Апелляционное определение № 33-3445/2026 от 15 апреля 2026 г.

учёт № 2.214


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 апреля 2026 г. г. Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Рашитова И.З.,

судей Гиниатуллиной Ф.И., Курниковой С.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Марковой И.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО1, ФИО1 – ФИО2 на решение Советского районного суда г. Казани от 20 января 2025 г., которым постановлено:

иск удовлетворить частично.

Взыскать со ФИО1 в пользу ФИО3 денежные средства в размере 1 732 300 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 197 747,25 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 5 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 750,23 руб.;

Взыскать со ФИО1 в пользу ФИО3 денежные средства в размере 1 732 300 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 197 747,25 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 5 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 750,23 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Проверив материалы дела, заслушав объяснения представителя ответчиков ФИО1, ФИО1 – ФИО2, представителя истца ФИО3 - ФИО4, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Гремитских (ранее – ФИО5) З.Х. обратилась в суд с иском к ФИО1, ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами.

В обоснование указала, что 2 декабря 2021 г. ФИО3 на основании приходного кассового ордера № <данные изъяты> погасила имеющуюся задолженность ответчиков по кредитному договору от 7 марта 2018 г. № <данные изъяты> на сумму 3 464 600 руб.

Кредитный договор был заключен между ответчиками и третьим лицом - ПАО «Банк Уралсиб», кредит был предоставлен 12 марта 2018 г. на сумму 3 019 000 руб., под 10,4% годовых на приобретение в собственность прав на недвижимое имущество путем участия в долевом строительстве недвижимого имущества, расположенного по адресу: (строительный адрес): <данные изъяты> общей площадью 62,92 кв.м, количество комнат 2.

В качестве обеспечения исполнения обязательств ответчиками в залог банку переданы имущественные права требования, вытекающие из договора долевого участия - до регистрации дольщиком права собственности на квартиру, а после - ипотека квартиры.

Ответчики приняли по акту № <данные изъяты> приема-передачи квартиры по договору участия в долевом строительстве №<данные изъяты> от 3 июля 2017 г. квартиру, расположенную по адресу: <данные изъяты>.

При принятии объекта долевого строительства был уточнен его адрес и площадь.

Ответчики нарушали условия кредитного договора, банк обратился в суд с требованием о взыскании с ответчиков в солидарном порядке задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на предмет залога.

Заочным решением Аксубаевского районного суда Республики Татарстан от 27 мая 2021 г. по делу № 2-133/2021 с ответчиков была взыскана в солидарном порядке в пользу ПАО «Банк Уралсиб» задолженность по кредитному договору, обращено взыскание на предмет ипотеки.

Определением Аксубаевского районного суда Республики Татарстан от 13 декабря 2021 г. заочное решение отменено, рассмотрение дела возобновлено.

Определением Аксубаевского районного суда Республики Татарстан от 3 февраля 2022 года исковое заявление банка оставлено без рассмотрения.

Определением Аксубаевского районного суда Республики Татарстан от

№ 2-133/2021
г. делу
19 апреля 2022
ФИО5 (ныне Гремитских) З.Х. отказано в осуществлении процессуального правопреемства.

Истец при совершении операции по зачислению денежных средств на счет ответчиков не осознавала правовую природу совершаемого ей действия, считала, что к ней как лицу, исполнившему обязательство должников, переходят права кредитора по обязательству, в том числе права залогового кредитора, которые и представляли для истца интерес.

По этим основаниям ФИО3, уточнив требования, просит суд взыскать со ФИО1 и ФИО1 в солидарном порядке сумму неосновательного обогащения в размере 3 363 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере за период с 2 декабря 2021 г. по 8 декабря 2024 г. в размере 1 295 505,97 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 29 700,74 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 10 000 руб.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции представитель ФИО3 исковые требования с учетом уточнений поддержал.

Представитель ответчиков ФИО1, ФИО1 в судебном заседании с иском не согласился, представил письменные возражения, заявил о применении срока исковой давности.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ПАО «Банк Уралсиб» в судебное заседание не явился.

Суд первой инстанции иск ФИО3 удовлетворил частично в приведенной выше формулировке.

В апелляционной жалобе представителя ФИО1 и ФИО1 ставится вопрос об отмене решения суда как незаконного, необоснованного и принятии нового решения об отказе в удовлетворении иска в полном объеме. В обоснование указывается, что согласно материалам дела № 2-133/2021, находящегося в Аксубаевском районном суде Республики Татарстан, по состоянию на 2 февраля 2022 г. остаток задолженности по исполнению решения Аксубаевского районного суда Республики Татарстан от 27 мая 2021 г. составляет 0,00 руб. В ответе Банка по указанному делу отмечено, что денежные средства вносились в счет исполнения решения суда. Таким образом, никаких неисполненных обязательств у ответчиков перед банком по кредитному договору не имеется, следовательно, ФИО3 не вправе требовать возврата денежных средств в соответствии с пунктом 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации. Кроме того, решением Аксубаевского районного суда Республики Татарстан от 27 мая 2021 г. установлена задолженность по кредиту в размере 3 098 937,62, тогда как истцом внесено 3 464 600 руб. Также в жалобе апеллянт ссылается на пропуск истцом срока исковой давности и неправомерное удовлетворение требований о взыскании процентов. Предъявление кредитором требования о досрочном возврате суммы займа (кредита) изменяет срок исполнения обязательства по возврату суммы долга (кредита), соответственно, банк, предъявив к досрочному погашению суммы долга, изменил срок погашения кредита.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель истца просит отказать в удовлетворении жалобы и оставить решение суда без изменения.

Рассмотрев дело в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

В силу статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения: 1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное; 2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности; 3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки; 4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Таким образом, условиями возникновения неосновательного обогащения являются следующие обстоятельства: имело место приобретение (сбережение) имущества, приобретение произведено за счет другого лица (за чужой счет), приобретение (сбережение) имущества не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, прежде всего договоре, то есть произошло неосновательно. При этом указанные обстоятельства должны иметь место в совокупности.

Сбережение имущества может состоять в получении выгоды, в том числе от полного или частичного освобождения от имущественной обязанности перед другим лицом. Неосновательное сбережение имущества характеризуется тем, что данное лицо должно было израсходовать часть своих средств, но не израсходовало и, следовательно, сберегло их благодаря затратам другого лица.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, разрешая спор о возврате неосновательного обогащения, суду необходимо установить, была ли осуществлена передача денежных средств или иного имущества добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего либо с благотворительной целью, или передача денежных средств и имущества осуществлялась во исполнение договора сторон либо иной сделки.

Также в силу пункта 1 статьи 307.1 и пункта 3 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации к договорным обязательствам общие положения об обязательствах применяются, если иное не предусмотрено правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в названном кодексе и иных законах, а при отсутствии таких специальных правил - общими положениями о договоре.

Из приведенных норм права следует, что, если доступен иск, вытекающий из соответствующих договорных правоотношений, материальным законом исключается применение кондикционного иска, имеющего субсидиарный характер по отношению к договорным обязательствам. Следовательно, положения о неосновательном обогащении подлежат применению постольку, если нормами о соответствующем виде договора или общими положениями о договоре не предусмотрено иное.

По общему правилу обязательство непосредственно кредитору исполняет должник (статья 312 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 313 названного кодекса кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо (пункт 1).

Если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в случае, если должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства (подпункт 1 пункта 2).

К третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 Гражданского кодекса Российской Федерации. Если права кредитора по обязательству перешли к третьему лицу в части, они не могут быть использованы им в ущерб кредитору, в частности такие права не имеют преимуществ при их удовлетворении за счет обеспечивающего обязательства или при недостаточности у должника средств для удовлетворения требования в полном объеме (пункт 5).

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения (абзац четвертый пункта 20).

Если исполнение обязательства было возложено должником на третье лицо, то последствия такого исполнения в отношениях между третьим лицом и должником регулируются соглашением между ними.

Согласно пункту 5 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, при отсутствии такого соглашения к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора в соответствии со статьей 387 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 21).

Таким образом, по смыслу приведенных норм материального права и разъяснений по их применению, должник вправе, не запрашивая согласия кредитора, возложить исполнение на третье лицо. Праву должника возложить исполнение на третье лицо корреспондирует обязанность кредитора принять исполнение. При этом закон не наделяет кредитора, не имеющего материального интереса ни в исследовании сложившихся между третьим лицом и должником отношений, ни в установлении мотивов, побудивших должника перепоручить исполнение своего обязательства другому лицу, полномочиями по проверке того, имело ли место возложение должником исполнения обязательства на третье лицо по действительному обязательству должника и плательщика или действительному правовому основанию такого возложения, поскольку статьей 313 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусматривается обязательное наличие соглашения для исполнения третьим лицом обязательств за должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 11 июля 2023 г. № 305-ЭС23-4240).

Согласно подпункту 5 пункта 1 статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации, права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона при наступлении указанных в нем обстоятельств в случаях, предусмотренных законом.

В силу пункта 2 той же статьи к отношениям, связанным с переходом прав на основании закона, применяются правила указанного кодекса об уступке требования (статьи 388 - 390), если иное не установлено указанным кодексом, другими законами или не вытекает из существа отношений.

По смыслу приведенных выше норм права кредитора переходят к третьему лицу в том объеме, в каком это лицо произвело исполнение за должника.

Как следует из материалов дела, 7 марта 2018 г. между ПАО «Банк Уралсиб» и ФИО1, ФИО1 заключён кредитный договор №<данные изъяты>, по условиям которого банк предоставил ответчикам кредит на приобретение квартиры, расположенной по адресу: <данные изъяты> под 10,40% годовых (со дня, следующего за днем предоставления кредита 11,40% годовых) сроком возврата до 9 марта 2038 г.

В связи с нарушением сроков погашения кредита банк предъявил к заемщикам требование о его досрочном погашении до 8 октября 2020 г. (дело № 2-13/2022 Аксубаевского районного суда Республики Татарстан, л.д.53, т.1).

Заочным решением Аксубаевского районного суда Республики Татарстан от 27 мая 2021 г. по гражданскому делу № 2-133/2021 (2-13/2022) со ФИО1 и ФИО1 в солидарном порядке в пользу ПАО «Банк Уралсиб» взыскана задолженность по кредитному договору № <данные изъяты> от 7 марта 2018 г. в размере 3 098 937,62 руб., а также проценты за пользование кредитом, начисляемые на сумму остатка основного долга за период с 14 октября 2020 г. до дня полного погашения суммы основного долга по ставке 10,4% годовых. Обращено взыскание на предмет ипотеки – жилое помещение, расположенное по адресу: <данные изъяты>, общей площадью 61,1 кв.м, определен способ продажи – с публичных торгов, установлена начальная продажная цена в размере 4 003 272,80 руб.

2 декабря 2021 г. ФИО3 на основании приходного кассового ордера № <данные изъяты> погасила имеющуюся задолженность ответчиков по кредитному договору от 7 марта 2018 года №<данные изъяты> на сумму 3 464 600 руб.

Определением Аксубаевского районного суда Республики Татарстан от 13 декабря 2021 г. заочное решение суда отменено, производство по делу возобновлено.

Впоследствии определением Аксубаевского районного суда Республики Татарстан от 3 февраля 2022 г. исковое заявление ПАО «Банк Уралсиб» к ФИО1 и ФИО1 оставлено без рассмотрения, поскольку истец, не просивший о разбирательства дела в его отсутствие, не явился в суд по вторичному вызову.

Вступившим в законную силу определением Аксубаевского районного суда Республики Татарстан от 21 декабря 2021 года отказано в удовлетворении ходатайства ФИО6 о процессуальном правопреемстве по гражданскому делу №2-133/2021 по иску ПАО «Банк Уралсиб» к ФИО1, ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору.

Разрешая спор и принимая решение об удовлетворении иска, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что на стороне ответчиков возникло неосновательное обогащение за счет истца, погасившего кредитную задолженность ответчиков перед банком. Ответчиками было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям. Учитывая обстоятельства, на которых основаны исковые требования, руководствуясь положениями статей 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу, что срок исковой давности следует исчислять с момента перечисления денежных средств истцом на счет ответчика ФИО1, то есть со 2 декабря 2021 г., и при направлении в суд настоящего иска 5 апреля 2023 г., срок исковой давности истцом не пропущен.

С такими выводами суда первой инстанции не согласился суд апелляционной инстанции, полагая, что они не соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на неправильном применении норм материального права.

Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями пункта 5 статьи 313, статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из того, что в связи с наличием просрочки со стороны заемщиков банк принял исполнение кредитного обязательства, осуществленное без возложения третьим лицом – ФИО3, которым погашена задолженность С-вых по кредитному договору 2 декабря 2021 г., взысканная на основании заочного решения суда, в связи с чем к ФИО3 как к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, в силу статей 313 и 387 Гражданского кодекса Российской Федерации перешли права кредитора по кредитному договору, то есть произошла замена стороны кредитора в указанном обязательстве. Принимая во внимание, что в настоящем случае банком заемщикам было предъявлено требование о досрочном возврате суммы займа (кредита) в срок до 8 октября 2020г., то есть кредитором было реализовано право на истребование у заемщиков досрочно всей суммы кредита, тем самым был изменен срок исполнения заемщиками обязательств по возврату основного долга и уплате процентов за пользование кредитом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что срок исковой давности следует исчислять с момента неисполнения должниками требований о досрочном возврате всей суммы кредита - с 8 октября 2020 г., который истек 8 октября 2023г., тогда как с исковым заявлением правопреемник банка - истец ФИО3 обратилась в суд 5 апреля 2024 г. При этом погашение истцом кредитной задолженности повлекло лишь перемену лица в обязательстве на стороне кредитора и не изменило течения срока исковой давности в силу статей 313, 387 и 201 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С выводами суда апелляционной инстанции о том, что к истцу ФИО3 как к лицу, исполнившему обязательство должников, в силу статей 313 и 387 Гражданского кодекса Российской Федерации перешли права кредитора по кредитному договору, то есть произошла замена стороны кредитора в указанном обязательстве, согласился суд кассационной инстанции. Однако отменяя апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан, суд кассационной инстанции указал, что суждение о пропуске истцом, являющимся правопреемником кредитора (банка), срока исковой давности сделано без учета периода осуществления судебной защиты нарушенного права кредитора.

Материалами настоящего дела и дела № 2-133/2021 (2-13/2022), рассмотренного Аксубаевским районным судом Республики Татарстан установлено, что у ФИО1 и ФИО1 перед ПАО «Банк Уралсиб» имелась кредитная задолженность по кредитному договору № <данные изъяты> от 7 марта 2018 г.

В связи с нарушением сроков погашения кредита банк предъявил к заемщикам требование о его досрочном погашении до 8 октября 2020 г. (дело № 2-13/2022 Аксубаевского районного суда Республики Татарстан, л.д.53, т.1).

5 апреля 2021 г. ПАО «Банк Уралсиб» обратился в суд к ФИО1 и ФИО1 с иском о взыскании кредитной задолженности.

Заочным решением Аксубаевского районного суда Республики Татарстан от 27 мая 2021 г. по делу № 2-133/2021 в пользу ПАО «Банк Уралсиб» со ФИО1 и ФИО1 была взыскана в солидарном порядке задолженность по кредитному договору, обращено взыскание на предмет ипотеки.

3 декабря 2021 г. С-вы обратились в суд с заявлением об отмене заочного решения суда.

13 декабря 2021 г. указанное заочное решение было отменено, производство по делу возобновлено.

Определением от 3 февраля 2022 г. исковое заявление ПАО «Банк Уралсиб» к ФИО1 и ФИО1 оставлено без рассмотрения по существу, в связи с тем, что истец, не просивший о разбирательстве дела в его отсутствие, не явился в суд по вторичному вызову, а ответчик не требует рассмотрения дела по существу.

2 декабря 2021 г. ФИО6 погасила имеющуюся задолженность ФИО1 и ФИО1 по кредитному договору от 7 марта 2018 г. № <данные изъяты> на сумму 3 464 600 руб., что подтверждается приходным кассовым ордером № <данные изъяты>.

Определением Аксубаевского районного суда Республики Татарстан от 21 декабря 2021 года отказано в удовлетворении ходатайства ФИО6 о процессуальном правопреемстве на стороне банка.

Гражданское законодательство исходит из презумпции допустимости исполнения обязательства третьим лицом, в соответствии с которой такое исполнение является недопустимым только в случае, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично, что в данном случае отсутствует.

Из материалов дела следует, что в связи с наличием просрочки со стороны заемщиков банк принял исполнение кредитного обязательства, осуществленное без возложения третьим лицом – ФИО3, которая погасила задолженность С-вых по кредитному договору 2 декабря 2021 г. в размере 3 464 600 руб.

Таким образом, С-вы без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований сберегли имущество за счет истца в размере 3 464 600 руб. и обязаны возвратить ФИО3 неосновательно сбереженное имущество.

Оснований для невозврата неосновательного обогащения С-выми, установленных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, при разрешении спора не установлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, денежные средства в размере 3 464 600 руб. были внесены истцом в счет имеющейся кредитной задолженности С-вых перед банком с учетом процентов за пользование кредитом, начисляемых на сумму основного долга, размер которых был определен банком на момент погашения долга. При этом, достоверных доказательств возврата ответчиками истцу указанных денежных средств в материалы дела не представлено.

Рассматривая ходатайство ответчиков о применении срока исковой давности, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного кодекса.

В силу статьи 200 названного кодекса, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1).

На основании статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что, по смыслу статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации, переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии со статьей 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права (пункт 1).

При оставлении судом иска без рассмотрения течение срока исковой давности, начавшееся до предъявления иска, продолжается в общем порядке, если иное не вытекает из оснований, по которым осуществление судебной защиты права прекращено (абзац первый пункта 2).

Если после оставления иска без рассмотрения неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев, за исключением случаев, если основанием оставления иска без рассмотрения послужили действия (бездействие) истца (пункт 3).

Остановка течения исковой давности и возможность удлинения оставшейся части срока исковой давности по правилам статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации обеспечивают защиту права в судебном порядке.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», в силу пункта 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству.

Днем обращения в суд считается день, когда исковое заявление сдано в организацию почтовой связи либо подано непосредственно в суд, в том числе путем заполнения в установленном порядке формы, размещенной на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Согласно разъяснениям пункта 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43, по смыслу статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации, начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности продолжается лишь в случаях оставления заявления без рассмотрения либо прекращения производства по делу по основаниям, предусмотренным абзацем вторым статьи 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с момента вступления в силу соответствующего определения суда либо отмены судебного приказа.

Если после оставления иска без рассмотрения неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев, за исключением случаев, когда иск был оставлен без рассмотрения по основаниям, предусмотренным абзацами вторым, четвертым, седьмым и восьмым статьи 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (пункт 3 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, по смыслу статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации и указанных выше разъяснений, время нахождения дела в производстве суда до оставления искового заявления без рассмотрения не засчитывается в срок исковой давности.

Причина оставления искового заявления без рассмотрения имеет значение лишь при разрешении вопроса об удлинении неистекшей части срока исковой давности до шести месяцев.

Таким образом, срок исковой давности следует исчислять следующим образом: с 9 октября 2020 г. (следующий день после истечения срока для досрочного погашения заемщиками кредитной задолженности) по 4 апреля 2021 г. (дата, предшествующая дню обращения банком в суд с иском о взыскании кредитной задолженности), истекло 5 месяцев 27 дней; с 4 февраля 2022 г. (следующий день после вынесения определения об оставлении искового заявления без рассмотрения) по 4 апреля 2024 г. (дата, предшествующая дню обращения ФИО3 в суд с настоящим иском), истекло 2 года 2 месяца 1 день, а всего истекло 2 года 2 месяца 28 дней.

С учетом приведенных положений законодательства и разъяснений по их применению, поскольку изначально исковое заявление ПАО «Банк Уралсиб» к ФИО1 о взыскании кредитной задолженности поступило в суд в установленный законом срок для судебной защиты (05.04.2021), вынесенное в дальнейшем заочное решение от 27 мая 2021 г. отменено определением суда от 13 декабря 2021 г., а впоследствии определением от 3 февраля 2022 г. иск банка к ФИО1 оставлен без рассмотрения, с учетом подачи 5 апреля 2024 г. искового заявления ФИО3 к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, оснований для вывода о пропуске срока исковой давности не имеется.

При таких обстоятельствах оснований для отмены решения суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Советского районного суда г. Казани от 20 января 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО1, ФИО1 – ФИО2 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в трёхмесячный срок в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 30 апреля 2026 г.

Председательствующий

Судьи