Решение № 2-2623/2019 2-94/2020 2-94/2020(2-2623/2019;)~М-2097/2019 М-2097/2019 от 18 февраля 2020 г. по делу № 2-2623/2019

Дело № 2 – 94 / 2020

УИД 76RS0024-01-2019-002973-84

Принято в окончательной форме 19.02.2020


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 января 2020 г. г. Ярославль

Фрунзенский районный суд г. Ярославля в составе судьи Тарасовой Е.В., при секретаре Комаровой В.А., с участием

истца ФИО1, представителя истца ФИО2 по ордеру (л.д. 118),

представителей ответчика ФИО3, ФИО4 по доверенностям (л.д. 119, 120),

от третьих лиц – не явились,

старшего помощника прокурора Ковальской О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Ярославской области «Ярославская областная стоматологическая поликлиника», Департаменту имущественных и земельных отношений Ярославской области о защите прав потребителей,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГБУЗ ЯО «ЯОСП», в обоснование которого указывает, что 19.02.2016 между сторонами был заключен договор № 629 на оказание платных медицинских услуг по протезированию зубов. Цена договора составила 53828 руб., также при подготовке к протезированию зубов истцом дополнительно уплачено 4050 руб. Медицинская услуга по договору была оказана ответчиком некачественно, в связи с чем у истца были сняты зубные протезы и удалены два здоровых зуба. ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА между сторонами был заключен договор № 2840 вновь на оказание платных медицинских услуг по протезированию зубов. Цена договора составила 5689 руб. Указанная медицинская услуга по договору также была оказана ответчиком некачественно. После выполненного ответчиком протезирования истца стали мучить сильные физические боли, она не могла жевать, принимать пищу. При обращении с указанными жалобами к ответчику, последний предлагал пройти обследование у иных врачей в поликлинике по месту жительства. Однако врачи не смогли установить иную причину недомогания истца, недомогание было связано только с неправильно установленным зубным протезом. Состояние здоровья ФИО1 ухудшалось, и в мае 2018 г. у истца была удалена часть зубного протеза, а 02.07.2018 проведена операция по удалению зуба. После проведения указанных процедур сильные боли у ФИО1 так и не прекратились, в связи с чем она неоднократно обращалась к ответчику с просьбой определить причины болей. 23.01.2019 у истца были сняты остальные протезы и удалены оставшиеся зубы. В результате некачественно выполненной ответчиком медицинской услуги ФИО1 осталась без единого зуба на верхней челюсти. 16.05.2019 истец обратилась к ответчику с претензией, в которой требовала вернуть уплаченные по договору денежные средства и компенсировать моральный вред, выразившийся в физических болях на протяжении трех лет, лишении всех здоровых зубов верхней челюсти, проблемах с питанием. 19.07.2019 ГБУЗ ЯО «ЯОСП» выплатило истцу денежные средства в размере 63567 руб., однако моральный вред ответчиком компенсирован не был. В связи с изложенным, ФИО1 просит взыскать с ГБУЗ ЯО «ЯОСП» компенсацию морального вреда в размере 300000 руб., штраф в размере 50 % от взысканной суммы.

Судом к участию в деле привлечены в качестве ответчика Департамент имущественных и земельных отношений Ярославской области (ДАЗО), в качестве третьих лиц ГБУЗ ЯО «КБ № 2», Департамент здравоохранения и фармации Ярославской области.

В судебном заседании истец ФИО1, её представитель ФИО2 исковые требования поддержали по изложенным в иске основаниям. ФИО1 дополнительно указала, что вину ответчика связывает с неправильной установкой вкладки на двух зубах и установкой протеза большого объема, приводящего к сдавливанию зубов и появлению в связи с этим боли, и как следствие некачественной услуги – удаление всех зубов верхней челюсти. До прихода в ГБУЗ ЯО «ЯОСП» у истца все зубы были депульпированы, залечены. После снятия протеза в 2019 г. истец удалила оставшиеся три зуба в поликлинике по месту жительства. Зубная боль прекратилась как только сняли протезы, в настоящее время боли нет. На сегодняшний день истец вынуждена употреблять в пищу продукты только в тертом виде, глотание не прожеванной пищи привело к болям в желудочно-кишечном тракте. В связи с возникшей проблемой у истца обострилось заболевание нервной системы, ФИО1 до настоящего времени вынуждена употреблять антидепрессанты. Съемный протез сейчас не представляется возможным поставить, поскольку требуется время для заживления челюсти.

