Определение № 33-59/2017 33-809/2016 от 27 февраля 2017 г. по делу № 33-59/2017

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ № 33-59/2017

28 февраля 2017 года Санкт-Петербург

Ленинградский окружной военный суд в составе:

председательствующего – Лазарева Е.В.,

судей: Кунцевича Ю.М.

Царькова В.Н.,

при секретаре Валюке И.В. рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя истца ФИО1 на решение Воркутинского гарнизонного военного суда от 25 октября 2016 года по иску военного прокурора <данные изъяты> о привлечении бывшего военнослужащего войсковой части <номер><данные изъяты> ФИО2 к полной материальной ответственности.

Заслушав доклад судьи Царькова В.Н., окружной военный суд

У С Т А Н О В И Л:

Военный прокурор <данные изъяты> обратился в суд с исковым заявлением о привлечении военнослужащего запаса ФИО2 к полной материальной ответственности.

Для возмещения ущерба имуществу войсковой части <номер>, причиненного ответчиком в результате не сдачи при увольнении с военной службы вещевого имущества личного пользования и инвентарного, военный прокурор просил взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копейку, которые перечислить на расчетный счёт войсковой части <данные изъяты> в Федеральном казенном учреждении «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по <адрес>» (далее - УФО).

Гарнизонный военный суд исковое заявление удовлетворил частично, рассчитав на основании статьи 6 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» износ невозвращенного вещевого имущества пропорционально времени его носки относительно срока эксплуатации, а также учтя материальное и имущественное положение Шкирандо, в том числе отсутствие у него постоянного дохода, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, взыскал с него в пользу войсковой части <номер> денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей.

Взысканные денежные средства суд постановил перечислить на счет Федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по <адрес>».

В удовлетворении остальных требований военного прокурора суд отказал.

Также суд взыскал с ответчика в доход бюджета муниципального образования городского округа «<данные изъяты>» судебные расходы в размере <данные изъяты> рублей.

В апелляционной жалобе представитель истца – командира войсковой части <номер> ФИО1 просит отменить решение суда первой инстанции и принять новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование жалобы он, ссылаясь на пункт 2 статьи 14 и пункт 1 статьи 28 Федерального закона «О статусе военнослужащих», а также положения пункта 1 статьи 1, статей 2, 3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» утверждает, что уволенный по негативному основанию Шкирандо должен нести полную материальную ответственность за невозвращенное имущество, поскольку воинская часть должна нести расходы по его восстановлению.

Полагает, что к спорным правоотношениям необходимо применять пункты 9 и 29 Правил владения, пользования и распоряжения вещевым имуществом, а также банно-прачечного обслуживания в мирное время, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22 июня 2006 года № 390, согласно которым военнослужащий в обязательном порядке должен сдать все предметы выданного ему в период военной службы вещевого имущества.

Поскольку Шкирандо такое имущество не сдал, в соответствии со статьей 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», автор жалобы полагает, что он должен быть привлечен к полной материальной ответственности.

Представитель истца считает, что степень износа имущества уже учтена в данных бухгалтерского учета путем отнесения его к определенной категории. При этом согласно пункту 5 «Руководства по учету вооружения, военной, специальной техники и иных материальных ценностей в Вооруженных Силах Российской Федерации» - приложение № 1 к приказу Министра обороны Российской Федерации 2013 года № 300дсп, перевод материальных ценностей из одной категории в другую не влечет изменения их цены.

Приводя положения пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», утверждает, что ущерб, вызванный утратой имущества, определятся по фактическим потерям.

Ссылаясь на пункт 13 Порядка вещевого обеспечения в Вооруженных Силах Российской Федерации на мирное время, утвержденного приказом МО РФ от 14 августа 2013 года № 555, указывает, что не сданное Шкирандо имущество относится ко второй категории и может быть в дальнейшем повторно использовано по его назначению. Однако по причине того, что Шкирандо имущество не сдал, определить степень его износа не представляется возможным. Поэтому в соответствии с положениями статей 2 и 3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» нанесенный ответчиком реальный ущерб подлежит безусловному возмещению в полном объеме.

Рассмотрев материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, окружной военный суд приходит к следующим выводам.

Как установлено по делу, ответчик поступил на военную службу по контракту в войсковую часть <номер> с <дата>. В связи с прохождением военной службы Шкирандо был обеспечен вещевым имуществом личного пользования и инвентарным вещевым имуществом.

