Апелляционное определение № 33-26307/2025 33-2644/2026 от 11 марта 2026 г.

78RS0015-01-2025-004033-46

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. №33-2644/2026

Судья: Евдокимова И.С.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

12 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Ильинской Л.В.,

судей

ФИО1, ФИО2,

при помощнике судьи

ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на решение Невского районного суда Санкт-Петербурга от 09 сентября 2025 года по гражданскому делу №2-7124/2025 по иску ФИО4 к ООО «Страховая компания СОГАЗ-Жизнь» о взыскании страховой премии, неустойки, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Ильинской Л.В., выслушав объяснения истца, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратился в Невский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ООО «СК СОГАЗ-Жизнь», в котором просил взыскать с ответчика страховую премию в размере 240 000 рублей, неустойку (пени) в размере 240 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, ссылаясь на ненадлежащие исполнение ответчиком обязательств по договору страхования.

В обоснование заявленных требований указал, что между ним и ответчиком заключен договор страхования, по условиям которого истец ежегодно должен был вносить страховую премию в размере 120 000 рублей, а страховщик должен осуществлять ее инвестирование, предоставлять страховщику информацию об инвестировании страховой премии в активы и информировать страховщика о дополнительном доходе, однако ответчик по итогам 2021, 2022. 2023, 2024 гг. не представил истцу документы о размере дополнительного дохода и документы, подтверждающие инвестирование страховой премии.

При этом, неполучение указанной информации истец связывает со своим правом, предусмотренным п. 1 ст. 28 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», на отказ от исполнения договора. Истец полагает данные отступления от условий договора существенными, в связи с чем, вынужден отказаться от исполнения договора страхования по вине ответчика, и просил взыскать с ответчика уплаченную им по договору страховую премию, неустойку, компенсацию морального вреда.

Решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от 09 сентября 2025 года заявленные требования оставлены без удовлетворения.

Полагая указанное решение незаконным, ФИО4 подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить.

Изучив материалы дела, обсудив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие ответчика, извещенного о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, выслушав истца, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела по правилам пункта 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение должно быть законным и обоснованным.

Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (пункт 1 статьи 1, пункт 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (пункт 2 и пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года №23 «О судебном решении»).

Таким требованиям обжалуемое решение не отвечает.

Из материалов дела следует, что 30.07.2021 между истцом и ООО «СК СОГАЗ-Жизнь» заключен договор добровольного страхования жизни по страховой программе «Накопительный фонд» № 150223085231421 (далее - Договор страхования) со сроком страхования с 04.08.2021 по 04.08.2028.

В соответствии с условиями Договора страхования размер страхового взноса составляет 120 000 рублей, который уплачивается ежегодно в соответствии с приложением № 1 к Договору страхования («График уплаты страховых взносов (в рублях)»).

Страховыми рисками по Договору страхования являются: «Дожитие»; «Смерть по любой причине» (варианты выплаты - отсроченная единовременная в соответствии с пунктом 11.4.2 Правил страхования); «Смерть по любой причине» (варианты выплаты - единовременно в соответствии с пунктом 11.4.1 Правил страхования); «Смерть в результате несчастного случая» (пункт 5.1.3 Правил страхования); «Смерть в результате ДТП» (пункт 5.1.4 Правил страхования), «Инвалидность по любой причине» (пункт 5.1.6 Правил страхования); «Критическое заболевание» (пункт 5.1.8 Правил страхования), «Инвалидность по любой причине» (в соответствии с пунктом 5.2.6 Правил страхования).

Разделом 13 Правил страхования жизни с участием в прибыли определено участие страхователя в инвестиционном доходе страховщика.

Перечень активов, в которые страховщик осуществляет инвестирование, в целях обеспечения дохода по договору установлен п. 4 Памятки.

Порядок доведения информации до страхователя установлен абз. 7 Памятки и п. 9.1.10 Правил в личном кабинете на сайте Страховщика.

Договор страхования заключен в соответствии с Правилами страхования жизни с участием в прибыли № 1/19 (далее - Правила страхования). Отдельные условия страхования разъяснены в информации (памятке) об условиях договора добровольного страхования, также указан период охлаждения, в который страхователь может обратиться с заявлением об отказе от договора страхования с полным возвратом страхового взноса.

Приложениями № 1 и № 2 к договору страхования является график уплаты страховых взносов, размер страховой суммы по страховым рискам, размер выкупной суммы (л.д.11-12).

Истцом перечислены на счет ООО «СК СОГАЗ-Жизнь» денежные средства 02.08.2021 в размере 120 000 рублей и 02.08.2022 в размере 120000,00 руб. в качестве страховой премии по договору страхования.

Истец 25.01.2025 обратился к страховщику с претензией, в которой указал, что отказывается от исполнения договора страхования, просил вернуть уплаченную им страховую премию в размере 240 000,00 руб., в связи с тем, что страховщик не выполнил требования ст. 3 Закона «Об организации страхового дела в Российской Федерации», согласно которой по требованиям страхователей страховщики обязаны предоставлять информацию о способах начисления и об изменении размера инвестиционного дохода по договорам страхования жизни, заключаемым с условием участия страхователя или иного лица, в пользу которого заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика.

Однако претензия истца оставлена ответчиком без удовлетворения, страховая премия не возвращена.

Истец 18.02.2025 обратился к Финансовому уполномоченному с просьбой взыскать с ответчика страховую премию в размере 240 000 рублей в связи с отказом от исполнения договора страхования.

Решением Финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в сферах страхования, кредитной кооперации, деятельности кредитных организаций, ломбардов и негосударственных пенсионных фондов от 10.03.2025 прекращено рассмотрение обращения ФИО4 в связи с выявлением в процессе рассмотрения обращения обстоятельств, предусмотренных ч.1 ст.19 Закона № 123-ФЗ (л.д.61-64).

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции исходил из того, что при заключении договора истцу была предоставлена полная информация об услуге, в том числе, в части порядка расчета, определения и выплаты дополнительного инвестиционного дохода, что самим истцом не оспаривалось, а требования истца связаны с непредставлением информации, позволяющей определить доходность ответчика сумму дохода, подлежащего выплате истцу, в ходе исполнения договора, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии оснований для расторжения договора и взыскания оплаченной страховой премии по основаниям, предусмотренным статьями 10, 12 Закона о защите прав потребителей.

Судебная коллегия полагает приведенные выводы суд первой инстанции ошибочными, основанными на ошибочной оценке представленных доказательств.

Так, в соответствии с пунктом 4 Памятки (информации об условиях договора добровольного страхования), являющейся неотъемлемой частью Договора страхования, страховщик осуществляет инвестирование страховой премии в следующие активы: государственные облигации Российской Федерации – до 100% страховой премии, государственные облигации субъектов Российской Федерации, а также в иные активы, разрешенные законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 2 Памятки, размер дополнительного дохода по Договору страхования не является гарантированным, не зависит каким-либо образом от доходности любых других договоров страхования, не определяется зафиксированной в прошлом доходностью каких-либо активов. Размер дополнительного дохода определяется страховщиком по итогам календарного года. Информация о дополнительном доходе размещается в личном кабинете клиента на сайте страховщика www.sogaz-life.ru.

Как следует из материалов дела и апелляционной жалобы, информация о дополнительном инвестиционном доходе по итогам 2021, 2022, 2023, 2024 годов страховщиком не предоставлена, документы, подтверждающие инвестирование страховой премии в государственные облигации Российской Федерации, истцу не направлены, в личном кабинете на сайте страховщика указанная информация отсутствует.

Судебная коллегия находит заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не дал надлежащей оценки доводам истца о неисполнении ответчиком обязательства по инвестированию страховой премии, а также не применил положения Закона о защите прав потребителей, подлежащие применению к спорным правоотношениям.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 32.9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страхование жизни с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика является одним из видов страхования в Российской Федерации.

Согласно абзацу четвертому части 3 статьи 3 указанного Закона по требованиям страхователей страховщики обязаны предоставлять информацию о способах начисления и об изменении размера инвестиционного дохода по договорам страхования жизни, заключаемым с условием участия страхователя или иного лица, в пользу которого заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика.

В соответствии с пунктом 4 Памятки, являющейся неотъемлемой частью Договора страхования, страховщик принял на себя обязательство инвестировать страховую премию в государственные облигации Российской Федерации – до 100% страховой премии, а также в государственные облигации субъектов Российской Федерации и иные разрешенные активы.

В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. В соответствии со статьей 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Как следует из материалов дела и не оспаривалось ответчиком, информация о дополнительном инвестиционном доходе по итогам 2021, 2022, 2023, 2024 годов истцу не предоставлена, документы, подтверждающие инвестирование страховой премии в указанные активы, не направлены, в личном кабинете на сайте страховщика информация отсутствует.

В ходе рассмотрения дела ответчиком указанные обстоятельства не оспаривались.

Как разъяснено в пункте 44 Постановления Пленума № 17, при рассмотрении дел о защите прав потребителей, связанных с реализацией товаров и услуг, недостатки которых обнаружены в течение гарантийного срока или срока годности, бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона).

Ответчиком в нарушение указанных положений не представлено доказательств надлежащего исполнения обязательства по инвестированию страховой премии в порядке, предусмотренном Договором страхования, а также доказательств предоставления истцу информации о результатах такого инвестирования.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что неисполнение ответчиком обязанности по инвестированию страховой премии в порядке, предусмотренном Договором страхования, а также непредоставление истцу информации о результатах такого инвестирования, является ненадлежащим исполнением обязательств по Договору страхования.

В соответствии с пунктом 1 статьи 29 Закона о защите прав потребителей потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать, в том числе, отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем, либо если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

Как разъяснено в пункте 13 Постановления Пленума № 17, под существенным недостатком товара (работы, услуги), при возникновении которого наступают правовые последствия, предусмотренные статьями 18 и 29 Закона, в частности, следует понимать неустранимый недостаток, или недостаток, который не может быть устранен без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляется неоднократно, или проявляется вновь после его устранения, или другие подобные недостатки.

В рассматриваемом случае неисполнение ответчиком обязательства по инвестированию страховой премии является существенным недостатком оказанной услуги, поскольку истец, заключая договор страхования жизни с участием в инвестиционном доходе, рассчитывал на получение дополнительного инвестиционного дохода в результате инвестирования страховой премии в активы, указанные в Памятке. Отсутствие информации о результатах инвестирования, равно как и сам факт неосуществления инвестирования, лишает истца того, на что он вправе был рассчитывать при заключении договора. Данный недостаток является неустранимым, поскольку на момент обращения истца с претензией (2025 год) и на момент рассмотрения дела судами возможность инвестирования страховой премии, уплаченной в 2021 и 2022 годах, утрачена.

При таких обстоятельствах истец вправе отказаться от исполнения договора страхования на основании пункта 1 статьи 29 Закона о защите прав потребителей и потребовать возврата уплаченной страховой премии.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований, указал, что представление информации о динамике базового актива самостоятельным предметом договора и услугой не является. Однако судебная коллегия не может согласиться с данным выводом, поскольку условие об инвестировании страховой премии и о предоставлении информации о результатах такого инвестирования является существенным условием договора страхования жизни с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика. Без исполнения данного условия договор страхования утрачивает для страхователя потребительскую ценность, поскольку страхователь лишается возможности получить тот инвестиционный доход, ради которого такой договор, как правило, и заключается.

Доводы возражений ответчика о том, что внесенная истцом страховая премия по договору страхования является оплатой услуг страхования по определенным рискам и не может являться оплатой услуг инвестирования, подлежат отклонению, поскольку условиями договора установлено, что страховщик принял на себя обязательство инвестировать страховую премию в государственные облигации Российской Федерации – до 100% страховой премии, а также в государственные облигации субъектов Российской Федерации и иные разрешенные активы.

Доказательств предоставления истцу информации о том, что внесенная истцом страховая сумма с учетом буквального толкования данного условия договора, не включает оплату услуг инвестирования, ответчиком не представлено.

Учитывая изложенное, решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении требований истца о взыскании страховой премии в размере 240 000 рублей подлежит отмене с принятием нового решения об удовлетворении данных требований.

В соответствии с пунктом 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги).

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума № 17, сумма неустойки (пени), подлежащая взысканию с исполнителя за нарушение сроков выполнения работы (оказания услуги), не может превышать цену данного вида выполнения работы (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором.

Поскольку истец отказался от исполнения договора страхования на основании пункта 1 статьи 29 Закона о защите прав потребителей, ответчик обязан был возвратить уплаченную страховую премию в сроки, установленные для удовлетворения соответствующего требования потребителя. Неустойка за нарушение срока возврата денежных средств подлежит взысканию на основании пункта 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей.

Истец просит взыскать неустойку в размере 240 000 рублей, что соответствует цене услуги (240 000 рублей). Учитывая, что размер неустойки не может превышать цену услуги, требования истца о взыскании неустойки в размере 240 000 рублей за период с 04 января 2025 года по 18 марта 2025 года являются обоснованными.

В соответствии со статьей 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Как разъяснено в пункте 45 Постановления Пленума № 17, при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Учитывая, что материалами дела установлено нарушение прав истца как потребителя, выразившееся в неисполнении ответчиком обязательств по договору страхования, судебная коллегия полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, что соответствует принципам разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Поскольку требования истца о возврате страховой премии и компенсации морального вреда в добровольном порядке ответчиком удовлетворены не были, судебная коллегия полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца штраф в размере 50% от присужденной суммы, что составляет: (240 000 руб. + 240 000 руб. + 20 000 руб.) / 2 = 250 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Невского районного суда Санкт-Петербурга от 09 сентября 2025 года отменить, исковые требования удовлетворить.

Взыскать с ООО «Страховая компания СОГАЗ-Жизнь» (ОГРН <***>) в пользу ФИО4 (<...>) денежные средства в размере 240 000 рублей, неустойку в размере 240 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, штраф в размере 250 000 рублей.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 24 апреля 2026 года.