Апелляционное определение № 10-5542/2026 от 28 апреля 2026 г.

Судья фио Дело №10-5542/2026



АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

адрес 29 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе:

председательствующего судьи фио,

судей фио и фио,

при помощнике судьи фио,

с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры адрес фио,

осужденного фио,

защитника-адвоката фио, представившей удостоверение и ордер,

потерпевшего фио и его представителя – адвоката фио, представившего удостоверение и ордер,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката фио на приговор Никулинского районного суда адрес от 27 января 2026 года, которым

фио, паспортные данные, гражданин Российской Федерации, зарегистрированный по адресу: адрес, фактически проживающий по адресу: адрес, холостой, имеющий ребенка паспортные данные, со средним специальным образованием, работающий специалистом по маркетингу в ООО «РусХолдинг», ранее не судимый,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 года, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения фио в виде заключения под стражу оставлена без изменения.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ, время задержания фио в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ с 27 марта 2023 года по 29 марта 2023 года и содержания под стражей с 27 января 2026 года до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В удовлетворении гражданского иска потерпевшего фио о взыскании с фио материального ущерба в размере сумма – отказано.

Потерпевшему фио за счет федерального бюджета возмещены процессуальные издержки в виде расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю, в сумме сумма.

Приговором разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи фио, выслушав мнения участников процесса по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором суда фио признан виновным в совершении мошенничества, то есть хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, в особо крупном размере.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

Осужденный в судебном заседании суда первой инстанции свою вину признал частично, в содеянном раскаялся.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат фио выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым.

По мнению автора жалобы, приговор основан на недопустимых доказательствах. Так, осмотр переписки от 03 декабря 2023 года проведен с грубыми нарушениями уголовно-процессуального закона, поскольку в протоколе не указан источник происхождения доказательства, не имеется каких-либо процессуальных решений об изъятии данного доказательства, признании его вещественным доказательством и приобщении к материалам дела; осмотр проводился в отсутствии понятых, видеофиксация данного следственного действия также не проводилась, не описана процедура копирования файлов, не приложен носитель. Кроме того, нарушена тайна переписки, как при получении, так и при осмотре данных файлов.

Осмотры мест происшествия, как указывает защитник, проведены без участия понятых, фотофиксация проводилась на личное техническое средство следователя – смартфон, не приобщены цифровые носители, фототаблицы к протоколам осмотров не содержат печати следственного органа, не подписаны участниками, на фотографиях отсутствуют дата и время проведения следственного действия. Кроме того, протоколы осмотра мест происшествий содержат показания потерпевшего, то есть проведение данных следственных действий фактически является проверкой показаний на месте.

Также защитник ссылается на то, что судом не принято во внимание постановление Никулинского районного суда адрес от 17 февраля 2025 года, вынесенное при предыдущем рассмотрении уголовного дела, которым признаны недопустимым доказательством протоколы осмотров документов от 06 марта 2024 года, 11 марта 2024 года, 18 марта 2024 года, проведенных оперативными сотрудниками без отдельного поручения на проведение данных осмотров.

Считает, что суд первой инстанции не дал надлежащей оценки показаниям свидетеля фио, которые опровергают показания потерпевшего фио о передаче сумма 10 марта 2018 года, что согласуется с показаниями фио

Указывает на отсутствие у фио прямого умысла на мошенничество, ссылаясь на то, что между фио и фио сложились гражданско-правовые отношения, намерения фио были направлены на развитие «МедиаПро», а не на безвозмездное изъятие денежных средств. По мнению автора жалобы, неисполнение обязательств по оформлению доли в установленном порядке является нарушением норм гражданского, а не уголовного права, что, по мнению защиты, подтверждается решением арбитражного суда о взыскании неосновательного обогащения.

Указывает, что фио принял решение о передаче денежных средств, основываясь не на личных или служебных отношениях с осужденным, который якобы воспользовался его доверием, а на собственном намерении инвестировать деньги в коммерческий проект после изучения бизнес-плана, риски неполучения прибыли им осознавались. Неудачное ведение бизнеса, приведшее к убыткам, и невозможность оформить сделку не является мошенничеством.

