Апелляционное определение № 22-394/2026 от 15 марта 2026 г.

Дело № 22-394 судья Ситников Д.Н.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 марта 2026 года г. Тула

Судебная коллегия по уголовным делам Тульского областного суда в составе

председательствующего судьи Кузнецовой Е.Б.,

судей: Жеребцова Н.В., Турчиной Т.Е.,

при ведении протокола помощником судьи Чуприновой Е.А.,

с участием

прокурора отдела прокуратуры Тульской области Манохиной К.П.,

осужденной ФИО2,

защитника адвоката Александрова О.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденной ФИО2 на постановление Новомосковского районного суда Тульской области от 15 декабря 2025 года о взыскании процессуальных издержек и на приговор Новомосковского районного суда Тульской области от 15 декабря 2025 года, по которому

ФИО2, <данные изъяты>, несудимая,

осуждена по ч.1 ст.105 УК РФ к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражей оставлена без изменения.

Срок наказания ФИО2 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в срок лишения свободы на основании п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ времени фактического задержания в период с 17 мая 2025 года и содержания под стражей с 19 мая 2025 г. до вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений ч.3.3 ст.72 УК РФ.

Судьба вещественных доказательств по делу разрешена.

Постановлением Новомосковского районного суда Тульской области от 15 декабря 2025 года с ФИО2 взысканы процессуальные издержки в размере 32243 рубля.

Заслушав доклад судьи Жеребцова Н.В., выступления осужденной ФИО2 посредством использования систем видеоконференц-связи, адвоката Александрова О.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Манохиной К.П., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

по приговору суда ФИО2 осуждена за убийство, то есть умышленное причинение смерти ФИО1, совершенное в период с 8 часов 16 мая 2025 года до 14 часов 42 минут 17 мая 2025 года в кв.<данные изъяты>, а именно: на почве личных неприязненных отношений умышленно нанесла ножом удар в область расположения жизненно важных органов - грудную клетку ФИО1, причинив ему колото-резаную рану <данные изъяты>, от чего наступила его смерть.

Обстоятельства совершения преступления подробно изложены в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО2 считает приговор незаконным и несправедливым, указывает о своей невиновности.

По своему излагая обстоятельства преступления, указывает, что 17.05.2025 не было света, с ФИО1 они легли спать, с 20 часов до 2 часов ночи она спала, где находился погибший и кто ударил его ножом, она не знает. Видела его одного на кухне, не слышала от него жалоб, не замечала что у него что-то болит. У него была возможность воспользоваться телефоном, кричать в окно, его сын проживает через 2 подъезда, следов крови не видела, обнаружив ФИО1, она выпила, так как находилась в шоковом состоянии.

Заявляет о недопустимости ее признательных показаний в период следствия ввиду применения к ней насилия, поскольку суд не учел неправомерное содержание её под стражей с 17 по 19 мая 2025 года, она находилась без сна и пищи, допросы проводились ночью.

Обращает внимание, что опасаясь за здоровье и жизнь своего сына, она без очков, не глядя, под давлением адвоката и следователя подписывала все процессуальные документы, которые ей давали; не была предупреждена о том, что может этого не делать, воспользовавшись ее юридической неграмотностью.

Отмечает, что 19.05.2025 она два раза была направлена на медицинское освидетельствование, однако суд не учел имеющиеся у нее следы от наручников и кровоподтеки нижних и верхних конечностей.

Полагает, что все доказательства, изложенные в приговоре, являются косвенными. Свидетели не являлись очевидцами нанесения ею телесного повреждения ФИО1, суд необоснованно учел показания соседей и потерпевшего, с которыми она не была знакома лично.

Выражая несогласие с показаниями свидетеля ФИО6, указывает, что никаких угроз в адрес ФИО1 она не высказывала, его не выгоняла.

Обращает внимание на показания свидетеля ФИО3 о том, что 16.05.2025 в квартире была тишина, она не находилась в запое.

