Приговор № 1-12/2021 1-420/2020 1-420/2020-1-12/2021 от 27 июня 2021 г.

Дело № 1-420/2020 - 1-12/2021

(58RS0008-01-2018-000157-17)


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 июня 2021 года г.Пенза

Железнодорожный районный суд г. Пензы в составе:

председательствующего - судьи Безденежных Т.К.,

при секретарях Тюгаевой А.У., Коршуновой М.И.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Железнодорожного района г. Пензы Попкова С.С.,

подсудимого ФИО25,

защитника – адвоката Осиповой И.З., представившей удостоверение № 242 и ордер № 4880 от 11.01.2021 года Пензенской областной коллегии адвокатов,

представителя потерпевшего <данные изъяты> Представитель потерпевшего,

рассмотрев в закрытом судебном заседании в помещении суда материалы уголовного дела в отношении:

ФИО25, <данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.285 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО25 совершил злоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, когда это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов организации и охраняемых законом интересов государства.

Преступление им совершено в г. Пензе при следующих обстоятельствах.

ФИО25 в период с 29.06.2001 по 14.04.2017 на основании приказа начальника Приволжского окружного управления Российского агентства по государственным резервам от 04.07.2001 № 265-к (в дальнейшем переименованного в Управление федерального агентства по государственным резервам по Приволжскому федеральному округу) на основании Приказа Минэкономразвития РФ от 27.08.2004 № 232 «Об утверждении структуры территориальных органов Федерального агентства по государственным резервам»), трудового договора от 27.04.2007 № 12, трудового договора с руководителем государственного (муниципального) учреждения от 01.07.2013, занимал должность директора <данные изъяты> (в дальнейшем переименованного в <данные изъяты>, в последующем <данные изъяты> (далее по тексту – ФГКУ, <данные изъяты>, комбинат, учреждение), расположенного по адресу: <адрес>, созданного в соответствии с распоряжением Правительства Российской Федерации от 30.09.2010 № 1659-р (вступившего в силу 01.01.2011).

В соответствии с Уставом <данные изъяты>, утвержденным Приказом Федерального агентства по государственным резервам от 27.12.2006 № 195 (с изменениями, утвержденными Приказом Федерального агентства по государственным резервам (Росрезерва) от 12.05.2011 № 217) (далее - Устав ФГКУ), Должностной инструкцией директора <данные изъяты> от 16.12.2013 (с изменениями от 21.01.2014) (далее – Должностная инструкция от 16.12.2013), Должностной инструкцией <данные изъяты> от 25.05.2015 (далее – Должностная инструкция от 25.05.2015), Трудовым договором с руководителем государственного (муниципального) учреждения от 01.07.2013 (с изменениями от 07.10.2013, 12.01.2015, 25.02.2015, 01.07.2015, 16.11.2015) (далее – Трудовой договор от 01.07.2013), Регламентом о контрактной службе <данные изъяты> от 13.12.2013 (далее – Регламент о контрактной службе ФГКУ от 13.12.2013), Типовым положением (регламентом) о контрактной службе, утвержденным Приказом Минэкономразвития России от 29.10.2013 № 631 «Об утверждении Типового положения (регламента) о контрактной службе» (далее – Типовое положение) ФИО25 был наделен следующими должностными полномочиями, правами, обязанностями, функциями, ответственностью, в том числе, вытекающими из задач и функций ФГКУ: являться единоличным исполнительным органом учреждения, руководить всей деятельностью комбината, нести персональную ответственность за выполнение возложенных на него задач; знать и соблюдать при исполнении должностных обязанностей Конституцию Российской Федерации, законодательство Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, нормативные правовые акты федеральных, региональных органов государственной власти и управления, органов местного самоуправления, Устав учреждения, порядок заключения и исполнения договоров и государственных контрактов в рамках реконструкции (капитального строительства) и эксплуатационно-технической деятельности, нормативные и методические материалы, касающиеся производственно-хозяйственной деятельности комбината, капитального строительства (реконструкции, капитального и текущего ремонтов), методические материалы технические регламенты, государственные стандарты, своды правил, строительные нормы и правила, а также другие руководящие документы, регламентирующие деятельность в сфере проектирования и строительства (реконструкции, капитального и текущего ремонтов); распределять и утверждать должностные обязанности работников комбината; действовать без доверенности от имени комбината, представлять его интересы в государственных органах и организациях, распоряжаться в пределах своей компетенции имуществом и средствами комбината, выдавать доверенности; планировать и осуществлять в пределах утвержденной бюджетной сметы финансово-хозяйственную деятельность; издавать в пределах своей компетенции приказы, распоряжения, обязательные для всех работников комбината; определять структуру, утверждать штатное расписание комбината в пределах установленных численности и фонда оплаты труда; принимать и увольнять работников (за исключением работников, назначение и увольнение которых производится Территориальным управлением), заключать и расторгать трудовые договоры с работниками комбината; утверждать правила внутреннего трудового распорядка; применять меры поощрения и налагать дисциплинарные взыскания; определять размеры оплаты труда работникам комбината в пределах установленных схем должностных окладов; устанавливать показатели премирования работников; обеспечивать подбор, подготовку и переподготовку кадров, систематическое повышение их квалификации, формировать кадровый резерв; обеспечивать выполнение планов капитального строительства, реконструкции, осуществлять функции заказчика при строительстве, реконструкции производственных и непроизводственных зданий и сооружений, инженерных коммуникаций, организовывать строительный контроль; организовывать контроль за качеством и полнотой выполнения работ по эксплуатационно-технической деятельности; обеспечивать целевое, эффективное, рациональное использование бюджетных средств, осуществление эффективного направления средств на техническое перевооружение и реконструкцию комбината; обеспечивать своевременное и качественное выполнение контрактных обязательств; обеспечивать своевременное получение разрешений на строительство (реконструкцию) объектов комбината; обеспечивать своевременную передачу строительной площадки подрядчику; контролировать своевременность выдачи проектно-сметной и другой технической документации для производства строительных работ; контролировать организацию работы по ведению учета и отчетности по капитальному строительству, реконструкции, капитальному и текущему ремонтам, а также иным направлениям эксплуатационно-технической деятельности комбината; контролировать своевременный ввод в эксплуатацию объектов строительства; взаимодействовать с надзорными органами, осуществляющими технический надзор, в рамках соблюдения норм законодательства в сфере строительства; контролировать выполнение проектными и строительными организациями договорных обязательств, в необходимых случаях предъявление санкций, предусмотренных договорами (государственными контрактами); контролировать осуществление работ по сдаче, приемке и вводу в эксплуатацию объектов, законченных строительством (ремонтом), совместно с подрядными организациями; организовать на комбинате входной контроль материалов и оборудования, используемых при производстве строительно-монтажных работ с учётом их соответствия требованиям проектной документации, в т.ч. условиям сертификации, требованиям государственных стандартов и технических условий на конкретный вид продукции; организовать контроль за выполнением проектно-изыскательских и строительно-монтажных работ на строящихся (реконструируемых, ремонтируемых) объектах комбината, а также за полноценным и своевременным оформлением и предоставлением подрядными организациями исполнительной документации; осуществлять контроль за соблюдением графиков проведения проектно-изыскательских и производством строительно-монтажных работ, контроль за расходованием финансовых средств на комбинате; организовать в процессе проектирования и строительства (реконструкции, капитального и текущего ремонтов) работы по анализу соответствия проектно-сметной документации требуемым характеристикам конечного результата работ, а также объемов выполняемых работ проектно-сметной и рабочей документации, с привлечением специалистов комбината и сторонних организаций; участвовать в работе приемочных комиссий по приемке выполненных работ по объектам на комбинате; являться руководителем контрактной службы (без образования отдельного структурного подразделения), осуществлять общее руководство контрактной службой; в целях повышения эффективности работы сотрудников комбината, включенных в состав контрактной службы, распределять функциональные обязанности, определенные Регламентом о контрактной службе комбината; нести ответственность за нецелевое использование средств федерального бюджета, принятие обязательств сверх доведенных лимитов бюджетных обязательств, другие нарушения бюджетного законодательства Российской Федерации, нести персональную ответственность за финансово-хозяйственную деятельность комбината, за последствия принятого им необоснованного решения, повлекшего за собой нарушение сохранности имущества, неправомерное его использование или иной ущерб организации, за ненадлежащее исполнение или неисполнение своих должностных обязанностей, за правонарушения, совершенные в процессе осуществления своей деятельности, в пределах, определенных действующим уголовным, гражданским, административным законодательством Российской Федерации, за безусловное и надлежащее исполнение государственного оборонного заказа в части строительства и реконструкции объектов системы Росрезерва.

Таким образом, в период с 29.06.2001 по 14.04.2017, ФИО25, занимая должность директора ФГКУ, являлся должностным лицом, то есть лицом, постоянно выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в государственном учреждении.

В целях реализации непрограммной части Федеральной адресной инвестиционной программы (далее – ФАИП) перечнями строек и объектов специального и производственного назначения по государственному оборонному заказу, учрежденными Коллегией Военно-промышленной комиссии Российской Федерации, определены объекты строительства и реконструкции, в которые был включен объект – ФГКУ, в связи с чем, на основании государственного контракта от 15.05.2013 № 44, заключенного между Управлением Росрезерва по ПФО и ЗАО «ВЕКТОР» (г. Санкт-Петербург) последним, с привлечением ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» (г. Санкт-Петербург) разработана проектная документация «Реконструкция <данные изъяты> 1 очередь. Реконструкция технологических объектов нефтерезервуарного парка», предусматривающая четыре этапа проведения реконструкции, получившая положительное заключение государственной экспертизы ФАУ «ГЛАВГОСЭКСПЕРТИЗА РОССИИ» от 28.03.2014 №103с-14/ГГЭ-8915/03, а также сводный сметный расчет к проекту реконструкции ФГКУ от 27.03.2014 учетный номер 57/32с, получивший положительное заключение государственной экспертизы по определению достоверности сметной стоимости от 28.03.2014 №105с-14ГГЭ-8915/10 (далее – ССР от 27.03.2014 № 57/32с).

На основании постановлений Правительства Российской Федерации от 26.12.2013 № 1250-63 «М», от 25.12.2014 № 1480/54 «О государственном оборонном заказе» в целях выполнения подрядных работ по строительству или реконструкции объектов ФГКУ, включенных в утвержденный перечень строек и объектов для федеральных государственных нужд, финансируемых за счет средств государственных капитальных вложений, в адрес Росрезерва из федерального бюджета выделены денежные средства на реализацию мероприятий непрограммной части ФАИП.

Письмом Управления Росрезерва по ПФО от 27.01.2014 №9/991, поступившим в ФГКУ 04.02.2014, до ФГКУ - в лице ФИО25 доведены лимиты бюджетных обязательств на 2014 год и плановый период 2015, 2016 годы.

В период с 28.03.2014 по 03.04.2014, в рабочее время, ФИО25, находясь на своем рабочем месте в ФГКУ, расположенном по адресу: <адрес>, в целях обеспечения исполнения лимитов бюджетных обязательств, доведенных до ФГКУ, дал указание подчиненному ему сотруднику - главному инженеру ФГКУ ФИО1 разработать проект государственного контракта на выполнение строительно-монтажных работ по реконструкции железнодорожной сливо-наливной эстакады, продуктовой насосной станции, нефтерезервуаров, вспомогательных технологических объектов и объектов транспортного хозяйства и связи ФГКУ (далее – проект государственного контракта), техническое задание (далее - ТЗ), определяющее объекты, объемы и виды строительно-монтажных работ, подлежащих выполнению, обоснование начальной (максимальной) цены контракта (далее – НМЦК) проектно-сметным методом в переделах доведенных лимитов бюджетных обязательств, а также организовать процедуру закрытого аукциона на выполнение данных работ.

Выполняя указание ФИО25, в период с 28.03.2014 по 11.06.2014, ФИО1 разработал проект государственного контракта, техническое задание от 11.06.2014 № 104с к государственному контракту, утвержденное и подписанное ФИО25 в соответствующую дату, обоснование НМЦК в переделах доведенных лимитов бюджетных обязательств. Однако, ФИО1 при составлении обоснования НМЦК не был использован ССР от 27.03.2014 № 57/32с ввиду его отсутствия в ФГКУ, в связи с чем, допущена ошибка в виде расчета, начисления, включения в цену контракта стоимости на покрытие лимитированных затрат на оборудование: непредвиденных затрат в размере 3%.

По результатам проведенного закрытого аукциона, на основании протокола закрытого аукциона от 20.06.2014 № 33/2014, в пределах доведенных лимитов бюджетных обязательств, ФГКУ, осуществляя функции государственного заказчика в лице ФИО25, во исполнение непрограммной части ФАИП в рамках государственного оборонного заказа, в целях реализации первого этапа проекта реконструкции ФГКУ 11.07.2014 заключило с ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» (далее – генеральный подрядчик), действующим в лице генерального директора ФИО2, государственный контракт № 135 на выполнение строительно-монтажных работ по реконструкции железнодорожной сливо-наливной эстакады, продуктовой насосной станции, нефтерезервуаров, вспомогательных технологических объектов и объектов транспортного хозяйства и связи <данные изъяты> (далее - государственный контракт № 135) (в дальнейшем с внесенными изменениями на основании дополнительных соглашений № 1 от 24.11.2014, № 2 от 28.05.2015, № 3 от 29.06.2015, № 4 от 29.04.2016, № 5 от 22.11.2016) на сумму 700 067 709 рублей (стоимость работ в соответствии с доведенными лимитами бюджетных обязательств распределялась по годам: 2014 год – 22 610 000 рублей, 2015 год – 103 471 200 рублей, 2016 год – 573 986 509 рублей), а также заключило государственные контракты с ЗАО «ВЕКТОР» от 28.07.2014 № 150 на осуществление функций по строительному контролю на объектах реконструкции ФГКУ, от 04.08.2014 № 157 на выполнение функций авторского надзора за реконструкцией объектов, закрепленных на праве оперативного управления за ФГКУ.

