Решение № 2-1340/2020 2-1348/2020 2-1348/2020~М-1116/2020 М-1116/2020 от 2 ноября 2020 г. по делу № 2-1340/2020

Дело № 2-1340/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Санкт-Петербург 03 ноября 2020 года

Ленинский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи - Ткачевой О.С., с участием представителя истца ФИО1 по доверенности – ФИО2, с участием представителя ответчика ООО «Принт студия Ленинград» по доверенности – адвоката Предигер М.В., при секретаре - Ширяевой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Принт студия Ленинград» о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе, о выплате невыплаченной заработной платы и заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Принт студия Ленинград», ссылаясь на то, что он являлся работником ответчика по трудовому договору №, заключенному между ним и ответчиком 02.02.2015. В соответствии с приказом № от 09.01.2020 года назначен на должность мастера макетного цеха. 19.06.2020 ему стало известно, что он уволен на основании приказа № от 19.06.2020 по п.п. «а» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Причиной увольнения в соответствии с содержанием приказа, являются прогулы, имевшие место 12.05.2020; 13.05.2020; 14.05.2020; 15.05.2020; 18.05.2020; 25.05.2020; 02.06.2020. Соответственно, работодателем были составлены акты о невыходе на работу по указанным выше датам. Истец не согласен с увольнением, считает увольнение незаконным, так как ответчик не уведомил его о дате выхода на работу. Его увольнению предшествовали следующие обстоятельства: в марте 2020 года на предприятии было проведено собрание с участием сотрудников и генерального директора, на данном собрании генеральным директором было сообщено, что в связи с Постановлением Правительства РФ (в связи с объявлением карантина по особо опасной инфекции COVID-19) предприятие закрывается на период самоизоляции и работники будут находится дома на неопределенный период времени, на работу, при необходимости будут выходить по звонку.

На данном собрании со всеми работниками, в том числе и с истцом, были подписаны дополнительные соглашения к трудовому договору № от 24.03.2020. Подпунктом 5.1 пункта 5 трудового договора оплата труда была определена в виде должностного оклада в размере 230 руб. в час. Данная редакция раздела трудового договора (дополнительного соглашения) начала действовать с 01 апреля 2020 года – в период ухода на самоизоляцию. Данные дополнительные соглашения, по мнению истца, были подписаны под угрозой невыплаты денежных средств.

12.05.2020 года генеральным директором ООО «Принт студия Ленинград» ФИО3 издан приказ № о порядке осуществления деятельности ООО «Принт студия Ленинград», деятельность предприятия была продолжена с 12 мая 2020 года. С указанным приказом истец не был ознакомлен. Только 18 мая 2020 года он узнал от коллег о том, что предприятие возобновило работу. После получения указанной информации от своего знакомого коллеги.

Истец просит признать его увольнение незаконным, восстановить его на работе, взыскать с ответчика в пользу истца задолженность по недополученной заработной плате за период с 12.05.2020 по 19.06.2020 в размере 30 830 рублей 40 копеек, взыскать с ответчика в пользу истца зарплату за время вынужденного прогула за период с 19 июня 2020 года по день вынесения решения судом, взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, взыскать с ответчика в пользу истца понесенные судебные расходы в размере 98 000 рублей 00 копеек.

Исковое заявление ФИО1 принято Ленинским районным судом Санкт-Петербурга по правилам подсудности, предусмотренным ст. 28 ГПК РФ – по месту нахождения ответчика.

08.09.2020 года истцом представлено ходатайство об уточнении требований. В требованиях просит считать последним рабочим днем 28 марта 2020 года, 18 мая 2020 он узнал от ФИО6 о начале работы после выхода из карантина; 21 мая 2020 года прибыл к ответчику, где узнал о составленных актах о прогулах с 12 мая 2020 года. Просит увеличить стоимость понесенных юридических услуг до 97 000 рублей. Данное ходатайство принято судом в порядке ст. 39 ГПК РФ (л.д. 165-168).

03.11.2020 истец представил ходатайство об уточнении исковых требований, в соответствии с которым: истец просит признать его увольнение незаконным, восстановить его на работе, взыскать с ответчика в пользу истца зарплату за время вынужденного прогула за период с 12 мая 2020 года по день вынесения решения судом в размере 235 643 рубля 14 копеек, взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, взыскать с ответчика в пользу истца понесенные судебные расходы в размере 97 000 рублей 00 копеек. Ходатайство об уточнении исковых требований принято судом в соответствии с требованиями ст. 39 ГПК РФ (л.д. 201-203). Стороны не возражали продолжить рассмотрение дела по существу.

