Решение № 2-485/2020 2-485/2020~М-420/2020 М-420/2020 от 28 сентября 2020 г. по делу № 2-485/2020

Гражданское дело № 2-485/2020

УИД: 66RS0032-01-2020-001008-98

В окончательном виде
решение изготовлено 29 сентября 2020 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кировград Свердловской области

29 сентября 2020 года

Кировградский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Доевой И.Б.,

при секретаре судебного заседания Диланян А.С.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2, действующего на основании доверенности № 5 от 04 марта 2020 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-485/2020 по иску ФИО1 к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области о признании решения об отказе в назначении досрочной страховой пенсии по старости незаконным, включении периодов работы в страховой стаж, признании права на досрочное назначение страховой пенсии,

установил:

ФИО1 обратился с вышеуказанным иском к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области (далее по тексту – ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области), указав, что 10 июля 2020 года подал ответчику заявление о назначении досрочной страховой пенсии по старости по пункту 1 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», однако решением № 877284/20 от 21 июля 2020 года отказано в назначении пенсии в связи с отсутствием необходимого страхового стажа и отсутствии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, при этом специальный трудовой стаж истца, принятый к зачету составил 07 лет, страховой стаж составил 11 лет 03 месяца 18 дней. При этом, в страховой стаж ответчиком не были включены периоды работы с 01 января 1992 года по 20 июля 1995 года в качестве слесаря-электрика, слесаря-электрика по обслуживанию и ремонту электрооборудования, электромонтера по обслуживанию и ремонту электрооборудования Полтавского завода газоразрядных ламп, с 14 августа 1995 года по 01 октября 1996 года в качестве электрика 4 разряда ПО «Самаркандводстройиндустрия» Узбекистан, с 10 октября 1996 года по 15 ноября 2000 года в качестве наладчика в СП АОЗТ «Самарканд-Прага» Узбекистан. Не согласившись с данным решением, истец просил включить оспариваемые периоды в страховой стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости и признать право на досрочное назначение страховой пенсии по пункту 1 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования и доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержала; просил исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности № 5 от 04 марта 2020 года, исковые требования не признала, просила в удовлетворении иска отказать, представила в материалы дела отзыв на исковое заявление, в котором настаивала на правомерности обжалуемого решения ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области об отказе в назначении истцу досрочной страховой пенсии по старости.

Заслушав истца, представителя ответчика, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в совокупности, суд полагает иск подлежащим удовлетворению.

Согласно части первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При этом, оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 03 июня 2004 года № 11-П в Российской Федерации как социальном государстве, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, охраняется труд и здоровье людей, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты, развивается система социальных служб; каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации; каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 7; статья 37, часть 3; статья 39, часть 1).

Важнейшим элементом социального обеспечения является пенсионное обеспечение. Государственные пенсии в соответствии со статьей 39 (часть 2) Конституции Российской Федерации устанавливаются законом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 2 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховые пенсии устанавливаются и выплачиваются в соответствии с настоящим Федеральным законом. Изменение условий назначения страховых пенсий, норм установления страховых пенсий и порядка выплаты страховых пенсий осуществляется не иначе как путем внесения изменений в настоящий Федеральный закон.

Согласно части 1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону).

Согласно пункту 1 части 1 статьи 30 вышеуказанного Федерального закона страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 мужчинам по достижении возраста 50 лет и женщинам по достижении возраста 45 лет, если они проработали соответственно не менее 10 лет и 7 лет 6 месяцев на подземных работах, на работах с вредными условиями труда и в горячих цехах и имеют страховой стаж соответственно не менее 20 лет и 15 лет. В случае, если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного выше срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, страховая пенсия им назначается с уменьшением возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона по состоянию на 31 декабря 2018 года (то есть, право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет), на один год за каждый полный год такой работы - мужчинам и женщинам.

Из материалов дела, в том числе вступившего в законную силу решения Кировградского городского суда Свердловской области от 02 сентября 2019 года, следует, что 08 февраля 2019 года ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения обратился в ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области, представив документы для досрочного назначения страховой пенсии по старости по пункту 1 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Решением ответчика № 221485/19 от 08 мая 2019 года истцу отказано в назначении пенсии в связи с отсутствием необходимого специального стажа, который согласно указанному решению составил 01 год 09 месяцев 22 дня, страховой стаж составил 12 лет 06 месяцев 28 дней. При этом, в специальный стаж ответчиком не был включен период работы с 30 декабря 1987 года по 20 июля 1995 года в качестве слесаря-электрика, слесаря-электрика по обслуживанию и ремонту электрооборудования, электромонтера по обслуживанию и ремонту электрооборудования Полтавского завода газоразрядных ламп.