В соответствии с государственным контрактом № 135, государственным контрактом № 150, с Федеральным законом от 29.12.2012 № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе», ФИО25, являясь должностным лицом - директором ФГКУ, действующим от имени Российской Федерации, наряду с предоставленными должностными полномочиями, был наделен полномочиями, правами, обязанностями, функциями, ответственностью государственного заказчика. В соответствии со сметой и техническим заданием, утвержденными ФИО25, предусматривалось выполнить следующие работы. 1. Реконструкция железнодорожной сливоналивной эстакады: 1.1 устройство монолитной фундаментной плиты; 1.2 монтаж УСН-150; 1.3 монтаж УНЖ6-100АС-02; 1.4 монтаж запорной арматуры; 1.5 монтаж огнепреградителей; 1.6 монтаж технологических трубопроводов; 1.7 монтаж лебедок; 1.8 устройство железнодорожных путей; 1.9 устройство системы пожаротушения; 1.10 устройство системы автоматизации; 1.11 устройство системы электроснабжения; 1.12 пуско-наладочные работы. 2. Реконструкция продуктовой насосной станции № 2: 2.1 устройство фундаментов; 2.2 монтаж несущих и ограждающих конструкций; 2.3 монтаж оборудования; 2.4 устройство систем водоснабжения, водоотведения; 2.5 устройство системы вентиляции; 2.6 монтаж электрооборудования; 2.7 монтаж системы автоматизации; 2.8 демонтажные работы; 2.9 пуско-наладочные работы. 3. Реконструкция нефтерезервуаров: 3.1 демонтаж оборудования и металлоконструкций РВС групп №№ 7, 9 в количестве 12 шт.; 3.2 демонтаж технологических трубопроводов групп РВС №№ 7, 9; 3.3 земляные работы; 3.4 устройство фундаментов; 3.5 монтаж металлоконструкций РВСП групп №№ 7, 9; 3.6 монтаж оборудования РВСП групп №№ 7, 9; 3.7 гидравлические испытания. 4. Общестроительные работы резервуарного парка: 4.1 устройство оснований и фундаментов; 4.2 устройство монолитных ж/б конструкций; 4.3 монтаж металлоконструкций; 4.4 благоустройство территории. 5. Монтаж технологического трубопровода: 5.1 земляные работы; 5.2 устройство фундаментов опор трубопровода; 5.3 монтаж опор трубопровода; 5.4 монтаж трубопровода с установкой запорной и регулирующей арматуры; 5.5 испытания трубопровода на герметичность. 6. Строительство пожарных резервуаров - 2 шт.: 6.1 земляные работы; 6.2 устройство основания и фундаментов; 6.3 монтаж МК резервуаров; 6.4 монтаж навесного и встраемого оборудования; 6.5 испытания резервуаров на герметичность; 6.6 утепление резервуаров. 7. Строительство объектов подсобного назначения (хранилище мобильного комплекса очистки РВС): 7.1 земляные работы; 7.2 устройство фундаментов; 7.3 монтаж конструкций надземной части; 7.4 устройство кровли; 7.5 внутренняя и наружная отделка зданий; 7.6 монтаж внутренних систем электро, водо-, теплоснабжения и вентиляции.

В период исполнения ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» государственного контракта № 135 с 11.07.2014 по 30.12.2016 ФИО25, являясь должностным лицом - директором ФГКУ, выступая в качестве государственного заказчика, осуществлял контроль за выполнением ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» строительно-монтажных работ по государственному контракту № 135.

В период с 01.02.2015 по 27.02.2015 ФИО26 установил, что им при обосновании НМЦК, а впоследствии ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» при составлении сметы с учетом обоснования НМЦК, универсальные водопенные насадки саморегулируемые «АНТИФАЙЕР-I (II)/10-ПУ-А» (далее - УВН «АНТИФАЙЕР»), в действительности являющиеся оборудованием, ошибочно рассчитаны и определены как материалы, в результате чего, в стоимость УВН «АНТИФАЙЕР» незаконно включена сумма на покрытие лимитированных затрат: производство работ в зимнее время в размере 3,24% - в сумме 165 337,31 рублей, временные здания и сооружения в размере 2,16% - в сумме 107 894,35 рублей, связи с чем, обоснование НМЦК рассчитано неправильно, а цена государственного контракта № 135 незаконно, необоснованно завышена, о чем в неустановленную дату в указанный период, в рабочее время, находясь в ФГКУ по вышеуказанному адресу, доложил ФИО25

ФИО25, являясь должностным лицом, располагая информацией о неверно произведенном ФИО1 обосновании НМЦК и незаконном завышении цены государственного контракта № 135, достоверно зная в силу занимаемой должности о сложившейся практике в системе Росрезерва о привлечении к дисциплинарной ответственности директоров комбинатов за неисполнение лимитов бюджетных обязательств и других целевых показателей деятельности, 02.03.2015, в рабочее время, находясь на своем рабочем месте в ФГКУ, действуя умышленно, используя свои служебные полномочия, предусмотренные п. 2.4. п. 5.1., п. 5.2 Устава ФГКУ, абз. 1 главы 2, п. 2.6., п. 2.8., п. 2.11., п. 2.36. главы 2, п. 3.2., п. 3.3. главы 3 Должностной инструкции от 16.12.2013, п. 6, п. 7, подпунктами «а», «г», «з», «и», «к» п. 8 главы 2 Трудового договора от 01.07.2013, п. 8, подпунктами 12 - 14 п. 9 главы 1, абз. «а», «б», «в», «г», «д», «е» подпункта 3 п. 11, подпунктами 1, 2 п. 15 главы 2 Регламента о контрактной службе ФГКУ от 13.12.2013, п. 10, подпунктами 12 - 14 п. 11, абз. «а», «б», «в», «г», «д», «е» подпункта 3 п. 13, подпунктами 1, 2 п. 17 Типового положения, п. 2.1., п. 5.2.2., п. 5.2.11. государственного контракта № 135, вопреки интересам службы, целям и задачам государственного оборонного заказа, государственного контракта № 135, то есть злоупотребляя своими должностными полномочиями во избежание привлечения к дисциплинарной ответственности за нарушение законодательства в сфере размещении заказов для государственных нужд за неверное обоснование НМЦК, необоснованное завышение цены государственного контракта № 135, за неисполнение лимитов бюджетных обязательств, имея личную заинтересованность, обусловленную побуждениями карьеризма, выраженную в стремлении придать исполнению своих должностных обязанностей мнимую результативность, создать видимость высоких целевых показателей эффективности деятельности, исполнительской дисциплины, приукрасить действительное положение выполнения государственного контракта № 135, сохранить занимаемую должность, осознавая, что его действия неизбежно повлекут за собой существенное нарушение прав и законных интересов ФГКУ и охраняемых законом интересов государства, необоснованное расходование бюджетных денежных средств, не уведомляя вышестоящее руководство о сложившейся ситуации, намеренно не используя полномочия государственного заказчика, предусмотренные п. 15.1. п. 15.2., п. 15.3. государственного контракта № 135, ст. ст. 450 - 452 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ, нарушая и не исполняя служебных обязанностей, предусмотренных п. 2.3. Устава ФГКУ, главы 2, главы 4 Должностной инструкции от 16.12.2013, Трудового договора от 01.07.2013, п. 8.10., п. 8.11., п. 8.12., п. 8.16. государственного контракта № 135, заведомо не имея законных оснований, будучи ознакомленным в силу занимаемой должности с нормативно-правовыми актами, регламентирующими порядок функционирования контрактной системы в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных нужд, порядок выполнения государственных контрактов, том числе с ФЗ от 05.04.2013 № 44-ФЗ, преследуя цель полного исполнения лимитов бюджетных обязательств, скрыть от вышестоящего руководства выявленные нарушения обоснования НМЦК, незаконное завышение цены государственного контракта № 135, осуществил приемку работ, включая УВН «АНТИФАЙЕР» в количестве 12 штук в виде материалов, подписав КС-2, КС-3 №№ 50-000-02-09 от 27.02.2015 на сумму 2 171 020,64 рублей, включая незаконно начисленную сумму на покрытие лимитированных затрат - производство работ в зимнее время в размере 3,24% - в сумме 45 124,42 рубля, временные здания и сооружения в размере 2,16% - в сумме 29 446,89 рублей, выставленные ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ», заявку на кассовый расход № 138 от 02.03.2015, подготовленную главным бухгалтером ФГКУ ФИО4, и дал указание ФИО4 произвести их оплату без удержания суммы на покрытие лимитированных затрат - производство работ в зимнее время в размере 3,24%, временные здания и сооружения в размере 2,16%, неправомерно включенных в стоимость оборудования - УВН «АНТИФАЙЕР».

03.03.2015 на основании платежного поручения № 167478 от 03.03.2015 с лицевого счета ФГКУ № 03551667700 на счет ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» №40702810637000004751, по указанию ФИО25, злоупотребившему своими должностными полномочиями в целях полного исполнения лимитов бюджетных обязательств, сокрытия от вышестоящего руководства незаконного завышения цены государственного контракта № 135, во избежание привлечения к дисциплинарной ответственности, в качестве оплаты КС-2, КС-3 №№ 50-000-02-09 от 27.02.2015, включающих стоимость УВН «АНТИФАЙЕР», поступили денежные средства в сумме 1 953 918,58 рублей. В результате ФИО25 незаконно осуществил перечисление денежных средств в качестве оплаты работ, включая 12 штук УВН «АНТИФАЙЕР» и начисленную на них сумму на покрытие лимитированных затрат - производство работ в зимнее время в размере 3,24% - в сумме 45 124,42 рубля, временные здания и сооружения в размере 2,16% - в сумме 29 446,89 рублей.

В процессе выполнения строительно-монтажных работ в рамках государственного контракта № 135 письмом Управления Росрезерва по ПФО от 06.02.2015 №9/1378, поступившим в ФГКУ 02.03.2015, до ФГКУ - в лице ФИО25, доведены изменения лимитов бюджетных обязательств на 2015 – 2016 годы, в связи с чем, денежные средства, выделенные на реализацию непрограммной части ФАИП в рамках государственного оборонного заказа, перераспределились с 2016 года на 2015 год.

Учитывая данные обстоятельства, ФИО25, являясь должностным лицом, располагая информацией о неготовности строительной площадки на территории ФГКУ, об отсутствии возможности проведения ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» строительно-монтажных работ в связи с задержкой отгрузки нефтерезервуаров, подлежащих демонтажу и реконструкции, будучи ознакомленным с распоряжением Управления Росрезерва по Приволжскому федеральному округу от 24.03.2015 № 10 «О кассовом исполнении расходов федерального бюджета 2015 года», согласно которому в части бюджетных инвестиций в объекты капитального строительства в рамках государственного оборонного заказа (ФАИП) на директора ФГКУ ФИО25 возложена персональная ответственность за обеспечение кассового исполнения расходов федерального бюджета, исполнение утвержденных годовых лимитов бюджетных обязательств, в период с 11.05.2015 по 28.05.2015, в рабочее время, находясь на своем рабочем месте в ФГКУ по адресу: <адрес>, осознавая, что освоить в полном объеме бюджетные средства, перераспределенные с 2016 года на 2015 год, путем выполнения и оплаты запланированных строительно-монтажных работ по государственному контракту № 135 не представляется возможным, действуя умышленно, используя вышеуказанные служебные полномочия, а также служебные полномочия, предусмотренные п. 1.5. главы 1, п. 2.22., п. 2.23., п. 2.31. главы 2, п. 3.1. главы 3 Должностной инструкции от 16.12.2013, п. 1.5., п. 1.6. главы 1, абз. 1, 2, 3, 5, 6 главы 2, п. 2.6., п. 2.22., п. 2.23., п. 2.31., п. 2.36., абз. 17, 18, 22, 23, 26, 29, 30, п. 2.37. главы 2, п. 3.1., п. 3.2., п. 3.3. главы 3 Должностной инструкции от 25.05.2015, подпунктами «а», «б» п. 15.1. государственного контракта № 135, вопреки интересам службы, целям и задачам государственного оборонного заказа, государственного контракта № 135, то есть, злоупотребляя своими должностными полномочиями, имея личную заинтересованность, обусловленную побуждениями карьеризма, выраженную в стремлении скрыть от вышестоящего руководства невозможность освоения бюджетных средств в полном объеме, тем самым придать исполнению своих должностных обязанностей мнимую результативность, создать видимость высоких целевых показателей эффективности деятельности, исполнительской дисциплины, приукрасить действительное положение выполнения государственного контракта № 135, получить благоприятное расположение по службе со стороны вышестоящего руководства, осознавая, что его действия неизбежно повлекут за собой существенное нарушение прав и законных интересов ФГКУ и охраняемых законом интересов государства, не уведомляя вышестоящее руководство о сложившейся ситуации, намеренно не предпринимая мер по возврату денежных средств в бюджет, заведомо не имея законных оснований, будучи ознакомленным в силу занимаемой должности с нормативно-правовыми актами, регламентирующими порядок функционирования контрактной системы в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных нужд, порядком организации, проведения, приемки строительно-монтажных работ, выполнения государственных контрактов, преследуя цель полного освоения бюджетных средств, в нарушение ч. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ, ст. 743, 766 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996 № 14-ФЗ, п. 1 ч. 1 ст. 33, п. 1 ч. 1 ст. 64, ч. 1, ч. 2 ст. 34, ч. 1 ст. 95 ФЗ от 05.04.2013 № 44-ФЗ, абз. 3 п. 2, п. 44 Положения о порядке организации и проведения государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 05.03.2007 № 145, п. 15 ст. 48, ч. 6, ч. 7 ст. 52 Градостроительного кодекса Российской Федерации от 29.12.2004 № 190-ФЗ, ч. 1, ч. 8 Положения о составе разделов проектной документации и требованиях к их содержанию, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 16.02.2008 № 87, п. 3.1., 4.1., 4.2. Методики определения стоимости строительной продукции на территории Российской Федерации (МДС 81-35.2004), утвержденной Постановлением Госстроя России от 05.03.2004 № 15/1, подпунктов «а», «б» п. 15.1. государственного контракта № 135, изменил существенные условия государственного контракта № 135, дав указание генеральному директору ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» ФИО27 внести изменения в смету и графики производства строительно-монтажных работ на 2015, 2016 год к государственному контракту № 135 относительно поставки трех дополнительных комплектов противопожарного оборудования (блок-контейнеров пенного пожаротушения (далее - БК-ПТ) и помещений узлов управления (далее - ПУУ), входящих в состав автоматической установки пенного пожаротушения и выполняющих свои функции в комплексе, не предусмотренных к поставке согласно проекту реконструкции ФГКУ и государственному контракту № 135 в рамках первого этапа реконструкции комбината, взамен производства части ранее запланированных строительно-монтажных работ, предусмотренных техническим заданием.

