Решение № 2-2280/2019 2-2280/2019~М-1700/2019 М-1700/2019 от 3 сентября 2019 г. по делу № 2-2280/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 сентября 2019 года г. Иркутск

Свердловский районный суд г. Иркутска в составе:

председательствующего судьи Латыпова P.P., помощника судьи Бучневой А.О., при секретаре Цыбыковой А.И.,

с участием лиц, участвующих в деле: представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2280/2019 по исковому заявлению ПАО «Иркутскэнерго» к ФИО4 о взыскании задолженности, расходов по уплате государственной пошлины,

УСТАНОВИЛ:

Истец ПАО «Иркутскэнерго» обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании задолженности, расходов по уплате государственной пошлины.

Истец в основание иска (с учетом изменения основания иска в соответствии со статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) указал, что 31.12.2014 между ПАО «Иркутскэнерго» и ООО «Наш город» (зарегистрировано в качестве юридического лица 16.07.2012) был заключен договор теплоснабжения № <Номер обезличен>.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 14.09.2015 по делу №А19-10489/2015 с ООО «Наш город» в пользу ПАО «Иркутскэнерго» взыскана задолженность по данному договору теплоснабжения в размере 624 132,97 рублей: основной долг в размере 617 136,37 рублей, пени в размере 4 996,60 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей.

Во исполнение решения суда истцу выдан исполнительный лист, возбуждено исполнительное производство, которое прекращено 31.10.2017 в связи с внесением записи об исключении должника из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), задолженность ООО «Наш город» составила 624 132,97 рублей.

Решением Межрайонной ИФНС России №17 по Иркутской области от 20.12.2017 ООО «Наш город» исключено из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 3129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Федеральный закон «О государственной регистрации юридических лиц») в связи с непредставлением в течение 12 месяцев отчетности.

Руководителем ООО «Наш город» с 16.07.2012 являлся ФИО2, который обязан нести субсидиарную ответственность по обязательствам общества в соответствии с пунктом 3 статьи 53, пунктом 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.199 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Федеральный закон «Об обществах с ограниченной ответственностью»), поскольку, по мнению истца, обязательства общества по оплате потребленной тепловой энергии перед истцом не были исполнены в результате недобросовестных и неразумных действий ФИО2, который достоверно зная о наличии неисполненного обязательства, своим недобросовестным бездействием способствовал признанию ООО «Наш город» фактически прекратившим свою деятельность, чем причинил истцу убытки в размере 624 132,97 рублей.

Недобросовестность ответчика выразилась в непредставлении в установленные сроки бухгалтерской ответственности в налоговый орган в нарушение пункта 1 статьи 6, пункта 1 статьи 7, статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Федеральный закон «О бухгалтерском учете»).

Также ответчик не исполнил требования законодательства о прекращении деятельности организации, чем лишил истца возможности заявить свои требования о взыскании задолженности за потребленную тепловую энергию и погасить их в ходе процедуры добровольной ликвидации или банкротства должника в соответствии со статьей 2, пунктами 1, 2 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)»), поскольку сам факт неисполнения своих обязанностей руководителем юридического лица, в том числе по подаче заявления о банкротстве предприятия в арбитражный суд уже свидетельствует о недобросовестности действий руководителя общества и является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Данные действия ответчика, по мнению истца, свидетельствуют о его недобросовестности, поскольку они привели к исключении ООО «Наш город» из ЕГРЮЛ по решению налогового органа, введенного в заблуждение об отсутствии кредиторов, и утрате ПАО «Иркутскэнерго» возможности взыскания задолженности за потребленную тепловую энергию с общества, чем истцу причинены убытки в размере 624 132,97 рубля, подлежащие взысканию с ответчика в порядке привлечения к субсидиарной ответственности.

В связи с чем истец просит суд взыскать с ФИО2 в пользу ПАО «Иркутскэнерго» денежные средства в размере 624 132,97 рубля, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 9 441,33 рубль.

В судебном заседании представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности, уточненные исковые требования поддержал в полном объеме, повторив доводы, указанные в исковом заявлении, уточнениях к иску.

Ответчик ФИО2, представитель ответчика ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании уточненные исковые требования не признали, просят суд отказать в их удовлетворении полностью, поскольку в действиях ответчика отсутствуют признаки неразумности и недобросовестности при осуществлении руководства ООО «Наш город», им принимались меры по взысканию задолженности с неплательщиков коммунальных услуг, а также отсутствуют основания для возмещения убытков в порядке привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, так положения пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» не распространяются на правоотношения сторон.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Межрайонной ИФНС России №17 по Иркутской области не явился в судебное заседание, о дате, времени и месте которого извещен надлежащим образом, в том числе в соответствии с частью 2.1 статьи 113 ГПК РФ, просит о проведении судебного разбирательства в их отсутствие, в пояснениях на иск оставил разрешение исковых требований на усмотрение суда.

Суд полагает возможным провести судебное разбирательство в отсутствие представителя третьего лица в соответствии с частью 5 статьи 167 ГПК РФ.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению.

В силу требований статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности, вследствие причинения вреда другому лицу, вследствие иных действий граждан и юридических лиц, вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 ГК РФ суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрены определенные способы защиты гражданских прав. Защита гражданских прав осуществляется путем возмещения убытков, иными способами, предусмотренными законом.

Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с рассматриваемым требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права потребовать исполнения определенного обязательства от ответчика, наличия у ответчика обязанности исполнить это обязательство и факта его неисполнения последним.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

На основании пункта 1 статьи 399 ГК РФ до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.

Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Правила настоящей статьи применяются, если настоящим Кодексом или иными законами не установлен другой порядок привлечения к субсидиарной ответственности (пункт 4 статьи 399 ГК РФ).

Статьей 419 ГК РФ предусмотрено, что обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключается, в том числе, в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества.

С 28.06.2017 вступили в силу отдельные положения Федерального закона от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», которым статья 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» дополнена пунктом 3.1, которым предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности лица, уполномоченного выступать от имени общества с ограниченной ответственностью, членов коллегиальных органов общества с ограниченной ответственностью и лиц, определяющих действия общества с ограниченной ответственностью.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Пунктами 1, 2 статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц» предусмотрено, что юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

При наличии одновременно всех указанных в пункте 1 настоящей статьи признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - решение о предстоящем исключении).

Решение о предстоящем исключении не принимается при наличии у регистрирующего органа сведений, предусмотренных подпунктом "и.2" пункта 1 статьи 5 настоящего Федерального закона.

В судебном заседании установлено, что ООО «Наш город» (основной вид деятельности – управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе) создано 16.07.2012, единственным учредителем (участником) общества являлся ФИО2, который с 10.04.2013 являлся единоличным исполнительным органом (генеральным директором) общества. 20.12.2017 ООО «Наш город» как недействующее юридическое лицо исключено из ЕГРЮЛ в связи с прекращением деятельности юридического лица на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц», что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ по состоянию на 18.07.2019.

31.12.2014 между ПАО «Иркутскэнерго» и ООО «Наш город» (в лице генерального директора ФИО2) был заключен договор теплоснабжения №<Номер обезличен> (в редакции дополнительных соглашений от 29.08.2014 <Номер обезличен>, от 19.02.2015 <Номер обезличен>), по условиям которого истец обязуется подавать исполнителю через присоединенную сеть коммунальные ресурсы – тепловую энергию (мощность) на отопление и горячую воду до точки (точек) поставки в количестве и качестве, необходимом исполнителю для предоставления коммунальных услуг потребителям (жилых домов, расположенных по адресам: <адрес обезличен>, <адрес обезличен>, <адрес обезличен> а исполнитель обязуется принимать и оплачивать коммунальные ресурсы.

В судебном заседании установлено, что собственниками помещений многоквартирных домов, расположенных по адресам: <адрес обезличен>, <адрес обезличен><адрес обезличен><адрес обезличен>, <адрес обезличен><адрес обезличен>) расторгнуты договоры управления данными многоквартирными домами с ООО «Наш город» с 30.04.2015, что подтверждается протоколами общих собраний.

Соглашением от 15.05.2015 договор от 01.04.2014 был расторгнут с 01.05.2015.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 14.09.2015 (вступившим в законную силу 15.10.2015) по делу А19-10489/2015 с ООО «Наш город» в пользу ПАО «Иркутскэнерго» взыскана задолженность по данному договору теплоснабжения за тепловую энергию, поставленную в период с 01.02.2015 по 30.04.2015: основной долг в размере 672 942,49 рубля, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 4 996,60 рублей, а также проценты, начисленные на сумму задолженности 672 942,49 рубля из расчета 1/300 ставки рефинансирования ЦБ РФ 8,25% годовых, за период с 01.07.2015 по день фактической оплаты основного долга, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей.