Истец – ФИО1 - в судебное заседание явился, поддержал заявленные исковые требования с учетом уточненных требований. Пояснил, что дополнительное соглашение о снижении оклада, рабочего времени было им подписано. При проведении собрания генеральным директором было озвучено, что работники предприятия переходят на режим самоизоляции, их будут вызывать по необходимости.

Представитель истца – ФИО2 - действующий на основании доверенности, в судебное заседание явился, поддержал заявленные исковые требования.

Представитель ответчика ООО «Принт студия Ленинград» по доверенности – адвокат Предигер М.В. в судебное заседание явился, возражал против заявленных исковых требований и по праву и по размеру. Представил расчет среднедневного заработка за спорный период. Полагал завышенным размер компенсации морального вреда, и расходы на оказание юридических услуг. Представлены письменные возражения (л.д. 117-122).

Суд, выслушав пояснения участников процесса, исследовав письменные материалы дела, отвечающие принципам относимости и допустимости, принимая во внимание показания свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО6, допрошенных в судебном заседании 29.09.2020 года, приходит к следующим выводам.

Истец состоял с ответчиком в трудовых отношениях с 09.01.2020, что подтверждается трудовым договором № от 02.02.2015 (л.д. 24-34). Данное обстоятельство сторонами не оспаривалось.

В соответствии с дополнительным соглашением к трудовому договору № от 24.03.2020, заключенным между истцом и ответчиком, был установлен режим неполного рабочего времени и изменен должностной оклад.

Дополнительным соглашением № от 24.03.2020 года к трудовому договору № от 02.02.2015 года изменены некоторые пункты трудового договора в части размера должностного оклада. Подпункт 5.1 пункт 5 Трудового договора действует в следующей редакции: «5.1 размер должностного оклада работника составляет 230 рублей в час. Подпункт 4.1.1. пункт 4 в следующей редакции: « 4.1.1. работнику устанавливается режим неполного рабочего времени при пятидневной рабочей неделе с двумя выходными днями в субботу и в воскресенье. Время начала рабочего дня: 09 часов 00 минут, время окончания рабочего дня: 13 часов 00 минут. Перерыв для отдыха и питания не предоставляется в соответствии с ч.1 ст. 108 ТК РФ. Добавить пункт 4.5 в следующей редакции: «4.5 работодатель за высокие показатели в работе вправе выплачивать работнику премии в порядке и в размерах, определяемых работодателем». Во всем остальном трудовой договор действует в прежней редакции (л.д.34). Данное дополнительное соглашение было подписано ФИО1 и вступило в силу с 01 апреля 2020 года. Указанное дополнительное соглашение было составлено в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 02.04.2020 № 239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19) (далее Указ) в Российской Федерации с 04.04.2020 по 30.04.2020 установлены нерабочие дни с сохранением заработной платы. Нерабочие дни введены в целях исключения контакта между людьми в период воздействия новой коронавирусной инфекции (COVID-19). Добровольное подписание данного соглашения истцом не оспаривалось, требования о признании данного соглашения недействительным не заявлялись.

До мая 2020 года истец на работу не выходил, ввиду отсутствия необходимости его присутствия на рабочем месте.

Приказом № от 12.05.2020 года, вынесенным генеральным директором ООО «Принт студия Ленинград» продолжено осуществление деятельности ООО «Принт Студия Ленинград» с 12.05.2020 года в соответствии с локальными нормативными актами, во исполнение Постановления № 121 разработаны и утверждены «Стандарт безопасной деятельности ООО «Принт Студия Ленинград» (л.д. 126-127).

Приказом № от 21 мая 2020 года утвержден и введен в действие стандарт безопасной деятельности, в том числе санитарно-гигиенической безопасности в целях противодействия распространения коронавирусной инфекции (л.д. 128).

В соответствии с приказом № от 12.05.2020 года, вынесенным генеральным директором ООО «Принт студия Ленинград», по мнению представителя ответчика, все сотрудники должны были выйти на работу в соответствии с условиями дополнительного соглашения.

В соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из пояснений истца и не опровергается ответчиком, истец не знал о вынесенном приказе возобновления деятельности предприятия.

Ответчиком не представлено доказательств уведомления, либо ознакомления сотрудников, в том числе истца ООО «Принт студия Ленинград» с приказом № от 12.05.2020 года.

12.05.2020, 13.05.2020, 14.05.2020, 15.05.2020, 18.05.2020, 25.05.2020, 02.06.2020 ответчиком были составлены акты о невыходе ФИО1 на работу.

После чего, истец был уволен на основании приказа № от 19.06.2020 по п.п. «а» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с актами о невыходе на работу причиной прогула стали прогулы произошедшие 12.05.2020, 13.05.2020, 14.05.2020, 15.05.2020, 18.05.2020, 25.05.2020, 02.06.2020.

Допрошенный в качестве свидетеля 29.09.2020 года ФИО7 дал показания о том, что подписание дополнительного соглашения состоялось на собрании сотрудников с участием генерального директора в конце марта 2020 года. На совещании, кроме подписания дополнительного соглашения, было сказано о том, что в связи с Указом Президента РФ, все сотрудники уходят на самоизоляцию (карантин). О дате выхода на работу не говорилось. Сообщили, что вызывать сотрудников будут по необходимости путем оповещение смс-сообщением. Сам он вышел на работу по сообщению непосредственного начальника ФИО11 – 26-27 апреля 2020 года, так как была необходимость. О дате выхода истца на работу, о его извещении ему ничего неизвестно (л.д. 187 – протокол).

Допрошенный в качестве свидетеля 29.09.2020 года ФИО8 дал показания о том, что до 12 мая 2020 года приказом генерального директора, доведенного до всех сотрудников в том числе и истца, выход сотрудников осуществлялся по мере необходимости путем оповещения непосредственными начальниками до 12 мая 2020 года. 12 мая 2020 года был вынесен приказ о возобновлении работы всеми сотрудниками. 19 мая 2020 года он связался с ФИО1 и сообщил о необходимости его выхода в связи с изданием приказа о возобновлении работы предприятия. ФИО1 сослался на то обстоятельство, что ему необходимо пойти к врачу, также сообщил, что 20-го мая он тоже не сможет выйти на работу. На работу ФИО1 пришел 21 мая 2020 года, когда он и был ознакомлен с актами, начиная с 12 мая 2020 года об отсутствии его на рабочем месте. Каким образом доводился приказ генерального директора о возобновлении работы компании от 12 мая 2020 года ему неизвестно (л.д. 189 протокол).

Допрошенный в качестве свидетеля 29.09.2020 года ФИО4 дал показания о том, с ФИО1 он знаком по работе, общались с ним по телефону до 12 мая 2020 года. 12 мая 2020 года генеральным директором был издан приказ о возобновлении работы предприятия. ФИО1 о приказе он не уведомлял, когда ФИО1 вышел на работу ему неизвестно.

Из пояснений истца, материалами дела, в том числе из показаний свидетелей следует, что ФИО1 не было известно о начале возобновления работы организации, в связи с чем акты о его отсутствии на рабочем месте с 12 мая 2020 года незаконны.

Производство начало работать с 12.05.2020, когда истец находился на самоизоляции и не знал, ввиду его неуведомления, о начале работы организации. О начале работы ему стало известно 18.05.2020 от коллег.

19.05.2020 истец был ознакомлен с составленными на тот момент актами о невыходе на работу. Истец дал пояснения в письменной форме свое мнение на актах о несогласии с причиной их составления, так как истец не был извещен о дате выхода на работу.

15.06.2020 года представителем истца по доверенности – ФИО2 были получены письма о вынесении приказа от 12 мая 2020 года о возобновлении работы предприятия.

Приказом № от 19.06.2020 года трудовой договор между истцом и ответчиком расторгнут на основании подпункта «а» пункта 6 статьи 81 Трудового кодекса РФ – за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей (прогул), основанием указаны акты о невыходе ФИО1 № от 14.05.2020; 4 от 15.05.2020; № от 18.05.2020; № от 25.05.2020; № от 02.06.2020 (л.д. 36).

Пп. «а» п.6 ст. 81 ТК РФ предполагает расторжение трудового договора по инициативе работодателя за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей.

Оспариваемый приказ об увольнении противоречит действующему законодательству РФ, поскольку в основания увольнения положены множество актов об отсутствии на рабочем месте ФИО1, что противоречит пп «а» п.6 ст.81 ТК РФ. При даче письменных пояснений по данному факту, ФИО1 даны разъяснения о том, что он не знал о вынесенном приказе от 12 мая 2020 года о возобновлении работы предприятия.

Основание увольнения, указанное в оспариваемом приказе № противоречит представленным в материалы дела актам об отсутствии истца на рабочем месте в указанные периоды: с момента вынесения приказа о возобновлении работы предприятия с 12 мая 2020 года.

