидетель ФИО22. – ведущий документовед ОБУ «УМФЦ Липецкой области» суду показала, что примерно в начале сентября 2024 г., точную дату не помнит, приезжала зафиксировать сделку – договор дарения ФИО4 по услуге мобильный выезд. При входе в квартиру, ФИО18 поговорила с ФИО4 задала три стандартных вопроса: знает ли он цель приезда, что он хочет оформить и является ли это добровольным решением. ФИО4 на все вопросы ответил утвердительно, прочитал подготовленный заранее договор дарения квартиры, добровольно и собственноручно в нем расписался. В момент составления договора дарения с ним в квартире находилась девушка, которой он хотел подарить квартиру. ФИО23. составила опись документов и уехала обратно в МФЦ, где все документы передала на регистрацию в Управление Росреестра. Видеозапись оформления сделки дарения не производилась.

Свидетель ФИО10 – родная сестра ФИО4 суду показала, что состояла с братом ФИО4 в близких отношениях. ФИО10 после смерти брата стало известно о договоре дарения квартиры, которую ее брат подарил ФИО2 ФИО2 являлась его сожительницей и проживала с ним. Свидетель полагала, что брат самостоятельно выразил свою волю по заключении указанной сделки, находился в здравом уме и памяти до дня своей смерти, помнил всех родственников. Бывшая супруга, дети бросили ФИО4, не интересовались его жизнью. Действительно, в 2021 г. у ФИО4 были инсульты, но после них он вышел на работу, его физическое состояние не изменилось, координация и речь нарушены не были.

Показания свидетелей логичны, последовательны, не противоречат материалам дела, суд кладет их в основу решения суда.

Довод представителя истца на отсутствие видеозаписи при регистрации сделки дарения работником МФЦ ФИО13 в силу Постановления Правительства РФ от 22.12.2012 N 1376 «Об утверждении Правил организации деятельности многофункциональных центров предоставления государственных и муниципальных услуг», к обязательным требованиям при регистрации сделки не относится, в указанном нормативно-правовом документе не зафиксировано.

Свидетель ФИО13 показала суду, что в случае сомнения в действительной воле дарителя, могла сделку не регистрировать. Таких обстоятельств 03.09.2024 при выездном оформлении сделки ею зафиксировано не было, в силу чего по данному обстоятельству спорный договор дарения также не может быть признан недействительным.

Врач-онколог ЛООД ФИО12, допрошенная в качестве свидетеля суду показала, что 22.08.2024 к ней обращался пациент ФИО4 с направлением из медицинского учреждения по месту жительства. По результатам осмотра ему было рекомендовано дообследованные. 29.08.2024 им сданы анализы. 11.09.2024 к врачу обратилась родственница ФИО4, т.к. ему был выставлен диагноз - метастазы в кости без первично выявленного очага стадия 4, ТХ NХМ1 – стадирование заболевания и он самостоятельно явиться на прием к врачу уже не мог. Пациент выставлен на консилиум. ФИО4 был выписан рецепт на наркотические обезболивающие в поликлинику по месту жительства, была рекомендована госпитализация в хоспис. Когнитивных нарушений у пациента установлено не было.

Показания данного свидетеля ФИО12 суд принимает в качестве достоверных однако, из них также не следует, что ФИО4 на момент осмотра врачом-онкологом, не осознавал характер своих действий и не мог руководить ими.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля участковый врач-терапевт ГУЗ «ЛГП №1» ФИО19 суду показала, что 21.10.2024 являлась дежурным врачом-терапевтом, приехав по вызову к пациенту ФИО4 зафиксировала у него галлюцинации, дезориентацию, когнитивные нарушения, что нашло свое отражение в медицинской карте ФИО4 Обстоятельства вызова помнила плохо, поскольку прошло много времени.

Показания данного свидетеля не относятся к оспариваемому периоду, а именно к моменту заключения договора дарения (дата) и судом не учитываются.