Анализируя взаимоотношения между ней, ФИО1 и его сыном, являющихся собственниками квартиры, обращает внимание, что материальной заинтересованности у неё не было.

Усматривает нарушение в том, что не были изъяты вещественные доказательства – личные вещи погибшего (халат, футболка, в которых тот находился 16.05.2025).

Сообщает, что на ее обращения по поводу кражи 15 000 руб. при задержании из кошелька, об изъятии вещей, не имеющих отношения к делу (телефон сына, сумка, косметика, нижнее белье, очки), не получила ответа от суда, два с половиной месяца ей не возвращали паспорт, чтобы пользоваться пенсией.

Указывает, что из-за зубной боли выпила 150 грамм водки в лечебных целях, что не может являться отягчающим обстоятельством.

Полагает, что суд необоснованно не признал смягчающим наказание обстоятельством то, что, выйдя на пенсию, ФИО1 ежедневно употреблял спиртное, его неадекватное поведение в быту в течение последнего года.

Обращает внимание на имеющиеся у неё хронические заболевания.

Не соглашается с решением суда о взыскании с нее процессуальных издержек в размере 32 243 руб., поскольку оно поставило ее в трудное материальное положение.

Указывает на оказание ей неквалифицированной помощи со стороны адвоката, который в прениях сторон не участвовал, не отстаивал ее позицию.

Считает, что, суд принял сторону обвинения, ее защита пресекалась судом, не принималась и не проверялась, не было подано ходатайство о переквалификации ее действий с ч.1 ст.105 УК РФ на ч.4 ст.111 УК РФ, не были представлены ее положительные характеристики с места работы.

Заявляет, что суд необоснованно постановил оплатить похороны погибшего из её маленькой пенсии.

Полагает, что если бы она своевременно обнаружила у ФИО1 ранение (не было света, не было жалоб с его стороны), то незамедлительно оказала бы ему помощь, что опровергает выдвинутое ей обвинение.

Находит вынесенный приговор чрезмерно суровым в части назначенных ей 9 лет лишения свободы и выплат в сумме 32 243 руб. за работу адвоката.

Просит по указанным основаниям приговор изменить, переквалифицировать её действия с ч.1 ст.105 УК РФ на ч.4 ст.111 УК РФ, отменить решение суда о взыскании с нее процессуальных издержек.

Также просит вернуть ее личные вещи: куртку, женскую сумку, косметичку, нижнее белье, очки, сотовый телефон.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, судебная коллегия считает, что выводы суда о виновности ФИО2 в инкриминируемом ей преступлении соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства, основываются на достаточной совокупности исследованных в судебном заседании допустимых доказательств, которым в приговоре дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ.

В судебном заседании осужденная ФИО2 свою вину в совершенном преступлении признала частично, указав, что у нее не было умысла убивать ФИО7 При этом показала, что 16.05.2025 около 18-19 часов в ходе ссоры ФИО1 схватил ее за волосы и ударил о пол, из-за чего у нее из носа пошла кровь, после чего она ушла спать. В 2 часа ночи увидела его на кухне, когда они пошли спать, сказал чтобы она вытерла нож. Примерно в 4-5 утра, проснувшись, она обнаружила ФИО1 мертвым. Она не наносила ФИО1 удар ножом, кто его порезал, не знает. В ходе следствия себя оговорила под принуждением сотрудников правоохранительных органов.

Доводы осужденной о необоснованном осуждении, неправильной квалификации и самооговоре, аналогичные по содержанию с доводами, изложенными ею в апелляционной жалобе, тщательно проверены судом первой инстанции в ходе судебного разбирательства, получили надлежащую оценку в приговоре и отвергнуты с приведением убедительных мотивов принятого решения, как носящие защитно-установочный характер.

В ходе предварительного следствия, будучи допрошенной в качестве подозреваемой и обвиняемой ФИО2 показала, что 16.05.2025, находясь в сильном алкогольном опьянении после совместного распития спиртного, примерно в 20 часов, в ходе ссоры с ФИО1 на почве неприязненных отношений к нему, взяла с кухонного стола нож, которым нанесла ФИО1 один удар в область грудной клетки, вытащила нож и положила на стол, после чего пошла спать. Проснувшись около 4 часов утра, обнаружила, что ФИО1 перестал подавать признаки жизни.

Свои показания ФИО2 полностью подтвердила в присутствии понятых в ходе проведения проверки показаний на месте.

Виновной были известны и понятны предусмотренные законом права, положения ст.51 Конституции РФ о том, что она вправе не свидетельствовать против самой себя и близких родственников.

Вопреки доводам осужденной, в процессуальных документах с ее участием отражено, что она была предупреждена о том, что ее показания могут быть использованы в качестве доказательства, в том числе и при последующем отказе от них. Указанные сведения подтверждаются ее собственноручной подписью.

Все допросы ФИО2 производились в присутствии защитника. Протоколы допросов оформлены с соблюдением требований УПК РФ, подписаны всеми участниками следственных действий, знакомиться с их содержанием ей не препятствовали, каких-либо замечаний и дополнений к текстам протоколов на момент их оформления не имелось. Ходатайств о признании этих протоколов допросов недопустимыми доказательствами не заявлялось.

Доводы ФИО2 о незаконных методах ведения следствия являлись предметом исследования в ходе судебного разбирательства и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку опровергаются показаниями свидетелей ФИО4, ФИО5 и ФИО6 о том, что в ходе досудебного производства по уголовному делу ФИО2 давала показания добровольно, без принуждения, без применения угроз или какого-либо насилия, читала и подписывала свои показания, ей разъяснялись все процессуальные права, жалоб на применение к ней насилия со стороны сотрудников правоохранительных органов не заявляла.

Производство следственных действий с участием ФИО2 производилось в качестве исключения в ночное время в случаях, не терпящих отлагательств, что не противоречит ст.164 УПК РФ.

Вопреки доводам ФИО2 следов от наручников у нее не зафиксировано.

Ссадина на правом плече и ссадина на правой ноге установлены у нее еще 18.05.2025 в 00:20 в ходе ее освидетельствования следователем (т. 1 л.д.63-71).

По поводу этих повреждений, выявленных у нее при поступлении 20.05.2025 в ИВС (т.1 л.д.29) – «кровоподтеки верхних и нижних конечностей, ссадина поясничной области» и 21.05.20252 при поступлении в СИЗО (т.3 л.д.146) –«цветущие гематомы верхних и нижних конечностей, ссадина поясничной области» она пояснила, что они получены ранее в ходе конфликта с ФИО1, по поводу которых она претензий не имеет (т.1 л.д.30).

Кроме того, в ходе следствия она показывала, что ранее 20.04.2025 в ходе ссоры ФИО1 причинил ей повреждение правой ноги.

При таком положении каких-либо оснований полагать, что в протоколах следственных действий в период предварительного следствия с участием ФИО2 отражены не соответствующие действительности сведения в части причинения именно ею удара ножом, у суда не имелось, поэтому суд правомерно признал ее показания в этой части допустимыми, положив их в основу приговора.

В соответствии с ч.2 ст.77 УПК РФ виновность осужденной ФИО2 в совершении указанного преступления, помимо ее показаний в ходе следствия, установлена совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств, в частности показаниями:

- потерпевшего ФИО7 о том, что 17.05.2025 примерно в 14:35 ему с телефонного номера отца позвонила ФИО2 и сообщила, что его отец умер. На вопрос что случилось, та пояснила, что отец на протяжении последних двух месяцев находился в подавленном состоянии, поэтому мог покончить жизнь самоубийством;

- свидетеля ФИО8, которая пояснила, что являлась соседкой ФИО1 Она слышала, как ФИО2 постоянно кричала, ругалась на ФИО1, что ненавидит его, выгонит из квартиры;

- свидетеля ФИО3 о том, что ФИО1 и ФИО2 злоупотребляли алкоголем почти каждый день, ФИО2 конфликтная, в состоянии алкогольного опьянения постоянно кричала на ФИО1;

- свидетеля ФИО6 о том, что от соседей ей известно, что ФИО2 угрожала ФИО1 убийством, выгоняла его на улицу;

- свидетелей ФИО9 и ФИО10 о том, что 17.05.2025 ей позвонила ФИО2 и пояснила, что ударила ножом сожителя ФИО1 в область груди, отчего тот скончался. Позже ФИО2 приехала к ним в г.Донской, спряталась в погреб, где была задержана сотрудниками полиции.