Также указывает, что стоимость доли не должна быть эквивалентна балансовой стоимости чистых активов Общества на момент сделки и определяется по договоренности сторон, а доводы о несоответствии расчетов прибыли не подтверждены материалами дела.

Отмечает, что уголовное дело рассмотрено с нарушением принципа состязательности и равноправия сторон, ссылаясь на то, что суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты об оглашении показаний потерпевшего, несмотря на наличие существенных противоречий, также, судом немотивированно отказано в проведении финансово-экономической экспертизы.

Обращает внимание на существенные нарушения уголовно-процессуального законодательства, допущенные в ходе предварительного следствия. Считает, имеются нарушения ст.152 УПК РФ, поскольку местом совершения преступления является место окончания деяния, однако, последняя передача денежных средств произошла в адрес, тогда как дело расследовалось СО ОМВД России по адрес. Также указывает, что, в нарушение ч.2 ст.38, ч.1 ст.156 УПК РФ, в материалах дела отсутствует постановление руководителя следственного органа о передаче уголовного дела от следователя фио следователю фио

Полагает, что обвинительное заключение составлено и подписано неуполномоченным лицом, за пределами срока следствия.

Считает, что при таких обстоятельствах уголовное дело подлежало возвращению прокурору, в порядке ст.237 УПК РФ.

Также считает, что суд первой инстанции не принял во внимание все смягчающие наказание обстоятельства, формально перечислив их в приговоре суда. По мнению защитника, судом не принято во внимание, что фио работает, имеет постоянное местожительства, на его иждивении находятся престарелая мать и малолетний сын, отягчающие обстоятельства отсутствуют, решением арбитражного суда с фио взысканы денежные средства в пользу потерпевшего.

Обращает внимание, что постановлением Тимирязевского районного суда адрес от 29 марта 2023 года фио была избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий на срок 01 месяц 00 суток, то есть до 27 апреля 2023 года, однако, в приговоре суда данный период не зачтен в срок лишения свободы.

Просит приговор отменить, передать уголовное дело на новое рассмотрение либо смягчить назначенное наказание, применить положения ст.ст.64, ст.73 УК РФ и назначить наказание, не связанное с лишением свободы.

В своих возражениях на апелляционную жалобу адвоката представитель потерпевшего – адвокат фио указывает, что квалификация действий фио по ч.4 ст.159 УК РФ является верной; доводы апелляционной жалобы, в том числе, на которые имеется ссылки в жалобе защитника, были предметом проверки в суде первой инстанции и обоснованно опровергнуты как несостоятельные. Полагает, что назначенное осужденному наказание является справедливым и соразмерным содеянному, при назначении наказания судом учтены все значимые обстоятельства. Просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании осужденный фио и адвокат фио поддержали доводы апелляционной жалобы, просили приговор отменить, либо назначить наказание, не связанное с лишением свободы.

Потерпевший фио и его представитель – адвокат фио возражали против доводов апелляционной жалобы, просили оставить приговор без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Прокурор фио возражала против доводов апелляционной жалобы, просила приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения представителя потерпевшего на нее, выслушав мнение участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

Вопреки доводам апелляционной жалобы вина фио в совершении преступления подтверждена исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами, которые в необходимом объеме приведены в приговоре суда, а именно: показаниями потерпевшего фио по обстоятельствам приобретения им доли в размере 20% в компании ООО «МедиаПро», в т.ч. о том, что денежные средства в сумме сумма были переданы им фио в несколько этапов; показаниями свидетеля фио, из которых следует, что в кафе в ее присутствии фио передал денежные средства фио, также фио и фио подписали договор; скриншотом объявления на «Авито», согласно которому фио продает бизнес по производству электровелосипедов; планом продаж, в котором указана прибыль, которую фио может получить от продажи электровелосипедов; копией договора купли-продажи уставного капитала ООО «МедиаПро» от 19 июля 2018 года, согласно которому ОО «МедиаПро», в лице генерального директора фио, продало фио долю в уставном капитале Общества, составляющую 20% за сумма. Согласно данному договору, продавец обязан совершить все необходимые действия и формальности, связанные с переходом к покупателю права собственности на долю. Договор вступает в законную силу с момента его нотариального удостоверения и действует до момента полного выполнения сторонами своих обязательств, односторонний отказ от исполнения обязательств по договору не допускается. Также в договоре имеются сведения о получении фио денежных средств в размере сумма.; копией расписки, из которой следует, что 23 апреля 2018 года фио получил от фио денежные средства в сумме сумма; копией решения Арбитражного суда адрес от 30 июня 2021 года, согласно которому названный договор купли-продажи признан недействительным, с фио в пользу фио взысканы денежные средства в размере сумма.; уставом ООО «МедиаПро», согласно которого сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале Общества подлежит нотариальному удостоверению. Несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее недействительность; скриншотом объявления о продаже фио бизнеса по производству электровелосипедов за сумма.; иными доказательствами, приведенными в приговоре.

Представленные в судебное разбирательство доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, правильно оценены в соответствии с положениями ст.ст.87, 88 и 307 УПК РФ, положенные судом в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ и обоснованно признаны судом допустимыми.

Каких-либо нарушений, влекущих признание положенных в основу приговора доказательств, недопустимыми, вопреки доводам защитника, не установлено.

Показания потерпевшего и свидетеля, положенные в основу приговора суда в качестве доказательства виновности фио в инкриминируемом ему деянии, суд первой инстанции обоснованно признал достоверными, поскольку данные показания носят последовательный, непротиворечивый характер, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, исследованными в ходе судебного следствия. Оснований для оговора осужденного со стороны потерпевшего и свидетеля, каких-либо сведений о заинтересованности вышеуказанных лиц в исходе дела, противоречий в их показаниях, ставящих эти показания под сомнение, не установлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, показаниям свидетеля фио в части того, что 10 марта 2018 года во второй половине для фио с фио не встречался, фио действительно занимался продажей электровелосипедов, судом первой инстанции дана надлежащая оценка, не согласиться с которой у судебной коллегии оснований не имеется. Показания свидетеля в этой части обоснованно отвергнуты судом, поскольку опровергаются совокупностью иных исследованных судом доказательств.

Письменные доказательства по делу оформлены надлежащим образом, в соответствии с требованиями закона, каких-либо нарушений, влияющих на решение вопроса об их допустимости, при их составлении не допущено. Достоверность сведений, содержащихся в письменных доказательствах, приведенных в приговоре, была проверена в рамках судебного следствия.

Все следственные действия были произведены в соответствии с требованиями действующего законодательства, во время проведения этих следственных действий со стороны участвующих лиц никаких заявлений и замечаний о неверном изложении происходящего, не поступало, протоколы следственных действий подписаны участвующими лицами, что свидетельствует о правильности отраженных в протоколах сведений.

Вопреки доводам жалобы защитника материалы дела не содержат постановления суда от 17 февраля 2025 года о признании недопустимыми доказательствами протоколов осмотров от 06 марта 2024 года, 11 марта 2024 года, 18 марта 2024 года. В постановлении от 17 февраля 2025 года о возвращении уголовного дела в отношении фио прокурору в связи с нарушением требований ст.220 УПК РФ при составлении обвинительного заключения, обращено внимание на нарушения, допущенные при проведении вышеперечисленных осмотров, однако, данное постановление отменено судом апелляционной инстанции 25 марта 2025 года как незаконное и необоснованное (т.5 л.д. 185-187).

При этом судебная коллегия отмечает, что по результатам проведенных осмотров от 06 марта 2024 года, 11 марта 2024 года, 18 марта 2024 года составлялись протоколы, отвечающие требованиям уголовно-процессуального закона, каких-либо нарушений закона при проведении указанных следственных действий, фиксации хода осмотра предметов и документов, служащих основанием для признания их недопустимыми доказательствами, не имеется, в связи с чем судебная коллегия не находит оснований для исключения протоколов осмотра от 06 марта 2024 года, 11 марта 2024 года, 18 марта 2024 года из числа доказательств по делу как недопустимых. Осмотры документов и мест происшествий произведены в соответствии с требованиями ст.164, ч.1 ст.176, ч.ч.1-4 ст.177 УПК РФ, указанные доказательства согласуются с другими исследованными судом доказательствами и в совокупности с ними подтверждают выводы суда о виновности фио в инкриминированном ему преступлении.