Представители ответчика ГБУЗ ЯО «ЯОСП» ФИО3, ФИО4 в судебном заседании исковые требования в заявленном размере не признали. Пояснили, что изначально истцу был поставлен мостовидный металлопластмассовый протез с опорой на 16, 13, 11, 21, 22, 23, 25, 26 зубы и три штифтовые конструкции на 11, 13 и 22 зубы. Зубы у истца были с удаленными нервами, некоторые разрушены, в 13 зубе была пломба, твердые ткани в нем были разрушены на 2/3. После первого обращения истца с претензиями был сделан рентген и признана патология 11 и 22 зубов – штифтовая конструкция была установлена не по оси зуба, также было обнаружено не очень качественное пломбирование корневого канала 11 зуба, выполненное не специалистами ГБУЗ ЯО «ЯОСП». В результате истцу было рекомендовано удаление 11 и 22 зубов и установка нового протеза. 30.03.2017 и 10.04.2017 данные зубы были удалены, установлен уже металлокерамический протез с опорами на те же зубы за исключением 11 и 22 зубов. То есть небольшая вина больницы есть – удаление 2 зубов из-за неправильного штифтования. 01.06.2017 работы были завершены, до 08.02.2018 истец с претензиями не обращалась. В мае 2018 г. истец вновь обратилась с жалобами на боль, ей было рекомендовано протезирование нижней челюсти, поскольку установленные на нижней челюсти старые мостовые протезы и могли вызывать неприятные ощущения, которые описывала истец, либо ношение капы для снятия гипертонуса жевательных мышц. Потом истец обратилась с жалобой на боли в 16 зубе, по результатам МРТ было установлено, что корни данного зуба находятся в гайморовой пазухе и могут вызывать боль, в связи с чем было принято решение по снятию коронки с 16 зуба и его удалению. Тогда истцу было предложено установить съемный протез, но она отказалась. В сентябре 2018 г. истец снова обратилась с болями в зубах с другой стороны челюсти. При их исследовании также были обнаружены изменения, связанные с нахождением корней зубов в гайморовой пазухе. Из-за болей истцу пришлось снять оставшийся протез. Потом появилась жалоба на 13 зуб, однако при его исследовании никаких отклонений обнаружено не было. Истцу не рекомендовали удалять 13 зуб, предупредили, что в случае удаления 13 зуба остальные зубы будут не нужны для протезирования. Протез был снят 23.01.2019, после этого истец не обращалась. Такая проблема как нахождение корней зубов в гайморовых пазухах проявляется не всегда, это особенность организма человека. На рентгеновских снимках данная патология может быть не всегда видна. В ГБУЗ ЯО «ЯОСП» истец пришла со своими рентгеновскими снимками 2015 г., поэтому повторно на рентген ФИО1 не направлялась. Компьютерная томография не является обязательным исследованием, а носит дополнительный характер. В ГБУЗ ЯО «ЯОСП» истцу были удалены 5 зубов. Периодонтит – это состояние зуба после удаления нерва, он может обостриться в любой момент.

Представитель ответчика ДАЗО в судебное заседание не явился, просил о рассмотрении дела без его участия, представил возражения (л.д. 166-167), в которых указал, что здание ГБУЗ ЯО «ЯОСП» является собственностью Ярославской области и закреплено на праве оперативного управления за ГБУЗ ЯО «ЯОСП». ДАЗО не может являться ответчиком по делу, поскольку ГБУЗ ЯО «ЯОСП» функционально подчинено Департаменту здравоохранения и фармации Ярославской области, который является учредителем учреждения.

Представители третьих лиц Департамента здравоохранения и фармации Ярославской области, ГБУЗ ЯО «КБ № 2» в судебное заседание не явились, извещены судом о времени и месте судебного заседания надлежаще, возражений по иску не представили.

Старший помощник прокурора Ковальская О.А. в судебном заседании дала заключение о необходимости компенсации морального вреда в размере с учетом требований разумности и справедливости, взыскании в пользу истца штрафа, привлечении к субсидиарной ответственности собственника имущества ГБУЗ ЯО «ЯОСП».

Судом определено рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, медицинские карты больного ФИО1, суд приходит к выводу, что иск подлежит частичному удовлетворению, исходя из следующего.

