Решение № 2-842/2019 2-842/2019~М-638/2019 М-638/2019 от 20 мая 2019 г. по делу № 2-842/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город ФИО1 20 мая 2019 года

Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в составе председательствующей судьи Большаковой С.Ю., при секретаре Маликовой Я.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-842/2019 по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 о применении последствий недействительности мнимых сделок,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в суд с иском (с учетом уточнений) к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 о применении последствий недействительности мнимых сделок. Просит применить последствия недействительности мнимой сделки к договору дарения 1/100 доли в квартире по адресу РБ <адрес>, заключенному 08.07.2014г. между ФИО3 и ФИО5, вернув 1/100 долю в квартире в долевую собственность ФИО3 Просит применить последствия недействительности мнимой сделки к соглашению от 23.06.2014г. об определении долей в квартире по адресу РБ <адрес>, заключенному между ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, вернув квартиру в совместную собственность ФИО3 Просит прекратить зарегистрированное право собственности ФИО3 ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 на квартиру по адресу <адрес><адрес>.

По тем основаниям, что решением Демского районного суда г.Уфы от 25.09.2018г. с учетом апелляционного определения Верховного Суда РБ от 18.12.2018г. взыскано с ФИО3 в пользу ФИО2 675029 рублей. В основу решении суда был положен приговор от 16.05.2016г. с учетом апелляционного определения от 05.09.2016г. в отношении ФИО3 по ч.3ст.159.4 УК РФ за мошенничество в крупном размере. ФИО2 был признан потерпевшим, с признанием права на возмещение вреда. Исполнительный лист по решению суда от 25.09.2018г. с учетом изменения апелляционной инстанцией истец направил в службу судебных приставов, однако у должника ФИО3 отсутствуют имущество и денежные средства. Отсутствие у должника имущества и денежных средств обусловлено тем, что на стадии совершения уголовного преступления и решения вопроса о возбуждении уголовного дела, в целях сокрытия принадлежащего имущества и уклонения обращения взыскания на него, ФИО3 в течение короткого периода времени произвел отчуждение принадлежащего ему имущества близким родственникам и иным третьим лицам. Доля ФИО3 в квартире была определена несоразмерно малой – 1/100 доля, хотя владел квартирой по договору передачи квартир в совместную собственность от 26.11.1992г., участвовал в приватизации совместно с родителями, постоянно там проживал, продолжает быть там зарегистрирован, имел право не менее чем на 1/3 долю квартиры, но от равенства долей ФИО3 решил отойти. Далее, с умыслом на сокрытие имущества во избежание исполнения обязательств, ФИО3 произвел отчуждение этой 1/100 доли по договору дарения в пользу своей матери. В 2014 году ФИО3 совершал визиты к следователю, консультировался с адвокатами, давал объяснения, и осознавал, что с него лично, как с лица, совершившего мошеннические действия, может быть в дальнейшем взыскан материальный ущерб, причиненный преступлением. Подарив 1/100 долю квартиры своей матери, ФИО3 продолжал проживать и пользоваться этой квартирой, будучи зарегистрированным в этой квартире по месту жительства. Кроме того, о мнимости сделок свидетельствует то, что ФИО3 для своей семьи снимает квартиру у своей матери в г.Уфа по договору найма.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, его интересы представляет представитель по доверенности ФИО8, который поддержал заявленные исковые требования в полном объеме.

Ответчик ФИО5, являющаяся также и представителем по доверенности ответчика ФИО7, представитель ответчика ФИО5 по доверенности ФИО9, в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований.

Ответчики ФИО3, ФИО4, ФИО6, ФИО7 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Ответчики ФИО3, ФИО4, ФИО6 письменными заявлениями просили рассмотреть дело в их отсутствие.

Представитель третьего лица администрации городского округа г.ФИО1 по доверенности ФИО10 в судебном заседании полагала оставить исковые требования на усмотрение суда.

Представители третьих лиц Управления Росреестра по РБ, МКУ «Управление по учету имущества казны и жилищной политике» городского округа г.ФИО1 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст.167 ГК РФ, предусматривающей общие положения о последствиях недействительности сделки, «1. Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. 2. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 3. Если из существа оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время. 4. Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.»

Статьей 170 Гражданского кодекса РФ предусмотрено: «1. Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 2. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.»

Согласно ст.246 Гражданского кодекса РФ, «1. Распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников. 2. Участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 настоящего Кодекса.»

