Решение № 2-944/2017 2-944/2017~М-796/2017 М-796/2017 от 25 сентября 2017 г. по делу № 2-944/2017

Дело № 2-944/17


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 сентября 2017 года г. Норильск

Норильский городской суд Красноярского края в составе председательствующего: судьи Калюжной О.Г.,

с участием прокурора Черновой Л.Н.,

истца ФИО1,

представителя истца – ФИО2, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика ПАО «ГМК «Норильский никель» - ФИО3, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

при секретаре Фоминой Т.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление ФИО1 к публичному акционерному обществу «Горно-металлургическая компания «Норильский никель» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате профессионального заболевания,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском, в котором просит взыскать с ПАО «ГМК «Норильский никель» компенсацию морального вреда, в связи с повреждением здоровья в результате профессионального заболевания в размере 1000000 рублей, а также расходы по оплате услуг представителя в размере 10000 рублей, мотивируя следующим.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец работал в ПАО «ГМК «Норильский никель» <данные изъяты>

Согласно протокола <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлено профессиональное заболевание - <данные изъяты>

Из акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ следует, что установленное заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия на организм вредного производственного фактора, превышающего предельно-допустимые уровни (ПДУ): <данные изъяты> Лицом, допустившим нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормальных актов является ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель».

Согласно заключению ФКУ «Главное бюро МСЭ по <адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена <данные изъяты> группа инвалидности по профессиональному заболеванию и утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>

В связи с профессиональным заболеванием истец испытывает физические и нравственные страдания. Так, с ДД.ММ.ГГГГ года он испытывает боли в области поясницы, шеи, в кистях рук и коленях, в локтевых и тазобедренных суставах, а при нахождении спокойном состоянии у него возникает онемение пальцев рук и суставов, зябкость рук на холоде, а от воздействия холодной воды и общего охлаждения организма возникает побеление пальцев, а также не может долго ходить, сидеть или лежать в одном положении, поскольку испытывает ноющие, ломящие, тянущие боли в суставах, в результате чего не высыпается, чувствует себя «разбитым» человеком, в связи с чего появляется раздражительность, что создает проблемы в общении с близкими. Он не может вести активный образ жизни, испытывает трудности в повседневной жизни, чувствует себя неполноценным человеком.

ФИО1 считает, что приобретение профессионального заболевания находится в прямой причинно-следственной связи с нарушением ответчиком своих обязанностей по созданию безопасных условий труда, предусмотренных ст.ст.22, 212 ТК РФ, в связи с чем, в соответствии со ст. 237 ТК РФ, обязанность компенсировать причиненный вред должна возлагаться на ответчика.

В судебном заседании истец ФИО1 свои требования поддержал по изложенным в иске основаниям по изложенным выше основаниям, дополнительно пояснив, что на протяжении длительного времени, а именно с ДД.ММ.ГГГГ года испытывает боли в пояснице, шеи, в кистях рук и коленях, в локтевых и тазобедренных суставах, а при нахождении в спокойном состоянии возникает онемение пальцев рук и суставов, зябкость рук на холоде. Он не может долго ходить, сидеть или лежать в одном положении, поскольку испытывает боли в плечевых суставах, а когда спит на спине или животе, появляется шум в голове, поэтому не высыпается. В связи с постоянными болями он вынужден постоянно принимать лекарственные препараты и проходить лечение у невролога и профпатолога. Уволился с работы по соглашению сторон, но до увольнения и после состояние здоровья ухудшилось в связи с чем он был госпитализирован и пролежал более двух недель в больнице. Истец подтвердил, что работодателем ему была выплачена компенсация морального вреда в связи профессиональным заболеванием в размере <данные изъяты>, предусмотренная Коллективным договором, с размером которой он не согласен, считая ее недостаточной и не справедливой.

Представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования своего доверителя поддержала и Профессиональное заболевание было установлено ДД.ММ.ГГГГ, однако истец начал с ДД.ММ.ГГГГ года проходить лечение в стационаре, вызванное появившимися болями в области кистей рук и локтевых суставов, которые с ДД.ММ.ГГГГ года стали носить систематический характер, он стал наблюдаться периодически у невролога и профпатолога, а каждым годом, боли усиливаются. В ДД.ММ.ГГГГ года истец был уволен по соглашению сторон, но также продолжает проходить лечение и наблюдаться у врачей. Состояние здоровья истца ухудшается, в течение последнего года в связи с воспалительным процессом в связи с профзаболеванием был госпитализирован прошел лечение в стационаре горбольницы <адрес>.

Представитель ответчика ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО3, действующая на основании доверенности № ГМК-ЗФ-88/341 от ДД.ММ.ГГГГ, иск ФИО1 полагает необоснованным, мотивируя тем, что ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с ОАО «НГМК» (с ДД.ММ.ГГГГ переименовано в ОАО «ГМК «Норильский никель», а с ДД.ММ.ГГГГ в ПАО «ГМК «Норильский никель») в качестве <данные изъяты>

Врачебной комиссией <данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ истцу установлено профессиональное заболевание. ДД.ММ.ГГГГ был составлен Акт о случае профессионального заболевания, ДД.ММ.ГГГГ истец был освидетельствован МСЭК и ему первично установлена стойкая утрата профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере <данные изъяты> на период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

На основании заявления истца от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с п. 10.46 Коллективного договора, на основании распоряжения и.о.директора ЗФ компании от ДД.ММ.ГГГГ истцу было выплачено <данные изъяты> в счет компенсации морального вреда, поэтому представитель ответчика полагает, что между сторонами было достигнуто соглашение по вопросу возмещения морального вреда, его размеру и стороны добровольно предприняли меры к исполнению достигнутого соглашения. Выплата компенсации морального вреда была осуществлена ответчиком, что исключает возможность повторного взыскания компенсации морального вреда.

Кроме того, страховщиком истцу были установлены единовременная и ежемесячные страховые выплаты в связи с профессиональным заболеванием за счет платежей работодателя на обязательное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, перечисляемых в Фонд социального страхования РФ.

Со стороны работодателя выполнялись все обязательные мероприятия по профилактике профессиональной заболеваемости: ежегодно проводились медицинские осмотры истца; истец обеспечивался высококачественными средствами индивидуальной защиты; на постоянной основе закупалось новое усовершенствованное оборудование, минимизирующее и исключающее ручной труд; на постоянной основе проводилась аттестация рабочих мест по условиям труда, по результатам которой разрабатывались мероприятия, направленные на их улучшение и приведение в соответствие санитарным нормам; работники, работающие во вредных условиях труда, обеспечивались молоком, кефиром, соком, лечебно-профилактическим питанием. Работодателем предоставлялись все предусмотренные законом льготы и компенсации, связанные с работой во вредных условиях труда: установление повышенной оплаты труда, сокращенной продолжительности рабочего времени, дополнительного оплачиваемого отпуска, предоставлялись путевки на санаторно-курортное лечение.

Требования о взыскании расходов на оплату юридических услуг, по мнению представителя ответчика, являются явно завышенными, что не соответствует принципу разумности.

Выслушав истца ФИО1, представителя истца- ФИО2, представителя ответчика ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО3, заключение прокурора Черновой Л.Н., полагавшей требования истца подлежащими частичном удовлетворению, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению в части, по следующим основаниям.

Согласно п. 6 ст. 8, ст. 12 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают вследствие причинения вреда другому лицу. Защита гражданских прав осуществляется, наряду с другими способами, в том числе и путем компенсации морального вреда.

В силу ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно статье 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя.

На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 работал в ОАО «Норильский горно-металлургический комбинат им ФИО7» с <данные изъяты>

ОАО «Норильский горно-металлургический комбинат им ФИО7» преобразован в акционерное общество открытого типа «Норильский горно-металлургический комбинат им. ФИО7» <данные изъяты>

<данные изъяты>

С <данные изъяты>

ОАО «ГМК «Норильский никель» с ДД.ММ.ГГГГ переименовано в ПАО «ГМК «Норильский никель». <данные изъяты>

<данные изъяты>

Согласно Выписки из истории <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 установлено профессиональное заболевание: <данные изъяты> Противопоказана работа в условиях воздействия вибрации, физических нагрузок, неблагоприятного микроклимата (л.д. 21-23).

Согласно п. 17, 18, 19,20 Акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного главным государственным санитарным врачом по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, по результатам производственного контроля, данным аттестации рабочего места, причиной профессионального заболевания послужило: <данные изъяты>

По результатам периодических медицинских осмотров: с ДД.ММ.ГГГГ год у ФИО1- <данные изъяты> медицинские противопоказания к работе не выявлены. С ДД.ММ.ГГГГ наблюдается <данные изъяты>. В ДД.ММ.ГГГГ году самостоятельно обратился в центр профессиональной патологии для установления профессионального заболевания.

Согласно Заключению: профессиональное заболевание возникло в результате несовершенства технологических процессов, длительного стажа работы в контакте с вредными производственными факторами. Непосредственной причиной заболевания послужило: длительное воздействие локальной вибрации превышающей предельно-допустимые уровни до 7 дБ, воздействие на организм работника тяжести трудового процесса с превышением ПДУ по массы поднимаемого и перемещаемого груза вручную при чередовании с другой работой, рабочей позе, наклонам корпуса.

