Приговор № 1-204/2025 1-23/2026 от 3 марта 2026 г. по делу № 1-204/2025

Дело № 1-23/2026 (1-204/2025)

УИД 33RS0<***>-01-2025-002516-53


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

4 марта 2026 года г. Владимир

Фрунзенский районный суд г. Владимира в составе:

председательствующего Марковой Е.И.,

при помощнике судьи Минеевой В.Н., секретаре Гуровой А.Д.,

с участием:

государственных обвинителей Такташевой К.В., Гизматуллина Р.А., Шурыгиной С.В.,

подсудимого ФИО1,

защитника Ремизова С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, ... года рождения, уроженца ......, гражданина РФ, имеющего среднее профессиональное образование, в зарегистрированном браке не состоящего, иждивенцев не имеющего, зарегистрированного и проживающего по адресу: ......, несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшие по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

В период с 20 часов 6 минут 12 июня 2025 года по 00 часов 18 минут 13 июня 2025 года в помещении ...... между Я и ФИО1, находившимися в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, произошел конфликт, в ходе которого Я выразился в адрес ФИО1 нецензурной бранью и нанес ему удар кулаком в область правого глаза, после чего на почве личных неприязненных отношений у ФИО1 возник преступный умысел, направленный на причинение вреда здоровью Я, вплоть до тяжкого, реализуя который, действуя умышленно, ФИО1, в период с 20 часов 6 минут 12 июня 2025 года по 00 часов 18 минут 13 июня 2025 года, находясь в помещении указанной квартиры, будучи в состоянии алкогольного опьянения, нанес с силой не менее одиннадцати ударов кулаками по голове и телу Я, причинив ему телесные повреждения в виде:

1) закрытой травмы живота: два разрыва брыжейки толстой кишки: сквозной разрыв длиной 8 см, несквозной разрыв длиной 4 см с разлитыми кровоизлияниями в окружности; наличие жидкой крови в полости живота в объеме до 1300 мл; кровоподтек на правой передней стенке живота справа в нижней половине 2?1,5 см, которые в своей совокупности являются частями одного травматического процесса, по признаку опасности для жизни относятся к телесным повреждениям, причиняющим тяжкий вред здоровью, и имеют прямую причинно-следственную связь с наступлением смерти Я;

2) множественных мелких ссадин на коже спинки и кончике носа; кровоподтека на коже подбородка справа 3,5?1,5 см; кровоподтека на слизистой оболочке нижней губы справа 3?3 см; двух кровоподтеков на коже в области внутреннего конца правой ключицы и в левой подключичной области, округлой формы, диаметром 2 см и 2,5 см, которые у живых лиц не вызывают кратковременного расстройства здоровья, по этому признаку относятся к телесным повреждениям, не причиняющим вреда здоровью, и причинной связи с наступлением смерти Я не имеют.

В результате полученной закрытой травмы живота, сопровождающейся двумя разрывами брыжейки толстой кишки, осложнившейся обильной внутренней кровопотерей, образовавшейся от умышленных преступных действий ФИО1, Я скончался на месте происшествия по адресу: ...... не позднее 2 часов 10 минут 13 июня 2025 года. ФИО1 умышленно причинил Я тяжкий вред здоровью, который повлек смерть последнего, не желал и не предвидел возможности ее наступления, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог ее предвидеть.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершенном преступлении признал частично, не согласился с квалификацией содеянного, предложенной органами предварительного следствия и поддержанной государственным обвинителем, полагал, что его действия подлежат квалификации по ч. 1 ст. 109 УК РФ – как причинение смерти по неосторожности.

На стадии предварительного и судебного следствия ФИО1 показал, что не имел умысла на причинение тяжкого вреда здоровью и смерти Я Квартира, в которой он проживал до задержания, - двухкомнатная и является коммунальной, в общем пользовании в ней находятся прихожая, кухня, туалет и ванная, одна комната принадлежит ему и он в ней проживал, а вторая - сдается в аренду. С конца августа - начала сентября 2024 года в соседней комнате стал проживать Я, который арендовал данную комнату. За время проживания Я. практически ежедневно употреблял спиртные напитки, но жили они достаточно дружно. Поначалу Я. жил в своей комнате один, распивал спиртное и каких-либо неудобств ему не доставлял, но с начала января 2025 года он стал периодически нарушать тишину в своей комнате, приводил в нее других людей, с которыми распивал спиртное, они громко разговаривали, слушали музыку и тем самым мешали ему ночью отдыхать. Он неоднократно высказывал Я. претензии по этому поводу, но последний не реагировал на его замечания, из-за этого между ними стали происходить словесные конфликты, иногда, будучи в состоянии сильного алкогольного опьянения, Я. забегал к нему в комнату с ножом в руках и угрожал ему, о чем он неоднократно сообщал в полицию, когда Я. трезвел, при встречах они продолжали нормально общаться. Примерно с начала июня 2025 года Я. стал проживать в своей комнате с И, вместе они прожили в комнате Я. около одной недели, на протяжении которой ежедневно распивали алкогольные напитки и громко вели себя в ночное время, чем мешали ему отдыхать. Он продолжал высказывать Я. претензии относительно указанного поведения, но он на них не реагировал и из-за этого между ними продолжались словесные конфликты. 12 июня 2025 года около 13 часов он ушел гулять, а Я и И спали в своей комнате. Вернувшись домой около 18 часов того же дня, он увидел через приоткрытую дверь комнаты Я., что он находится там с М и распивает спиртное, они сидели спокойно. Около 20 часов того же дня, находясь у себя в комнате, он слышал, как М разговаривает с кем-то по телефону и договаривается о встрече, после чего она и Я. ушли из квартиры. Около 21 часа они вернулись вместе с ранее ему неизвестной Г и в комнате у Я. они втроем стали распивать алкогольные напитки, громко разговаривать и слушать музыку. Около 22 часов 30 минут он решил сделать замечание Я., М и Г об их громком поведении и попросить вести себя тише. Выйдя в прихожую, он увидел, что дверь в комнату Я. приоткрыта, он подошел к ней, приоткрыл ее сильнее, с порога в комнате он увидел Я., М и ФИО2 и, употребляя нецензурную брань, высказал им требования прекратить распивать спиртное и вести себя тише, в ответ Я. нецензурной бранью послал его, а он в ответ высказал оскорбления М и Г в неприличной форме, после чего Я. встал с дивана и пошел в его сторону, выставив руки вперед, и пытался в него вцепиться. Он испугался и побежал к себе в комнату, но не успел в нее зайти, поскольку, находясь в коридоре между входными дверями в обе жилые комнаты, он услышал, что Я. идет за ним, а когда повернулся, Я. нанес ему один удар правым кулаком в правый глаз, от чего он испытал физическую боль и упал, ударившись правым локтем о стену. После чего он встал и в ответ нанес Я. не менее 3 ударов обоими кулаками в область лица, а именно в глаза и челюсть. В ответ Я. пытался еще нанести ему удары кулаками, но он от них увернулся. Затем Я. обхватил его правой рукой (плечом и предплечьем) за шею, склонил его вперед и стал с силой удерживать, удушая его, в этот момент его голова упиралась в живот Я.. Ему стало трудно дышать и чтобы вырваться, находясь в склоненном положении, он нанес Я. не менее 10 ударов обоими кулаками по туловищу, а именно в область груди и живота. Удары им нанесены с силой, по прямой траектории, сначала попеременно один за другим не менее 3 сильных ударов в живот, спустя несколько секунд еще несколько менее сильных ударов, от которых Я. ослабил хватку и он вырвался. После того, как он вырвался, он пошел в свою комнату и, не успев зайти к себе, услышал, как Я. упал, оглянувшись, он увидел, что Я. лежит на полу в прихожей на спине, смеется. Их конфликт длился не более 10 минут. Все это время М и Г находились в комнате Я., входная дверь в которую была приоткрыта, в коридор они не выходили, не пытались вмешаться в их конфликт, к ним за помощью он также не обращался, их не звал и ничего им не кричал. Затем он зашел к себе в комнату, сразу вышел из нее и увидел, что Я. продолжает лежать спиной на полу прихожей, последний был в сознании и из его носа текла кровь. Он заглянул в комнату Я., входная дверь в которую была открыта, и сказал нецензурной бранью М и Г, чтобы они ушли, что они и сделали, когда они уходили, Я. что-то сказал им, улыбнулся и помахал рукой, из его носа текла кровь. Он проводил их до входной двери в подъезд и, убедившись, что они вышли из подъезда, вернулся в квартиру. Когда он зашел в квартиру, Я. продолжал лежать на спине на полу в прихожей и что-то невнятно говорил. Он прошел мимо него в свою комнату, где покурил на балконе, вернувшись, увидел, что Я. продолжает лежать в прихожей в том же положении, и он решил его перенести в его комнату, чтобы через него не переступать ночью, поскольку тот был пьян и не мог встать. Подойдя к Я. со стороны головы, он взял его руками под мышки и оттащил в комнату последнего, где положил его спиной на пол, ногами ко входу и оставил там лежать, на пол его не бросал, Я. головой об пол при нем не ударялся, при этом Я. был жив, в сознании, но что-то невнятно говорил и из его носа текла кровь, после чего он снова ушел к себе в комнату, где находился 20-30 минут. Около 23 часов 30 минут того же дня ему показалась странным, что Я. не слышно, и он решил проверить его. Когда он вошел в комнату Я., увидел, что последний все так же лежит на полу в том же положении, в котором он его положил, Я. был бледным и из его носа и рта текла кровь, он ему не отвечал, тогда он испугался и забеспокоился, проверил у Я. на шее пульс, не почувствовал его и стал со своего мобильного телефона вызывать скорую медицинскую помощь и полицию, что ему не удалось, поскольку он неправильно набирал комбинацию цифр. Затем он дошел до отдела полиции № 3 УМВД России по г. Владимиру, куда пришел через 10-15 минут, обратился в дежурную часть и сделал сообщение и произошедшем между ним и его соседом конфликте, после чего пошел домой дожидаться приезда сотрудников полиции. Вернувшись в квартиру, он увидел Я. лежащим на полу его комнаты все в том же положении, он был бледным. Спустя несколько минут в квартиру прибыли сотрудники полиции, а затем вынесли Я. на носилках. В момент конфликта он находился в состоянии алкогольного опьянения, около 16-00 часов 12 июня 2025 года он употребил около 100 граммов коньяка, а также после 18-00 часов того же дня – около 1 литра алкогольсодержащего пива, однако, самостоятельно передвигался, мог изъясняться, контролировал свои действия, мог ими руководить, ориентировался в обстановке, осознавал и запомнил произошедшее, понимал характер своих действий, обстоятельства указанных им событий помнит хорошо. Когда Я. схватил его за шею правой рукой, склонил вниз и стал с силой удерживать, в момент, когда ему становилось трудно дышать, он испугался за свою жизнь и без намерения убивать С., стал от него отбиваться, нанося удары кулаками, не рассчитывая своей силы. Ранее какими-либо видами единоборств он не занимался и специальной подготовки по рукопашному бою не имеет. Когда Я. удерживал его в захвате, он наносил ему хаотичные удары по телу и мог попасть по лицу и голове. До указанного конфликта видимых телесных повреждений у Я. он не видел, в том числе на лице, побитым он не выглядел. Допускает, что перечисленные в предъявленном ему обвинении телесные повреждения могли образоваться у потерпевшего в результате нанесенных им ударов по лицу и телу последнего в ходе указанного конфликта при названных обстоятельствах. (т. 2 л.д. 6-10, 17-19, 29-31, 39-42)

