Приговор № 1-26/2019 от 13 мая 2019 г. по делу № 1-26/2019

Дело № 1-26/2019

Копия.


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 мая 2019 года г. Санкт-Петербург

Мирненский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – судьи Таманова В.И., при секретаре судебного заседания Иванушковой Я.В.,

с участием государственных обвинителей – заместителя военного прокурора 83 военной прокуратуры гарнизона майора юстиции ФИО1 и старшего помощника этого же военного прокурора гарнизона – капитана юстиции ФИО2, потерпевших ФИО30, подсудимого – ФИО3, защитника – адвоката Вислобокова Е.А., представившего удостоверение № и ордер адвокатской консультации № 17 Санкт-Петербургской городской коллегии адвокатов от 14 мая 2019 года №,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении гарнизонного военного суда уголовное дело в отношении военнослужащего Военно-космической академии имени А.Ф. Можайского полковника

ФИО4 ФИО29

обвиняемого в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 в период прохождения военной службы по контракту в Военно-космической академии имени А.Ф. Можайского, расположенной по адресу: <...> (далее по тексту - военная академия), в должности заместителя начальника 95 кафедры, фактически исполняя обязанности начальника этой же кафедры на основании указания начальника факультета, будучи наделенным организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями, совершил хищение денежных средств у подчиненных ему сотрудников данной кафедры путем обмана и злоупотребления их доверием, с использованием своего служебного положения, при следующих обстоятельствах.

30 мая 2017 года между военной академией и Государственным автономным учреждением «Центр занятости населения г. Санкт-Петербурга», в лице руководителей учреждений, заключен договор на оказание услуг по опережающему обучению граждан по дополнительной программе повышения квалификации. Для проведения курсов по реализации данного договора (далее по тексту – платные курсы) с сотрудниками 95 кафедры военной академии ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО9 были заключены трудовые договоры для участия в этих курсах в качестве преподавателей. После проведения в октябре 2017 года этих курсов названным преподавателям были начислены и выплачены в ноябре 2017 года заработная плата и денежная премия. ФИО3, под предлогом необходимости перераспределения выплаченных преподавателям кафедры денежных средств в зависимости от объема выполненных каждым из них в ходе курсов работ, участия в разработке программы обучения, техническому сопровождению учебного процесса, а также улучшения учебно-материальной базы кафедры в виде текущего ремонта помещений, действуя умышленно из корыстных побуждений, скрывая свои истинные намерения похитить денежные средства потерпевших и распорядиться ими по своему усмотрению, в том числе желая без ведома и согласия этих преподавателей компенсировать понесенные им, ФИО3, ранее собственные расходы за счет их денежных средств, после выплаты заработной платы и премии в ноябре 2017 года собрал лично и через иных лиц у преподавателей денежные средства: у ФИО5 – 21400 рублей, у ФИО6 – 25000 рублей, у ФИО7 – 20000 рублей, у ФИО8 – 29000 рублей и ФИО9 – 19100 рублей. При этом ФИО3, зная о том, что данные денежные средства переданы ему названными сотрудниками кафедры, которые доверяли ему, исключительно на согласованные с ними цели, обманув названных преподавателей, незаконно присвоил часть собранных у них денежных средств в общей сумме 65907 рублей 09 копеек, распорядившись ими по своему усмотрению, в том числе компенсировал, без ведома и согласия потерпевших, собственные расходы на проведение ремонтных работ в предыдущие периоды службы. Оставшиеся денежные средства ФИО3 частично возвратил потерпевшим под видом перераспределения денежных средств, якобы исходя из личного трудового вклада потерпевших в проведение учебного процесса на платных курсах: ФИО6 – 947 рублей 54 копейки, ФИО8 – 20099 рублей 92 копейки, ФИО5 – 12501 рубль 45 копеек, ФИО10 и Скирде В.С. – по 4350 рублей каждому, ФИО7 и ФИО9, вопреки достигнутой договоренности, каких-либо сумм не возвратил вовсе, а на согласованный с потерпевшими ремонт служебного помещения кафедры – кабинета преподавателей в ноябре 2017 года потратил лишь 6344 рубля. Таким образом ФИО3 в ноябре 2017 года похитил, с учетом возвращенных в тот же период денежных средств и расходов на ремонт служебного помещения, исходя из равных затрат пяти потерпевших на ремонт (по 1268 рублей 80 копеек с каждого), у ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО9 денежные средства в общей сумме 65907 рублей 09 копеек.

Кроме того, 7 декабря 2017 года между военной академией и Государственным автономным учреждением «Центр занятости населения г. Санкт-Петербурга», в лице руководителей учреждений, был заключен следующий договор на оказание услуг по опережающему обучению граждан по дополнительной программе повышения квалификации, для чего с сотрудниками 95 кафедры военной академии ФИО6, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО11 и ФИО12 были заключены такие же, как и прежде, трудовые договоры для участия в этих курсах в качестве преподавателей. За работу на платных курсах в декабре 2017 года названным преподавателям была выплачена заработная плата, большую часть которой, исходя из определенной подсудимым суммы, они в конце декабря 2017 года и в начале января 2018 года лично и через иных работников кафедры передали ФИО3 для использования в определенных целях – на текущий ремонт кабинета преподавателей кафедры: ФИО6, ФИО7, ФИО9, ФИО11 и Скирда В.С. – по 15000 рублей каждый, а ФИО8 – 20000 рублей. ФИО5 не согласился сдавать денежные средства во второй раз. Осознавая, что названные сотрудники кафедры передали ему деньги только на осуществление ремонта кабинета преподавателей, а сумма собранных денег многократно превышает необходимый для ремонта объем средств, ФИО3 на ремонт служебного помещения кафедры – кабинета преподавателей потратил в январе и феврале 2018 года лишь 11152 рубля, а оставшиеся денежные средства в размере 83848 рублей незаконно присвоил и распорядился ими по своему усмотрению. Таким образом ФИО3 в конце декабря 2017 года – начале января 2018 года похитил, с учетом согласованных с потерпевшими расходов на ремонт служебного помещения в январе – феврале 2018 года, исходя из равных затрат всех шести потерпевших на этот ремонт (по 1858 рублей 66 копеек с каждого), у ФИО6, ФИО8, ФИО7, ФИО9, ФИО11 и ФИО12 денежные средства в общей сумме 83848 рублей.

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании свою вину в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК РФ, не признал, показав следующее.

На основании заключенных военной академией договоров, на базе 95 кафедры, где он являлся заместителем начальника кафедры, в октябре и декабре 2017 года были проведены платные курсы по обучению работников сторонних организаций. До этого он в июле – августе 2017 года за счет собственных денежных средств осуществил ремонт аудиторий для проведения этих курсов. Обучение на платных курсах проводилось преподавателями кафедры на основании заключенных с ними трудовых договоров, по итогам работы на курсах преподавателям в ноябре и декабре того же года были выплачены заработная плата и премии. До начала первых платных курсов, примерно в конце сентября 2017 года, он, ФИО3, на собрании преподавателей кафедры, задействованных на курсах, предложил сдать заработанные ими на этих курсах деньги на проведение ремонта служебных помещений кафедры, на компенсацию затраченных им собственных денежных средств на ремонт аудиторий в июле и августе 2017 года, о чем была ранее достигнута договоренность с этими же преподавателями, а также на выплаты преподавателям, исходя из личного трудового вклада каждого в обучение слушателей курсов. В ноябре того же года, после выплат заработной платы и премий за поведение первых курсов, преподаватели сдали ему на определенные ранее цели денежные средства: ФИО5 – 21400 рублей, ФИО6 – 25000 рублей, ФИО7 – 20000 рублей, ФИО8 – 29000 рублей и ФИО9 – 19100 рублей. Часть этих денежных средств он, ФИО3, оставил себе в качестве компенсации собственных затрат на осуществленный им ранее ремонт аудиторий, перечислил преподавателям на банковские счета в качестве платы за личный вклад в работу на первых курсах: ФИО5 – 12501 рубль 45 копеек, ФИО6 – 947 рублей 54 копейки, ФИО8 – 20099 рублей 92 копейки, а также перечислил на счета банковских карт ФИО11 и ФИО12 по 4350 рублей каждому за оказание технической помощи преподавателям при проведении первых курсов, остальные денежные средства потратил на ремонт помещений кафедры.

В декабре 2017 года на кафедре были проведены вторые платные курсы с участием преподавателей ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО11 и ФИО12, которым в конце декабря того же года были за эти курсы выплачены заработная плата и премии. В связи с необходимостью продолжения ремонтных работ на кафедре, согласно достигнутой с преподавателями договоренности, в конце декабря 2017 года – начале января 2018 года он, ФИО3, собрал лично и через иных лиц для осуществления ремонтных работ в кабинете преподавателей денежные средства: с ФИО6, ФИО7, ФИО9, ФИО11 и ФИО12 – по 15000 рублей с каждого, а с ФИО8 – 20000 рублей. Часть данных денежных средств в январе и феврале 2018 года он потратил на осуществление ремонтных работ в кабинете преподавателей, остальные денежные средства не были потрачены до августа 2018 года по объективным причинам. Примерно с середины августа и в сентябре 2018 года он, ФИО3, потратил на ремонт еще часть денег, а оставшиеся деньги находились у него до начала разбирательства уголовного дела в суде, поскольку необходимость ремонта не отпала, потерпевшие не просили вернуть их деньги. 14 мая 2019 года он возвратил оставшиеся денежные средства потерпевшим: ФИО5 – 9164 рубля 37 копеек, ФИО6 – 17129 рублей 66 копеек, ФИО8 – 20983 рубля 84 копейки, ФИО7 и ФИО9 – по 14988 рублей 46 копеек каждому, ФИО11 и Скирде В.С. - по 6423 рубля 62 копейки каждому.

Кроме того подсудимый показал, что при сборе денег с преподавателей после первых и вторых платных курсов он в отношениях подчиненности с ними не находился и не мог при этом использовать свое служебное положение, поскольку преподавание на курсах не было связано с военной службой, все преподаватели, включая его, ФИО3, осуществляли данную преподавательскую деятельность на основе заключенных с каждым из них трудовых договоров, он в данном случае начальником для потерпевших не являлся и поэтому свое служебное положение не использовал. Умысла на хищение денежных средств у потерпевших он не имел, собранные денежные средства после февраля 2018 года не вернул, поскольку потерпевшие к нему с такой просьбой не обращались. Длительность перерыва в ремонте на кафедре за счет собранных денег обусловлена его ожиданиями, что из финансового органа военной академии на эти цели поступят бюджетные денежные средства. Потерпевшие оговаривают его, ложно показывая, что какой-либо договоренности о компенсации ему, ФИО3, за счет сданных денежных средств затрат на ранее произведенный им ремонт аудитории не имелось, они об этом ничего не знали и согласие на погашение данных расходов за счет их денег не давали.