Выполняя незаконное указание ФИО25, ФИО2, в силу государственного контракта находящийся в зависимости от наделенного полномочиями государственного заказчика - ФИО25, силами сотрудников ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в период с 11.05.2015 по 28.05.2015 внес изменения в смету и графики производства строительно-монтажных работ на 2015, 2016 год к государственному контракту № 135, определив к поставке взамен трех комплектов противопожарного оборудования (БК-ПТ и ПУУ), изначально предусмотренных к закупке согласно проекту реконструкции ФГКУ и государственному контракту № 135 в рамках первого этапа реконструкции комбината, шесть комплектов, и увеличив стоимость на противопожарное оборудование с 134 316 424,10 рублей до 236 400 622,98 рублей, то есть на 102 084 198,88 рублей.

Продолжая реализацию своего преступного умысла, ФИО25 28.05.2015 в рабочее время, находясь на своем рабочем месте в ФГКУ по адресу: <адрес>, используя вышеуказанные служебные полномочия, действуя вопреки интересам службы, целям и задачам государственного оборонного заказа, то есть, злоупотребляя своими должностными полномочиями, во избежание привлечения к дисциплинарной ответственности за неосвоение бюджетных средств, преследуя личную заинтересованность, осознавая, что его действия неизбежно повлекут за собой существенное нарушение прав и законных интересов ФГКУ и охраняемых законом интересов государства, невыполнение части строительно-монтажных работ, изначально предусмотренных государственным контрактом № 135, намеренно не предпринимая мер по возврату денежных средств в бюджет, в нарушение положений вышеуказанных нормативно-правовых актов и должностных инструкций, подписал измененные по его указанию смету и графики производства строительно-монтажных работ на 2015, 2016 год к государственному контракту № 135, тем самым незаконно утвердив и изменив существенные условия государственного контракта № 135 относительно поставки трех дополнительных комплектов пожарного оборудования (БК-ПТ и ПУУ), не предусмотренных к поставке согласно проекту реконструкции ФГКУ и государственному контракту № 135 в рамках первого этапа реконструкции комбината, взамен производства части ранее запланированных строительно-монтажных работ, предусмотренных техническим заданием.

В процессе выполнения строительно-монтажных работ по государственному контракту № 135 генеральный директор ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» ФИО2, действуя в качестве генерального подрядчика, учитывая, что коммерческое предложение ООО «Пожнефтехим» (г. Санкт-Петербург) принималось к расчету при проведении государственной экспертизы по определению достоверности сметной стоимости проекта реконструкции ФГКУ, в целях подготовки к закупке противопожарного оборудования 26.03.2015 получил от ООО «Пожнефтехим» технико-коммерческое предложение № 278 на БК-ПТ и ПУУ, предусмотренные проектом реконструкции ФГКУ, получившим положительное заключение государственной экспертизы.

В период с 31.03.2015 по 03.04.2015 ФИО2 письмом № 135/02/645/289 от 31.03.2015 сообщил ФИО25, что согласно технико-коммерческому предложению от 26.03.2015 № 278 ООО «Пожнефтехим-Комплект» (Тульская область, г. Новомосковск), работающему совместно с ООО «Пожнефтехим» в группе компаний, объединенных единой торговой маркой «Пожнефтехим», готово поставить на железнодорожную сливо-наливную эстакаду БК-ПТ, предусмотренные разделом 9 «Мероприятия по обеспечению пожарной безопасности» (далее – раздел 9 МОПБ) проекта реконструкции ФГКУ, получившим положительное заключение государственной экспертизы, фактически разработанным ООО «Пожнефтехим» для ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ», по цене 25 193 917,82 рублей, и ПУУ по цене 22 867 477,67 рублей, однако, в совокупности данная стоимость комплекта - 56 712 446,67 рублей с учетом НДС превышает сметную стоимость, получившую положительное заключение государственной экспертизы, на 8 838 010,57 рублей. Получив информацию, ФИО25, будучи осведомленным и не учитывая факты, что стоимость БК-ПТ в отдельности не превышает сметную стоимость, получившую положительное заключение государственной экспертизы, а также, что при проведении государственной экспертизы по определению достоверности сметной стоимости стоимость ПУУ складывалась из отдельных узлов управления автоматических установок пожаротушения и как на отдельное оборудование коммерческого предложения не имелось, необоснованно дал указание ФИО2 осуществить поиск альтернативных производителей противопожарного оборудования.

По результатам поиска, осуществленного ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в период с 03.04.2015 по 01.08.2015 с привлечением ООО «КИП НЕВА» (г. Санкт-Петербург), действующего в лице генерального директора ФИО3, ФИО2 в период с 01.08.2015 по 31.08.2015 при неустановленных обстоятельствах сообщил в устной форме ФИО25, что найти производителя противопожарного оборудования, аналогичного оборудованию ООО «Пожнефтехим», не представилось возможным, однако найдено ООО «Челябинский завод мобильных энергоустановок и конструкций» (далее – ООО «ЧЗМЭК»), которое готово поставить до конца 2015 года блок-боксы технологические (далее - ББТ), а организация сборки ПУУ с привлечением сторонних организаций будет поручена ООО «КИП НЕВА», не являющемуся специализированной организацией по производству противопожарного оборудования. При этом ФИО2 довел до ФИО25, что для осуществления замены противопожарного оборудования необходимо внести изменения в проект реконструкции ФГКУ, после чего обеспечить повторное проведение государственной экспертизы проекта реконструкции ФГКУ, в связи с внесением изменений в проект, затрагивающих характеристики безопасности объекта капитального строительства.

Получив данную информацию, ФИО25, являясь директором ФГКУ, продолжая реализацию своего преступного умысла, направленного на полное освоение бюджетных средств, используя вышеуказанные служебные полномочия, а также служебные полномочия, предусмотренные п. 2.4., п. 2.13., п. 2.32., абз. 25, 31 п. 2.37. Должностной инструкции от 25.05.2015, п. 5.2.12., п. 12.2. государственного контракта № 135, п. 7.1.2. государственного контракта № 150, действуя вопреки интересам службы, целям и задачам государственного оборонного заказа, государственного контракта № 135, то есть, злоупотребляя своими должностными полномочиями, во избежание привлечения к дисциплинарной ответственности за неосвоение бюджетных средств, преследуя личную заинтересованность, осознавая, что его действия неизбежно повлекут за собой существенное нарушение прав и законных интересов ФГКУ и охраняемых законом интересов государства, будучи осведомленным в силу занимаемой должности о необходимости проведения повторной государственной экспертизы проекта реконструкции ФГКУ в случае внесения изменений в проект, затрагивающих характеристики безопасности объекта капитального строительства, в частности в раздел 9 МОПБ в виде замены противопожарного оборудования, понимая, что проведение повторной государственной экспертизы неизбежно повлечет невозможность поставки и оплаты оборудования до конца 2015 года и освоения бюджетных средств, допуская возможность получения отрицательного заключения повторной государственной экспертизы проекта в случае ее назначения, не предпринимая мер по запросу коммерческих предложений от поставщиков противопожарного оборудования в целях определения его фактической стоимости, в нарушение п. 15 ст. 48, ч. 6, ч. 7 ст. 52, ч. 1, 2, 4, 7 ст. 53 Градостроительного кодекса Российской Федерации от 29.12.2004 № 190-ФЗ, ч. 5 ст. 17, ч. 3 ст. 34 Федерального закона от 30.12.2009 № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», п. 4, п. 13 ст. 7 ФЗ от 29.12.2012 № 275-ФЗ, п. 44 Положения о порядке организации и проведения государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 05.03.2007 № 145, п. 10 главы II. Перечня видов работ по инженерным изысканиям, по подготовке проектной документации, по строительству, реконструкции, капитальному ремонту объектов капитального строительства, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства, утвержденного Приказом Минрегиона РФ от 30.12.2009 № 624, п. 7.1.2, 7.1.4. «ГОСТ Р 21.1101-2013. Национальный стандарт Российской Федерации. Система проектной документации для строительства. Основные требования к проектной и рабочей документации», утвержденного Приказом Росстандарта от 11.06.2013 № 156-ст, вышеуказанных положений Устава ФГКУ, должностных инструкций, государственного контракта, а также в нарушение п. 2.25., абз. 25 п. 2.37. Должностной инструкции от 25.05.2015, п. 5.2.2., п. 5.2.7., п. 5.2.12. государственного контракта № 135, в период с 01.08.2015 по 31.08.2015, при неустановленных обстоятельствах, в устной форме, а затем 14.09.2015 в рабочее время, находясь на своем рабочем месте в ФГКУ по вышеуказанному адресу, в виде ответа № 1483 на запрос ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» № 135/02/645/1032-1 от 07.09.2015, без согласования со специалистами ЗАО «ВЕКТОР», осуществляющими функции авторского надзора и строительного контроля в соответствии с государственными контрактами № 150, № 157, без проведения повторной государственной экспертизы проекта реконструкции ФГКУ, согласовал и дал указание ФИО2 осуществить закупку и поставку противопожарного оборудования - ББТ и ПУУ в ранее незаконно определенном количестве - шести комплектов, заведомо зная об отсутствии необходимости их закупки в указанном количестве. При этом, ФИО25 был осведомлен, что фактическим поставщиком ПУУ будет являться ООО «КИП НЕВА», не являющееся специализированной организацией по производству противопожарного оборудования, а не Кронштадтское отделение Санкт-Петербургского городского отделения Общероссийской общественной организации «Всероссийское добровольное пожарное общество» (г. Санкт-Петербург) (далее – Кронштадтское ВДПО), как было указано в запросе ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» № 135/02/645/1032-1 от 07.09.2015.

Получив незаконное указание ФИО25, ФИО2, действуя в качестве генерального подрядчика, с привлечением ООО «КИП НЕВА» приступил к организации сборки ПУУ, закупке ББТ в ООО «ЧЗМЭК» для дальнейшей их поставки в ФГКУ. В результате чего между ООО «КИП НЕВА» и ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» заключены договоры поставки ББТ и ПУУ, на сумму необходимую для освоения ФИО25 бюджетных средств: № 28/09-2015 от 28.09.2015, на сумму 40 940 243 рублей (ББТ – 36 902 376 рублей, ПУУ – 4 037 867 рублей),

№ 30/09-2015 от 30.09.2015, на сумму 32 943 000 рублей (ББТ – 16 328 000 рублей, ПУУ – 16 615 000 рублей), № 01/10-2015 от 01.10.2015, на сумму 32 943 000 рублей (ББТ – 16 328 000 рублей, ПУУ – 16 615 000 рублей),

№ 05/11-2015 от 05.11.2015, на сумму 32 943 000 рублей (ББТ – 16 328 000 рублей, ПУУ – 16 615 000 рублей), № 06/11-2015 от 06.11.2015, на сумму 32 943 000 рублей (ББТ – 16 328 000 рублей, ПУУ – 16 615 000 рублей),

№ 09/11-2015 от 09.11.2015, на сумму 32 943 000 рублей (ББТ – 16 328 000 рублей, ПУУ – 16 615 000 рублей), на общую сумму 205 655 243 рублей (ББТ – 118 542 376 рублей; ПУУ – 87 112 867 рублей), согласно которым ООО «КИП НЕВА» обязано было поставить ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» шесть комплектов ББТ и ПУУ, организовав сборку ПУУ с привлечением сторонних организаций и закупив ББТ в ООО «ЧЗМЭК» для дальнейшей поставки в ФГКУ.

В период с 14.09.2015 по 24.09.2015 ФИО25 при неустановленных обстоятельствах и месте, в ходе разговора с ФИО2, а затем, находясь в служебной командировке, осуществленной в целях согласования, ускорения и сокращения сроков поставки ББТ в ФГКУ до конца 2015 года для успешного освоения бюджетных средств, в дневное время 02.12.2015 в ООО «ЧЗМЭК», расположенном по адресу: <...>, ознакомившись с договорами поставки № 18 от 24.09.2015, на сумму 13 837 000 рублей, № 22 от 20.10.2015, на сумму 6 114 000 рублей, № 23 от 20.10.2015, на сумму 6 114 000 рублей, № 32 от 10.11.2015, на сумму 6 024 000 рублей, № 33 от 10.11.2015, на сумму 6 024 000 рублей, № 34 от 10.11.2015, на сумму 6 024 000 рублей, на общую сумму 44 137 000 рублей, заключенными между ООО «ЧЗМЭК» и ООО «КИП НЕВА» при поручительстве ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» на поставку в адрес ООО «КИП НЕВА» шести ББТ, узнал о фактической стоимости ББТ.

В период с 14.09.2015 по 01.12.2015 находившийся в подчинении ФИО25 главный инженер ФГКУ ФИО1, изучив полученную от ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» техническую документацию на планируемые к поставке ПУУ, в рабочее время, находясь в ФГКУ по вышеуказанному адресу, сообщил ФИО25 о выявленных несоответствиях ПУУ проекту реконструкции ФГКУ, нормативным требованиям пожарной безопасности, требованиям, предъявляемым к противопожарному оборудованию и обратился с инициативой посетить производство Кронштадтского ВДПО в целях проведения подробной проверки и согласования устранения выявленных несоответствий ПУУ, готовящихся к поставке, на что ФИО25, будучи осведомленным, что фактическим поставщиком ПУУ является ООО «КИП НЕВА», не являющееся специализированной организацией по производству противопожарного оборудования, а не Кронштадтское ВДПО, умышленно не предпринимая мер по установлению фактической стоимости ПУУ, преследуя цель полного освоения бюджетных средств, имея личную заинтересованность, действуя вопреки интересам службы, целям и задачам государственного оборонного заказа, пресек инициативу ФИО1 и запретил ему осуществить выезд в Кронштадтское ВДПО.

В период с 14.12.2015 по 25.03.2016 на основании договоров поставки № 18 от 24.09.2015, № 22 от 20.10.2015, № 23 от 20.10.2015, № 33 от 10.11.2015, № 34 от 10.11.2015, № 32 от 10.11.2015, содержащих реальную стоимость шести штук ББТ, в соответствии с товарными накладными № 298 от 04.12.2015, № 311 № 312 № 313, № 314, № 315 от 18.12.2015 ООО «ЧЗМЭК» поставило ООО «КИП НЕВА» на территорию ФГКУ шесть единиц ББТ, на общую сумму 44 137 000 рублей. После чего, в указанный период на основании договоров поставки № 28/09-2015 от 28.09.2015, № 30/09-2015 от 30.09.2015, № 01/10-2015 от 01.10.2015, № 05/11-2015 от 05.11.2015, № 06/11-2015 от 06.11.2015, № 09/11-2015 от 09.11.2015, содержащих завышенную стоимость ББТ и ПУУ, необходимую для освоения ФИО25 бюджетных средств, ООО «КИП НЕВА» поставило ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» на территорию ФГКУ шесть единиц ББТ, на общую сумму 118 542 376 рублей, приобретенных ранее в ООО «ЧЗМЭК», и шесть единиц ПУУ, на общую сумму 87 112 867 рублей, фактически изготовленных ООО «КИП НЕВА» за 43 882 647,74 рублей. Затем в указанный период ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в рамках государственного контракта № 135 поставило в ФГКУ шесть комплектов ББТ и ПУУ, полученные ранее от ООО «КИП НЕВА»: 14.12.2015 – ББТ зав. № 507, 23.12.2015 – ББТ зав. № 518, ББТ зав. № 519, ББТ зав. № 523, ББТ зав. № 524, ББТ зав. № 522, 15.12.2015 – ПУУ зав. № 135-2, ПУУ зав. № 135-3, 23.12.2015 – ПУУ зав. № 135-1, ПУУ зав. № 138-1, ПУУ зав. № 138-2, 25.03.2016 - ПУУ зав. № 138-3.

В период с 04.12.2015 по 26.04.2016 ФИО25, продолжая реализовывать свой преступный умысел, действуя вопреки интересам службы, целям и задачам государственного оборонного заказа, государственного контракта № 135, используя вышеуказанные служебные полномочия, преследуя личную заинтересованность, заведомо зная об отсутствии необходимости закупки трех дополнительных комплектов противопожарного оборудования (ББТ и ПУУ), не предусмотренных к поставке согласно проекту реконструкции ФГКУ и государственному контракту № 135 в рамках первого этапа реконструкции комбината, взамен производства части ранее запланированных строительно-монтажных работ, предусмотренных техническим заданием, о несоответствии поставленных в ФГКУ шести комплектов ББТ и ПУУ проекту реконструкции ФГКУ, о том, что ПУУ не являются противопожарным оборудованием, о предназначении ББТ выполнять работу в составе установок пенного пожаротушения в комплексе с ПУУ, о максимально установленном восемнадцатимесячном гарантийном сроке обслуживания ББТ и ПУУ с момента поставки и их сроках сохраняемости без осуществления монтажа, будучи осведомленным, что ББТ фактически закуплены генеральным подрядчиком у ООО «ЧЗМЭК» через ООО «КИП НЕВА» с разницей в стоимости (от производителя до ФГКУ) в общей сумме 92 123 994,42 рублей, умышленно не предпринимая мер по установлению фактической стоимости ПУУ, фактически изготовленных ООО «КИП НЕВА» и поставленных ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в адрес ФГКУ с разницей в стоимости (от ООО «КИП НЕВА» до ФГКУ) в общей сумме 56 256 980,82 рублей, осознавая, что его действия неизбежно повлекут за собой существенное нарушение прав и законных интересов ФГКУ и охраняемых законом интересов государства, невыполнение части строительно-монтажных работ, изначально предусмотренных государственным контрактом № 135, несвоевременное внедрение и неэффективное использование автоматических установок пожаротушения на особо опасном производственном объекте, в результате приемки противопожарного оборудования, несоответствующего проекту реконструкции ФГКУ, нормативным требованиям пожарной безопасности, намеренно не предпринимая мер по возврату денежных средств в бюджет, умышленно не используя право, предусмотренное условиями государственного контракта № 135, отказаться от приема результата работ в случае обнаружения недостатков, заведомо не имея законных оснований, будучи ознакомленным в силу занимаемой должности с нормативно-правовыми актами, регламентирующими порядок функционирования контрактной системы в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных нужд, порядок организации, проведения, приемки строительно-монтажных работ, выполнения государственных контрактов, без проведения повторной государственной экспертизы проекта реконструкции ФГКУ, без привлечения сотрудников ЗАО «ВЕКТОР», осуществляющих функции авторского надзора и строительного контроля, без проведения обязательной экспертизы результатов работ и осуществления их фактической приемки комиссией, предусмотренных государственным контрактом № 135, в нарушение п. 4, п. 13 ст. 7 ФЗ от 29.12.2012 № 275-ФЗ, п. 6 Положения о проведении строительного контроля при осуществлении строительства, реконструкции и капитального ремонта объектов капитального строительства, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 21.06.2010 № 468, п. 4.3, 4.4, 4.7, 8 - 8.9 СП 246.1325800.2016 «Свод правил. Положение об авторском надзоре за строительством зданий и сооружений», утвержденного Приказом Минстроя России от 19.02.2016 № 98/пр, в рабочее время, находясь на своем рабочем месте в ФГКУ, расположенном по вышеуказанному адресу, умышленно, незаконно осуществил приемку ББТ зав. № 507, ББТ зав. № 524, ББТ зав. № 523, ББТ зав. № 518, ББТ зав. № 519, ББТ зав. № 522, ПУУ зав. № 135-1, ПУУ зав. № 135-2, ПУУ зав. № 135-3, ПУУ зав. № 138-1, ПУУ зав. № 138-2, ПУУ зав. № 138-3, несоответствующих проекту реконструкции ФГКУ, нормативным требованиям пожарной безопасности, и в следующие даты подписал и дал указание главному бухгалтеру ФГКУ ФИО4 оплатить выставленные ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» и согласованные по указанию ФИО25 ФИО1, находящимся в служебной зависимости от ФИО25, КС-2, КС-3 и подготовленные по указанию ФИО25 ФИО4 заявки на кассовый расход на общую сумму 236 400 622,98 рублей, включая начисленную сумму на покрытие лимитированных затрат - непредвиденные затраты в размере 3% - в сумме 5 835 131,64 рублей:

- 04.12.2015 - КС-2, КС-3 №№ 118-000-55 от 30.11.2015 (ББТ зав. № 507), на сумму 42 416 524,26 рублей, включая начисленную сумму на покрытие лимитированных затрат - непредвиденные затраты в размере 3% - в сумме 1 046 976,90 рублей, заявку на кассовый расход № 1131 от 04.12.2015;

- 17.12.2015 - КС-2, КС-3 №№ 106-107-59 от 15.12.2015 (ПУУ зав. № 135-2, ПУУ зав. № 135-3), на сумму 38 196 562,24 рублей, включая начисленную сумму на покрытие лимитированных затрат - непредвиденные затраты в размере 3% - в общей сумме 942 814,59 рублей, заявку на кассовый расход № 1189 от 17.12.2015;

- 23.12.2015 - КС-2, КС-3 №№ 106-000-62 от 23.12.2015 (ББТ зав. № 518), на сумму 18 768 895,92 рублей, включая начисленную сумму на покрытие лимитированных затрат - непредвиденные затраты в размере 3% - в сумме 463 277,01 рублей, заявку на кассовый расход № 1239 от 23.12.2015, №№ 118-000-67 от 23.12.2015 (ПУУ зав. № 135-1), на сумму 4 648 230,04 рублей, включая начисленную сумму на покрытие лимитированных затрат - непредвиденные затраты в размере 3% - в сумме 114 733,35 рублей, заявку на кассовый расход № 1234 от 23.12.2015; №№ 107-000-63 от 23.12.2015 (ББТ зав. № 519), на сумму 18 768 895,92 рублей, включая начисленную сумму на покрытие лимитированных затрат - непредвиденные затраты в размере 3% - в сумме 463 277,01 рублей, заявку на кассовый расход № 1236 от 23.12.2015, №№ 108-000-64 от 23.12.2015 (ББТ зав. № 522, ПУУ зав. № 138-1), на сумму 37 867 169,96 рублей, включая начисленную сумму на покрытие лимитированных затрат - непредвиденные затраты в размере 3% - в общей сумме 934684,26 рублей, заявку на кассовый расход № 1237 от 23.12.2015, №№ 109-000-65 от 23.12.2015 (ББТ зав. № 523, ПУУ зав. № 138-2), на сумму 37 867 169,96 рублей, включая начисленную сумму на покрытие лимитированных затрат - непредвиденные затраты в размере 3% - в общей сумме 934684,26 рублей, заявку на кассовый расход № 1238 от 23.12.2015, №№ 110-000-66 от 23.12.2015 (ББТ зав. № 524), на сумму 18 768 895,92 рублей, включая начисленную сумму на покрытие лимитированных затрат - непредвиденные затраты в размере 3% - в сумме 463 277,01 рублей, заявку на кассовый расход № 1233 от 23.12.2015;

- 29.03.2016 - КС-2, КС-3 №№ 110-000-70 от 25.03.2016 (ПУУ зав. № 138-3), на сумму 19 098 278,76 рублей, включая начисленную сумму на покрытие лимитированных затрат - непредвиденные затраты в размере 3% - в сумме 471 407,25 рублей, заявку на кассовый расход № 219 от 29.03.2016, а затем 25.04.2016 заявку на кассовый расход № 279 от 25.04.2016.

В результате незаконного осуществления ФИО25 приемки указанных ББТ, ПУУ и подписания КС-2, КС-3, заявок на кассовый расход, на основании платежных поручений в следующие даты с лицевого счета ФГКУ № 03551667700, на счет ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» №40702810637000004751 в качестве оплаты ББТ и ПУУ поступили денежные средства в общей сумме 212 760 560,68 рублей:

- 07.12.2015 – на основании платежного поручения № 136967 от 07.12.2015 в сумме 38 174 871,83 рублей (оплата КС-2, КС-3 №№ 118-000-55 от 30.11.2015, заявки на кассовый расход № 1131 от 04.12.2015);

- 18.12.2015 – на основании платежного поручения № 185274 от 18.12.2015 в сумме 34 376 906,02 рублей (оплата КС-2, КС-3 №№ 106-107-59 от 15.12.2015, заявки на кассовый расход № 1189 от 17.12.2015);

- 24.12.2015 – на основании платежного поручения № 213544 от 24.12.2015 в сумме 16 892 006,33 рублей (оплата КС-2, КС-3 №№ 106-000-62 от 23.12.2015, заявки на кассовый расход № 1239 от 23.12.2015), на основании платежного поручения № 213543 от 24.12.2015 в сумме 34 080 452,96 рублей (оплата КС-2, КС-3 №№ 109-000-65 от 23.12.2015, заявки на кассовый расход № 1238 от 23.12.2015) на основании платежного поручения № 213545 от 24.12.2015 в сумме 4 183 407,04 рублей (оплата КС-2, КС-3 №№ 118-000-67 от 23.12.2015, заявки на кассовый расход № 1234 от 23.12.2015), на основании платежного поручения № 213552 от 24.12.2015 в сумме 16 892 006,33 рублей, (оплата КС-2, КС-3 №№ 107-000-63 от 23.12.2015, заявки на кассовый расход № 1236 от 23.12.2015) на основании платежного поручения № 213553 от 24.12.2015 в сумме 34 080 452,96 рублей, (оплата КС-2, КС-3 №№ 108-000-64 от 23.12.2015, заявки на кассовый расход № 1237 от 23.12.2015) на основании платежного поручения № 213556 от 24.12.2015 в сумме 16 892 006,33 рублей (оплата КС-2, КС-3 №№ 110-000-66 от 23.12.2015, заявки на кассовый расход № 1233 от 23.12.2015);

- 30.03.2016, 26.04.2016 – на основании платежного поручения № 504522 от 30.03.2016 в сумме 11 999 996,31 рублей, на основании платежного поручения № 598758 от 26.04.2016 в сумме 5 188 454,57 рублей соответственно (оплата КС-2, КС-3 №№110-000-70 от 25.03.2016, заявок на кассовый расход № 219 от 29.03.2016, № 279 от 25.04.2016).

При этом оплата КС-2, КС-3 №№ 118-000-55 от 30.11.2015, подписанных умышленно ФИО25 04.12.2015 в целях незаконного освоения бюджетных средств, произведенная 07.12.2015 по его указанию, осуществлена без фактической поставки ББТ зав. № 507 в ФГКУ, в реальности поступившего 14.12.2015.

Таким образом, злоупотребив своими должностными полномочиями в целях освоения бюджетных средств во избежание привлечения к дисциплинарной ответственности, в период с 04.12.2015 по 26.04.2016 ФИО25 осуществил незаконное перечисление денежных средств в качестве оплаты шести комплектов ББТ и ПУУ, несоответствующих проекту реконструкции ФГКУ, нормативным требованиям пожарной безопасности, на общую сумму 236 400 622,98 рублей, включая начисленную сумму на покрытие лимитированных затрат - непредвиденные затраты в размере 3% - в общей сумме 5 835 131,64 рублей, с учетом аванса в размере 10 % - в общей сумме 23 640 062,3 рублей, ранее оплаченных ФГКУ в адрес ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» платежными поручениями № 469486 от 10.06.2015, 403012 от 29.02.2016 в соответствии с условиями государственного контракта № 135, что повлекло существенное нарушение интересов ФГКУ и государства путем неэффективного использования бюджетных средств в сумме 230 565 491,34 рублей, затраченных на закупку оборудования (за вычетом лимитированных затрат в размере 3% в общей сумме 5 835 131,64 рублей).

В результате изменения ФИО25 существенных условий государственного контракта № 135 относительно поставки трех дополнительных комплектов пожарного оборудования, не предусмотренных к поставке согласно проекту реконструкции ФГКУ и государственному контракту № 135 в рамках первого этапа реконструкции комбината, осуществления приемки шести комплектов ББТ и ПУУ, поставленных в ФГКУ, несоответствующих проекту реконструкции ФГКУ, заведомо приобретенных с разницей в стоимости (от производителя до ФГКУ) в общей сумме 148 380 975,24 рублей, не выполнены следующие строительно-монтажные работы, предусмотренные первоначальной сметой и техническим заданием: 1. Реконструкция железнодорожной сливоналивной эстакады: 1.10 устройство системы автоматизации; 1.11 устройство системы электроснабжения; 1.12 пуско-наладочные работы. 2. Реконструкция продуктовой насосной станции № 2: 2.1 устройство фундаментов; 2.2 монтаж несущих и ограждающих конструкций; 2.3 монтаж оборудования; 2.4 устройство систем водоснабжения, водоотведения; 2.5 устройство системы вентиляции; 2.6 монтаж электрооборудования; 2.7 монтаж системы автоматизации; 2.9 пуско-наладочные работы. 3. Реконструкция нефтерезервуаров: 3.4 устройство фундаментов; 3.5 монтаж металлоконструкций РВСП групп №№ 7, 9; 3.6 монтаж оборудования РВСП групп №№ 7, 9; 3.7 гидравлические испытания. 4. Общестроительные работы резервуарного парка: 4.3 монтаж металлоконструкций; 4.4 благоустройство территории. 5. Монтаж технологического трубопровода: 5.2 устройство фундаментов опор трубопровода; 5.3 монтаж опор трубопровода; 5.4 монтаж трубопровода с установкой запорной и регулирующей арматуры; 5.5 испытания трубопровода на герметичность. 6. Строительство пожарных резервуаров - 2 шт.: 6.3 монтаж МК резервуаров; 6.4 монтаж навесного и встраемого оборудования; 6.5 испытания резервуаров на герметичность; 6.6 утепление резервуаров. 7. Строительство объектов подсобного назначения (хранилище мобильного комплекса очистки РВС): 7.1 земляные работы; 7.2 устройство фундаментов; 7.3 монтаж конструкций надземной части; 7.4 устройство кровли; 7.5 внутренняя и наружная отделка зданий; 7.6 монтаж внутренних систем электро, водо-, теплоснабжения и вентиляции.

В процессе выполнения строительно-монтажных работ в рамках государственного контракта № 135, письмом Управления Росрезерва по ПФО от 18.02.2016 №9/1789, поступившим в ФГКУ 10.03.2016, до ФГКУ - в лице ФИО25, доведены лимиты бюджетных обязательств на 2016 год, в связи с чем, между ФГКУ - в лице ФИО25 и ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» - в лице ФИО2 29.04.2016 заключено дополнительное соглашение № 4 к государственному контракту № 135, согласно которому цена государственного контракта № 135 была увеличена с 700 067 709 рублей до 747 221 906,43 рублей. В дальнейшем в связи с уменьшением лимитов бюджетных обязательств между ФГКУ - в лице ФИО25 и ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» - в лице ФИО2 22.11.2016 заключено дополнительное соглашение № 5 к государственному контракту № 135, согласно которому цена государственного контракта № 135 была уменьшена с 747 221 906,43 рублей до 667 221 906,43 рублей.

В период с 15.12.2016 по 21.12.2016 ФИО1 установил, что им при обосновании НМЦК и впоследствии ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» при составлении сметы с учетом неверного обоснования НМЦК допущена ошибка в виде незаконного расчета, начисления, включения в цену государственного контракта № 135 стоимости на покрытие лимитированных затрат на все оборудование - непредвиденных затрат в размере 3%, в результате неиспользования при составлении обоснования НМЦК ССР от 27.03.2014 № 57/32с, поступившего в ФГКУ 01.04.2015, в связи с чем, обоснование НМЦК рассчитано неправильно, а цена государственного контракта № 135 незаконно, необоснованно завышена, о чем 21.12.2016, в рабочее время, находясь в ФГКУ по вышеуказанному адресу, доложил ФИО25

ФИО25, являясь должностным лицом, располагая информацией о неверно произведенном ФИО1 обосновании НМЦК и незаконном завышении цены государственного контракта № 135, заведомо зная, что договорные обязательства в полном объеме и надлежащим образом по государственному контракту № 135 сторонами не исполнены, и расчет не произведен, имея реальную возможность в силу государственного контракта № 135 и закона принять меры по достижению договоренности с генеральным подрядчиком о снижении цены контракта, 21.12.2016, в рабочее время, находясь на своем рабочем месте в ФГКУ, расположенном по вышеуказанному адресу, осознавая общественную опасность своих деяний, действуя умышленно, используя вышеуказанные служебные полномочия, вопреки интересам службы, целям и задачам государственного оборонного заказа, государственного контракта № 135, то есть, злоупотребляя своими должностными полномочиями, во избежание привлечения к дисциплинарной ответственности за нарушение законодательства в сфере размещении заказов для государственных нужд, за неверное обоснование НМЦК, необоснованное завышение цены государственного контракта № 135, за неосвоение бюджетных средств, имея личную заинтересованность, осознавая, что его действия неизбежно повлекут за собой существенное нарушение прав и законных интересов ФГКУ и охраняемых законом интересов государства, необоснованное расходование бюджетных денежных средств, не уведомляя вышестоящее руководство о сложившейся ситуации, намеренно не используя вышеуказанные полномочия государственного заказчика, предусмотренные государственным контрактом № 135, федеральным законодательством Российской Федерации, а также полномочия, предусмотренные пунктами 4.10 – 4.12., п. 5.2.2., п. 6.6., п. 6.9., п. 8.11., п. 8.12., п. 8.16., п.п. 8.17. – 8.20., п. 8.22. государственного контракта № 135, нарушая и не исполняя вышеуказанные служебные обязанности, предусмотренные Уставом ФГКУ, государственным контрактом, а также служебные обязанности, предусмотренные Должностной инструкцией от 25.05.2015, Регламентом о контрактной службе ФГКУ от 13.12.2013, Типовым положением, дал указание главному бухгалтеру ФГКУ ФИО4 продолжать осуществлять оплату выставленных ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» КС-2, КС-3, содержащих незаконно начисленные лимитированные затраты - непредвиденные затраты на оборудование в размере 3%, до полной оплаты государственного контракта № 135.

В период с 21.12.2016 по 30.12.2016 ФИО25, находясь на своем рабочем месте в ФГКУ, расположенном по вышеуказанному адресу, в дневное время, в следующие даты, подписал КС-2, КС-3, выставленные ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» по итогам проведения работ, а также заявки на кассовый расход, дав указание главному бухгалтеру ФГКУ ФИО4 оплатить их. В результате чего на основании платежных поручений с лицевого счета ФГКУ №, на счет ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» № поступили денежные средства в общей сумме 16 032 750,36 рублей, включая незаконно начисленные лимитированные затраты - непредвиденные затраты на оборудование в размере 3%:

- 30.12.2016 – на основании КС-2, КС-3 №№ 100-000-134, 50-000-130, 77-000-121 от 19.12.2016, заявок на кассовый расход №№ 1064, 1057, 1058 от 29.12.2016, подписанных ФИО25 29.12.2016, платежных поручений №№ 565879, 565885, 565884 от 30.12.2016, поступили денежные средства в общей сумме 6 264 738,44 рублей, включая незаконно начисленную сумму на покрытие лимитированных затрат на оборудование - непредвиденные затраты в размере 3% - в общей сумме 128 477,58 рублей;

- 30.12.2016 – на основании КС-2, КС-3 №№ 77-000-131, 79-000-132, 79-000-133, 82-000-126, 100-000-129, 102-103-127, 107-000-128 от 19.12.2016, заявок на кассовый расход №№ 1059, 1060, 1061, 1062, 1063, 1065, 1066 от 29.12.2016, подписанных ФИО25 29.12.2016, платежных поручений №№ 565881, 565880, 565876, 565877, 565882, 565878, 565883 от 30.12.2016 поступили денежные средства в сумме 9 768 011,92 рублей.

В период с 01.12.2016 по 13.01.2017, ФИО25, в рабочее время, находясь на своем рабочем месте в ФГКУ, являясь должностным лицом, осознавая, что строительно-монтажные работы по государственному контракту № 135 выполнены не в полном объеме, стремясь скрыть данный факт от вышестоящего руководства и контролирующих органов, используя вышеуказанные служебные полномочия, вопреки интересам службы, целям и задачам государственного оборонного заказа, государственного контракта № 135, то есть, злоупотребляя своими должностными полномочиями, во избежание привлечения к дисциплинарной ответственности за неосвоение бюджетных средств, из личной заинтересованности, в нарушение вышеуказанных положений федерального законодательства Российской Федерации, регламентирующих порядок функционирования контрактной системы в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных нужд, порядок организации, проведения, приемки строительно-монтажных работ, выполнения государственных контрактов, утвердил и подписал подготовленные генеральным директором ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» ФИО2 по его указанию измененные сметы к государственному контракту № 135 на основании оплаченных КС-2, КС-3 и произведенных работ без указания невыполненных работ, предусмотренных техническим заданием.

Таким образом, злоупотребив своими должностными полномочиями в целях полного освоения бюджетных средств в период с 21.12.2016 по 30.12.2016 ФИО25 осуществил полное расходование денежных средств по государственному контракту № 135 без принятия соответствующих мер по удержанию незаконно выплаченных денежных средств на покрытие лимитированных затрат - непредвиденных затрат на оборудование в размере 3%, временные здания и сооружения в размере 2,16%, производство работ в зимнее время в размере 3,24%.

В результате указанные действия директора ФГКУ ФИО25, совершенные в период с 01.02.2015 по 13.01.2017 путем злоупотребления своими должностными полномочиями в целях полного освоения бюджетных средств, сокрытия от вышестоящего руководства выявленных нарушений обоснования НМЦК, незаконного завышения цены государственного контракта № 135, во избежание привлечения к дисциплинарной ответственности, вопреки интересам службы, целям и задачам государственного оборонного заказа, государственного контракта № 135, из личной заинтересованности, повлекли существенное нарушение прав и законных интересов ФГКУ и охраняемых законом интересов государства, выразившиеся в необоснованном, неэффективном использовании бюджетных средств в сумме 230 768 540,23 рублей, невыполнении в полном объеме строительно-монтажных работ, изначально предусмотренных государственным контрактом № 135, несвоевременном внедрении автоматических установок пожаротушения на особо опасном производственном объекте в результате приемки противопожарного оборудования, несоответствующего проекту реконструкции ФГКУ, незаконного начисления лимитированных затрат.

В судебном заседании ФИО25 вину в совершении вышеописанного преступления не признал и показал, что после заключения контракта № 135 на проведение строительно-монтажных работ ФГКУ приступило к его реализации. При этом, в обязанности ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» - генерального подрядчика входила организация производства строительно-монтажных работ, закупка оборудования и материалов, необходимых для проведения работ по реконструкции. Заказчик же со своей стороны был обязан передать строительную площадку и оплатить выполненные работы. В 2014 году осуществление финансирования реконструкции было произведено в полном объеме – порядка 22 млн. рублей. Все эти средства были освоены, запланированные работы выполнены в полном объеме. В 2015 году предстояло демонтировать имевшиеся резервуары и подготовить фундамент под новые. Однако, резервуары были наполнены нефтепродуктами, и только Росрезерв решал кому именно, в каком количестве и в какие сроки отгружать нефтепродукцию, самостоятельно принять решение он не мог. Он неоднократно ставил вопрос перед Росрезервом о необходимости освобождения резервуаров, писал письма, участвовал в совещании, однако фактически резервуары были освобождены только в августе 2016 года, и только тогда строительная площадка была передана генеральному подрядчику.

По плану на 2015 год комбинату для проведения реконструкции должно было быть выделено порядка 103 млн. рублей. Однако, весной 2015 года финансирование возросло до 498 млн. рублей. ФГКУ не могло увеличить объем строительно-монтажных работ по причинам неготовности строительной площадки, вопрос о возврате этих денег в госбюджет также не стоял, поскольку на следующий год получить их назад было бы невозможно, прецедента по повторному выделению возвращенных денежных средств не было. В этом случае контракт по проведению строительно-монтажных работ был бы не исполнен по вине заказчика, своевременно не передавшего строительную площадку. Генеральный подрядчик был вправе применить к комбинату санкции, предусмотренные контрактом.

На одном из совещаний им совместно с ФИО1 и ФИО2 принято решение освоить дополнительно выделенные средства за счет приобретения дополнительных комплектов противопожарного оборудования, ранее не предусмотренных контрактом, но предусмотренных проектно-сметной документацией, при этом, в контракт № 135 были внесены соответствующие изменения; дополнения к контракту были подписаны сторонами.

Согласно условиям контракта № 135 обязанность по закупке оборудования лежала на генеральном подрядчике, именно тот был обязан закупать оборудование, основываясь на технических характеристиках, изложенных в проекте, и в соответствии с суммой, определенной сводно-сметным расчетом, прошедшим государственную экспертизу. При этом, ни в одном документе не была указана организация, у которой генеральный подрядчик обязан был приобрести то или иное оборудование. ООО «Пожнефтехим» был разработчиком раздела проекта по противопожарной безопасности, цена оборудования была заложена в смету на основании коммерческого предложения ООО «Пожнефтехим». Однако, со слов ФИО2 в 2015 году ООО «Пожнефтехим» увеличило свою цену, и ФИО2 предложил подобрать другого поставщика оборудования, он не возражал.

В сентябре 2015 года от ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» поступило письмо за подписью ФИО2, в котором тот указал, что противопожарное оборудование, которое производится в г. Челябинске на заводе «ЧЗМК», имеет название, отличное от того, что указано в проекте, т.е. не БК-ПТ, а ББТ-блок-бокс технологический, но полностью соответствует техническим характеристикам проекта и не превышает сметную стоимость. При этом, ФИО2 просил согласовать изменение названия оборудования и его поставщика, он не возражал. Он доверял ФИО2, поскольку ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» фактически являлось автором проекта, по договору субподряда с ЗАО «Вектор» осуществляло авторский надзор, согласно условиям контракта № 135 несло полную ответственность за качество закупаемого оборудования и соответствие его проекту до момента подписания формы КС-14, т.е. до сдачи объекта в эксплуатацию.

Никаких оснований для проведении повторной экспертизы у комбината на тот момент не имелось, поскольку генеральный подрядчик уверял, что менялось только название оборудования, что не являлось основанием для проведения повторной экспертизы.

Поскольку его беспокоили сроки поставки оборудования, а до ноября 2015 года противопожарное оборудование на комбинат не поступило, он, согласовав вопрос с вышестоящим руководством, поехал в командировку на Челябинский завод, где убедился, что это предприятие способно осуществить отгрузку оборудования до конца 2015 года, при этом, на заводе вопрос о цене оборудования не обсуждался, поскольку данный вопрос - это внутреннее дело генерального подрядчика.

В декабре 2015 года на комбинат стали приходить ББТ из Челябинска. Их привозили на больших платформах автомобильным транспортом. Разгрузка и размещение ББТ на территории комбината осуществлялась силами ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ», как это предусмотрено контрактом.

Он оборудование не принимал, ФИО1 только убедился, что пришло именно 6 штук ББТ, поскольку данное оборудование находилось в собственности ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» и передавалось комбинату после проведения пуско-наладочных работ. Кроме того, без установки оборудования и подключения его к сетям проверить работоспособность оборудования невозможно, что подтверждено и в акте проведенной по делу экспертизы.

Комплект противопожарного оборудования включает в себя и ПУУ, т.е. помещение узлов управления. Работа ББТ невозможна без ПУУ. В обвинении указано, что ПУУ не были предусмотрены в проектно-сметной документации, однако это не соответствует действительности. В судебном заседании оглашались документы, входящие в состав проекта: генеральный план, положительное заключение к сводно-сметному расчету, описательная часть проекта, локальные сметные расчеты и т.д., в которых прямо указано наличие помещений узлов управления, в частности, об этом указано в разделе №. С генеральным подрядчиком была согласована поставка ПУУ в собранном виде в целях предохранения их от неблагоприятных погодных условий, что не являлось отступлением от проекта, поскольку технические характеристики ПУУ не менялись.

Из письма ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» от сентября 2015 года следовало, что ПУУ будут поставляться Кронштадским отделением ВДПО.

При этом, он не запрещал ФИО1 выезжать в Кронштадт, ФИО1 сам его уверил, что не специалист по производству, поэтому смысла в поездке не видит. Все 6 ПУУ пришли на комбинат в декабре 2015 года. ФИО1 сообщил ему, что поступившие на комбинат ПУУ обшиты панелями, не предусмотренными проектом. Он сразу связался с ФИО2, но тот заверил, что это транспортная упаковка, которая будет заменена. При этом, проведенные по делу экспертизы не содержат выводов о том, что ПУУ не соответствуют проекту.

В сводном сметном расчете стоимость 6 комплектов противопожарного оборудования указана в размере 263 млн. руб. Фактическая стоимость 6 комплектов противопожарного оборудования составила 236 млн. руб., т.е. сметная стоимость не превышена.

Остальные денежные средства, выделенные на 2015 год, были направлены на производство строительно-монтажных работ, которые могли быть выполнены без освобождения резервуаров.

ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в 2016 году начал проводить строительно-монтажные работы, необходимые для установки противопожарного оборудования, однако финансирование реконструкции было уменьшено Росрезервом на сумму более 80 млн. рублей.

Контракт № 135 в полном объеме выполнен не был. Полагал, что это произошло из-за неготовности строительной площадки, вызванной занятостью резервуаров, а также уменьшением финансирования. Указанные обстоятельства от него не зависели.

Относительно качества противопожарного оборудования добавил, что ни в одной из экспертиз не указано, что имеющееся на комбинате противопожарное оборудование не может выполнять поставленных перед ним задач. Данное обстоятельство, по мнению экспертов, невозможно установить без проведения пуско-наладочных работ. Отмечая, что в противопожарном оборудовании имеются отступления от проекта, эксперты предлагали придать оборудованию легитимность путем внесения изменений в проект, прохождения повторной госэкспертизы.

Относительно непредвиденных затрат в размере 3%, начисленных на оборудование, суду сообщил, что в период действия контракта № 135 ни разу никем не поднимался вопрос о незаконности выплаты 3% непредвиденных затрат на стоимость оборудования, тем более согласно п. 4.96 Методики определения стоимости строительной продукции на территории РФ выплата непредвиденных затрат осуществляется не отдельно на оборудование, материалы, работы и т.д., а на все по итогам строк 1 - 12 сводного сметного расчета, т.е. имеется в виду, что если непредвиденные затраты предусмотрены, то они предусмотрены на всю стоимость строительства, входящую в названные строки.

Генеральный подрядчик в соответствии с условиями контракта направлял в адрес ФГКУ формы КС-2 и КС-3 на оплату стоимости работ, оборудования и материалов, в которые, в том числе были включены непредвиденные затраты в размере 3 %. Соответствующие службы комбината проверяли эти документы, их визировал главный инженер ФИО1, после чего они представлялись ему на подпись. Оснований не доверять своим сотрудникам у него не имелось.

В двадцатых числах декабря 2016 года ФИО1 доложил ему, что в сводный сметный расчет, прошедший государственную экспертизу, не включены непредвиденные затраты в размере 3%, начисляемые на оборудование, однако эти затраты включены в контракт № 135, в связи с чем комбинат их оплачивал генеральному подрядчику. Сводный сметный расчет (ССР) входит в состав проектной документации, его разрабатывал ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ». ФИО1 утверждал, что в согласованном комбинатом ССР - 3% присутствовали по всем строкам. Затем сводный сметный расчет был направлен на экспертизу. По замечаниям экспертов ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» вносил в него корректировки. ССР – это секретный документ. В секретной части Главгосэкспертизы ФИО1 выделили несколько минут для подписания ССР. Естественно, за такое короткое время он не имел возможности его изучить.

ССР поступил на комбинат по специальным каналам связи уже после заключения контракта № 135. На момент определения начальной максимальной цены контракта ФИО1 исходил из того сводного сметного расчета, который был направлен на госэкспертизу, а также из пояснительной записки Главгосэкспертизы, в которой содержались все оперативные замечания экспертов, которые должны были быть исправлены при проведении экспертизы.

Узнав о непредвиденных затратах, он связался с ФИО2 и предложил добровольно вернуть выплаченные комбинатом суммы, но тот отказался, полагая, что выплата непредвиденных затрат предусмотрена законом. Юристы заверили, что данный вопрос можно решить только путем обращения в суд, предварительно заявив письменную претензию. В связи с чем комбинат заявил претензию ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ», а затем обратился в суд. При этом, последние платежи по контракту были осуществлены 30 декабря 2016 года, но КС-2 и КС-3 поступили на комбинат раньше того, как возник вопрос по непредвиденным затратам, в связи с чем, он думал, что оплачивает только работы.

Относительно универсальных водопенных насадок «АНТИФАЙЕР» суду сообщил, что в локальных сметных расчетах и в обосновании начальной максимальной цены контракта, и в сметах, представленных генеральным подрядчиком, они значатся как материалы. В конце 2014 года первая партия УВН «АНТИФАЙЕР» поступила на комбинат. Генеральный подрядчик представил для их оплаты формы КС-2 и КС -3, где УВН «АНТИФАЙЕР» были обозначены как материалы и оплачены комбинатом также как материалы.

В феврале 2015 года была вскрыта их упаковка, и в паспорте изготовителя указано, что насадки являлись оборудованием.

Он связался с ФИО2, тот настаивал, что это материалы, он ему поверил, поэтому в конце февраля-начале марта 2015 года оплатил 12 штук как материалы. Добавил, что давление на ФИО2 не оказывал и не мог оказать, поскольку тот ни в служебной, ни в иной зависимости от него не состоял. Комбинат и ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» были равными сторонами контракта, и обе стороны были заинтересованы в его исполнении. Расторгнуть контракт он мог только через суд и при наличии очень убедительных оснований. Гражданские иски не признал, полагая, что при внесении изменений в проект и прохождении повторной экспертизы оборудование может быть использовано по назначению.

Суд отвергает показания ФИО25 о непричастности к инкриминируемому преступлению, считает, что они даны подсудимым для того, чтобы избежать ответственности и смягчить наказание за содеянное, поскольку такие показания не соответствуют действительным обстоятельствам дела и опровергаются другими имеющимися в деле доказательствами, в том числе показаниями, данными им на стадии предварительного расследования.

