Апелляционное определение № 33-2556/2026 от 11 марта 2026 г.

Судья: Ширенина А.И. Докладчик Тютюник Я.Я.

Дело № 33-2556/2026 (№ 2-50/2025 (2-811/2024) ~ М-590/2024)УИД 42RS0035-01-2024-001147-89


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 марта 2026 года г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе председательствующего судьи Молчановой Л.А.

судей Тютюник Я.Я., Агуреева А.Н.

при секретаре Старцевой И.Е.

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Тютюник Я.Я. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ответчика администрации городского поселения «Город-курорт Шерегеш» Таштагольского муниципального района ФИО6

на решение Таштагольского городского суда Кемеровской области от 04 августа 2025 года

по гражданскому делу по иску ФИО7 к администрации Таштагольского муниципального района Кемеровской области - Кузбасса, администрации городского поселения «Город-курорт Шерегеш» Таштагольского муниципального района Кемеровской области - Кузбасса о признании права собственности на земельный участок,

УСТАНОВИЛА:

ФИО7 обратилась в суд с исковым заявлением к администрации Таштагольского муниципального района Кемеровской области - Кузбасса о признании, в силу приобретательной давности, права собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес> с кадастровым номером № (далее также - жилой дом), а также земельный участок, расположенный по адресу: <адрес> площадью <данные изъяты> кв.м. (далее также - земельный участок).

Требования мотивированы тем, что в апреле 1988 года истец приобрела жилой дом и земельный участок у предыдущего собственника - ФИО5, выплатила последней за него денежные средства согласно письменной расписке. Официально документы по сделке не оформили, вскоре ФИО5 умерла, наследников у той не имелось, требований освободить жилой дом и земельный участок не поступало. С 18.04.1988 истица фактически владеет и пользуется жилым домом и земельным участком, как своим собственным. Свои права не скрывает, владеет указанным имуществом непрерывно и добросовестно. В доме проживает в летний период, земельный участок использует под огород, выращивает овощи. В 2013 году обновила техническую документацию, изготовила технический паспорт. Спора о праве на указанное недвижимое имущество никем не заявлялось. Поскольку владеет жилым домом и земельным участком более 36 лет, полагает, что приобрела право собственности на них в силу приобретательной давности.

В ходе рассмотрения гражданского дела, истец, воспользовавшись правом, предоставленным ч. 1 ст. 39 ГПК РФ, отказался от исковых требований в части признания права собственности на жилой дом, а также признания сделки купли-продажи жилого дома и земельного участка состоявшейся и действительной. Отказ от данных исковых требований принят судом.

Решением Таштагольского городского суда Кемеровской области от 04 августа 2025 года постановлено: «Исковые требования ФИО7, удовлетворить. Признать за ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ отделением <данные изъяты> дата выдачи ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения <данные изъяты>) право собственности на земельный участок по адресу: <адрес> кадастровый №».

Дополнительным решением Таштагольского городского суда Кемеровской области от 26 декабря 2025 года постановлено:

«Принять дополнительное решение суда по исковому заявлению ФИО7 к администрации Таштагольского муниципального района Кемеровской области - Кузбасса, администрации городского поселения «Город-курорт Шерегеш» Таштагольского муниципального района Кемеровской области - Кузбасса о признании права собственности на земельный участок.

Дополнить резолютивную часть решения указанием, что исковые требования ФИО7 к администрации городского поселения «Город-курорт Шерегеш» Таштагольского муниципального района Кемеровской области - Кузбасса о признании права собственности на земельный участок, удовлетворены.

В удовлетворении требований к администрации Таштагольского муниципального района Кемеровской области - Кузбасса отказать».

В апелляционной жалобе представитель ответчика администрации городского поселения «Город-курорт Шерегеш» Таштагольского муниципального района ФИО6 просит отменить вышеуказанное решение суда.

Указывает, что ссылка истца на открытое и добросовестное владение земельным участком, начиная с момента приобретения по договору купли-продажи и по настоящее время не влечет для него возникновение права собственности в силу приобретательной давности, поскольку по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Имущество может быть приобретено в собственность по приобретательной давности лицом, владеющим вещью открыто, как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула). Тогда как истец таковым лицом не является, так как указывает, что его владение спорным земельным участком началось по договору купли-продажи. При этом ФИО5 не имела правомочий на отчуждение спорного земельного участка, поскольку его собственником не являлась.

