Решение № 2-2424/2025 2-2424/2025~М-2015/2025 М-2015/2025 от 17 августа 2025 г. по делу № 2-2424/2025

Дело 2-2424/2025

УИД: 74RS0032-01-2025-003097-16


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

4 августа 2025 года г.Миасс Челябинской области

Миасский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Гонибесова Д.А.

при секретаре Холкиной Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству финансов Челябинской области, Генеральной прокуратуре Российской Федерации о взыскании денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству финансов Челябинской области, Генеральной прокуратуре Российской Федерации о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 800 000 руб. в результате незаконного привлечения его к уголовной ответственности, ссылаясь на то, что постановлением Следственного отдела ОМВД России по г.Миассу Челябинской области от ДАТА было прекращено уголовное дело в отношении него в связи с отсутствием состава преступления.

Истец ФИО1 в судебном заседании иск поддержал, суду дал объяснения аналогичные тем доводам, которые указаны в исковом заявлении.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО3 при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимал. Представил письменные возражения на иск, просил рассматривать дело в свое отсутствие (л.д. 103).

Представитель Министерства финансов Челябинской области, Генеральной прокуратуры Российской Федерации, представитель третьего лица ГУ МВД России по Челябинской области, третье лицо ФИО4, ФИО9 при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимали.

Представитель третьего лица прокуратуры Челябинской области в судебном заседании иск посчитал необоснованным.

Заслушав истца, представителя третьего лица, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению частично.

Судом установлено, что ДАТА оперуполномоченным ОЭБиПК Отдела МВД России по городу Миассу Челябинской области подан рапорт начальнику того же подразделения органа внутренних дел о том, что в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий было установлено, что заместитель ... ФИО1 в период с 2020 по 2021 год совершал противоправные действия, выражающиеся в хищении бюджетных средств, путем заключения ФИО5 фиктивных договоров на оказание услуг для нужд учреждения. ФИО5 каких-либо услуг согласно заключенным договорам не оказывал, а передавал полученные денежные средства Шульцу Р.В. Сумма хищения денежных средств составила не менее 491 989 руб. Учитывая, что в действиях ФИО1 усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, просил разрешения на регистрацию материала и проведение проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ.

ДАТА руководителем следственного органа – начальником отделения по расследованию преступлений в сфере экономики СО Отдела МВД России по г.Миассу Челябинской области ФИО4 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ в отношении неустановленного лица по факту хищения чужого имущества путем обмана, совершенное с причинением крупного ущерба.

ДАТА ФИО1 в ходе расследования уголовного дела допрошен в качестве подозреваемой, в то же день он дал следователю обязательство о явке в том, что до окончания предварительного следствия, судебного разбирательства по подозрению ее в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ будет своевременно являться по вызовам следователя или в суд, а в случае перемены места жительства и (или) регистрации незамедлительно сообщит об этом.

ДАТА проведена очная ставка между свидетелем ФИО5 и подозреваемым ФИО1

ДАТА ФИО1 дополнительно допрошен в качестве подозреваемого.

Постановлением старшего следователя Следственного отдела ОМВД России по г.Миассу Челябинской области ФИО9 от ДАТА было прекращено уголовное дело в отношении ФИО1 по основанию, предусмотренному п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления.

Из показаний свидетеля ФИО6, данных в ходе рассмотрения дела, следует, что ее супруга ФИО1 длительно допрашивали сотрудники полиции, из-за этого он был в шоке, переживал, не спал всю ночь. Потом все улеглось. В октябре опубликовали ссылки о возбуждении уголовного дела, ФИО1 вновь стал переживать, у него поднималось давление, из носа шла кровь, он потерял аппетит, не спал ночью. ФИО1 не обращался за медицинской помощью, но принимал препараты от давления. Директор колледжа (отец ФИО1) попросил его уволиться по собственному желанию. Но ФИО1 перевели на другую должность, что отразилось на его заработной плате и его самооценке. Отношения с отцом (директором колледжа) не восстановились. Из колледжа ФИО1 был вынужден уволиться, так как испортились отношения. ФИО1 не мог устроиться на работу более полгода, так как никуда не брали. На сегодняшний день ФИО1 работает ....

