Решение № 2-4597/2017 2-620/2018 2-620/2018 (2-4597/2017;) ~ М-3361/2017 М-3361/2017 от 8 мая 2018 г. по делу № 2-4597/2017

Дело №2-620/18

200г


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

08 мая 2018 года <адрес>

Железнодорожный районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Лузгановой Т.А.,

при секретаре Головиной Е.С.,

с участием:

представителя ответчиков - ГУФСИН России по <адрес>, ФСИН России, третьего лица - ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> - ФИО1,

представителя третьего лица – ФКУ Управление по конвоированию ГУФСИН России по <адрес> ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 <данные изъяты> к ГУФСИН России по <адрес>, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратился в суд с иском к ГУФСИН России по <адрес> о компенсации морального вреда, мотивировав свои требования тем, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец трижды был этапирован в <адрес><адрес>, дважды этапирован из <данные изъяты> До этапирования и после содержался в нечеловеческих условиях, в этапных боксах, где было душно, тесно и сыро. В связи с этапированием был лишен права на прогулку. В СИЗО-1 подвергался унижению со стороны работников, а именно во время обыска присутствовала женщина, истец раздевался при ней до нижнего белья, согласно правилам обыска. Во время этапирования испытывал дискомфорт, поскольку в автомобиле для перевозки осужденных отсутствует туалет, ремни безопасности, а аварийный выход открывается только снаружи. На основании изложенного, просил суд взыскать с ГУФСИН России по <адрес> 500 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Определением суда к участию в деле в качестве соответчика привлечено ФСИН России.

Истец ФИО3, отбывающий наказание в местах лишения свободы, извещен о времени и месте судебного заседания. Ранее, участвуя в судебном заседании, путем использования видеоконференц-связи, ФИО3 поддержал исковые требования по изложенным в заявлении основаниям.

Представитель ответчиков – ФСИН России, ГУФСИН России по <адрес> и третьего лица - ФКУ СИЗО-1 <адрес> - ФИО1, действующая на основании доверенностей (полномочия проверены), в судебном заседании возражала против удовлетворения требований истца по доводам, изложенным в письменном отзыве. Пояснила, что ФИО3 прибыл в СИЗО-1 ДД.ММ.ГГГГ из ИВС Советского РОВД. В соответствии с законом, гражданско-правовая ответственность возможна при доказанности факта противоправных действий со стороны ответчика, причиненной связи между этими действиями и наступившим вредом, факта причинения вреда, вины ответчика. При этом, в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обязанность по доказыванию факта причинения вреда, противоправности действий ответчика и причинной связи между этими действиями и возникшим вредом лежит на истце. Все оспариваемые действия, связанные по условиям содержания ФИО3 в СИЗО-1, относятся к периоду с сентября 2015 по ноябрь 2016 года. Между тем, с требованиями о компенсации морального вреда истец обратился в суд только ДД.ММ.ГГГГ, по истечении трехмесячного срока для обжалования действий. Какие- либо уважительные причины для его пропуска отсутствуют. Таким образом, требования истца о компенсации морального вреда подлежат оставлению без удовлетворения и по мотиву пропуска срока на обращение с таким заявлением. На период оформления учетных документов, подозреваемые и обвиняемые размещаются в камерах сборного отделения на срок не более одних суток, с соблюдением требований изоляции, либо на срок не более двух часов в одноместные боксы сборного отделения, оборудованные местами для сидения и искусственным освещением. При поступлении в СИЗО подозреваемые и обвиняемые проходят первичный медицинский осмотр и санитарную обработку. Первичный медицинский осмотр, а также необходимое обследование осуществляет дежурный врач (фельдшер) СИЗО, с целью выявления больных, требующих изоляции и (или) оказания неотложной медицинской помощи. Результаты осмотра, проведенных лечебно-диагностических мероприятий вносятся в медицинскую амбулаторную карту. После проведения полного личного обыска, досмотра личных вещей, дактилоскопирования, фотографирования, первичного медицинского осмотра, санитарной обработки и оформления учетных документов лица, прибывшие в СИЗО, размещаются по камерам карантинного отделения, где проходят медицинское обследование. Заявляя о причинении морального вреда, истцом не указаны, какие именно нематериальные блага были нарушены, не представлены также доказательства, подтверждающие эти обстоятельства. Равно как не представлены доказательства совершения причинение ему нравственных переживаний действиями сотрудников администрации ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>. На основании изложенного, представитель ответчиков и третьего лица просила в иске ФИО3 отказать.

Представитель третьего лица - ФКУ Управление по конвоированию ГУФСИН России по <адрес> – ФИО2 в судебном заседании поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве, из которого следует, что в соответствии со ст.197 Инструкции по служебной деятельности специальных подразделений УИС по конвоированию, утвержденной приказом Минюста России и МВД РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, при конвоировании по плановым автодорожным маршрутам, через каждые 2-3 часа делаются остановки для отправления конвоируемыми и лицами караула своих естественных надобностей. Пункты остановок предусматриваются планом охраны, как правило, в местах расположения учреждений УИС, а при их отсутствии - на местности, позволяющей обеспечить надежную охрану конвоируемых лиц. Кроме того, специальные автомобили оборудованы биотуалетами, в соответствии с Правилами стандартизации «Автомобили оперативно-служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений. Специальные технические требования» (ПР 7ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ утвержденными заместителем министра внутренних дел Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ. Согласно п.229 Инструкции, вывод в туалет производится по просьбе конвоируемых и только по одному. Истец с просьбой о выводе в туалет к составу караула не обращался, в связи с чем, действия сотрудников по конвоированию в период этапирования осужденного ФИО3 правомерны и соответствуют действующему законодательству. В соответствии с Инструкцией, Управление по конвоированию осуществляет перевозку осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся под стражей к месту отбывания наказания. Доставкой подследственных к месту проведения судебного разбирательства Управление по конвоированию не занимается. Специальные автомобили Управления по конвоированию оборудованы в соответствии с требованиями Технического регламента Таможенного союза ТР № «О безопасности колесных транспортных средств», утвержденного решением комиссии Таможенного союза от ДД.ММ.ГГГГ № (далее- Технический регламент). Согласно требованиям Технического регламента, в специальных автомобилях для перевозки лиц, находящихся под стражей, не предусмотрено наличие ремней безопасности и поручней для удержания равновесия, а аварийный люк должен открываться только снаружи. Таким образом, специальные автомобили Управления по конвоированию оборудованы надлежащим образом, согласно требованиям Технического регламента. Считает, что размер компенсации не обоснован, завышен и не соответствует требованиям разумности и справедливости. Истец в исковом заявлении указывает, что нравственные страдания выражаются в лишении его возможности отправления своих естественных надобностей. Однако, доказательств лишения ФИО3 данной возможности суду не представлены, в связи с чем, считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат.

Представитель третьего лица - ФКУ СИЗО-6 <адрес> – ФИО4 (доверенность в деле) в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, представлено ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие. В письменном отзыве, ранее представленном СИЗО-6, представитель третьего лица указывает, что согласно статье 15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №103-ФЗ, в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность. Во исполнение требований части 1 статьи 16 приведенного Федерального закона, в целях обеспечения режима в местах содержания под стражей ДД.ММ.ГГГГ за № Министерством юстиции Российской Федерации по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы. Пункты 155 и 158 раздела XVIII Правил определяют порядок обеспечения администрацией СИЗО участия подозреваемых и обвиняемых в следственных действиях и судебных заседания. Согласно ст.134 Правил, подозреваемые и обвиняемые, в том числе, водворенные в карцер, пользуются ежедневной прогулкой, продолжительностью не менее одного часа, несовершеннолетние - не менее двух часов. Продолжительность прогулки устанавливается администрацией СИЗО, с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств. Продолжительность прогулок беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей в возрасте до трех лет, не ограничивается. В случае если подозреваемый или обвиняемый участвовал в судебном заседании, следственных действиях или по иной причине в установленное время не смог воспользоваться ежедневной прогулкой, по его письменному заявлению ему предоставляется одна дополнительная прогулка установленной продолжительности. ФИО3 содержался <данные изъяты> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Убыл ДД.ММ.ГГГГ, для дальнейшего отбывания наказания в <данные изъяты> России по <адрес>. Согласно попутных списков, ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ был заявлен на убытие для участия в следственных действиях, ДД.ММ.ГГГГ- в исправительную колонию для дальнейшего отбывания наказания. С целью этапирования, истец на непродолжительное время был помещен в этапную камеру, предназначенную для временного нахождения в течение непродолжительного времени. В этапной комнате установлены стандартные окна, обеспечивающие достаточное поступление дневного света, имеется вентиляция, санузлы огорожены кабинками до потолка, осуществляется подача воды из крана, подведенного к водопроводу, имеются лавочки с посадочными местами из расчета 40 см на человека, стол для приема пищи. Переоборудования камер не проводилось. В период пребывания в <данные изъяты> во время ежедневных проверок каких-либо замечаний и жалоб, относительно условий содержания, заявлений о предоставлении дополнительной прогулки от ФИО3 в адрес руководства <данные изъяты> не поступало. Истец при обращении в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда должен доказать наличие в совокупности указанных условий и привести доказательства этого. Между тем, в нарушение указных выше норм, истцом не предоставлено каких-либо доказательств своих требований, исходя из которых можно было бы сделать вывод о причинении ему морального вреда незаконными действиями ответчика, наличия причинной связи между действиями и моральным вредом, а также вины ответчика. Само по себе наличие эмоционального переживания в результате действия третьих лиц, в том числе, в результате действий должностных лиц, в силу действующего законодательства не влекут за собой безусловной компенсации, так как только при нарушении конкретных нематериальных благ либо личных неимущественных прав, при наличии деликатного состава гражданской ответственности, гражданское законодательство предусматривает возможность денежной компенсации морального вреда. Истцом оспариваются действия должностных лиц за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; исковое заявление составлено ДД.ММ.ГГГГ и направлено в суд, т.е. по истечении длительного периода времени с момента, когда, по мнению истца, права последнего нарушались. При этом, доказательств в подтверждении уважительности причин пропуска установленного сроком для обращения в суд истцом не представлено. В соответствии с требованиями закона, условия содержания под стражей нельзя рассматривать как бесчеловечные или унижающие достоинство, поскольку условия содержания под стражей продиктованы прежде всего требованиями обеспечения безопасности лиц, содержащихся под стражей, конвоя и сотрудников изоляторов, и не носят цели нарушить гражданские и иные права истца. На основании изложенного, в связи с непредставлением истцом доказательств, подтверждающих факт содержания в следственном изоляторе в ненадлежащих условиях, нарушения его личных и неимущественных прав и личных нематериальных благ, причинения ему морального вреда действиями сотрудников <данные изъяты> а также в связи с пропуском срока исковой давности для обращения в суд, представитель <данные изъяты> просит в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказать.

С учетом изложенной истцом в исковом заявлении позиции, а также данных им ранее в судебном заседании пояснений, позиции представителя СИЗО-6, изложенной в письменном отзыве, суд, с учетом мнения представителей ответчиков и третьих лиц, на основании ст.167 ГПК РФ, рассматривает дело при имеющейся явке. Оснований для повторного проведения судебного заседания с участием истца, отбывающего наказание в местах лишения свободы, путем проведения видеоконференцсвязи, суд не усматривает.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд находит требования истца необоснованными и подлежащими отклонению, по следующим основаниям.

В соответствии со ст.2 Конституции Российской Федерации, человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

В силу ст.17 Конституции РФ, признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

Согласно ч.2 ст.21 Конституции РФ, никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Указанное предписание также закреплено в ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №4-ФЗ, и в Европейской Конвенции по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания, ратифицированной РФ Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №44-ФЗ.

В силу ст.13 названной Конвенции, каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

В ст.10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации закреплено, что Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Согласно статье 15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность.

Приказом Минюста России № от ДД.ММ.ГГГГ утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее по тексту – Правила).

Пункты 155 и 158 раздела XVIII Правил определяют порядок обеспечения администрацией СИЗО участия подозреваемых и обвиняемых в следственных действиях и судебных заседаниях.

Согласно пунктам 15, 16 Правил, на период оформления учетных документов подозреваемые и обвиняемые размещаются в камерах сборного отделения на срок не более одних суток с соблюдением требований изоляции либо на срок не более двух часов в одноместные боксы сборного отделения, оборудованные местами для сидения и искусственным освещением. Время помещения подозреваемых и обвиняемых в одноместные боксы и время их перевода в другие помещения фиксируется в Книге дежурств по корпусному отделению.

При поступлении в СИЗО подозреваемые и обвиняемые проходят первичный медицинский осмотр и санитарную обработку. Первичный медицинский осмотр, а также необходимое обследование осуществляет дежурный врач (фельдшер) СИЗО с целью выявления больных, требующих изоляции и (или) оказания неотложной медицинской помощи. Результаты осмотра, проведенных лечебно-диагностических мероприятий вносятся в медицинскую амбулаторную карту.

Согласно ст.134 Правил, подозреваемые и обвиняемые, в том числе, водворенные в карцер, пользуются ежедневной прогулкой, продолжительностью не менее одного часа, несовершеннолетние - не менее двух часов. Продолжительность прогулки устанавливается администрацией СИЗО с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств. Продолжительность прогулок беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей в возрасте до трех лет, не ограничивается. В случае если подозреваемый или обвиняемый участвовал в судебном заседании, следственных действиях или по иной причине в установленное время не смог воспользоваться ежедневной прогулкой, по его письменному заявлению ему предоставляется одна дополнительная прогулка установленной продолжительности.

В соответствии со ст.12 ГПК РФ, гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

<данные изъяты>

Согласно пояснениям представителя ответчиков, при поступлении в <данные изъяты> подозреваемые и обвиняемые проходят первичный медицинский осмотр, которое осуществляет дежурный врач (фельдшер) <данные изъяты>. При медосмотре подозреваемые и обвиняемые раздеваются, осмотр мужчин проводит дежурный врач мужского пола. Факт присутствия сотрудника <данные изъяты> женского пола при медосмотре в этом случае исключен. Возможно, в соседнем помещении вещи истца досматривала сотрудник следственного изолятора женского пола. Но одновременно в помещении медосмотр подозреваемого/обвиняемого и обыск его личных вещей не производятся. Таким образом, факт присутствия женщины при медосмотре ФИО3 в <данные изъяты> не подтвердился. Доказательств обратного истец суду не представил.

Также из представленных документов следует, что ФИО3 не могли быть объективно представлены прогулки в дни его этапирования для участия в следственных мероприятиях, а также при убытии его в следственные изоляторы и исправительную колонию (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ), что предусмотрено п.134 Правил.

Согласно представленным СИЗО-1 в материалы дела сведениям, камеры сборного отделения учреждения оборудованы: вытяжной вентиляцией, камерные помещения оборудованы: окном, лавками, подставкой под бак, баком для питья с кружкой и раковиной.

<данные изъяты>

Каких-либо доказательств, опровергающих представленные ответчиком сведения о состоянии камерных помещений и материально-бытовом обеспечении истца, содержащегося в них в спорные периоды, в материалы дела не представлено.

Фактов переполненности камер сборного отделения в <данные изъяты> в даты этапирования ФИО3 не установлено, истцом, в нарушение положений ст.56 ГПК РФ, не представлено.

В силу ст.21 УИК Российской Федерации, ведомственный контроль за деятельностью учреждений и органов, исполняющих наказания, осуществляется вышестоящими органами и их должностными лицами. Порядок осуществления ведомственного контроля определяется нормативными правовыми актами.

Согласно части 2 статьи 38 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», непосредственный контроль за деятельностью учреждений, исполняющих наказания, и следственных изоляторов осуществляют федеральный орган уголовно-исполнительной системы и территориальные органы уголовно-исполнительной системы.

Таким образом, ведомственный контроль за местами содержания под стражей осуществляют Федеральная служба исполнения наказания России, ее Управления по федеральным округам, а также Главные управления (далее - ГУФСИН) и Управления (далее - УФСИН) России по субъектам Российской Федерации. В предмет ведомственного контроля входят все направления функционирования персонала по реализации задач, поставленных перед уголовно-исполнительной системой.

В соответствии с требованиями Положения «О Федеральной службе исполнения наказаний», утвержденного Указом Президента РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, основными формами контроля за указанными выше учреждениями и органами являются: анализ статистической отчетности, ревизии и проверки производственной или финансово-хозяйственной деятельности, непосредственное инспектирование учреждений и органов, исполняющих наказания, рассмотрение предложений, заявлений и жалоб, их проверка и принятие соответствующих решений.

Правовой основой для проведения ведомственного контроля в органах ФСИН России является Приказ Минюста РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об организации проверок в подведомственных Министерству юстиции Российской Федерации федеральных службах, осуществлении координации и контроля их деятельности» (вместе с «Инструкцией об организации и проведении плановых проверок деятельности подведомственных Министерству юстиции Российской Федерации федеральных служб», «Инструкцией об организации и проведении проверок по жалобам граждан и организаций на действия (бездействие) и решения подведомственных Министерству юстиции Российской Федерации федеральных служб и их должностных лиц»).

Таким образом, основной формой ведомственного контроля за соблюдением прав осужденных и порядка отбывания ими наказания является рассмотрение их предложений, заявлений и жалоб на действия персонала учреждений и органов, исполняющих наказания, а также непосредственное инспектирование учреждений и органов.

Между тем, каких-либо доказательств тому, что осужденный ФИО3 в ДД.ММ.ГГГГ обращался к начальнику <данные изъяты>, начальнику <данные изъяты> в ГУФСИН России по <адрес>, ФСИН России с заявлениями и жалобами на ненадлежащие условия его содержания при этапировании в <данные изъяты> в ходе рассмотрения дела представлено не было, следовательно, оснований для применения мер ведомственного контроля у ответчиков в спорный период времени не имелось.

Как разъяснено в п.15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», в соответствии со ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемого под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающими достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подвергалось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению. В практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Согласно п.105 Постановления Европейского Суда по правам человека от ДД.ММ.ГГГГ №, №, некоторые формы морального вреда, включая эмоциональное расстройство, по своей природе не всегда могут быть предметом конкретного доказательства. Однако это не препятствует присуждению судом компенсации, если он считает разумным допустить, что заявителю причинен вред, требующий финансовой компенсации. Причинение морального вреда при этом не доказывается документами, а исходит из разумного предположения, что истцу причинен моральный вред незаконными действиями ответчика.

В нарушение требований ст.56 ГПК РФ предусматривающей, что каждая сторона представляет доказательства в обоснование своих требований и возражений, истцом не представлено каких-либо относимых и допустимых доказательств совершения сотрудниками <данные изъяты> действий, направленных на умышленное унижение его человеческого достоинства как личности; причинение истцу физических и нравственных страданий, в том числе – при проведении мероприятий, связанных с этапированием ФИО3 в другие учреждения.

Рассматривая требования ФИО3 о компенсации морального вреда, в связи с этапированием его в автозаках, суд принимает во внимание следующее.

В соответствии со ст.197 Инструкции по служебной деятельности специальных подразделений УИС по конвоированию, утвержденной приказом Минюста России и МВД РФ от ДД.ММ.ГГГГ №дсп/369дсп, при конвоировании по плановым автодорожным маршрутам через каждые 2-3 часа делаются остановки для отправления конвоируемыми и лицами караула своих естественных надобностей. Пункты остановок предусматриваются планом охраны, как правило, в местах расположения учреждений УИС, а при их отсутствии - на местности, позволяющей обеспечить надежную охрану конвоируемых лиц. При этом, специальные автомобили оборудованы биотуалетами, в соответствии с Правилами стандартизации «Автомобили оперативно-служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений. Специальные технические требования» (ДД.ММ.ГГГГ утвержденными ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно ст.229 указанной Инструкции, вывод в туалет производится по просьбе конвоируемых и только по одному.

Специальные автомобили Управления по конвоированию оборудованы в соответствии с требованиями Технического регламента Таможенного союза ТР № «О безопасности колесных транспортных средств», утвержденного решением комиссии Таможенного союза от ДД.ММ.ГГГГ №.

В соответствии с требованиями Технического регламента, в специальных автомобилях для перевозки лиц, находящихся под стражей, не предусмотрено наличие ремней безопасности и поручней для удержания равновесия, а аварийный люк должен открываться только снаружи.

Соответствие указанному Техническому регламенту специального транспорта, в котором ФИО3 этапировался в следственные изоляторы и исправительную колонию, а также требованиям, предъявляемым к транспортным средствам Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденными Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, подтверждается представленными по делу паспортами транспортных средств, а также путевыми ведомостями.

Факт того, что ФИО3 было отказано в возможности осуществить естественных надобностей, ничем не подтвержден; обращения ФИО3 во время этапирования к сотрудникам Управления по конвоированию в журнале обращений не зафиксирован, с жалобами на действия сотрудников Управления по конвоированию, ФИО3 в само Учреждение, а также в ГУФСИН России по <адрес> не обращался.

В силу ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ч.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии ст.1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Из содержания главы 59 ГК РФ следует, что для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава нарушения, включающего: незаконность действий (бездействия) гражданина, юридического лица; причинение вреда; причинно-следственную связь между неправомерными действиями (бездействием) и наступившими последствиями, вина причинителя. Для возложения ответственности на виновную сторону необходимо доказать всю совокупность состава правонарушения, при отсутствии в действиях (бездействии) причинителя вреда хотя бы одного из элементов состава правонарушения в иске должно быть отказано.

Согласно ст.150 ГК РФ нематериальные блага: жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу ст.ст.151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с положениями ст.1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Верховного Суда № от ДД.ММ.ГГГГ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.

В нарушение указанных норм, истцом не представлено каких-либо относимых и допустимых доказательств, подтверждающих, что в спорный период времени условия его нахождения в <данные изъяты> при подготовке его к этапированию и после этапирования, а также во время этапирования сотрудниками Управления по конвоированию, действительно являлись ненадлежащими, не соответствующими законодательству, в части нарушение норм площади на одного осужденного, отсутствия необходимых санитарно-гигиенических условий в этапных боксах, а также в специальном автотранспорте. Не доказан факт присутствия при личном досмотре ФИО3 фельдшером постороннего лица женского пола, непредставление истцу в установленное время времени для прогулки.

Таким образом, суд приходит к выводу, что доказательств нарушения условий содержания в <данные изъяты> при его этапировании в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также условий перевозки в спецтранспорте сотрудниками Управления по конвоированию, и как следствие, нарушения каких-либо прав истца, ФИО3 представлено не было, в связи с чем, оснований для возложения на ответчиков гражданско-правовой ответственности не имеется.

Истец основывает свои требования на предположениях, каких-либо доказательств в обоснование своих требований, доказательств незаконных действий, нарушивших права истца, в нарушение ст.56 ГПК РФ им не представлено.

Данных о наличии со стороны ФИО3 жалоб и заявлений на ненадлежащие условия содержания в <данные изъяты> в материалы настоящего гражданского дела не представлено, действия ответчиков им не обжаловались.

Исходя из вышеизложенного, суд учитывает то, что обеспеченные в соответствии с требованиями закона условия содержания под стражей нельзя рассматривать как бесчеловечные или унижающие достоинство, поскольку условия содержания под стражей продиктованы прежде всего требованиями обеспечения безопасности лиц, содержащихся под стражей, конвоя и сотрудников изоляторов, и не носят цели нарушить гражданские и иные права истца.

В ходе рассмотрения дела истцом не был доказан сам факт причинения ему вреда, а также наличие причинно-следственной связи между совершенными незаконными действиями и наступившими для истца неблагоприятными последствиями в виде нравственных страданий и переживаний.

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие доказательств, подтверждающих факт нарушения прав истца признанных Конституцией РФ и нормами международного права, а также отсутствие доказательств, подтверждающих факт содержания истца в следственных изоляторах при подготовке его к этапированию и после этапирования, а также в период его этапирования в ненадлежащих условиях, суд не усматривает оснований для удовлетворения его исковых требований о взыскании компенсации морального вреда.

При указанных выше обстоятельствах суд находит требования истца не обоснованными и отказывает ФИО3 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Вместе с тем, не подлежит удовлетворению ходатайство представителей ответчиков и третьих лиц о применении последствий пропуска трехмесячного срока для обращения в суд, установленного ст.219 КАС РФ, поскольку ФИО3 заявлены требования о компенсации морального вреда, в связи с его этапированием в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. и не связаны с обжалованием действий (бездействия) должностных лиц государственных органов, либо с оспариванием действий (бездействия) должностных лиц уголовно-исполнительной системы, и в данном случае применению подлежат нормы ст.208 ГК РФ.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 <данные изъяты> к ГУФСИН России по <адрес>. ФСИН России о компенсации морального вреда, в связи с этапированием его в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, отказать в полном объеме.

Решение суда может быть обжаловано в <адрес>вой суд в течение месяца с даты его изготовления в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд <адрес>.

В окончательной форме решение суда изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Т.А. Лузганова