Решение № 2-402/2019 2-402/2019~М-90/2019 402/2019 М-90/2019 от 7 августа 2019 г. по делу № 2-402/2019

УИД №

№ 402/2019


Решение

Именем Российской Федерации

08 августа 2019 года город Оренбург

Промышленный районный суд города Оренбурга в составе:

председательствующего судьи М.Е. Манушиной,

при секретаре судебного заседания Ю.В. Богатыревой,

с участием истца ФИО1, представителей истцов ФИО2, ФИО3, третьих лиц ФИО4, ФИО5, представителя ответчика ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО7 к ФИО8 о возложении обязанности демонтировать видеокамеру и изменить угол обзора видеокамеры, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

истцы ФИО1 и ФИО7 обратились в суд с названными исковыми заявлениями, в которых указали, что проживают, соответственно, в домах № и № по <адрес>. В соседнем доме по адресу: <адрес> проживает ответчик ФИО8 со своей семьей. Земельные участки их придомовых территорий и территории ответчика являются смежными, разделенными забором.

Ответчица ФИО8 установила на опоре линии электропередач возле своего жилого дома камеру наружного наблюдения №, на фронтоне своего жилого дома с лицевой стороны камеру №, под крышей на задней стороне дома камеру №. Камера № установлена на опоре линии электропередач 0,4 кВ., находящейся на балансе филиала ПАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Волги» - «Оренбургэнерго» Оренбургской производственное отделение. Установка указанной камеры производилась без согласия балансодержателя, в связи с чем, она подлежит демонтажу. Камера № охватывает домовладение К-вых, камера № – домовладение Ф-вых. О том, что за ними наблюдают, им стало известно в июле 2018 года от мужа ответчика, который сам лично рассказал, что он видит каждый камешек возле домов и ворот истцов. Каневский постоянно меняет ракурс указанных камер, видеокамеры не зафиксированы.

Истцы полагают, что осуществление видеоконтроля за территорией, относящейся к земельным участкам, где находятся жилые дома других лиц, в отсутствие правовой основы и законной цели, представляет собой серьезное вмешательство в частную жизнь, независимо от того, осуществляется ли при этом сбор и использование информации о частной жизни этих лиц.

Истцы обращались в отдел полиции № <данные изъяты> с заявлением о проведении проверки законности установления камер наружного видеонаблюдения ФИО8, однако им было рекомендовано обратиться в суд с заявлением в порядке гражданского судопроизводства.

Истцы полагают, что незаконная установка ФИО8 видеокамер наружного наблюдения нарушает их права, регламентируемые Конституцией РФ о праве на неприкосновенность и Гражданским Кодексом РФ об охране частной жизни.

Истцы, с учетом уточнений, просят:

- обязать ФИО8 демонтировать видеокамеру №, расположенной на опоре линии электропередач 0,4 кВ. по адресу: <адрес>;

- обязать ФИО8 перенести видеокамеру № вниз на 2 метра. При таком положении камеры исключается видеофиксация жилого дома и территории двора домовладений истцов;

- взыскать с ответчика ФИО8 в пользу ФИО1 моральный вред в размере 50 000 рублей;

- взыскать с ответчика ФИО8 в пользу ФИО7 моральный вред в размере 50 000 рублей;

- взыскать с ответчика расходы на оплату экспертизы.

В судебном заседании истец ФИО1, представители истцов ФИО2 (по ордерам от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ) и ФИО3 (по ордерам от ДД.ММ.ГГГГ), исковые требования, с учетом их изменения по результатам судебной экспертизы, поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Пояснили, что за спорный период времени само тело камер периодически меняет направление обзора. Истцы вынуждены на своих территориях оборудовать навесы, чтобы не попасть в объектив видеокамеры. На время проведения судебной экспертизы Каневские меняли ракурсы всех камер. После окончания экспертизы положение камер вновь было изменено. Нет уверенности в том, что в последующем положение камер вновь не будет меняться с направлением ракурса в стороны домовладений истцов. ФИО8 ранее в судебном заседании сама подтверждала что имеются диски с записями с видеокамер, что доказывает факт вмешательства в личную жизнь истцов.

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании поддержала исковые требования ФИО1 пояснив, что находясь на собственном земельном участке постоянно чувствует, что за ней наблюдают. Были случаи выставления в интернет фото в купальнике. Она работает воспитателем в детском саду и это может негативно отразиться на её работе.

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании также доводы истцов поддержала, пояснив что ФИО9 сам ей говорил, что через камеры видит каждый камешек на их участке. Выходя в собственный двор, вынуждены помнить о существующих камерах, что ограничивает в свободе выбора одежды.

Ответчик ФИО8, присутствовавшая в судебном заседании до объявления перерыва, возражала против удовлетворения исковых требований, пояснив, что установка видеокамер – это вынужденная мера для целей обеспечения сохранности собственного имущества.

Представитель ответчика ФИО6, действующая по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований. Пояснила, что экспертом установлено, что территории домовладений истцов не попадают в обзор видеокамер. Захват камерой территории истцов при открытых воротах не влечет нарушения их прав, поскольку при открытых воротах эта территория может обозреваться любым прохожим и без видеокамер. Истцами не доказан факт сбора и использования информации, не доказано причинение морального вреда.

Представитель третьего лица ПАО «МРСК Волги» ФИО10, действующая по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, присутствовавшая в судебном заседании до перерыва, указала на отсутствие заинтересованности в исходе дела. В письменном отзыве указала, что изначально для размещения камер наружного наблюдения со стороны ответчика в ПАО «МРСК Волги» не поступало каких-либо обращений, установка видеокамеры на опоре ВЛ не была согласована. ДД.ММ.ГГГГ от ответчика поступила заявка на размещение камеры на опоре ВЛ, расположенной по адресу: <адрес>, находящейся на балансе Общества. Договор о предоставлении места на опоре ЛЭП оформлен исходя из фактического расположения камеры, предварительные технические условия не выдавались. Подготовленные договор передан заявителю в апреле текущего года. Условиями оговора предусмотрена обязанность заявителя выполнять правила и нормы, обеспечивающие безопасную эксплуатацию электроустановок и оперативное устранение аварийных ситуаций. До настоящего времени подписанный экземпляр договора не поступил.

В судебное заседание истец ФИО7, третьи лица ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО9 не явились, извещены надлежаще. Руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Согласно п.1 ст.8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Конституцией РФ закреплено право каждого на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (п.1 ст.23 Конституции РФ).

Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (п.3 ст.17 Конституции РФ).

Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются (п.1 ст.24 Конституции РФ).

Пунктом 3 статьи 55 Конституции РФ установлена возможность ограничения прав и свобод человека и гражданина только законом и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно п.1 ст.1 Гражданского кодекса РФ, гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

В силу ст.150 Гражданского кодекса РФ, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо.

Судом установлено, что на земельном участке по адресу: <адрес>, расположены два жилых дома. По границе с земельным участком по <адрес> расположен жилой дом литера А. В судебном заседании истец и третьи лица поясняли, что квартира ФИО7 расположена именно в доме литера А, граничащим с участком № по <адрес>. В соответствии с Выпиской из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ жилой дом принадлежит на праве общей долевой собственности ФИО11, ФИО12, ФИО13

Жилой дом литеры Г1А1 и земельный участок по адресу: <адрес> зарегистрированы на праве общей долевой собственности за ФИО1, ФИО4, Д.(ДД.ММ.ГГГГ года рождения), что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, выписками из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

Из технического паспорта на жилой дом от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на земельном участке расположено два отдельно стоящих жилых дома: литеры Г1А1 и литеры АА5А6.

В соответствии со Свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ жилой дом литеры АА5А6 принадлежит на праве собственности ответчику ФИО8. Согласно Свидетельству о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ, за ответчиком на праве собственности также зарегистрирован земельный участок с кадастровым номером №.

Согласно межевому плану, составленному кадастровым инженером С. ДД.ММ.ГГГГ, земельный участок по <адрес> разделен на два отдельных земельных участка.

Таким образом, домовладение ФИО8 расположено между домовладениями истцов ФИО7 и ФИО1

Ответчиком ФИО8 не отрицается что на опоре ЛЭП перед её домом, на переднем фасаде и под крышей на задней стороне её дома размещены видеокамеры.

В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ зафиксированы пояснения ФИО1 и ФИО8. Истец, обращаясь с отдел полиции № <данные изъяты>, указывал что по соседству с ним в <адрес> проживает ФИО8 со своим мужем ФИО9 В 2015 году они возле своего дома на столбе, а также во дворе своего дома установили видеокамеру наружного наблюдения. Камеры были установлены без его согласия, при этом они частично захватывают его территорию. Соответственно, Каневские имеют возможность следить за личной жизнью его и членов его семьи.

ФИО8 поясняла, что действительно с мужем они установили видеокамеры, но лишь для обеспечения безопасности себя лично и сохранности своего имущества. Камера, установленная перед домом, частично охватывает ворота дома ФИО1. Но за его личной жизнью она и члены её семьи не следят, видеозаписи не распространяют.

Аналогичные пояснения зафиксированы в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ по заявлению ФИО7

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена видеотехническая экспертиза, производство которой поручено АНО <данные изъяты>.

Согласно заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ видеокамеры являются неповоротными, статическими. Механизм крепления у видеокамер имеет возможность менять направления вверх/вниз/вправо/влево. При закрытых воротах домовладений, расположенных по адресам: <адрес>, (домовладение ФИО7) и <адрес> (домовладение ФИО1) эти домовладения и их придомовая территория не попадают в обзор камеры № (на опоре ЛЭП перед домовладением ФИО8). При отрытых воротах – эти домовладения и их придомовая территория частично попадают в ракурс обзора видеокамеры №. Ракурс видеокамеры, при котором исключается видеофиксация при открытых воротах, можно изменить, опустив видеокамеру вниз примерно на 5-10 градусов. Техническая возможность фиксации креплений позволяет изменить угол наклона видеокамеры.

В обзор камеры № (на переднем фасаде жилого дома ФИО8) домовладения истцов не попадают. Техническая возможность фиксации креплений видеокамеры позволяет изменить угол наклона/поворота видокамеры.

В обзор камеры №, расположенной под крышей на задней стороне дома ФИО8, частично попадает крыша строения ФИО7. Домовладение ФИО1 в ракурс камеры № не попадает. Ракурс видеокамеры можно изменить либо с помощью переноса камеры вниз на 2 метра, при котором исключается видеофиксация домовладений ФИО7, либо с помощью замены на другую видеокамеру, у которой будет меньший угол обзора, при котором исключается видеофиксация домовладений ФИО7 и ФИО1

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ был допрошены свидетели Ч., З., которые поясняли, что неоднократно наблюдали, что положение видеокамер периодически изменяется, меняя ракурс обзора. Свидетель Ч. указал что видел как ФИО9 поднимается к камере на столбе и поворачивает камеру.

Показания свидетелей подтверждаются фотоматериалом, на котором изображен ФИО9, поднимающийся по лестнице к видеокамере на опоре ЛЭП, а также изменившееся положение видеокамеры № (под крышей на задней стороне дома), зафиксированное в разные периоды времени.

Эксперт Г. (АНО <данные изъяты>) в судебном заседании пояснил, что в настоящее время не существует устройств, позволяющих зафиксировать видеокамеру в неизменном положении, все на совести собственника. Заключение им составлено исходя из положения видеокамер на период их экспертного исследования. Если камеру № (на задней стороне дома) опустить на 2 метра, то при направлении её на смежные домовладения обзор будет упираться в забор.

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что в ракурс обзора видеокамер, установленных ответчиком ФИО8, при изменении их положения, могут попадать территории смежных домовладений, принадлежащих истцам, что нарушает их права на неприкосновенность частной жизни.

Как следует из вышеуказанных положений ст.150 Гражданского кодекса РФ, интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем пресечения или запрещения действий, в том числе, создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо.

Исходя из указанных выше обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что возможность изменения положения видеокамер, принадлежащих ответчику ФИО8, создает угрозу нарушения личных неимущественных прав истцов, вследствие чего действия ответчика по использованию указанных видеокамер подлежат ограничению.

При рассмотрении исковых требований суд учитывает, что способ защиты права должен быть соразмерен допущенному нарушению. Суд полагает что требование о демонтаже видеокамеры не соответствует указанному принципу, поскольку не является единственно возможным и ограничивает право ответчика на охрану принадлежащих ей объектов собственности. Из заключения и пояснений эксперта следует, что обеспечение защиты интересов истцов возможно путем изменения положений видеокамер. Для защиты интересов истцов достаточно опустить видеокамеру № (на опоре ЛЭП) на 5-10 градусов. Для исключения обзора домовладений истцов видеокамеру № (расположенную под крышей на задней стороне дом) достаточно опустить вниз на 2 метра. При этом ответчику следует запретить изменять положение видеокамер. При таких условиях отсутствует необходимость демонтажа видеокамер и соблюдается баланс интересов обеих сторон.

По требованиям истцов о взыскании в их пользу компенсации морального вреда суд не находит оснований для их удовлетворения.

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Истцами в материалы дела не представлено доказательств нарушения их прав действиями ответчика. Пояснения истцов и третьих лиц о наблюдении за ними со стороны ответчика не подтверждены никакими доказательствами. Равно как не представлено доказательств выгрузки фотоизображений в сеть Интернет. Доказательств сбора и хранения видеозаписей с изображением домовладений истцов и находящихся на их территории лиц в материалы дела также не представлено.

Согласно п.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Расходы истцов оплату судебной экспертизы в размере 36000 рублей, по 18000 рублей каждым, подтверждаются чеками-ордерами от ДД.ММ.ГГГГ. Учитывая, что заключение эксперта было дано по трем видеокамерам, а исковые требования поддержаны истцами только в отношении двух, суд приходит к выводу о том, что судебные расходы истцов подлежат возмещению ответчиком в размере 2/3. Соответственно, с ФИО8 надлежит взыскать в пользу ФИО1 и ФИО7 по 12000 рублей в пользу каждого.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1, ФИО7 удовлетворить в части.

Обязать ФИО8 опустить видеокамеру, расположенную на опоре ЛЭП перед домами по адресам: <адрес> и, на 5-10 градусов в положение, исключающее обзор территорий домовладений смежных землепользователей ФИО1 и ФИО7.

Обязать ФИО8 перенести видеокамеру, установленную на заднем фронтоне жилого дома по адресу: <адрес>, вниз на два метра в положение, исключающее обзор территорий домовладений смежных землепользователей ФИО1 и ФИО7.

Обязать ФИО8 обеспечить неизменность положений видеокамер, исключающее обзор территорий домовладений смежных землепользователей ФИО1 и ФИО7.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Взыскать с ФИО8 в пользу ФИО1 и ФИО7 возмещение судебных расходов на оплату судебной экспертизы в размере по 12000 рублей в пользу каждого.

Решение суда может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Промышленный районный суд г. Оренбурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение будет принято 15.08.2019.

Судья М.Е. Манушина

Копия верна:

Судья

Секретарь