Виновность ФИО3 в содеянном подтверждается следующими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Потерпевшие ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО7, ФИО9, ФИО11 и Скирда В.С. в судебном заседании, каждый в отдельности показали, что в октябре и декабре 2017 года на базе 95 кафедры военной академии были проведены платные курсы. В первых курсах в качестве преподавателей, на основании заключенных с начальником академии трудовых договоров, участвовали ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО7 и ФИО9, а ФИО11 и Скирда В.С. оказывали техническое сопровождение учебного процесса на этих курсах без заключения трудовых договоров и без оплаты их труда. В декабре 2017 года со всеми вышеуказанными преподавателями, включая ФИО11 и Скирду В.С., были вновь заключены трудовые договоры на участие в обучении слушателей платных курсов. На основании трудовых договоров данным преподавателям в ноябре и декабре 2017 года были выплачены заработная плата и премии, при этом ФИО11 и Скирде В.С. денежные средства были выплачены только за вторые курсы в декабре 2017 года. Перед началом первых платных курсов ФИО3, который являлся заместителем начальника кафедры и в тот период временно исполнял обязанности начальника кафедры, на служебных совещаниях предложил преподавателям курсов сдать денежные средства из заработной платы за эти же курсы для их перераспределения, исходя из личного вклада каждого в подготовку учебных программ и сам процесс обучения, а также на текущий ремонт кабинета преподавателей на кафедре. Возражений против данных предложений ФИО3 у потерпевших не было. В ходе первых курсов ФИО3 неоднократно, на совещаниях и посредством рассылки сообщений через социальные сети, напоминал преподавателям о достигнутой договоренности и необходимости сдачи денег. После выплат заработной платы и премий за курсы преподаватели сдали ФИО3 лично и через других сотрудников денежные средства на ранее оговоренные цели.

Потерпевший ФИО5 показал, что сдал ФИО3 в ноябре 2017 года из заработной платы от первых курсов 21400 рублей, а через некоторое время тот вернул ему 12501 рубль 45 копеек. Из заработной платы за вторые курсы в декабре того же года он денежные средства ФИО3 не сдавал.

Потерпевший ФИО6 показал, что сдал ФИО3 в ноябре 2017 года 25000 рублей, из которых ФИО3 тогда же вернул ему 947 рублей 54 копейки. Из заработной платы за вторые курсы в декабре 2017 года он сдал ФИО3 15000 рублей.

Потерпевший ФИО8 показал, что в ноябре 2017 года сдал ФИО3 29000 рублей, после чего последний возвратил ему 20099 рублей 92 копейки. Из заработной платы за вторые курсы в декабре 2017 года он сдал ФИО3 20000 рублей.

Потерпевший ФИО7 показал, что сдал подсудимому в ноябре 2017 года 20000 рублей, каких-либо денег ФИО3 тогда ему не возвращал. Из заработной платы за вторые курсы в декабре 2017 года он сдал ФИО3 15000 рублей.

Потерпевший ФИО9 показал, что в ноябре 2017 года сдал ФИО3 19100 рублей, никаких денег ему от подсудимого в тот же период возвращено не было. Из заработной платы за вторые курсы в декабре 2017 года он сдал ФИО3 15000 рублей.

Потерпевшие ФИО11 и Скирда В.С., каждый в отдельности, в судебном заседании показали, что заработную плату за первые курсы они не получали ввиду отсутствия трудовых договоров с ними, денежные средства ФИО3 в ноябре 2017 года не сдавали, однако в том же месяце каждому из них на банковский счет от ФИО3 поступили денежные средства в размере 4350 рублей за участие в обучении слушателей первых платных курсов, согласно достигнутой ранее на совещаниях договоренности. Из заработной платы за вторые курсы в декабре 2017 года каждый из них сдал ФИО3 по 15000 рублей.

Кроме того, каждый из названных потерпевших в судебном заседании показал, что денежные средства ФИО3 сдавали по своему усмотрению, без какого-либо принуждения и угроз, исключительно на текущий косметический ремонт кабинета преподавателей на кафедре и перераспределение доходов от курсов в зависимости от трудовых затрат каждого из преподавателей при подготовке и проведении курсов. На использование своих денег на другие цели, в том числе на компенсацию ФИО3 его личных затрат на ремонт в прошедшие периоды, они согласие не давали, их о таком использовании собранных денег в известность ФИО3 не ставил. При этом все потерпевшие показали, что, использовав их денежные средства на цели, не согласованные с ними, без их ведома и согласия, присвоив и истратив часть собранных денег по своему усмотрению, ФИО3, которому они доверяли, как руководителю кафедры, злоупотребил их доверием и обманул их.

Также все потерпевшие показали, что в 2017 и 2018 годах ФИО3 являлся заместителем начальника кафедры и фактически исполнял обязанности ее начальника, являлся для них начальником, поскольку, помимо преподавания на платных курсах на основании трудовых договоров, они продолжали исполнять свои основные служебные обязанности по занимаемым должностям на кафедре и подчинялись ФИО3 по службе.

Потерпевшие в судебном заседании кроме того показали, что текущий ремонт с начала февраля до середины августа 2018 года, то есть до возбуждения уголовного дела в отношении ФИО3, в кабинете преподавателей на кафедре не проводился, а в августе ФИО3 стал закупать строительные материалы и оборудование, целесообразность которых по их мнению, отсутствовала, предлагал приобрести кресла в кабинет, надобности в которых также не имелось.

Далее потерпевшие показали, что в ходе судебного разбирательства уголовного дела каждому из них на банковские счета от ФИО3 поступили денежные средства: ФИО5 – 9164 рубля 37 копеек, ФИО6 – 17129 рублей 66 копеек, ФИО8 – 20983 рубля 84 копейки, ФИО7 и ФИО9 – по 14988 рублей 46 копеек каждому, ФИО11 и Скирде В.С. - по 6423 рубля 62 копейки каждому.

Потерпевшие ФИО11 и ФИО9, каждый в отдельности, в судебном заседании показали, что после начала проверочных мероприятий в отношении ФИО3, последний просил их сообщить правоохранительным органам о том, что они якобы передавали ему деньги из заработной платы за платные курсы в качестве возврата долга, несмотря на то, что в долг они у ФИО3 денежные средства не занимали.

Потерпевший ФИО8 в судебном заседании показал, что в ходе доследственной проверки в отношении ФИО3, тот просил его сообщить следователю, что каких-либо денежных средств он, ФИО8, из заработной платы за курсы не передавал вовсе.

Свидетель ФИО13, преподаватель 95 кафедры, в судебном заседании показал, что в октябре и декабре 2017 года на базе их кафедры, на основании заключенных академией договоров, были проведены платные курсы, в качестве преподавателей курсов, в соответствие с заключенными с ними трудовыми договорами, участвовали определенные ФИО3 работники кафедры, в том числе он, ФИО13, а также: в первых курсах - ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО7 и ФИО9, при этом ФИО11 и Скирда В.С. без заключения трудовых договоров оказывали лишь техническую помощь в проведении занятий, во вторых курсах, на основании трудовых договоров - ФИО6, ФИО5, ФИО8, ФИО7, ФИО9, ФИО11 и Скирда В.С. Перед проведением курсов на совещаниях под руководством ФИО3 была достигнута договоренность о сдаче денег для их перераспределения, исходя из трудового вклада каждого из преподавателей в проведение занятий, поскольку нагрузка на преподавателей в период курсов была разная, а ряд преподавателей затратили значительное личное время на подготовку программ обучения. Также было оговорено, что оставшаяся часть денег будет направлена на закупку материалов для текущего ремонта помещений кафедры. До начала курсов на денежные средства ФИО3 был проведен ремонт учебных аудиторий, а после сдачи денег косметический ремонт проводился только в кабинете преподавателей кафедры, товарные и кассовые чеки от закупок строительных материалов передавались ФИО3 После получения заработной платы и премий за курсы, по поручению ФИО3, в конце ноября и конце декабря 2017 года он, ФИО13, собрал с части преподавателей денежные средства и передал ФИО3 Часть преподавателей сами передали ФИО3 свои денежные средства. После сдачи денег от первых и вторых курсов, на ремонт кабинета преподавателей в ноябре 2017 года и в январе-феврале 2018 года было затрачено незначительное количество денег, исходя из объема выполненных ремонтных работ и сумм, указанных в товарных и кассовых чеках при приобретении материалов. ФИО3 отчетов по расходованию денег не представлял, об оставшейся части денег ничего не сообщал.

Свидетель ФИО14, начальник 9 факультета военной академии, в судебном заседании показал, что ФИО3 является его подчиненным, состоит в должности заместителя начальника 95 кафедры с декабря 2013 года, с того же периода, на основании его, ФИО14, указания ФИО3 исполнял обязанности начальника кафедры, участвовал в служебных совещаниях командования академии и подписывал служебные документы в качестве временно исполняющего обязанности начальника кафедры, являлся прямым начальником для всех сотрудников кафедры, и также являлся таковым в период проведения платных курсов в 2017 году. На базе данной кафедры в октябре и декабре 2017 года, в соответствие с заключенными с академией договорами, были проведены платные курсы, в качестве преподавателей в которых, на основании трудовых договоров, участвовали работники кафедры. Ремонт аудиторий на данной кафедре в летний период 2017 года проводился по инициативе ФИО3, денежные средства на данный ремонт из средств академии не выделялись. В ходе разбирательства по поводу сбора денежных средств на кафедре ему, ФИО14, преподаватели кафедры рассказали, что сдавали денежные средства от платных курсов ФИО3 для ремонта на кафедре. Сам ФИО3 позже также подтвердил факт сбора денег у преподавателей курсов на осуществление ремонта.

Из оглашенных в судебном заседании показаний свидетелей ФИО15 и ФИО16, соответственно, начальника военной академии и его заместителя, следует, что указанные свидетели дали показания об обстоятельствах заключения договоров на проведение платных курсов, подготовки и проведении этих курсов на базе 95 кафедры под руководством ФИО3, аналогичные по своей сути показаниям свидетеля ФИО14 Кроме того из показаний названных свидетелей следует, что ремонт на 95 кафедре в 2017 году проводился по личной инициативе ФИО3, острой необходимости в проведении такого ремонта не имелось, а средства на ремонт, при возникновении такой необходимости, могли быть выделены академией централизованно.

Согласно выпискам из приказа Министра обороны Российской Федерации от 28 ноября 2013 года № (по личному составу) и приказа начальника Военно-космической академии имени А.Ф. Можайского от 13 декабря 2013 года (по строевой части), ФИО3 назначен на должность заместителя начальника 95 кафедры 9 факультета названной академии и полагается принявшим дела и должность с 11 декабря 2013 года.

Из Положения о факультете Военно-космической академии имени А.Ф. Можайского, утвержденного начальником академии 22 октября 2014 года, следует, что начальник кафедры и его заместитель являются начальниками для всего постоянного состава сотрудников кафедры.

Как следует из сообщений начальника академии от 27 ноября 2018 года № и от 28 ноября того же года №, на ФИО3 временное исполнение обязанностей начальника 95 кафедры приказами должностных лиц не возлагалось, однако начальником 9 факультета устно, в соответствие с Уставом внутренней службы, на него было возложено временное исполнение обязанностей начальника кафедры, и ФИО3 являлся начальником для всего состава сотрудников кафедры, в том числе являлся таковым и в период проведения преподавателями платных курсов в качестве работников научно – образовательного центра академии.

Согласно исследованным в судебном заседании выпискам из приказов Министра обороны Российской Федерации и начальника Военно-космической академии имени А.Ф. Можайского, потерпевшие ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО7, ФИО9, ФИО11 и Скирда В.С. в 2017-2018 годах являлись сотрудниками 95 кафедры военной академии на постоянной основе.

Согласно копиям договоров от 30 мая 2017 года № и от 7 декабря 2017 года №, данные договоры заключены между начальником военной академии и руководителем Центра занятости населения г. Санкт-Петербурга в целях опережающего обучения работников по дополнительным профессиональным программам повышения квалификации с участием преподавателей и на учебной базе военной академии.