Показания ФИО1 проверены на месте, в ходе данного следственного действия последний в присутствии своего защитника 13 июня 2025 года в период с 21 часа 15 минут до 22 часов 30 минут указал на ......, пояснив, что в данной квартире 12 июня 2025 года около 23 часов в ходе конфликта он нанес не менее 11 ударов кулаками по лицу и телу Я, от которых последний скончался на месте происшествия, продемонстрировав нанесение ударов на манекене, в том числе указав, что в момент нанесения им ударов в живот Я последний правой рукой обхватил его за шею и удушал. (т. 2 л.д. 20-28)

В судебном заседании ФИО1 подтвердил показания, данные им на стадии предварительного следствия и оглашенные в судебном заседании, указал, что они достоверны, он добровольно давал такие показания в присутствии защитника, они соответствуют действительности.

Сопоставляя обстоятельства, изложенные подсудимым, с совокупностью исследованных по настоящему делу доказательств, суд приходит к выводу о недостоверности показаний ФИО1 в части отсутствия у него умысла на причинения вреда здоровью Я и неосторожном нанесении ему ударов, а избранную им позицию по делу – способом защиты от предъявленного ему обвинения и попыткой исказить реальную картину событий с целью избежания ответственности за содеянное.

Вместе с тем, суд полагает необходимым признать показания подсудимого об обстоятельствах совершенного им преступления, данные им на стадии судебного и предварительного следствия, правдивыми и достоверными в той части, в которой они согласуются с остальными исследованными судом доказательствами, и положить их в основу приговора. При этом суд исходит из того, что они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, подтверждаются совокупностью иных добытых по делу и исследованных в судебном заседании доказательств, согласуются и соотносятся с ними и не противоречат им.

Несмотря на частичное признание ФИО1 своей вины в совершении указанного преступления, его виновность в его совершении подтверждается следующими исследованными судом доказательствами.

Согласно оглашенным на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниям потерпевшей Я умерший Я – ее родной брат, который ранее проживал в съемной коммунальной квартире по адресу: ....... 13 июня 2025 года около 10 часов ей позвонила ее мать Я и сообщила, что от сотрудников полиции г. Владимира ей известно о том, что Я нашли мертвым в своей квартире. Обстоятельства смерти брата ей неизвестны. В указанной квартире Я. проживал примерно с сентября 2024 года, о том, что по соседству с ним живет еще кто-то, она ничего не знала, с братом она поддерживала связь только по телефону. Последний раз она с ним общалась по телефону 6 июня 2025 года, они разговаривали на бытовые темы. Ни 6 июня 2025 года, ни в ходе других телефонных разговоров С. никогда ей не говорил о том, что у него были с кем-то драки или его когда-то побили. Насколько ей известно, у Я. никаких операций и травм внутренних органов не имелось, он лежал в больнице в связи с инсультом, а также переломом ключицы и травмой тазобедренного сустава более 5 лет назад. В результате смерти брата ей причинен моральный вред. (т. 1 л.д. 39-42)

Из оглашенных на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля П установлено, что с 2023 года она постоянно проживает в ......, в квартире № 47 живет мужчина по имени С., который уже проживал в данном доме на момент ее переезда. Данный С. постоянно злоупотреблял спиртными напитками, вел антиобщественный образ жизни, каждый день у него находились люди в состоянии алкогольного опьянения. Я она не знает и никогда его не видела. 12 июня 2025 года в вечернее время она находилась по месту жительства, в темное время суток она услышала словесный конфликт в квартире № 47 и голос С., затем конфликт перерос в драку, она услышала грохот и звуки ударов, во время конфликта она слышала мужской голос с угрозой «Я тебя прибью», через 10 минут конфликт завершился, из квартиры никто не выходил. (т. 1 л.д. 56-57)

