Апелляционное определение № 11-2242/2026 от 15 марта 2026 г.

УИД 74RS0002-01-2024-000752-89 Судья Петрова Н.Н.

Дело №2-46/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



Дело №11-2242/2026
16 марта 2026 года
г.Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Шалиевой И.П.,

судей Селивановой И.В., Парневовой Н.В.,

при секретаре Вырышеве М.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам ФИО1, ФИО2 на решение Центрального районного суда г. Челябинска от 14 ноября 2025 года по иску ФИО3 к ФИО1, ФИО2, ФИО4 о признании недействительными договоров дарения, применении последствий недействительности сделок, разделе нежилых помещений, прекращении права общей долевой собственности.

Заслушав доклад судьи Селивановой И.В. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, объяснения ответчика ФИО1, его представителя ФИО5, поддержавших доводы апелляционных жалоб, пояснения представителя истца ФИО3 – ФИО6, возражавшей против доводов жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 обратилась в суд с иском с учетом уточнений к ФИО1, ФИО2, ФИО4 о признании недействительным договора дарения доли нежилого помещения от 26 февраля 2024 года, заключенного между ФИО1 и ФИО4, в отношении 1/2 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение площадью 170,5 кв.м, назначение нежилое, наименование нежилое, расположенное по адресу: <адрес>, кадастровый номер №; применении последствий недействительности сделки в виде аннулирования в государственном реестре недвижимости записи о праве собственности ФИО4 на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на нежилое помещение с кадастровым номером №, восстановлении записи о праве собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на данный объект недвижимости за ФИО1; признании недействительным договора дарения доли нежилого помещения от 26 февраля 2024 года, заключенного между ФИО1 и ФИО2, в отношении 1/2 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение площадью 83,7 кв.м, назначение нежилое, наименование нежилое, расположенное по адресу: <адрес>, кадастровый номер №; применении последствий недействительности сделки в виде аннулирования в ЕРГН записи о праве собственности ФИО2 на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на нежилое помещение с кадастровым номером №, восстановлении записи о праве собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на данный объект недвижимости за ФИО1; прекращении права общей долевой собственности ФИО1 и ФИО3 на нежилое помещение №4 с кадастровым номером №, площадью 90,4 кв.м, расположенное по адресу: <адрес>, передаче указанного помещения в собственность ФИО7; прекращении права общей долевой собственности ФИО1 и ФИО3 на нежилое помещение №5 с кадастровым номером №, площадью 83,7 кв.м, расположенное по адресу: Челябинская область, г. <адрес>, передаче указанного помещения в собственность ФИО1; разделе нежилого помещения №3 общей площадью 170,5 кв.м, кадастровый номер № по адресу: <адрес>, выделе в собственность ФИО3 81,9 кв.м, (включающие в себя часть помещение №8а площадью 42 кв.м, помещение №12 площадью 9,6 кв.м, помещение №13 площадью 10,4 кв.м, помещение №14 площадью 8,6 кв.м, помещение №15 площадью 9,1 кв.м, помещение №16 площадью 2,2 кв.м. на поэтажном плане), выделе в собственность ФИО1 88,6 кв.м, (включающие в себя помещение №5 площадью 8,4 кв.м, помещение №6 площадью 62,5 кв.м, помещение №6а площадью 5,3 кв.м, часть помещения №8а площадью 12,4 кв.м, №6, 5 на поэтажном плане); прекращении права общей долевой собственности ФИО1 и ФИО3 на нежилое помещение №3 с кадастровым номером №, площадью 170,5 кв.м, по адресу: <адрес>; указании, что решение является основанием для внесения в ЕГРН сведений о праве собственности ФИО3 на нежилое помещение №4 с кадастровым номером №, площадью 90,4 кв.м, расположенное по адресу: <адрес> и площади 81,9 кв.м (включающие в себя часть помещение №8а площадью 42 кв.м, помещение №12 площадью 9.6 кв.м, помещение №13 площадью 10.4 кв.м, помещение №14 площадью 8,6 кв.м, помещение №15 площадью 9,1 кв.м, помещение №16 площадью 2,2 кв.м на поэтажном плане) нежилого помещения №3 общей площадью 170,5 кв.м, кадастровый № по адресу: <адрес>, а также о праве собственности ФИО1 на нежилое помещение №5 с кадастровым номером №, площадью 83,7 кв.м, расположенное по адресу: <адрес> и площади 88,6 кв.м. (включающие в себя помещение №5 площадью 8,4 кв.м, помещение №6 площадью 62.5 кв.м, помещение №6а площадью 5.3 кв.м, часть помещения №8а площадью 12,4 кв.м, помещения №6, 5 на поэтажном плане) нежилого помещения №3 общей площадью 170,5 кв.м, кадастровый номер № по адресу: <адрес>.

В обоснование заявленных требований указала на то, что ФИО3 и ФИО1 принадлежали по 1/2 доли в праве общей долевой собственности на объекты недвижимости: нежилое помещение №3 (оптовый склад), кадастровый номер № общая площадь 170,5 кв.м, нежилое помещение №4, кадастровый номер №, общая площадь 90,4 кв.м, нежилое помещение №5, кадастровый номер № общая площадь 83,7 кв.м по адресу: <адрес> 17 ноября 2023 года истец направила в адрес ФИО1 уведомление о намерении продажи принадлежащей ей доли в праве за 8 500 000 рублей с предложением о реализации преимущественного права выкупа доли в праве или разделении помещений в натуре. Указанное уведомление получено ФИО1, однако оставлено без удовлетворения, соглашения о способе и условиях раздела нежилых помещений стороны не достигли. В ходе судебного разбирательства дела на основании договора дарения от 26 февраля 2024 года произошла смена собственника нежилого помещения №3 (оптовый склад) с кадастровым номером № с ФИО1 на ФИО4, а так же на основании договора дарения от 26 февраля 2024 года произошла смена собственника нежилого помещении №5 с кадастровым номером № с ФИО1 на ФИО2 Истец полагает, что на основании вышеуказанных договоров дарения имущество ФИО1 формально перешло в собственность жены и дочери ФИО1 Указанные сделки являются мнимыми, совершены исключительно с целью лишить истца возможности реализовать свое право на раздел помещений в натуре, совершены с целью создания ситуации, в которой техническая возможность раздела помещений в натуре будет невозможна. Дарение совершено при злоупотреблении правом со стороны ответчиков, заключая договоры дарения, стороны ввели нотариуса в заблуждение, предоставили ему недостоверную информацию в отношении объекта дарения, поскольку ФИО1 достоверно знал о наличии спора с ФИО3 о разделе помещений в натуре. Сведения о смене собственника не были предоставлены ФИО1 суду при решении вопроса о назначении судебной экспертизы, а также эксперту во время осмотра помещений. Указывает на то, что после заключения договоров дарения и смены титульного собственника 1/2 доли в праве на нежилые помещения №3 и №5 никаких изменений в пользовании помещениями не произошло, новые собственники никак себя не проявляют, никаких мер в отношении имущества не предпринимают.

Решением Центрального районного суда г. Челябинска от 14 ноября 2025 года с учетом определения судьи об исправлении описки от 25 декабря 2025 года исковые требования ФИО3 к ФИО1, ФИО2, ФИО4 о признании недействительными договоров дарения, применении последствий недействительности сделок, разделе нежилого помещения, прекращении права общей долевой собственности удовлетворены; признан недействительным договор дарения доли нежилого помещения от 26 февраля 2024 года, заключенный между ФИО1 и ФИО4, в отношении 1/2 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение площадью 170,5 кв.м, расположенное по адресу: <адрес>, кадастровый номер №; применены последствия недействительности сделки в виде аннулирования в государственном реестре недвижимости записи о праве собственности ФИО4 на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на нежилое помещение площадью 170,5 кв.м с кадастровым номером №, восстановлена запись о праве собственности ФИО1 на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на данный объект недвижимости; признан недействительным договор дарения доли нежилого помещения от 26 февраля 2024 года между ФИО1 и ФИО2, в отношении 1/2 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение площадью 83,7 кв.м, расположенное по адресу: <адрес>, кадастровый номер №; применены последствия недействительности сделки в виде аннулирования записи о праве собственности ФИО2 на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на нежилое помещение площадью 83,7 кв.м с кадастровым номером №, восстановлена запись о праве собственности ФИО1 на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на данный объект недвижимости; право общей долевой собственности ФИО1 и ФИО3 на нежилое помещение №4 с кадастровым номером №, площадью 90,4 кв.м прекращено; нежилое помещение №4 с кадастровым номером №, площадью 90.4 кв.м передано в собственность ФИО3; право общей долевой собственности ФИО1 и ФИО3 на нежилое помещение №5 с кадастровым номером №, площадью 83,7 кв.м прекращено; нежилое помещение №5 с кадастровым номером № площадью 83,7 кв.м передано в собственность ФИО1; произведен раздел нежилого помещения №3 общей площадью 170,5 кв.м, кадастровый номер №; в собственность ФИО3 выделено 81,9 кв.м, включающие в себя часть помещения №8а площадью 42 кв.м, помещение №12 площадью 9,6 кв.м, помещение №13 площадью 10,4 кв.м, помещение №14 площадью 8,6 кв.м, помещение №15 площадью 9,1 кв.м, помещение №16 площадью 2,2 кв.м на поэтажном плане; в собственность ФИО1 выделено 88,6 кв.м, включающие в себя помещение №5 площадью 8,4 кв.м, помещение №6 площадью 62,5 кв.м, помещение №6а площадью 5,3 кв.м, часть помещения №8а площадью 12,4 кв.м, №6, 5 на поэтажном плане; прекращено право общей долевой собственности ФИО1 и ФИО3 на нежилое помещение №3 с кадастровым номером №, решение суда является основанием для внесения в ЕГРН сведений о праве собственности ФИО3 на нежилое помещение №4 с кадастровым номером №, площадью 90,4 кв.м, и 81,9 кв.м, включающие в себя часть помещения №8а площадью 42 кв.м, помещение №12 площадью 9.6 кв.м, помещение №13 площадью 10.4 кв.м, помещение №14 площадью 8,6 кв.м, помещение №15 площадью 9,1 кв.м, помещение №16 площадью 2,2 кв.м на поэтажном плане) нежилого помещения №3 общей площадью 170,5 кв.м, кадастровый №, а также основанием для внесения в ЕГРН сведений о праве собственности ФИО1 на нежилое помещение №5 с кадастровым номером №, площадью 83,7 кв.м, и 88,6 кв.м, включающие в себя помещение №5 площадью 8,4 кв.м, помещение №6 площадью 62.5 кв.м, помещение №6а площадью 5.3 кв.м, часть помещения №8а площадью 12,4 кв.м, №6, 5 на поэтажном плане нежилого помещения №3 общей площадью?170,5 кв.м, кадастровый номер №; затраты на переоборудование спорных помещений в размере 753 104 рубля возложены на ФИО1 и ФИО3 в равных долях по 376 552 рубля на каждого; с ФИО1 в пользу ФИО3 взысканы расходы по производству судебной экспертизы в размере 180 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 1 500 рублей.

В апелляционной жалобе с учетом пояснений ФИО1 просит решение суда отменить полностью, принять по делу новое решение, которым апелляционную жалобу ФИО1 удовлетворить в полном объёме.

В обоснование доводов жалобы ссылается на то, что в оспариваемом решении суда не приведены мотивы, почему суд принял доводы истца, опровергнув доводы ответчиков. Считает, что решение по делу принято с нарушением норм материального и процессуального права, без установленных и не принятых судом обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, обстоятельства дела не исследованы судом с достаточной полнотой. Приводит довод о том, что истец намеренно не указывала, что ответчик ФИО1 своими силами, за счет собственных средств на протяжении длительного времени благоустраивал спорные нежилые помещения, производил неотделимые улучшения, что позволило увеличить их рыночную стоимость. Кроме того, в арендуемых спорных нежилых помещениях арендаторы по согласованности с арендодателями произвели реконструкцию помещений и другие мероприятия по приведению арендуемых помещений в соответствие действующему законодательству, в частности улучшили характеристики объектов. Обращает внимание на то, что истец бездействовала при содержании принадлежащих ей долей нежилых помещений № 3, № 4, № 5, никаких действий не принимала и не содержала их длительное время, фактически устранилась от владения и содержания указанных выше долей нежилых помещений. Указывает на невозможность раздела нежилого помещения в натуре в соответствии с долями сособственников с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно - гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов. Полагает, что раздел помещений, если и возможен чисто физически, то кроме того, что это приведёт к образованию нефункциональных площадей, сопряжён с большим количеством ремонтных, строительных работ, так как все коммуникации выполнены из текущего функционирования помещения как единого целого. Выдел доли ФИО3 без несоразмерного ущерба помещениям невозможен, поскольку фактически создаст ущерб имуществу иных собственников спорных нежилых помещений, находящихся в их фактическом пользовании. Указывает на то, что готов был рассмотреть вариант выкупа доли ФИО3, однако стоимость доли истца должна быть определена с учётом рыночной стоимости помещений. Считает, что защита нарушенных прав и законных интересов ФИО3 в силу статьи 252 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна путём принудительной выплаты участнику долевой собственности ФИО3 денежной компенсации за её долю с утратой ею права на долю в общем имуществе. Считает, что заключение эксперта №№ не является надлежащим и допустимым доказательством при оценке исследования объектов, экспертиза была проведена без учёта иных собственников и без документов. Анализ правоустанавливающих документов и имущественных прав на объекты о разделе в натуре нежилого помещения и прекращении права общей долевой собственности выходит за пределы профессиональной компетенции эксперта. Приводит довод о том, что если даритель и одаряемые являются близкими родственниками, то сделка не является мнимой. Заключение договоров дарения не было связано с иском ФИО3, а продиктовано сугубо практическими, экономическими соображениями, связанными с осуществляемой ФИО1 предпринимательской деятельностью. Доказательств о том, что сделки являются мнимыми, в материалы дела не представлено. Тот факт, что договоры дарения могут помешать ФИО3 выделить свою долю не может ограничивать ФИО1 в праве владеть, пользоваться и распоряжаться своим имуществом по своему усмотрению. Указанные договоры дарения никак не изменяют и не нарушают прежний, сложившийся режим владения и использования помещений ФИО3, не приводят к изменению привычного режима эксплуатации помещений, получения дохода. Поэтому довод ФИО3 о том, что смена собственников нарушает её права, полагает ничем не подтвержденным. В отношении помещения №5 ФИО2 представила исчерпывающие доказательства реального исполнения договора дарения и осуществления правомочий собственника. Считает, что истец не выполнил требование о досудебном порядке урегулирования спора. ФИО3 направила ФИО1 письмо о намерении разделить помещение в натуре, однако в письме не был указан ни предлагаемый способ, ни предлагаемые условия раздела помещений. Без указанных данных ответчик объективно не мог выразить мотивированное согласие или несогласие с разделом. Тем не менее истец обратился в суд, изложив детали раздела уже в исковом заявлении, чего не сделал на досудебной стадии. Указывает на то, что ходатайство о назначении экспертизы было удовлетворено без учёта мнения ответчика, однако всю стоимость экспертизы суд возложил на ответчика. Кроме того, полагает, что действия истца содержат признаки злоупотребления правом, поскольку ФИО3 неоднократно в устной и письменной форме заявляла, что её основной целью является продажа своей доли в имуществе, а раздел имущества интересует её исключительно как инструмент для реализации этой цели.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении исковых требований.

В обоснование доводов жалобы ссылается на то, что в решении суда отсутствует оценка доводов ответчиков, а так же представленных стороной ответчика доказательств фактического владения и пользования помещением. Указывает на то, что доводы истца о мнимости договоров дарения противоречат фактическим обстоятельствам дела, а так же не подтверждены доказательствами. Ответчик ФИО2 длительное время фактически владеет и пользуется спорным помещением. Вместе с тем, договор дарения не нарушает права истца. Требования о разделе помещений в натуре нарушают права арендаторов, а так же заявлены без учета технических особенностей помещения. Считает, что истец злоупотребляет правом, поскольку не участвует в содержании спорного имущества, пытается оспорить сделку, не затрагивающую ее интересы.

В отзыве на апелляционную жалобу третье лицо ФИО8 просит отказать в удовлетворении иска в части, которая может нарушить ее права и интересы как арендатора.

В обоснование возражений указывает на то, что с 2021 года является арендатором нежилых помещений, расположенных по адресу: <адрес>. В течение всего периода аренды все вопросы, связанные с эксплуатацией помещений, согласовывались с арендодателем ФИО1, а вопросы оплаты аренды и коммунальных услуг с ФИО2 В 2023 году за счёт собственных средств третьим лицом произведен капитальный ремонт арендованных помещений в соответствии с требованиями Роспотребнадзора для предприятий общественного питания. Общая сумма вложений составила несколько миллионов рублей. Работы были согласованы с собственниками помещения. В целях обеспечения стабильности бизнеса в 2023 году с собственниками заключён договор аренды до 2028 года. Ссылаясь на статью 617 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывает на то, что переход права собственности на сданное в аренду имущество к другому лицу не является основанием для изменения или расторжения договора аренды. Таким образом права ФИО8 как арендатора защищены действующим договором аренды до 2028 года, и любые действия, затрагивающие условия аренды или целостность помещения, требуют согласия ФИО8 Указывает на то, что не дает свое согласие на проведение работ, способных нарушить условия договора или повлечь убытки.

В отзыве на апелляционную жалобу третье лицо ИП ФИО9 просит отказать в удовлетворении требований ФИО3 в части, которая может нарушить ее права и интересы как арендатора.

В обоснование возражений указывает на то, что с 2020 года является арендатором нежилого помещения №5, расположенного по адресу: <адрес>. В течение всего периода аренды все вопросы, связанные с эксплуатацией помещений, согласовывались с арендодателем ФИО1, а вопросы оплаты аренды и коммунальных услуг с ФИО2 В 2023 году между ИП ФИО9 и собственниками ФИО1 и ФИО3 был заключен договор аренды на срок до 2028 года. В случае удовлетворения требований истца и последующего раздела помещения возникнут негативные последствия для деятельности ИП ФИО9 Ссылаясь на статью 617 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывает на то, что переход права собственности на сданное в аренду имущество к другому лицу не является основанием для изменения или расторжения договора аренды. Таким образом, права ИП ФИО9 как арендатора защищены действующим договором аренды до 2028 года, и любые действия, затрагивающие условия аренды или целостность помещения, требуют согласия ФИО8 Указывает на то, что не дает свое согласие на проведение работ, способных нарушить условия договора или повлечь убытки.

В письменном отзыве на апелляционную жалобу ФИО1 ФИО3 просит оставить решение суда без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Остальные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в суд не явились, о причинах неявки суду не сообщили, на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов апелляционных жалоб, возражений на них.

Заслушав представителя истца, ответчика и его представителя, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, судебная коллегия полагает решение суда не подлежащим отмене по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец ФИО3 и ответчик ФИО1 являлись долевыми сособственниками следующих нежилых помещений, расположенных по адресу: <адрес>:

нежилое помещение №3 площадью 170,5 кв.м с кадастровым номером № (т.1 л.д.4-13);

нежилое помещение №4 площадью 90,4 кв.м с кадастровым номером № (т.1 л.д.14-15);

нежилое помещение №5 площадью 83,7 кв.м с кадастровым номером № (т.1 л.д.16-18).

17 ноября 2023 года ФИО3 направила ФИО1 уведомление о разделе нежилых помещений в натуре либо продаже принадлежащих ей долей в нежилых помещениях (т.1 л.д.23-28), ответа на которое не последовало, в связи с чем 18 января 2024 года ФИО3 обратилась в суд с иском о разделе объектов общей долевой собственности в натуре (т.1 л.д.31).

В соответствии со статьей 252 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, находящееся в долевой собственности, может быть разделено между ее участниками по соглашению между ними (пункт 1). Участник долевой собственности вправе требовать выдела своей доли из общего имущества (пункт 2). При недостижении участниками долевой собственности соглашения о способе и условиях раздела общего имущества или выдела доли одного из них участник долевой собственности вправе в судебном порядке требовать выдела в натуре своей доли из общего имущества (пункт 3).

По смыслу положений Федерального закона от 13 июля 2015 года №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» при разделе объекта недвижимости образуются объекты недвижимости того же вида, что и исходный объект недвижимости, но с собственными характеристиками, отличными от характеристик исходного объекта недвижимости, который прекращает свое существование.

При этом образованные объекты недвижимости должны иметь возможность эксплуатироваться автономно, то есть независимо от иных образованных в результате такого раздела объектов. Образованные объекты недвижимости после их постановки на государственный кадастровый учет и государственной регистрации права собственности на них становятся самостоятельными объектами гражданских прав.

Поскольку возможность/невозможность раздела объектов в натуре требует специальных познаний, истцом ФИО3 в судебном заседании 04 апреля 2024 года было заявлено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы (т.1 л.д.54-55, 81), определением суда от 04 апреля 2024 года по делу назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ФИО16 (т.1 л.д.82-83).

Согласно заключению эксперта ФИО17. № от 30 мая 2025 года, реальный раздел нежилого помещения №3 площадью 170,5 кв.м с кадастровым номером №, нежилого помещения №4 площадью 90,4 кв.м с кадастровым номером №, нежилого помещения №5 площадью 83,7 кв.м с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>, возможен, схема раздела помещений в натуре в соответствии с долями в праве общей собственности представлена в приложении 4.1, согласно которой из трех нежилых помещений могут быть образованы в натуре два нежилых помещения:

№1 – площадью 172,3 кв.м, включающее в себя нежилое помещение №5 площадью 83,7 кв.м и части нежилого помещения №3 (помещение №5 площадью 8,4 кв.м, помещение №6 площадью 62.5 кв.м, помещение №6а площадью 5.3 кв.м, часть помещения №8а площадью 12,4 кв.м);

№2 - площадью 172,3 кв.м, включающее в себя нежилое помещение №4 площадью 90,4 кв.м и части нежилого помещения №3 (часть помещения №8а площадью 42 кв.м, помещение №12 площадью 9.6 кв.м, помещение №13 площадью 10.4 кв.м, помещение №14 площадью 8,6 кв.м, помещение №15 площадью 9,1 кв.м, помещение №16 площадью 2,2 кв.м).

В таблице №2 экспертом приведены виды, объем основных затрат, работ и материалов, необходимых для переоборудования помещений в соответствии с разработанным вариантом раздела имущества, стоимость которых составляет 753 104 рубля. При этом экспертом отмечено, что требующиеся изменения при разделе существующих систем АПС и СОУЭ, охранной сигнализации имеют незначительный характер за счет сохранения функционального назначения раздельных помещений. В случае раздела помещений в соответствии с идеальными долями отсутствует необходимость изменений несущих конструкций здания, технико-экономические параметры не изменены, в связи с чем планируемые работы относятся к категории перепланировки и переустройства (т.1 л.д.183-228).

Также судом при разрешении спора установлено, что 26 февраля 2024 года ФИО1 подарил своей дочери ФИО4 принадлежащую ему ? долю в праве собственности на нежилое помещение №3 площадью 170,5 кв.м с кадастровым номером № (т.1 л.д.229-231, т.2 л.д.53), по договору дарения от 26 февраля 2024 года ФИО1 подарил ? долю в праве на нежилое помещение №5 площадью 83,7 кв.м с кадастровым номером № своей супруге ФИО2 (т.1 л.д.234-236, т.3 л.д.1-2).

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5).

Пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В пункте 7 данного постановления указано, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Признавая недействительными договоры дарения от 26 февраля 2024 года, заключенные ФИО1 с ФИО4 и ФИО2, суд первой инстанции исходил из того, что при наличии исковых требований ФИО3 к ФИО1 о разделе в натуре принадлежащих им нежилых помещений последний пытался обезопасить имущество от раздела, то есть действовал с целью сохранения имущества как единого объекта недвижимости, желая сохранить существующее положение по пользованию спорными помещениями.

Поскольку сделки дарения признаны судом недействительными и доли в объектах недвижимости возвращены в собственность ФИО1, суд, оценив заключение судебной экспертизы и приняв его в качестве надлежащего доказательства по делу, произвел раздел спорных помещений в соответствии с предложенным экспертом вариантом, возложив на ФИО3 и ФИО1 затраты на переоборудование помещений в равных долях.

У судебной коллегии нет оснований не соглашаться с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильно установленных обстоятельствах, а также собранных по делу доказательствах, которым дана правильная и надлежащая оценка в соответствии с положениями статьями 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, правильном применении норм материального и процессуального права.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, заключение эксперта выполнено в соответствии с требованиями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы. Выводы эксперта мотивированы, оснований сомневаться в их достоверности не имеется, в связи с чем данное доказательство является допустимым и достоверным доказательством по делу.

Доказательств, опровергающих выводы судебной экспертизы, ФИО1 не представлено, как и не представлено доказательств невозможности раздела спорных помещений в натуре. Вариантов иного раздела принадлежащих сторонам помещений ответчиком также не представлено.

Доводы жалобы ФИО1 о том, что защита нарушенных прав и законных интересов ФИО3 в силу статьи 252 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна путём принудительной выплаты участнику долевой собственности ФИО3 денежной компенсации, судебная коллегия отклоняет, поскольку в соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, что и было сделано при разрешении настоящего спора, требований о выкупе принадлежащих ФИО3 долей в праве собственности никем из сторон не заявлялось.

То обстоятельство, указываемое ФИО1, что им своими силами и за свой счет на протяжении длительного времени осуществлялось благоустройство нежилых помещений, которое существенно улучшило характеристики объектов и увеличило их рыночную стоимость, равно как и наличие в спорных помещениях арендаторов не является предусмотренным законом основанием для отказа долевому сособственнику в выделе его доли в натуре при наличии такой возможности.

Возможность раздела спорных нежилых помещений подтверждена заключением судебной экспертизы и ответчиком надлежащими доказательствами не опровергнута, его доводы о невозможности раздела без несоразмерного ущерба являются голословными, допустимыми доказательствами не подтверждены.

Помещения, в которых находятся арендаторы, переданы судом в собственность ФИО1

Ссылки ответчиков ФИО1 и ФИО2 на законность заключенных договоров дарения от 26 февраля 2024 года судебная коллегия признает несостоятельными.

Как указывалось выше, если сделка нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что ФИО1 достоверно знал о требованиях ФИО3 о разделе нежилых помещений в натуре, поскольку ему была направлено уведомление с предложением о разделе (т.1 л.д.23-28), а также копия искового заявления (т.1 л.д.5). Не дожидаясь разрешения спора, ФИО1 подарил принадлежащие ему доли в праве собственности на два объекта недвижимости своей супруге ФИО2 и своей дочери ФИО4, о чем последние не могли не знать, что свидетельствует о наличии при совершении спорных сделок признака злоупотребления правом в связи с нарушением оспариваемыми сделками прав и законных интересов ФИО3

При этом сама по себе возможность раздела помещений при наличии иных собственников не опровергает нарушение прав ФИО3, поскольку из технической документации на помещения следует, что в спорные помещения имеется только два входа, при наличии у этих помещений четырех разных собственников вместо двух раздел необходимо будет производить пообъектно, в то время как при наличии права собственности только у ФИО3 и ФИО1 такой раздел может быть произведен более функционально с образованием двух самостоятельных помещений, которые имеют отдельные входы с улицы.

Более того, ФИО1 не обосновал необходимость совершения этих сделок именно после подачи в суд иска ФИО3, не дожидаясь его рассмотрения, при том, что собственником ? долей в спорных объектах ФИО1 являлся с 2008 года.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о злоупотреблении правом и совершении договоров дарения с целью создания препятствий в разделе нежилых помещений.

На основании изложенного, судебная коллегия соглашается с выводами суда о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

В силу правовых положений статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Учитывая, что ФИО1 заявленные Бобковой исковые требования не признавал, возражал против их удовлетворения, ссылаясь на невозможность раздела помещений, при этом вариантов иного раздела не предлагал, принимая во внимание, что заявленные исковые требования с учетом уточнений удовлетворены, то суд, вопреки доводам апелляционной жалобы, правомерно в соответствии с правовыми положениями статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации взыскал с ФИО1 в пользу ФИО3 расходы по оплате стоимости судебной экспертизы.

По мнению судебной коллегии, доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку обстоятельств, установленных и исследованных судом первой инстанции в соответствии с положениями статей 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем являются несостоятельными и не могут повлечь отмену решения суда.

Оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены судебного акта не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Центрального районного суда г. Челябинска от 14 ноября 2025 года с учетом определения об исправлении описки от 25 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 30 марта 2026 года.