Материалами дела и в судебном заседании установлено, что по договору от 26.11.1992г. квартира по адресу <адрес> была передана мэрией г.Октябрьского в совместную собственность ФИО5 (в фамилии были внесены исправления в 2002 году, суд приводит фамилии так, как сейчас фамилии значатся согласно документам, удостоверяющим личность и как в настоящее время значатся в органах загс), являющейся основным квартиросъемщиком, ее мужу ФИО4, их малолетним (на тот момент) детям ФИО3 и ФИО7, и родственнице основного квартиросъемщика - ФИО6

23.06.2014г. между ФИО5, ФИО4, ФИО3, ФИО7, ФИО6 было заключено соглашение об определении долей в квартире, находящейся в общей совместной собственности. Согласно этому соглашению, участники совместной собственности договорились определить доли в квартире по адресу <адрес> следующим образом: ФИО5 78/100 оо общего имущества, ФИО4 10/100 об общего имущества, ФИО3 1/100 об общего имущества, ФИО7 1/100 об общего имущества, ФИО6 10/100 об общего имущества. Государственная регистрация права общей долевой собственности была произведена 02.07.2014г.

08.07.2014г. между ФИО3 и ФИО5 был заключен договор дарения доли квартиры, согласно которому даритель ФИО3 подарил одаряемой ФИО5 (своей матери) принадлежащую ему 1/100 долю квартиры по адресу <адрес>. Государственная регистрация произведена 15.07.2014г.

Права в отношении квартиры по адресу <адрес> возникли у малолетнего (на тот момент) ФИО3, его младшего брата, их родителей и родственницы с 1991 года согласно обменного ордера, в дальнейшем квартира была ими приватизирована в 1992г.

Поэтому суд полагает, что определение долей в квартире по соглашению от 23.06.2014г. именно в указанных в соглашении размерах – это право участников ранее совместной собственности. Последующее дарение ФИО3 1/100 доли в этой квартире своей матери – это право собственника доли распорядится принадлежащим им имуществом, независимо от ее размера. То обстоятельство, что ФИО3 остался быть зарегистрированным по месту жительства в этой квартире, никаким образом о мнимости сделок не свидетельствует.

Судом в данном случае установлено, что ФИО3 с детства проживал в этой квартире с родителями, его право собственности на квартиру возникло именно в результате приватизации квартиры, никаких понуждений к снятию регистрации ФИО3 из этой квартиры не имелось, ФИО3 и после дарения доли квартиры также сохраняет свое право на проживание в квартире, его регистрация по месту жительства в квартире была сохранена.

Истец указывает, что указанные сделки, а именно соглашение от 23.06.2014г. и договор дарения от 08.07.2014г. являются мнимыми, совершены ФИО3 с умыслом на сокрытие имущества во избежание исполнения обязательств.

Судом установлено следующее.

В отношении ответчика ФИО3 вынесен приговор Демским районным судом г.Уфы Республики Башкортостан от 16.05.2016г. по уголовному делу №1-41/2016г. Приговор вступил в законную силу с учетом апелляционного определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 05.09.2016г., которым смягчено наказание.

Указанным приговором установлено, что ФИО3 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности в особо крупном размере. ФИО3, являясь с 17.11.2010г. директором ООО «БашАгроСпецТехника», заключил 04.06.2013г. с индивидуальным предпринимателем ФИО2 договор № 482 на поставку трактора «Беларус 82.1». ИП ФИО2 во исполнение указанного договора перечислил 05.06.2013г. на расчетный счет ООО «БашАгроСпецТехника» 660000 рублей. Однако ФИО3 полученные от потерпевших денежные средства на общую сумму 6045500 рублей на расчетные счета поставщиков сельскохозяйственной техники не перечислил, распорядился ими по своему усмотрению, преднамеренно не исполнив договорные обязательства по поставке сельскохозяйственной техники потерпевшим.

Решением Демского районного суда г.Уфы Республики Башкортостан от 25.09.2018г. по гражданскому делу №2-1092/2018 с учетом апелляционного определения Верховного Суда РБ от 18.12.2018г., взыскано с ФИО3 в пользу ФИО2 675029 рублей.

В решении суда от 25.09.2018г. отражено, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.12.2013г. было постановлено – расторгнуть договор №482 от 04.06.2013г. между ООО «БашАгроСпецТехника» и ИП ФИО2, взыскать с ООО «БашАгроСпецТехника» в пользу ИП ФИО2 660000 рублей долга, 25000 расходы по оплате представителя, 18200 расходы по оплате госпошлины.

В апелляционном определении Верховного Суда Республики Башкортостан от 18.12.2018г., отменившим в части решение суда от 25.09.2018г., указано, что из материалов исполнительного производства следует, что решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.12.2013г. фактически не исполнено, при этом срок для предъявления исполнительного листа к исполнению на момент рассмотрения спора истек. Таким образом, преступными действиями ФИО3 истцу ФИО2 причинен материальный ущерб, который до настоящего времени не возмещен.

Исполнительный лист по указанному решению суда от 25.09.2018г. (с учетом апелляционного определения от 28.12.2018г.) находится на исполнении с Демском районном отделе судебных приставов г.Уфы УФССП по РБ, дата возбуждения исполнительного производства 15.03.2019г., на 18.04.2019г. остаток задолженности составляет 675029 рублей, согласно письма Демского районного отдела судебных приставов г.Уфы УФССП по РБ от 18.04.2019г.

Истец по настоящему гражданскому делу указывает, что отсутствие у должника имущества и денежных средств обусловлено тем, что уже на стадии совершения уголовного преступления и решения вопроса о возбуждении уголовного дела, в целях сокрытия принадлежащего имущества и уклонения обращения взыскания на него, ФИО3 в течение короткого периода времени произвел отчуждение принадлежащего ему имущества-1/100 доли в спорной квартире. В 2014 году ФИО3 совершал визиты к следователю, консультировался с адвокатами, давал объяснения, и осознавал, что с него лично, как с лица, совершившего мошеннические действия, может быть в дальнейшем взыскан материальный ущерб, причиненный преступлением.

Однако, суд считает необходимым отметить, что преступление в отношении потерпевшего ИП ФИО2 было совершено при следующих обстоятельствах: ФИО3, являясь с 17.11.2010г. директором ООО «БашАгроСпецТехника», заключил 04.06.2013г. с ИП ФИО2 договор № 482 на поставку трактора «Беларус 82.1», ИП ФИО2 перечислил 05.06.2013г. на расчетный счет ООО «БашАгроСпецТехника» 660000 рублей.

В дальнейшем решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.12.2013г. расторгнут договор №482 от 04.06.2013г. между ООО «БашАгроСпецТехника» и ИП ФИО2, взыскано с ООО «БашАгроСпецТехника» в пользу ИП ФИО2 660000 рублей долга и сумма расходов.

По состоянию на период совершения сделок в отношении квартиры, а именно соглашения от 23.06.2014г. и договора дарения от 08.07.2014г., указанная сумма 660000 рублей за трактор уже была взыскана с ООО «БашАгроСпецТехника» в пользу ИП ФИО2 решением Арбитражного суда РБ.

ФИО3 являлся единственным участником и руководителем ООО «БашАгроСпецТехника», однако сделки с квартирой (соглашение от 23.06.2014г. и договор дарения от 08.07.2014г.) совершал в отношении квартиры, в которой право собственности было лично у ФИО3, а не у возглавляемого им юридического лица ООО «БашАгроСпецТехника». Тогда как сумма 660000 рублей за трактор была взыскана в пользу ИП ФИО2 именно с юридического лица ООО «БашАгроСпецТехника» решением Арбитражного суда РБ от 24.12.2013г.

Приговор в отношении ФИО3 вынесен судом 16.05.2016г., вступил в законную силу 05.09.2016г.

В дальнейшем решением суда от 25.09.2018г. с учетом апелляционного определения от 18.12.2018г. взыскано с ФИО3 в пользу ФИО2 675029 рублей.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Сделки в отношении квартиры (соглашение и договор дарения) заключены в соответствии с требованиями действующего законодательства, исполнены сторонами реально, на момент заключения и государственной регистрации спорное имущество под арестом не находилось. Из анализа положений п.1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, является таковой в том случае, если уже в момент ее совершения воля сторон сделок не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей. Указанная сделка не порождает никаких правовых последствий, при ее совершении стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Сделки, которые являются мнимыми, совершаются лишь для того, чтобы создать ложное представление об их заключении у третьих лиц, тогда как в действительности стороны не намерены ничего изменять в своем правовом положении. Правовой целью договора дарения является безвозмездный переход права собственности на подаренное имущество от дарителя к одаряемому. Мнимость договора дарения исключает намерение дарителя прекратить свое право собственности на предмет сделки, а одаряемый со своей стороны не намерен приобрести право собственности на предмет сделки. Бремя доказывания наличия оснований для признания сделки мнимой в соответствии с положениями ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации возложено на истца.

Из материалов дела следует, что сделки в отношении квартиры в 2014 году заключены между близкими родственниками – дети с родителями и родственница матери, исполнены сторонами реально. Ответчики не только предусмотрели реальные правовые последствия сделок, но и осуществили их, регистрация общей долевой собственности, в дальнейшем переход права собственности на долю к одаряемому состоялись. На момент совершения сделок квартира (либо доля ФИО3) не была обременена обеспечительными мерами, запретов и ограничений на отчуждение не имелось, вследствие чего ответчики вправе были распорядиться имуществом по своему усмотрению. Действия по совершению указанных сделок были направлены на возникновение и регистрацию общей долевой собственности, в дальнейшем на переход права собственности на долю ФИО3 к его матери по договору дарения, сделки сторонами исполнены.

Поэтому суд приходит к выводу, что сторонами сделок совершены конкретные действия, направленные на возникновение соответствующих данным сделкам правовых последствий, что исключает применение п.1 ст. 170 ГК РФ. Правовые последствия указанных сделок соответствуют их содержанию.

Доказательств, свидетельствующих о наличии порока воли сторон сделок, а также того, что сделки были совершены с заведомой целью их неисполнения или ненадлежащего исполнения, что сделки осуществлены ответчиками исключительно с намерением причинить вред истцу или по иным недобросовестным мотивам, - истцом не представлены.

Имеющиеся материалы дела такими доказательствами не являются, поскольку в силу приведенных норм о мнимости сделок не свидетельствуют.

При рассмотрении настоящего дела суд руководствуется приведенными нормами Гражданского кодекса РФ о недействительности сделок, равно как нормами ГК РФ о правах собственника распоряжаться своим имуществом (ст.ст.209, 288, 572 ГК РФ).

Из совокупности обстоятельств дела следует, что сделки в отношении квартиры, а именно соглашение от 23.06.2014г. и договор дарения от 08.07.2014г., мнимыми не являются.

Не свидетельствуют о мнимости сделок и такие доводы истца, как определение доли ФИО3 в квартире лишь в размере 1/100, дарение им этой доли своей матери, сохранившаяся регистрация ФИО3 по месту жительства, обстоятельства найма квартиры в г.Уфе у своей матери, ненуждаемость матери в том, чтобы ей была подарена доля квартиры, в силу вышеприведенных норм.

Никаких достаточных оснований для выводов о мнимости сделок на момент их совершения – не имеется.

Права других участников общей долевой собственности при заключении договора дарения не были нарушены.

Стороной ответчиков заявлено о пропуске срока исковой давности, со ссылками на неоднократное ознакомление ФИО2 с материалами уголовного дела, из которого ФИО2 должно было стать известно о прекращении права собственности ФИО3 на долю в квартире. Для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ). Течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала ее исполнения. Суд приходит к выводу, что истцом срок исковой давности не попущен в силу того обстоятельства, что сумма ущерба, причиненного преступлением, взыскана с ФИО3 в пользу ФИО2 решением суда от 25.09.2018г. с учетом апелляционного определения от 18.12.2018г., с этого времени истец стал принимать меры к фактическому взысканию суммы ущерба с ФИО3, в целях чего и заявил иск о последствиях мнимости сделок.

Оценивая изложенные выше обстоятельства в совокупности, в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ, суд отказывает в удовлетворении исковых требований в полном объеме, поскольку никаких законных оснований для их удовлетворения у суда не имеется, истцом надлежащих и достаточных доказательств в обоснование иска суду не представлено.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 о применении последствий недействительности мнимой сделки к договору дарения 1/100 доли в квартире по адресу <адрес>, заключенному 08.07.2014г. между ФИО3 и ФИО5, возврате 1/100 доли в квартире в долевую собственность ФИО3; применении последствий недействительности мнимой сделки к соглашению от 23.06.2014г. об определении долей в квартире по адресу <адрес>, заключенному между ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, возврате квартиры в совместную собственность ФИО3; прекращении зарегистрированного права собственности ФИО3 ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 на квартиру по адресу <адрес> - отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Октябрьский городской суд Республики Башкортостан.

Судья С.Ю. Большакова