Согласно показаниям свидетеля И, данным ею на стадии предварительного и судебного следствия, установлено, что в мае 2025 года она познакомилась с Я, с 4 июня того же года, на протяжении одной недели она проживала вместе с ним в его комнате в двухкомнатной коммунальной квартире по адресу: ......, в ней общие кухня, туалет, ванная и прихожая. В одной комнате жили С. и она, а в другой – сосед последнего по имени С., в судебном заседании она опознала в нем подсудимого ФИО1 Практически ежедневно Я. и Шадрин словесно ругались на кухне квартиры, в чем была причина конфликтов, она не знает, поскольку они с Я. за время проживания вели себя тихо и спокойно, в комнату своих знакомых не приглашали, она лично в конфликтах не участвовала, у нее с подсудимым конфликтов не было и при встрече он ей никаких претензий не высказывал. Я. где-то работал трактористом, но в период их совместного проживания он находился на больничном, и они каждый день совместно употребляли алкогольные напитки у него в комнате. 12 июня 2025 года около 13 часов она и Я. пошли за спиртным в магазин «Магнит», расположенный в ......, где купили в том числе бутылку водки объемом 0,7 литра и бутылку пива объемом 1,5 литра. Дома они с С. в течение дня практически полностью выпили все купленное спиртное, в квартире они находились вдвоем. Около 19 часов 45 минут того же дня ей позвонила Г, с которой они договорились распивать алкогольные напитки в комнате у Я., после чего около 20 часов она, Я. и Г встретились и пошли за спиртным в магазин «Магнит», расположенный в ......, где купили бутылку водки объемом 0,7 литра, бутылку пива объемом 1,5 литра, после чего пошли все вместе домой к Я.. В тот же день с 20 часов 30 минут до 21 часа она, Я. и Г пришли в комнату Я., где стали распивать спиртное, в квартире больше никого не было. Когда они находились в комнате, входная дверь в нее была приоткрыта и она видела, как около 22 часов в квартиру пришел подсудимый ФИО1 и прошел к себе в комнату, в это время они уже были пьяны и все втроем лежали на диване в комнате Я. в нижнем белье, смотрели телевизор, вели себя тихо и спокойно. В какой-то момент ФИО1 открыл сильнее дверь в комнату Я., она в это время сидела на диване. Увидев ее, он оскорбил ее неприличным выражением, после этого Я. сразу же вскочил с дивана, подошел к ФИО1 и они сразу же схватили друг друга руками за плечи и шею и стали толкаться. Во время этого они находились в прихожей и сразу же дверь в комнату Я. была ими прикрыта. Что происходило между Я. и ФИО1 дальше, она не видела, так как дверь в комнату была прикрыта, а она и Г стали одеваться, чтобы выйти в прихожую и разнять Я. и его соседа. Пока они с Г одевались, она лишь слышала какие-то глухие удары, похожие на удары по телу человека, но кто, кого, куда, чем и сколько раз бил, не видела, лишь через небольшую щель между дверью и дверным косяком увидела, как Я. упал с грохотом спиной на пол. Конфликт длился около 10 минут, при этом Я. и ФИО1 ругались, выражались нецензурной бранью, кто-то из них вскрикивал, из-за чего кто-то из соседей стал стучать по батареям. Затем Я. приподнялся и на ягодицах подполз к двери в свою комнату, а затем снова лег спиной на пол прихожей. Затем Шадрин снова заглянул в комнату Я. и, употребляя нецензурную брань, сказал, чтобы они с Г скорее ушли из квартиры. Когда они вышли из комнаты Я., последний лежал на спине на полу прихожей, из его носа текла кровь, он с ними попрощался и помахал рукой. Оказать какую-либо помощь Я. они с Г не смогли, так как ФИО1, употребляя нецензурную брань, снова требовал от них покинуть квартиру, после чего они вышли на лестничную площадку, а ФИО1 пошел за ними следом и проводил до выхода из подъезда, а затем вернулся в квартиру. Она и Г ушли из квартиры около 23 часов того же дня. 13 июня 2025 года около 1 часа 30 минут от сотрудника полиции ей стало известно, что Я обнаружен мертвым в своей комнате, она ему рассказала по телефону о том, что произошло в квартире Я 12 июня 2025 года, а около 9 часов того же дня явилась в ОП № 3 УМВД России по г. Владимиру для дачи объяснения. В ОП № 3 УМВД России по г. Владимиру она видела ФИО1 и спросила у него, что произошло после их ухода, на что он ответил, что только оттащил Я. из прихожей в его комнату, оставил там, а потом нашел мертвым через 20 минут и обратился в полицию. На протяжении совместного проживания с Я. телесных повреждений у него она не видела, на здоровье он никогда не жаловался, о наличии у него каких-либо заболеваний ей неизвестно. Я. охарактеризовала положительно как спокойного, работящего, неконфликтного, в подобных драках и конфликтах до указанных ею событий она его не замечала. (т. 1 л.д. 43-46)

Свидетель Г в судебном заседании и на предварительном следствии показала, что 12 июня 2025 года в вечернее время ей позвонила ее подруга И и предложила выпить спиртное, после чего около 20 часов на улице она встретилась с М и сожителем последней Я, которые находились в состоянии алкогольного опьянения. Телесных повреждений она у Я. не видела, на здоровье он не жаловался. От М ей известно, что с 4 июня 2025 года, на протяжении недели она проживает у Я.. Они пошли в магазин «Магнит», где приобрели бутылку водки объемом 0,7 литра, после чего пошли домой к Я., а именно в ......, номер квартиры она не запомнила. Квартира - двухкомнатная, как ей позже стало известно, в одной комнате проживал Я., а в другой комнате – его сосед по имени С., в судебном заседании она опознала в нем подсудимого ФИО1 Придя в квартиру, они стали распивать спиртное в комнате Я., в квартире они были одни. Между 22 и 23 часами они были сильно пьяны и решили лечь спать, в их комнате громко звучал телевизор, до этого они громко разговаривали. В какой-то момент она задремала, через некоторое время проснулась от того, что Юля и С. с кем-то заговорили. В это время ФИО1 открыл сильнее дверь в комнату Я. и, увидев М в нижнем белье, оскорбил ее неприличным выражением, после чего Я. вскочил с дивана, подошел к ФИО1 и они сразу же схватили друг друга руками за плечи и шею и стали толкаться. Во время этого они находились в прихожей и сразу же дверь в комнату Я. была ими прикрыта, однако осталась щель между дверью и дверным косяком около 20 см. Что происходило между Я. и ФИО1 дальше, она не видела, лишь слышала какие-то звуки, похожие на возню, также слышала, как Я. и его сосед выражались в адрес друг друга нецензурной бранью и разговаривали на повышенных тонах. Это продолжалось около 8 минут. Они с М стали одеваться, чтобы выйти в прихожую и разнять Я. и ФИО1. Через приоткрытую дверь она увидела, что в коридоре на полу на спине лежал Я., после чего дверь в комнату открылась и ФИО1 нецензурной бранью сказал им с М как можно быстрее уходить из квартиры. Когда они вышли из комнаты, Я. лежал на спине на полу в прихожей, на его лице она увидела лице кровь, которая текла из носа, он был живой, попрощался с ними и помахал рукой. Оказать какую-либо помощь Я. они не смогли, так как ФИО1 их подгонял, чтобы они вышли из квартиры. Он открыл им входную дверь квартиры, прошел с ними до первого этажа подъезда, открыл им входную дверь в подъезд и ушел обратно в квартиру. Они с М покинули квартиру около 23 часов ..., после этого она сразу же пошла домой и дома была около 23 часов 20 минут. М также пошла к себе домой на ......, где она фактически проживала. 13 июня 2025 около 9 часов она находилась около ......, где увидела М, которая сказала ей, что идет в ОП № 3 УМВД России по г. Владимиру, поскольку ее туда вызвали сотрудники полиции, а также что Я. обнаружен мертвым в своей комнате. В отделе полиции она увидела ФИО1, в ходе разговора с которым он сказал, что после того, как она и М ушли из квартиры, он оттащил Я. из прихожей в его комнату и оставил там, а через 15-20 минут нашел его мертвым и о случившемся сообщил в полицию. (т. 1 л.д. 47-52)

Согласно показаниям свидетеля Д, данным ею в судебном заседании и на предварительном следствии, ФИО1 - ее родной брат, до задержания он с детства проживал в двухкомнатной коммунальной квартире по адресу: ......, в общем пользовании в которой находятся прихожая, кухня, ванная и туалет, в одной комнате жил ее брат, а в другой - его сосед Я, о котором ей известно только со слов брата, лично она с ним не встречалась и не общалась. В основном, с братом они общались по телефону, в ходе разговоров ФИО1 неоднократно сообщал ей, что Я. ежедневно употребляет спиртное и, будучи в состоянии алкогольного опьянения, нарушает тишину, чем мешает ее брату отдыхать в ночное время, из-за чего у них происходили конфликты, «стычки», в ходе которых иногда Я. нападал на ФИО1, один раз – с ножом, о чем ее брат сообщал в полицию. Об этих событиях ФИО1 рассказывал ей с раздражением. Подробности данных конфликтов ей неизвестны. 13 июня 2025 года в вечернее время ей позвонил ФИО1 и сообщил, что его задерживают за то, что он в ходе очередного конфликта побил своего соседа Я. и тот после этого умер, подробности ей также неизвестны. ФИО1 охарактеризовала положительно, как спокойного, неагрессивного и неконфликтного человека, работящего, ранее он осуществлял уход за больной пожилой матерью, спиртными напитками он не злоупотребляет, о подобных конфликтах с его участием ей неизвестно. Ее брат всегда занимался физическим трудом, работал строителем, на здоровье не жаловался. Более 10 лет назад Шадрин состоял в браке, который продлился около 2 лет, с бывшей супругой с его слов они «не сошлись характерами». До переезда в указанную комнату Я. у ее брата неоднократно возникали конфликты с предыдущими соседями по квартире, поскольку они пытались выселить из нее ФИО1. (т. 1 л.д. 58-60)

Из оглашенных на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля С - дежурного дежурной части ОП № 3 УМВД России по г. Владимиру установлено, что с 12 по 13 июня 2025 года он находился на рабочем месте и осуществлял прием и регистрацию сообщений о происшествиях. 13 июня 2025 года около 00 часов в дежурную часть поступил звонок с установленного в холле отдела полиции телефона от мужчины, представившегося ФИО1, проживающим по адресу: ......, который сообщил, что пришел к себе домой и обнаружил труп мужчины, который оттащил в соседнюю комнату, после чего повесил трубку и покинул отдел полиции. При общении по телефону он понял, что ФИО1 находился в состоянии опьянения и сильно взволнован, так как речь его была несвязанной. Данное сообщение было им зарегистрировано и на место происшествия отправлена дежурная оперативная группа. (т. 1 л.д. 199-202)

Кроме того, вина ФИО1 в совершении данного преступления подтверждается следующими исследованными судом доказательствами:

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому 13 июня 2025 года в период с 2 часов 10 минут до 4 часов 10 минут с участием судебно-медицинского эксперта, эксперта ЭКЦ УМВД области и ФИО1, с применением фото-фиксации произведен осмотр ......, в ходе которого зафиксирована обстановка в указанной квартире и установлено следующее: на лестничной площадке перед входной дверью квартиры обнаружены следы вещества бурого цвета, в одном из которых обнаружен след обуви; в прихожей на полу напротив входа в квартиру обнаружены следы вещества бурого цвета, в центре которого – сигаретный окурок со следами того же вещества; справа от входа в квартиру на стене обнаружены следы вещества бурого цвета; при входе в комнату, где проживал Я, на стене с левой стороны обнаружены следы (брызги) вещества бурого цвета, на полу по всей комнате также имеются следы вещества бурого цвета в виде капель и мазков, на полу в комнате головой в сторону окна и ногами ко входу на спине, лицом вверх (голова развернута в сторону левого плеча) лежит труп Я с подсохшими подтеками крови из носа и телесными повреждениями в виде: множественных мелких ссадин на спинке и кончике носа, множественных полосовидных ссадин на теменно-затылочной области, кровоподтека на слизистой оболочке нижней губы справа, деформация конца правой ключицы без выраженной патологической подвижности, кровоподтека в области правой ключицы, двух кровоподтеков и царапины на внутренней и передней поверхности нижней трети левого предплечья, кровоподтека на задней поверхности нижней половины левого плеча, кровоподтека в левой подключичной области. В ходе осмотра изъяты: след подошвы обуви; смыв вещества бурого цвета; сигаретный окурок с веществом бурого цвета; следы пальцев рук; пустая бутылка из-под водки; кружка; стопка; стакан; две полимерные трубочки для питья напитков; следы пальцев рук трупа Я; следы пальцев рук ФИО1 (т. 1 л.д. 24-34);

- заключением эксперта № 1287 от 25 июля 2025 года, согласно выводам которого при судебно-медицинском вскрытии трупа Я обнаружены следующие телесные повреждения: п. 1.1) закрытая травма живота: два разрыва брыжейки толстой кишки: сквозной разрыв длиной 8 см, несквозной разрыв 4 см с разлитыми кровоизлияниями в окружности; наличие жидкой крови в полости живота в объеме до 1300 мл; кровоподтек на передней стенке живота справа в нижней половине 2?1,5 см; п. 1.2) множественные мелкие ссадины на коже спинки и кончике носа; кровоподтек на коже подбородка справа 3,5?1,5 см; множественные небольшие полосовидные и линейные ссадины на коже в теменно-затылочной области волосистой части головы; кровоподтек на слизистой оболочке нижней губы справа 3?3 см; два кровоподтека на коже в области внутреннего конца правой ключицы и в левой подключичной области, округлой формы, диаметром 2 см и 2,5 см; разлитой кровоподтек в нижней половине задней поверхности левого плеча; три кровоподтека округлой формы, диаметром от 1 см до 2 см на левом предплечье и тыле кисти левой руки; линейная ссадина (царапина) на коже задней поверхности левого предплечья, длиной до 3 см.

Смерть Я наступила от закрытой травмы живота, сопровождавшейся двумя разрывами брыжейки толстой кишки, осложнившейся обильной кровопотерей, что подтверждается наличием повреждений, большого количества крови в полости живота, малокровием, неравномерным кровенаполнением тканей внутренних органов и острыми нарушениями кровообращения, обнаруженными на трупе и гистологическом исследовании кусочков органов, взятых из трупа.

Повреждения, указанные в п. 1.1 в своей совокупности являются частями одного травматического процесса, по признаку опасности для жизни относятся к телесным повреждениям, причиняющим тяжкий вред здоровью (п.п. 6.1.16, 6.2.3 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека. Приказ Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24 апреля 2008 года), и имеют прямую причинно-следственную связь с наступлением смерти Я Характер этих повреждений, их локализация и размеры свидетельствуют о том, что они образовались не менее чем от одного концентрированного ударного травматического воздействия тупого твердого предмета с ограниченной поверхностью соударения, нанесенного с силой, достаточной для их образования в область правой половины передней стенки живота. Признаков, позволяющих судить о форме, размерах и особенностях контактной поверхности тупого предмета, в данных повреждениях не отразилось.

Повреждения, указанные в п. 1.2 у живых лиц, не вызывают кратковременного расстройства здоровья, по этому признаку относятся к телесным повреждениям, не причиняющим вреда здоровью, и причинной связи с наступлением смерти Я не имеют. Характер, количество, размеры и локализация этих телесных повреждений, указывают на то, что они могли образоваться не менее чем от десяти травматических воздействий тупого твердого предмета (предметов) с ограниченной поверхностью соударения или ударах о таковые, с местами приложения силы в теменно-затылочную область головы, в область носа и нижней губы, передней поверхности грудной клетки, левого плеча, левого предплечья и кисти левой руки. Признаков, позволяющих судить о форме, размерах и особенностях контактной поверхности тупого предмета (предметов), в данных повреждениях не отразилось.

Все обнаруженные на трупе телесные повреждения образовались прижизненно, незадолго до наступления смерти Я, на что указывают наличие кровоизлияний в области разрывов брыжейки кишки, большого количества крови в полости живота, цвет кровоподтеков, и характер корочек на ссадинах.

Характер повреждений в области живота, наличие большого количества крови в брюшной полости, степени выраженности реактивных изменений (переживания) в поврежденных тканях брыжейки кишки – наличие среди интенсивно окрашенных эритроцитов лейкоцитов, наличием очагового отека тканей (установленных при гистологическом исследовании), дают основание сделать вывод о том, что после причинения повреждений, потерпевший жил короткий промежуток времени, исчисляемым десятками минут, но не более 1 часа. В данный период времени он мог совершать активные целенаправленные действия, в том числе и передвигаться, вплоть до наступления общей функциональной недостаточности возникшей от потери сознания в результате нарастающей потери крови.

При судебно-химическом исследовании крови, взятой из трупа Я, обнаружен этиловый спирт в концентрации 4,3 промилле, что при жизни могло соответствовать тяжелой степени алкогольного опьянения.

