Решение № 2-26/2018 2-26/2018(2-2778/2017;)~М-2812/2017 2-2778/2017 М-2812/2017 от 13 сентября 2018 г. по делу № 2-26/2018

2-26/2018


РЕШЕНИЕ

ИФИО1

14 сентября 2018 года Советский районный суд в составе:

председательствующего судьи Ненашевой О.С.,

при секретаре ФИО3,

с участием помощника прокурора ФИО4,

истца ФИО2, представителя ответчика ОГАУЗ «Томская Областная клиническая больница» ФИО9, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №, третьего лица ФИО8, представителя третьего лица ФИО10, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Томская областная клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда, штрафа,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к Областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Томская областная клиническая больница» (далее- ОГАУЗ «ТОКБ») о взыскании компенсации морального вреда в размере 800 000 рублей, штрафа в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В обоснование иска указано, что в ДД.ММ.ГГГГ истец бригадой скорой медицинской помощи был доставлен в ОГАУЗ «ТОКБ» с бытовой травмой правой руки - резаной раной правого лучезапястного сустава. Врач ОГАУЗ «ТОКБ» ФИО8 выполнил ПХО раны, а также шов сухожилия лучевого разгибателя кисти, более никаких медицинских услуг не оказывалось. В госпитализации истцу было отказано, хотя ввиду характера повреждений он в ней нуждался. Истцу не был наложен гипс, несмотря на то, что кисть болталась, вследствие чего сшитое сухожилие вытягивалось. В медицинской карте отказа от госпитализации от ДД.ММ.ГГГГ врачом ФИО8 было указано: «Активные движения и чувствительность дистальнее места травмы сохранены». Однако данное утверждение не соответствовало действительности. На самом деле истец не мог пошевелить большим пальцем правой руки, полностью отсутствовала чувствительность указательного пальца по тыльной поверхности ладони до запястья. Каким образом врач-хирург сделал вышеупомянутый вывод не ясно. Кроме, того, в медицинской карте неверно был указан диагноз: «резаная рана левого лучезапястного сустава». Впоследствии истцу пришлось обратиться в АНО «Научно-исследовательский институт» микрохирургии» (НИИ Микрохирургии), где истцу оказали медицинскую помощь: после осмотра ДД.ММ.ГГГГ он был направлен на УЗИ сухожилий; ДД.ММ.ГГГГ протоколом ультразвукового исследования мягких тканей, проведенного врачом Медицинского объединения «Здоровье» был зафиксирован разрыв в проксимальном отделе длинного абдуктора 1 пальца правой кисти; по результатам повторного осмотра в НИИ Микрохирургии ДД.ММ.ГГГГ истцу было назначено оперативное лечение в клинике НИИ Микрохирургии с госпитализацией ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ была выполнена операция: ревизия, невролиз, микрохирургический шов поверхностной ветви правого лучевого нерва, шов сухожилия длинного абдуктора 1 пальца правой кисти. В ОГАУЗ «ТОКБ» квалифицированная помощь в объеме, гарантированном ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ», истцу оказана не была. Врач ОГАУЗ «ТОКБ» по халатности забыл сшить разрезанный правый лучевой нерв и сухожилие длинного абдуктора 1 пальца правой кисти. ДД.ММ.ГГГГ истец обратился в Территориальный орган РОСЗДРАВНАДЗОРА по с жалобой на нарушения, допущенные при оказании медицинской помощи в ОГАУЗ «ТОКБ». По обращению истца проведена внеплановая документарная проверка в отношении ОГАУЗ «ТОКБ» и АНО «НИИ Микрохирургии». При анализе медицинской документации были выявлены нарушения ст. 18 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ»: при оказании специализированной медицинской помощи истцу, было нарушено право на доступную и качественную медицинскую помощь, в частности, после проведения ПХО раны, шва сухожилия лучевого разгибателя кисти не была проведена иммобилизация, при осмотре и проведении хирургической обработки раны не диагностировано повреждение сухожилия длинного абдуктора 1 пальца. Руководителю ОГАУЗ «ТОКБ» было выдано предписание об устранении нарушений в организации оказания медицинской помощи. ДД.ММ.ГГГГ истец обратился с жалобой на ОГАУЗ «ТОКБ» к страховой медицинской компании ЗАО «МАКС-М». По факту обращения была проведена экспертиза качества оказания медицинской помощи в ОГАУЗ «ТОКБ». По результатам анализа медицинской документации внештатным врачом-экспертом было указано следующее: после проведения ПХО раны, шва сухожилия лучевого разгибателя кисти не была наложена гипсовая иммобилизация, что привело к удлинению сроков лечения; не было выявлено повреждение поверхностной ветви правого лучевого нерва, сухожилия длинного абдуктора 1 пальца правой кисти, что потребовало проведение дополнительной операции в АНО «НИИ Микрохирургии». С учетом изложенного, ссылаясь на Закон «О защите прав потребителей», указывая на некачественное оказание медицинской помощи, просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда.

В судебном заседании истец ФИО2 требование поддержал по основаниям, изложенным в иске. Пояснил, что судебная экспертиза подтвердила его доводы относительно некачественно оказанной и не в полном объеме медицинской помощи со стороны ответчика. В ОГАУЗ «ТОКБ» ему не был наложен гипс, не верно поставлен диагноз, не проведена диагностика, не были даны рекомендации на госпитализацию в хирургию. Получив травму кисти, он был уверен, что медицинское учреждение окажет необходимую и квалифицированную помощь. Однако в дальнейшем, когда выяснилось, что у него разрыв сухожилия, он сильно переживал сохранится ли чувствительность ладони. До настоящего времени он испытывает разочарование, страх при обращении в медицинские учреждения и перед медицинским вмешательством. После операции, проведенной ответчиком он испытывал сильную боль в руке. После обращения в НИИ Микрохирургии и наложении гипса, болевые ощущения уменьшились. Перед операцией в НИИ Микрохирургии, проведенной ДД.ММ.ГГГГ, болевых ощущений и отеков уже не было. В настоящий момент все функции руки восстановлены, болевых ощущений нет.

Представитель ответчика ОГАУЗ «ТОКБ» в судебном заседании иск не признала, полагала, что размер компенсации морального вреда истцом завышен. Врач ОГАУЗ «ТОКБ», который выполнил истцу ПХО раны, не наложил гипсовую лангету, поскольку был уверен в качестве и состоятельности шва. Истец сразу же обратился в АНО НИИ Микрохирургии, где ему проведена иммобилизация конечности. Все возможные осложнения, которые могли наступить для истца по факту не наступили. На момент осмотра истца врачом, активные движения и чувствительность конечности были сохранены, следовательно, диагностировать повреждение сухожилия отводящей мышцы и нерва не представлялось возможным. В случае диагностирования данных повреждений, провести экстренно операцию врач ТОКБ не мог. Истцу дана рекомендация лечение у травматолога по месту жительства. Кроме того, операция в НИИ Микрохирургии является не повторной, а второй и не связана с действиями сотрудника ОГАУЗ «ТОКБ».

Третье лицо ФИО8 считал заявленный размер компенсации морального вреда завышенным.

Представитель третьего лица СПАО «Ингосстрах» ФИО10 считала размер компенсации морального вреда завышенным. Истцом не доказан объем нравственных и моральных страданий.

Представитель третьего лица АНО НИИ Микрохирургии в судебное заседание не явился, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие.

В соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК РФ определено о рассмотрении дела в отсутствии неявившихся лиц.

Заслушав участвующих в деле лиц, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению частично, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Статьей 25 Всеобщей декларации прав человека и ст. 12 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, а также ст. 2 Протокола № от ДД.ММ.ГГГГ к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод признается право каждого человека на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) жизнь и здоровье являются нематериальными благами, которые защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных.

В ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплено, что при обращении за медицинской помощью и ее получении пациент имеет право на профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, получение консультаций врачей-специалистов, облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, доступными методами и лекарственными препаратами, а также возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В соответствии со ст. 98 указанного закона медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью гражданина лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

Пунктом 2 ст. 1096 ГК РФ установлено, что вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу п.1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что спорные правоотношения связаны с оценкой качества оказанных истцу медицинских услуг.

Принимая решение, суд основывается и на заключении судебно-медицинской экспертизы №, выполненной ФГБУ «ФИО1 Центр судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения РФ.

Согласно ч.1 ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Учитывая, что эксперты, проводившие судебную экспертизу, имеют высшую квалификацию, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеют соответствующие экспертные специальности, оснований не доверять выводам экспертизы не имеется, выводы судебной экспертизы сторонами не оспорены, суд принимает её в качестве доказательства.

Судом установлено и следует из медицинской документации, что ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ в 03 ч. 39 мин. поступил в приемное отделение ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» с жалобами на боли и кровотечение в области правого лучезапястного сустава. Вызвал скорую медицинскую помощь, которой доставлен в приемный покой ОГАУЗ «ТОКБ». Врачом поставлен диагноз: резаная рана правого лучезапястного сустава. Выполнена ПХО раны, шов сухожилия лучевого разгибателя кисти. ФИО2 направлен на амбулаторное лечение у травматолога поликлиники. В медицинской карте отказа в госпитализации ОГАУЗ «ТОКБ» вместо резаной раны правового предплечья указано: резаная рана левого предплечья.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился на консультацию в АНО «НИИ Микрохирургии ТНЦСО РАМН», где после осмотра поставлен диагноз: нейропатия поверхностной ветви правого лучевого нерва. Состояние после шва сухожилия короткого разгибателя кисти. Повреждение сухожилия длинного абдуктора 1 пальца правой кисти? Рекомендовано УЗИ сухожилий, повторная консультация.

На УЗИ исследования мягких тканей от ДД.ММ.ГГГГ выявлены эхопризнаки повреждения длинного абдуктора 1 пальца правой кисти.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 после повторной консультации в АНО «НИИ Микрохирургия» поставлен диагноз: посттравматическая нейропатия поверхностной ветви правого лучевого нерва. Травма сухожилия длинного абдуктора 1 пальца правой кисти. Больному предложена госпитализация в АНО «НИИ Микрохирургия».

Истец ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении в клинике АНО «НИИ Микрохирургия». При поступлении в нижней трети предплечья определялся рубец неправильной формы, размером 4-5 см. При пальпации рубец болезненный, стреляющие боли по тылу 1-2 пальцев правой руки. Активное разгибание кисти в лучезапястном суставе ограничено, активное отведение 1 пальца правой кисти невозможно. Пассивные движения сохранены.

ДД.ММ.ГГГГ истцу выполнена операция в АНО «НИИ Микрохирургия»: ревизия, невролиз, микрохирургический шов поверхностной ветви правого лучевого нерва, шов сухожилия длинного абдуктора 1 пальца правой кисти. При проведении операции обнаружен разрыв поверхностной ветви лучевого нерва. Обнаружен разрыв сухожилия длинного абдуктора 1 пальца, концы которого плотно спаяны с рубцовой тканью. После выполнения операции наложена гипсовая лонгета.

Свидетель ФИО6 – врач хирург НИИ Микрохирургии в судебном заседании пояснил, что пациент ФИО2 обратился к нему впервые ДД.ММ.ГГГГ на консультацию с жалобами на правую кисть. Истцу были проведены моторные пробы, необходимые для оценки функций кисти. В связи с чем появились подозрения на то, что функции кисти неполноценны. Истцу на тот момент была выполнена перевязка и наложена гипсовая лонгета. После того как швы были сняты и спал отек с конечности, истцу было рекомендовано сделать УЗИ, которое впоследствии подтвердило анатомические проблемы с кистью. С согласия истца ему была проведена операция: ревизия раны подтвердила повреждение сухожилия мышцы 1 пальца и поверхностной ветви лучевого нерва, которые были восстановлены. После чего пациент отправился на реабилитацию, которая заняла длительное время.

Учитывая, что истцом по делу заявлено требование о взыскании компенсации морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинской помощи, его размер, в случае удовлетворения требований, зависит от разрешения вопроса о правильности и полноте оказанной медицинской помощи ФИО2, в связи с чем судом по ходатайству представителя ответчика ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза.

Заключение судебно-медицинской экспертизы ФГБУ «ФИО1 центр судебно-медицинской экспертизы» Министерства Здравоохранения РФ № от ДД.ММ.ГГГГ содержит следующие выводы:

При оказании медицинской помощи ФИО2 допущены следующие недостатки оказания медицинской помощи:

- после проведения операции ПХО раны правой кисти, шва сухожилия одного из лучевых разгибателей кисти ФИО2 в ОГАУЗ «ТОКБ» не была наложена гипсовая лонгета;

- повреждение сухожилия длинной отводящей мышцы 1 пальца и повреждение поверхностной ветви лучевого нерва не диагностированы, вследствие чего в ОГАУЗ «ТОКБ» ФИО2 не был госпитализирован / не были оформлены рекомендации о необходимости проведения плановой операции.

Также имеются недостатки оформления медицинской документации в ОГАУЗ «ТОКБ» - по-разному указан диагноз и объем хирургической операции.

Обязательным при оказании неотложной медицинской помощи при травме кисти является проведение ПХО раны кисти (что было проведено ФИО2) и наложение гипсовой лонгетной повязки (что не было проведено ФИО2). Что указывает на неполноту оказания неотложной медицинской помощи. Также при осмотре и проведении операции ПХО раны не было диагностировано повреждение сухожилия длинной отводящей мышцы (абдуктора) 1 пальца и повреждение поверхности ветви лучевого нерва. Операция первичного шва сухожилия длинного абдуктора 1 пальца, разгибателей кисти и шва поверхностной ветви лучевого нерва относится к категории специализированной хирургической помощи и должна выполняться в условиях специализированного стационара – отделения хирургии кисти, отделения пластической хирургии или травматологического отделения, а не амбулаторно в условиях приемного отделения, в связи с чем требует направления на госпитализацию, что необходимо было сделать ФИО2

Таким образом, неотложная медицинская помощь ФИО2 в ОГАУЗ «ТОКБ» ДД.ММ.ГГГГ была оказана не в полном объеме.

В представленных медицинских документах из ОГАУЗ «ТОКБ» (Справка по обращению за медицинской помощью № и Медицинская карта отказа от госпитализации №) нет указаний на существование каких-либо объективных причин оказания медицинской помощи пациенту не в полном объеме. При этом медицинская карта отказа от госпитализации № представлена не полностью: в ней нет протокола операции, нет предоперационного эпикриза (показаний к оперативному вмешательству), нет протокола послеоперационного осмотра пациента. В представленных медицинских документах по –разному указан диагноз и объем хирургической операции.

Также согласно выводам судебной экспертизы, отсутствие гипсовой иммобилизации может привести к боли после операции, к развитию более выраженного отека, дискомфорту, несостоятельности швов.

Повреждение сухожилия длинной отводящей мышцы 1 пальца приводит к снижению функции 1 пальца, которое не компенсируется действием других неповрежденных сухожилий.

Показаний для проведения оперативного вмешательства в экстренном порядке у ФИО2 не было. ФИО2 ввиду отказа в экстренной госпитализации, была показана госпитализация в специализированный стационар ( в отделение хирургии кисти, в отделение пластической хирургии или в травматологическом отделении (при отсутствии в медицинской организации указанных отделений)) для выполнения операции в плановом порядке. В ОГАУЗ «ТОКБ» рекомендации по госпитализации ФИО2 даны не были.

Операцию, проведенную ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в АНО «НИИ Микрохирургии», правильно считать не повторной, а второй, поскольку шов поврежденного сухожилия длинной отводящей мышцы 1 пальца и нерва проводился впервые. Восстановление поврежденных анатомических структур в плановом порядке в ходе проведения второй операции имеет преимущества (ниже риск развития раневой инфекции, проведение операции в дневное время в условиях плановой операционной).

Учитывая, что общий срок реабилитации и восстановления трудоспособности после шва сухожилия длинной отводящей мышцы 1 пальца варьирует от 8 до 12 недель, можно считать, что проведение второй операции существенно не удлиняет общий срок лечения, поскольку после качественно выполненной плановой операции восстановление обычно протекает быстро, а после экстренной операции в неблагоприятных условиях велик риск) развития осложнений, удлинения сроков лечения и неблагоприятного исхода.

Вместе с тем, недостатки, допущенные при оказании медицинской помощи ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в ОГАУЗ «ТОКБ» не обусловили необходимость проведения «повторных» плановых операций и удлинение сроков лечения, в связи с чем причинно-следственная связь отсутствует, степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, не устанавливается.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно положениям ст. ст. 56, 59, 67 ГПК РФ суд самостоятельно определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Совокупность собранных и исследованных судом доказательств позволяет сделать вывод о том, что недостатки оказания медицинской помощи ОГАУЗ «ТОКБ»: не диагностированы повреждения сухожилия длинной отводящей мышцы 1 пальца и ветви лучевого нерва, не даны рекомендации по госпитализации в специализированный стационар и необходимости проведения плановой операции, могли привести к снижению функции 1 пальца кисти истца. Однако, своевременное обращение истца в АНО «НИИ Микрохирургия» и проведение операции по восстановлению поврежденных сухожилия и нерва, исключили наступление возможных негативных последствий.

Кроме того, сотрудником ОГАУЗ «ТОКБ» после проведения операции ПХО раны кисти истца не была наложена гипсовая лонгета, что приводило истца к дискомфорту и болевым ощущениям. Гипсовая лонгета наложена в этот же день в АНО «НИИ Микрохирургия», что не отрицалось истцом в судебном заседании.

Согласно ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

При вышеизложенных обстоятельствах суд считает, что медицинская услуга оказана с нарушением ст.ст. 8-10 Закона РФ «О защите прав потребителей», то есть некачественно, а потому требование о компенсации причиненного морального вреда подлежит удовлетворению, между тем, исходя из требований ст. 1101 ГК РФ, согласно которым при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости, суд признает заявленную сумму компенсации завышенной.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что в связи с ненадлежащим оказанием медицинским работником ОГАУЗ «ТОКБ» медицинской помощи ФИО2 был причинен моральный вред, выразившийся в претерпевании им физических и нравственных страданий, который подлежит взысканию с ответчика.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд принимает во внимание степень причиненных ФИО2 физических и нравственных страданий, их характер и продолжительность, фактические обстоятельства причинения морального вреда, при которых был причинен моральный вред, индивидуальные особенности истца, степень вины медицинских работников ОГАУЗ «ТОКБ», учитывая принцип разумности и справедливости, считает возможным взыскать в пользу истца ФИО2 компенсацию морального вреда с ОГАУЗ «ТОКБ» в размере 85 000 руб.

Согласно п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Соответственно, исходя из положений ч. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей», в пользу ФИО2 подлежит взысканию с ОГАУЗ «ТОКБ» штраф в размере 42 500 руб. (85 000 х 50%).

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ОГАУЗ «ТОКБ» подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования «» в размере 300 руб.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Томская областная клиническая больница» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 85 000 рублей, штраф в размере 42 500 рублей.

Взыскать с Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Томская областная клиническая больница» в бюджет муниципального образования «» расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Советский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья О.С. Ненашева