Апелляционное определение № 33-674/2026 от 2 марта 2026 г.

89RS0005-01-2025-000614-82

Дело № 2-719/2025

Апелл. дело № 33-674/2026

Судья Яковченко М.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Салехард 3 марта 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

Председательствующего судьи Башковой Ю.А.,

судей коллегии: Байкиной С.В., Курманова Э.Р.,

при секретаре Пановой Я.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании при использовании системы видеоконференц-связи с Ноябрьским городским судом Ямало-Ненецкого автономного округа гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Ноябрьского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 10 ноября 2025 года, в редакции определения от 28 ноября 2025 года об исправлении арифметической ошибки,

Заслушав доклад судьи Курманова Э.Р., пояснения представителя ответчика ФИО1- ФИО3, судебная коллегия,

установила:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. В обоснование иска указал, что 11 декабря 2024 г. в 08 часов 34 минуты в районе <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого его автомобилю TOYOTA KAMRY, государственный регистрационный знак №, были причинены механические повреждения. Дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО1, управлявшей автомобилем CHEVROLET CRUZE, государственный регистрационный знак №. Согласно экспертному заключению №75-24, выполненному индивидуальным предпринимателем ФИО4, стоимость восстановительного ремонта принадлежащего ему на праве собственности транспортного средства без учета износа составляет 535 123 рубля. Просил взыскать с ответчика в его пользу в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 535 123 рубля, судебные расходы в виде расходов на оплату услуг эксперта в сумме 9 000 рублей, на оплату услуг представителя в размере 28 000 рублей, по оплате государственной пошлины в размере 15 702 рубля.

В судебное заседание ФИО2 не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, его представитель ФИО5 настаивал на удовлетворении иска по изложенным в нем доводам. Пояснил, что обгон ФИО6 был начат до подачи ФИО1 сигнала поворота налево, в связи с чем, он имел преимущество. Полагал, что именно действия ФИО1 привели к дорожно-транспортному происшествию.

Ответчик ФИО1 и ее представитель ФИО3 в судебном заседании не согласились с иском, просили признать обоюдной вину истца и ответчика в дорожно-транспортном происшествии, распределив степень вины в следующем размере – 60 % - ФИО6, 40 % - ФИО1

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца ФИО6, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебно заседание не явился, представил отзыв на иск, в котором выводы эксперта в заключении полагал ошибочными.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика АО ГСК «Югория», ГИБДД ОМВД России по г. Ноябрьску, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

Судом 10 ноября 2025 года, с учетом определения от 28 ноября 2025 года об исправлении арифметической ошибки, постановлено решение, которым исковые требования ФИО2 удовлетворены частично. С ФИО1 в пользу ФИО2 взыскан вред, причиненный имуществу в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 267 561 рубль 50 копеек. В удовлетворении остальных требованиях ФИО2 отказано.

Дополнительным решением суда от 16 декабря 2025 года, не обжалованным сторонами в порядке ч.2 ст. 201 ГПК РФ, с ФИО2 в пользу ФИО1 взысканы судебные расходы в размере 18 077 рублей.

С указанным решением суда от 10 ноября 2025 года не согласен истец.

В апелляционной жалобе просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме, либо направить его на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе судей.

В обоснование доводов апелляционной жалобы настаивает на полной виновности ФИО1 в дорожно-транспортном происшествии. Указывает, что дорога, на которой произошло дорожно-транспортное происшествие, имеет двухстороннее движение, состоит из двух полос в каждом направлении. На указанном участке дороги отсутствуют дорожные знаки и дорожная разметка, в том числе и запрещающие обгон. ФИО1 совершила поворот без принятия необходимых мер безопасности: не включила заблаговременно указатель поворота и начала поворот налево, создала тем самым аварийную ситуацию и допустила столкновение. На момент оформления происшествия ФИО1, не оспаривала обстоятельства дорожно-транспортного происшествия и пояснила инспектору ГИБДД, что признает вину в совершении аварии, поскольку не убедилась в безопасности маневра. Оспаривает вывод суда о наличии в действиях сторон обоюдной вины. Также указывает, что экспертом при подготовке заключения была использована видеозапись плохого качества. Считает, что давая оценку заключению эксперта, суд не указал, что такой вид доказательств не является исключительным средством доказывания. Количество установленных нарушений правил дорожного движения в действиях ФИО1 значительно превышает количество возможных нарушений в действиях водителя ФИО6, что исключает установление равной вины участников ДТП.