Принимая во внимание степень выраженности трупных явлений, установленных при осмотре трупа на месте обнаружения и отмеченных в копии протокола осмотра места происшествия, можно полагать, что смерть Я наступила в пределах 2-3 часов до момента их фиксации (т. 1 л.д. 66-71);

- дополнительным заключением эксперта № 22 от 16.02.2026 к заключению эксперта № 1287, согласно выводам которого при судебно-медицинском вскрытии трупа Я обнаружены следующие телесные повреждения: п. 1.1) Закрытая травма живота: два разрыва брыжейки толстой кишки: сквозной разрыв длиной 8 см, несквозной разрыв 4 см с разлитыми кровоизлияниями в окружности; наличие жидкой крови в полости живота в объеме до 1300 мл; кровоподтек на передней стенке живота справа в нижней половине 2?1,5 см; п. 1.2) множественные мелкие ссадины на коже спинки и кончике носа; кровоподтек на коже подбородка справа 3,5?1,5 см; множественные небольшие полосовидные и линейные ссадины на коже в теменно-затылочной области волосистой части головы; кровоподтек на слизистой оболочке нижней губы справа 3?3 см; два кровоподтека на коже в области внутреннего конца правой ключицы и в левой подключичной области, округлой формы, диаметром 2 см и 2,5 см; разлитой кровоподтек в нижней половине задней поверхности левого плеча; три кровоподтека округлой формы, диаметром от 1 см до 2 см на левом предплечье и тыле кисти левой руки; линейная ссадина (царапина) на коже задней поверхности левого предплечья, длиной до 3 см.

Смерть Я наступила от закрытой травмы живота, сопровождавшейся двумя разрывами брыжейки толстой кишки, осложнившейся обильной кровопотерей, что подтверждается наличием повреждений, большого количества крови в полости живота, малокровием, неравномерным кровенаполнением тканей внутренних органов и острыми нарушениями кровообращения, обнаруженными на трупе и гистологическом исследовании кусочков органов, взятых из трупа.

Повреждения, указанные в п. 1.1 в своей совокупности являются частями одного травматического процесса, по признаку опасности для жизни относятся к телесным повреждениям, причиняющим тяжкий вред здоровью (п.п. 5.1.1.17, 5.1.2.2 Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека. Приказ МЗ РФ № 172н от 08.04.2025), и имеют прямую причинно-следственную связь с наступлением смерти Я

Повреждения, указанные в п. 1.2 у живых лиц, не вызывают кратковременного расстройства здоровья (п. 6 Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека. Приказ МЗ РФ № 172н от 08.04.2025), по этому признаку относятся к телесным повреждениям, не причиняющим вреда здоровью, и причинной связи с наступлением смерти Я не имеют (т. 2 л.д. 238-241);

Согласно показаниям государственного судебно-медицинского эксперта ГБУЗ ВО «Бюро судмедэкспертизы» Ш в судебном заседании временной промежуток между причинением телесных повреждений, указанных в п. 1.1, и телесных повреждений, указанных в п. 1.2 заключения эксперта № 1287 от 25.07.2025, – короткий, телесные повреждения в виде закрытой травмы живота, множественных мелких ссадин на коже спинки и кончике носа, кровоподтека на коже подбородка справа, множественных небольших ссадин на коже в теменно-затылочной области волосистой части головы, кровоподтека на слизистой оболочке нижней губы справа, двух кровоподтеков на коже в области внутреннего конца правой ключицы и в левой подключичной области, трех кровоподтеков на левом предплечье и тыле кисти левой руки не могли образоваться от падения на плоскость, в том числе с высоты собственного роста либо от самоударения, они могли быть образованы только от локального ударного травматического воздействия тупого твердого предмета с ограниченной поверхностью в указанной анатомической области, что не исключает их причинение от ударов руками постороннего человека. Причинение телесных повреждений в виде кровоподтека в нижней половине задней поверхности левого плеча и ссадины на коже левого предплечья возможно при падении человека, в том числе с высоты собственного роста. Обильная кровопотеря в брюшной полости наступает в течение десятков минут, но не более часа с момента ударного воздействия в область правой половины передней стенки живота и разрыва брыжейки толстой кишки. При экспертизе трупа Я каких-либо явных хронических заболеваний, в том числе внутренних органов не обнаружено. Обнаруженные в печени Я морфологические признаки мелкоузлового цирроза на фоне хронического портального гепатита могли возникнуть в результате длительного злоупотребления алкоголем, не могли явиться причиной смерти Я, не влекут изменения структуры других внутренних органов, в том числе, кишечника и брыжейки толстой кишки. Явных морфологических изменений внутренних органов Я, их патологии при экспертизе не обнаружено. Длительное злоупотребление алкогольными напитками может повлиять только на изменение структуры головного мозга и печени, изменить структуру кишечника и брыжейки толстой кишки оно не может. Телесные повреждения, указанные в п. 1.1 заключения эксперта № 1287 от 25.07.2025, могли возникнуть от концентрированного (локального) удара тупым твердым предметом в область правой половины передней стенки живота, нанесенного с применением достаточной силы;

- заключением эксперта № 924 от 20 июня 2025 года, согласно выводам которого при судебно-медицинском обследовании ФИО1 у него обнаружены следующие телесные повреждения: заживающие кровоподтеки в области правого глаза и правого локтевого сустава, заживающие ссадины в области правого локтевого сустава. Указанные телесные повреждения как в отдельности, так и в совокупности не причинили вреда здоровью, так как не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности, могли быть получены от воздействий (удар, сжатие, давление) тупых твердых предметов и от воздействия трением, скольжением твердых предметов с ограниченной поверхностью в пределах 1-1,5 недель до осмотра в Бюро судмедэкспертизы, в том числе возможно в срок и при обстоятельствах, указанных в постановлении, что подтверждается локализацией и характером телесных повреждений, цветом кровоподтеков, состоянием поверхности ссадин (т. 1 л.д. 182-183);

- протоколом выемки, согласно которому 13 июня 2025 года в период с 22 часов 40 минут до 22 часов 48 минут у обвиняемого ФИО1 в присутствии защитника изъяты: мобильный телефон марки «Редми 10»; футболка синего цвета; шорты серого цвета; домашние тапки серого цвета (т. 1 л.д. 74-77);

- заключением эксперта № 78/69 от 7 июля 2025 года, согласно выводам которого на окурке сигареты, тампоне, на футболке, тапках ФИО1 обнаружена кровь человека. На двух трубочках от напитков обнаружены клетки эпителия. Из биологических следов на окурке сигареты, тампоне, двух трубочках от напитков, на футболке, тапках ФИО1, из образца крови Я и образцов буккального эпителия ФИО1, И, Г были получены препараты ДНК. Генотипические признаки в препаратах ДНК, полученных из биологических следов на окурке сигареты, тампоне, на футболке, тапках ФИО1 и из образца крови Я, одинаковы, что указывает на то, что данные биологические следы могли произойти от Я Генотипические признаки в препаратах ДНК, полученных из биологических следов на трубочке от напитка «ne moloko» и из образца буккального эпителия И одинаковы, что указывает на то, что данные биологические следы могли произойти от И Генотипические признаки в препаратах ДНК, полученных из биологических следов на трубочке от напитка «северная долина» и из образца буккального эпителия Г одинаковы, что указывает на то, что данные биологические следы могли произойти от Г (т. 1 л.д. 91-108);

- протоколом осмотра предметов, согласно которому 23 июля 2025 года с применением фото-фиксации проведен осмотр сигаретного окурка и марлевого тампона со следами крови Я, полимерной трубочки от напитка «ne moloko» с клетками эпителия М, полимерной трубочки от напитка «северная долина» с клетками эпителия Г, футболки и тапок со следами крови Я, принадлежащих ФИО1, шорт, принадлежащих ФИО1, образца крови Я, признанных вещественными доказательствами по делу постановлением следователя от 23.07.2025 (т. 1 л.д. 110-124);

- протоколом осмотра предметов, согласно которому 24 июля 2025 года с применением фото-фиксации проведен осмотр дактилоскопической пленки, стопки, стакана, кружки, пустой бутылки из-под водки, дактилоскопических карт ФИО1, Я, И и Г (т. 1 л.д. 149-153);

- заключением эксперта № 441 от 30 июня 2025 года, согласно выводам которого на представленном на экспертизу отрезке светлой дактилоскопической пленки, изъятом в ходе осмотра места происшествия по адресу: ...... имеется след подошвы обуви пригодный для установления групповой принадлежности следообразующего объекта. (т. 1 л.д. 162-163);

- заключение эксперта № 550 от 5 августа 2025 года, согласно выводам которого след, перекопированный на отрезок светлой дактилоскопической пленки, признанный пригодным в заключении эксперта № 441 от 30 июня 2025 года, мог быть оставлен как подошвой тапок, принадлежащих ФИО1, так и другой обувью, имеющей аналогичные размерные и конструктивные характеристики элементов рисунка подошвы обуви (т. 1 л.д. 169-171);

- протоколом осмотра предметов, согласно которому 25 августа 2025 года с применением фото-фиксации осмотры дактилоскопическая пленка со следом подошвы обуви и экспериментальные оттиски подошвы тапок ФИО1, признанные вещественными доказательствами по делу постановлением следователя от 25.08.2025 (т. 1 л.д. 173-176);

- протоколом осмотра предметов, согласно которому 17 июня 2025 года с применением фото-фиксации осмотрен мобильный телефон марки «Редми 10», принадлежащий ФИО1, признанный вещественным доказательство по делу постановлением следователя от 17.06.2025, осмотром которого установлено наличие в журнале вызовов исходящих вызовов (попыток звонков) абонентских номеров <***>, 002, 02, 102, в период с 23 часов 33 минут 12 июня 2025 года по 00 часов 59 минут 13 июня 2025 года (т. 1 л.д. 209-215)

- протоколом осмотра предметов, согласно которому 27 июня 2025 года с применением фото-фиксации осмотрен оптический диск с видеозаписями камер наблюдения, установленных в магазине «Магнит», расположенном по адресу: ......, признанные вещественным доказательством по делу постановлением следователя от 27.06.2025, осмотром которых установлено, что 12 июня 2025 года около 20 часов 1 минуты Я, И и Г зашли в указанный магазин, где приобрели бутылку водки и три упаковки напитков в тетрапаке, после чего покинули магазин, последним из него в 20 часов 6 минут вышел Я (т. 1 л.д. 222-229)

- устным сообщением о происшествии, зарегистрированным в КУСП ОП № 3 УМВД России по городу Владимиру за № 9983, согласно которому ФИО1 в 00 часов 18 минут 13 июня 2025 года сообщил о том, что пришел в ......, где увидел человека без пульса в крови и оттащил его в другую комнату (т. 1 л.д. 20)

- устным сообщением о происшествии, зарегистрированным в КУСП ОП № 3 УМВД России по городу Владимиру за № 10005, согласно которому судебно-медицинский эксперт Ш в 11 часов 37 минут 13 июня 2025 года сообщил, что с адреса: ...... поступил Я с диагнозом тупая травма живота с разрывами брыжейки толстой кишки с внутренней кровопотерей (т. 1 л.д. 22)

Исследовав представленные доказательства и оценив их в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ в их совокупности, признав их относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении указанного преступления.

Суд не усматривает нарушений уголовно-процессуального закона при сборе доказательств, проведении следственных и процессуальных действий по уголовному делу, которые давали бы основания для признания их недопустимыми и исключения из числа доказательств. Протоколы следственных действий составлены уполномоченными должностными лицами в соответствии с требованиями ст.ст. 166, 170, 180 УПК РФ.

Оценивая в совокупности имеющиеся по делу доказательства, суд признает ФИО1 виновным в совершении указанного преступления и квалифицирует его действия по ч. 4 ст. 111 УК РФ – как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

При квалификации действий подсудимого суд исходит из того, что он умышленно причинил тяжкий вред здоровью Я, опасный для жизни последнего, который повлек по неосторожности его смерть. При этом ФИО1 не желал и не предвидел возможности наступления смерти Я, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог ее предвидеть, поскольку наносил несколько поочередных целенаправленных ударов с применением силы в область живота последнего.

Умысел ФИО1 на причинение Я тяжкого вреда здоровью подтверждается фактически совершенными им действиями, а именно нанесением с достаточной силой не менее 8 ударов кулаками в область живота, повлекших закрытую травму живота с повреждением внутренних органов, что согласуется с заключениями судебно-медицинских экспертиз, в том числе дополнительной, что повлекло причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, и наступление по неосторожности его смерти. Между умышленными действиями ФИО1, причинившими Я закрытую травму живота, расценивающуюся как тяжкий вред здоровью, и его смертью имеется прямая причинно-следственная связь, при этом все обнаруженные на трупе потерпевшего телесные повреждения, в том числе повлекшие тяжкий вред его здоровью и его последующую смерть, были причинены прижизненно, незадолго до наступления его смерти, от не менее 11 травматических воздействий, конкретно в области живота – от не менее одного концентрированного ударного травматического воздействий, нанесенного с силой, достаточной для их образования, последовавших в незначительный промежуток времени одно за другим, возникновение закрытой травмы живота при падении, в том числе с высоты собственного роста на плоскость исключается. При этом, с силой нанося такие удары в область живота, где расположены жизненно-важные органы человека, ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего и желал этого. Последствия же в виде смерти имели место за пределами его умысла и охватываются неосторожной формой вины.

Тяжесть вреда здоровью потерпевшего определена государственным судебно-медицинским экспертом, выводы которого содержатся в экспертных заключениях от 25.07.2025 № 1287 и 16.02.2026 № 22, исследованных в судебном заседании, и которые сомнения у суда не вызывают. Перечисленные заключения экспертов соответствуют требованиям ст.ст. 80, 204 УПК РФ, экспертные исследования проведены на основании постановлений следователя и суда об их назначении, вынесенных в порядке ст. 195 УПК РФ, в пределах поставленных вопросов, входящих в компетенцию эксперта, который имеет надлежащую квалификацию и длительный стаж работы по своей специальности, при этом эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; выводы эксперта должным образом мотивированы и обоснованы, не содержат двусмысленных либо неоднозначных суждений, требующих разъяснения либо дополнения их экспертом, сомневаться в их правильности оснований не имеется. Нарушений закона и прав подсудимого при назначении экспертиз не допущено. Приведенные в заключениях экспертов выводы относительно количества, механизма образования, локализации телесных повреждений и степени тяжести вреда здоровью потерпевшего являются полными и ясными, согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе с показаниями самого подсудимого. В данной связи оснований для признания этих доказательств недопустимыми в соответствии со ст. 75 УПК РФ не имеется.

Как установлено судом, ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, на почве длительных личных неприязненных отношений, разозлившись на своего соседа Я в ходе обоюдного конфликта, сопровождающегося дракой, нанес ему поочередно, один за другим не менее 8 сильных ударов в область живота и наносил их до тех пор, пока последний не ослаб, после чего, не удержавшись на ногах, упал на пол спиной вниз и не мог встать самостоятельно, что повлекло закрытую травму живота, от которой спустя не более часа потерпевший скончался на месте.

Сопоставляя исследованные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что смерть Я наступила в пределах одного часа после причинения ему закрытой травмы живота ФИО1, отнесенной экспертом по признаку опасности для жизни к тяжкому вреду здоровья и явившейся результатом нанесенных последним с применением силы целенаправленных ударов кулаками в живот потерпевшего, что свидетельствует об умышленном характере действий подсудимого. При этом судом отмечается, что подсудимый и его защитник ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства не оспаривали способ и механизм нанесения телесных повреждений потерпевшему.

Доводы подсудимого об отсутствии у него умысла на причинение вреда здоровью Я судом отклоняются, поскольку они противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным судом на основании показаний самого подсудимого, который не отрицал, что нанес потерпевшему несколько ударов кулаками в область живота, и выводов судебно-медицинского эксперта о том, что смерть Я последовала в результате закрытой травмы живота с двумя разрывами брыжейки толстой кишки, осложнившейся обильной внутренней кровопотерей, которая и явилась непосредственной причиной его смерти.

При этом выводы судебно-медицинского эксперта о механизме образования закрытой травмы живота у потерпевшего, содержащиеся в исследованном судом заключении, убедительно опровергают версию стороны защиты о возможной причине смерти от хронических заболеваний или злоупотребления спиртными напитками потерпевшим.

Суд принимает во внимание выводы эксперта, оснований не доверять которым у суда не имеется, в части отсутствия у потерпевшего ряда хронических заболеваний, которые могли бы повлиять на другие органы, в частности, брыжейку толстой кишки, отсутствия у потерпевшего каких-либо морфологических изменений внутренних органов, а также о том, что установленные у потерпевшего признаки цирроза печени никаким образом не влияют и не изменяют структуру других внутренних органов и не способствуют разрыву этих органов. Эксперт считает, чтобы причинить указанные в экспертных заключениях телесные повреждения в виде закрытой травмы живота, удар должен быть нанесен с достаточной силой. При повреждении брыжейки толстой кишки обильная кровопотеря в брюшной полости возникает в течение часа после ударного воздействия, от падения такие повреждения причинены быть не могут.

Кроме того, как следует из исследованных судом данных о личности Я, показаний его сестры и сожительницы, на учетах у нарколога и психиатра он не состоял, хроническими заболеваниями не страдал, на здоровье не жаловался, в целом он характеризовался положительно, был официально трудоустроен.

Перечисленные обстоятельства в своей совокупности не позволяют прийти к однозначному выводу об имевших место у потерпевшего прижизненных заболеваниях внутренних органов, которые могли бы повлечь его смерть при указанных выше обстоятельствах.

Свидетели И и Г суду показали, что слышали звуки драки, глухих ударов, доносящиеся из коридора, после которых увидели, как Я упал спиной на пол и больше не вставал, из его носа текла кровь. Данные обстоятельства не оспаривались и самим подсудимым. В этой связи суд приходит к выводу о том, что удары потерпевшему, повлекшие его смерть, были нанесены именно ФИО1, а не неустановленными лицами, поскольку именно ФИО1 находился в течение всего указанного периода времени вплоть до смерти Я с ним в указанной квартире, а после ухода из нее И и Г – наедине с потерпевшим, который к тому времени уже не мог самостоятельно передвигаться и говорить, спустя несколько минут выглядел бледным и у него не прощупывался пульс, после причинения потерпевшему телесных повреждений третьих лиц в квартире не было, к потерпевшему они не подходили и воздействие на него не оказывали, а согласно выводам проведенных по делу судебно-медицинских экспертиз на одежде ФИО1 обнаружены следы крови потерпевшего, смерть которого наступила в течение короткого промежутка времени, от нескольких десятков минут до одного часа после причинения ему закрытой травмы живота с повреждением внутренних органов, после чего с полученной травмой Я не мог самостоятельно передвигаться.

Таким образом, по делу не установлено и не имеется достаточных оснований для вывода о том, что телесные повреждения потерпевшему могли быть причинены неустановленными лицами при иных обстоятельствах, принимая во внимание показания подсудимого о том, что 12 и 13 июня 2025 года после нанесения им ударов потерпевшему и до наступления смерти последнего он находился с ним вдвоем, Я областью живота либо лицом вниз в его присутствии не падал, иным образом не травмировался, никто в квартиру не заходил, в том числе в момент его ухода в отдел полиции, доступ в квартиру третьих лиц был ограничен, дверь в квартиру была заперта, по его возвращении из отдела полиции и на момент осмотра квартиры сотрудниками правоохранительных органов Я находился в том же положении, в котором он его оставил.

Подобные доводы подсудимого носят предположительный характер и объективно ничем не подтверждены. Установленное в ходе судебно-медицинской экспертизы время возникновения телесных повреждений соответствует времени произошедшего конфликта. При этом других конфликтов, кроме как с подсудимым, у потерпевшего в день инкриминируемого преступления не установлено.

Оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетелей у суда не имеется, поскольку они являются последовательными, не противоречивыми, согласуются между собой и с материалами уголовного дела, взаимодополняют друг друга, оснований и поводов для оговора подсудимого с их стороны судом не установлено.

Таким образом, указанная позиция стороны защиты расценивается судом как способ осуществления подсудимым своей защиты и попыткой ввести суд в заблуждение относительно действительной картины произошедших событий с целью избежания наказания за содеянное, поскольку он вправе давать любые показания в целях реализации предоставленного ему законом права на защиту, а изложенные им события - его собственной субъективной интерпретацией произошедшего.

Оснований считать, что ФИО1, причиняя потерпевшему тяжкий вред здоровью, действовал в состоянии необходимой обороны либо при превышении ее пределов, в состоянии крайней необходимости, либо обоснованного риска, как и оснований считать, что подсудимый совершил преступление в состоянии аффекта, не имеется. Судом принимается во внимание, что доводы подсудимого об имевшем место его удушении потерпевшим не подтверждены совокупностью исследованных доказательств, в том числе показаниями свидетелей И и Г, его собственными показаниями о том, что на помощь он никого не звал и не кричал, хотя имел реальную для этого возможность, а согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 924 от 20.06.2025 телесных повреждений в области шеи ФИО1 не обнаружено.

В данной связи оснований для иной квалификации содеянного ФИО1, в том числе по ч. 1 ст. 109 УК РФ, о чем указывал защитник в судебном заседании, не имеется, в том числе в связи с наступлением смерти потерпевшего спустя непродолжительное время (по заключению судебно-медицинского эксперта - в промежуток времени, не превышающий одного часа) после причинения ему телесных повреждений.

При этом, исходя из совокупности исследованных доказательств, в частности, показаний подсудимого, свидетелей И, Г, заключения эксперта № 924 от 20.06.2025, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, содержащихся в п. 18 постановления от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре», суд полагает необходимым дополнить описание установленного судом преступного деяния указанием на противоправность и аморальность поведения Я, явившегося поводом для преступления (использовал нецензурные выражения в адрес подсудимого, ударил его кулаком в область правого глаза).

Кроме того, исходя из совокупности исследованных доказательств, суд полагает необходимым исключить из обвинения как не нашедшее своего объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства указание о том, что ФИО1 умышленно причинил Я телесные повреждения в виде множественных небольших полосовидных и линейных ссадин на коже в теменно-затылочной области волосистой части головы; разлитого кровоподтека в нижней половине задней поверхности левого плеча; трех кровоподтеков округлой формы, диаметром от 1 см до 2 см на левом предплечье и тыле кисти левой руки; линейной ссадины (царапины) на коже задней поверхности левого предплечья, длиной до 3 см. В частности, ни из показаний подсудимого, ни из показаний свидетелей Г и И с очевидностью не следует, что ФИО1 нанесены умышленно удары либо применено иное воздействие в теменно-затылочную область волосистой части головы, левого плеча, левого предплечья и кисти левой руки потерпевшего. Экспертом же в судебном заседании указано о возможном причинении телесных повреждений в виде кровоподтека в нижней половине задней поверхности левого плеча и ссадины на коже левого предплечья при падении.

При этом суд учитывает, что приведенные изменения обвинения не содержат признаков более тяжкого преступления, существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным обвинителем обвинения, не ухудшают положения подсудимого и не нарушают его право на защиту.

При определении вида и размера наказания суд, руководствуясь положениями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывает, что ФИО1 не судим, к административной ответственности не привлекался, у психиатра и нарколога под наблюдением не находится, сестрой, по месту жительства и последнему месту работы характеризуется положительно, по предыдущему месту работы - отрицательно.

Согласно заключению комиссии экспертов № 1108а от 21 августа 2025 года ФИО1 каким-либо психическим расстройством не страдал и не страдает. В период совершения инкриминируемого деяния у ФИО1 не было какого-либо временного психического расстройства, лишающего его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, он находился в состоянии простого алкогольного опьянения, перед инкриминируемым деянием ФИО1 употреблял спиртное, вступал в адекватный речевой контакт, совершал последовательные, целенаправленные действия, у него отсутствовали бред, галлюцинации и другая психотическая симптоматика. ФИО1 мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время ФИО1 также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, может понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, самостоятельно совершать действия, направленные на реализацию своих процессуальных прав и обязанностей, может самостоятельно осуществлять право на защиту. В принудительных мерах медицинского характера ФИО1 не нуждается. Синдромом алкогольной и наркотической зависимости не страдает. (т. 1 л.д. 205-207)

Поведение подсудимого до, во время и после совершения преступления не вызывает у суда каких-либо сомнений в его психической полноценности. В судебном заседании он также правильно воспринимал обстоятельства, имеющие значение для дела, давал о них показания. С учетом изложенного суд признает ФИО1 вменяемым относительно инкриминируемого ему преступления.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд признает: активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выраженное в даче подробных показаний на стадии предварительного следствия об обстоятельствах совершенного им преступления, имеющих значение для раскрытия и расследования преступления, в том числе в ходе проверки данных показаний на месте (п. и ч. 1 ст. 61 УК РФ), противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, выраженные в использовании в адрес ФИО1 нецензурной брани, что противоречит общепринятым нормам морали и правилам поведения, и нанесении ему удара (п. з ч. 1 ст. 61 УК РФ); частичное признание вины и раскаяние в содеянном, состояние здоровья подсудимого и его сестры, принесение публично в судебном заседании извинений за содеянное (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Вместе с тем, основания для признания смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. ж ч. 1 ст. 61 УК РФ, совершение преступления при нарушении условий правомерности необходимой обороны, крайней необходимости, обоснованного риска, суд не усматривает, поскольку согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, содержащимся в п. 2 постановления от 27.09.2012 № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица. О наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности: причинение вреда здоровью, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (например, ранения жизненно важных органов); применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, удушение, поджог и т.п.). В то же время в ходе судебного разбирательства суду не представлено объективных допустимых доказательств наличия подобного посягательства со стороны потерпевшего либо высказывания им подсудимому угрозы применения насилия, опасного для его жизни. Напротив, при применении насилия потерпевший опасность для подсудимого не представлял, каких-либо признаков необходимой обороны суд не усматривает.

Вопреки позиции защитника, оснований для учета в качестве смягчающего обстоятельства явки с повинной суд также не усматривает, поскольку таких документов материалы дела не содержат. Устное сообщение ФИО1 в полицию об обнаружении им трупа некоего человека по месту своего жительства не может свидетельствовать о добровольном сообщении подсудимым о совершенном им преступлении в отношении потерпевшего, поскольку о подобных обстоятельствах он правоохранительным органам не заявлял.

Смягчающих наказание обстоятельств, установленных п. к ч. 1 ст. 61 УК РФ, а именно оказания медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, добровольного возмещения имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, судом также не установлено. Попытки осуществления телефонных звонков и вызова на место скорой медицинском помощи не могут быть расценены судом в качестве указанных смягчающих наказание обстоятельств, поскольку достаточных мер, направленных на оказание помощи потерпевшему непосредственно после причинения ему телесных повреждений, ФИО1 не предпринял, к третьим лицам, в том числе, соседям, с данной просьбой он не обращался, сам какой-либо помощи Я не оказал, а напротив, наблюдая наличие у потерпевшего видимых телесных повреждений, значительное количество крови на его лице и полу возле него, его плохое самочувствие, слабость, невнятную речь и неспособность самостоятельно встать, перенес его в другое помещение и оставил там одного на достаточно продолжительный период времени (более 30 минут), в течение которого наступила его смерть.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не является основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание.

Принимая во внимание отсутствие доказательств того, что состояние алкогольного опьянения повлияло на совершение подсудимым указанного деяния, суд не усматривает оснований для признания указанного обстоятельства отягчающим наказание в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступного деяния, относящегося к категории особо тяжких, поведение подсудимого после совершения преступления, данные о его личности, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, суд полагает, что только назначение наказания в виде лишения свободы сможет обеспечить достижение целей наказания в виде восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого, предупреждения совершения им новых преступлений. При этом суд полагает возможным не назначать подсудимому дополнительный вид наказания, предусмотренный санкцией ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Наказание подлежит назначению с применением положений ч. 1 ст. 62 УК РФ ввиду наличия смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. и ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Суд не находит исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, дающих основания для применения ст. 64 УК РФ и назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, объекта преступного посягательства суд также не находит достаточных оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Принимая во внимание фактические обстоятельства совершенного преступления, характер и степень его общественной опасности, данные о личности подсудимого, учитывая, что им совершено особо тяжкое преступление против жизни человека, суд не усматривает оснований для назначения наказания с применением ст. 73 УК РФ, поскольку такое наказание не будет являться соразмерным содеянному и не обеспечит достижение целей уголовного наказания - восстановления социальной справедливости, а также исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений.

Учитывая обстоятельства содеянного, в частности степень осуществления преступного намерения и способ совершения преступления, объект преступного посягательства, суд не находит оснований считать данное преступление малозначительным деянием и не представляющим общественную опасность.

Оснований для постановления приговора без назначения наказания, освобождения от наказания или применения отсрочки отбывания наказания не имеется.

В соответствии с п. в ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание в виде лишения свободы подлежит отбыванию ФИО1 в исправительной колонии строгого режима, поскольку он совершил особо тяжкое преступление и ранее не отбывал лишение свободы.

В целях обеспечения исполнения приговора меру пресечения в виде заключения под стражу суд полагает необходимым оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок отбывания наказания подлежит исчислению со дня вступления приговора в законную силу, и в соответствии с п. а ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы подлежит зачету время фактического задержания и содержания ФИО1 под стражей до вступления приговора в законную силу, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Гражданские иски по делу не заявлены.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ:

- сигаретный окурок со следами крови Я; марлевый тампон со следами крови Я; полимерная трубочка от напитка «ne moloco» с клетками эпителия И; полимерная трубочка от напитка «северная долина» с клетками эпителия Г; футболка синего цвета со следами крови Я; шорты серого цвета, принадлежащие ФИО1; домашние тапки серого цвета со следами крови Я, принадлежащие ФИО1; стопка, стакан, кружка, пустая бутылка из-под водки, два отрезка бумаги белого цвета, к которым приклеены отрезки прозрачной бесцветной полимерной клейкой ленты со следами пальцев рук; дактилоскопическая пленка со следом подошвы обуви; два листа бумаги формата А4 с экспериментальными следами подошвы тапок ФИО1 - подлежат уничтожению как не представляющие материальной ценности;

- оптический диск, содержащий видеозаписи с камер наблюдения, установленных в магазине «Магнит», расположенном по адресу: ......, - подлежит хранению в материалах уголовного дела в течение всего срока его хранения;

- мобильный телефон марки «Redmi 10» - подлежит возвращению по принадлежности ФИО1

Процессуальные издержки по оплате вознаграждения защитника за оказание юридической помощи по назначению суда в силу статей 131, 132 УПК РФ подлежат взысканию в доход федерального бюджета с подсудимого, который не отказался от услуг адвоката в установленном законом порядке. Оснований для освобождения ФИО1, находящегося в трудоспособном возрасте, иждивенцев и инвалидности не имеющего, а также являющегося полностью трудоспособным и имеющего возможность получать доход, от уплаты процессуальных издержек, определенных ч. 6 ст. 132 УПК РФ, судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 302-308 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) лет 6 (шесть) месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть в срок наказания время фактического задержания ФИО1 с 13.06.2025 по 15.06.2025 включительно и его содержания под стражей с 16.06.2025 до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства:

- сигаретный окурок, марлевый тампон, полимерные трубочки от напитка, принадлежащие ФИО1 домашние тапки серого цвета, футболку синего цвета и шорты серого цвета, стопку, стакан, кружку, пустую бутылку из-под водки, два отрезка бумаги белого цвета, к которым приклеены отрезки прозрачной бесцветной полимерной клейкой ленты со следами пальцев рук, дактилоскопическую пленку со следом подошвы обуви, два листа бумаги с экспериментальными следами подошвы тапок ФИО1 - уничтожить;

- оптический диск - хранить в материалах уголовного дела в течение всего срока его хранения;

- мобильный телефон марки «Redmi 10» - возвратить ФИО1

Процессуальные издержки в виде расходов по выплате вознаграждения адвокату за оказание юридической помощи по назначению суда в сумме 22 332 (двадцать две тысячи триста тридцать два) рублей взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета РФ.

Приговор может быть обжалован во Владимирский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Владимира в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Если осужденный заявляет ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, об этом указывается в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Судья Е.И.Маркова