Решение № 2-2056/2017 2-2056/2017~М-1368/2017 М-1368/2017 от 27 декабря 2017 г. по делу № 2-2056/2017

Дело № 2-2056/17


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 декабря 2017 года г. Рубцовск

Рубцовский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Сень Е.В.,

при секретаре Оленченко А.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, Обществу с ограниченной ответственностью «Позитив 88» о возмещении материального ущерба причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась с исковыми требованиями к ответчикам ФИО2, ФИО3, ООО «Позитив 88», с учетом уточнения исковых требований просила взыскать с надлежащего ответчика в счет возмещения материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием 109 092 руб., расходы по изготовлению отчета об оценке – 4 000 руб., судебные расходы, а именно, стоимость юридических услуг за подготовку искового заявления и ведения дела в суде в размере 10 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины 3 462 руб. В обоснование заявленных требований истец указала, что *** в районе ... водитель экскаватора ФИО2 при движении задним ходом допустил столкновение с автомобилем под управлением ФИО1, в результате чего произошло ДТП. В результате ДТП автомобилю истца причинены механически повреждении. В отношении виновника ДТП было вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, при этом в действиях ФИО2 усматриваются нарушения п. 8.12 ПДД РФ. Согласно отчету об оценке рыночной стоимостью услуг по восстановительному ремонту автомобиля после ДТП от ***, рыночная стоимость восстановительного ремонта составляет 109 092 руб., а также стоимость за проведение оценки 4 000 руб.

В качестве третьего лица не заявляющего самостоятельные требования на предмет иска по делу привлечено Общество с ограниченной ответственностью «Юг» (далее ООО «Юг»).

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО4 допущенный к участию в деле в порядке п.6 ст.53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по устному ходатайству истца уточненные исковые требования поддержали в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражал против требований в полном объеме.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена в установленном законом порядке.

Представитель ответчика ООО «Позитив 88» - ФИО5, действующий на основании доверенности против заявленных требований возражал в полном объеме, полагал, что ООО «Позитив 88» не является надлежащим ответчиком по делу.

Представитель третьего лица не заявляющего самостоятельные требования на предмет иска ООО «Юг» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен в установленном законом порядке.

В силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Выслушав участвующих в деле лиц, изучив показания свидетелей данные в прошлых судебных заседаниях, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, как того требует статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Судом установлено, что *** в районе ..., произошло ДТП с участием двух транспортных средств: экскаватора принадлежащего ФИО3 под управлением ФИО2 и автомобиля принадлежащего ФИО1 и под ее управлением.

Определением по делу об административном правонарушении от *** отказано в возбуждении дела об административном правонарушении по факту ДТП в отношении ФИО2 в виду отсутствия в его действиях состава административного правонарушения.

Согласно свидетельства о регистрации машины наименование машины указано – экскаватор. В связи с чем, указание в материалах дела, материалах ДТП, пояснениях участников ДТП, свидетелей на наименование машины как трактор, считать ошибочным, верным считать – экскаватор.

Согласно первоначальному объяснению ФИО1, данному сотрудникам полиции непосредственно после ДТП (предупреждена за дачу заведомо ложных показаний, имеется подпись), она отъезжала от своего дома по направлению к .... Возле мусорных контейнеров находился трактор. На момент ее отъезда от дома и во время ее движения по направлению к проспекту трактор стоял без движения. За 2-3 метра до ее приближения к нему он начал движение задним ходом. Она как смогла, среагировала, отклонившись в движении вправо. Резко вывернуть помешал сугроб. В итоге избежать столкновения не удалось. Места для маневра было недостаточно. Скорость ее автомобиля была 20 км.ч. В качестве пассажира на переднем сиденье был ее знакомый А.

Суду ФИО1 пояснила, что двигалась со скоростью 10 км.ч., ширина дороги не позволяла выполнить разворот автомобиля, не предусмотрено движения по двум полосам. Экскаватор она не видела из – за бетонных плит. Поэтому избежать столкновения не удалось.

ФИО2 сотрудникам полиции пояснял непосредственно после ДТП (предупрежден за дачу заведомо ложных показаний, имеется подпись), что вовремя уборки мусора при маневре задний ход, убедился, что сзади трактора помех нет, он начал движение и в тоже время внезапно подъехал легковой автомобиль, и он не успел остановиться, и ударил машину в левую дверь. На тракторе горел проблесковый маячок.

Суду ФИО2 пояснил, что убедился в отсутствии препятствий для маневра задним ходом и начал движение. Он видел, машину истца она отъезжала от дома. Начал движение и тут ему помощник, с которым он работал резко замахал руками, он понял что то случилось и начал тормозить, но не успел машина истца резко подъехала под трактор. Проезжая часть была широкая, почему истец прижалась к трактору не понятно. Истец превысила допустимую скорость движения по двору. Рядом не было никаких сугробов, дорога была чистая.

По ходатайству истца по делу проведена судебная автотовароведческая, автотехническая экспертиза по исследованию обстоятельств ДТП, в суд представлено заключение Общества с ограниченной ответственностью «Экспресс Оценка»

Принимая во внимание, что заключение ООО «Экспресс Оценка» представляет собой полный и последовательный ответ на поставленные перед экспертами вопросы, неясностей и противоречий не содержит, исполнено экспертами, имеющим соответствующие стаж работы и образование, необходимые для производства данного вида работ, предупрежденными об ответственности по ст. 307 УК РФ, оснований не доверять указанному заключению у суда не имеется, в связи с чем его результаты принимаются судом за основу.

Ходатайства о допросе экспертов в судебном заседании участвующие в деле лица не заявили, о проведении повторной или дополнительной экспертизы также участвующие в деле лица не заявляли.

Оценив указанные выше доказательства, содержащиеся в административном материале документы, в том числе схему места ДТП, пояснения его участников, справку о ДТП, содержащую перечень повреждений автомобиля, соотнеся их с заключением эксперта-оценщика, суд приходит к выводу о том, что ДТП, а именно повреждения автомобиля , стало возможным в связи с виновными действиями как водителя ФИО2, так и водителя ФИО1, нарушивших Правила дорожного движения, ДТП состоит в причинно-следственной связи с действиями обоих водителей.

Согласно пункту 8.12 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 (далее – ПДД РФ) движение транспортного средства задним ходом разрешается при условии, что этот маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам движения. При необходимости водитель должен прибегнуть к помощи других лиц.

В соответствии с абзацем 2 пункта 10.1. ПДД РФ при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Суд полагает, что ФИО2 нарушил требования указанных выше Правил, в связи с чем, произошло столкновение с автомобилем .

ФИО2 управляя экскаватором и лицо осуществляющее контроль за работой экскаватора в части принятия мер безопасности (оповещения других участников) об опасности при проезде места проведения работ, и непосредственно при движении задним ходом должны были действовать четко и согласованно (совместно), в том числе для обнаружения опасности для движения транспортного средства. Как пояснил, ФИО2, у экскаватора имеются слепые зоны, начал он движение задним ходом, когда сам посмотрел, что сзади никого нет, выезжающую со двора машину истца видел. Когда помощник стал резко махать руками, он стал тормозить, но не успел. При этом свидетель Б. в прошлом судебном заседании показал, что с территории дома выехала иномарка, увидела маячки, остановилась, потом резко тронулась с места. Быстро разогналась и остановилась, уже около трактора, был большой объездной путь, она могла объехать и почему то этого не сделала. При этом трактор двигался, истец остановилась под трактором, водитель трактора ее видеть не мог.

При наличии доказательств выполнения ФИО2 маневра задним ходом, а также того, что лицо осуществляющее контроль за работой экскаватора видело, как автомобиль начал движение, как и видел начало маневра экскаватора не оповестило водителя экскаватора о необходимости прекращении маневра задним ходом, поскольку маневр небезопасен (свидетель Б. в своих показаниях не указывает, на то что как то оповестил водителя экскаватора о его остановке). При этом ФИО2 сотрудникам полиции непосредственно после ДТП показал, что он начал движение и в тоже время внезапно подъехал легковой автомобиль, и он не успел остановиться, и ударил машину в левую дверь. О том, что Б. как то его, оповестил об опасности маневра, не указывал.

ФИО2 при наличии слепых зон у экскаватора и видя движущийся в его сторону автомобиль совершил небезопасный маневр задним ходом, не прибегнув к помощи лица осуществляющее контроль за работой экскаватора, в связи с чем действия водителя ФИО2 привели к возникновению ДТП и состоят с ним в прямой причинно-следственной связи.

В то же время суд полагает, что к ДТП привели и виновные действия самой ФИО1

Пунктом 9.1. ПДД РФ количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств).

Пунктом 9.10. ПДД РФ водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Пунктом 19.10. ПДД РФ звуковые сигналы могут применяться только: для предупреждения других водителей о намерении произвести обгон вне населенных пунктов; в случаях, когда это необходимо для предотвращения дорожно-транспортного происшествия.

Как уже раннее судом указано ФИО1 непосредственно после ДТП сотрудникам полиции пояснила, что возле мусорных контейнеров находился трактор. На момент ее отъезда от дома и во время ее движения по направлению к проспекту трактор стоял без движения. За 2-3 метра до ее приближения к нему он начал движение задним ходом. Она как смогла, среагировала, отклонившись в движении вправо. Резко вывернуть помешал сугроб. В итоге избежать столкновения не удалось. Места для маневра было недостаточно. Скорость ее автомобиля была 20 км.ч. То есть экскаватор истец видела и не видеть его не могла. Кроме того довод истца в судебном заседании о том, что она не могла видеть трактор из – за бетонных плит несостоятелен и опровергается ее же ответами на вопросы суда относительного того выше ли экскаватор бетонных плит, на что истец пояснила и даже наглядно показала в судебном заседании суду и участникам процесса, что трактор намного выше бетонных плит. Фотоматериалы с места ДТП также подтверждаю, то что бетонные ограждения не закрывают экскаватор его хорошо видно.

К доводам истца относительно того, что имелись сугробы и люк, которые помешали выполнить маневр вправо, суд относится критически по следующим основаниям. Согласно фотоматериалам с места ДТП не подтверждается наличие сугробов, как и не подтверждается наличие люка, о котором истец упоминает, только в судебном заседании, доказательств обратного истцом суду не представлено (например, фото люка, на который истец ссылается).

Более того, экспертами установлено, что до момента столкновения у водителя имелась возможность избрать боковой интервал до производящего работы экскаватора движением ближе к правому краю дворового проезда.

Показания свидетеля А. как и показания свидетеля Б. и пояснений ФИО2 (данных как непосредственно после ДТП, так и в судебном заседании) относительно того, что автомобиль истца резко тронулся с места и остановился под экскаватором, согласуются. Из указанного, суд делает вывод, что истец пыталась, как пояснил свидетель А. «проскочить», но не смогла и заехала под экскаватор, который как установлено в судебном заседании истец видела, но совершила указанный маневр при этом не избирая боковой интервал до производящего работы экскаватора движением ближе к правому краю проезда.

Суд не принимает во внимание доводы стороны истца, относительно того, что поскольку ДТП произошло не на проезжей части, то п. 9.1, п. 9.10 ПДД РФ не могут иметь отношение, к рассматриваемому ДТП, поскольку основаны на неверном толковании ПДД РФ.

Что касается довода стороны истца о том, что п.19.10 ПДД подача звукового сигнала для предотвращения ДТП возможна лишь при очевидности, неизбежности совершения данного события, а также возможности истца заблаговременно среагировать на маневр водителя экскаватора, суд относится критически. В судебном заседании установлено, то обстоятельство, что истец видела экскаватор и его маневр движение назад, и как подтвердил свидетель со стороны истца, газанула и поехала, но маневр не получился, и истец заехала под экскаватор. При этом истец при всей очевидности происходящего и выполнении своего маневра не воспользовалась звуковым сигналом для предотвращения ДТП.

Довод стороны истца о том, что истец не должна была руководствоваться п.3.4 ПДД РФ, заслуживает внимание. Как установлено судом проблесковый маячок на экскаваторе горел, хотя при тех работах которые выполнял экскаватор этого не требовалось исходя из п.3.4 ПДД РФ, вместе с тем данное обстоятельство не освобождает истца от соблюдения п. 9.1, п. 9.10, п. 19.10 ПДД РФ.

С такими виновными действиями ФИО1 ДТП не может не состоять в причинно-следственной связи, поскольку если бы она строго следовала предписаниям ПДД РФ в части расположения транспортного средства на проезжей части, выбору бокового безопасного интервала в движении до работающего в поле видимости экскаватора, подачей звукового сигнала перед проездом зоны работающего экскаватора, столкновение бы не произошло.

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу, что данное дорожно-транспортное происшествие произошло по обоюдной вине обоих водителей – ФИО2 нарушившего п. 8.12, абз. 2 п.10.1 ПДД РФ, а также ФИО1, нарушившей п.9.1, п.9.10, п. 19.10 ПДД РФ, причем, вина истца ФИО1 составила 80 %, нарушившей три пункта ПДД РФ, а вина ответчика ФИО2 составила 20 %, нарушившего два пункта ПДД РФ, при этом суд учитывает существенность нарушений ПДД РФ каждым из водителей, а также указанные выше конкретные обстоятельства ДТП.

Согласно ст.15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ч.ч.1 и 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (транспортных средств), возмещается их владельцам на основании ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч.1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Вместе с тем, согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъясняется, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Таким образом, обстоятельствами, имеющими значение для разрешения спора о возложении обязанности по возмещению материального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, являются, в частности, обстоятельства, связанные с тем, что кто владел источником повышенной опасности на момент дорожно-транспортного происшествия.

При толковании названной нормы материального права и возложении ответственности по ее правилам следует исходить из того, в чьем законном фактическом пользовании находился источник повышенной опасности в момент причинения вреда. Владелец источника повышенной опасности освобождается от ответственности, если тот передан в техническое управление с надлежащим юридическим оформлением. В этой же норме законодатель оговорил, что освобождение владельца от ответственности возможно лишь в случае отсутствия его вины в противоправном изъятии источника повышенной опасности.

В силу требований ч.2 ст.195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

В соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст.55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Как следует из свидетельства о регистрации машины, справки о дорожно-транспортном происшествии собственником экскаватора ЭО – 2626 г/з 22 ЕВ 5740 является ФИО3

Однако, как следует из представленного в материалы дела, договора аренды транспортного средства без экипажа от *** ФИО2 принял во временное владение и пользование у ФИО3 экскаватор . Согласно п.1.4 договора Арендатор может за свой счет заключить договор ОСАГО со страховой организацией.

Согласно договору на оказание услуг механизации ООО «Позитив 88» - Заказчик поручил, а ФИО2 - Исполнитель взял на себя обязанности по оказанию услуг механизации по погрузке мусора и земляным работам в г.Рубцовске. Согласно п.4.1.6 указанного договора Исполнитель самостоятельно отвечает за безопасность движения своего транспорта по дорогам и соблюдение Правил дорожного движения. Все штрафы, налагаемые органами ГИБДД, на транспортные средства Исполнителя относятся на счет Исполнителя.

В судебном заседании ФИО2, подтвердил, что заключал указанные договоры и подписывал, трудовой договор с ним не заключался.

Таким образом, учитывая, что договоры аренды, на оказание услуг подтверждают наличие гражданско-правовых отношений между указанными лицами, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств наличия трудовых отношений между ФИО2 и ФИО3, ООО «Позитив 88», следовательно, именно ФИО2 является надлежащим владельцем источника повышенной опасности в момент причинения вреда и оснований для применения положений ст. 1068 ГК РФ у суда не имеется. Доказательств обратного ФИО2 суду не представлено, в ходе рассмотрения дела не добыто.

Поскольку сведений о страховании автогражданской ответственности владельца экскаватора на момент ДТП *** в материалах дела не имеется, следовательно, суд приходит к выводу, что гражданская ответственность ответчика ФИО2 по полису ОСАГО на момент ДТП не была застрахована, что не было оспорено сторонами в судебном заседании.

Согласно экспертному заключению эксперта - оценщика стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца на дату ДТП с учетом износа составляет 109 092,00 руб.

Ответчик ФИО2 данное доказательство не оспаривал.

Исходя из степени вины ФИО2 в ДТП, истец вправе претендовать на возмещение материального ущерба 21 818,40 руб. (109 092,00 руб. х 20 %).

В соответствии с п. 2 ст. 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 настоящего Кодекса.

ООО «Экспресс Оценка» обратилось с заявлением о взыскании расходов за проведение судебной автотовароведческой, автотехнической экспертизы, указав, что стоимость экспертизы составляет 18 000,00 руб., оплата определением суда возложена, на истца ФИО1 экспертиза на момент ее передачи в суд не оплачена, просит взыскать стоимость экспертизы в их пользу. В судебном заседании истец ФИО1 пояснила, что экспертизу не оплачивала.

Учитывая, что суд пришел к выводу о виновности обоих водителей в дорожно-транспортном происшествии, но с разной степенью вины, в связи с чем, и расходы на экспертизу подлежат возмещению экспертному учреждению с учетом степени вины водителей.

В дорожно-транспортном происшествии ФИО2 виновен на 20%, следовательно, с него подлежит взысканию, в пользу экспертного учреждения денежная сумма в размере 3 600,00 руб. (18 000,00 руб. стоимость всей экспертизы х 20% вины в ДТП).

В дорожно-транспортном происшествии ФИО1 виновна на 70%, следовательно, с нее подлежит взысканию, в пользу экспертного учреждения денежная сумма в размере 14 400,00 руб. (18 000,00 руб. стоимость всей экспертизы х 80% вины в ДТП).

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Истцом понесены расходы по оценке поврежденного транспортного средства в размере 4000,00 руб., и расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 462,00 руб.

Учитывая, что при обращении в суд, цена иска составляла 109 092,00 руб. (в цену иска не входят расходы по оплате услуг эксперта в сумме 4 000,00 руб.), между тем, учитывая степень вины истца в дорожно-транспортном происшествии, следовательно сумма подлежащая взысканию за причиненный ущерб транспортному средству истца в составляет 21 818,40 руб., суд приходит к выводу, что требования истца подлежат удовлетворению на 20 %.

Таким образом, в пользу истца с ответчика подлежат возмещению расходы, связанные с обращением в суд, а именно расходы за проведение экспертизы в сумме 800,00 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 692,40 руб.

Пункт 3 ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации, говорит о том, что разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

Взыскание расходов на оплату услуг представителя в разумных пределах процессуальным законодательством отнесено к компетенции суда и направлено на пресечение злоупотребления правом и недопущение взыскания несоразмерных нарушенному праву сумм. В противном случае следовало бы исходить из того, что размер таких расходов, подлежащих возмещению, вообще ничем не ограничен и любая сумма, указанная в договоре на оказание юридических услуг или квитанции по оплате юридических услуг автоматически подлежит взысканию, что неизбежно создает предпосылки для злоупотребления правом путем указания в соответствующих договорах заведомо завышенных сумм в расчете на то, что все они в последующем будут взысканы с ответчика.

С учетом ст.48, ст.88, ст.94, ч.1 ст.98, ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным удовлетворить требования о взыскании расходов на юридические услуги, связанные с составлением искового заявления и представительство в суде в сумме 10 000,00 руб., указанный размер расходов суд считает разумным пределом возмещения с учетом содержания и объема оказанных юридических услуг. При этом суд учитывает, объем проведенной представителем истца работы, количество времени связанного как с подготовкой искового заявления с предоставлением доказательств в обоснование заявленных требований при подаче иска в суд, так и временем его рассмотрения в суде первой инстанции, степень участия представителя истца при рассмотрении дела, категорию спора, сложность дела.

Из пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» следует, что при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ).

Принимая во внимание, что требования ФИО1 удовлетворены на 20%, суд считает необходимым взыскать судебные расходы на оплату услуг представителя пропорционально удовлетворенным требования исходя из разумности расходов на представителя истца в сумме 2 000,00 руб. (10 000,00 руб. х 20%).

Учитывая вышеизложенное, суд полагает, что требования истца подлежат частичному удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения материального ущерба 21 818,40 руб., расходы на оплату услуг эксперта в сумме 800,00 руб., расходы на оплату юридических услуг и услуг представителя в сумме 2 000,00 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 692,40 руб., всего взыскать 25 310,80 руб.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 к ФИО2 отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Экспресс Оценка» расходы за проведение судебной автотовароведческой, автотехнической экспертизы в размере 3 600,00 руб.

Взыскать с ФИО1 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Экспресс Оценка» расходы за проведение судебной автотовароведческой, автотехнической экспертизы в размере 14 400,00 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Позитив 88», ФИО3 отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Рубцовский городской суд Алтайского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.В. Сень