На основании п. 6 ст. 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее Закон № 323-ФЗ) основными принципами охраны здоровья являются доступность и качество медицинской помощи. Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ст. 2 Закона № 323-ФЗ).

В соответствии с п. 27 Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.10.2012 N 1006, исполнитель предоставляет платные медицинские услуги, качество которых должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии в договоре условий об их качестве - требованиям, предъявляемым к услугам соответствующего вида. В случае если федеральным законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации предусмотрены обязательные требования к качеству медицинских услуг, качество предоставляемых платных медицинских услуг должно соответствовать этим требованиям.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 Закона № 323-ФЗ пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (ч. 2, 3 ст. 98 Закона № 323-ФЗ).

К отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей (п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей»).

В соответствии со ст. 4 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее Закон о ЗПП) исполнитель обязан оказать потребителю услугу, качество которой соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве услуги исполнитель обязан оказать потребителю услугу, соответствующую обычно предъявляемым требованиям. Если законами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к услуге, исполнитель обязан оказать потребителю услугу, соответствующую этим требованиям.

Согласно ст. 2 Закона № 323-ФЗ медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение; качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии со ст.ст. 1095, 1096, 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), ст.ст. 12, 14 Закона о ЗПП вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина вследствие недостатков услуги, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем), независимо от его вины и от того, состоял потерпевший с ним в договорных отношениях или нет. Исполнитель работы или услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования результатами работы, услуги.

Судом установлено, что 19.02.2016 между ФИО1 (пациент) и ГБУЗ ЯО «Областная стоматологическая поликлиника» (в настоящее время ГБУЗ ЯО «ЯОСП») (исполнитель) заключен договор № 629 на оказание платных медицинских услуг, в соответствии с которым пациент поручает, а исполнитель обязуется оказать пациенту платную медицинскую услугу по протезированию (л.д. 36). Гарантийный срок на услуги составляет 1 год.

Как следует из объяснений сторон и материалов дела, в рамках указанного договора ответчик произвел работы по зубопротезированию путем установки штифтовой вкладки на 11 и 13 зубы, металлокомпозитного мостовидного протеза с опорой на 11, 13, 16, 21, 22, 23, 25, 26 зубы. Мостовидный протез был фиксирован на временный цемент для возможности коррекции и контроля (л.д. 29-35, 83). Оказанные услуги были оплачены ФИО1 в размере 53828 руб. (л.д. 75-78). Также истцом было оплачено 4050 руб. за 2 культевые вкладки, подготовку 2 каналов под штифт (л.д. 73-74, 89).

05.10.2016 ФИО1 обратилась к ответчику с претензией на качество изготовления протезов, сославшись на стискивание зубов по ночам, боли при накусывании (л.д. 81).

В соответствии с актом клинического обследования от 14.10.2016 (л.д. 83) комиссия приняла решение признать изготовленные протезы качественными, переделку протеза нецелесообразной, произвести фиксацию протеза на постоянный цемент.

30.11.2016, 17.01.2017 ФИО1 вновь обратилась к ответчику с претензиями на качество оказанной услуги (л.д. 84, 85). 17.01.2017 врачебная комиссия ГБУЗ ЯО «ЯОСП», рассмотрев указанные заявления и проведя коллегиальный осмотр пациента, выявила нарушения в аспекте подготовки корневого канала зуба под внутрикорневую вкладку в зубах 11, 22, пришла к выводу о необходимости снятия мостовидного протеза с верхней челюсти, удалению 11 и 22 зубов и производству повторного зубопротезирования на верхней челюсти пациента (протокол – л.д. 86-87).

Из представленной в материалы дела служебной записки от 29.05.2017 (л.д. 89) следует, что на основании указанного протокола врачебной комиссии от 17.01.2017 ФИО1 были возвращены денежные средства в размере 4050 руб., внесенные за 2 культевые вкладки, подготовку 2 каналов.

Как следует из материалов дела, с целью повторного производства протезирования 17.05.2017 между сторонами был заключен договор № 2840 на оказание платных медицинских услуг по протезированию (л.д. 46).

Согласно заказу-наряду на изготовление зубных протезов № 953 от 17.05.2017, с учетом заявления ФИО1 о замене металлокомпозитной конструкции протезов на металлокерамическую (л.д. 88), стоимость работ по договору № 2840 от 17.05.2017 составила 57492 руб. (л.д. 79). В соответствии со служебной запиской от 29.05.2017 (л.д. 89), квитанцией от 07.06.2017 (л.д. 80) ФИО1 по указанному заказу-наряду была оплачена сумма в размере 5689 руб., рассчитанная ответчиком с учетом ранее внесенной по договору № 629 от 19.02.2016 суммы в размере 53828 руб. и стоимости выполненной работы, не требующей переделки (1 культевая вкладка и 1 подготовка канала).

Как следует из объяснений сторон и материалов дела, в период с 17.05.2017 по 01.06.2017 ответчиком было произведено повторное протезирование зубов верхней челюсти истца металлокерамическими мостовидными протезами с опорой на зубы 13, 16, 21, 23, 25, 26 (л.д. 40, 44).

Впоследствии после повторного протезирования зубов верхней челюсти ФИО5 неоднократно обращалась к ответчику с претензиями от 08.02.2018 (л.д. 90), от 03.05.2018 (л.д. 97-98) к качеству изготовленного протеза, ссылаясь на ноющие сдавливающие боли десны и неба.

Из представленных в материалы дела протоколов заседаний врачебной комиссии от 22.02.2018 (л.д. 95-96), от 14.05.2018 (л.д. 99-101) усматривается, что врачебная комиссия поликлиники, рассмотрев указанные претензии с учетом акта клинического осмотра пациента от 12.02.2018 (л.д. 91) пришла к выводу, что услуги по зубопротезированию, предоставленные ФИО1 в июне 2017 г. в рамках повторного зубопротезирования зубов верхней челюсти металлокерамическими мостовидными протезами с опорой на зубы 13, 16, 21, 23, 25, 26 выполнены качественно, переделка зубопротезной конструкции на верхней челюсти нецелесообразна. ФИО1 было рекомендовано произвести зубопротезирование на нижней челюсти, использовать специальные каппы полости рта для ношения в ночное время с целью снижения гипертонуса жевательных мышц (л.д. 92-94). Указанные решение и рекомендации были направлены ответчиком в адрес ФИО1 письмом от 07.03.2018 (л.д. 95-96), от 15.05.2018 (л.д. 102-103).

Как следует из представленной в материалы дела медицинской документации и пояснений истца, ФИО1 отказалась от зубопротезирования на нижней челюсти (л.д. 43) и ношения специальной каппы полости рта.

Из материалов дела усматривается, что 31.05.2018 ФИО1 обратилась в ГБУЗ ЯО «ЯОСП» с жалобами на боли в области 16 зуба. С согласия пациента врачами ГБУЗ ЯО «ЯОСП» с целью устранения жалоб была проведена медицинская операция по снятию коронки с 16 зуба с искусственными зубами 14, 15 и его сложному удалению с превентивной пластикой ороантрального соустья (л.д. 55, 57, 58, 59, 104-111).

Также, как видно из медицинской документации, ввиду жалоб пациента на боли, 27.11.2018 врачами ГБУЗ ЯО «ЯОСП» с верхней челюсти истца были сняты металлокерамические коронки 25, 26, искусственный зуб 24 (л.д. 55, 57).

По факту наличия жалоб на сохраняющиеся боли в области зуба 13 (л.д. 112-113, 69) и невозможности проведения физиотерапевтического лечения (наличие противопоказаний) с целью удаления данного зуба, в том числе невозможности его использования под опору зубопротезной конструкции (по факту наличия тонкой кортикальной пластинки) 23.01.2019 ФИО1 была снята зубопротезная конструкция с зубов 13, 21, 23, при этом истцу было рекомендовано с целью снижения риска осложнений при пользовании будущей съемной зубопротезной конструкцией и подготовки к зубопротезированию, а также по факту наличия медицинских показаний, удаление зуба 21 и 25 и последующее изготовление съемных зубопротезных конструкций на верхнюю и нижнюю челюсти (л.д. 55, 56, 57, 58, 59).

Из медицинской карты стоматологического больного (л.д. 171-174) усматривается, что зубы 13, 21, 23 верхней челюсти ФИО1 были удалены 24.01.2019, 05.03.2019, 13.03.2019 соответственно врачами ГУЗ ЯО «КБ № 2».

Как следует из представленных в материалы дела документов, ГБУЗ ЯО «ЯОСП» на основании заявления ФИО5 от 19.07.2019 (л.д. 114) вернуло истцу денежные средства, уплаченные за зубопротезирование, в размере 63567 руб. (расходный кассовый ордер - л.д. 115), сославшись на отсутствие врачебных ошибок, качественное протезирование и индивидуальные особенности строения зубочелюстной системы пациента, не выявляемые стандартными средствами диагностики (служебная записка – л.д 116).

Из обстоятельств дела видно, что в настоящее время зубы в верхней челюсти истца полностью отсутствуют. Согласно объяснениям истца, после снятия протезов боли в области верхней челюсти у неё прекратились. Оснований не доверять объяснениям истца у суда не имеется, доказательств того, что болевой синдром не мог являться следствием протезирования, суду не представлено. Довод ответчика, что боли могли быть вызваны старыми мостовыми протезами, установленными на нижней челюсти, носит предположительный характер, достоверно не подтвержден.

Оценив собранные по делу доказательства как по отдельности, так и в совокупности, суд приходит к выводу о том, что ответчиком была оказана истцу медицинская услуга ненадлежащего качества, которая не позволяла использовать результат работы по прямому назначению, и ФИО1 в значительной степени лишилась того, на что она была вправе рассчитывать при заключении договора на оказание услуг по протезированию.

Достоверных доказательств, позволяющих суду прийти к выводу, что медицинские услуги были оказаны надлежащего качества, в материалы дела не представлено. Ссылка ответчика на индивидуальные особенности строения зубочелюстной системы пациента не является основанием для освобождения его от ответственности, поскольку указанные индивидуальные особенности в любом случае подлежали выявлению и учету при оказании медицинской услуги. Также суд принимает во внимание, что ответчик в ходе судебного разбирательства признал факт нарушения установки штифтовой конструкции (с отклонением от оси зуба) при первоначальном протезировании, который привел к необходимости удаления двух зубов.

Факт нарушения прав истца как потребителя является основанием для компенсации ФИО1 морального вреда.

В соответствии со ст. 15 Закона ЗПП моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание обстоятельства дела, характер страданий истца, индивидуальные особенности истца (в частности, ее пол, возраст – ФИО1 ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения), степень вины ответчика, а также требования разумности и справедливости. Суд учитывает, что некачественное оказание медицинской помощи привело к необратимым последствиям в виде удаления всех имевшихся у истца зубов верхней челюсти, к длительным (в течение около трех лет) физическим и нравственным страданиям, невозможности вести привычный образ жизни.

Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает финансовое положение ответчика, являющегося бюджетным учреждением здравоохранения, финансируемым за счет средств муниципального образования в соответствии со сметой расходов на определенный год, социальную направленность его деятельности, а также факт добровольного удовлетворения претензий истца в части возврата уплаченной за оказанную медицинскую услугу суммы.

Учитывая изложенное, суд находит заявленный истцом размер компенсации морального вреда завышенным и считает разумным и справедливым взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.

В силу п. 6 ст. 13 Закона о ЗПП при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Поскольку обращение потребителя к исполнителю с требованиями о компенсации морального вреда в досудебном порядке имело место быть, а ответчику ГБУЗ ЯО «ЯОСП», в свою очередь, о требованиях потребителя было известно, однако в досудебном порядке и в ходе судебного разбирательства ответчик данных требований потребителя не удовлетворил, то взыскание с ответчика штрафа является обязательным. Общая сумма штрафа составляет 50000 руб. (100000 руб. х 50 %). Учитывая, что ответчик о снижении штрафа не заявлял, оснований для снижения размера штрафа не имеется.

Судом установлено, что ГБУЗ ЯО «ЯОСП» является бюджетным учреждением.

В соответствии с п. 5 ст. 123.22 ГК РФ по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Таким образом, при недостаточности денежных средств у ГБУЗ ЯО «ЯОСП» собственник его имущества ДАЗО несет субсидиарную с ним ответственность.

Поскольку при подаче искового заявления в силу пп. 4 п. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (НК РФ) от уплаты государственной пошлины истец былА освобожденА, то в силу п. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) государственная пошлина подлежит взысканию в бюджет с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в сумме 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично:

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ярославской области «Ярославская областная стоматологическая поликлиника» (а при недостаточности его имущества – с Департамента имущественных и земельных отношений Ярославской области) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, штраф за несоблюдение добровольного порядка исполнения требований потребителя в сумме 50000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ярославской области «Ярославская областная стоматологическая поликлиника» (а при недостаточности его имущества – с Департамента имущественных и земельных отношений Ярославской области) в бюджет государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Ярославля в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Е.В. Тарасова