Приказом <данные изъяты> от <дата><номер> Шкирандо досрочно уволен с военной службы в связи с <данные изъяты> (подпункт «<данные изъяты>» пункта <данные изъяты> статьи 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе»), а приказом командира войсковой части <номер> от <дата><номер> исключен из списков личного состава воинской части с <дата>.

При увольнении ответчик не сдал вещевое имущество личного пользования на сумму <данные изъяты> рубля <данные изъяты> копеек, сроки носки которого не истекли, а также инвентарное имущество в сумме <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копейки, а всего материальных ценностей на общую сумму <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копейка.

Факты получения Шкирандо вещевого имущества и его стоимость по данным учета довольствующего органа – Федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по <адрес>», а также факт несдачи этого имущества ответчиком были подтверждены имеющимися в деле письменными доказательствами и сторонами не оспариваются.

На основании этого суд первой инстанции обоснованно признал доказанными факт причинения Шкирандо ущерба имуществу воинской части при исполнении обязанностей военной службы, поскольку им в нарушение пункта 25 Правил владения, пользования и распоряжения вещевым имуществом, а также банно-прачечного обслуживания в мирное время, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22 июня 2006 года № 390, не сдано вещевое имущество личного пользования и инвентарное, находящееся в федеральной собственности и закрепленное за воинской частью, при увольнении с военной службы в связи с невыполнением условий контракта.

В соответствии с абзацем вторым статьи 5 Федерального закона № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен военнослужащим, которому имущество было передано для пользования.

Таким образом, сам по себе факт не сдачи указанного имущества военнослужащим, уволенным в связи с невыполнением им условий контракта, является основанием для привлечения его к полной материальной ответственности. Моментом, с которого следует исчислять причинение ущерба, является дата исключения такого военнослужащего из списков личного состава воинской части.

Действительно, статьей 6 названного закона установлено, что размер причиненного ущерба определяется по фактическим потерям, на основании данных учета имущества воинской части и исходя из цен, действующих в данной местности на день обнаружения ущерба. При этом размер причиненного ущерба определяется с учетом степени износа имущества по установленным на день обнаружения ущерба нормам, но не ниже стоимости лома (утиля) этого имущества.

Однако каких – либо данных о расчете ущерба в соответствии с действующими в Министерстве обороны РФ правилами расчета данного ущерба, в решении не приведено.

Между тем, определяя размер причиненного ущерба, суд первой инстанции ошибочно произвел расчет износа вещевого имущества, исходя из остаточной стоимости этого имущества в зависимости от времени его фактического использования ответчиком в период военной службы. Такая методика нормативными правовыми актами, действующими в Вооруженных Силах Российской Федерации, не предусмотрена.

Данная методика соответствовала правилам, установленным пунктом 39 ранее действовавшего Руководства о порядке применения норм снабжения вещевым имуществом военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации № 340 от 17 сентября 1996 года «О вещевом обеспечении военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации».

Указанной нормой было предусмотрено, что с военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, при досрочном увольнении с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта, удерживается стоимость выданных ему предметов вещевого имущества, сроки носки которых на момент увольнения не истекли, в сумме, исчисленной пропорционально времени, оставшемуся военнослужащему до окончания сроков носки вещевого имущества. Расчет стоимости вещевого имущества, удерживаемой с военнослужащего, производился по розничным ценам на день издания в воинской части приказа на увольнение его с военной службы.

При этом в расчете учитывалась стоимость предметов вещевого имущества, положенных по нормам снабжения и не выданных в установленные сроки, которая определяется в сумме, исчисленной пропорционально времени, в течение которого невыданные предметы вещевого имущества должны находиться в носке, по ценам компенсации на день увольнения и засчитывается в счет погашения суммы, подлежащей удержанию.

В то же время этот приказ Министра обороны Российской Федерации признан недействительным решением Верховного Суда Российской Федерации от 06 июля 2000 года № ВКПИ00-035.

Более того, он соответствовал правилам, предусмотренным пунктом 25 не действующего в настоящее время Положения о вещевом обеспечении военнослужащих, предусмотренного постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 1995 года № 605, и основывался на том, что имущество переходило в собственность военнослужащего с момента его выдачи, при увольнении военнослужащего с военной службы по негативному основанию обязанность по сдаче вещевого имущества личного пользования у него не возникала, а взыскивалась оставшаяся стоимость имущества.

Такие правила в правовом регулировании, установленном на момент обнаружения ущерба, отсутствуют.

В настоящее время действуют иные положения, предусмотренные пунктами 9 и 27 Правил владения, пользования и распоряжения вещевым имуществом, а также банно-прачечного обслуживания в мирное время, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22 июня 2006 года № 390, согласно которым имущество вещевой службы является федеральной собственностью и находится в оперативном управлении или хозяйственном ведении воинских частей.

Вещевое имущество личного пользования, выданное военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, переходит в их собственность по окончании срока его носки.

Выданное вещевое имущество личного пользования, срок носки которого истечет после увольнения с военной службы военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, по основаниям, предусмотренным подпунктами «а» - «г» и «и» пункта1, подпунктами «а» и «б» пункта2 и пунктом3 статьи51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», переходит в собственность указанных военнослужащих после исключения их из списков личного состава воинской части.

В остальных случаях имущество подлежит возврату, в том числе ответчиком, который к указанным выше льготным категориям военнослужащих не относится.

Таким образом, вывод суда первой инстанции относительно уменьшения цены иска, основанный на расчете стоимости несданного Шкирандо вещевого имущества с учетом времени нахождения его в пользовании у ответчика, не соответствует нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.

В апелляционной жалобе обоснованно указывается, что такой порядок определения ущерба законодательством не предусмотрен, а стоимость имущества должна была определяться исходя из данных бухгалтерского учета на момент обнаружения ущерба. Степень износа вещевого имущества, выданного в пользование, учтена в данных бухгалтерского учета исходя из отнесения этого имущества к определенной категории. При этом состояние этого имущества для целей определения размера ущерба правового значения не имеет, поскольку оценить фактический износ отсутствующего (не сданного) имущества не представляется возможным.

Необоснованным является и вывод суда первой инстанции о необходимости уменьшения взыскиваемой суммы с учетом тяжелого материального положения ответчика, согласившегося с доводами ответчика об отсутствии у него постоянного заработка и о наличии алиментных обязательств (л.д. <данные изъяты>).

Согласно положениям статьи 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, а суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать.

В определении о назначении дела к судебному разбирательству суд обязал Шкирандо представить доказательства его трудного материального положения (л.д.<данные изъяты>).

Ответчиком были представлены светокопии свидетельства о расторжении им в <дата> брака, а копия трудовой книжки с записями о трудоустройстве в периоды, предшествующие службе в войсковой части <номер>.

Вопреки выводам суда, сами по себе эти доказательства не подтверждали факты тяжелого имущественного положения Шкирандо и отсутствия у него источников постоянного заработка, наличие на его иждивении несовершеннолетнего ребенка и, как следствие, не свидетельствовали о невозможности выполнить в полном объеме обязательства по возмещению ущерба.

Следовательно, оснований для уменьшения взыскиваемой суммы в соответствии с требованиями статьи 11 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» у суда не имелось.

Таким образом, решение суда подлежит изменению в связи с неправильным применением судом норм материального права, несоответствием выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам, недоказанностью судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела.

С учетом изложенного окружной военный суд признает иск командира войсковой части <номер> о привлечении ФИО2 к полной материальной ответственности обоснованным и подлежащим удовлетворению в полном объеме.

В соответствии с положениями части 3 статьи 98, части 1 статьи 103 ГПК РФ также подлежит изменению решение суда в части размера взыскания с ответчика в соответствующий бюджет государственной пошлины, от которой был освобожден истец при подаче иска в суд.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ окружной военный суд, -

О П Р Е Д Е Л И Л:

Решение Воркутинского гарнизонного военного суда от 25 октября 2016 года по гражданскому делу по исковому заявлению военного прокурора <данные изъяты> к ФИО2 изменить, изложив его в следующей редакции.

Исковое заявление военного прокурора 301 военной прокуратуры гарнизона удовлетворить полностью.

Привлечь ФИО2 к полной материальной ответственности, взыскав с него в доход федерального бюджета <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копейку, которые перечислить на лицевой счет Федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Псковской и Новгородской областям», открытый учреждению, как администратору доходов федерального бюджета.

Взыскать с ФИО2 в доход бюджета муниципального образования городского округа «<данные изъяты>» государственную пошлину в размере <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек.