Определение № 4Г-1007/2017 от 19 апреля 2017 г. по делу № 4Г-1007/2017

4Г-1007/2017


ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красноярск 20 апреля 2017 года

Судья Красноярского краевого суда Соснин Ю.А., рассмотрев кассационную жалобу представителя ГУ МВД России по Красноярскому краю ФИО1 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 27 февраля 2017 года по делу по иску ФИО2 к Межмуниципальному управлению МВД РФ «Красноярское» о восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Решением Советского районного суда г.Красноярска от 12 октября 2016 года отказано в удовлетворении исковых требований ФИО2 к МУ МВД РФ «Красноярское», Отделу полиции №5 МУ МВД РФ «Красноярское» о защите трудовых прав.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 27 февраля 2017 года решение Советского районного суда г.Красноярска от 12 октября 2016 года отменено и по делу принято новое решение, которым ФИО2 восстановлен на службе в органах внутренних дел в должности <данные изъяты> Отдела полиции № 5 МУ МВД России «Красноярское» с <дата>. С МУ МВД России «Красноярское» в пользу ФИО2 взысканы денежное довольствие за время вынужденного прогула <данные изъяты> рубля и компенсация морального вреда <данные изъяты> рублей.

В кассационной жалобе, поступившей в Красноярский краевой суд 28 марта 2017 года, представитель ГУ МВД России по Красноярскому краю ФИО1 просит отменить апелляционное определение, ссылаясь на нарушение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, неверную оценку юридически значимых обстоятельств по делу.

В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Таких нарушений при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не допущено.

Как установлено судами нижестоящих инстанций, на основании контракта о прохождении службы в органах внутренних дел от <дата> и в соответствии с приказом №л/с от <дата> МУ МВД России «Красноярское» <данные изъяты> ФИО2 назначен на должность <данные изъяты> Отдела полиции № МУ МВД России «Красноярское».

<дата> ФИО2 обратился с рапортом на имя начальника МУ МВД «Красноярское» о предоставлении ему дополнительных дней отпуска за <данные изъяты> год за ненормированный служебный день <данные изъяты> календарных дней) и за стаж службы в органах внутренних дел (<данные изъяты> календарных дней) с выездом в д. <адрес>, с <дата>.

<дата> ФИО2 был подан рапорт о предоставлении ему основного отпуска за <данные изъяты> год в количестве <данные изъяты> календарных дней, не включая выходные и праздничные дни в количестве <данные изъяты> дней, дополнительных за ненормированный служебный день (<данные изъяты> календарных дней) и за стаж службы в органах внутренних дел (<данные изъяты> календарных дней) и два календарных дня для следования к месту проведения отпуска в <данные изъяты> с <дата>, а также рапорт об увольнении со службы в органах внутренних дел по собственному желанию с <дата>.

Получив отпускные удостоверения в кадровой службе МУ МВД России «Красноярское» ФИО2 убыл в отпуск и одновременно направил ответчику почтой рапорт об отзыве ранее поданного рапорта об увольнении со службы по собственному желанию, который поступил ответчику <дата>.

<дата> истцу по месту его жительства ответчиком направлено заказное письмо за исх. №, которым ФИО2 уведомлялся, что в связи с отзывом <дата> рапорта на увольнение, приказ о предоставлении ему отпуска за 2016 год с <дата> не издавался и ему необходимо с <дата> приступить к исполнению служебных обязанностей. Выданное ранее отпускное удостоверение не свидетельствует о предоставлении отпуска за 2016 год. Данное письмо истцом получено не было. Впоследствии ответчиком посредством телефонограмм доведена данная информация до истца.

<дата> истец предоставил в ОРЛС МУ МВД России «Красноярское» листок нетрудоспособности, в соответствии с которым ФИО2 был нетрудоспособен в период с <данные изъяты> по <дата>.

В связи с отсутствием на службе истца и не предоставлением документов, подтверждающих уважительность отсутствия, <дата><данные изъяты> МУ МВД России «Красноярское» <данные изъяты> ФИО4 на имя начальника Управления подан соответствующий рапорт, в котором содержалась просьба назначить проведение служебной проверки по данным обстоятельствам. В этот же день в отношении ФИО2 назначено проведение служебной проверки.

По выходу на службу <дата> истцу было предложено в срок до 18.00 часов <дата> предоставить в отдел по работе с личным составом МУ МВД России «Красноярское» объяснение с указанием причины его отсутствия на службе с <дата> по <дата>. В рамках служебной проверки ФИО2 были даны объяснения по данному факту отсутствия на службе в период с <дата> по <дата>.

По заключению служебной проверки, утвержденному <дата>, отсутствие истца на службе с <дата> по <дата> было признано прогулом, при этом установлено, что в период отсутствия на службе ФИО2 осуществлял уход за больным ребенком, поскольку в их семье имеется второй ребенок, которому не исполнился один год.