Вступившим в законную силу решением Кировградского городского суда Свердловской области от 02 сентября 2019 года, решение ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области № 221485/19 от 08 мая 2019 года в части отказа во включении ФИО1 периода работы с 30 декабря 1987 года по 31 декабря 1991 года в качестве слесаря-электрика, слесаря-электрика по обслуживанию и ремонту электрооборудования Полтавского завода газоразрядных ламп незаконным, а также возложена обязанность на ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области включить ФИО1 в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, период работы с 30 декабря 1987 года по 31 декабря 1991 года в качестве слесаря-электрика, слесаря-электрика по обслуживанию и ремонту электрооборудования Полтавского завода газоразрядных ламп.

10 июля 2020 года ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения повторно обратился в ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области, представив документы для досрочного назначения страховой пенсии по старости по пункту 1 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Решением ответчика № 877284/20 от 21 июля 2020 года истцу отказано в назначении пенсии в связи с отсутствием необходимого страхового стажа и отсутствии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, при этом специальный трудовой стаж истца, принятый к зачету составил 07 лет, страховой стаж составил 11 лет 03 месяца 18 дней.

Как следует из оспариваемого решения, в страховой стаж ответчиком не были включены периоды работы с 01 января 1992 года по 20 июля 1995 года в качестве слесаря-электрика, слесаря-электрика по обслуживанию и ремонту электрооборудования, электромонтера по обслуживанию и ремонту электрооборудования Полтавского завода газоразрядных ламп, с 14 августа 1995 года по 01 октября 1996 года в качестве электрика 4 разряда ПО «Самаркандводстрой индустрия» Узбекистан, с 10 октября 1996 года по 15 ноября 2000 года в качестве наладчика в СП АОЗТ «Самарканд-Прага» Узбекистан в связи с отсутствие документального подтверждения страхового стажа.

Согласно части 2 статьи 11 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись лицами, указанными в части 1 статьи 4 названного Федерального закона, за пределами территории Российской Федерации, включаются в страховой стаж в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации или международными договорами Российской Федерации, либо в случае уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации».

Вопросы в области пенсионного обеспечения граждан государств-участников Содружества Независимых Государств урегулированы Соглашением от 13 марта 1992 года «О гарантиях прав граждан государств-участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения», в статье 1 которого указано, что пенсионное обеспечение граждан государств-участников настоящего Соглашения и членов их семей осуществляется по законодательству государства, на территории которого они проживают.

В силу пункта 2 статьи 6 вышеназванного Соглашения от 13 марта 1992 года для установления права на пенсию, в том числе пенсий на льготных основаниях и за выслугу лет, гражданам государств-участников Соглашения учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР за время до вступления в силу настоящего Соглашения.

Данный документ подписан государствами-участниками СНГ, в том числе Российской Федерацией и Украиной, Узбекистаном.

В соответствии с пунктом 1 письма Министерства социальной защиты населения РФ от 31 января 1994 года № 1-369-18 при назначении пенсии гражданам, прибывшим в Россию из государств-участников Соглашения от 13 марта 1992 года учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории бывшего СССР за время до 13 марта 1992 года, а также после этой даты на территории государств-участников Соглашения от 13 марта 1992 года.

Согласно пункту 5 Рекомендаций по проверке правильности назначения пенсий лицам, прибывшим в Российскую Федерацию из государств-республик бывшего СССР, утвержденных распоряжением Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 22 июня 2004 года № 99р «О некоторых вопросах осуществления пенсионного обеспечения лиц, прибывших на место жительства в Российскую Федерацию из государств-республик бывшего СССР» для определения права на трудовую пенсию по старости, в том числе досрочную трудовую пенсию по старости лицам, прибывшим из государств-участников Соглашения от 13 марта 1992 года, учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР. При этом трудовой стаж, имевший место в государствах-участниках Соглашения от 13 марта 1992 года, приравнивается к страховому стажу и стажу на соответствующих видах работ (письмо Минтруда России от 29 января 2003 года № 203-16). Периоды работы и иной деятельности, включаемые в страховой стаж и стаж на соответствующих видах работ, а также порядок исчисления и правила подсчета указанного стажа устанавливаются в соответствии с нормами пенсионного законодательства Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 4 указанных Рекомендаций необходимые для пенсионного обеспечения документы, выданные в надлежащем порядке на территории государств-участников Соглашения, принимаются на территории Российской Федерации без легализации.

Из изложенного следует, что при назначении пенсии, в том числе досрочной страховой пенсии по старости, периоды работы и иной деятельности, которые выполнялись гражданами Российской Федерации за пределами территории Российской Федерации (в данном случае в Республике Казахстан) и которые включаются в страховой стаж и стаж на соответствующих видах работ, а также порядок исчисления и правила подсчета указанного стажа устанавливаются в соответствии с нормами пенсионного законодательства Российской Федерации. Периоды работы граждан, прибывших в Российскую Федерацию из государств - участников Соглашения от 13 марта 1992 года, и имевших место за пределами Российской Федерации до 01 января 2002 года (даты вступления в силу Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», в основу которого была положена концепция страховой природы пенсионного обеспечения, и в страховой стаж с 01 января 2002 года стали включаться периоды работы и (или) иной деятельности в случае уплаты страховых взносов), учитываются при исчислении страхового стажа в целях определения права на пенсию независимо от уплаты страховых взносов. Периоды же работы, которые выполнялись гражданами, прибывшими в Российскую Федерацию из государств - участников Соглашения от 13 марта 1992 года, за пределами Российской Федерации после 01 января 2002 года (даты вступления в силу Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации») могут быть включены в подсчет страхового стажа при условии уплаты страховых взносов на пенсионное обеспечение в соответствующие органы той страны, на территории которой осуществлялась трудовая и (или) иная деятельность. Указанные периоды работы на территории государства - участника Соглашения от 13 марта 1992 года должны быть подтверждены справкой компетентных органов соответствующего государства об уплате страховых взносов на обязательное пенсионное обеспечение либо на социальное страхование.

В соответствии со статьей 66 Трудового кодекса Российской Федерации, пунктом 11 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 02 октября 2014 года № 1015 документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца, а при отсутствии трудовой книжки, а также в случае если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

Конституционное право на социальное обеспечение включает право на получение пенсии в определенных законом случаях и размерах. Отказ в назначении пенсии в связи с утратой документов или по другим причинам (вследствие небрежного их хранения, умышленного уничтожения и тому подобных причин) не по вине работника, является ограничением конституционного права на социальное обеспечение, гарантированного частью 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации.

Как следует из трудовой книжки истца, 30 декабря 1987 года он был принят в Сборочный цех № 3 ртутно-кварцевых ламп Полтавского завода газоразрядных ламп слесарем-электриком по 3 разряда, 01 сентября 1988 года переведен слесарем-электриком по ремонту электрооборудования по третьему разряду, 20 июля 1995 года уволен по собственному желанию; 14 августа 1995 года зачислен электриком 4 разряда в ПО «Самаркандводстройиндустрия» Узбекистан, 01 октября 1996 года уволен по собственному желанию; 10 октября 1996 года зачислен наладчика в СП АОЗТ «Самарканд-Прага» Узбекистан, 15 ноября 2000 года трудовой договор прекращен.

Указанные записи в трудовой книжке удостоверены подписями уполномоченными работников отделов кадров, заверены печатью соответствующих организаций, ответчиком ничем объективно не опровергнуты (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Более того, опровергает позицию ответчика о невозможности принятия данной трудовой книжки в качестве надлежащего доказательства общего страхового стажа истца.

Отсутствие иных документов, выдаваемых в установленном порядке работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами (к примеру, архивными), на чем настаивает сторона ответчика не может служить основанием для лишения истца права на включение в общий страховой стаж спорных периодов работы, поскольку спорные периоды имели место до регистрации истца в системе государственного пенсионного страхования (14 мая 2015 года). Следовательно, трудовая книжка является надлежащим документом, подтверждающим льготный характер работы истца.

Принимая во внимание, что истец по не зависящим от него причинам лишен возможности представить дополнительно письменные доказательства, подтверждающие его работу в спорные периоды (в связи с тем, что документы ПО «Самаркандводстрой индустрия» Узбекистан, СП АОЗТ «Самарканд-Прага» в архив ТУ по архивному делу Самаркандской области не сдавались, а архивные документы Полтавского завода газоразрядных ламп утрачены, что следует из справок от 15 марта 2018 года и от 20 августа 2019 года соответственно), суд полагает возможным, с учетом конкретных обстоятельств дела, исходить из презумпции данного факта, подтвержденного работодателями, поскольку иное истолкование действующих норм, как позволяющих не включать время выполнения указанных работ в страховой стаж на изложенных пенсионным органом основаниях, не только противоречило бы их действительному смыслу и предназначению, но и создавало бы неравенство при реализации права на досрочное назначение трудовой пенсии, что недопустимо с точки зрения требований частей 1, 2 статьи 19 Конституции Российской Федерации, а также приводило бы к неправомерному ограничению права граждан на социальное обеспечение (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 22 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400 «О страховых пенсиях» страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учетом положений пункта 7 статьи 21 названного Федерального закона.

Исходя из системного толкования перечисленных выше положений, следует, что начало течения срока для назначения досрочной пенсии по старости законодатель связывает с двумя обстоятельствами, а именно с заявительным порядком назначения пенсионного обеспечения и наличием у гражданина права на его получение.

На момент обращения ФИО1 в пенсионный орган с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости (10 июля 2020 года), а также на момент принятия последним соответствующего решения (21 июля 2020 года), страховой стаж, с учетом обстоятельств неправомерности исключения ответчиком из страхового стажа, необходимого для назначения досрочной пенсии по старости, оспариваемых периодов осуществления трудовой деятельности, с учетом представленной суду ответчиком справки № 4656 от 29 сентября 2020 года составит 20 лет 01 месяц, величина индивидуального пенсионного коэффициента составит 30, 102, что породило у ФИО1 с учетом имеющегося специального стажа 07 лет, право на досрочное пенсионное обеспечение на основании пункта 1 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», с уменьшением возраста, предусмотренного статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в 53 года.

Таким образом, учитывая положения части 1 статьи 22 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», суд приходит к выводу о возложении на ответчика обязанности назначить истцу досрочную страховую пенсию по старости с 10 июля 2020 года, то есть со дня обращения за указанной пенсией.

При изложенных обстоятельствах, решение пенсионного органа № 877284/20 от 21 июля 2020 года в части отказа ФИО1 во включении в страховой стаж спорных периодов работы и отказе в назначении досрочной страховой пенсии по старости, является незаконным.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области о признании решения об отказе в назначении досрочной страховой пенсии по старости незаконным, включении периодов работы в страховой стаж, признании права на досрочное назначение страховой пенсии удовлетворить.

Признать решение государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области № 877284/20 от 21 июля 2020 года в части отказа ФИО1 в назначении досрочной страховой пенсии по старости по пункту 1 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» и включении периодов работы с 01 января 1992 года по 20 июля 1995 года в качестве слесаря-электрика, слесаря-электрика по обслуживанию и ремонту электрооборудования, электромонтера по обслуживанию и ремонту электрооборудования Полтавского завода газоразрядных ламп, с 14 августа 1995 года по 01 октября 1996 года в качестве электрика 4 разряда ПО «Самаркандводстройиндустрия» Узбекистан, с 10 октября 1996 года по 15 ноября 2000 года в качестве наладчика в СП АОЗТ «Самарканд-Прага» Узбекистан незаконным.

Возложить обязанность на государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области включить ФИО1 в страховой стаж периоды работы с 01 января 1992 года по 20 июля 1995 года в качестве слесаря-электрика, слесаря-электрика по обслуживанию и ремонту электрооборудования, электромонтера по обслуживанию и ремонту электрооборудования Полтавского завода газоразрядных ламп, с 14 августа 1995 года по 01 октября 1996 года в качестве электрика 4 разряда ПО «Самаркандводстройиндустрия» Узбекистан, с 10 октября 1996 года по 15 ноября 2000 года в качестве наладчика в СП АОЗТ «Самарканд-Прага» Узбекистан.

Возложить обязанность на государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области назначить ФИО1 досрочную страховую пенсию по старости на основании пункта 1 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 10 июля 2020 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Кировградский городской суд Свердловской области.

Судья

И.Б. Доева