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (пункт 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из пунктов 1, 3 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части 1 статьи 27 этого Кодекса (в частности в связи с отсутствием события преступления (пункт 1 части 1 статьи 24), отсутствием в деянии состава преступления (пункт 2 части 1 статьи 24), наличием в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела (пункт 5 части 1 статьи 27).

В силу части 1 статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации - морального вреда" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33) даны разъяснения о том, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Из приведенных норм материального права и разъяснений, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Ввиду того, что закон устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон спорного правоотношения. Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Таким образом, если суд в рамках гражданского судопроизводства признал доказанным факт причинения гражданину морального вреда в результате указанных в пункте 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации незаконных действий органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда и пришел к выводу о необходимости присуждения ему денежной компенсации, то в судебном акте должны быть приведены мотивы, обосновывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемой заявителю, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, при этом оценка таких обстоятельств не может быть формальной.

Компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Как видно из дела, ФИО1 был подвергнут незаконному привлечению к уголовной ответственности, постановлением следователя уголовное дело было прекращено, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ, в этой связи, суд приходит к выводу о правомерности требований истца о взыскании денежной компенсации морального вреда в результате незаконного уголовного преследования и о доказанности причинения истцу нравственных страданий в результате такого преследования.

В рассматриваемом случае является очевидным тот факт, что проведение следствия в отношении истца, ряда процессуальных действий в течение с сентября 2021 года по май 2022 года, в том числе проведение процессуальных действий с работниками учреждения, в котором осуществлял трудовую деятельность истец ФИО1 негативным образом сказалось на обычном укладе жизни истца и его деловой репутации.

Само по себе придание гражданину статуса подозреваемого влечет для него неблагоприятные последствия в оценке его личных качеств в обществе, возможность осуждения за совершенное правонарушение, возможность применения уголовного наказания, что причиняет нравственные страдания человеку, связанные с умалением его доброго имени и деловой репутации. В связи с чем, в подобной ситуации размер денежной компенсации морального вреда должен быть достаточным, поскольку обвинитель, инициируя уголовное преследование, должен предполагать о неизбежном наступлении неблагоприятных последствий, связанных с привлечением гражданина к уголовной ответственности.

Как следует из содержания иска, и объяснений истца ФИО1, данных в ходе рассмотрения дела, в ходе доследственной проверки оперативные сотрудники по отношению к нему вели себя по-хамски, оказывая психологическое давление на всех предполагаемых свидетелей, убеждая всех, что он является мошенником. Все это отразилось на состоянии его здоровья. Всему коллективу медицинского колледжа, в котором он добросовестно проработал многие годы, стало известно о том, что в отношении него расследуется уголовное дело, что негативно сказалось на общении с коллективом. ДАТА в его жилище провели обыск, допросили его в качестве подозреваемого, что также негативно отразилось на его моральном, психологическом состоянии. После возбуждения уголовного дела руководителем медицинского колледжа было предложено написать заявление на увольнение с должности ..., в связи с чем он вынужден был написать заявление о смене должности с меньшей заработной платой. Уголовное дело расследовалось с явными и грубыми нарушениями уголовно-процессуального закона РФ, так как в установленные законом сроки не предоставлялись ответы на заявленные ходатайства. По делу назначались бухгалтерские экспертизы, на разрешение которых не ставился основной вопрос о том, являются ли интересующие денежные средства бюджетными. ДАТА между ним и свидетелем ФИО13 проведена очная ставка, несмотря на то, что противоречий в показаниях не было. Орган предварительного следствия вместо прекращения уголовного дела, вызывал сотрудников колледжа и «выискивал» какие-то другие преступления, которые якобы могли быть совершены им. Следователь ФИО9, в чьем производстве находилось уголовное дело в 2021 году, указывала некоторым свидетелям по делу, что он совершил преступление, обманул их и нужно написать заявление в отношении него. Расследование уголовного дела длилось в течение полугода. Действиями сотрудников правоохранительных органов ему был причинен моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях. Он был опозорен перед своими родными, близкими, друзьями и коллегами. Громкая новость с его фамилией тиражировалась в СМИ на всю область. Он лишился должности заместителя директора колледжа. Его здоровье ухудшилось, его мучали постоянные головные боли, присутствовало постоянное волнение и тревога. Кроме того, в результате его увольнения с должности ... значительно снизилась моя заработная плата. Отношение с коллективом и руководством было испорчено на столько, что он вынужден был уволиться. Размер денежной компенсации морального вреда им определен в размере 800 000 рублей.