Согласно копиям индивидуальных трудовых договоров от 2 октября 2017 года и от 8 декабря 2017 года, начальник военной академии заключил данные договоры с сотрудниками 95 кафедры: в октябре 2017 года – с ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО9, в декабре – с ФИО8, ФИО5, ФИО9, ФИО6, ФИО7, ФИО11 и ФИО12

Из копий расчетно-платежных ведомостей за октябрь 2017 года № и №, за ноябрь 2017 года № 1999, за декабрь 2017 года № и №, платежных поручений за ноябрь того же года №, за декабрь 2017 года № № следует, что ФИО5, ФИО8, ФИО9, ФИО6, ФИО7, ФИО11 и Скирде В.С. за участие в работе на данных курсах в ноябре и декабре 2017 года выплачены заработная плата и премии.

Как следует из копий банковских справок о состоянии вкладов потерпевших за 2017 год, ФИО5, ФИО8, ФИО9, ФИО6, ФИО7, ФИО11 и Скирде В.С. на их счета перечислены денежные средства, определенные в вышеуказанных расчетно-платежных ведомостях и платежных поручениях. Кроме того из данных документов видно, что ФИО3 на счета потерпевших в конце ноября 2017 года перечислены были денежные средства: ФИО6 – 947 рублей 54 копейки, ФИО8 – 20099 рублей 92 копейки, ФИО5 – 12501 рубль 45 копеек, ФИО10 и Скирде В.С. – по 4350 рублей каждому. Потерпевшим ФИО7 и ФИО9 денежные средства подсудимым в указанный период перечислены не были.

Потерпевшие ФИО6, ФИО8, ФИО5, ФИО10 и Скирда В.С. в судебном заседании подтвердили получение от ФИО3 в конце ноября 2017 года вышеуказанные денежные средства.

Согласно представленным стороной защиты в судебном заседании товарному и кассовому чекам от 28 ноября 2017 года, в указанный день были закуплены расходные материалы на ремонт на общую сумму 6344 рубля.

Подсудимый показал, что данные материалы приобретены были в указанный день на сданные потерпевшими денежные средства. Потерпевшие ФИО11 и Скирда В.С., осуществлявшие ремонт на кафедре в тот период, подтвердили поступление данных материалов на ремонт служебного помещения в конце ноября 2017 года.

Согласно представленным стороной защиты в судебном заседании товарным и кассовым чекам от 23 января и 26 января 2018 года, от 9 февраля того же года, в указанные дни были закуплены расходные материалы на ремонт на общую сумму 11152 рубля.

Подсудимый показал, что данные материалы были закуплены в указанные дни для ремонта на кафедре на сданные потерпевшими денежные средства. Потерпевшие ФИО11 и Скирда В.С. подтвердили поступление данных материалов на ремонт служебного помещения в январе и феврале 2018 года.

Кроме того, в судебном заседании исследованы товарные и кассовые чеки, акт выполненных по договору работ за периоды с 8 июля по 29 августа 2017 года и с 13 августа по 20 сентября 2018 года.

В суде подсудимый показал, что в период с 8 июля по 29 августа 2017 года на его собственные деньги были закуплены материальные средства для ремонта учебных аудиторий, данные затраты он позже компенсировал за счет собранных с потерпевших денег, а с 13 августа по 20 сентября 2018 года на собранные у потерпевших деньги закупались необходимые для ремонта на кафедре материалы.

Как следует из платежных поручений от 14 мая 2019 года № и №, а также из чеков-ордеров ПАО «Сбербанк России» от 14 мая этого же года, ФИО3 на банковские счета потерпевших переведены денежные средства: ФИО5 – 9164 рубля 37 копеек, ФИО6 – 17129 рублей 66 копеек, ФИО8 – 20983 рубля 84 копейки, ФИО7 и ФИО9 – по 14988 рублей 46 копеек каждому, ФИО11 и Скирде В.С. - по 6423 рубля 62 копейки каждому.

В судебном заседании подсудимый показал, что вышеуказанные денежные средства перечислены им на счета потерпевших в качестве возврата сданных ими, но неиспользованных денежных средств. Потерпевшие подтвердили получение от ФИО3 14 мая 2019 года этих денежных средств.

Оценивая изложенные доказательства в совокупности, суд находит их достоверными, а виновность подсудимого в содеянном признает доказанной.

Органами предварительного расследования ФИО3 обвиняется в том, что он похитил у подчиненных ему сотрудников кафедры при вышеизложенных обстоятельствах: в ноябре 2017 года - 114500 рублей, в конце декабря 2017 года – начале января 2018 года – 95000 рублей. Между тем, в судебном заседании достоверно установлено, что после сбора денег в ноябре 2017 года ФИО3 сразу перечислил обратно преподавателям курсов 42248 рублей 91 копейку, и в том же месяце на согласованный с потерпевшими ремонт израсходовал из собранных денег 6344 рубля. В январе и феврале 2018 года ФИО3 из собранных денег израсходовал на также согласованный с потерпевшими ремонт 11152 рубля.

При таких обстоятельствах военный суд, с учетом мнения государственного обвинителя, исключает из обвинения ФИО3 указания на хищение им денежных средств: в ноябре 2017 года – 48592 рубля 91 копейка и в конце декабря 2017 года – начале января 2018 года –11152 рубля, как необоснованно вмененные, поскольку данные денежные средства у потерпевших путем обмана и злоупотребления доверием не похищались.

