Решение № 2-48/2017 2-48/2017~М-49/2017 М-49/2017 от 6 июня 2017 г. по делу № 2-48/2017

Дело №


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Усть-Камчатск <адрес> 07 июня 2017 года

Усть-Камчатский районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи

при секретаре

с участием представителя истца

представителя ответчика

Легрова И.И.,

ФИО1,

ФИО7,

ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО9 к ООО «Устькамчатрыба» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью сына в результате несчастного случая на производстве,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО9 обратилась в суд с иском к ООО «Устькамчатрыба» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью сына в результате несчастного случая на производстве.

В обоснование иска указала. что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 9 часов утра рыбаки прибрежного лова ООО «Устькамчатрыба» ФИО3 и ее сын ФИО2 отправились на сплав для добычи рыбы сетным ловом на мотолодке с номером РУН 70-58. Согласно опросу бригадира ФИО4, переда началом работы он провел инструктаж по технике безопасности. В 9-30 рыбаки начали скидывать на точке постановки сеть, а через 20 минут начали выбирать сетку с рыбой в лодку. в какой то момент лодку начало крутить и тащить вниз по реке, лодку начало захлестывать вода. Ее сын ФИО2 пытался вычерпывать воду, но она прибывала быстрее и лодка ушла под воду. Находящийся в лодке с ним ФИО3 пытался вытащить ее сына, но не смог. ФИО10 держался за буй и добрался до берега. Тело ее сына так и не нашли. Решением суда ее сын ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения был признан умершим.

На основании предписания главного государственного инспектора труда и в соответствии с решением государственной инспекции труда в <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, названные события квалифицированы как несчастный случай на производстве, на основании че6го ООО «Устькамчатрыба» был составлен Акт по форме Н-1.

Смертью сына ей были причинен значительный моральный вред, его преждевременная и неожиданная смерть нанесла неизгладимую душевную рану. на протяжении всего времени после смерти сына она испытывает трудности со сном. Аппетитом, что влияет на ее состояние здоровья, ее мучают головные боли, ночные кошмары. Из-за глубоко переживаемого горя она не может сосредоточится, стала излишне эмоциональна, значительно ухудшилось качество ее жизни, осознание того, что она никогда не сможет больше общаться с сыном, подавляет ее. То обстоятельство, что тело ее сына так и не найдено, лишило ее возможности похоронить его как положено и хотя бы приходить на могилу. Для матери пережить сына и даже не мочь оплакать его тело это страшное горе.

С учетом материального положения ответчика компенсацию морального вреда, причиненного ей гибелью сына в результате несчастного случая на производстве, полагала разумной и справедливой в размере 3 000 000 рублей, которую просила суд взыскать с ответчика в ее пользу.

В судебном заседании истец ФИО9 не присутствовала, о месте и времени судебного заседания извещена надлежащим образом, просит суд рассмотреть дело в ее отсутствие с участием ее представителя.

В соответствии с ч. 5 ст. 167 ГПК РФ, стороны вправе просить суд о рассмотрении дела в их отсутствие и направлении им копий решения суда.

Представитель истца ФИО7, действующая в судебном заседании на основании доверенности с полным объемом прав, требования своего доверителя поддержала в полном объеме по основаниям, указанным в заявлении. Дополнительно суду представила Заключение специалиста-психолога о состоянии здоровья истицы, согласно которому истица испытывает тяжкие нравственные страдания, связанные со смертью ее сына.

Представитель ответчика ООО «Устькамчатрыба» ФИО8, действующая в судебном заседании на основании доверенности с полным объемом прав, с исковыми требованиями не согласилась, поддержала изложенное в письменных возражениях от ДД.ММ.ГГГГ.

Так, согласно представленному отзыву на исковое заявление с требованиями истца не согласны, находят их необоснованными и не подлежащими удовлетворению, поскольку истец указывая на то, что смертью сына ей причинены нравственные страдания, не представляет доказательства, подтверждающие ее тяжелое состояние в момент психотравмирующей ситуации. Кроме того, истец не обращалась к ответчику во внесудебном порядке с требованием о возмещении морального вреда. Просили суд отказать ФИО9 в удовлетворении требований в полном объеме.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, а также копии материалов расследования несчастного случая, суд приходит к следующему.

Согласно статье 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со статьей 212 ТК РФ на работодателя возлагается обязанность обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; применение средств индивидуальной и коллективной защиты работников; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты; принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций.

Согласно статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994г. № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, истец ФИО9 приходится матерью ФИО2, что подтверждается свидетельством о рождении (л.д. 6).

ФИО2 на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ и приказа №-к от ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с ООО «Устькамчатрыба» в должности рыбака прибрежного лова в службе добычи (л. 89-91, 99, 108 материала).

Согласно копии свидетельства о смерти, выданного ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 умер ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 5).

