Решение № 2-6791/2025 2-971/2026 2-971/2026(2-6791/2025;)~М-5753/2025 М-5753/2025 от 9 апреля 2026 г. по делу № 2-6791/2025

Дело №

УИД 50RS0№-56


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 марта 2026 года <адрес>

Ногинский городской суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Чигиной О.В.,

при помощнике судьи Боровинской Д.А.,

с участием представителя истца ФИО1

представителя ответчика ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Отделению Фонда Пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> и <адрес> о признании решения об отказе в досрочном назначении пенсии по старости незаконным, обязании назначить страховую пенсию по старости,

установил:

Истец ФИО3, обратилась в суд с иском к ответчику Отделению Фонда Пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> и <адрес>, в котором просила признать незаконным решение об отказе в назначении досрочной страховой пенсии по старости; обязать ответчика назначить истцу досрочную страховую пенсию по старости на основании п. п. 1.2. ч. 1 ст. 32 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" как матери, родившей троих детей, достигшей возраста 57 лет, имеющий страховой стаж 28 лет, необходимое количество пенсионных баллов -54; воспитавшей двоих детей до возраста восьми лет и одного ребенка с момента рождения до смерти, то есть всю его короткую жизнь.

Иск мотивирован тем обстоятельством, что ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в ОСФР с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии в соответствии с п. 1.2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

Решением ОСФР N 872315/25 от ДД.ММ.ГГГГ в назначении досрочной страховой пенсии было отказано.

Истец считает отказ незаконным по приведенным в иске доводам.

Истец ФИО3., извещенная о месте и времени рассмотрения дела в судебное заседание не явилась, обеспечила явку своего представителя ФИО1

В судебном заседании представитель истца ФИО1 поддержал иск по основаниям, изложенным в нем, просил удовлетворить в полном объеме, пояснил, что существует юридическая коллизия, ФИО3 как мать, родила троих детей, воспитала двоих до 18 лет, а одного всю его короткую жизнь, до смерти, родительских прав лишена не была, поэтому усматривается дискриминация ФИО3 со стороны ответчика по получению досрочно пенсии по сравнению с другими матерями, которые также родили троих детей, и получают страховую пенсию по старости досрочно, тогда как ФИО3 отказано в назначении досрочной страховой пенсии только по тому основанию, что ее ребенок не дожил до возраста 8 лет, его жизнь прервалась смертью из-за болезни.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 иск не признала по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск.

Суд, выслушав участвующих в деле лиц, изучив материалы дела, приходит к следующим выводам.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом "О страховых пенсиях".

По общему правилу право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону) (ч. 1 ст. 8 Федерального закона "О страховых пенсиях").

Пунктом п. 1.2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" установлено что страховая пенсия по старости назначается женщинам, родившим трех детей и воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет, достигшим возраста 57 лет, при наличии не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30.

Из смысла приведенной правовой нормы следует, что специальными условиями для досрочного назначения страховой пенсии по старости в соответствии с п. 1.2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона "О страховых пенсиях" является рождение и воспитание женщиной, достигшей возраста 57 лет, троих детей до достижения возраста 8 лет, при наличии не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30.

При этом, одним из обязательных условий досрочного назначения страховой пенсии по старости по указанному основанию является в том числе воспитание женщиной, достигшей возраста 57 лет, троих детей до достижения возраста 8 лет.

Из материалов дела и сведений на ДД.ММ.ГГГГ о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения усматривается, что величина пенсионного коэффициэнта составляет 54,468, стаж -28 лет, 7 месяцев, 23 дня.

ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в ОСФР с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии в соответствии с п. 1.2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

В качестве документов, подтверждающих право на назначение досрочной страховой пенсии по старости, ФИО3 представила в том числе свидетельства о рождении детей: ФИО4 15.09.1993г.р., ФИО5 13.10.1994г.р. и ФИО6 12.12.1997г.р.

На ребенка ФИО4 15.09.1993г.р., истцом ФИО3 предоставлено свидетельство о смерти, с датой смерти-ДД.ММ.ГГГГ.

Решением Управления установления пенсий № ОСФР по <адрес> и <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № в назначении досрочной страховой пенсии было отказано в связи с отсутствием факта дожития до 8 лет ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Истец считает такой отказ незаконным, указывая на то, что на всю короткую жизнь ребенка заботилась о нем, воспитывала, никогда не была лишена или ограничена в родительских правах в отношении своих детей. Считая, что ответчик применил формально буквальное толкование фразы «воспитание детей до достижения ими 8 лет» заявил ходатайство о проведении лингвистической судебной экспертизы.

Определение суда от ДД.ММ.ГГГГ назначена судебная лингвистическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ФБУ «Российский федеральный центр судебной экспертизы им. профессора А.Р. Шляхова при министерстве юстиции Российской Федерации».

Согласно заключению эксперта ФБУ «Российский федеральный центр судебной экспертизы им. профессора А.Р. Шляхова при министерстве юстиции Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ № фрагмент высказывания «воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет» (являющееся фрагментом текста п. 1.2 ч. 1 ст. 32. Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях») содержит указание на обязательную продолжительность воспитания троих детей в течение первых восьми лет жизни детей. Во фрагменте высказывания «воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет» (являющимся фрагментом текста п. 1.2 ч. 1 ст. 32. Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях») не сообщается о том, что обязанность по воспитанию троих детей прекращается в случае ранней смерти детей (если ребенок/дети не дожил/и до восьмилетнего возраста). Во фрагменте высказывания «воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет» (являющимся фрагментом текста п. 1.2 ч. 1 ст. 32. Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях») предлог «до» употреблен в значении ‘временного предела действия’, т.е. временного предела обязанности по воспитанию троих детей до дожития ими [тремя детьми] до восьмилетнего возраста.

Фрагмент высказывания воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет (являющееся фрагментом текста п. 1.2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях») означает ‘воспитывать с рождения и до дожития каждого из трех детей определенного возраста, а именно восьми лет’ и не означает ‘воспитывать с рождения и до момента смерти, если смерть наступила ранее достижения ребенком восьмилетнего возраста’.

Суд принимает в качестве доказательства заключение эксперта ФБУ «Российский федеральный центр судебной экспертизы им. профессора А.Р. Шляхова при Министерстве юстиции Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ № и основывает свои выводы, в том числе, исходя из данного заключения.

С учетом установленных судом обстоятельств, дающих право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, учитывая что ФИО3, родила троих детей, воспитала двоих детей до возраста 18 лет, а одного ребенка - с рождения ДД.ММ.ГГГГ и до смерти ДД.ММ.ГГГГ, то есть до возраста 6 месяцев и 7 дней, при отсутствии одного из обстоятельств, предусмотренного законодателем, а именно воспитание троих детей до возраста 8 лет, не имеется правовых оснований для установления истцу досрочной страховой пенсии по старости независимо от достижения ей установленного возраста и наличия необходимого страхового стажа, а также величины индивидуального пенсионного коэффициента.

Оценивая относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности и в их совокупности, суд пришел к выводу о том, что в условиях состязательности гражданского процесса, в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ, требования истца о признании решения незаконным, возложении обязанности назначить досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с п. п. 1.2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", являются не обоснованными и удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к Отделению Фонда Пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> и <адрес> о признании решения от ДД.ММ.ГГГГ № об отказе в досрочном назначении пенсии по старости незаконным, обязании назначить страховую пенсию по старости – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Ногинский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья О.В. Чигина