Кроме того подсудимый обвиняется в том, что похитив у потерпевшего ФИО12 в конце декабря 2017 года – начале 2018 года 15000 рублей, причинил данному потерпевшему значительный ущерб. Однако в судебном заседании установлено, что ФИО3 перечислил Скирде В.С. за участие в первых курсах 4350 рублей и истратил 1858 рублей 66 копеек из сданных им денег на согласованный ремонт кабинета преподавателей, исходя из равной доли расходов всех потерпевших на ремонт в январе и феврале 2018 года – по 1858 рублей 66 копеек с каждого из шести потерпевших. В этой связи сумма похищенных у ФИО12 денежных средств составила 8791 рубль 34 копейки.

В судебном заседании установлено, что общий ежемесячный доход семьи потерпевшего ФИО12 в инкриминируемый ФИО3 период составлял около 90000 рублей. Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что сумма похищенных денежных средств для данного потерпевшего и его семьи является значительной, в судебном заседании ФИО12 не представлено.

При таких обстоятельствах, а также учитывая, что общий доход семьи потерпевшего ФИО12 превышал более чем в десять раз сумму похищенных у него денежных средств, суд считает, что преступными действиями подсудимого данному потерпевшему значительный ущерб причинен не был, а потому полагает необходимым исключить из обвинения ФИО3 указание на причинение потерпевшему Скирде В.С. значительного ущерба, как не нашедшее своего подтверждения в судебном заседании.

Поскольку в судебном заседании установлено, что ФИО3, являясь заместителем начальника кафедры военной академии и фактически исполняя обязанности начальника кафедры, в ноябре 2017 года обманув своих подчиненных - ФИО7, ФИО9, ФИО5, ФИО8 и ФИО6, которые доверяли ему, как начальнику, совершил хищение принадлежащих им денежных средств на общую сумму 65907 рублей 09 копеек, то данные действия подсудимого суд расценивает, как хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, лицом с использованием своего служебного положения, и квалифицирует как преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Действия подсудимого, выразившиеся в хищении в конце декабря 2017 года-начале января 2018 года обманным путем у доверявших ему подчиненных - ФИО11, ФИО12, ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО9 денежных средств в общей сумме 83848 рублей, суд также расценивает, как хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, лицом с использованием своего служебного положения, и квалифицирует как преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Давая данную юридическую оценку действиям подсудимого, суд учитывает, что подчиненные ФИО17 потерпевшие доверяли ему, как руководителю кафедры, а подсудимый в период совершения инкриминируемых ему действий безусловно являлся начальником для всех потерпевших и обладал в отношении них организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями.

Довод подсудимого о том, что он в отношениях подчиненности с потерпевшими в период проведения платных курсов не находился и не мог использовать свое служебное положение, суд находит несостоятельным, поскольку в указанный период ФИО3 являлся заместителем начальника кафедры и фактически исполнял обязанности ее начальника по указанию начальника факультета, а все потерпевшие, помимо участия в платных курсах, одновременно продолжали исполнять обязанности по штатным должностям на кафедре и подчинялись ФИО3 При этом суд учитывает, что все потерпевшие в инкриминируемый подсудимому период находились в отношениях подчиненности с ФИО3, назначенным на должность заместителя начальника кафедры, независимо от возложения на него временного исполнения обязанностей начальника кафедры.

К показаниям ФИО3 о том, что умысла на хищение денежных средств у потерпевших он не имел, собранные денежные средства после февраля 2018 года не вернул, так как потерпевшие к нему с такой просьбой не обращались, военный суд относится критически, поскольку данные показания опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе показаниями самого подсудимого о том, что он изначально, до начала курсов и сбора от потерпевших денежных средств, планировал компенсировать осуществленные им ранее собственные расходы на ремонт помещений кафедры в июле - августе 2017 года, и показаниями потерпевших о том, что подсудимый с ними вопрос компенсации произведенных ранее расходов не обсуждал, об этом их в известность не ставил, они на такое использование денег согласие не давали, рассчитывали, что сданные ими деньги будут потрачены ФИО3 только на заранее оговоренные с ними цели, ремонт кабинета преподавателей в феврале 2018 года фактически был завершен, в финансовую службу были направлены заявки на выделение денежных средств на этот ремонт, что очевидно свидетельствовало об отсутствии необходимости тратить собранные деньги на эти цели, и порождало обязанность ФИО3 возвратить остаток денежных средств потерпевшим.

Отвергая показания ФИО3 об отсутствии у него умысла на хищение денег у потерпевших, суд также учитывает то, что подсудимый изначально, еще до сбора денег с потерпевших, как с заработной платы от первых курсов, так и со вторых курсов, знал, исходя из имеющегося у него опыта произведенных ранее на кафедре под его руководством и на его средства ремонтных работ, что на ремонт кабинета преподавателей, о чем была достигнута договоренность перед сдачей денег потерпевшими, потребуются незначительные по размеру денежные средства, однако предложил сдать деньги, в общей сумме многократно превышающие необходимый для ремонта объем, что свидетельствует о наличии у ФИО3 изначального умысла на хищение значительной части сданных ему денег. При этом суд учитывает и показания потерпевших ФИО11, ФИО9 и ФИО8 о том, что ФИО3 в ходе проверочных мероприятий по факту хищения денег просил их дать заведомо ложные показания, оправдывающие его действия, что также подтверждает преступность деяний подсудимого.

Заявления подсудимого о том, что все потерпевшие оговаривают его, дают ложные показания, так как заинтересованы в таком оговоре, в том числе с целью их карьерного роста в случае его увольнения с военной службы в связи с уголовным преследованием, суд отвергает, поскольку каких-либо убедительных доказательств, свидетельствующих о наличии такой заинтересованности у потерпевших в оговоре подсудимого, стороной защиты в судебном заседании не представлено, а это заявление ФИО3, как он сам пояснил, носит предположительный характер. При этом суд считает показания всех потерпевших об обстоятельствах совершения ФИО3 хищения денежных средств правдивыми, поскольку эти показания полностью согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу, оснований не доверять показаниям потерпевших у суда не имеется.

Что касается доводов подсудимого о том, что длительность перерыва в осуществлении ремонта на собранные деньги потерпевших с начала февраля до середины августа 2018 года обусловлена его, ФИО3, ожиданием получения бюджетных средств на ремонт, а деньги в данном случае он длительное время не возвращал потерпевшим, так как они его об этом не просили, то данные доводы, по мнению суда, свидетельствуют об обратном – о возникновении ситуации, при которой ФИО3, ожидающий поступления денег от академии, должен был возвратить денежные средства потерпевшим за отсутствием надобности тратить их на ремонтные работы.

На основании вышеуказанных обстоятельств, признавая показания всех потерпевших и свидетелей достоверными, суд кладет в основу приговора эти показания, а показания ФИО3 о своей невиновности отвергает, как недостоверные, данные в судебном заседании, исходя из избранной им позиции защиты.

Определяя суммы похищенных у потерпевших денежных средств, суд не учитывает средства, затраченные ФИО3 в июле – августе 2017 года на ремонт аудиторий и средства, затраченные на ремонт кабинета преподавателей с середины августа 2018 года, то есть уже после возбуждения уголовного дела, поскольку ремонт аудиторий летом 2017 года осуществлялся без согласия потерпевших и до сбора денежных средств на определенные цели, о чем показал и сам подсудимый, а закупки строительных материалов ФИО3 после возбуждения уголовного дела, по истечении более чем пяти месяцев со дня приобретения последних материалов для ремонта в феврале 2018 года, и попытки приобрести на собранные деньги предметы мебели, по мнению суда, свидетельствуют о наличии у ФИО3 изначального умысла на незаконное присвоение чужих денежных средств путем обмана и злоупотребления доверием, и произведены подсудимым после возбуждения уголовного дела в целях оправдания своих преступных действий.

При этом суд учитывает показания потерпевшего ФИО11 о том, что в период с начала февраля 2018 года до возбуждения уголовного дела он, как ответственный за проведение ремонтных работ на кафедре, обращался к ФИО3 за денежными средствами на завершение ремонта, однако в этом ему было фактически отказано, а ФИО3 сообщал ему, что соответствующие заявки в финансовый орган военной академии на эти же цели им в тот период были уже направлены.

То обстоятельство, что потерпевшие до начала доследственной проверки в отношении ФИО3 не обращались к нему, к командованию факультета и военной академии, а также в правоохранительные органы по поводу возврата денежных средств, какого либо правового значения при оценке деяний подсудимого не имеет.

При назначении ФИО3 наказания суд учитывает в качестве смягчающего обстоятельства добровольное заглаживание имущественного вреда, причиненного его преступными действиями потерпевшему ФИО5, и частичное заглаживание такого же вреда потерпевшим ФИО11, Скирде В.С., ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО9

Кроме того в качестве смягчающих обстоятельств суд учитывает, что подсудимый ранее ни в чем предосудительном замечен не был, в свободное от службы время занимался общественно-полезной деятельностью по патриотическому воспитанию молодежи, по военной службе и в быту характеризуется только положительно, имеет поощрения от командования, награжден ведомственными медалями.

Учитывая перечисленные обстоятельства и данные о личности виновного, обстоятельства и тяжесть совершенных преступлений, суд полагает необходимым применить к ФИО17 за каждое из совершенных преступлений наиболее мягкое наказание, предусмотренное ч. 3 ст. 159 УК РФ, в виде штрафа. При определении размера данных наказаний за совершенные преступления суд учитывает имущественное положение подсудимого и его семьи.

Также с учетом личности подсудимого, положительной характеристики по военной службе, суд полагает возможным не лишать ФИО3, в соответствие со ст. 48 УК РФ, воинского звания за совершенные преступления.

Вместе с тем, несмотря на отсутствие отягчающих наказание ФИО3 обстоятельств, с учетом фактических обстоятельств преступлений и повышенной степени их общественной опасности в условиях военной службы, военный суд не находит возможным изменить, в соответствии с п. 6 ст. 15 УК РФ, категорию совершенных подсудимым преступлений на менее тяжкую.

Потерпевшими ФИО8, ФИО9, ФИО7, ФИО6, ФИО11 и ФИО12 к подсудимому ФИО3 предъявлены гражданские иски о возмещении причиненного им в результате преступлений имущественного вреда в размерах, с учетом уточнения сумм исков в ходе судебного следствия: ФИО8 – на 4788 рублей 78 копеек, ФИО9 – на 15984 рубля 08 копеек, ФИО7 – на 16884 рубля 08 копеек, ФИО6 – на 18795 рублей 34 копейки, ФИО11 – на 2367 рублей 72 копейки, ФИО12 – на 2367 рублей 72 копейки. Указанные потерпевшие уменьшили суммы ранее заявленных гражданских исков, учитывая то, что в ноябре 2017 года ФИО3 перечислил из собранных денег: ФИО8 – 20099 рублей 92 копейки, ФИО6 – 947 рублей 54 копейки, ФИО10 и Скирде В.С. – по 4350 рублей каждому, в том же месяце потратил на согласованный с потерпевшими ремонт на кафедре 6344 рубля, и в январе-феврале 2018 года также потратил с их ведома на ремонт 11152 рубля.

Производство по гражданскому иску потерпевшего ФИО5 прекращено постановлением военного суда от 20 мая 2019 года в связи с отказом данного потерпевшего от предъявленного им иска ввиду добровольного возмещения ФИО3 причиненного вреда.

Подсудимый заявленные к нему потерпевшими гражданские иски не признал, приведя в обоснование своей позиции те же показания, что дал в судебном заседании ранее.

Оценив представленные в материалах уголовного дела доказательства в их совокупности, военный суд считает, что вышеуказанными преступными действиями ФИО3 причинил потерпевшим ФИО8, ФИО9, ФИО7, ФИО6, ФИО11 и Скирде В.С. имущественный вред в размерах, указанных в их гражданских исках, с учетом их уточнения в судебном заседании, с учетом позиции потерпевших о том, что переданные ФИО3 денежные средства израсходованы последним на ремонт в равных долях по отношению к каждому из потерпевших, а также с учетом возвращенных каждому из потерпевших денежных средств, в связи с чем находит исковые требования к подсудимому обоснованными и, на основании ст. 1064 ГК РФ, подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Обсуждая вопрос об избранной подсудимому мере пресечения, суд считает необходимым меру пресечения в отношении ФИО3 – подписку о невыезде и надлежащем поведении отменить после вступления настоящего приговора в законную силу.

Рассмотрев вопрос об арестованном имуществе подсудимого ФИО3, военный суд считает необходимым, в соответствие с частью 9 статьи 115 УПК РФ, арест, наложенный на его автомобиль «HYUNDAI SONATA», 2017 года выпуска, идентификационный номер №, государственный регистрационный знак №, отменить по окончании исполнения настоящего приговора в отношении ФИО3 в части имущественных взысканий.

Также суд считает необходимым отменить избранную в отношении ФИО3 на стадии предварительного расследования меру процессуального принуждения в виде временного отстранения от занимаемой должности заместителя начальника кафедры военной академии.

Вещественные доказательства по делу, указанные в томе 16 на листах 152-154, в томе 18 на листах 223 – 225, в томе 19 на листах 42-44, 101 – 103, 186 – 188, 214 – 216, в томе 20 на листах 14 – 16, суд полагает необходимым хранить при уголовном деле, все остальные вещественные доказательства по данному делу возвратить по принадлежности в Военно-космическую академию имени А.Ф. Можайского.

Руководствуясь статьями 307, 308 и 309 УПК РФ, военный суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО4 ФИО32 признать виновным в совершении в отношении потерпевших ФИО8, ФИО5, ФИО9, ФИО7 и ФИО6 в ноябре 2017 года преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде штрафа в размере 120 000 (Сто двадцать тысяч) рублей.

ФИО4 ФИО33 признать виновным в совершении в отношении потерпевших ФИО8, ФИО9, ФИО7, ФИО6, ФИО11 и Скирды В.С в конце декабря 2017 года и начале января 2018 года преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде штрафа в размере 130 000 (Сто тридцать тысяч) рублей.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательное наказание ФИО4 ФИО34 назначить, путем частичного сложения назначенных наказаний, в виде штрафа в размере 150 000 (Сто пятьдесят тысяч) рублей.

Денежные средства в счет уплаты уголовного штрафа необходимо перечислить по следующим реквизитам:

Военное следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Ракетным войскам стратегического назначения,

адрес: 143010, <...>

Наименование получателя: УФК по Московской области (ВОЕННОЕ СЛЕДСТВЕННОЕ УПРАВЛЕНИЕ СЛЕДСТВЕННОГО КОМИТЕТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО РАКЕТНЫМ ВОЙСКАМ СТРАТЕГИЧЕСКОГО НАЗНАЧЕНИЯ лицевой счет <***>)

Расчетный счет <***>

Банк ГУ БАНКА РОССИИ ПО ЦФО Г. МОСКВА 35

БИК 044525000

ИНН <***>, КПП 503201001

ОКТМО: 46773000

КБК 41711621010016000140.

Меру пресечения в отношении ФИО3 – подписку о невыезде и надлежащем поведении – по вступлении приговора в законную силу отменить.

Меру процессуального принуждения в виде временного отстранения ФИО3 от должности по вступлении приговора в законную силу отменить.

Вещественные доказательства по делу, указанные в томе 16 на листах 152-154, в томе 18 на листах 223 – 225, в томе 19 на листах 42-44, 101 – 103, 186 – 188, 214 – 216, в томе 20 на листах 14 – 16, хранить при уголовном деле, все остальные вещественные доказательства по данному делу - возвратить по принадлежности в Военно-космическую академию имени А.Ф. Можайского.

Гражданские иски потерпевших ФИО8, ФИО9, ФИО7, ФИО6, ФИО11 и ФИО12, с учетом уточнения потерпевшими сумм гражданских исков, удовлетворить в полном объеме.

Взыскать с ФИО4 ФИО35 в счет возмещения причиненного преступлениями материального ущерба в пользу потерпевших: Петрича ФИО37 ФИО42 – 4788 (Четыре тысячи семьсот восемьдесят восемь) рублей 78 копеек, Ходора ФИО36 – 15984 (Пятнадцать тысяч девятьсот восемьдесят четыре) рубля 08 копеек, ФИО7 ФИО38 – 16884 (Шестнадцать тысяч восемьсот восемьдесят четыре) рубля 08 копеек, ФИО6 ФИО40 – 18795 (Восемнадцать тысяч семьсот девяносто пять) рублей 34 копейки, Горянского ФИО39 – 2367 (Две тысячи триста шестьдесят семь) рублей 72 копейки, Скирды ФИО41 - 2367 (Две тысячи триста шестьдесят семь) рублей 72 копейки.

Арест, наложенный на имущество ФИО3 - автомобиль марки «HYUNDAI SONATA», 2017 года выпуска, идентификационный номер №, государственный регистрационный знак №, отменить по окончании исполнения настоящего приговора в части имущественных взысканий.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в 3 окружной военный суд через Мирненский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня его постановления, в соответствии с требованиями, предусмотренными главой 451 УПК РФ.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику или ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий по делу В.И. Таманов

Верно.

Судья Мирненского гарнизонного военного суда В.И. Таманов