Решением Главного государственного инспектора труда в <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ смертельный несчастный случай с ФИО2 квалифицирован как несчастный случай на производстве, подлежащий оформлению актом о несчастном случае на производстве формы Н-1 (л. 10 материала).

Согласно акту о расследовании случая исчезновения от ДД.ММ.ГГГГ и акту о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ №, ДД.ММ.ГГГГ примерно в 9-00 часов утра рыбаки прибрежного лова ФИО3 и ФИО2 отправились на сплав для добычи рыбы сетным ловом на мотолодке с номером РУН 70-58. Согласно опросу бригадира ФИО4, перед началом работ он провел инструктаж по технике безопасности, предупредил рыбаков о необходимости вовремя выбрать сеть, не допуская перегруза, а также проверил укомплектованность лодки на наличие спасательных средств. Однако не убедился в правильности применения спасательных жилетов рыбаками. В 9-30 рыбаки начали скидывать на точке постановки сеть, а через 20 минут начали выбрать сеть с рыбой в лодку. В какой-то момент лодку начало крутить и тащить вниз по реке. Лодку начала захлестывать вода. ФИО2 начала вычерпывать воду, но вода прибывала быстрее, тогда он пытался завести мотор, чтобы довести лодку до берега. ФИО2 достал нож, чтобы срезать буй. Лодка полностью ушла под воду, рыбаки пытались держаться за этот буй. Но держаться было тяжело, так как буй крутило и ФИО2 начал уходить под воду. ФИО3 дважды пытался вытащить ФИО2 из-под воды, однако не смог и тело ФИО2 ушло под воду. ФИО3 держался за буй и его продолжало тащить вниз по реке. Через некоторое время он нащупал ногами дно и сумел выбраться на берег. Увидев проходящий мимо речной катер, ФИО3 начал махать руками. Катер подошел к берегу и его забрали на борт, где оказали первую медицинскую помощь. Тело ФИО2 не найдено. ФИО3 был доставлен в медицинское учреждение п. Усть-Камчатск, но от госпитализации отказался.

Основными причинами несчастного случая указаны: – неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии контроля за правильным применением рыбаками средств индивидуальной защиты (жилетов рабочих страховочных) в нарушение п. 8.9.4 «Правил техники безопасности на судах флота рыбной промышленности СССР», утвержденных и введенных в действие с ДД.ММ.ГГГГг. приказом Минрыбхоза СССР от ДД.ММ.ГГГГ №; ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса РФ; п. 1 должностной инструкции бригадиров речных рыбалок и морских ставных неводов, утвержденной Генеральным директором ООО «Устькамчатрыба» ФИО5

Сопутствующие причины – неудовлетворительная подготовка работника в области охраны труда, выразившаяся в допуске ФИО2 к самостоятельной работе без обязательной стажировке на рабочем месте в нарушение п. 2.2.2 «Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организации», утвержденного постановлением Минтруда РФ и Минобразования РФ от ДД.ММ.ГГГГ №; п. 7.2.4 ГОСТа 12.0.004-90, утв. Постановлением Госстандарта СССР от ДД.ММ.ГГГГ №, ч. 8 ст. 212 Трудового кодекса; неприменение ФИО2 средств индивидуальной защиты (жилета рабочего страховочного) в нарушении п. 8.9.4 «Правил техники безопасности на судах флота рыбной промышленности СССР», утв. и введенных в действие в действие с ДД.ММ.ГГГГ приказом Минрыбхоза СССР от ДД.ММ.ГГГГг. №; п.1.5 инструкции по охране труда для рыбаков сетного лова речных рыбалок от ДД.ММ.ГГГГ; утвержденной генеральным директором ООО «Устькамчатрыба» ФИО5; отсутствие спасательных средств в лодке РУН 70-58 (спасательного круга), выразившееся в нарушении п. 8.9.5 «Правил техники безопасности на судах флота рыбной промышленности СССР», утвержденных и введенных в действие с ДД.ММ.ГГГГг. приказом Минрыбхоза СССР от ДД.ММ.ГГГГ №; Технический регламент таможенного союза ТР № «О безопасности маломерных судов» в приложении № норм снабжения спасательными кругами маломерных судов, эксплуатируемых на внутренних водных путях.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда признаны бригадир ООО «Устькамчатрыба» рыбопромыслового участка № ФИО4 (в части неосуществления контроля за надлежащим использованием спасательных жилетов рыбаками, находящимися в его подчинении, при выполнении работ; неосуществления контроля за укомплектованностью лодки РУН 70-58 на наличие спасательного круга; допуска ФИО2 к самостоятельной работе без обязательной стажировки на рабочем месте) и рыбак прибрежного лова ФИО2 (в части неприменения средств индивидуальной защиты (жилета рабочего страховочного) (л. 5-7, 25-28 материала).