Поскольку давностное, добросовестное, открытое владение земельным участком возникло у истца по сделке, то исключается возможность приобретения истцом права собственности на спорный объект в силу приобретательной давности.

Кроме того, в отношении земельного участка применение приобретательной давности (ст.234 ГК РФ) имеет свои особенности. Эти особенности заключаются, в первую очередь, в том, что приобретательная давность может быть приобретена только в отношении тех земельных участков, которые находятся в частной собственности и которыми лицо владеет при соблюдении определенных условий. Что касается всех иных земельных участков, то они не являются бесхозяйным имуществом, т.к. являются либо государственной, либо муниципальной собственностью. В перечне оснований, по которым гражданин вправе приобрести земельный участок, находящийся в государственной или муниципальной собственности, такое основание, как приобретательная давность, не предусмотрено.

Обращает внимание, на то, что выводы суда, открыто, непрерывно и добросовестно владеет указанным земельным участком, ничем не подтверждены и не состоятельны, поскольку в деле отсутствуют прямые доказательства владения к примеру налоговые уведомления, сведения о наличии заключенных договоров энергоснабжения, квитанции за воду, информация обеспечении твердым топливом (углем) граждан, а свидетельские показания являются косвенными доказательствами.

Истцом не были предоставлены актуальные технические сведения и качественные характеристики об объекте недвижимости, отображающие результаты проведения технической инвентаризации, содержащие основные технические характеристики объектов недвижимости, экспликацию помещений, поэтажные планы, в связи с тем, что кадастровые работы с 2013 по 2025 не производились, в том числе границы спорного земельного участка устанавливались в соответствии с действующим законодательством.

Также отмечает, что на основании архивных данных администрации установлено, что на земельный участок, общей площадью <данные изъяты> кв.м., расположенный по адресу: <адрес> был заключен Договор аренды земельного участка №1092 от 08.10.1997, между Администрацией поселка Шерегеш и ФИО1, на срок 3 года.

Следовательно, доводы истца о владении недвижимым имуществом домом № земельным участком несостоятельны, постольку в деле отсутствуют доказательства непрерывного владения жилым домом и земельным участком.

Считает, что в деле имеются противоречивые показания истца и свидетелей, а именно, согласно показаниям истца указано, что в настоящее время посадки не осуществляет, однако свидетели, состоящие в родственных связях, утверждают, что земельный участок используется истцом, на котором она садит овощи, ягоды, косит траву.

Расписка от 18.04.1988, согласно которой ФИО7 приобрела у ФИО5 жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес>, не содержит существенные условия договора купли-продажи, предусмотренные статьями 550, 554, 555 Гражданского кодекса Российской Федерации, без этих условий расписка не может порождать возникновение права собственности на объекты недвижимости, так как достоверно не подтверждает лиц, которые обратились с иском, нельзя их идентифицировать, поскольку в расписке отсутствуют: паспортные данные, год рождения, в том числе невозможно определить с точностью между кем происходила передача денежных средств.

Также указывает, что истец злоупотребляет своим правом, поскольку письменных доказательств (квитанции, налоговые уведомления) не представлены в материалах, в связи с чем, действуя не добросовестно, допросили свидетеля, показания которого не являются определяющий фактором, позволяющий бесспорно определить (установить) право пользования предметом спора.

Ссылается на злоупотребление истцом своими правами, поскольку письменные доказательства (квитанции, налоговые уведомления) не представлены в материалы дела, в досудебном порядке за решением вопроса не обращалась. Ссылается на судебную практику в подтверждение своей позиции.

Относительно доводов апелляционной жалобы возражения принесены истцом ФИО7

В судебном заседании апелляционной инстанции истец ФИО7, представитель истца ФИО8, в удовлетворении апелляционной жалобы возражали по доводам, изложенным в письменных возражениях, просили об оставлении решения Таштагольского городского суда Кемеровской области от 04 августа 2025 года без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о дне, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, об уважительности причин неявки до начала судебного заседания не сообщили, в материалах дела имеются доказательства их надлежащего извещения о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.

Судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц на основании п.3 ст.167, ст.327 ГПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, заслушав явившихся лиц, проверив в соответствии с п.1 ст.327.1 ГПК РФ законность и обоснованность решения суда исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Положениями ст. 36 Конституции Российской Федерации установлено, что право частной собственности охраняется законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

Гарантированное право каждого гражданина Российской Федерации на владение, пользование и распоряжение принадлежащим имуществом, с учетом требований статьи 18 Конституции Российской Федерации, являются непосредственно действующим и определяет смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Согласно п. 1 ст.234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо -гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

В соответствии с п.2 ст.234 Гражданского кодекса Российской Федерации до приобретения на имущество права собственности в силу приобретательной давности лицо, владеющее имуществом как своим собственным, имеет право на защиту своего владения против третьих лиц, не являющихся собственниками имущества, а также не имеющих прав на владение им в силу иного предусмотренного законом или договором основания.

Возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из положений ст.ст. 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права.

Согласно ст. 11 Федерального закона от 30.11.1994г. №52-ФЗ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» действие статьи 234 Кодекса (приобретательная давность) распространяется и на случаи, когда владение имуществом началось до 01.01.1995г. и продолжается в момент введения в действие части первой Кодекса.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда № 22 от 29.04.2010г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

В соответствии с п. 16 указанного Постановления по смыслу ст.ст. 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Согласно абз.1 п.19 указанного постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из ст.ст. 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

По смыслу указанных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею. Это относится к случаям, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто, как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Как отмечено в Постановлении Конституционного Суда РФ от 26.11.2020 № 48-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО9», институт приобретательной давности направлен на защиту не только частных интересов собственника и владельца имущества, но и публично-правовых интересов, как то: достижение правовой определенности, возвращение имущества в гражданский оборот, реализация фискальных целей.

Исходя из вышеприведенных норм материального права приобретение права собственности в силу приобретательной давности не исключается и в тех случаях, когда давностный владелец должен был быть осведомлен об отсутствии оснований возникновения у него права.

Добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями. Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями ст.234 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности. Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре; требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, права легализовать такое владение, оформив право собственности на основании данной нормы.

Не может опровергать добросовестность давностного владельца и сама по себе презумпция государственной собственности на землю (п.2 ст.214 ГК РФ), поскольку ограничение для приобретения земельных участков, находящихся в государственной (муниципальной) собственности, по давности владения ставит частных лиц в заведомо невыгодное положение по отношению к публично-правовым образованиям, что нарушает принцип равенства субъектов гражданского права (п.1 ст.2 и п.4 ст.212 Гражданского кодекса Российской Федерации) и вступает в противоречие со статьями 8 (часть 2) и 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, на основании договора № 37 от 19.04.1965 земельный участок, значащийся под <данные изъяты> по <адрес> имеющий по фасаду <данные изъяты>, по задней меже <данные изъяты>, по правой мере <данные изъяты>, по левой меже <данные изъяты>, общей площадью <данные изъяты> кв.м. был предоставлен на праве бессрочного пользования под строительство жилого дома ФИО2.

На основании договора от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 продал ФИО3 одно деревянное домовладение, жилой площадью <данные изъяты> кв.м. с надворными постройками (сарай) находящиеся по адресу <адрес> расположенные на участке земли мерою <данные изъяты> кв.м. Вышеуказанный договор зарегистрирован в реестре за №.

На основании договора от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 продала ФИО4 одно жилое деревянное домовладение, жилой площадью <данные изъяты> кв.м. с надворными постройками (сарай) находящиеся по адресу <адрес>) расположенные на участке земли мерою <данные изъяты> кв.м. Вышеуказанный договор зарегистрирован в реестре за №.

На основании договора от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 продал ФИО5 жилой дом в <адрес> расположенный на земельном участке <данные изъяты> кв.м. Вышеуказанный договор зарегистрирован в реестре за №.

Согласно представленного филиалом № БТИ Таштагольского муниципального района ГБУ «Центр государственной кадастровой оценки и технической инвентаризации Кузбасса» технического паспорта, составленного по состоянию на 16.10.1986, индивидуальный жилой дом по адресу: <адрес>, находился на праве личной собственности ФИО5, на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

В материалах архивного дела БТИ также содержится расписка от ДД.ММ.ГГГГ согласно которой ФИО5 продала ФИО7 жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>.

Согласно данных ФГИС «БГР ЗАГС», ФИО5 умерла ДД.ММ.ГГГГ. У ФИО5 имеется дочь - ФИО18 (ФИО22

Согласно данных реестра наследственных дел Федеральной нотариальной палаты Российской Федерации, наследственные дела после смерти ФИО5 не заводились.

Согласно выписке из ЕГРН, земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, имеет общую площадь <данные изъяты> кв.м., кадастровый №, при этом, сведения о правообладателе отсутствуют.

Ответчиком представлен договор аренды земельного участка № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого администрация поселка Шерегеш предоставила в аренду ФИО1, земельный участок по адресу: <адрес>, площадью <данные изъяты> кв.м., сроком на 3 года (л.д. 149-152 т.1, л.д. 2 т.2).

Согласно архивной выписке распоряжения администрации <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ «Об отводе и изъятии земельных участков под капитальное строительство и др.нужды» БУ «Муниципальный архив Таштагольского муниципального района», согласно которого землеустроителю разрешено произвести отвод земельных участков, в том числе, ФИО1 по адресу: <адрес>, площадью <данные изъяты> га, под огород, аренда 3 года. При этом, договор аренды указанного земельного участка на хранение в БУ «Муниципальный архив Таштагольского муниципального района» не поступал (л.д. 164,165 т.1).

Согласно акту обследования земельного участка по адресу: <адрес> произведенного 23.08.2024 представителями администрацией городского поселения «Город-курорт Шерегеш», координаты границ земельного участка не установлены, территория в пределах земельного участка не огорожена, обустройство территории не выполнено, имеется растительность в виде травы и деревьев, строения на участке отсутствуют (л.д. 127 т.1), при этом ФИО7 при составлении указанного акта отсутствовала, сведений об ее извещении не представлено.

Согласно данных ФГИС «ЕГР ЗАГС», ФИО1 умерла ДД.ММ.ГГГГ. У ФИО1 имелись дети - ФИО19 (ФИО23 ФИО17, ФИО12, причем последний умер ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 161-163 т.1).

Согласно сведениям ООО «Металлэнергофинанс», договора энергоснабжения по адресу: <адрес>, не заключались (л.д. 154, т.1).

Согласно информации ООО «Кузбасстопливосбыт», сведения об обеспечении твердым топливом (углем) по адресу: <адрес> отсутствуют (л.д. 153, т.1).

Согласно сведениям АО «ЕВРАЗ ЗСМК», спорный земельный участок расположен в границах отвода АО «ЕВРАЗ ЗСМК», вне зоны внезапного образования провалов (л.д. 120,121 т.1).

Судом первой инстанции было установлено, что истец ФИО7 с 1988 года, после приобретения у собственника ФИО5, и по настоящее время, владеет земельным участком по адресу: <адрес> пользуется им как своим собственным, несет бремя его содержания, при этом кто-либо прав на данный объект недвижимости, как на собственность не заявлял, каких-либо полномочий собственника в отношении данного имущества не осуществлял. ФИО18, являющаяся дочерью ФИО5, в судебном заседании подтвердила факт продажи недвижимого имущества ФИО7, которая после приобретения длительное время непрерывно владеет данным имуществом, как своим собственным.

При этом доводы представителя ответчика - администрации городского поселения «Город-курорт Шерегеш» Таштагольского муниципального района Кемеровской области - Кузбасса о том, что истец не представил доказательств владения спорным земельным участком, поскольку он в 1997 году предоставлялся в аренду ФИО1, судом первой инстанции отклонены, поскольку данные обстоятельства не опровергают добросовестность и непрерывность владения истцом спорным земельным участком, что в судебном заседании подтвердили свидетели ФИО13, ФИО14 Кроме того, судом первой инстанции было учтено, что ФИО1 умерла ДД.ММ.ГГГГ, дочь последней -ФИО19 заявила, что спорный земельный участок на праве аренды ей и ее семье никогда не принадлежал, никаких притязаний на него не имеет, напротив, просила удовлетворить исковые требования истца.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они основаны на правильном применении норм материального и процессуального права и представленных сторонами доказательствах, которые всесторонне и тщательно исследованы судом и которым судом в решении дана надлежащая правовая оценка.

Согласно Конституции Российской Федерации земля и другие природные ресурсы используются и охраняются в Российской Федерации как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории (статья 9, часть 1); условия и порядок пользования землей определяются на основе федерального закона (статья 36, часть 3).

Частью 1 статьи 36 Конституции Российской Федерации закреплено право граждан и их объединений иметь частную собственность на землю.

Исходя из данных конституционных предписаний и требования статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, учитывая необходимость обеспечения справедливого баланса между общественными интересами и правами частных лиц, законодатель вправе определить условия отчуждения земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, в частную собственность, в том числе круг объектов, не подлежащих такому отчуждению.

Так судебной коллегией отмечается, что спорный земельный участок к.н. №, границы которого не определены, имеет вид разрешенного использования - под жилую застройку индивидуальную. Как пояснила истец ФИО7 в судебном заседании апелляционной инстанции ранее приобретенный жилой дом, который располагался на спорном земельном участке, в настоящее время разрушен, однако фундамент жилого дома имеется.

Таким образом, использование земельного участка и объекта недвижимости соответствует градостроительным регламентам территориальной зоны, следовательно, земельный участок, расположенный под спорным домом, используется по назначению.

Кроме того, ответчиком не представлено суду первой инстанции, а также суду апелляционной инстанции доказательств нецелевого использования земельного участка, ответчик на эти обстоятельства не указывает.

Срок исковой давности для ответчика в целях заявления требований об истребовании спорного жилого дома у истца, о его сносе и иных, связанных с лишением владения требований, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации истек, соответственно течение срока давностного владения истца также началось и к текущему моменту составляет более 15 лет.

Суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости удовлетворения исковых требований истцов, поскольку совокупность доказательств по делу свидетельствует о том, что давностное владение истца спорным земельным участком является открытым и непрерывным, поскольку она пользуется им и владеет как своей собственностью.

В силу приобретательной давности, согласно ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет, приобретает право собственности на это имущество.

Лицо, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является.

Согласно ст. 11 Федеральный закон от 30.11.1994 N 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" действие статьи 234 Кодекса (приобретательная давность) распространяется и на случаи, когда владение имуществом началось до 1 января 1995 года и продолжается в момент введения в действие части первой Кодекса.

Между тем, владение истцом земельным участком никем, в том числе местной администрацией, не оспаривалось. Каких-либо требований об истребовании земельного участка не заявлялось.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права. Иск о признании права, заявленный лицами, права и сделки которых в отношении спорного имущества никогда не были зарегистрированы, может быть удовлетворен в тех случаях, когда права на спорное имущество возникли до вступления в силу Закона о регистрации от 21 июля 1997 г. N 122-ФЗ и не регистрировались в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 6 названного Закона, либо возникли независимо от их регистрации в соответствии с пунктом 2 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из представленных истцом в материалы дела документов видно, что право истца на спорное недвижимое имущество возникло до вступления в силу Закона о регистрации. Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для признания за истцом права собственности на земельный участок.

Довод апеллянта о том, что ФИО5 не имела правомочий на отчуждение спорного земельного участка, поскольку его собственником не являлась судебной коллегией отклоняется в силу следующего.

Согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР от 26 августа 1948 "О праве граждан на покупку и строительство индивидуальных жилых домов", отвод гражданам земельных участков, как в городе, так и вне города, для строительства индивидуальных жилых домов производился в бессрочное пользование.

В соответствии с Земельным кодексом РСФСР 1970 г. земельные участки для индивидуального жилищного строительства, ведения личного подсобного и дачного хозяйства, индивидуального садоводства, то есть независимо от целевого назначения, выделялись исключительно на праве постоянного (бессрочного) пользования.

Право собственности на жилой дом, к.н. №, возникло у истца до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации, что подтверждается имеющимися в материалах архивного дела БТИ документами, в том числе договором № 37 от 19.04.1965. Земельный кодекс вступил в законную силу с 30 октября 2001 г.. а до указанной даты отношения по использованию земель регулировались законодательством СССР и РСФСР. Право собственности первоначального владельца указанного жилого дома и земельного участка ФИО21 возникло в 1965 г. Дом построен в 1951 г. Ранее действовавшее законодательство до начала земельной реформы, вплоть до 1991 г., когда земли находилась в собственности государства, не предусматривало возможность предоставления земельных участков в собственность гражданам, они могли быть предоставлены только в постоянное или временное пользование. Земельные участки под объект недвижимости собственнику домовладения могли быть предоставлены только на праве бессрочного пользования. Само по себе выделение земельного участка строго по целевому назначению предопределяло неразрывную связь с возведенным на нем домом, дачей и другими постройками - в дальнейшем собственнику возведенных построек принадлежало и право пользования земельным участком. Таким образом, следует признать, что первые собственники жилого дома фактически приобрели право бессрочного пользования спорным земельным участком в границах и размерах его фактического пользования. Таким образом последующее отчуждение жилого дома осуществлялось в том числе с земельным участком, при переходе права собственности на спорное домовладение к новым собственникам переходило право бессрочного пользования земельным участком, выделенным под указанный дом.

Согласно пункту 9.1 статьи 3 Вводного закона, если земельный участок предоставлен до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства на праве пожизненного наследуемого владения или постоянного (бессрочного) пользования, гражданин, обладающий таким земельным участком на таком праве, вправе зарегистрировать право собственности на такой земельный участок, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность.

Таким образом вопреки доводам апеллянта ФИО5 имела право при отчуждении жилого дома, расположенного по адресу: <адрес> по расписке ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 распоряжаться и земельным участком на котором расположен жилой дом.

Доводы о недоказанности добросовестного, открытого и непрерывного владения ФИО7 спорным земельным участком не состоятельны, поскольку судом дана надлежащая оценка имеющимся в деле письменным доказательствам и показаниям свидетелей, то есть в соответствии с требованиями ст. 67, ч. 4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, данные доказательства не опровергают, основаны на иной оценке этих доказательств, поэтому на законность принятого судом решения не влияют.

Доводы ответчика в отношении незаключенного в установленном порядке договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ так же выводы суда не опровергают, поскольку по смыслу ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности в силу приобретательной давности приобретается не по договору, может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу.

Ссылки апеллянта на судебную практику по иным делам не свидетельствуют о нарушении судами единообразия в толковании и применении норм материального права, поскольку в каждом конкретном деле суд устанавливает фактические обстоятельства дела и применяет нормы права к установленным обстоятельствам, с учетом представленных доказательств.

На основании изложенного, выводы суда первой инстанции основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка которым дана судом по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и соответствует нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.

Кроме того, судебная коллегия учитывает правовую позицию Конституционного суда Российской Федерации относительно признания давностного владения добросовестным, высказанную в Постановлении Конституционного Суда РФ от 26 ноября 2020 г. N 48-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО9".

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26 ноября 2020 г. N 48-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО9" отметил, что добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 ГК РФ не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности. Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре; требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, права легализовать такое владение, оформив право собственности на основании данной нормы.

Доводы апелляционной жалобы правовых оснований к отмене решения суда не содержат, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции и к выражению несогласия с действиями суда, связанными с установлением фактических обстоятельств, имеющих значение для дела, и оценкой представленных по делу доказательств.

Обстоятельств, влекущих безусловную отмену решения суда, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ч.1 ст. 327.1, ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Таштагольского городского суда Кемеровской области от 04 августа 2025 года - оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика администрации городского поселения «Город-курорт Шерегеш» Таштагольского муниципального района ФИО6 - без удовлетворения.

Председательствующий Л.А. Молчанова

Судьи Я.Я. Тютюник

А.Н. Агуреев

Мотивированное апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 13.03.2026 года.