От ответчика ФИО1 поступили возражения на апелляционную жалобу, в которых она просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель ответчика ФИО1 ФИО3, принимавший участие в судебном заседании суда апелляционной инстанции по видеоконференц-связи через Ноябрьский городской суд, относительно удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, заслушав представителя ответчика, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 11 декабря 2024 года в 08 часов 34 минуты в районе <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего на праве собственности истцу и под управлением ФИО6, автомобиля TOYOTA KAMRY, государственный регистрационный номер №, и автомобиля CHEVROLET CRUZE, государственный регистрационный номер №, принадлежащего на праве собственности ФИО1, под ее управлением (т. 1 л.д. 85-104).

В результате дорожно-транспортного происшествия транспортные средства получили механические повреждения: у автомобиля TOYOTA KAMRY, государственный регистрационный номер № – повреждены передний бампер справа, переднее правое колесо, переднее правое крыло, правые двери, заднее правое крыло, правый порог; у автомобиля CHEVROLET CRUZE, государственный регистрационный номер № – переднее левое крыло, передний бампер слева, переднее левое колесо (т.1. л.д. 13).

Согласно проекту организации дорожного движения на указанном участке дороги дорога имеет по одной полосе для движения в каждом направлении, отсутствуют дорожные знаки и дорожная разметка, запрещающие обгон (т. 1 л.д. 89).

Из объяснений ФИО1 следует, что 11 декабря 2024 г. она управляла транспортным средством CHEVROLET CRUZE, государственный регистрационный знак №, направлялась по <адрес>. Не доезжая до перекрестка <адрес> двигаясь в крайней левой полосе, заблаговременно включила поворотник и начала снижать скорость с целью поворота на стоянку магазина «Монетка» по адресу: <адрес>, остановившись для пропуска встречных автомобилей и продолжая маневр, почувствовала удар в левую часть своего автомобиля (т.1.л.д. 101-102).

Из объяснений ФИО6 следует, что 11 декабря в 08 часов 30 минут, он, управляя транспортным средством TOYOTA KAMRY, государственный регистрационный знак №, убедившись в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, начал обгон. В процессе выполнения указанного маневра, ФИО1, включив указатель левого поворота, после начала обгона ФИО6, пропустила встречный автомобиль и, не убедившись в безопасности маневра, начала движение - поворачивая налево, на место для парковки, в результате чего произошло столкновение с двигавшимся слева автомобилем TOYOTA KAMRY, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО6 (т. 1 л.д.103-104).

Согласно заключению эксперта № 818, 819/03-2-25 от 28 августа 2025 г. ФБУ Тюменская ЛСЭ Минюста России (т. 1, л.д. 198-221), механизм ДТП представляется в виде: на автодорогу <адрес> с левым поворотом выезжает а/м Шевроле, затем на эту же автодорогу с левым поворотом выезжает а/м Хонда (описывается относительно данного направления). Позади данных автомобилей двигающийся в попутном направлении приближается автомобиль Тойота. Постепенно а/м Тойота, двигаясь с большей скоростью, чем находящиеся впереди автомобили, смещается на встречную полосу. Водитель а/м Шевроле, двигающийся впереди, применяет торможение (включаются стоп-сигналы). В какой-то момент (но не позднее 15,1 с от начала записи) водитель а/м Шевроле включает сигнал левого поворота. Водитель а/м Тойота, опередив автомобиль Хонда, продолжил обгон до максимального сближения с автомобилем Шевроле. Далее, а/м Тойота, сближаясь с автомобилем со встречного направления, предпринимает маневр отворота вправо, перед передним левым углом обгоняемого им автомобиля Шевроле, водитель которого в свою очередь также приступил к маневру поворота налево с частичным выездом на встречную полосу движения. Происходит скользящее столкновение с контактом переднего левого угла а/м Шевроле с правой боковой стороной а/м Тойота. Далее а/м Тойота перемещается к месту остановки согласно схемы.

В данной дорожно-транспортной ситуации с технической точки зрения водителю а/м Шевроле следовало руководствоваться требованиями п.п. 11.3, 8.1, 8.2 ПДД РФ, водителю а/м Тойота – требованиями п.п. 11.1, 11.2 ПДД РФ.

В данной дорожно-транспортной ситуации с технической точки зрения действия водителя а/м Тойота не соответствовали требованиям п.п. 11.1, 11.2 ПДД РФ, действия водителя а/м Шевроле не соответствовали требованиям п.п. 11.3, 8.1 ПДД РФ (за исключением подачи сигнала поворота, который водитель а/м Шевроле заблаговременно подал).

В данной дорожно-транспортной ситуации с технической точки зрения как действия водителя а/м Тойота, не соответствующие требованиям ПДД РФ, так и действия водителя а/м Шевроле, также не соответствующие требованиям ПДД РФ, находятся в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП.

В данной дорожно-транспортной ситуации предотвращение дорожно-транспортного происшествия зависело не от наличия у водителей технической возможности, а от соответствия их действий требованиям ПДД РФ. Касаемо возможного конфликта (пересечения траекторий) между автомобилем Шевроле и встречного автомобиля при выполнении маневра, остановившийся автомобиль встречного направления не создавал препятствий маневру поворота автомобиля Шевроле налево. В то же время при принятии решения об обгоне и безопасности его продолжения, водитель а/м Тойота должен учитывать нахождение автомобилей со встречного направления (требования п.п. 11.1, 11.2 ПДД РФ) с учетом, что последние имеют преимущество (п. 1.4 ПДД РФ). В свою очередь водитель автомобиля со встречного направления, обнаружив опасность в виде двигающегося навстречу а/м Тойота, в соответствии с требованиями п. 10.1 абз. 2 ПДД РФ, предпринял меры к полной остановке своего транспортного средства (т.1.л.д. 198-221).

Из пояснений старшего государственного судебного эксперта ФБУ Тюменская ЛСЭ МЮ России ФИО7 следует, что событие включения сигнала поворота водителем автомобиля Шевроле до столкновения (не позднее 15,1 с от начала записи) установлено на основании имеющейся видеозаписи. Границы проезжей части просматриваются и определяются визуально. На изображении № 2 показано взаимное положение а/м Шевроле и а/м Тойота в момент первичного контакта относительно друг друга, безотносительно края проезжей части. В то же время из установленного механизма ДТП водитель а/м Тойота перед непосредственным контактом предпринимает маневр отворота вправо перед передним левым углом обгоняемого им автомобиля Шевроле, что обуславливается вектором перемещения данного ТС вправо (т.2.л.д. 28).

Гражданская ответственность владельца транспортного средства CHEVROLET CRUZE, государственный регистрационный знак №, на момент дорожно-транспортного происшествия по договору обязательного страхования застрахована не была, а владельца транспортного средства TOYOTA KAMRY, государственный регистрационный знак №, была застрахована в АО ГСК «Югория» (т. 1 л.д. 98).

Истцом представлено экспертное заключение №75-24 от 27 декабря 2024 года, выполненное индивидуальным предпринимателем ФИО4 (Оценочная компания «АКцент»), согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства TOYOTA KAMRY, государственный регистрационный знак №, без учета износа составляет 535 123 рубля 00 копеек (том 1 л.д. 24-71).

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 1064, 1079 ГК РФ, пришел к выводу о том, что предотвращение дорожно-транспортного происшествия зависело от объективных действий обоих водителей, то есть от своевременного и полного выполнения требований пунктов Правил дорожного движения, а не от наличия у них технической возможности.

В данной связи, признав обоих водителей виновными в дорожно-транспортном происшествии в соотношении вины 50 % - ФИО6 50 % - ФИО1, поскольку их обоюдно равные противоправные действия находились в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями, суд первой инстанции обязанность по возмещению вреда, причиненного имуществу истца ФИО2 в размере 50% возложил на ответчика ФИО1, являющуюся непосредственным причинителем вреда.

Определяя размер ущерба, подлежащего взысканию с ответчика, суд первой инстанции руководствовался экспертным заключением №75-24 от 27 декабря 2024 г. №235, выполненным ИП ФИО4

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они являются правильными, подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами, которым дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основаны на правильном применении норм материального права.

Согласно пункту 1.3 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090 (по тексту - ПДД РФ), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки.

Пунктом 1.5 ПДД РФ предусмотрено, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения (п. 8.1 ПДД РФ).

Подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности (п. 8.2 ПДД РФ).

Прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения (п. 11.1 ПДД РФ).

Водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если: транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия; транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; следующее за ним транспортное средство начало обгон; по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу (п. 11.2 ПДД РФ).

Водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями (п. 11.3 ПДД РФ).

Согласно пункту 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии в пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (п. 2 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенной правовой нормы ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его владелец, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке либо источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Совокупность приведенных условий является необходимым основанием для установления причинителя вреда и возложения внедоговорной ответственности на данное лицо.

Частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлена процессуальная обязанность каждой стороны гражданского процесса доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, при определении обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения заявленного спора, необходимо учитывать положения статей 15 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым для наступления гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков истцу необходимо доказать наличие следующих (обязательных) условий: совершение противоправных действий конкретным лицом, то есть установить лицо, совершившее действие (бездействие), размер заявленных убытков и причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившим вредом. При этом вина ответчика в причинении вреда в силу вышеуказанных нормативных предписаний предполагается, и именно на нем лежит обязанность доказать отсутствие его вины в причинении указанного в иске имущественного вреда.

Пунктом 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 10 марта 2017 г. № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, Б. и других», в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, то есть ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

Как следует из п.п. 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине (п. 2 ст. 405 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившим обязательство или причинившим вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Как указано выше, автомобиль, принадлежащий ФИО2, получил механические повреждения в результате рассматриваемого ДТП.

Обстоятельства ДТП и виновность ФИО1 в причинении вреда автомобилю истца сторонами при рассмотрении дела не оспаривались.

Объём причинённого ущерба суд первой инстанции правильно определил на основании экспертного заключения №75-24 от 27 декабря 2024 г. №235

При этом судом первой инстанции правомерно не установлено оснований для взыскания ущерба с ответчика в пользу истца в полном объеме, поскольку согласно судебной автотехнической экспертизы, действия обоих водителей, находятся в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием.

Доводы апеллянта о том, что вывод суда о наличии в действиях сторон по делу обоюдной вины, не могут быть признаны основанием для отмены в апелляционном порядке решения, поскольку не опровергают вывод суда первой инстанции и не свидетельствуют о допущенной судебной ошибке с позиции правильного применения норм процессуального и материального права, фактически сводятся к несогласию с оценкой доказательств и выводами суда по обстоятельствам дела, а потому отклоняются как несостоятельные.

Следовательно, в соответствии с п. 1 ст. 1064 и п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда правильно возложена судом первой инстанции на ФИО1, как на причинителя вреда и как на владельца источника повышенной опасности в размере пропорционально установленной степени ее вины в размере 50% - 267 561,50 рублей (535 123/2).

Ссылка о наличии у ФИО1 полной вины в размере 100% судебной коллегией отклоняется, поскольку это противоречит материалам дела, в том числе и заключению судебной экспертизы.

Наличие количества допущенных нарушений в действиях ФИО1, о чем указано в жалобе, правильно оценено судом первой инстанции, в связи с чем, отклоняется судебной коллегией.

Выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном постановлении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом.

Поскольку судом первой инстанции без каких-либо нарушений применены как материальные, так и процессуальные нормы действующего законодательства, верно определены обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения заявленного спора, и характер спорных правоотношений, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

определила:

Решение Ноябрьского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 10 ноября 2025 года, в редакции определения от 28 ноября 2025 года об исправлении арифметической ошибки, оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения через суд первой инстанции.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное определение изготовлено 06.03.2026