Так, из показаний ФИО25 в качестве подозреваемого от 26 октября 2017 года, 28 марта 2018 года, в качестве обвиняемого от 23 апреля 2018 года, оглашенных в судебном заседании в соответствии с п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ (т.2 л.д.224-237, 238-247, т.3 л.д.37-52) следует, что он осуществлял руководство <данные изъяты> с июня 2001 года по март 2017 года. Комбинат полностью находится на обеспечении федерального бюджета, является особо опасным производственным объектом, занимается хранением светлых нефтепродуктов и обслуживанием запасов государственного материального резерва. В 2009 году комбинат был включен в федеральную адресную инвестиционную программу (ФАИП) по реконструкции объектов Комбината, предусмотренную до 2022 года. Денежные средства по ФАИП поступали от главного администратора бюджетных средств – Росрезерва через Территориальное управление Росрезерва по Приволжскому Федеральному округу (УПФО) г. Нижний Новгород. В 2013 году УПФО совместно с комбинатом для разработки проектно-сметной документации привлекло ЗАО «Вектор», которое в качестве субподрядчика привлекло ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ», генеральным директором которого был ФИО2; он же был главным инженером проекта в ЗАО «Вектор». В марте 2014 года проектно-сметная документация на реконструкцию комбината и сводный сметный расчет получили положительное заключение государственной экспертизы. К разработке одного из разделов проекта – мероприятия по обеспечению противопожарной безопасности – ЗАО «Вектор» и ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» было привлечено ООО «Пожнефтехим», и их коммерческое предложение учитывалось при прохождении экспертизы. В рамках ФАИП на основании проектно-сметной документации, получившей положительное заключение государственной экспертизы, Управление Росрезерва по Приволжскому Федеральному округу в адрес комбината выделило для реализации первого этапа реконструкции около 700 млн. рублей на 2014-2016 годы. После этого, по его указанию ФИО1 была подготовлена конкурсная документация, был проведен закрытый аукцион, победителем которого был признан ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ». 11 июля 2014 года был заключен государственный контракт №135 между <данные изъяты> (в его лице) и ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» (генеральный подрядчик) на реализацию первого этапа реконструкции, а именно на реконструкцию железнодорожной сливо-наливной эстакады, продуктовой насосной станции, двух групп резервуарного парка (7 и 9 группы), вспомогательных технологических объектов. Приказом № 138 от 14.07.2014 года на ФИО1 были возложены обязанности по осуществлению контроля и инженерной поддержки работ, непосредственный контроль за строительством. Все возникающие вопросы ФИО1 согласовывал с ним. Он сам непосредственно осуществлял контроль за ходом выполнения работ по контракту. До подписания госконтракта ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» представило сметную документацию в виде отдельных локальных сметных расчетов, где стоимость работ и оборудования соответствовала техническому заданию. Он утвердил данную сметную документацию. В рамках контракта было предусмотрено приобретение оборудования пожаротушения (блок-контейнеры пенного пожаротушения (БК-ПТ), предназначенные для приготовления раствора пенообразователя, и помещения узлов управления (ПУУ), предназначенные для подачи этого раствора к защищаемому объекту) и строительно-монтажные работы по его установке. БК-ПТ и ПУУ не могут осуществлять функции друг без друга. Сметной документацией была предусмотрена стоимость БК-ПТ согласно коммерческому предложению «Пожнефтехим», на ПУУ такого предложения не было, и в смете оно как единица оборудования заложена не была, в связи с чем общим мнением с ФИО2 и ФИО1 они посчитали, что ООО «Пожнефтехим» заложили стоимость ПУУ в своем коммерческом предложении как единый комплект с БК-ПТ. Стоимость 6-ти таких комплектов согласно проектно-сметной документации составляла 263 млн. рублей, монтаж оборудования оплачивался отдельно. Всего по проекту планировалось закупить 11 комплектов, в рамках госконтракта № 135 – 3 комплекта (один – для тушения сливо-наливной эстакады, которую должны были построить и два – для тушения двух групп резервуаров, которые должны были быть реконструированы). Сумма контракта №135 распределялась следующим образом: на 2014 год выделено 22,6 млн., на 2015 г.-103,5 млн., на 2016 год – 574 млн. рублей. В феврале 2015 года из УПФО поступило письмо об увеличении лимитов бюджетных обязательств по реконструкции на 2015 год: часть денег с 2016 года перечислялась для освоения на 2015 год, и составила 498 млн. рублей, а на 2016 – 179 млн. рублей. В связи с этим в мае 2015 года было заключено дополнительное соглашение, и скорректирован график выполнения работ. На тот момент им уже стало ясно, что производство увеличенного объема строительно-монтажных работ с заменой резервуаров, необходимое для освоения всех выделенных денежных средств, будет невозможно, поскольку предварительно необходимо было разгрузить две группы резервуарного парка, но отгрузки топлива не произошло. Чтобы освоить денежные средства, выделенные на 2015 год, им было принято решение вместо проведения строительно-монтажных работ, помимо трех комплектов пожаротушения, запланированных для покупки на 1 этапе реконструкции, закупить еще три, о чем на одном из рабочих совещаний в мае 2015 года он дал указание ФИО2 Письменного согласования с УПФО об этом не проводилось. При этом ФИО1 довел до него, что закупка оборудования, не предусмотренного контрактом, является существенным изменением условий контракта, но все же он принял подобное решение и одновременно дал указание о замене первоначальной сметы к госконтракту №135. Первоначальный экземпляр не сохранился. В дальнейшем смета неоднократно корректировалась по его указанию по фактически выполненным работам без превышения цены контракта. В начале 2016 года финансирование было увеличено на 47 млн. рублей, а к концу года – уменьшено на 80 млн. рублей. Строительно-монтажные работы, предусмотренные контрактом, были выполнены не в полном объеме как в связи с уменьшением объема финансирования, так и в связи с покупкой дополнительного оборудования. В марте 2015 года ФИО2 сообщил, что согласно полученному из ООО «Пожнефтехим» коммерческому предложению сумма комплекта БК-ПТ и ПУУ составила 56 млн. рублей, что на 14 млн. превышало сметную стоимость. При этом стоимость только БК-ПТ соответствует сметной. Он дал указание найти другого поставщика аналогичного оборудования, так как отдельный БК-ПТ его не интересовал. В августе 2015 года ФИО2 довел до него, что поставщиков оборудования, аналогичного производимому ООО «Пожнефтехим», он не нашел, но нашел ООО «ЧЗМЭК», которое производит оборудование для систем пожаротушения – ББТ по цене, не превышающей сметную стоимость контракта, и соответствует техническим характеристикам проекта. Также сообщил, что до конца 2015 года собрать ПУУ они не смогут, и он не нашел другую специализированную организацию, которая сможет изготовить ПУУ как пожарное оборудование, но сборку ПУУ организует ООО «КИП НЕВА», которое подыщет другие организации, непосредственно занимающиеся сборкой. Он дал указание организовать поставку ББТ из ООО «ЧЗМЭК» до конца 2015 года и не возражал ФИО2 против способа сборки ПУУ. 07 сентября 2015 года в адрес комбината от ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» поступило письмо, содержащее официальную просьбу согласовать замену названия оборудования пенного пожаротушения и его поставщика, то есть замены БК-ПТ на ББТ (блок-бокс технологический) и ООО «Пожнефтехим» на ООО «ЧЗМЭК». Он согласовал замену без проведения повторной государственной экспертизы проекта и согласования с ЗАО «Вектор». В октябре 2015 года ФИО2 сообщил, что ПУУ будут поставлены к концу декабря в транспортном положении без паспортов и пожарных сертификатов, т.е. не будут являться пожарным оборудованием, соответствующим проекту. Он дал указание поставить ПУУ при условии исправления недочетов в дальнейшем. Коммерческих предложений от поставщиков ББТ и ПУУ с указанием цен он не запрашивал. 02 декабря 2015 года он вместе с ФИО2 выезжал в г. Челябинск для посещения ООО «ЧЗМЭК», где контактировал с генеральным директором и главным инженером, решал вопросы о сроках оплаты и сроках поставки, знакомился с договорами поставки ББТ, спецификациями, в которых была указана их стоимость. Вопросов по стоимости у него не возникло, его интересовала лишь необходимость освоить выделенные денежные средства. Поставка ББТ была возможна только после его 100%-ной оплаты. У ООО «КИП-НЕВА» и ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» не было возможности срочно оплатить, тогда он принял решение произвести оплату ББТ в адрес ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» без его фактической поставки. Для данных целей ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в адрес комбината было направлено письмо, датированное 30.11.2015 года, а также КС-2, КС-3 №№ 118-000-55 от 30.11.2015 года, на основании которых ББТ был оплачен 04.12.2015 года, а поставлен 14.12.2015 года. В период с сентября по декабрь 2015 года до осуществления поставки и приемки оборудования, до подписания КС-2, КС-3, ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» направляло электронной почтой техническую документацию на поставляемое оборудование. ФИО1 докладывал ему, что ПУУ не соответствует проекту, обшивка оборудования выполнена профлистом, что недопустимо, отсутствуют сертификаты качества, не соответствует характеристикам оборудование пожаротушения, используемое на опасных объектах. Данные вопросы он адресовал ФИО2, и тот обещал, что в 2016 году после поставки оборудования приведет его в соответствие с проектом. Приемка ББТ и ПУУ осуществлялась путем визуального осмотра ФИО1 со стороны комбината и размещением его на территории комбината. Со стороны ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» приемку осуществлял прораб ФИО16 Для приемки должна была собираться специальная комиссия с привлечением представителей строительного контроля, но это требование не выполнялось в связи с нехваткой времени. Все акты выполненных работ и КС-2, КС-3 поступали из ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» уже подписанные ФИО2, в том числе на оплату оборудования. Он визировал их оплату и давал об этом указание главному бухгалтеру ФИО4; в тот же день подписывал заявки на кассовый расход. Оборудование было оплачено генеральному подрядчику в полном объеме в сумме 236 млн. рублей. В начале 2016 года ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» собрало ПУУ, обшило сэндвич-панелями, предоставило на них паспорта; не были представлены в полном объеме сертификаты. В ходе проверки УФК по Пензенской области в декабре 2016 года было выявлено, что стоимость оборудования генеральным подрядчиком необоснованно завышена, в связи с чем с целью оправдания перед руководством он обратился в правоохранительные органы для проверки действий ФИО2, а в марте 2017 года – в Арбитражный суд с исковым заявлением по факту неосновательного обогащения. Кроме того, в начале 2017 года в ходе проверки УФК комбинат с целью скрыть имеющиеся несоответствия направило в адрес ЗАО «Вектор» запрос о подтверждении соответствия поставленного оборудования проектной документации; ЗАО «Вектор» дал такой ответ.

Также в декабре 2014 года ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» осуществлял поставку универсальных водопенных насадок «АНТИФАЙЕР», которые закупал у ООО «Пожнефтехим». В локальных сметных расчетах насадки проходили как материал согласно Методике определения сметной стоимости (МДС 8135), в связи с чем на насадки было произведено начисление непредвиденных затрат (в размере 3%), зимнего удорожания (в размере 3,24%), строительства временных зданий и сооружений (в размере 2,16%). В феврале 2015 года при оплате очередного этапа работ ФИО1 доложил, что в сертификатах соответствия «АНТИФАЙЕР» прописаны как оборудование, в связи с чем начисление процентов зимнего удорожания и строительства временных зданий и сооружений было излишним. Несмотря на это, с целью освоения денежных средств, и чтобы скрыть ошибку, допущенную при обосновании начальной максимальной цены контракта, им было принято решение в феврале 2015 года оплатить насадки «АНТИФАЙЕР» как материал и не удерживать излишне начисленные ранее проценты.

Кроме того, на протяжении всего государственного контракта №135 подрядчику неправомерно были выплачены 3% непредвиденных затрат на оборудование, о чем он узнал от ФИО1 21 декабря 2016 года. Непредвиденные затраты на оборудование были учтены комбинатом при обосновании начальной максимальной цены контракта и содержались в локальных сметных расчетах к государственному контракту, им утвержденных. В экземпляре ЗАО «Вектор» сводного сметного расчета, поданного на государственную экспертизу (учетный №57/9с от 02.10.2013 года), непредвиденные затраты были включены; в сводном сметном расчете, прошедшим госэкспертизу, они отсутствовали. В процессе проведения государственной экспертизы в сводный сметный расчет с учетом замечаний экспертов вносились изменения; согласованием замечаний занимался ФИО1 По результатам проведения экспертизы ЗАО «Вектор» был составлен сводный сметный расчет к проекту реконструкции от 27.03.2014 года (учетный номер 57/32с), получивший положительное заключение ФАУ «ГЛАВГОСЭКСПЕРТИЗА России», где 27 марта 2014 года на основании доверенности находился ФИО1. Со сводным сметным расчетом он лично не знакомился. Положительное заключение государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий от 28.03.2014 №103с-14/ГГЭ-8915/03, положительное заключение государственной экспертизы по определению достоверности сметной стоимости от 28.03.2014 №105с-14ГГЭ- 8915/10 поступили в ФГКУ 02.04.2014. В данных заключениях в качестве замечаний не было указано, что 3% непредвиденных затрат на оборудование включены в сводный сметный расчет необоснованно. Итоговая сумма стоимости реконструкции в положительном заключении государственной экспертизы по определению достоверности сметной стоимости от 28.03.2014 №105с-14ГГЭ- 8915/10 и в сводном сметном расчете от 27.03.2014 (учетный номер 57/32с) была одинаковой. Итоговая сумма стоимости реконструкции в сводном сметном расчете (учетный № 57/9с от 02.10.2013) и в сводном сметном расчете от 27.03.2014 (учетный номер 57/32с) отличалась. Сводный сметный расчет от 27.03.2014 (учетный номер 57/32с) поступил в ФГКУ 01.04.2015 вх. № 64с и в этот же день был утвержден и им подписан. Он ознакомился со сводным сметным расчетом от 27.03.2014 (учетный номер 57/32с) при поступлении его в ФГКУ, но не обратил внимания, что в нем отсутствуют 3% непредвиденных затрат на оборудование. Узнав об этом в декабре 2016 года, учитывая, что данный факт может вскрыться при проверке УФК, он вызвал на совещание ФИО1 и главного бухгалтера ФИО4. Последняя предложила оплатить оставшиеся «незакрытые» КС-2, КС-3 на выполненные работы за вычетом неправомерно оплаченных 3% на оборудование и возвратить эту сумму в бюджет. Однако, его данный вариант не устроил, т.к. нужно было освоить выделенные денежные средства, и он дал указание расплатиться с ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в полном объеме.

По окончании государственного контракта в период с декабря 2016 года по 13 января 2017 года по его указанию ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» изменил смету к государственному контракту по факту выполненных работ и в обосновании начальной максимальной цены контракта. Первоначальной версии сметной документации к госконтракту №135 не сохранилось. Признает, что совершил злоупотребление представленными ему должностными полномочиями и действовал вопреки интересам службы из личной заинтересованности, желая придать своей деятельности мнимую эффективность, приукрасить действительное положение выполнения государственного контракта.

Оглашенные показания подсудимый ФИО25 в судебном заседании не подтвердил, заявив, что в ходе предварительного следствия он дал их в силу юридической безграмотности по совету адвокатов.

Вместе с тем, такие показания подсудимого согласуются с показаниями свидетелей, иными доказательствами и соответствуют действительным обстоятельствам дела, поэтому суд считает их более достоверными и принимает за основу. Суд учитывает, что в ходе предварительного следствия ФИО25 допрашивался с участием защитника, после разъяснения процессуальных прав, в том числе положений ст.51 Конституции РФ. В судебном заседании ФИО25 не отрицал, что подписывал протоколы его допросов, замечаний по ним не имел, в связи с чем, оснований сомневаться в достоверности его показаний на стадии предварительного следствия и для признания их недопустимыми доказательствами, суд не усматривает.

Кроме этого, вина подсудимого в совершении вышеописанного преступления подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, представитель потерпевшего <данные изъяты> Представитель потерпевшего суду показала, что о случившемся ей стало известно из материалов уголовного дела. Позиция комбината, согласованная с руководством Росрезерва, такова, что в результате противоправных действий бывшего руководителя ФИО25 комбинату причинен ущерб в сумме 241 874 640, 40 рублей, которую ФГКУ просит взыскать с подсудимого. Противопожарное оборудование хранится под открытым небом, оно не установлено, коммуникации к нему не подведены, его работоспособность не проверена, изменения в проектную документацию не внесены, повторная государственная экспертиза не проведена, комбинат несет затраты и убытки, поскольку оборудование не соответствует проекту. Арбитражным судом г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области принято решение о банкротстве ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ». Требования ФГКУ комбинат «Утес» были включены в реестр требований кредиторов в 3-ю очередь удовлетворения.

Свидетель ФИО1 суду показал, что в должности главного инженера <данные изъяты> он состоял с марта 2007 года по ноябрь 2020 года. Во время отсутствия директора он исполнял обязанности последнего. С 2009 года была запланирована полная реконструкция комбината, поскольку все оборудование было изношено и подлежало замене. От лица комбината с 2013 года он осуществлял согласование проектных решений, которые предлагались ЗАО «Вектор» и ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ». На разработку проекта ушло несколько месяцев. Конкурсная документация к государственному контракту разрабатывалась им по указанию ФИО25, поскольку это входило в его обязанности и компетенцию, и включала в себя: проект государственного контракта, обоснование начальной максимальной цены контракта, которое содержало объемы работ согласно техническому заданию, техническое задание, которое включало требования к выполнению работ, объекты реконструкции и основное содержание работ, которые необходимо провести. В июле 2014 года был заключен государственный контракт № 135. Приказом ФИО25 на него были возложены обязанности по осуществлению контроля и инженерной поддержки работ, непосредственный контроль за строительством. Разработкой сметной документации занималось ЗАО «Вектор», были представлены отдельные локальные сметные расчеты согласно обоснованию начальной максимальной цены контракта. Данная сметная документация была согласована с ФИО28 Сводный сметный расчет и техническое задание к проекту являлись секретными документами. Первый сводный сметный расчет включал в себя все непредвиденные затраты в виде 3%, по второму откорректированному ССР в марте 2014 года было получено положительное заключение экспертизы. В декабре 2016 года при проверке УФК по Пензенской области ему стало известно, что в ССР отсутствовали 3% на непредвиденные затраты на оборудование, хотя в экспертизе об этом не было указано. На совещании в 20-х числах декабря 2016 года, обсуждая эту ситуацию, он предложил ФИО25 воспользоваться банковской гарантией, главный бухгалтер ФИО4 предложила удержать излишне выплаченную подрядчику сумму, поскольку госконтракт еще не был завершен, но ФИО25 принял решение рассчитаться с подрядчиком как раньше.

Ему известно, что в разработке проектно-сметной документации участвовало ООО «Пожнефтехим», которое было привлечено ЗАО «Вектор» и ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» для разработки одного из разделов проектно-сметной документации – мероприятия по обеспечению противопожарной безопасности. Коммерческое предложение ООО «Пожнефтехим» учитывалось в составе проектно-сметной документации при прохождении государственной экспертизы.