Поскольку надлежащими доказательствами установлено, что смерть ФИО2 наступила в результате несчастного случая на производстве, основными причинами которого явились виновные действия ответчика, не обеспечившего контроль за состоянием условий труда на рабочих местах и безопасность труда своего работника, суд признает за его матерью право на компенсацию морального вреда.

Суд отмечает, что не имеет значения, кто конкретно из должностных лиц ответчика виновен в происшедшем, поскольку в силу ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

На основании изложенного суд приходит к выводу о несостоятельности довода ответчика об отсутствии его вины в гибели ФИО2

Кроме того, в соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Причем п. 1 ст. 1079 ГК РФ признает сам факт причинения вреда достаточным основанием для возложения ответственности по возмещению вреда на владельца источника повышенной опасности.

Действующее законодательство не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности. Отсутствие возможности полного контроля за движением и работой мотолодки «Рыбацкая», бортовой номер судна РУН 70-57, судовладельцем которой является ответчик, и использование которого привело к несчастному случаю (Акт № о несчастном случае, л.д. 7-9), со стороны ответчика и членов экипажа подтверждается материалами дела, обосновывающими причины аварии, и позволяет суду с учетом особых свойств названного судна признать его источником повышенной опасности, что допустимо согласно п. 18 Постановления Пленума ВС ПФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью».

Как следует из положений ст. 130 ГК РФ, морские суда, суда внутреннего плавания, в том числе и мотолодки, подлежащие государственной регистрации, отнесены к недвижимому имуществу и вместе с тем имеют все признаки источника повышенной опасности, так как они характеризуются сложным техническим устройством, требуют специальных знаний и навыков для эксплуатации, а потому являются источником повышенной опасности как для лиц их обслуживающих, так и для окружающих. В связи с чем, причиненный при использовании мотолодки «Рыбацкая», бортовой номер судна РУН 70-57, вред подлежит возмещению его владельцем независимо от наличия его вины.

Рассматривая довод ответчика об отсутствии доказательств понесенных истцом нравственных и физических страданий, суд считает, что факт того, что в связи со смертельным несчастным случаем с ФИО2 его матери (истцу) ФИО9 был причинен моральный вред, выразившийся в негативных переживаниях, невосполнимых нравственных страданиях, испытываемых в связи со смертью близкого родственника, является очевидным, бесспорным и в силу ст. 61 ГПК РФ не нуждается в доказывании. Смерть близкого человека (родственника) по своей природе является наиболее сильным переживанием, влекущим состояние эмоционального расстройства.

Кроме того, суд принимает в качестве надлежащего доказательства данного обстоятельства Заключение специалиста-психолога ФИО6, согласно которому истица до настоящего времени испытывает тяжкие нравственные страдания, связанные со смертью ее сына.

Таким образом, данный факт суд находит установленным, доказательств опровергающих его суду не представлено.

Согласно ст. 3 Всеобщей декларации прав человека, ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, к числу наиболее значимых человеческих ценностей относятся жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной.

При определении размера компенсации причиненного истцу морального вреда, суд, руководствуясь вышеприведенными нормами законодательства, принимая во внимание, что вред причинен наиболее значимым нематериальным благам истца, защиту которых государство ставит приоритетной, учитывая конкретные обстоятельства дела, характер и тяжесть причиненных истцу нравственных страданий, вызванных потерей близкого человека, приходящегося ей сыном, родственные связи с которым до наступления его смерти утрачены не были, принимая во внимание общую близость их родства по крови, тяжесть понесенной утраты, и с учетом требований разумности и справедливости приходит к выводу, что истцу смертью сына причинены глубокие нравственные страдания.

Вместе с тем, суд полагает, что размер требуемого истцом возмещения компенсации морального вреда завышен.

Решая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд учитывает нравственные страдания истца в связи с потерей сына, тяжесть причиненного горя смертью близкого человека, обстоятельства случившегося, наступление неблагоприятных последствий для матери погибшего, а также принимая во внимание нарушение требований охраны труда и самим ФИО2, отсутствие доказательств подтверждающих обращение истца к врачу и наличие у неё перечисленных ею заболеваний, которые, как указывает истец, возникли у нее на почве переживаний в связи со смертью сына, раздельное проживание истца с погибшим сыном, не нахождение ее у него на иждивении по состоянию на дату смерти, с учетом изложенного, суд считает обоснованным и подлежащим удовлетворению компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, считая данную сумму разумной и справедливой.

В соответствии с ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежат взысканию судебные расходы в виде государственной пошлины в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО9 к ООО «Устькамчатрыба» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью сына в результате несчастного случая на производстве, удовлетворить.

Взыскать с ООО «Устькамчатрыба» в пользу ФИО9 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

Взыскать с ООО «Устькамчатрыба» в доход местного бюджета судебные расходы в виде государственной пошлины в размере 300 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в <адрес>вой суд через Усть-Камчатский районный суд <адрес> в течение одного месяца.

Председательствующий И.И. Легров