Во исполнение решения арбитражного суда 21.12.2015 истцу выдан исполнительный лист, который предъявлен для принудительного исполнения, 25.02.2016 возбуждено исполнительное производство, которое окончено постановлением судебного пристава-исполнителя МОСП по ИОИП УФССП России по Иркутской области ФИО7 от 31.10.2017 в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 46, пунктом 3 части 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (если невозможно установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях, за исключением случаев, когда настоящим Федеральным законом предусмотрен розыск должника или его имущества), исполнительный лист возвращен взыскателю.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ООО «Наш город» произвело оплату поставленной по договору тепловой энергии частично, в том числе по системе платежей «Город» (на основании договора присоединения от 01.11.2013, с учетом дополнительного соглашения <Номер обезличен> от 01.04.2015 в размере 80 689,13 рублей) в связи с чем остаток задолженности по уплате основного долга составил 617 136,37 рублей, всего задолженность составила 624 132,97 рубля, что не оспаривалось сторонами.

Суд, оценивая объяснения ответчика об осуществлении ООО «Наш город» работы по взысканию задолженности с граждан – неплательщиков коммунальных услуг, письменные доказательства (карточки лицевых счетов за апрель 2015 года, претензии, акт выполненных работ по договору поручения №<Номер обезличен> от 01.08.2015, приходит к выводу, что они не подтверждают факт осуществления действий, предусмотренных законом, в отношении неплательщиков, поскольку ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих истребование данной задолженности в принудительном порядке, в том числе доказательств обращения в суд в порядке приказного или искового производства в целях взыскания данной задолженности.

Вместе с тем в ходе судебного разбирательства установлено отсутствие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности о возмещении убытков.

Данный вывод суда основан на следующем.

В соответствии со статей 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие.

Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

По отношениям, возникшим до введения в действие акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие. Отношения сторон по договору, заключенному до введения в действие акта гражданского законодательства, регулируются в соответствии со статьей 422 настоящего Кодекса.

В судебном заседании установлено, что Федеральным законом от 28.12.2016 №488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не предусмотрено, что его действие распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, в связи с чем суд, учитывая требования статьи 4 ГК РФ, приходит к выводу, что пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» подлежит применению в отношении тех прав и обязанностей, которые возникли после введения его в действие.

Согласно пункту 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между этими элементами, а также в установленных законом случаях вину причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 401 ГК РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Проанализировав изложенные нормы права, суд приходит к выводу, что применение гражданско-правовой субсидиарной ответственности в виде возмещения убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом.

При этом лицо, требующее возмещения убытков в порядке привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, должно доказать следующую совокупность обстоятельств: факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного лица, а также вину, недобросовестность и (или) неразумность действий причинителя вреда.

Недоказанность одного из указанных фактов, свидетельствует об отсутствии состава гражданско-правового правонарушения, и, как следствие, оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктами 1, 2, 4, 5 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» положения Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Суд, оценивая представленные доказательства, полагает, что установление факта, что ФИО2 на момент заключения договора и возникновения задолженности, принятия решения арбитражным судом и до прекращения деятельности юридического лица путем исключения из ЕГРЮЛ являлся генеральным директором ООО «Наш город» само по себе не является достаточным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Наш город».

Учитывая, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов, на истца возложено бремя доказывания, что при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей ответчик действовал недобросовестно и (или) или неразумно, его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

В ходе судебного разбирательства не нашел своего подтверждения факт недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) ответчика, что они не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску с учетом основного вида деятельности ООО «Наш город» (управление многоквартирными домами) и договора теплоснабжения, который был заключен ООО «Наш город» не для собственных нужд либо для использования в предпринимательской деятельности, а был заключен в пользу и в интересах третьих лиц – потребителей коммунальных услуг, оплата которых (в том числе отопление, горячее водоснабжение) производилась в соответствии с требованиями действующего на тот момент жилищного законодательства не напрямую ресурсоснабжающей организации (ПАО «Иркутскэнерго»), а управляющей организации (ООО «Наш город»).

Также не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства доводы истца о прекращении исполнительного производства в связи с внесением записи об исключении юридического лица (должника-организации) из ЕГРЮЛ (пункт 7 части 2 статьи 43 Федерального закона от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве»).

Из постановления судебного пристава-исполнителя от 31.10.2017 следует, что исполнительное производство в отношении ООО «Наш город» окончено в связи с отсутствием у должника денежных средств и имущества, на которые возможно было обратить взыскание (пункт 3 части 1 статьи 46, пункт 3 части 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве»). Данное постановление об окончании исполнительного производства, как и законность решений, действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя взыскатель (истец) в ходе исполнительного производства не оспаривал, не заявлял о наличии у должника имущества, денежных средств, в связи с чем суд приходит к выводу, что отсутствуют основания полагать, что обращение ФИО2 с заявлением в налоговый орган о добровольной ликвидации общества и (или) в арбитражный суд о признании общества несостоятельным (банкротом) в соответствии со статьями 9, 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действующей в 2017 году), привело к удовлетворению требований истца о взыскании задолженности.

В судебном заседании установлено, что ООО «Наш дом» исключено из ЕГРЮЛ по решению налогового органа на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц» как недействующее юридическое лицо, в связи с чем при должной степени осмотрительности истец вправе был обратиться в регистрирующий орган с возражением о ликвидации ООО «Наш город», однако этого сделано им не было.

Как следует из ответа ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска от 12.07.2019 налогоплательщик ООО «Наш город» налоговую отчетность за 2016, 2017 годы в налоговый орган не представлял.

Анализ выписки по расчетному счету ООО «Наш город», открытому в ....» (в настоящее время - ....»), показывает, что последняя операция по данному расчетному счету осуществлена 25.01.2016 (денежные средства в размере 4 257,71 перечислены взыскателю в счет погашения задолженности по решению Арбитражного суда Иркутской области от 14.09.2015).

Как следует из даты публикации налоговым органом сообщения о предстоящем исключении ООО «Наш город» из ЕГРЮЛ, письменных доказательств данное юридическое лицо не представляло налоговую отчетность, не осуществляло операции по банковским счетам более одного года (налоговая отчетность за 2016, 2017 годы не представлялась, последняя операция по расчетному счету осуществлена 25.01.2016).

Решение Межрайонной ИФНС России № 17 по Иркутской области от 25.08.2017 №2871 о предстоящем исключении ООО «Наш город» из ЕГРЮЛ было опубликовано в установленном законом порядке («Вестник государственной регистрации». часть 2 №34(648) от 30.08.2017 / 3214). Начало формы

Конец формы

Истец, как кредитор, в трехмесячный срок не обращался в налоговый орган с заявлением о том, исключение общества из ЕГРЮЛ нарушает его права.

В связи с чем суд приходит к выводу, что обстоятельства, указанные истцом в основание иска, имели место до вступления в силу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», установившего субсидиарную ответственность лица, уполномоченного выступать от имени общества с ограниченной ответственностью, в случае исключения общества из ЕГРЮЛ.

Поскольку установленный частью 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации принцип недопустимости обратной силы закона, устанавливающего ответственность, распространяется на все виды ответственности, включая гражданско-правовую, суд полагает, что отсутствуют как основания, предусмотренные пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», так и иные основания для привлечения ФИО2 как генерального директора общества к субсидиарной ответственности.

В ходе судебного разбирательства истцом не представлено доказательств недобросовестного и неразумного поведения ответчика как единоличного исполнительного органа, которое находится в прямой причинно-следственной связи с невозможностью погашения требований кредитора как в связи с добровольной ликвидацией юридического лица, так и ликвидацией в ходе процедуры банкротства.

Таким образом суд, учитывая требования статьи 54 Конституции Российской Федерации, статей 1, 4, 8, 10, 12, 15, 53, 53.1, 399, 401, 419 ГК РФ, статей 3, 44, Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», статей 9, 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», оценивая представленные доказательства (объяснения сторон, их представителей, письменные доказательства), каждое в отдельности и в их совокупности, установив фактические обстоятельства дела, приходит к выводу, что в ходе судебного разбирательства не установлен и не нашел своего подтверждения факт причинения убытков истцу в результате виновных противоправных (неразумных и (или) недобросовестных действий (бездействия) ответчика в период осуществления деятельности в качестве единоличного исполнительного органа ООО «Наш город», в связи с чем исковые требования ПАО «Иркутскэнерго» к ФИО2 о взыскании задолженности, расходов по уплате государственной пошлины не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Отказать в удовлетворении исковых требований ПАО «Иркутскэнерго» к ФИО4 о взыскании задолженности, расходов по уплате государственной пошлины.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд через Свердловский районный суд города Иркутска в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда, которое будет составлено 09 сентября 2019 года.

Председательствующий судья: Р.Р. Латыпов