Согласно п. 21 Акта, лицом, допустившим нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов являются администрация ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель», которая допустила следующие нарушения: <данные изъяты> что является нарушением ч. 1 ст. 24, ч. 2 ст. 25 ФЗ «О санитарно-эпидемиологическим благополучии населения», №Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда», п№ «Производственная вибрация, вибрация в помещениях жилых и общественных зданий» (л.д. 11-18).

Акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ в установленном законом порядке сторонами не оспорен.

С ДД.ММ.ГГГГ ФКУ «ГБ СМЭ по <адрес>» Минтруда России Бюро № в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ, на основании Акта о профессиональном заболевании от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 определена степень утраты профессиональной трудоспособности – <данные изъяты> и установлена <данные изъяты> группа инвалидности на срок до ДД.ММ.ГГГГ.

На основании приказа Филиала № Государственного учреждения – Красноярского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации от 1ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 в связи с профессиональным заболеванием, полученным ДД.ММ.ГГГГ в период работы в ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель», назначена ежемесячная страховая выплата в <данные изъяты>, с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 38).

Из подлинника амбулаторной карты ФИО1 усматривается (л.д. 61-81), что он в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом «<данные изъяты>. Истец неоднократно обращался к <данные изъяты> с жалобами на боли в суставах рук, дрожь и онемение кистей, судороги, скованность в поясничных связках, в пояснично-крестцовом отделе позвоночника, периодически с иррадиацией в нижние конечности, а именно : ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, в ДД.ММ.ГГГГ года, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. Начиная с ДД.ММ.ГГГГ истец обращался к <данные изъяты> с жалобами на ежедневные головные боли, сжимающего характера, шум в ушах, головокружение, ухудшение зрения, ухудшение памяти и внимания, а именно ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно выписного эпикриза, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на лечении в дневном стационаре с диагнозом «<данные изъяты>

Из выписного эпикриза следует, что истец находился на лечении на дневном стационаре в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом «<данные изъяты>

Анализ выше приведенных доказательств, в их совокупности дает суду основание для вывода о том, что причина возникновения профессионального заболевания истца в результате длительного воздействия локальной вибрации превышающей предельно-допустимые уровни до 7 дБ, воздействие на организм работника тяжести трудового процесса с превышением ПДУ по массы поднимаемого и перемещаемого груза вручную при чередовании с другой работой, рабочей позе, наклонам корпуса - находится в прямой причинной связи с его трудовой деятельностью в качестве <данные изъяты>», с полным рабочим днем под землей, поэтому у ПАО «ГМК «Норильский никель» возникло обязательство по выплате истцу компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 184 ТК РФ, при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных законом случаях, предоставляется в порядке обязательного социального страхования. Отношения по данному виду обязательного социального страхования регулируются Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», вступившим в силу с ДД.ММ.ГГГГ (далее – Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ) (пункт 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).

Из содержания ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ следует, что профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

В соответствии с п. 3 ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ, возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу части 2 статьи 5 ТК РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

Согласно п. 10.46 Коллективного договора ОАО «ГМК «Норильский никель» на 2015-2018 года (л.д. 39-41) в случае смерти или утраты трудоспособности работника, наступившей в результате несчастного случая или профессионального заболевания при выполнении своих трудовых обязанностей, за счет средств предприятия потерпевшему или семье умершего возмещается моральный вред в размере, в том числе работнику при частичной утрате трудоспособности – пропорционально утраченной трудоспособности – из расчета 310 000 рублей при полной утрате профессиональной трудоспособности.

В соответствии с данным Коллективным договором, на основании личного заявления ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 42), распоряжением и.о.директора ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель» от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 43), истцу была выплачена компенсация морального вреда в связи профессиональным заболеванием в размере <данные изъяты>, что не оспаривается сторонами и подтверждается поручением на оплату № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 45), реестрами к платежному поручению (л.д. 46,47), платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 48).

Данное обстоятельство суд расценивает как признание ответчиком ПАО «ГМК «Норильский никель» своей вины в том, что работодатель допустил повреждение здоровья своего работника ФИО1 на данном предприятии в связи с работой во вредных условиях, с полным рабочим днем под землей и получение им профессионального заболевания. Следовательно, суд приходит к выводу, что ПАО «ГМК «Норильский никель» должно выплатить денежную компенсацию причиненного истцу морального вреда, в связи с ненадлежащим обеспечением безопасных условий труда истцу, что привело к возникновению у него профессионального заболевания, которое установлено в период работы истца в ПАО «ГМК «Норильский никель» на подземном участке работ.

Доводы представителя ответчика об отсутствии у истца оснований для заявления рассматриваемых требований в виду произведенной ему ранее выплатой в сумме <данные изъяты> суд находит не состоятельными, поскольку суд вправе при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда, причиненного работнику, прийти к выводу об определении размера компенсации, отличной от условий, предусмотренных локальным актом работодателя.

Истец не согласен с размером этой выплаты, считая ее недостаточной и не справедливой, в силу чего, в порядке ст. 237 ТК РФ, при возникновении спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшим физических и нравственных страданий, а так же степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Разрешая требования истца о взыскании в его пользу с данного ответчика компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей, суд принимает во внимание общие положения о компенсации морального вреда, установленные Гражданским кодексом РФ, а также то, что в период работы истца у ответчика сомнения в его профессиональной пригодности не возникали, так как ФИО1 в соответствии с ст. 211, 213 ТК РФ проходил периодические медицинские осмотры в соответствии с приказом Минздравсоцразвития №н от ДД.ММ.ГГГГ и признавался врачебной комиссией годным к выполнению трудовой функции по своей профессии во вредных условиях труда.

При этом суд полагает, что фактическое добросовестное выполнение ответчиком обязанности, связанной с отчислением в ФСС РФ обязательных платежей, - страховых взносов на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний по самым высоким страховым тарифам (с повышенной отраслевой надбавкой), не может служить основанием для освобождения ответчика от ответственности, установленной законодательством РФ о компенсации морального вреда, но принимается судом при определении размера компенсации морального вреда.

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда.

Не может служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований к ответчику проведение работодателем обязательных мероприятий по профилактике профессиональной заболеваемости работников, предоставление льгот и компенсаций, связанных с работой во вредных условиях труда, поскольку, как указано выше, выявленное у истца заболевание является профессиональным, из чего следует сделать вывод о том, что вышеуказанные мероприятия являются или недостаточными, или неэффективными, что также подтверждается Актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, в котором указано на нарушение ПАО «ГМК «Норильский никель» государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов.

Признавая факт и характер нравственных и физических страданий истца во время его работы в ПАО «ГМК «Норильский никель» <данные изъяты> с полным рабочим днем под землей, в условиях воздействия вредных и опасных производственных факторов, что повлекло возникновение у него профессионального заболевания, суд считает требования о компенсации морального вреда обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению. При этом суд учитывает характер и обстоятельства причинения морального вреда истцу, степень вины ответчика ПАО «ГМК «Норильский никель» в возникновении вреда, стаж и период работы истца во вредных условиях у ответчика, степень утраты истцом трудоспособности, характер и тяжесть установленного профессионального заболевания, фактическое принятие ответчиком в добровольном порядке мер на поддержку истца, связанных с вышеприведенными выплатами ему различных видов денежной компенсации и материальной помощи в связи с повреждением его здоровья, также требования разумности и справедливости, и тот факт, что после установления истцу инвалидности состояние его здоровья не улучшилось, а напротив, истец неоднократно в ДД.ММ.ГГГГ г. обращался к врачу в связи с ухудшением состояния здоровья в результате чего после увольнения с работы был госпитализирован и прошел длительное лечение в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, диагноз <данные изъяты>

Оценив эти обстоятельства в совокупности, суд полагает заявленный размер требований завышенным и считает необходимым взыскать с ПАО «ГМК «Норильский никель» в пользу ФИО1 в счет компенсации причиненного морального вреда 60000 рублей, признавая данную сумму разумным размером денежной компенсации причиненного ему морального вреда.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, взысканию с ответчика ПАО «ГМК «Норильский никель» в доход местного бюджета подлежит государственная пошлина, от уплаты которой освобожден истец, по требованиям неимущественного характера в размере 300 рублей.

Согласно ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся и расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

На основании ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истец понес расходы по оплате юридических услуг за составление искового заявления и представительство в суде 10000 рублей, что подтверждено документально (л.д. 24).

Учитывая уровень сложности спорного правоотношения и объект судебной защиты, реальный объем оказанной истцу юридической помощи и ее качество, временные затраты представителя на рассмотрение дела и количество судебных заседаний по делу, исходя из чего, полагает заявленную сумму расходов отвечающей принципам разумности и справедливости и полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца данные расходы.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к публичному акционерному обществу «Горно-металлургическая компания «Норильский никель» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате профессионального заболевания, удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО «ГМК «Норильский никель» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 60000 рублей, а также расходы по оплате юридических услуг и представительство в суде в размере 10000 рублей, а всего 70000 (семьдесят тысяч) рублей.

В остальной части иска, отказать.

Взыскать с ПАО «ГМК «Норильский никель» в пользу местного бюджета государственную пошлину за удовлетворение требований неимущественного характера в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Норильский городской суд в месячный срок со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий О.Г.Калюжная

Мотивированное решение изготовлено 02 октября 2017 г.