Суд пришел к правильному выводу о том, что показания допрошенных по делу потерпевшего и свидетелей обвинения получены в соответствии с УПК РФ, логичны, последовательны, не содержат существенных противоречий и проверены в полном объеме.

Свидетели давали показания о тех событиях, которые непосредственно наблюдали или указывали источник своей осведомленности.

Каких-либо данных, свидетельствующих о недостоверности этих показаний ввиду их заинтересованности в исходе дела, либо об оговоре осужденной, в том числе показаний сотрудников правоохранительных органов в связи с их служебной деятельностью, у суда отсутствовали.

Сведения, изложенные указанными лицами, в деталях и по существенным моментам согласуются между собой и с другими доказательствами по делу:

- протоколом осмотра места происшествия и трупа;

- протоколами установления смерти человека, выемки, осмотра предметов и вещественных доказательств, получения образцов для сравнительного исследования, освидетельствования;

- актом медицинского освидетельствования ФИО11;

- картой вызова скорой медицинской помощи;

- заключением судебно-медицинской экспертизы трупа №385 от 30.06.2025, согласно которому смерть ФИО1 наступила от колото-резаной раны передней поверхности грудной клетки слева <данные изъяты>. Давность наступления смерти на момент исследования трупа в пределах 1-3 суток. Указанное повреждение причинено однократным ударным действием острого предмета обладающего колюще-режущими свойствами, имеет медицинские критерии тяжкого вреда здоровью, как опасное для жизни человека. Давность всех повреждений на момент наступления смерти ФИО1 в пределах от нескольких минут до нескольких десятков минут. В крови и в моче трупа ФИО1 обнаружен этанол, содержание которого: в крови 3,0 г/л, в моче 3,4 г/л.;

- заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 541 от 17.07.2025, согласно которой не исключается возможность образования вышеуказанных повреждений при обстоятельствах, указанных в протоколе допроса подозреваемой ФИО2 от 19 мая 2025 года и в протоколе проверки показаний ее на месте от 19 мая 2025 г.;

- заключением медико-криминалистической экспертизы №85 от 25.06.2025, согласно которому на представленном лоскуте кожи трупа ФИО1 имеется рана, морфологические признаки которой характеризуют её как колото-резаную, которая могла быть причинена ударным воздействием плоского орудия (клинка ножа), обладающего колюще-режущими свойствами, имеющего обух, лезвие и острие;

- вещественными и другими доказательствами, изложенными в приговоре.

Экспертизы по данному делу проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона экспертами, имеющими достаточный опыт работы, каких-либо противоречий выводы экспертных заключений не содержат, заключения являются ясными и понятными.

Порядок определения тяжкого вреда здоровью соответствует приложению к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» на день совершения преступления и Приказу Министерства здравоохранения РФ от 08.04.2025г. №172н ««Об утверждении порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» на день вынесения приговора.

Решая вопрос о направленности умысла виновной на убийство, суд исходил из совокупности всех обстоятельств содеянного, обоснованно учитывал предшествующее преступлению и последующее поведение виновной, их взаимоотношения с потерпевшим, целенаправленность действий ФИО2, способ и орудие совершения преступления – нож, характер, локализацию, тяжесть повреждений, механизм причинения повреждения - ударное действие в область расположения жизненно важного органа – грудную клетку, что свидетельствует о прямом умысле виновной на умышленное причинение смерти другому человеку, и исключает квалификацию деяния по ч.4 ст.111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, при котором последствия в виде смерти потерпевшего носят неосторожный характер.

Как правильно установил суд, между действиями ФИО2 и смертью ФИО1 имеется прямая причинно - следственная связь.

С мотивами принятых решений согласна судебная коллегия.

Отвергая доводы ФИО2 о переквалификации преступления, судебная коллегия отмечает несостоятельность ее показаний в части времени причинения ею ножевого ранения примерно в 20 часов 16.05.2025 и наступлением смерти примерно в 4 часа 17.05.2025, что опровергается заключением эксперта №385 от 30.06.2025 о том, что давность всех повреждений на момент наступления смерти ФИО1 в пределах от нескольких минут до нескольких десятков минут.

Таким образом, из характера действий ФИО2 следует, что нанося удар ножом, она предвидела наступление общественно опасных последствий в виде смерти ФИО1, и, не предпринимая попыток к оказанию медицинской помощи в пределах от нескольких минут до нескольких десятков минут, сознательно допускала ее наступления.

Мотивированными являются вывода суда об отсутствии в действиях ФИО2 необходимой обороны и аффекта.

Проанализировав показания свидетелей ФИО3, ФИО8, учитывая причины преступления, совершенного на почве личных неприязненных отношений, в ходе обоюдной ссоры, инициатором которой была она сама, данные освидетельствования ФИО2 от 18.05.2025 и медицинские справки от 20 и 21.05.2025, согласно которым повреждений в области носа у нее не установлено, отвергая ее показания в той части, что ФИО1 ударил ее о пол, повредив нос, суд обоснованно не усматрел в связи с этим смягчающего наказание обстоятельства – аморального или противоправного поведения ФИО1, явившегося поводом для совершения преступления.

Суд также аргументированно изложил свою позицию, почему не признает обстоятельством, смягчающим наказание ФИО2, активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Процессуальная позиция стороны защиты в судебном заседании была в полном объеме проверена при рассмотрении дела и отвергнута как несостоятельная после исследования всех юридически значимых обстоятельств с приведением выводов, опровергающих доводы этой стороны.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по своей сути направлены на переоценку выводов суда первой инстанции с изложением их собственного анализа, однако предложенная осужденной оценка не является основанием для удовлетворения жалобы, поскольку данная судом оценка доказательств соответствует требованиям закона и ее обоснованность сомнений не вызывает.

Таким образом, по мнению судебной коллегии, при обстоятельствах, признанных доказанными судом и изложенных в приговоре, действия ФИО2 по ч.1 ст.105 УК РФ квалифицированы правильно, оснований для оправдания осужденной либо переквалификации ее действий с ч.1 ст.105 УК РФ на ч.4 ст.111 УК РФ, как просит осужденная в жалобе, не имеется.

В соответствии со ст.302, 307 УПК РФ обвинительный приговор постановлен в условиях, когда в ходе судебного разбирательства виновность осужденной в совершении преступлений полностью доказана, по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены.

Суд первой инстанции учел все обстоятельства, которые могли повлиять на выводы суда, дал объективную оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, имеющим существенное значение для его разрешения.

Как видно из материалов уголовного дела, предварительное и судебное следствие проведены достаточно полно и объективно.

Следователь осуществлял свои полномочия в соответствии со ст.38 УПК РФ, самостоятельно направляя ход расследования исходя из принципа достаточности доказательств, поэтому не могут быть приняты во внимание доводы осужденной о непроведении ряда следственных действий, связанных с изъятием вещей потерпевшего.

Принцип состязательности и равноправия сторон председательствующим соблюден, все ходатайства участников процесса по данному делу рассмотрены в соответствии с требованиями УПК РФ, принятые по ним решения являются мотивированными и обоснованными.

Стороны не были ограничены в праве представления суду доказательств, по окончании судебного следствия от участников процесса, в том числе и со стороны защиты, ходатайств о дополнении судебного следствия не поступало.

Сомнений или неясностей в исследованных по делу доказательствах, которые могут быть истолкованы в пользу осужденной ФИО2, приговор суда не содержит.

Безосновательны доводы ФИО2 об обвинительном уклоне, нарушении в ходе предварительного и судебного следствия права на защиту, фальсификации материалов уголовного дела.

Осужденная была обеспечена на всем протяжении следствия защитником -профессиональным адвокатом, ей разъяснялись процессуальные права, предусмотренные ст. 47 УПК РФ, что отражено в декларации разъяснения прав и в соответствующих протоколах.

Положения ст.215-217 УПК РФ при ознакомлении обвиняемой ФИО2 с материалами уголовного дела совместно с адвокатом не нарушены.

Обвинительное заключение не противоречит требованиям ст.220 УПК РФ.

В ходе следствия и при судебном разбирательстве позиция защитников не противоречила позиции ФИО2

Согласно имеющихся в деле расписок при рассмотрении уголовного дела в ходе следствия и в суде она не отказывалась от помощи защитников, отводов им не заявляла, желала воспользоваться помощью, соответственно, адвокатов Низова А.Г. и Асеева И.Г., защита ими обвиняемой и подсудимой ФИО2 осуществлялась активно.

Нарушений ст. 291-293 УПК РФ при окончании судебного следствия, прениях сторон, предоставлении права реплики и последнего слова подсудимой, судом не допущено.

ФИО2 своевременно направлялась копия приговора и копия постановления о взыскании процессуальных издержек.

Протокол судебного заседания по форме и содержанию соответствует требованиям ст.259 УПК РФ.

Установленные в судебном заседании обстоятельства дела в нем изложены правильно, приведенные в приговоре показания допрошенных лиц соответствуют протоколу судебного заседания, порядок изготовления которого не нарушен.

Замечаний на протокол судебного заседания в порядке ст.260 УПК РФ от сторон не поступало.

Судебная коллегия не усматривает существенных, фундаментальных ошибок и отступлений от законной процедуры судопроизводства путем искажения в любой форме подлинных обстоятельств, имевших место при судебном рассмотрении дела и способных повлечь отмену судебного решения.

При таком положении доводы осужденной об отсутствии надлежащей юридической помощи, в том числе со стороны адвоката Низова А.Г. следует признать безосновательными.

Вопреки доводам жалобы, при назначении ФИО2 наказания суд исходил из требований ст.6,43,60 УК РФ, в полной мере учитывал характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, состояние ее здоровья, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи, личность виновной, которая на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, проходила лечение в <данные изъяты>, к административной ответственности не привлекалась.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 суд признал в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – показания по обстоятельствам дела, данные в ходе предварительного расследования как при допросе в качестве подозреваемой и обвиняемой, так и в ходе проверки показаний на месте, состояние здоровья, совершение преступления впервые.

Иных обстоятельств, смягчающих наказание, суд обоснованно не установил.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимой, правомерно и мотивированно признано в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя.

Судебная коллегия соглашается с обоснованием меры наказания в виде реального лишения свободы, поскольку с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, принципов и целей уголовного наказания, не имеется оснований для назначения наказания с применением положений ст.64, ст.73, и ч.6 ст.15 УК РФ. Принцип индивидуализации наказания не нарушен.

В соответствии со ст.300 УПК РФ суд обсудил вопрос о вменяемости осужденной.

Каких-либо не установленных, либо не учтенных судом обстоятельств, которые могли бы повлиять на назначение осужденной наказания, из материалов дела не усматривается.

Назначенное осужденной ФИО2 наказание является справедливым, не является чрезмерно суровым, поэтому оснований для смягчения наказания не имеется.

Вопреки доводам осужденной суд учел время ее фактического задержания с 17.05.2025 по 18.05.2025, на основании ч.3.2 ст.72 УК РФ засчитав в срок отбытия ею наказания, помимо времени содержания под стражей с 19.05.2025.

Режим отбывания наказания назначен в соответствии с п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ.

Судьба вещественных доказательств разрешена в соответствии с требованиями ст.81, 82 УПК РФ.

По заявленным осужденной ходатайствам, касающихся личных вещей, председательствующим судьей направлен ей ответ о порядке выдачи и получения личных вещей (т.4 л.д.4-11).

Доводы, содержащиеся в жалобе, относительно пропажи денежных средств, изъятия, возвращения личных вещей осужденной, на законность приговора не влияют и могут быть рассмотрены при исполнении приговора в порядке ст.397 УПК РФ.

Ошибочными являются доводы осужденной о взыскании с нее средств на похороны погибшего, поскольку суд в приговоре не разрешал гражданский иск и не выносил такого решения.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы лишили или ограничили права участников судопроизводства или повлияли или могли повлиять на постановление законного и справедливого приговора, влекущих его отмену или изменение, по делу не допущено.

Судебная коллегия также приходит к выводу о несостоятельности доводов осужденной о незаконности постановления Новомосковского районного суда Тульской области от 15.12.2025 о взыскании с нее процессуальных издержек.

Так, постановлением от 15.12.2025 адвокату Асееву И.Г. выплачено вознаграждение за оказание юридической помощи осужденной ФИО2 при судебном рассмотрении уголовного дела из средств федерального бюджета Российской Федерации в сумме 16356 руб.

Помимо этого, по уголовному делу имелись процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвоката Низова А.Г., который в порядке ст.51 УПК РФ осуществлял защиту интересов ФИО2 на стадии предварительного расследования в сумме 15887 руб., о чем в деле имеется постановление следователя от 17.07.2025 (т. 3 л.д. 207-208).

В соответствии с п.5 ч.2 ст.131 УПК РФ, суммы, выплачиваемые адвокату за оказание юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам и в силу ч. 2 ст. 132 УПК РФ могут быть взысканы судом с осужденного.

Размер взысканий за работу адвокатов Низова А.Г. и Асеева И.Г. соответствует Положению о возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, утвержденному Постановлением Правительства РФ от 01.12.2012 № 1240.

В судебном заседании суд исследовал поданное защитником Асеевым И.Г. заявление об оплате оказанных им юридических услуг, разъяснил подсудимой ФИО2 положения ст. 131, 132 УПК РФ, предусматривающие взыскание с нее процессуальных издержек в доход федерального бюджета, выяснил ее мнение об этом.

Как видно из протокола судебного заседания, ФИО2 не возражала против взыскания с неё процессуальных издержек за работу адвоката Асеева И.Г. и каких-либо заявлений и замечаний по данному вопросу не высказывала (т. 3 л.д. 197).

Относительно взыскания процессуальных издержек за работу адвоката Низова А.Г. возражала со ссылкой на недостаточно активную защиту.

Вопреки доводам осужденной, суд первой инстанции, также как и судебная коллегия, не усматривая нарушений ее права на защиту, несмотря на такую позицию подсудимой, не являющуюся основанием для освобождения от взыскания процессуальных издержек, принял правильное решение о взыскании с нее процессуальных издержек в общей сумме 32243 руб., поскольку в соответствии с ч.4, 6 ст. 132 УПК РФ осужденный освобождается от процессуальных издержек, если он заявил об отказе от защитника, но отказ не был удовлетворен и защитник участвовал в уголовном деле по назначению, либо ввиду имущественной несостоятельности лица, или если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении осужденного.

Суд таких обстоятельств, с учетом трудоспособности по возрасту и состоянию здоровья осужденной, возможности получения ею работы в исправительном учреждении и после освобождения из него, обоснованно не установил, убедительно мотивировав свои выводы, с чем соглашается судебная коллегия.

Исходя из изложенного, оснований для отмены или изменения обжалуемого постановления не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Новомосковского районного Тульской области от 15 декабря 2025 года в отношении осужденной ФИО2

и постановление Новомосковского районного суда Тульской области от 15 декабря 2025 года о взыскании с осужденной ФИО2 процессуальных издержек - оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Кассационная жалоба, представление могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а для осужденной, содержащейся под стражей в тот же срок со дня вручения ей копии судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: