Решение № 2-2063/2017 2-6/2018 2-6/2018 (2-2063/2017;) ~ М-1885/2017 М-1885/2017 от 1 июля 2018 г. по делу № 2-2063/2017

Дело № 2-6-2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Рудничный районный суд, г. Прокопьевска Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Шлыкова А.А.,

при секретаре судебного заседания Спициной А.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Прокопьевске, 02 июля 2018 года гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным, о признании права собственности на жилое помещение

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчице ФИО2 и просит:

признать недействительным завещание от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения;

признать за ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения права собственности на квартиру, расположенную по адресу: Кемеровская область, г. Прокопьевск, <...>, в порядке наследования по закону;

взыскать с ФИО2 в его пользу судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 13 573 рубля, по оплате услуг представителя в сумме 44 000 рублей, за составления искового заявления 5500 рублей, по оплате судебной экспертизы 37 000 рублей, за нотариальный тариф в сумме 1200 рублей и за оформление нотариальной доверенности 1300 рублей.

Иск мотивирован тем, что истец ФИО1 является племянником ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ФИО3 является родным братом по матери его отцу ФИО4, умершему ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 умер ДД.ММ.ГГГГ. Ранее он состоял в браке с ответчицей ФИО2, брак с которой был расторгнут. В браке у Р-вых родился сын ФИО5, который умер ДД.ММ.ГГГГ.

У ФИО3 в собственности находилась квартира, расположенная по адресу: <...>, г. Прокопьевска. Ближайших родственников у ФИО6, кроме истца, нет. После смерти ФИО2 он обратился к нотариусу ФИО7 с заявлением о принятии наследства, но по истечении 6 месяцев после смерти дяди получил от нотариуса отказ, поскольку ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ составил завещание на ответчицу ФИО2

Истец считает, что завещание, составленное ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, в силу ст. 177 ГК РФ является недействительным, поскольку ФИО3 на момент составления завещания находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Истец в иске указывает на то, что ФИО3 вёл аморальный образ жизни, употреблял наркотические вещества, периодически находился в наркотическом опьянении, состоял на учёте в наркологическом диспансере. ФИО3 вследствие употребления наркотиков не мог полностью отдавать отчёт своим действиям, понимать значение своих действий, был легко внушаем, и подчиняем воле других лиц. Считает, что ответчица, используя тяжелое психологическое и физическое состояние ФИО3, вошла к нему в доверие и уговорила написать завещание.

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении иска настаивал, дал объяснения аналогичные иску, в дополнение суду объяснил, что его дядя ФИО3 начал употреблять наркотические вещества с 20 лет. Употреблял он героин (опиат) внутривенно. Перерывы в употреблении наркотических веществ у него наступали только тогда, когда он отбывал наказание в местах лишения свободы. Летом 2015 г. дядя освободился из мест лишения свободы, а осенью 2015 г. связался с истцом, они встретились и поговорили.

После этого, осенью 2015 г., он стал навещать дядю с периодичностью один раз в два месяца. В октябре 2016 г. он приехал навестить дядю, он был не в очень хорошем состоянии, поскольку перешел с опиатов на синтетические наркотики (химическая соль). Он начал употреблять синтетические наркотики после того, как на них перешел его друг, живущий от него неподалеку по <...>. Состояние дяди на тот момент было следующее: он ничего не мог внятно говорить, суетился. Последний раз он видел дядю 14 или ДД.ММ.ГГГГ Дядя сильно похудел, постарел, на тот момент в квартире дядя был не один, с ним было еще двое наркоманов. Когда он навещал дядю в октябре 2016 г. и марте 2017 г. дядя был в состоянии наркотического опьянения, но его узнавал.

Он предлагал дяде лечь в наркологическую больницу и пройти лечение, но он не соглашался. Еще при жизни бабушки и дедушки, дядя проходил лечение в наркологическом диспансере в 2008, 2009, 2011 годах.

Дядя скончался ДД.ММ.ГГГГ Ближайших родственников, кроме истца, у дяди нет. О том, что дядя периодически находился в состоянии наркотического опьянения, могут подтвердить соседи, которые проживают в этом же доме, где ранее проживал дядя.

Ответчица ФИО2 скрыла от него смерть дяди, причину смерти, дату проведения похорон, ему даже неизвестно место, где похоронили дядю. У него не возникло бы никаких сомнений, по поводу наследства, ели бы он не видел состоянии дяди в октябре 2016 и марте 2017 г. Он полагает, что если бы дядя был в адекватном состоянии, то он его и ФИО6 указал наследниками, а не только ФИО6.

Представитель истца – адвокат Моргуненко Т.М., действующая на основании ордера <...> от ДД.ММ.ГГГГ, на удовлетворении иска настаивала, суду объяснила, что ФИО1 представил целый ряд документов, подтверждающих, что он действительно является наследником по закону. ФИО1 предоставил свидетельство о рождении, свидетельство о смерти, свидетельство о расторжении брака, им представлены документы близких родственников, которые могли бы претендовать на наследство. Представлены документы, что ФИО1 является племянником – ФИО3, и единственным наследником по закону, который может претендовать на наследство.

В связи с тем, что ФИО3 при жизни было составлено завещание, истец с самого начала считал и считает, что при составлении завещания ФИО3 находился в таком состоянии, когда он не мог понимать значение своих действий и руководить ими, не мог реально оценивать происходящие события и понимать их последствия. Это следует из его образа жизни, поскольку он в течение очень длительного времени принимал наркотические средства и был от них зависим. Это подтверждается целым рядом медицинских документов, имеющихся в материалах дела.

Так, из амбулаторной карты, и из истории болезни ФИО3 совершенно очевидно и записано с его слов, что он с 19 лет употреблял наркотические вещества, что он с 2008 г. состоял на учете в ГБУЗ КО «Прокопьевский наркологический диспансер», в 1999 г. ему уже проводилась судебно – медицинская психиатрическая экспертиза, в ходе экспертизы он говорил, что на тот момент он четыре года эпизодически употреблял наркотические вещества. Последнее время его состояние было таково, что он полностью зависел от наркотиков, вел нормальный образ жизни, не занимался общественно полезным трудом, не мог себя обслуживать, не мог обслуживать свое жилище и был значительно дезориентирован в реальной жизни.

Считает, что необходимо критически оценивать показания как 3 – го лица, которое, безусловно заинтересовано в исходе дела, поскольку это говорит о качестве работы нотариуса, который столь серьезную ситуацию, когда человек настолько болен, все - таки не смог правильно оценить. Считает, что более объективными являются показания не тех, кто был представлен ответчиком, так как они все – таки близкие родственники: мать ответчика, сестра ответчика.

Полагает, что более объективными являются показания посторонних свидетелей, которые были представлены свидетелями ДД.ММ.ГГГГ, которые ни в каких родственных отношениях не состоят. Более того, у ДД.ММ.ГГГГ родственники употребляют наркотики, они остро видят все те признаки, которые, как правило, говорят о наркотической зависимости. Свидетель ДД.ММ.ГГГГ говорил о том, что наследодатель вел аморальный образ жизни, что он задавал неадекватные вопросы, выглядел плохо, неопрятно, описывает его худым, со впалыми щеками. Свидетель ДД.ММ.ГГГГ говорила о том, что ей известно, что ФИО3 употреблял наркотики, что речь у него была заторможенная, растянутая, он находился очень часто в состоянии наркотического состояния, <...> были у него характерные, выглядел он неопрятно, худой, щеки впалые, кожные покровы желтого оттенка. Свидетель ДД.ММ.ГГГГ говорит о том, что с умершим ФИО3 была знакома, ее брат вместе с ним употреблял наркотические вещества, ДД.ММ.ГГГГ Она видела его в компании наркоманов, дома у ФИО3 была антисанитария: валялись шприцы, одежда была грязная, кожные покровы ФИО3 были серого цвета. Все говорило о том, что зависимость у него от наркотических веществ очень серьезная, что он очень истощен, не следит ни за собой, ни за жилищем. Все его мысли были направлены на употребление наркотиков. Из медицинских карт следует, что ФИО3 скончался от ДД.ММ.ГГГГ, из – за которой возникли осложнения: ДД.ММ.ГГГГ. Такое серьезное повреждение как черепно – <...><...>, как <...><...><...><...><...> слева не заставили его, заботится о своем здоровье. ФИО3 самовольно покидает отделение больницы. В домашних условиях невозможно каким- то образом пройти лечение при такой ДД.ММ.ГГГГ. Безусловно, все эти доказательства, кроме того, дополняются и показаниями медицинской экспертизы. Из медицинской документации эксперты <...> и эксперт – психолог приходят к однозначному выводу о том, что ФИО3 страдал наркотической зависимостью и на момент юридически значимых действий ДД.ММ.ГГГГ он не мог понимать значения своих действий и руководить ими. Считает, что данное доказательство также является бесспорным доказательством признания недействительным завещания.

Также просит обратить внимание на то, что ФИО2 в своих пояснениях и ее родственники отмечают, что им приходилось привозить продукты питания ФИО3, он самостоятельно этого сделать не мог, не заботился о себе. Заниматься оформлением документов на квартиру помогали ФИО3 именно они, возили его по учреждениям и конторам на своем автомобиле, самостоятельно он сам никуда не ходил, ездили к нотариусу, занимались оформлением различных документов, ходили по учреждениям и специалистам. Именно ответчица пояснила, что ФИО3 хотел ей подарить квартиру и что, когда им сообщили, что там будет налог 13 % от рыночной стоимости квартиры, не ФИО3 принимал решения о том, что подарить или сделать завещание, а именно ответчик принимала решения, какой документ составить. Поэтому говорить о свободном волеизъявлении и принятии каких – то самостоятельных решений ФИО3, говорить не приходится.

Ответчица ФИО2 в суд не явилась, о месте и времени судебного заседания была извещена надлежащим образом, попросила рассмотреть дело в её отсутствие.

В судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ответчица ФИО2 исковые требования не признала. Суду объяснила, что с ФИО3 она состояла в зарегистрированном браке с 1990 г. по 2007 г. В браке с ФИО3 у них родился сын – ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который в 2015 г. умер.

Их отношения, как бывших супругов, имеющих единственного общего ребенка – ФИО5, сохранялись нормальными и доверительными, можно сказать родственными, и после расторжения их брака, то есть с 2007 г. до дня смерти ФИО3 она помогла ФИО3 во всем. Она навещала ФИО3 один или два раза в неделю – привозила продукты питания, ежедневно разговаривала с ним по телефону. Когда она навещала ФИО3, то не замечала, чтобы он находился в нетрезвом виде или в состоянии наркотического опьянения. Он был всегда в нормальном, адекватном состоянии, дома был порядок, никаких бутылок из-под спиртного не было, не было никаких следов употребления наркотиков. Во время ежедневных разговоров с ФИО3, она не замечала за ним каких – либо странностей или невнятную речь, он разговаривал адекватно. С соседями ФИО3 близко не знакома, но она не слышала от них жалоб на то, что он злоупотребляет алкоголем или наркотиками. Попыток суицида у него не было, ФИО3 не состоял на учете в психиатрической больнице.

Во время частых визитов к ФИО3, она не видела истца у него дома, ФИО3 только один раз упомянул, что виделся с племянником. После освобождения, ФИО3 приехал к её матери, которая относилась к нему, как к зятю или как к сыну. Также он поддерживал дружеские отношения с её сестрой. Ей известно, что причина смерти ФИО3 связана с давлением, он жаловался на головную боль. Пока ФИО3 отбывал наказание, до ДД.ММ.ГГГГ она постоянно ежедневно с ним созванивалась. По распоряжению ФИО3 в его квартиру в 2012 г. была вселена дочь его сожительницы, она ей передала ключи от квартиры. До освобождения ФИО3 из мест лишения свободы коммунальные расходы по квартире оплачивала дочь его сожительницы, но оплата была произведена не полностью к сентябрю – октябрю 2015 г. накопилась задолженность – 18 000 рублей, которую она погасила. Она также оплачивала за Рылова текущие платежи.

После того, как задолженность по коммунальным платежам по квартире по <...> – <...> была погашена, ФИО3, с её помощью начал заниматься оформлением документов для получения свидетельства о праве собственности на квартиру по наследству. Её участие заключалось в том, что она возила его по учреждениям и конторам на своем автомобиле, помогала ФИО3 оформить документы на жилье. Первоначально в ноябре 2016 г. они приехали к нотариусу ФИО7 для того, чтобы выяснить, какие документы требуются от них для оформления документов на квартиру. После чего они занимались оформлением различных документов.

ФИО3 ходил по учреждениям и специалистам самостоятельно. Все время ФИО3 находился в адекватном состоянии, никогда, ни в 2015 г. после освобождения, ни в 2016 г. и особенно в последние четыре месяца: с ноября 2016 г. по февраль 2017 г., в период оформления документов на квартиру, она не видела его в нетрезвом состоянии, или в состоянии наркотического опьянения. Он был всегда трезв, адекватен, все решения по результатам проведенных им встреч с должностными лицами и нотариусом ФИО7 принимал самостоятельно. К нотариусу ФИО7 ФИО3 обращался за период 2016 – 2017 гг. не менее 4 раз.

К нотариусу ФИО7 они приехали ДД.ММ.ГГГГ на её автомобиле вместе с ФИО3 для получения пакета документов для МФЦ. У нотариуса ФИО7 ФИО3 в её присутствии поинтересовался у секретаря, сколько стоит оформление документов договора дарения и можно ли оформить договор дарения на указанную квартиру на неё. Им посоветовали до оформления прав собственности провести оценку квартиры с помощью оценщиков для оформления сделки - договора дарения. Секретарь ему сообщила, что при оформлении договора дарения, ей придется заплатить НДФЛ в размере 13 % от рыночной стоимости квартиры, примерно 130 000 рублей. Она не согласилась на оформление договора дарения на квартиру на её имя. Тогда ФИО3 начал интересоваться оформлением на неё завещания. Беседу с ФИО3 по установлению его волеизъявления на оформление завещания на её имя и установлению его дееспособности, нотариус ФИО7 проводила ДД.ММ.ГГГГ только с ФИО3 в своем кабинете. Затем нотариус пригласила для беседы её, спросила о ФИО3 и его намерении оформить на неё завещания. Она ответила, что это желание ФИО3 оформить на неё завещание, она его не принуждала и не настаивала. После того, как нотариус ФИО9 опросила её, она отправила её из кабинета в фойе ожидать результата разговора с ФИО3, а сама осталась с ФИО3 наедине, для составления, оформления и удостоверения завещания. До ДД.ММ.ГГГГ ей не было известно, что ФИО3 желает подарить или завещать ей квартиру, расположенную по адресу: г. Прокопьевск, <...><...>

Представитель ответчика ФИО10, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ иск не признал, суду объяснил, что отсутствуют какие–либо достоверные доказательства свидетельствующие о том, что ФИО3 на момент составления завещания страдал каким–либо психическим расстройством, не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.

Напротив, объяснения ответчицы ФИО2 и третьего лица нотариуса ФИО7, а также показания свидетелей ФИО11 и ФИО12 указывают на то, что на момент составления завещания ФИО3 был способен понимать значение своих действий и руководить ими, реально оценивал происходящие события, понимал последствия, которые они могли повлечь, и желал наступления этих последствий, у него отсутствовал порок воли.

Дееспособность ФИО3, а также способность его отдавать отчет в своих действиях в юридически значимый период времени - ДД.ММ.ГГГГ, была проверена нотариусом ФИО7 в установленном действующим законодательством порядке, что также подтверждается двумя заявлениями от 20.01.2017г. и от 09.02.2017г., а также завещанием, собственноручно подписанным ФИО3 в присутствии нотариуса ФИО7 При этом, просит отметить, что расшифровка подписи ФИО3 исполнена разборчиво, устойчивым, выработанным почерком, и сомнений в достоверности не вызывает.

ФИО3 в период с даты его условно - досрочного освобождения из мест лишения свободы, а также в период с октября - ноября 2016 г. по февраль 2017. На ДД.ММ.ГГГГ действовал последовательно, самостоятельно принимал решения, заключал сделки, оплачивал услуги, государственную пошлину, встречался 20.01.2017г, и ДД.ММ.ГГГГ с нотариусом ФИО7, другими должностными лицами (ЖЭК <...>, МФЦ, оценщики и др.), самостоятельно осуществлял юридически значимые поступки - сам явился к нотариусу ФИО7, и изложил свою волю, написал заявления от 20.01.2017г. от 09.02.2017г., оформлял ДД.ММ.ГГГГ и получал свидетельства о праве на наследства по закону, сам оформил ДД.ММ.ГГГГ завещание, сам получил документы у нотариуса ДД.ММ.ГГГГ и сдал их самостоятельно в МФЦ г. Прокопьевска для регистрации, сам же ДД.ММ.ГГГГ получил в МФЦ г. Прокопьевска документы после регистрации права собственности на квартиру.

Считает ошибочным и не соответствующим установленным по делу обстоятельствам выводы, содержащиеся в заключение комиссии экспертов от 23.03.2018г. № Б-448-2018 о том, что ФИО3, умерший 22.04.2017г. при жизни страдал психическим расстройством – полинаркоманией (<...><...><...><...><...>), в конечной (3-й) стадии (F19,293 по МКБ-10). и заключение экспертов о том, что ФИО3, умерший 22.04.2017г.,в юридически значимую дату 09.02.2017г., находился в таком состоянии, которое лишало его способности понимать значение своих действий и руководить ими, а равно и препятствовало правильному восприятию им событий окружающего мира.

Указывает на то, что заключение экспертов не соответствует ни по форме, ни по содержанию требованиям закона и других нормативно правовых актов.

Считает заключение неполным, несоответствующим имеющимся в материалах дела доказательствам, и вызывающим сомнение, поскольку в экспертном заключении не приводится список нормативно –правовых актов и специальной литературы которую эксперты использовали при проведении экспертизы, в заключении экспертов отсутствуют полные данные экспертов, ссылки на документы подтверждающие их полномочия, образование, профессиональный уровень, эксперты не ответили на четыре поставленных судом вопроса, в исследовательской части экспертного заключения не приводятся показания третьего лица по делу – нотариуса ФИО7, а также показания свидетелей ФИО13 и ФИО11, им не дана оценка, при проведении указанной экспертизы должен был привлекаться к участию врач-нарколог, который не был привлечен, выводы экспертов о состоянии ФИО3 на момент составления завещания опровергаются имеющими в материалах дела доказательствами, в том числе объяснениями третьего лица показаниями свидетелей, письменными материалами дела.

Просит суд истцу в удовлетворении иска к ответчице отказать в полном объёме.

Третье лицо –нотариус ФИО7 в суд не явилась, о месте и времени судебного заседания была извещена надлежащим образом, попросила рассмотреть дело в её отсутствии.

В судебных заседаниях от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ третье лицо -нотариус ФИО7 суду объяснила, что ФИО3 обращался к ней в нотариальную контору сначала за оформлением наследства, а затем за оформлением завещания. За оформлением наследства он обратился год назад, а за оформлением завещания полгода назад. На протяжение всего периода обращения в нотариальную контору, ФИО3 приходил всегда в трезвом, адекватном состоянии. Следов алкогольного или наркотического опьянения не было. ФИО3 контролировал и осознавал свои действия, производил впечатление спокойного человека, у неё не возникло сомнений в его адекватности. Приходя к ней в нотариальную контору, он ориентировался в пространстве (он осознавал, куда и зачем пришел) и времени. Чтобы проверить его дееспособность, она задавала ему разные вопросы, на которые он давал адекватные ответы. ФИО3 рассказал ей, что его сын умер, с супругой он в разводе, но она о нем заботиться, также он говорил, что понимает состояние своего здоровья, поэтому желает распорядиться своим имуществом, написать завещание на бывшую супругу, которая о нем заботится. ФИО3 приходил к ней всегда один, только один раз он пришел с бывшей супругой. ФИО3 обратился в нотариальную контору с заявлением об оформлении завещания, а не договора дарения. Лично она ему не предлагала оформить завещания вместо договора дарения, так как не может навязывать клиенту свою волю. Возможно, он беседовал с секретарем на данную тему, но не с ней. Если бы ФИО3 обращался с заявлением об оформлении договора дарения, она бы изначально отправила его оформлять документы в МФЦ.

Она с ФИО3 провела беседу, после чего вместе с ним отправилась к секретарю для дачи указаний подготовить завещание. Возможно, проходя по приемной, она могла поговорить с бывшей супругой ФИО3 ФИО14 недееспособности ФИО3 на момент юридически значимого действия, а именно, на момент оформления завещания – ДД.ММ.ГГГГ обнаружено не было. Тот день он практически провел в нотариальной конторе. Он обращался за нотариальным оформлением документов порядка 10 раз. Сначала ФИО3 обратился с заявлением об оформление им наследства. Затем, он приходил повторно, чтобы донести необходимые документы, затем он вновь приходил, так как они его вызывали, чтобы он оплатил данные услуги. Денег у него на оплату данных услуг не было, он уходил и долго не давал о себе знать. Они его вызванивали, спрашивали, когда он оплатит нотариальные услуги. Поэтому поводу он давал объяснения, говорил, что денег у него нет.

Считает, что заявления истца о том, что ФИО3 не понимал значение своих действий, является голословным, поскольку истец не общался с ФИО3 на протяжении 20 лет, а, следовательно, как он сможет оспаривать его дееспособность.

Суд, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ, считает необходимым рассмотреть данное гражданское дело в отсутствии ответчицы и третьего лица, против чего не возражают другие участники судебного разбирательства.

Эксперт ФИО15 суду объяснил, что он работает врачом судебным психиатрическим экспертом в ГКУЗ КО «Кемеровская областная клиническая психиатрическая больница», в отделение <...> – <...> – <...>.

При составлении заключения комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ за № Б-448/2018 они руководствовались нормативными документами: ФЗ «О государственной судебно - экспертной деятельности в РФ» <...> от 2001 г., приказом Минздрава РФ от ДД.ММ.ГГГГ <...> н «Об утверждении Порядка проведения судебно - психиатрической экспертизы», инструкцией по заполнению отраслевой учетной формы <...>/ У - 03 заключение судебно - психиатрического эксперта (комиссии экспертов). Кроме того, использовались методические документы, пособие по судебно – психиатрической экспертизе в гражданском процессе под ред. ФИО16 и ФИО17

Врачебное знание – это сугубо книжное знание, они (эксперты) обладают данными познаниями, но врачебное знание не состоит в том, чтобы его привязывали к конкретной юридической ситуации, взятой с конкретной страницы учебника. Если говорить о технических экспертизах, в которых говорится о жесткости и твердости тех, или иных веществ, то целесообразно обращаться к неким справочникам. Медицинское знание складывается из клинического опыта, знания, полученного в институте, на работе. У них экспертное заключение сначала диктуется, а потом подписывается. Нареканий ранее по экспертным заключениям не было, однако возникали вопросы суда, которые они разрешали либо в виде допроса эксперта, либо ответом на запрос суда.

На основании дополнительного образования по экспертной специальности он был устроен на данную должность, так как у него имеются соответствующие документы и сертификаты по прохождению обучения и соответственно они не просрочены. Данные квалификационные требования у него имеются, поэтому он работает в данной должности. Указывать заявленные данные, инструкцией по заполнению отраслевой учетной формы <...>/У <...> заключение судебно - психиатрического эксперта (комиссии экспертов) не указано.

Сведения, которые содержаться в заключение, отражают занимаемую должность, стаж работы в данной должности. Заключение комиссии экспертов не предполагает перечисление всех документов, специальностей и сертификатов.

На те вопросы, которые были поставлены перед экспертами, были даны прямые ответы. В ч. 3 в п.3,4 Инструкции по заполнению отраслевой учетной формы <...>/У - <...> заключение судебно - психиатрического эксперта (комиссии экспертов) говорится о том, что при наличии нескольких вопросов, эксперт вправе перегруппировать свои ответы в той последовательности, которая обеспечивает целесообразный порядок исследования.

При ответе на вопрос <...>: имелись ли у ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ на юридически значимую дату на ДД.ММ.ГГГГ какие-либо <...><...> или иное временное болезненное расстройство психической деятельности, препятствующее правильному восприятию им событий окружающего мира? ими (экспертами) был дан ответ о наличии у него зависимости от нескольких психоактивных (наркотических) веществ. В данном случае наличия у ФИО3 третьей стадии зависимости, делает другие вопросы бессмысленными. Имелись ли у ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ на юридически значимую дату на ДД.ММ.ГГГГ, частичное или стойкое органическое поражение <...><...>, повлиявшее на его способность правильно воспринимать события окружающего мира? Данные вопросы теряют свой смысл, так как сама тяжесть диагноза и те психические аномалии, которые были выявлены в ходе перспективного анализа, а также подтверждаются свидетельскими показаниями, свидетельствуют о его неспособности в юридической значимости. ФИО3 не способен был понимать значения своих действий и руководить ими, клиническая картина и свидетельские показания свидетельствуют об этом. В своих выводах мы обосновали, почему пришли к данному выводу. Ответ на первый вопрос включает в себя остальные три вопроса.

В настоящий время на основании приказа Минздрава РФ от ДД.ММ.ГГГГ <...> н «Об утверждении Порядка проведения судебно - психиатрической экспертизы», в ст. 21 ФЗ указано, что производство судебно – психиатрической экспертизы осуществляется в виде, в п. «б» указана комплексная судебно – психиатрическая экспертиза живых лиц и посмертная экспертиза, по медицинским материалам дела включая психолого - психиатрическую и сексолого – психиатрические экспертизы, нарколого – психиатрическую экспертизу, они предусмотрены медицинской специальностью. Есть фигура судебно – психиатрического эксперта, наркологические диагнозы их зависимости территориально лечатся в другом учреждении – наркологическом диспансере, но являются психическими расстройствами, исходя из классификации болезни. Врач судебно – психиатрический эксперт, обладая специальными познаниями в области психиатрии и судебной психиатрии, вполне обладает компетенцией для установления диагноза, с расстройством, связанным с употреблением активных веществ и других не химических зависимостей. Существуют специальности врач – психиатр и врач психиатр – нарколог, их готовят отдельно. Потому, что лечение указанных граждан имеет определенную специфику и осуществляется в других учреждениях. Любой врач психиатр имеет представление о зависимостях, это одна из частых патологий. Более того, у лиц с зависимостями развиваются тяжелые психические расстройства, которые лечатся в обычных психиатрических больницах. Исходя из приказа и перечня специальностей, фигура эксперта нарколога отсутствует, есть врач судебно – психиатрический эксперт, который отвечает на все вопросы входящие в пределы его компетенции, в том числе о наличии или отсутствие наркологического расстройства, т.е. обладает соответствующими познаниями.

Все представленные материалы гражданского дела были исследованы в полном объеме. Заключение комиссии экспертов не может содержать показания всех лиц, которые были допрошены по делу. В данном случае заключение должно содержать описание и аргументацию. Исходя из материалов гражданского дела, у ФИО3 имелся диагноз: ДД.ММ.ГГГГ подтверждался медицинскими документами и свидетельскими показаниями. Это было сопоставлено с характерной клинической картиной, поскольку любое заболевание имеет клиническую картину. Был сделан вывод о неспособности ФИО3 понимать значение своих действий. Данное заболевание <...>, прогрессирующее, без периодов ремиссии, постепенно, но неуклонно снижающее уровень личности. Сложность при проведении заключалась в противоречивых показаниях свидетелей: одни свидетели указывали, что ФИО3 был физически здоров и производил впечатление здорового человека, а другие свидетели говорили о том, что он имел болезненный вид. Они (эксперты) не оцениваем свидетельские показания на достоверность. В итоге гражданин умер от <...>, <...> Исходя из анамнеза, истории жизни ФИО3 все свидетельствует о том, что у него именно то расстройство, которое было установлено ему во время экспертизы. Показания свидетелей, которые отражены в заключении дополняют медицинскую клиническую картину, которая отражена в медицинских заключениях и патологоанатомическом акте и других медицинских документах, которые были представлены в материалах гражданского дела.

Показания третьего лица нотариуса ФИО18 не укладываются в клиническую картину, эксперты не вправе оценивать свидетельские показания на достоверность. Лицо, которое описывается за некоторое время за юридически значимым действием, описывается в одном состоянии и одновременно описывается в другом состоянии, вызывает противоречия. Противоречия разрешаются медицинскими документами и посмертным диагнозом. В данном конкретном случае, учитывалась клиническая картина. Нотариус удостоверяла его дееспособность, в данном конкретном случае дееспособность гражданина не подвергается никакому сомнению. В соответствии со ст. 177 ГК РФ которая говорит о том, что: «Сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значения своих действий и руководить ими и т.д.». В данном конкретном случае указано, что лицо может быть дееспособным, но также и указано состояние, которое может быть вызвано болезнью или каким – то эмоциональным состоянием, которое относится к компетенции психолога. О том, что нотариус удостоверила дееспособность ФИО3, нет сомнений, он был лицо дееспособное на момент совершения юридически значимого действия. Нотариус проработала с ним день, а они оценивают медицинские документы, отражающие его жизнь, быт и исход. Он полагает, что дал исчерпывающий ответ, почему в данном случае, это не играет решающее значение. Значение играет те личностные изменения, которые наступили после многолетнего употребления наркотиков. Изменения эмоционально – волевой сферы, которые привели к той ситуации, которая сложилась.

С его точки зрения они (эксперты) располагали медицинской документацией, которая представлена в материалах дела, которой оказалось достаточно для дачи категоричного ответа. Посмертная комплексная судебно - психолого – психиатрическая экспертиза одна из сложных экспертиз. В данном случае они не могут проконсультировать человека, не могут взять кровь на психоактивные вещества, а вынуждены по крупицам восстанавливать его жизнь, социальные особенности, изучать медицинскую документацию, свидетельские показания. Лицо, могло не страдать психическим расстройством, но находится в таком состоянии, что не могло понимать значения своих действий и руководить ими. В данном случае, его быт, материальное неустроенность, уход жены, желание сначала подарить ей единственное имеющееся у него жилье, затем, когда жена отказалась от данного предложения, он начал оформлять завещание, при этом находясь в молодом трудоспособном возрасте, но тяжело больным психически, что свидетельствует о том, что он не мог понимать значения своих действий и руководить ими. Было бы удобнее для проведения экспертизы, если бы ФИО3 наблюдался в наркологическом диспансере до момента сделки. Материалов дела оказалось достаточным для категоричного ответа.

Можно говорить о стадии вторичной зависимости у ФИО6, наличие <...> и его исходу в течение 2 мес. Он может сказать, что это заболевание носит многолетний ДД.ММ.ГГГГ заражение ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ. Это заболевание носило многолетний характер, он не следил за своим здоровьем, он не наблюдался в <...> – <...>, отсутствуют какие – либо сведения о применении им специальной противовирусной терапии, что в настоящее время возможно и что многократно продлевает жизнь людям. Исходя из материалов дела, имеется информация том, что он продолжал вести прежний образ жизни, за своим здоровьем не следил, продолжал употреблять наркотические средства.

Показания 3 – го лица, показаний свидетелей ФИО11 и ФИО12 не повлияли на выводы экспертов, иначе эксперты пришли бы к другому выводу. Оценивая данные показания или не оценивая, ФИО3 был болен, что отразилось на его состояние в совершении юридически значимых действий.

Они констатировали хроническое заболевание, которое в показаниях <...> и <...> указано еще задолго до ситуации, сопровождающееся многолетним употреблением, а так как заболевание носит хроническое и прогрессирующее течение, то в данном случае показания ФИО22 и ФИО25 можно учесть при наличии других опровергающих доказательств на юридически значимый период времени. Если на тот период времени он был таков, как его указывают свидетели, то это подтверждает наши выводы о его неспособности в данной ситуации понимать значение своих действий и руководить ими.

То психическое расстройство, которое было установлено, оно отражено в экспертном заключении комиссией экспертов. Это <...><...> от нескольких активных веществ (в стадии зависимости), далее следует шифр заболевания F19.293, такой диагноз ДД.ММ.ГГГГ был установлен.

На основании медицинских документов, представленных в материалах дела, они указали заболевание, а на основании свидетельских показаний указали юридически значимый период. В частности, они указывали, что имеются показания свидетеля <...>, откуда следует, что ФИО3 употреблял <...>, <...>, также ФИО3 употреблял спайсы, соли, относящиеся к синтетическим каннабиноидам. Если устанавливается зависимость от потребления нескольких психоактивных веществ – это зависимость характеризуется <...>), что значит от нескольких психоактивных веществ. Диагноз <...>» был основан на том, что он наблюдался, как следует из материалов дела в наркологическом диспансере, его быт носил ассоциативной характер, показания по его применению нескольких психоактивных веществ вплоть до неестественного его исхода раньше времени от инфекционного заболевания, которое часто является спутником и часто подтверждает зависимость от внутривенного употребления наркотиков.

Непосредственной связи причины смерти с психическим расстройством нет. Об этом свидетельствуют медицинские документы, отношения к собственному здоровью в виде отсутствия обращения в мед.учреждение, не приема лекарств, которые сейчас выдаются бесплатно в <...>, где людям значительно помогают продлить здоровье. О том, что в причине смерти указана, что заболевание протекало на фоне <...><...>. Непосредственной причины нет, так любой человек при наличии <...>

В любом случае при подготовке заключения учитывались медицинские документы, все свидетельские показания.

Эксперт ФИО19 суду объяснила, что работает в ГКУЗ КО «Кемеровская областная клиническая психиатрическая больница» психологом высшей квалификационной категории.

При составлении заключения комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ за № Б-448/2018 они руководствовались ФЗ «О государственной судебно - экспертной деятельности в РФ» <...> от 2001 г., приказом Минздрава РФ от ДД.ММ.ГГГГ <...> н «об утверждении Порядка проведения судебно - психиатрической экспертизы», инструкцией по заполнению отраслевой учетной формы <...>/ У - 03 заключение судебно - психиатрического эксперта (комиссии экспертов). Кроме того, использовались методические документы, пособие по судебно – психиатрической экспертизе в гражданском процессе под ред. ФИО16, ФИО17, и ФИО20. Нет такого стандарта, обязывающего экспертов отражать в описательной части заключения вышеизложенные нормативные акты. Все они проходят обучения в институте им. Сербского, и как Сербский этого не делал, так и они его ученики этого не делают.

Психолог отвечает только на вопросы, относящиеся к компетенции психолога, который занимается именно экспертной деятельностью. Если обратится к экспертизе, проведённой по ФИО3, то именно вопрос <...> относился к компетенции психолога: отличался ли ФИО3, умерший ДД.ММ.ГГГГ на момент составления завещания, т.е. на ДД.ММ.ГГГГ внушаемостью, подчиняемостью, способен ли был критически оценивать сложившуюся ситуацию? Именно этот вопрос и только этот вопрос в данном случае относится к компетенции психолога.

При проведении экспертизы изучаются все материалы гражданского дела, медицинские документы, все что представляется, но заключение не состоит из переписывания всех показаний, показания изучаются все. По данному делу все показания сторон были исследованы, все показания были учтены. Заключение — это не есть перепечатывания всех показаний, они изучаются, анализируются, учитываются всеми членами экспертной комиссии, но нет необходимости перепечатывать все показания, представленные в материалах дела.

Свидетель ФИО11 суду показала, что с истцом ФИО21 не знакома, видела его пару раз. Ответчик ФИО2 приходится ей дочерью. Умерший ФИО3 являлся бывшим зятем (с 1990 г.), с которым она поддерживала отношения до его смерти. Когда она навещала ФИО3, то не замечала, чтобы он находился в нетрезвом виде или в состоянии наркотического опьянения, при ней он был всегда в адекватном состоянии. ФИО3 с момента освобождения, т.е. с 2015 г. часто бывал у неё дома, помогал по хозяйству: летом обрабатывал огород, зимой кидал снег и т.д. Они с ФИО3 созванивались каждый день, спрашивали удруг друга как здоровье, как дела. Соседи ФИО3 на него не жаловались. ФИО3 жаловался ей на давление, со слов ФИО3 ей известно, что в мае 2016 г. во время открывания замка на входной двери квартиры у него поднялось давление, закружилась голова, и он упал со ступенек. Она никогда от него не слышала о попытках суицида, наоборот, он всегда её морально поддерживал. Во время визитов к ней, он делился мыслью о желании подарить квартиру её старшей дочери, его бывшей супруге. Она ему еще тогда говорила, что прежде чем осуществлять договор дарения, нужно погасить задолженность за коммунальные услуги. Подарить квартиру её дочери ФИО3 решил сам, это было его волеизъявление. Данную новость она никому не говорила, так как посчитала, что разговор должен остаться между ею и ФИО3 15 апреля в субботу она позвонила ФИО3 на сотовый телефон, он не ответил, и не перезвонил в этот день, а затем и не приехал к ней ДД.ММ.ГГГГ, хотя на этот день они с ним договаривались встретиться. Она забеспокоилась, и ДД.ММ.ГГГГ поехала к нему домой по <...>. ФИО3 на звонок в домофон не отвечал, она позвонила соседям ФИО3 по подъезду в домофон, попросила впустить её в подъезд. Входная дверь квартиры В. была не закрыта, она вошла в квартиру, и обнаружила его лежащего на полу в кухне, говорил он плохо, сказал, что ему плохо. Тогда она позвонила дочери – Кузнецовой Юли (старшая дочь в это время находилась в отпуске за рубежом), попросила ее приехать и вызвать машину скорой помощи. Приехавшие сотрудники скорой медицинской помощи, сказали, что ФИО3 нужно вести в ЦГБ, сначала он отказывался, но после того, когда она сказала, что поеду с ним в больницу, согласился. По приезду в больницу его определили в реанимацию. Она каждый день звонила в ЦГБ, интересовалась состоянием его здоровья. ДД.ММ.ГГГГ ей позвонили из ЦГБ и сообщили о том, что ФИО3 умер.

Свидетель ФИО12 суду показала, что ответчик ФИО2 приходится ей родной сестрой. Умерший ФИО3 являлся бывшим супругом сестры, в 2007 г. они расторгли брак. С умершим ФИО3 знакома более 20 лет, так как его отношения с сестрой начали развиваться, еще в тот период, когда она была подростком, Она не замечала за ФИО3 употребление спиртного или наркотиков.не замечала за ним какие – либо странностиОна навещала ФИО3 четыре раза в месяц, разговаривала с ним по телефону. ФИО3 с момента освобождения, т.е. с 2015 г. пять раз был у неё дома в гостях. На момент визитов, он был трезвый, адекватный, ничего странного и необычного в его поведении не было. Во время визитов, ФИО3 дважды делился с ней мыслью о том, что он хочет подарить свою квартиру бывшей супруге. Данную новость она не сообщала сестре и маме, поскольку считала, что данный разговор должен остаться между нею и ФИО3. Разговора о племяннике ФИО3 не было. Ей ничего не известно о том, были ли у ФИО3 попытки суицида. По состоянию здоровья ФИО3 может сказать, что он жаловался на головные боли. Между её мамой – ФИО11 и ФИО3 были хорошие отношения, мама относилась к нему как к сыну, помогала ему, привозила продукты питания: соленья, варенья. Мама и ФИО3 каждый день созванивались, и когда ФИО3 не ответил на телефонный звонок, и не перезвонил, мама забеспокоилась и поехала к нему на квартиру по <...> чего мама позвонила ей и попросила приехать на квартиру ФИО3, объяснив это тем, что ему плохо и нужно вызвать скорую помощь. Она приехала на квартиру к ФИО3 и со своего сотового телефона вызвала скорую помощь, которая увезла ФИО3 в ЦГБ, с ним в больницу поехала и мама. ФИО3 умер, причина смерти «<...> указана в справке о смерти, которую она передала в ЗАГС г. Прокопьевска.

Свидетель ФИО22 суду показал, что истец ФИО1 является его знакомым, его бабушка проживала в соседнем доме с ним. С ответчицей ФИО2 он не знаком. По месту своей регистрации <...> проживает с момента рождения, поэтому охарактеризовать ФИО3 может следующим образом: ФИО3 вел аморальный образ жизни, а именно: употреблял наркотические вещества, лично он в его квартире не был, но по слухам знает, что в его квартире собирались сомнительные компании, о том, что он был наркоман, было известно многим. Ему также известно, что он отбывал наказание в местах лишения свободы. Последний раз он видел ФИО3 позапрошлым летом. Он гулял на улице с собакой, ФИО3 подошел к нему и начал задавать неадекватные вопросы: «что я делаю? Почему я гуляю с собакой?» и т.д. На тот момент внешне он выглядел плохо: неопрятный, худой, щеки впалые, но телесных повреждений на нём не было.

Свидетель ФИО23 суду показала, что с истцом ФИО1 она знакома, поскольку поддерживала дружеские отношения с его бабушкой и дедушкой. С ответчицей ФИО2 знакома, она бывшая супруга ФИО3, который приходился истцу родным дядей. ФИО3 начал употреблять наркотические вещества, после свадьбы с ФИО2 Он постоянно употреблял наркотические вещества, у него и сын умер от наркотиков, к которым он его и приучил. Ей известно, что ФИО3 умер весной (февраль или март) 2017 г., как она предполагает из-за употребления наркотиков. ФИО3 вел аморальный образ жизни: употреблял наркотики, продавал наркотики со своей сожительницей, из – за чего их осудили и отправили отбывать наказания в места лишения свободы. ФИО3 общался с её сыном (сын находится в данный момент в местах лишения свободы), который тоже употреблял наркотики, а именно: <...><...>. Они совместно с ФИО3, через сеть интернет искали, где можно купить, а потом откуда можно забрать наркотики. Так как у её сына не было сотового телефона, ФИО3 по 3 раза в неделю звонил на её сотовый телефон и просил позвать к телефону сына – Виталлия. Сына она не приглашала к телефону, ругалась на ФИО3, когда он звонил на телефон, речь его была заторможённой, растянутой. Один раз в месяц она видела ФИО3 у подъезда его дома, с ним она обменивалась только приветствиями, в диалог не вступала. ФИО3 она видела только в состоянии наркотического опьянения: <...> в точку, запуганный, чешется. Внешне он был в плохом состоянии: неопрятный, худой, щеки впалые, цвет лица желтого оттенка. Только один раз, она видела ФИО3 в нормальном, адекватном состоянии, возле отделения полиции, ФИО3 явился на отметку. Со слов соседей ФИО3 – ФИО24, ей известно, что ФИО2 навещала бывшего супруга ФИО3

Свидетель ФИО25 суду показала, что истец ФИО1 является её бывшим коллегой по работе. С ответчицей ФИО2 лично она не знакома. С умершим ФИО3 была знакома, поскольку её брат употреблял совместно с ним наркотические вещества, а именно: <...>, <...>, <...>. Три раза в месяц она видела ФИО3 на «пятачке» возле домов, где собирались наркоманы. С ним в диалог не вступала, обменивалась только приветствиями. ФИО3 она видела только в состоянии наркотического опьянения: запуганный, чешется, одним словом характерное поведение наркомана. Она видела ФИО3 один раз в нормальном состоянии. Она находилась возле отделения полиции по поводу своего брата и видела там ФИО3, который был в нормальном состоянии, так как был после освобождения и явился на отметку. Ей известно, что ФИО3 умер весной 2017 г., по <...> При жизни ФИО3 вел аморальный образ жизни. Однажды был случай, когда они с истцом после работы зашли попроведовать ФИО3 к нему в квартиру. В квартире, кроме ФИО3, находилось еще двое мужчин, в квартире была полная антисанитария, валялись шприцы. ФИО3 выглядел внешне плохо: одежда на нем была грязная и мятая. ФИО3 был худой, щеки впалые, кожные покровы серого оттенка. Он и светлый мужчина предлагали им с истцом ФИО1 купить темного мужчину, который находился с ними в квартире за 200 рублей. После данного предложения о покупке, она покинула квартиру. Это был последний раз, когда она видела ФИО3 до его смерти.

Суд, выслушав объяснения сторон, третьего лица, экспертов, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства по делу, считает иск обоснованным и подлежащим удовлетворению.

В соответствии с п.1 ст.166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка), либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст.177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно п.2 ст.1131 Гражданского кодекса РФ завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Судом установлено, что истец ФИО1 является племянником ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ./л.д. 13, Т.1/.

ФИО3 являлся родным братом по матери отцу истца -ФИО4, умершему ДД.ММ.ГГГГ. /л.д. 11, 14, Т.1/

ФИО3 состоял с ДД.ММ.ГГГГ в браке с ответчицей ФИО2, брак с которой расторгнут ДД.ММ.ГГГГ /л.д.118-119 Т.1/.

В браке у Р-вых родился сын - ФИО5, который умер ДД.ММ.ГГГГ /л.д. 113-114, Т.1/.

Других детей, супруги, внуков, полнородных и неполнородных братьев или сестер, кроме как ФИО4, у ФИО3 не было, родители ФИО3 – ФИО26 и ФИО27, умерли еще до его смерти.

Данные обстоятельства сторонами не оспаривается, обратного судом не установлено.

Наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя. Внуки наследодателя и их потомки наследуют по праву представления (ст. 1142 ГК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 1143 ГК РФ если нет наследников первой очереди, наследниками второй очереди по закону являются полнородные и неполнородные братья и сестры наследодателя, его дедушка и бабушка как со стороны отца, так и со стороны матери.

Дети полнородных и неполнородных братьев и сестер наследодателя (племянники и племянницы наследодателя) наследуют по праву представления (ч. 2 ст. 1143 ГК РФ).

Таким образом, истец ФИО1 является наследником ФИО3 второй очереди по праву представления.

Наследников второй очереди по праву представления, кроме как истец ФИО1 судом не установлено.

После смерти ФИО3 открылось наследство в виде квартиры, расположенной по адресу: <...>, г. Прокопьевска.

Квартира принадлежала ФИО3 на праве собственности, на основании передачи жилого помещения в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ /л.д.58/, свидетельств о праве наследства по закону от ДД.ММ.ГГГГ (после смерти отца и матери) /л.д. 59-61 Т.1./.

После смерти ФИО3 истец ФИО1 и ответчица ФИО2 обратились к нотариусу Прокопьевского нотариального округа ФИО7 о принятии наследства открывшегося после смерти ФИО3. Истец обратился с подобным заявлением ДД.ММ.ГГГГ /л.д. 54/, а ответчица ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ /л.д.53/.

Таким образом, лица, претендующие на наследство /л.д. 52/, открывшееся после смерти ФИО3, обратились к нотариусу с заявлениями о принятии наследства в соответствии со ст. 1154 ч. 1 ГК РФ в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 обратился к нотариусу с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону /л.д. 55, Т.1/, но ему нотариусом в этом было отказано ввиду наличия завещания на другого гражданина /л.д. 56, Т.1/.

Как усматривается из завещания от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного нотариусом ФИО7, и зарегистрированного в реестре за <...> /л.д. 57, Т.1/, ФИО3 завещал всё своё имущество, какое на день его смерти окажется ему принадлежащим и в чем бы таковое не заключалось и где бы оно не находилось, в том числе квартиру, расположенную по адресу: <...>, г. Прокопьевска,- ФИО2.

При этом в завещании указано, что личность завещателя установлена, его дееспособность проверена. Завещание записано со слов завещателя, им прочитано, подписано в присутствии нотариуса, положения ст. 1149 ГК РФ завещателю разъяснены, содержание завещание соответствует волеизъявлению завещателя.

На сегодняшний день свидетельство о праве на наследство по завещанию ответчице ФИО2 в связи с судебным процессом нотариусом не выдано, переход права собственности на недвижимое наследственное имущество в ЕГРПН не зарегистрирован.

Истец считает, что завещание составленное ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ в силу ст. 177 ГК РФ является недействительным, поскольку ФИО3 на момент составления завещания находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Суд считает, доводы истца обоснованными, подтвержденными представленными доказательствами.

Так, из показаний свидетелей ФИО22, ФИО23, ФИО25 усматривается, что ФИО3 длительное время, начиная с 20 летнего возраста постоянно принимал различные наркотические вещества, вёл асоциальный образ, жизни, не работал, при встречах вёл себя неадекватно, в последнее время до смерти находился в плачевном физическом и психическом состоянии, имел нездоровый и неопрятный вид.

Неадекватность поведения ФИО3 как показывают свидетели, заключалась в странности его поведения, в неуместных по обстоятельствам вопросах, которые он задавал свидетелям, «Почему гуляешь с собакой?» «Предложение к свидетелю купить человека за 200 рублей» и т.п..

Как показывают свидетели, ФИО3 имел «неопрятный вид, был худой, щеки впалые, глаза в точку, чесался, имел желто –серый кожный покров».

Свидетель ФИО25 и ФИО23 показывают, что ФИО3 с их родственниками употреблял различные наркотики, и они его только один раз после его освобождения из мест лишения свободы видели в трезвом состоянии на отметке в полиции.

Кроме того, свидетель ФИО25 показал, что в квартире ФИО3 была полная антисанитария, грязно, повсюду мусор и шприцы.

Показания данных свидетелей подтверждаются медицинскими документами, а именно протоколом патологоанатомического исследования <...> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому причиной смерти ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ, стал <...><...>

Кроме того, в материалах дела имеется медицинская амбулаторная карта из Прокопьевского неалкоголического диспансера,из которой усматривается, что ФИО3 с 1999 года находился на учёте с <...> –ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ, в с 2008 по 2011 год 6 раз проходил лечение, а с 2011 года по 2015 года находился в местах лишения свободы. Прогноз болезни определялся как неблагоприятный, наркотики «ханка, героин» употреблял с 19 лет, сформировалась психофизическая зависимость от наркотиков, положительной ремиссии достигнуто не было, постоянно нарушал режим лечения. В медицинской карте также имеются сведения о наличии у ФИО3 <...>

Из медицинской карты ГКБ <...> г. Прокопьевска усматривается, что ФИО3 был доставлен скорой помощью с подозрением на пневмонию, с наркотическим обострением (употреблял «соль»), где находился с ДД.ММ.ГГГГ по день смерти ДД.ММ.ГГГГ. При этом анамнез жизни и заболевания выяснить не удалось, т.к. пациент находился в неадекватном состоянии.

Более того из медицинской карты ГБУЗ «Областной клинической ортопедо-хирургической больницы восстановительного лечения» усматривается, что ФИО3 находился на стационарном лечении с <...>

Кроме того, в материалах дела имеется справка об освобождении /л.д. 121, Т.1/ из которой усматривается, что ФИО3 отбывал наказание в ФКУ ИК 5 г. Кемерово с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, по приговору Рудничного районного суда г. Прокопьевска от ДД.ММ.ГГГГ по ст. 33 ч. 5, ст. 228. 1 ч. 1 УК РФ по ст. 74ч. 5, ст. 70 УК РФ было отменено наказание и частично присоединено по приговору суда от ДД.ММ.ГГГГ год, в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы

Таким образом, собранные по делу доказательства позволяют суду сделать вывод, что ФИО3 на протяжении длительного времени (более 10 лет), в том числе и на момент составления завещания ДД.ММ.ГГГГ, страдал тяжкими хроническими заболеваниями, а именно такими как <...>

ФИО3 вёл асоциальный образ жизни (не работал, употреблял наркотики, совершал противоправные деяния, не следил за своим видом), его поведение носило неадекватный, психически неуравновешенный, порой даже безрассудный характер (проживал в антисанитарных условиях, собирал у себя дома лиц, замеченных в употреблении наркотиков, отказывался от прохождения лечения от наркомании и в связи с ЧМТ, задавал посторонним лицам странные вопросы и делал им неадекватные предложения).

В ходе рассмотрения гражданского дела судом была назначена и проведена ГКУЗ КО Кемеровская областная клиническая психиатрическая больница посмертная комплексная судебная психолого–психиатрическая экспертиза ФИО3

Из заключения комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ за № Б-448/2018 /л.д.227-231 Т.1/ усматривается, что ФИО3, умерший ДД.ММ.ГГГГ при жизни страдал психическим расстройством <...> (<...>. Течение наркотической зависимости сопровождалось декомпенсацией соматического состояния, истощением, присоединением банальных инфекций в связи с имеющимся иммунодефицитом. ФИО6 умер в состоянии крайнего истощения от воспалительного <...><...><...>, вызванного <...> подписания оспариваемого завещания. Третья (конечная) стадия наркотической зависимости характеризуется глубоким истощением ресурсов организма, осложнениями <...>, расстройствами психики с выраженным нарушениями мотивационной сферы, критических и прогностических способностей, сопровождается снижением памяти и способности к пониманию. Эксперты психиатры ФИО28 и ФИО15 пришли к выводу, что ФИО3, умерший ДД.ММ.ГГГГ, в юридически значимую дату ДД.ММ.ГГГГ находился в таком состоянии, которое лишало его способности понимать значение своих действий и руководить ими, а равно препятствовало правильному восприятию им событий окружающего мира.

Эксперт психолог ФИО19 пришла к выводу, что ФИО3 на протяжении длительного времени употреблял наркотические вещества, что определило у него глубокую перестройку и изменение структуры личностных ценностей в иерархии мотивов, с формированием ведущего мотива, направленного на употребление им наркотических веществ. Включающее в себя, личностно смысловые изменения в виде значительного снижения морально нравственных критериев, нарушения критических способностей, значительного нарушения контрольно-волевых механизмов и способности прогонозирования последствий своих действий, с несостоятельностью компенсаторных механизмов, что неизбежно влечёт за собой нарушение семейной, трудовой адаптации, с выраженным снижением уровня социального функционирования, что определяет выраженную зависимость от асоциального микросоциального окружения, с повышенной внушаемостью и подчиняемостью данному окружению. Указанные комплексные психологические изменения индивидуально личностных структур ФИО3 в исследуемый правовой период ( подписания завещания ДД.ММ.ГГГГ) в своей совокупности значительно нарушали его контрольно-волевые механизмы, способствовали нарушению критического, регуляторного, целеполагающего звеньев, что лишало ФИО3 понимать значение своих действий и руководить ими, осознавать юридическую суть, социальные и правовые последствия совершаемых им действий в исследуемый, юридически значимый период.

Следует отметить, что вывод экспертов о нарушении у ФИО3 на ДД.ММ.ГГГГ контрольно –волевых механизмов, наличие повышенной внушаемости и подчиняемости воле других лиц, подтверждается объяснениями ответчицы ФИО2, свидетелей <...>

Из показания данных лиц следует, что ФИО3 не мог обеспечить себя, они помогали ему, покупали ему продукты, ответчица оплачивала за него коммунальные платежи, помогала ему оформить документы на наследство, открывшееся после смерти его родителей, возила его на автомобиле в различные учреждения, присутствовала с ним у нотариуса, помогала ему определится каким образом передать ей в собственность квартиру ( по договору дарения или по завещанию). При этом ответчица узнав, что при дарении ей придется оплатить 13 % налога, отговорила ФИО3 от этого и убедила его составить на неё завещание.

Свидетель ФИО11 и ФИО12 также указали на то, что у ФИО3 уже на 2016 года были проблемы со здоровьем, а именно он жаловался на <...><...>, открывая дверь в квартиру, у него закружилась голова, и он упал на ступеньки, ошибочно полагая, что у него поднялось давление.

Таким образом, анализ собранных по делу доказательств в их совокупности, свидетельствует о том, что ФИО3 на момент составления и подписания завещания, т.е. на ДД.ММ.ГГГГ, в виду психического расстройства-полинаркомания, течение которого сопровождалось декомпенсацией соматического состояния, истощением, присоединением банальных инфекций в связи с имеющимся <...> наличием воспалительного <...><...><...>, вызванного <...> –<...>, находился в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

При таких обстоятельствах, суд считает, что завещание, составленное ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3, в пользу ФИО2, в силу ст. 177 ГК РФ является недействительным.

Доводы стороны ответчика и третьего лица, о том нотариус при составлении завещания установила дееспособность ФИО3, не обнаружила каких-либо психических отклонений у него, не может свидетельствовать о том, что ФИО3 09. 02. 2017 года находился в состоянии, когда мог понимать значение своих действий и руководить ими, не страдал психическим расстройством.

Нотариус не обладает специальными познаниями в области медицины, психиатрии, наркологии и психологии, он не может только по визуальным признакам определить наличие или отсутствие у гражданина обратившегося к нему в течение короткого промежутка времени наличие или отсутствие психического расстройства, какого –либо заболевания, вызывающего сомнения в дееспособности лица, не позволяющего лицу понимать значение своих действий и руководить ими.

Суд допускает, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 был без признаков наркотического опьянения, своим поведением не давал поводов нотариусу усомниться в его дееспособности. Как показывали свидетели, ФИО3 на отметку в полицию приходил в нормальном состоянии, без признаков <...>. К нотариусу он мог также прийти трезвым, но визуальное восприятие нотариусом ФИО3 как дееспособной личности, не свидетельствует об отсутствии у него на тот момент психического расстройства и способности понимать значения своих действий и руководить ими.

Доводы стороны ответчика, а также показания свидетелей ФИО11 и ФИО12 о том, что ФИО3 не употреблял наркотиков, вёл обычный добропорядочный образ жизни, помогал матери бывшей супруги по хозяйству, полностью опровергаются, не только показаниями других свидетелей ФИО23, ФИО25, ФИО22, который являются по отношению к истцу и ответчице людьми посторонними, а следовательно не заинтересованными в исходе дела лицами, но и подлинными медицинскими документами, заключением комиссии экспертов.

ФИО3 шесть раз проходил курс лечения от наркомании, отбывал наказание по статье, связанной с незаконным оборотом наркотических веществ, умер от <...><...>, протекающей на фоне хронической наркомании.

Суд считает, что ответчица, свидетели ФИО11 и ФИО12, знавшие ФИО3 на протяжении 20 лет, бывшие с ним в родственных отношениях не могли не знать об этих обстоятельствах, о его пагубной привычке, о ДД.ММ.ГГГГ.

Суд считает, что ответчица и указанные свидетели сознательно вводят суд в заблуждение относительно обстоятельств дела, и к их объяснениям и показаниям суд относится с недоверием.

Доводы стороны ответчика относительно заключения комиссии экспертов суд считает также несостоятельными.

Заключение комиссии экспертовот ДД.ММ.ГГГГ <...> полностью соответствует всем требованиям закона и других нормативно правовых актов, предъявляемым к таким заключениям.

В заключении указаны установочные данные членов комиссии, сведения об их образовании, стаже работы по специальности, месте работы, должности.

Факт не отражения экспертами в заключении сведений об использовании ими перечня научной литературы, которую они применяли при проведении экспертизы и нормативно –правовых актов, которыми они руководствовались, были дополнены экспертами при дачи ими в судебном заседании пояснений относительно возникших у сторон вопросов по экспертному заключению.

Экспертное заключение состоит из вводной, описательной, мотивировочной и заключительной части, в которых крайне подробно изложены все необходимые данные, методы исследования, отражены все представленные по делу доказательства, которые по мнению экспертов, имеют значение для разрешения поставленных вопросов, проведён подробный анализ представленных на экспертизу материалов, сделаны однозначные, понятные и аргументированные выводы.

Эксперты по результату проведенных исследований, вопреки доводам ответчика однозначно и четко установили наличие психического расстройства у ФИО3 на юридически значимую дату, аргументировали свои выводы, опираясь абсолютно на все представленные доказательства, в том числе и на объяснения ответчицы и свидетелей ФИО11 и ФИО12.

Полнота представленных судом материалов позволила экспертам сделать вывод и дать мотивированное обоснованное, соответствующее требованиям закона экспертное заключение, которое не вызывает у суда каких-либо сомнений в его правильности и обоснованности. В заключении комиссии экспертов отсутствуют противоречия. Напротив их выводы и рассуждения последовательны и аргументированы. Компетенция экспертов, их профессиональный уровень сомнений у суда не вызывает.

Возражения стороны ответчика о том, что эксперты не дали оценку объяснениям нотариуса, в полной мере были дополнены в ходе допроса экспертов в судебном заседании, которые аргументировано дали ответ на данный вопрос ответчика.

Эксперты пояснили, что они исследовали все материалы дела в их совокупности, в том числе и объяснения ответчицы, нотариуса, свидетелей ФИО12, ФИО11 (отражены в заключении).

Однако, представленные материалы, медицинские документы, показания сторон, свидетелей, дополняющих клиническую картину, позволили им прийти именно к такому выводу, к какому они пришли, а показания нотариуса, свидетелей ФИО11 и ФИО12 не игралироли, и не могли повлиять на их заключение, т.к. противоречили клинической картине, медицинским документам.

В принципе все возражения стороны ответчика относительно заключения комиссии экспертов сводятся к несогласию с выводами эксперта, но у суда объективность заключения не вызывает сомнение, т.к. выводы экспертов полностью подтверждаются представленными суду другими доказательствами, как по отдельности так и в их совокупности, не противоречат им.

Следует также отметить, что ФИО3 составил завещание ДД.ММ.ГГГГ, а умер ДД.ММ.ГГГГ, т.е. между юридически значимым событием и смертью гражданина прошло чуть более двух месяцев, что по мнению суда достаточно короткий временной промежуток. При этом как видно из медицинских документов, причиной смерти явилось тяжкое хроническое заболевание, связанное с истощение, воспалениям, отёчностью <...><...>, которое развивалось длительное время, на фоне хронической <...>, что безусловно не могло пагубно сказаться на психики и мыслительной деятельности ФИО3, тем более за 2 месяца до смерти.

Суд, признав завещание недействительным, считает возможным признать право собственности на наследственное имущество в виде квартиры, расположенной по адресу: <...>, г. Прокопьевска за истцом ФИО1

Согласно ч. 2 ст. 218 ГПК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Для приобретения наследства наследник должен его принять (п. 1 ст. 1152 ГК РФ). Принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство (п. 1 ст. 1153 ГК РФ). Наследство в соответствии с п. 1 ст. 1154 Гражданского кодекса РФ может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

В данном случае, как было установлено ранее наследников первой очереди у ФИО3 не было, единственным наследником второй очереди по праву преставления является истец ФИО1, который в установленный законом шестимесячный срок обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, а следовательно принял наследство в установленном законом порядке.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчицы в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате услуг за составления иска в сумме 5500, рублей, по оплате судебной экспертизы в сумме 37 000 рублей, государственной пошлины в сумме 13 573 рубля.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ с ответчицы в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате услуг представителя в разумных пределах, с учётом объёма проделанной представителями работы, сложности дела и временных затрат в сумме 30 000 рублей.

В удовлетворении требований о взыскании в пользу истца с ответчицы судебных расходов за нотариальный тариф в сумме 1 200 рублей и за оформление нотариальной доверенности в сумме 1300 рублей следует отказать, поскольку эти расходы не подтверждены подлинными документами.

Руководствуясь, ст. ст. 98,100, 167, 191-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным, о признании права собственности на жилое помещение, удовлетворить частично.

Признать недействительным завещание от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Признать за ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, право собственности на квартиру, расположенную по адресу: Кемеровская область, г. Прокопьевск, <...>, в порядке наследования по закону.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 13 573 рубля, по оплате услуг представителя в сумме 30 000 рублей, за составления искового заявления в сумме 5 500 рублей, по оплате судебной экспертизы в сумме 37 000 рублей.

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 в части взыскания судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 14 000 рублей, за нотариальный тариф в сумме 1 200 рублей и за оформление нотариальной доверенности в сумме 1300 рублей отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Кемеровского областного суда в течение месяца с момента составления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 06 июля 2018 года.

Председательствующий судья Шлыков А.А.