Свидетель ФИО20 Р.В. –бывшая супруга ФИО4 суду показала, что ранее состояла в браке с ФИО4 В 1990 г. родился общий сын, в 1991 г. дочь. Впоследствии в связи с ухудшением семейных отношений, они развелись в 2001, однако фактически брачные отношения длились до августа 2007 г. В 2007 г. в совместную ипотеку была взята <адрес>. В 2008 г. ФИО4 проживал у ФИО6, т.к. накопил долги за квартиру. Окончательно ипотеку за квартиру погасила ФИО6 в 2009 г. В 2021 г. ФИО4 перенес два инсульта, изменилось его состояние здоровья. По словам сына ФИО3 у него ухудшилась речь, он мог повторять одни и те же вопросы, плохо работала рука. В 2024 г. ФИО3 приезжал к ФИО4 Первый раз он приехал в период 08-12 января 2024 г., ФИО4 жаловался на головные боли, плохую память, плохо разговаривал, плохо передвигался, постоянно задавал одни и теже вопросы про детей. В феврале 2024 г. он не выходил на связь. В мае 2024 г. ФИО4 сказал сыну, что у него подозрение на рак. 25.08.2024 ФИО3 позвонил ФИО4, но он его не узнал по телефону, спросил, кто звонит. ФИО4 подтвердил, что у него рак и попросил никому не сообщать, даже дочери. В период 06-09.2024-07.09.2024 ФИО3 приехал к отцу, дверь открыла ФИО2 ФИО4 находился в лежачем состоянии, сына не узнал. ФИО3 предлагал ФИО2 забрать отца на лечение, но она сказала, что никуда его не пустит. (дата). ФИО4 умер. ФИО2 отказалась от помощи в организации похорон. Про договор дарения квартиры никто не знал, как и не знали, что ФИО4 проживал совместно с ФИО2 Сын говорил, что отец проживал один, женские вещи в квартире отсутствовали.

К показаниям свидетеля ФИО6 суд относится критически, поскольку она является матерью истца, заинтересована в исходе спора, что свидетельствует об их необъективности, суд не принимает их в качестве доказательств по делу.

Таким образом, суд, с учетом экспертного заключения от 01.12.2025 №, исследованных материалов дела в их совокупности, показаний свидетелей, суд приходит к выводу о том, что в день заключения договора дарения от 03.09.2024 ФИО4 мог понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем, оснований, предусмотренных п. 1 ст. 177 ГК РФ, для признания указанной сделки недействительной и удовлетворения исковых требований не усматривается.

Согласно фотоматериалам ФИО2 длительное время поддерживала близкие отношения с ФИО4, они вместе путешествовали, в момент его смерти, она находилась рядом.

Доказательств обратного стороной истца суду не представлено.

Неоказание по мнению представителя истца медицинской помощи ФИО4 ответчиком ФИО2 опровергается материалами дела, из которых усматривается, что ФИО4 постоянно проходил плановое лечение в поликлинике по месту жительства, а также в период нахождения его в «лежачем состоянии» на момент заключения договора дарения к врачу-онкологу обращалась ФИО2, а не иные участники процесса.

Кроме того, данный факт никаких образом не влияет на решение суда, не является основанием для удовлетворения исковых требований истца.

Суд также учитывает, что истцом ФИО3 не представлено относимых, допустимых и достаточных доказательств того, что сделка была совершена под влиянием обмана ввиду совершения ответчиком каких-либо умышленных действий либо бездействия. Оспариваемый договор дарения соответствует требованиям, установленным законом и оснований для запрещения дарения и ограничения дарения на момент заключения договора не имелось.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца ФИО3 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности в порядке наследования.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности в порядке наследования, – отказать.

Решение может быть обжаловано в Липецкий областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Липецка в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий (подпись) Е.С. Палагина

Мотивированное решение изготовлено 26 февраля 2026 г.