В связи с грубым нарушением служебной дисциплины (отсутствие по месту службы без уважительной причины более четырех часов подряд в течение установленного служебного времени) к ФИО2 применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения со службы в органах внутренних дел по основанию, установленному п.6 ч.1 ст.82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года №342-ФЗ.

ФИО2, обращаясь в суд с иском к МУ МВД России «Красноярское» о восстановлении на службе в органах внутренних дел, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, полагал свое увольнение незаконным, так как дисциплинарного проступка не совершал, отсутствовал на службе в связи с нахождением в ежегодном оплачиваемом отпуске за 2016 год, который ему был предоставлен с <дата>, а также по причине временной нетрудоспособности. По окончании ежегодного отпуска вышел на службу, однако в отношении него была проведена служебная проверка, которая послужила основанием для увольнения его со службы.

Суд первой инстанции, рассматривая заявленные требования, пришел к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения, поскольку истцом было допущено грубое нарушение служебной дисциплины, выразившееся в самовольном убытии в отпуск, так как отпуск истца в 2016 году был запланирован на декабрь 2016 года, приказ о предоставлении отпуска не издавался, выдача отпускного удостоверения не является основанием для убытия сотрудника в отпуск.

С указанными выводами суда первой инстанции не согласилась судебная коллегия.

Анализируя положения Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденной приказом МВД РФ от <дата> №, которая применяется в части, не противоречащей Федеральному Закону № 342-ФЗ от <дата> «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», судом апелляционной инстанции обоснованно учтено, что при предоставлении сотруднику отпуска помимо федерального закона, предусматривающего обязательное издание соответствующего приказа, вышеуказанная инструкция в части выдачи отпускных удостоверений также подлежит применению. При выбытии сотрудника в отпуск кроме вынесения указанного приказа также выдается отпускное удостоверение, в котором указывается период отпуска и место его проведения. При этом, несмотря на действующее правовое регулирование, сотрудники с приказом о предоставлении отпусков не знакомятся, о предоставлении отпуска и как следствие о результатах рассмотрения рапорта о предоставлении отпуска они узнают от своего куратора в кадровом подразделении МУ МВД России «Красноярское».

Оценивая по правилам ст. 67 ГПК РФ представленные сторонами доказательства, судебная коллегия, установив, что <дата> истцу выдано 2 отпускных удостоверения о предоставлении отпуска <дата> год с <дата> по <дата> и с <дата> по <дата> включительно за <дата>, пришла к выводу о том, что истец на законных основаниях убыл в отпуск, совершив все предусмотренные установленным в ОВД порядком необходимые действия для того, чтобы узнать о принятом руководителем решении по его рапорту и получив отпускные удостоверения, которые в связи с установленным порядком являются единственным подтверждением того, что отпуск предоставлен сотруднику и он вправе его использовать, поскольку ознакомление с приказами о предоставлении отпуска ответчиком не предусмотрено.

Кроме того, судом апелляционной инстанции указано на нарушение ответчиком требований к срокам проведения служебной проверки, установленным п.п.15,16,17 Порядка проведения служебной проверки в органах, утвержденным Приказом МВД РФ от 26 марта 2013 года №161, а также ст.ст.51,52 Федерального Закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ, а именно 14 дней на принятие решения о проведении служебной проверки и 30 дней на её проведение, не включая период временной нетрудоспособности истца. О непредоставлении истцу отпуска <данные изъяты> год с <дата> руководителю кадрового подразделения ответчика стало известно <дата>, поскольку в адрес истца <дата> было подготовлено соответствующее извещение и направлено почтой. Отпуск за 2015 год должен был закончиться <дата>, таким образом, <дата> работодателю было известно о том, что истец отсутствует на службе без уважительных причин. При этом решение о проведении в отношении истца служебной проверки было принято спустя более полутора месяцев со дня обнаружения дисциплинарного проступка - <дата>, тогда как ответчик ссылается на отсутствие истца на службе без уважительной причины с <дата>.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия, руководствуясь ст.ст.47,49,82 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», установив, что истец отсутствовал на работе в связи с нахождением в отпуске, не установила правовых оснований для привлечения ФИО2 к дисциплинарной ответственности и наложения дисциплинарного взыскания в виде увольнения со службы в органах внутренних дел.

При этом судебная коллегия, оценивая последовательные действия ответчика, исходила из того, что отпуск истцу за <данные изъяты> был предоставлен и в связи с отзывом ФИО2 своего рапорта об увольнении, работодатель решил изменить ранее принятое решение о предоставлении отпуска. В нарушение требований п.12 ст. 56 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ ответчик не получил согласие истца на отзыв его из отпуска и не издал соответствующий приказ.

Разрешая требования истца о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, судебная коллегия, руководствуясь ст. 74 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ, п.7 Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников органов внутренних дел РФ, утвержденного Приказом МВД РФ от 31 января 2013 года № 65, учитывая период вынужденного прогула истца и установленное денежное довольствие в сумме <данные изъяты> рублей, определила ко взысканию с ответчика в пользу ФИО2 денежное довольствие за время вынужденного прогула <данные изъяты> рубля. Кроме того, учитывая, что в ходе рассмотрения дела было установлено, что работодателем были нарушены трудовые права истца, взыскала компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

Оснований не согласиться с данными выводами суда апелляционной инстанции, не имеется, судом при рассмотрении дела были правильно определены обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, оценка представленным доказательствам дана по правилам ст. 67 ГПК РФ, нарушений норм материального и процессуального права не допущено.

Доводы заявителя жалобы о том, что отпуск истца в соответствии с графиком отпусков на 2016 год, утвержденным начальником Управления, определен на <данные изъяты> года, были предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и обоснованно отклонены, поскольку истцом как <данные изъяты> составлялся иной график отпусков, с запланированным на <дата> отпуском, а утвержденный начальником МУ МВД России «Красноярское» новый график на 2016 год составлен его заместителем, данный график на 2016 год не был доведен до истца как <данные изъяты>, который согласовывает отпуска своим подчиненным сотрудникам.

Подлежат отклонению доводы заявителя жалобы о том, что отпускное удостоверение не является документом, подтверждающим законность нахождения сотрудника в отпуске, как противоречащее установленному судом апелляционной инстанции порядку направления сотрудникам ОВД в отпуск, а также положениям п.15.12 Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденной Приказом МВД России от 14 декабря 1999 года №1038, предусматривающего, что сотрудникам, убывающим в очередной отпуск, кадровыми подразделениями органов внутренних дел, а там, где нет кадровых подразделений, - должностными лицами, на которых возложены их функции, выдаются отпускные удостоверения. Основанием для предоставления отпуска и выдачи отпускного удостоверения являются график очередных ежегодных отпусков и рапорт сотрудника с резолюцией непосредственного начальника. В рапорте указывается место проведения отпуска.

Все доводы, изложенные в настоящей кассационной жалобе о том, что единственным законными основанием для убытия сотрудника в отпуск является только соответствующий приказ, а также о соблюдении ответчиком сроков проведения служебной проверки, направлены на иное толкование норм материального права, регулирующих вопрос предоставления сотруднику отпуска, а также к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки судебной коллегии. Переоценка доказательств не отнесена в силу ст. 390 ГПК РФ, к компетенции суда кассационной инстанции. Названные доводы кассационной жалобы не могут служить основанием для пересмотра судебного акта, вступившего в законную силу.

Как неоднократно указывал Европейский Суд по правам человека в своих постановлениях, право на судебное разбирательство, гарантированное пунктом 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, должно толковаться в свете Преамбулы к Конвенции, в которой, в соответствующей ее части, верховенство права признается частью общего наследия Договаривающихся государств. Одним из основополагающих аспектов верховенства права является принцип правовой определенности, который, среди прочего, требует, чтобы принятое судами окончательное решение не могло бы быть оспорено.

Правовая определенность подразумевает недопустимость повторного рассмотрения однажды решенного дела. Принцип закрепляет, что ни одна из сторон не может требовать пересмотра окончательного и вступившего в законную силу постановления только в целях проведения повторного слушания и получения нового постановления. Полномочие вышестоящего суда по пересмотру дела должно осуществляться в целях исправления судебных ошибок, неправильного отправления правосудия, а не пересмотра по существу. Пересмотр не может считаться скрытой формой обжалования, в то время как лишь возможное наличие двух точек зрения по одному вопросу не может являться основанием для пересмотра. Отступления от этого принципа оправданны только когда являются обязательными в силу обстоятельств существенного и непреодолимого характера. Поскольку таких обстоятельств не установлено, достаточных оснований по смыслу статьи 387 ГПК РФ для пересмотра обжалуемого судебного постановления в кассационном порядке не имеется.

При таких данных, вышеуказанное апелляционное определение судебной коллегии сомнений в его законности с учетом доводов кассационной жалобы ответчика не вызывает, а предусмотренные ст. 387 ГПК РФ основания для его изменения в настоящем случае отсутствуют.

Руководствуясь ст. 383 ГПК РФ,

ОПРЕДЕЛИЛ:

отказать в передаче кассационной жалобы представителя ГУ МВД России по Красноярскому краю ФИО1 для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Судья Красноярского краевого суда Ю.А. Соснин