В соответствии с п.п. 1, 3, 5 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации, за совершение дисциплинарного проступка работодатель имеет право уволить сотрудника по соответствующим основаниям.

По данной категории дел обязанность доказывания правомерности увольнения работника лежит на работодателе.

В соответствии со статьей 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику неполученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться.

Учитывая то обстоятельство, что ФИО1 уволен с 19.06.2020 года на основании указанного выше приказа, среднедневной заработок составил 1514,38 рублей, исходя из восьмичасового рабочего дня (л.д. 193-194).

В судебном заседании представителем ответчика представлен расчет среднего заработка за 12 месяцев и составила 340 734,92 руб.

Исходя из производственного календаря на 2020 года общая сумма рабочих дней с 19.06.2020 года составила 99 дней (июнь – 8 дн.; июль – 23 дн.; август – 21 день; сентябрь – 22 дн.; октябрь 22 дн.; ноябрь -3 дн., общая сумма рабочих дней составила 99 дней).

Количество рабочих дней в году составило 225 дней.

До 01 апреля 2020 года продолжительность рабочей недели составила 40 часов, учитывая продолжительность рабочего дня – 8 часов.

Учитывая количество рабочих дней 225, средний дневной заработок составил 1514,38 рублей, исходя из следующего расчета: 340734,92 руб./225 раб. дн. = 1514,38 рублей, исходя из восьмичасового рабочего дня.

Вместе с тем, согласно п.2 дополнительного соглашения № от 24 марта 2020 года к трудовому договору от 02.02.2015 года, заключенного между истцом и ответчиком, стороны пришли к соглашению изложить подпункт 4.1.1. пункта 4 Трудового договора действует в следующей редакции « работнику устанавливается режим неполного рабочего времени при пятидневной рабочей неделе с двумя выходными днями в субботу и воскресенье. Продолжительность рабочего дня составила 4 часа. Данное соглашение вступило в силу с 01 апреля 2020 года.

Отсюда следует, что с 01 апреля 2020 года следует производить расчет, исходя из рабочего дня, составляющего 4 часа, то есть 1514,38 рублей/2=757,19 руб.

Таким образом, учитывая количество дней вынужденного прогула, что составляет 99 дней, сумма к взысканию составляет 757,19 руб. * 99 дн.= 74 961, 81 рубль.

Учитывая то обстоятельство, что ответчиком в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлены доказательства выплаты ФИО1 при увольнении сумма, которая составляет 30 830,40 руб., суд принимает данное обстоятельство во внимание и полагает возможным взыскать указанную сумму с ответчика в пользу истца, доверяя расчету истца, не оспоренную ответчиком.

Общая сумма к взысканию невыплаченной заработной платы, и заработной платы за вынужденный прогул составляет 105 792,21 рубль (74 961,81 + 30 830,40).

Также в пользу истца надлежит взыскать моральный вред, предусмотренный ст. ст. 22, 237 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с неправомерными действиями работодателя.

Учитывая принципы разумности и справедливости, суд полагает установить размер компенсации морального вреда в 3 000 рублей.

На основании статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В части взыскания расходов по оплате услуг представителя в размере 97 000 рублей, суд руководствуется положениями ст. 100 ГПК РФ, правовой позиции КС РФ, изложенной в Определении от 17.07.2007 N 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст. 17 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 ГПК РФ речь идет об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

В силу обстоятельств настоящего гражданского дела, принимая во внимание позицию представителя истца, учитывая категорию дела, объем и характер оказанной юридической помощи, принцип разумности и справедливости, считает возможным взыскать с ООО «ПРИНТ СТУДИЯ ЛЕНИНГРАД» в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 рублей.

Кроме того, с ответчика в доход государства подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 615, 84 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 56, 67,194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «Принт студия Ленинград» о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе, о выплате невыплаченной заработной платы и заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить частично.

Признать увольнение ФИО1 ООО «Принт студия Ленинград» на основании приказа № от 19.06.2020 года по основанию пп «а» п.6 ст. 81 ТК РФ – незаконным; восстановить ФИО1 в должности мастера макетного цеха ООО «Принт студия Ленинград» с 19.06.2020 года;

Взыскать из средств ООО «Принт студия Ленинград» денежные средства в размере 18134,59 рублей; компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей; расходы на юридические услуги в размере 50 000 рублей.

В остальной части требований ФИО1 – отказать.

Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению в порядке ст. 211 ГПК РФ.

В остальной части решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья: О.С.Ткачева

Мотивированное решение изготовлено 06 ноября 2020 года