Таким образом, доводы адвоката фио в части того, что при проведении осмотра предметов от 03 декабря 2023 года и осмотров мест происшествий допущены существенные нарушения уголовно-процессуального законодательства, своего подтверждения не нашли. В ходе судебного следствия суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы защиты, по существу аналогичные доводам апелляционной жалобы адвоката в указанной части, дав верную оценку в приговоре всем исследованным в судебном заседании доказательствам в их совокупности, на основании которой принял соответствующее решение, правильность которого не вызывает сомнений у судебной коллегии.

Доводы защиты о нарушении тайны переписки при ее получении и осмотре судебная коллегия находит несостоятельными.

Как отметил Конституционный Суд РФ, проведение осмотра с целью получения имеющей значение для уголовного дела информации, находящейся в электронной памяти абонентских устройств, не предполагает вынесения об этом специального судебного решения. Лица же, полагающие, что проведение соответствующих следственных действий и принимаемые при этом процессуальные решения способны причинить ущерб их конституционным правам, в том числе праву на тайну переписки, почтовых, телеграфных и иных сообщений, могут оспорить данные процессуальные решения и следственные действия в суд в порядке, предусмотренном ст.125 УПК РФ (Определения от 25 января 2018 года №189-О, от 17 июля 2018 года №1955-О и от 28 ноября 2019 года №3205-О).

Достаточность последующего судебного контроля обусловлена тем, что права личности защищены общими (другими) гарантиями законности и обоснованности осуществления уголовного преследования, а конфиденциальность переговоров и сообщений обеспечивается самим лицом как обладателем находящейся под его контролем информации. Осведомленность обладателя информации об ограничении его прав позволяет ему незамедлительно обратиться в суд за их защитой (Определение Конституционного Суда РФ 24 июня 2021 года №1364-О).

С соответствующими жалобами осужденный и его защитник не обращались, доказательств обратного защитой не представлено.

Также судебная коллегия учитывает, что данная переписка с осужденным представлена потерпевшим, реализовавшим свое право на представление доказательств, согласно ст.42 УПК РФ.

Показаниям осужденного суд в приговоре дал надлежащую оценку, обоснованно расценив их как позицию защиты, поскольку показания фио о его невиновности своего объективного подтверждения не нашли, опровергаются совокупностью других исследованных в судебном заседании доказательств.

С учетом изложенного, судебная коллегия не может согласиться с доводами защиты о непричастности осужденного к преступлению.

Представленные стороной защиты доказательства обоснованно отвергнуты судом первой инстанции с изложением в приговоре мотивов принятого решения, с которыми судебная коллегия соглашается, поскольку эти доказательства не свидетельствуют о невиновности фио в совершении мошеннических действий.

Суд справедливо отметил, что представленные защитой договоры заключены в 2017 году, большинство финансовых операций, подтвержденных документами, представленными стороной защиты, осуществлены в 2017 году, в то время как фио передавал денежные средства фио, начиная с 10 марта 2018 года.

Также верно суд первой инстанции указал, что представленная стороной защиты переписка между фио и фио за период с 01 марта 2018 года по 14 марта 2018 года не опровергает выводы суда о виновности осужденного в совершении преступления, а напротив, подтверждает совершение фио хищения денежных средств фио путем злоупотребления доверием потерпевшего.

Данную судом первой инстанции оценку доказательств по делу судебная коллегия находит правильной.

В материалах дела не имеется и в суд первой и апелляционной инстанции не представлено доказательств, свидетельствующих об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения.

Несогласие защиты с положенными в основу приговора доказательствами, как и с их оценкой в приговоре, само по себе не может свидетельствовать о недопустимости этих доказательств и о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, неправильном применении уголовного закона.

Обвинительное заключение по уголовному делу составлено в соответствии с требованиями УПК РФ, предъявленное фио обвинение изложено конкретно, с указанием существа обвинения, места и времени совершения преступлений, способа их совершения, мотивов, целей, последствий и других значимых обстоятельств.

В обвинительном заключении указаны все обязательные обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу и нашедшие подтверждение в ходе судебного следствия. Каких-либо противоречий в изложении существа обвинения не имеется.

Вопреки доводам жалобы, правила ст.ст.151, 152 УПК РФ при определении подведомственной и территориальной подследственности данного уголовного дела не нарушены, уголовное дело рассмотрено судом, к подсудности которого оно относится, по следующим основаниям.

При определении подследственности органы предварительного следствия и подразделения дознания руководствуются положением о том, что расследование необходимо осуществлять по месту непосредственного обнаружения преступления (по месту обращения потерпевшего с заявлением о совершенном в отношении его преступлении).

Из материалов дела следует, что потерпевший фио обратился с заявлением в ОМВД России по адрес в связи хищением фио денежных средств фио в сумме сумма по адресу: адрес, ФИО1 пер, д.4, корп.1, то есть по адресу, относящегося к юрисдикции ОМВД России по адрес. По результатам проведенной в полном соответствии со ст.ст.144-145 УПК РФ проверки заявления потерпевшего возбуждено уголовное дело, в ходе расследования которого были установлены также иные адреса передачи потерпевшим денежных средств на общую сумму сумма осужденному, которым он был введен в заблуждение.

По результатам проведения предварительного следствия, правильно установив обстоятельства и место передачи фио последней части денежных средств фио по адресу: адрес, прокурор, утвердив обвинительное заключение, верно направил дело для рассмотрения по существу в Никулинский районный суд адрес в порядке ст.222 УПК РФ, поскольку адрес: адрес, относится к юрисдикции Никулинского районного суда адрес.

Доводы жалобы о незаконном принятии уголовного дела к производству следователем фио в нарушении требований ч.2 ст.38 и ч.1 ст.156 УПК РФ, судебная коллегия также находит несостоятельными, поскольку, как следует из представленных прокурором в суд апелляционной инстанции дополнительных материалов, настоящее уголовное дело следователем фио принято к производству от следователя фио на основании поручения руководителя следственного органа.

Сбор доказательств, равно как и завершение расследования, произведены в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, в рамках срока следствия.

Принимая во внимание, что фактически общий срок предварительного следствия по настоящему уголовному делу составляет 07 месяцев 20 суток, указание в постановлении от 14 ноября 2023 года при продлении срока предварительного следствия на 1 месяц общего срока как 06 месяцев 20 суток является явной технической ошибкой, не влияющей на законность и обоснованность приговора. При таких обстоятельствах довод жалобы защитника о подписании обвинительного заключения за пределами срока следствия являются несостоятельными.

Существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона не имеется. Обвинительное заключение утверждено уполномоченным должностным лицом и соответствует требованиями ст.220 УПК РФ. Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ у суда не имелось.

С учетом изложенного, принимая во внимание совокупность собранных по делу доказательств, судебная коллегия приходит к выводу, что суд первой инстанции всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, оценив имеющиеся противоречия, проверив версии в защиту осужденного и правомерно отвергнув их, правильно установил фактические обстоятельства дела, дал им верную юридическую оценку, и на основе совокупности исследованных доказательств обоснованно пришел к выводу о виновности фио в совершении преступления и правильно квалифицировал его действия по ч.4 ст.159 УК РФ, поскольку в ходе рассмотрения дела установлено, что он совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, в особо крупном размере.

Как верно указал суд первой инстанции, об умысле осужденного на совершение преступления свидетельствуют фактические обстоятельства преступления и характер действий фио, а именно: фио под предлогом продажи фио доли уставного капитала ООО «МедиаПро» с последующим извлечением прибыли, не намереваясь исполнять обязательства по отчуждению указанной доли, предоставил потерпевшему таблицы с расчетом предполагаемой прибыли от осуществления деятельности Общества, заведомо не соответствующим действительности, убедив этим фио в возможности получения прибыли и завоевав таким образом доверие фио, убедил последнего передать ему денежные средства в размере сумма в качестве оплаты стоимости доли уставного капитала ООО «МедиаПро», в размере 20%. Получив денежные средства от потерпевшего, фио, согласно заключенного между ними договора, был обязан совершить необходимые действия, связанные с переходом к покупателю права собственности на долю, в том числе совершить нотариальное удостоверение данного договора, однако, фио своих обязанностей по оформлению перехода вышеуказанной доли уставного капитала Общества не выполнил, распорядившись денежными средствами, полученными от потерпевшего, по своему усмотрению. После чего фио выставил Общество на продажу.

Судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что вышеуказанные действия фио свидетельствуют о совершении им преступления путем злоупотребления доверием потерпевшего.

Согласно п.п.3, 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017г. N48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", злоупотребление доверием имеет место в случаях принятия на себя лицом обязательств при заведомом отсутствии у него намерения их выполнить с целью безвозмездного обращения в свою пользу или в пользу третьих лиц чужого имущества или приобретения права на него.

В случаях, когда лицо получает чужое имущество или приобретает право на него, не намереваясь при этом исполнять обязательства, связанные с условиями передачи ему указанного имущества или права, в результате чего потерпевшему причиняется материальный ущерб, содеянное следует квалифицировать как мошенничество, если умысел, направленный на хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество, возник у лица до получения чужого имущества или права на него.

Указанные обстоятельства установлены в ходе судебного следствия.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что совершение осужденным преступления и наличие у его преступного умысла подтверждает то обстоятельство, что договор о продаже доли в уставном капитале Общества был заключен между ООО «МедиаПро» и фио, в то время как собственником 100% долей в Уставном капитале Общества являлся фио При таких обстоятельствах совершаемая сделка являлась заведомо для осужденного ничтожной в силу противоречия закону (ч.2 ст.218 ГК РФ), поскольку содержала указание в качестве продавца ООО «МедиаПро» - лица, не имеющего права собственности на имущество, отчуждаемое по договору купли-продажи, о чем фио было известно достоверно.

Доводы защиты о том, что фио не знал о необходимости придания нотариальной формы договору купли-продажи, как верно указано в приговоре, опровергаются Уставом ООО «МедиаПро», утвержденным фио, согласно п.5.2 которого сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале Общества, подлежит нотариальному удостоверению; несоблюдение нотариальной формы указанной сделки влечет за собой ее недействительность.

Также обоснованно суд первой инстанции указал, что возврат осужденным потерпевшему части денежных средств в размере сумма не свидетельствует о его невиновности в преступлении, поскольку фио выплатил эти денежные средства после возбуждения уголовного дела, на основании решения Арбитражного суда адрес от 30 июня 2021 года и в рамках исполнительного производства.

При таких обстоятельствах судом правомерно отклонены доводы защиты, аналогичные доводам апелляционной жалобы о том, что между осужденным и фио сложились гражданско-правовые отношения.

То обстоятельство, что договор купли-продажи, заключенный между фио и фио решением Арбитражного суда адрес от 30 июня 2021 года признан недействительным и с фио в пользу фио взысканы денежные средства в размере сумма и проценты за пользование чужими денежными средствами, указанные доводы защиты не подтверждает, с учетом различных задач гражданского и уголовного судопроизводства и различия обстоятельств, подлежащих доказыванию в различных видах судопроизводства.

Задачей гражданского судопроизводства - в его конституционном значении (статья 15, часть 1; статья 118, часть 2; статья 120, часть 1, Конституции Российской Федерации) - является разрешение споров о праве и других дел, отнесенных к подведомственности судов общей юрисдикции и арбитражных судов.

В уголовном же судопроизводстве решается вопрос о виновности лица в совершении преступления и о его уголовном наказании. Имеющими значение для этого суда будут являться такие обстоятельства, подтверждающие установленные уголовным законом признаки состава преступления, без закрепления которых в законе деяние не может быть признано преступным. Это касается и формы вины как элемента субъективной стороны состава преступления, что при разрешении гражданского дела установлению не подлежит. Именно поэтому уголовно-правовая квалификация действий (бездействия) лица определяется исключительно в рамках процедур, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, и не может устанавливаться в иных видах судопроизводства (Постановление Конституционного Суда РФ от 21.12.2011г. N30-П).

Размер причиненного потерпевшему ущерба установлен судом первой инстанции верно, в соответствии с примечанием 4 к ст.158 УК РФ.

Потерпевшим по уголовному делу обосновано признан фио, поскольку как установлено в судебном заседании, денежные средства в размере сумма, похищенные осужденным, принадлежали именно ему.

У судебной коллегии не имеется оснований не соглашаться с выводами суда первой инстанции, поскольку выводы о виновности фио в совершении преступления, за которое он осужден, основаны на материалах дела и добытых по делу доказательствах, исследованных полно и объективно. Оснований для иной оценки доказательств, иной квалификации действий осужденного не имеется.

Выводы суда относительно квалификации действий осужденного носят непротиворечивый и достоверный характер, основаны на анализе и оценке совокупности достаточных доказательств, исследованных в судебном заседании, и соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Судом не допущено каких-либо предположительных суждений. При этом судом дана надлежащая оценка характеру действий осужденного, направленности его умысла именно на совершение инкриминируемого ему преступления.

Как следует из протокола судебного заседания, нарушений требований уголовно-процессуального законодательства (ст.87, 88, 89, 240 УПК РФ) при исследовании доказательств по делу судом первой инстанции не допущено, все доказательства, приведенные в приговоре, исследованы непосредственно в судебном заседании с изучением их содержания, которое изложено в приговоре. Все ходатайства, заявленные участниками процесса, в том числе ходатайства стороны защиты об оглашении показаний потерпевшего и о проведении финансово-экономической экспертизы были рассмотрены в соответствии с УПК РФ, каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении судом либо следственным органом ходатайств, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебное следствие было проведено полно, всесторонне и объективно. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, были в ходе предварительного расследования и судебного следствия установлены, исследованы в судебном заседании и нашли оценку в итоговом судебном решении.

При назначении наказания осужденному суд первой инстанции, исходя из требований ст.ст.6, 43, 60 УК РФ, обоснованно учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности фио

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденного, суд обоснованно признал, в соответствии с п. «г» ч.1 ст.62, ч.2 ст.61 УК РФ: частичное признание вины, отсутствие судимостей, положительные характеристики и благодарности, частичное возмещение ущерба, нахождение на иждивении малолетнего ребенка, родственников, в том числе престарелой матери, и иных лиц, состояние здоровья осужденного и его иждивенцев.

Обстоятельств, отягчающих наказание в соответствии со ст.63 УК РФ, не установлено.

С учетом данных о личности осужденного, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, его фактических обстоятельств, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, суд обоснованно пришел к выводу, что цели восстановления справедливости, исправления осужденного, а также цели предупреждения совершения им новых преступлений могут быть достигнуты с назначением фио наказания в виде лишения свободы, без назначения дополнительных наказаний в виде штрафа и ограничения свободы, с учетом данных о личности осужденного и его материального положения, правомерно указав на отсутствие оснований для применения положений ст.ст.64, 73 УК РФ, равно как и положений ч.6 ст.15 УК РФ.

Соответствующие выводы надлежаще мотивированы в приговоре.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, судебная коллегия также не усматривает оснований для применения в отношении осужденного положений ст.ст.64, 73 УК РФ, а также ч.6 ст.15 УК РФ.

Место отбытия наказания определено фио верно, в соответствии с п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ.

С учетом изложенного, судебная коллегия находит назначенное фио наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, а потому не находит оснований для смягчения назначенного наказания.

Оснований для зачета периода нахождения фио под запретом определенных действий на основании п.1.1 ч.10 ст.109 УПК РФ в срок содержания фио под стражей у суда не имелось, поскольку постановлением Тимирязевского районного суда адрес от 29 марта 2023 года фио была избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий без ограничений установленных п.1 ч.6 ст.105.1 УПК РФ.

Вопросы о мере пресечения, исчислении срока наказания, вещественных доказательствах разрешены судом в соответствии с требованиями закона.

Гражданский иск потерпевшего о возмещении имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, разрешен судом верно, в соответствии с положениями ГК РФ, и, с учетом наличия в материалах дела решения Арбитражного суда адрес от 30 июня 2021 года, потерпевшему обоснованно отказано в удовлетворении исковых требований.

Вопрос о распределении процессуальных издержек судом разрешен правильно, в соответствии с положениями ч.1, п.1 ч.2 ст.131, п.13 ч.1 ст.299 УПК РФ.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену либо изменение обжалуемого приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Никулинского районного суда адрес от 27 января 2026 года в отношении фио оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, в случае же пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи