Решение № 2-1179/2018 2-1179/2018~М-1166/2018 М-1166/2018 от 9 июля 2018 г. по делу № 2-1179/2018

№ 2-1179/2018


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

г. Тобольск 10 июля 2018 года

Тобольский городской суд Тюменской области в составе:

председательствующего судьи Гавриковой М.А.,

при ведении протокола секретарем Хусаиновой Э.М.,

с участием помощника прокурора Саликовой Ю.И., истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного в результате преступления.

В обоснование иска указала, что 30 июля 2015 года она находилась на рабочем месте в химчистке «Italclean» ИП ФИО4, где получила распоряжение управляющей на погрузку и доставку мягкого инвентаря на камерную обработку и дезинфекцию (матрасы) на грузовой подъёмник и подъём на верхние этажи. Во время движения грузового подъёмника, на котором она находилась, произошёл обрыв троса и он упал с высоты третьего этажа. В результате падения ФИО1 получила следующие телесные повреждения: «Политравма. Компресионно – оскольчатый осложенный нестабильный перелом тела позвонка, сдавление спинного мозга. Нижний парапарез лёгкой степени. Перелом поперечного отростка справа. Открытый фрагментарный перелом левой пяточной кости со смещением. Обширные рваные раны левой голени, голеностопного сустава, левой стопы. Закрытый многоскольчатый перелом правой пяточной кости со смещением отломков с подвывихом стопы в суставе Шопара. Гангрена левой стопы. Ушиб грудной клетки. Травматический шок 2 степени». Вследствие указанной травмы ФИО1 стала инвалидом, у неё ампутирована нога, она на всю жизнь осталась инвалидом, не может вести активный образ жизни, найти работу. Решением Тобольского городского суда Тюменской области от 24 декабря 2015 года отношения между ФИО1 и ИП ФИО4 признаны трудовыми. Уголовное дело, возбужденное в отношении ФИО4 прекращено за истечением сроков давности уголовного преследования. Добровольно возместить моральный вред ответчик отказался. Поэтому истец просит суд взыскать с ответчика ФИО4 в качестве морального вреда 5 000 000 рублей.

От ответчика поступило письменное заявление о применении срока исковой давности (л.д.68-70).

В судебном заседании истец ФИО1, и её представитель ФИО2, действующая на основании ордера №135575 от 14 июня 2018 года (л.д.27), просили об удовлетворении иска, по изложенным в нём обстоятельствам. Дополнительно пояснили, что размер компенсации морального вреда определен с учетом расходов на лекарства, медицинских товаров, не полученной заработной платы и выплат по листкам нетрудоспособности.

Представитель ответчика ФИО3, действующий на основании доверенности № от 21 мая 2018 года (л.д.24), не оспаривая вины своего доверителя в причинении тяжкого вреда здоровью истца, просил о снижении размера денежной компенсации морального вреда, считая заявленную сумму чрезмерно завышенной. Пояснил, что сумма расходов на лекарства, медицинских товаров, не полученной заработной платы и выплат по листкам нетрудоспособности не могут быть учтены при определении размера компенсации морального вреда, т.к. являются самостоятельными требованиями. ФИО4 предлагал в счет компенсации морального вреда истцу 700 000 рублей, от которых она отказалась. К мировому соглашению не пришли.

Суд, заслушав пояснения истца, представителя истца и представителя ответчика, заключение прокурора, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства, в соответствии с положениями статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.

Из материалов дела следует, что решением Тобольского городского суда Тюменской области от 24 декабря 2015 года, правоотношения между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО4 признаны трудовыми отношениями. Суд возложил обязанность на ИП ФИО4 внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу с 15 апреля 2015 года (л.д. 8-9).

Исполнительное производство возбуждено, решение суда не исполнено (л.д.60, 61-62, 64-66).

Вступившим в законную силу 10 ноября 2017 года постановлением мирового судьи судебного участка №5 Тобольского судебного района города Тобольска Тюменской области от 21 сентября 2017 года уголовное дело в отношении ФИО4 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 143 Уголовного кодекса Российской Федерации (нарушение требований охраны труда), прекращено за истечением сроков уголовного преследования.

Из указанного постановления следует, что ФИО4, являющийся работодателем ФИО1, на которого возложены обязанности по соблюдению требований охраны труда работников, допустил использование сотрудникам ФИО1 грузового подъемника, не являющегося грузовым или пассажирским лифтом, что повлекло по неосторожности причинение ей тяжкого вреда здоровью, а именно - Политравма. Компресионно – оскольчатый осложенный нестабильный перелом тела позвонка, сдавление спинного мозга. Нижний парапарез лёгкой степени. Перелом поперечного отростка справа. Открытый фрагментарный перелом левой пяточной кости со смещением. Обширные рваные раны левой голени, голеностопного сустава, левой стопы. Закрытый многоскольчатый перелом правой пяточной кости со смещением отломков с подвывихом стопы в суставе Шопара. Гангрена левой стопы. Ушиб грудной клетки. Травматический шок 2 степени (л.д. 10-13).

ФИО1 установлена третья группа инвалидности (л.д.34).

Согласно заключению государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в Тюменской области от 26 мая 2016 года случай, произошедший с ФИО1, подлежит квалификации как несчастный случай на производстве, поскольку работодатель ФИО4 не обеспечил ее безопасность при эксплуатации грузового подъемника (л.д.35-39).

Акт о несчастном случае на производстве (форма Н-1) ИП ФИО4 не оформлялся.

22 мая 2017 года ФИО5 обратилась с заявлением к ИП ФИО4 об оплате листков нетрудоспособности (5 штук) за период с 30 июля 2015 года по 09 марта 2016 года. Заявление получено главным бухгалтером ФИО4 – 22 мая 2017 года. Одновременно ФИО5 обратилась с заявлением об увольнении (л.д. 40).

Сведений о том, что больничные листы оплачены, издан приказ об увольнении, истцу возвращена трудовая книжка, выплачена заработная плата, не имеется. Истец данные обстоятельства отрицал.

Согласно фото – таблице общего вида помещения, в котором находится подъемник, непосредственно перед подъемником имеется табличка «перевозка пассажиров запрещена» (л.д. 47).

Учитывая изложенные обстоятельства дела, судом установлен факт причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1 по вине ФИО4 (во время исполнения трудовых обязанностей), который подтвержден материалами дела и не оспаривался ответчиком.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», с учётом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При рассмотрении требований о компенсации причинённого гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объёма причинённых истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворённого иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесённых им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Учитывая изложенные нормы права, и изложенные в них основные принципы (положения) для определения размера компенсации морального вреда, в том числе принципы разумности и справедливости, суд приходит к выводу о присуждении денежной компенсации морального вреда ФИО1 в размере 800 000 рублей.

При этом суд учитывает следующее: возраст истца на момент травмы (<данные изъяты> лет), семейное положение (<данные изъяты>), получение травмы в период нахождения на рабочем месте, прекращение уголовного дела в отношении ФИО4 по не реабилитирующим основаниям (истечение сроков привлечения к ответственности), тяжесть причиненного вреда – тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, длительность лечения, отсутствие внимания со стороны ФИО4 и оказания какой-либо помощи и финансовой поддержки, переживания истца за текущее и будущее состояние здоровья, наличие травм, вызывающих сомнение в возможности восстановления прежнего образа жизни, установление инвалидности (3 группа по общему заболеванию), невозможность продолжать активную общественную жизнь, наличие бессонницы из-за физической боли, продолжающейся до настоящего времени, потерю работы и сложности в трудоустройстве, отсутствие стабильного дохода для прохождения своевременного и качественного лечения.

Вместе с тем, определяя размер компенсации морального вреда, суд принял во внимание неосторожное поведение самой пострадавшей - факт использования грузового подъемника, перемещение людей, на котором не разрешается, и непосредственно перед которым имелась предупреждающая табличка «перевозка пассажиров запрещена».

Грубой неосторожности в поведении ФИО1 судом не установлено.

Оснований для применения срока исковой давности, о котором заявлено ответчиком не имеется, поскольку согласно статье 208 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункту 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда, если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, либо заявлено требование о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, исковая давность на них не распространяется.

Ссылка ответчика на сокращенный трехмесячный срок исковой давности, установленный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации (сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), является ошибочной, поскольку истцом заявлено самостоятельное требование о компенсации морального вреда.

Кроме того, поскольку от уплаты госпошлины истец был освобожден на основании подпункта 14 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, госпошлина в соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит взысканию с ответчика ФИО4

Требование о компенсации морального вреда является неимущественным требованием, поэтому госпошлина определяется на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь Гражданским кодексом Российской Федерации, Трудовым кодексом Российской Федерации, статьями 103, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО4 о компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей

Взыскать с ФИО4 в бюджет города Тобольска Тюменской области госпошлину в размере 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Тюменский областной суд через Тобольский городской суд Тюменской области.

Судья М.А. Гаврикова

Решение суда в окончательной форме составлено 13 июля 2018 года.