В силу частей 1 и 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно части 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Копии документов, представленных в суд лицом, участвующим в деле, направляются или вручаются им другим лицам, участвующим в деле, если у них эти документы отсутствуют, в том числе в случае подачи в суд искового заявления и приложенных к нему документов в электронном виде. Суд вправе предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Частью 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Исходя из изложенных выше положений закона каждая сторона спора должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать. Суд также вправе предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства. При этом бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для дела, между сторонами спора подлежит распределению судом на основании норм материального права, регулирующих спорные отношения, с учетом требований и возражений сторон. Для обеспечения вынесения законного и обоснованного решения суд обязан всесторонне и полно исследовать доказательства, установить фактические обстоятельства и правильно применить законодательство.

Доводы истца ФИО1 о том, что в ходе доследственной проверки оперативные сотрудники по отношению к нему вели себя по-хамски, оказывая психологическое давление на всех предполагаемых свидетелей, убеждая всех, что он является мошенником, о том, что расследование уголовного дела негативно сказалось на общении с коллективом; о том, что уголовное дело расследовалось с явными и грубыми нарушениями уголовно-процессуального закона РФ, так как в установленные законом сроки не предоставлялись ответы на заявленные ходатайства; о том, что орган предварительного следствия вместо прекращения уголовного дела вызывал сотрудников колледжа и «выискивал» какие-то другие преступления, которые якобы могли быть совершены им; о том, что следователь ФИО9 указывала некоторым свидетелям по делу, что он совершил преступление, обманул их и нужно написать заявление в отношении него во внимание приняты быть не могут, поскольку являются голословными и доказательства не подтверждены.

Вместе с тем, факт того, что ФИО1 после возбуждения уголовного дела, допроса в полиции он переживал, у него поднималось давление, не спал ночами, факт того, что директор колледжа (отец ФИО1) попросил его уволиться по собственному желанию, но ФИО1 был переведен на другую должность, что отразилось на его заработной плате, факт того, что отношения с отцом ФИО7 (директором колледжа) не восстановились, в связи с чем ФИО1 был вынужден уволиться из колледжа подтвержден показаниями свидетеля ФИО6, оснований не доверять которым у суда не имеется.

Истцом ФИО1 в ходе рассмотрения дела подтвержден факт того, что после возбуждения дела он вынужден был самостоятельно принимать препараты от давления.

Вместе с тем, суд, оценивая данные доказательства, принимает во внимание, что за медицинской помощью истец не обращался.

Однако судом отмечается, что наличие у ФИО1 ухудшение самочувствия, бессонницы, потери сна и аппетита в связи с переживаниями в результате уголовного преследования подтверждены показаниями свидетелей, данными в ходе рассмотрения дела.

Как видно из дела, истец ФИО1 подозревался в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, а именно в хищении бюджетных денежных средств, принадлежавших Министерству здравоохранения Челябинской области, посредством заключения фиктивных договоров на оказание услуг по аренде транспортных средств для нужд ГБПОУ «Миасский медицинский колледж» в период с 2017 по 2021 годы, совершенном в крупном размере на сумму не менее 491 898 руб., предусматривающего уголовное наказание в виде лишения свободы на срок до шести лет, относящихся к категории тяжких. Продолжительность периода уголовного преследования составила свыше семи месяцев (с ДАТА по ДАТА).

Судом отмечается, что с учетом характера преступлений, в совершении которых подозревался истец, имело место причинение ущерба его деловой репутации в профессиональной среде, поскольку в ходе расследования уголовного дела допрашивались сотрудники учреждения, в котором работал ФИО1, и ФИО1 с его согласия был переведен на другую должность в том же учреждении, а впоследствии из-за ухудшения отношений с руководителем учреждения вынужден был уволиться, что подтверждено показаниями свидетеля.

Суд также учитывает, что в представленных истцом публикациях в сети «Интернет» в сообществе «Свободный Миасс», и на иных ресурсах (л.д. 130-197) содержится информация о хищении денежных средств в Миасском колледже неустановленными лицом из числа руководителей учреждения, о том, что фигурантами уголовного дела могут стать директор колледжа ФИО14 и его сын ... ФИО2, но из этих публикаций прямо не следует о том, что такие действия совершались именно ФИО1 Имеющиеся комментарии не содержат сведений об обсуждении в сети «Интернет» информации о привлечении именно ФИО1 к уголовной ответственности.

Иных доказательств распространения и обсуждения в обществе информации о привлечении истца к уголовной ответственности в материалах дела не имеется.

В период уголовного преследования в отношении истца не избиралась мера пресечения, однако применялась мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке; ФИО1 в ходе уголовного преследования принимал участие в качестве подозреваемого при его допросах ДАТА и ДАТА, а также в очной ставке от ДАТА, в обыске, проводимом ДАТА по месту жительства (л.д. 15).

При определении денежной компенсации морального вреда суд учитывает личность истца.

Так, ФИО1, ДАТА года рождения, на момент возбуждения уголовного дела достиг 34-лентнего возраста, занимал должность заместителя ..., ранее к уголовной ответственности не привлекался. По месту работы в указанной должности и по месту жительства ФИО1 охарактеризован положительно.

Судом отмечается, что в период уголовного преследования ФИО1 не подвергался задержанию, не заключался под стражу, обвинение истцу не предъявлялось. В период уголовного преследования от занимаемой должности ФИО1 также не отстранялся.

Однако, подлежит учету судом наличие эмоциональных страданий в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, наличие дискомфортного состояния, связанного с подозрением в совершении преступления. Вместе с тем, доказательств изменения привычного образа жизни ФИО1 в связи с уголовным преследованием в материалах дела не имеется.

Факт претерпевания истцом указанных нравственных страданий, обусловленных уголовным преследованием, подтвержден показаниями свидетеля, допрошенного в ходе рассмотрения дела, который подтвердил наличие у истца в данный период времени переживаний, нарушение сна, повышением давления, прием истцом лекарственных препаратов для облегчения состояния.

Судом отмечается, что доказательств обращения истца за медицинской помощью, ухудшение состояния здоровья в результате нравственных страданий, вызванных уголовным преследованием, как после возбуждения уголовного дела, так и в настоящее время суду не представлено.

Судом отмечается, что показаниями свидетеля подтвержден факт нарушения поддерживаемых истцом близких семейных отношений с отцом, который на момент уголовного преследования являлся руководителем учреждения, в котором работал истец. Доказательств нарушения поддерживаемых истцом близких семейных отношений с другими родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи в материалах дела также не имеется.

Суд также оценивает конкретные обстоятельства, связанные с незаконным уголовным преследованием ФИО1

Так, из постановления от ДАТА о прекращении уголовного дела следует, что ФИО1, занимавший должность заместителя ... ГБПОУ «Миасский медицинский колледж», выполняя административно-хозяйственные функции в организации, в период с ДАТА по ДАТА заключал с ФИО5 договора аренды транспортных средств, по условиям которых ФИО5 предоставлял в аренду Миасскому медицинскому колледжу автомашину марки «Хендай», в дальнейшем машину «Рено Дастер» и получал от указанного учебного заведения ежемесячно оплату в размере 44 000 рублей из внебюджетных денежных средств, принадлежащих ГБПОУ «Миасский медицинский колледж», которую возвращал ФИО8 наличными в указанной сумме. При этом фактически машина «Хендай» в распоряжение Миасского медицинского колледжа не предоставлялась. ФИО1 взамен автомобиля, принадлежащего ФИО5, предоставлял иные автомобили. В ходе расследования уголовного дела от директора ГБПОУ «Миасский медицинский колледж» поступило заявление о прекращении разбирательства по уголовному делу, поскольку услуги по аренде автомобилей были оказаны, ущерб учреждению причинен не был. Проанализировав полученные в ходе расследования уголовного дела доказательства следователь пришел к выводу об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела и в результате очной ставки со свидетелем ФИО5, проведенной в ходе расследования уголовного дела ДАТА (л.д. 148), ФИО1 не отрицал самого факта заключения с ФИО5 договоров на оказание услуг по аренде транспортных средств для нужд ГБПОУ «Миасский медицинский колледж» в период с 2017 по 2021 годы, по которым фактически, принадлежащий ФИО5 автомобиль в пользование не передавался, а денежные средства, принадлежащие учреждению, полученные ФИО5 в счет арендной платы, передавались Шульцу Р.В. В связи тем, что ущерб учреждению причинен не был, следователь пришел к выводу об отсутствии обязательного признака состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Таким образом, оценивая конкретные действия ФИО1, суд приходит к выводу о том, что данные действия являлись незаконными (осуществлялись с нарушениями ст. 170 ГК РФ) в силу того, что истец как ... посредством заключения фиктивных договоров с ФИО5 на оказание услуг по аренде транспортных средств для нужд ГБПОУ «Миасский медицинский колледж» в период с 2017 по 2021 годы, получал в свою пользу денежные средства, принадлежащие данному учреждению, за использование предоставленных самим ФИО1 автомобилей. Вместе с тем, суд учитывает, что в результате указанных действий фактически ущерб учреждению причинен не был.

При этом суд соотносит данные действия с тяжестью причиненных истцу в результате таких обстоятельств и действий физических и нравственных страданий, которые имели место, поскольку ФИО1 подозревался в совершении преступления, против собственности - мошенничества, то есть хищения чужого имущества (бюджетных денежных средств, выделенных Миасскому медицинскому колледжу, в котором ФИО1 занимал должность заместителя директора), что причинило ущерб в размере не менее 491 989 руб., чего в ходе расследования уголовного дела установлено не было.

В этой связи судом также отмечается, что незаконное привлечение уголовной ответственности при отсутствии необходимых признаков преступлений, в которых подозревался ФИО1 (отсутствие ущерба), свидетельствует о наличии вины со стороны органов предварительного следствия в причинении морального вреда.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, суд с учетом доводов ответчика, оценивает также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, как основополагающих принципов, предполагающих установление судом баланса интересов сторон спорного правоотношения (интересов частных и публичных интересов) с тем, чтобы реабилитированному лицу максимально возмещался причиненный моральный вред и чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, не допускала чрезмерного взыскания такой компенсации.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о снижении заявленной денежной компенсации морального вреда до 100 000 руб., размер которой с учетом указанных выше обстоятельств является соразмерным и адекватным обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему Шульцу Р.В., обеспечивает баланс частных и публичных интересов.

Выплата компенсации морального вреда в указанном размере не нарушает права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

С учетом приведенного выше суд приходит к выводу о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 денежной компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 100 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 (паспорт серии НОМЕР НОМЕР) с Министерства финансов Российской Федерации (ОГРН <***>) за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

В остальной части требования оставить без удовлетворения.

В удовлетворении всех исковых требований, предъявленных к Министерству финансов Челябинской области, Генеральной прокуратуре Российской Федерации отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Миасский городской суд Челябинской области.

Председательствующий судья

Мотивированное решение суда составлено 18 августа 2025 года