В рамках государственного контракта № 135 было предусмотрено приобретение оборудования автоматической системы пожаротушения (блок-контейнеры пенного пожаротушения (БК-ПТ) и помещения узлов управления (ПУУ)), и строительно-монтажные работы по их установке. Отдельной позицией в сметной документации ПУУ как оборудование изначально обозначены не были. ПУУ является составным (сборным) оборудованием, составляющие части (узлы) которого расписаны в разных разделах сметной документации (9 и 4). Монтаж оборудования согласно проектно-сметной документации оплачивается отдельно. Осенью 2015 года в адрес ФГКУ от ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» поступило письмо, содержащее официальную просьбу о согласовании замены названия (наименования) оборудования пенного пожаротушения и его поставщика, то есть замены БК-ПТ на «Блок-бокс технологический» (ББТ) и ООО «Пожнефтехим» на ООО «ЧЗМЭК», в связи с тем, что коммерческое предложение ООО «Пожнефтехим» по ценовым характеристикам превышало смету, прошедшую государственную экспертизу. Согласно письму генеральный подрядчик гарантировал соответствие технических характеристик поставляемого оборудования требованиям проектной документации. ФГКУ согласовывало только изменение названия оборудования и его поставщика без изменения характеристик. ФИО25 по вопросу запроса коммерческих предложений в ООО «ЧЗМЭК» и ВДПО никаких указаний не давал.

В декабре 2015 года ФИО25 выезжал в г. Челябинск. Изготовлением ПУУ должно было заниматься Кронштадтское ВДПО. В период с ноября по декабрь 2015 года в ФГКУ от генерального подрядчика поступило 6 ББТ производства ООО «ЧЗМЭК» и 6 ПУУ, при этом первый комплект ББТ был оплачен до фактической его поставки. Комиссия для приемки оборудования не созывалась, он принимал сам. По ББТ у него вопросов не возникло, ПУУ пришли обшитые профлистом, без сертификатов, о чем он сообщил ФИО25 Также он просил разрешения ФИО25 съездить и посмотреть производство в г. Кронштадт Ленинградской области, на что ФИО25 согласия не дал. Подрядчик уверял его, что ПУУ не сертифицируются и доставлены в транспортной упаковке, а ФИО25 пообещал исправить все недостатки в будущем. Акты выполненных работ формы КС-2 и справки о стоимости выполненных работ формы КС-3 поступали в ФГКУ уже подписанными ФИО2 от лица ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ». В начале 2017 года в ходе проведения проверки УФК по Пензенской области ФГКУ направило в адрес ЗАО «Вектор» запрос о подтверждении соответствия поставленного оборудования ООО «ЧЗМЭК», ВДПО проектной документации. ЗАО «Вектор» ответил, что поставленные ББТ и ПУУ соответствуют проектной документации. До настоящего времени указанные ББТ и ПУУ хранятся на территории комбината. Кроме того, добавил, что ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» осуществлял поставку в ФГКУ универсальных водопенных насадок «АНТИФАЙЕР». В локальных сметных расчетах они проходили как материал, в связи с чем производилось начисление непредвиденных затрат (в размере 3 %), зимнего удорожания (в размере 3,24%), строительства временных зданий и сооружений (в размере 2,16%). Затем, при вскрытии упаковки ему стало известно, что в паспорте насадки обозначены как оборудование. Об этом он доложил ФИО25 В феврале 2015 года при второй поставке насадок ФИО25 по убеждению ФИО2, несмотря на имеющиеся документы, вновь оплатил за них с процентами. Добавил, что решение о закупке шести комплектов противопожарного оборудования вместо трех принимал ФИО25, поскольку финансирование на реконструкцию в 2015 году было увеличено, а проведение строительно-монтажных работ и замена резервуаров были невозможными ввиду заполнения резервуаров нефтепродуктами, которыми распоряжался только Росрезерв.

Судом на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля ФИО29 - главного бухгалтера комбината «Утес», данные ею в ходе судебного заседания в ином составе суда (т. 16, л.д. 24(об)-31), которые являются аналогичными показаниям свидетеля ФИО1 по обстоятельствам оплаты КС-2, КС-3 по оборудованию после 21 декабря 2016 года и о выдвинутом ей предложении ФИО25 о возврате необоснованно выплаченных 3% генеральному подрядчику, которое так и не было принято ФИО25, 3% были полностью оплачены, при этом, за неосвоение лимитов директора могли привлечь к дисциплинарной ответственности.

Из показаний свидетеля ФИО2, данных им ранее в ходе судебного разбирательства в ином составе суда и оглашенных на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 16, л.д. 97-108, т. 14, л.д. 16-61, 75-88) следует, что с 2007 года по 2018 год он был директором ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ». Желая поучаствовать в разработке проектной документации ФГКУ, он обратился к учредителю ЗАО «Вектор» ФИО5 с предложением поучаствовать в аукционе на заключение государственного контракта на разработку проектной документации реконструкции ФГКУ «Утес». ЗАО «Вектор» занимался проектированием и строительством промышленных объектов и имел лицензию ФСБ России на это. При этом они договорились с ФИО5, что в случае победы ЗАО «Вектор» в аукционе, между ЗАО «Вектор» и ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» будет заключен договор подряда на выполнение работ по разработке проектной документации. На момент заключения договора подряда с ЗАО «Вектор» ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» уже имело лицензию ФСБ России. Разработкой проектной документации в полном объеме фактически занималось ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ». Для разработки 9-го раздела проекта, предусматривающего мероприятия по пожарной безопасности, они привлекли ООО «Пожнефтехим», сметы составляла ФИО6 – инженер ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ», сводный сметный расчет, имеющий гриф секретности, составлял главный технолог ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» ФИО7. Они привлекались ЗАО «Вектор». Сводный сметный расчет со стороны заказчика подписывал ФИО25. Техническое задание составлял заказчик. Положительное заключение Главгосэкспертизы было получено 27 марта 2014 года, а 11 июля 2014 года <данные изъяты> заключил с ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» государственный контракт №135 на производство строительно-монтажных работ по реконструкции комбината сроком на 3 года – с 2014 по 2016 гг. Все финансовые и иные фундаментальные работы, возникающие в ходе исполнения контракта, он решал с ФИО25, технические моменты – с ФИО1 Так, от ФИО1 в феврале 2015 года он узнал, что закупленные ими у ООО «Пожнефтехим» насадки «АНТИФАЙЕР», фактически представляющие из себя элемент трубки и выставленные ими к оплате как материал, на самом деле по паспортам являются оборудованием. В декабре насадки были оплачены комбинатом как материал, в феврале ФИО1 предложил удержать с них излишне выплаченные непредвиденные затраты. Для этого нужно было менять всю отчетную документацию, что технически можно было сделать, но ФИО25 сказал: «Оставь, как есть». Это было решение заказчика. Также в декабре 2016 года ему позвонили с комбината и просили вернуть 15 млн. рублей, якобы, неоправданно переплаченных 3% лимитированных затрат на оборудование. Ему известно, что по общему правилу данные затраты всегда включаются в смету. ФИО7 пояснил ему, что исключил их из сметы по указанию Главгосэкспертизы. Сводный сметный расчет с грифом «секретно», получивший положительное заключение экспертизы, был направлен заказчику, и тот имел право не оплачивать эти затраты. Тем не менее, исковые требования комбината в этой части ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» не признал, полагая этот вопрос спорным.

В рамках выполнения первого этапа реконструкции ФГКУ согласно проектной документации, получившей положительное заключение государственной экспертизы, и в рамках государственного контракта № 135 от 11.07.2014 планировалось закупить три комплекта блок-контейнеров пенного пожаротушения (БК-ПТ) и соответствующих узлов управления задвижками, которые в дальнейшем были включены по указанию заказчика в помещения узлов управления (ПУУ). В первоначальную смету к государственному контракту было заложено три комплекта БК-ПТ и ПУУ. Сметная документация по указанию заказчика постоянно корректировалась. Первоначальной версии сметной документации к государственному контракту не сохранилось. Изначально проектом, получившим положительное заключение государственной экспертизы, ПУУ не были предусмотрены как отдельное оборудование. В конце 2014 года ФИО25 попросил его дополнительно разработать проект помещений, в которых должны были быть собраны разрозненные узлы управления системой пожаротушения, подняв вопрос об использовании электрооборудования под открытым небом. Согласно данному проекту планировалось поместить все узлы управления системы пожаротушения, которые согласно проекту должны были располагаться на открытой площадке, в отдельные помещения. В дальнейшем блок управления задвижками стал обозначаться как помещение узлов управления (ПУУ). Для размещения узлов управления системы пожаротушения необходимо было проводить повторную государственную экспертизу проекта, так как данные обстоятельства могли повлиять на безопасность эксплуатации опасного объекта. Об этом факте и о том, что потребуются дополнительные денежные средства на их сборку, он говорил ФИО25 ФИО25 отвечал, что денежных средств для проведения повторной государственной экспертизы у ФГКУ не имеется. Сметной документацией была предусмотрена стоимость БК-ПТ, согласно предоставленному коммерческому предложению ООО «Пожнефтехим». Стоимость ПУУ в смете к проекту реконструкции отдельно учтена не была. Коммерческого предложения на ПУУ не было. Учитывалась стоимость отдельных взятых узлов управления. Согласно первоначальной смете (предоставленным локальным сметным расчетам) к государственному контракту № 135 и согласно указанной проектной документацией планировалось закупить три комплекта БК-ПТ и ПУУ. При составлении сметы к государственному контракту ПУУ не были выделены в смете как оборудование. Решено было закупать оборудование комплектами - 3 БК-ПТ и ПУУ. ПУУ были включены в смету к государственному контракту как оборудование уже после заключения государственного контракта. Он, ФИО25, ФИО1 общим мнением посчитали, что ООО «Пожнефтехим» заложило стоимость узлов управления (ПУУ) в своем коммерческом предложении как единый комплект вместе с БК-ПТ. По общему правилу согласование заказчиком замены оборудования с ЗАО «Вектор» было обязательным.

После перераспределения лимитов бюджетных денежных средств в сторону увеличения в 2015 году и снижения в 2016 году, и когда стало известно, что 2 группы резервуарного парка не могут быть освобождены от нефтепродуктов, в мае 2015 года ФИО25 сказал, что вместо проведения строительно-монтажных работ помимо трех комплектов пожаротушения, запланированных в первом этапе реконструкции, необходимо закупить дополнительно еще комплекты пожарного оборудования, предусмотренные к закупке в рамках других этапов реконструкции.

В марте 2015 года, так как он планировал проведение работ на железнодорожной эстакаде, он запросил в ООО «Пожнефтехим» коммерческое предложение на БК-ПТ и ПУУ. Сумма комплекта составила 56 млн. рублей, что превышало сумму сметной стоимости на 14 млн. рублей (42 млн. рублей). Об этом он доложил ФИО25 Также он обратил внимание ФИО25, что стоимость БК-ПТ соответствует сметной стоимости, а не соответствуют только стоимость ПУУ. ФИО25 сказал, что, так как сметной стоимостью определена стоимость комплекта - 42 млн. рублей, то комплект оборудования по стоимости в 56 млн. рублей его не устраивает, и посоветовал найти другого поставщика аналогичного оборудования. ФИО25 уверял, что отдельный БК-ПТ его не интересует, а нужна система пожаротушения. Данный разговор состоялся в период, когда он получил коммерческое предложение от ООО «Пожнефтехим», то есть в период времени с 26.03.2015 до начала направления запросов альтернативным поставщикам. Он приступил к поиску поставщиков, которые смогут поставить оборудование, аналогичное оборудованию, которое выпускает ООО «Пожнефтехим». Оборудование ООО «Пожнефтехим» является специфическим, и в России очень мало поставщиков, которые смогут собрать данное оборудование. К лету 2015 года он по договору субподряда привлек к поиску ООО «КИП-НЕВА», генеральным директором которого является ФИО3 - супруг дочери. В конце лета 2015 года ФИО3 сообщил ему, что нашел производителя пожарного оборудования по цене, не превышающей сметную стоимость в г. Челябинске ООО «ЧЗМЭК», однако оборудование ООО «ЧЗМЭК» имеет название блок-боксы технологические (ББТ) и не аналогичны оборудованию ООО «Пожнефтехим». В августе 2015 года он сообщил ФИО25, что не смог найти поставщиков оборудования, аналогичного оборудованию ООО «Пожнефтехим», однако нашел поставщика - ООО «ЧЗМЭК», который производит оборудование для систем пожаротушения (ББТ) по цене, не превышающей сметную стоимость контракта, соответствует техническим характеристикам, предусмотренным проектом (то есть объем и производительность пенообразования соответствуют проекту), однако не соответствует проекту по типу пенообразователя. При этом, он отметил ФИО25, что для осуществления такой замены необходимо проведение повторной государственной экспертизы проекта. ООО «ЧЗМЭК» обязались без предоплаты изготовить к концу года 6 комплектов ББТ, но ПУУ изготавливать отказались. ФИО3 начал процедуру заключения договора с ООО «ЧЗМЭК» на поставку ББТ. Через некоторое время ФИО3 сообщил ему, что производитель требует обеспечить гаранта по договору поставки. ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» выступило гарантом по договору поставки между ООО «КИП НЕВА» и ООО «ЧЗМЭК». Организацию, которая изготовит ПУУ в комплекте, они не нашли, он сказал ФИО25, что организацией сборки ПУУ будет заниматься ООО «КИП НЕВА», которое не является специализированной организацией, а непосредственно сборкой будут заниматься другие организации, подысканные ООО «КИП НЕВА». ФИО25 это устроило. Сборку ПУУ планировалось проводить на месте весной 2016 года. Заказчик предложил поехать в ООО «ЧЗМЭК», чтобы убедиться, что поставка возможна к концу года. Завод они с ФИО25 посетили 02 декабря 2015 года. ФИО25 знакомился с документами – с договором между ООО «КИП-НЕВА» и ООО «ЧЗМЭК», где гарантом исполнения обязательств выступало ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ». ФИО25 видел и стоимость оборудования, поскольку он попросил его о предоплате первого комплекта ББТ до его реальной поставки. В договорах было видно, что ООО «КИП-НЕВА» покупает оборудование по более низкой цене, чем продает его ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ». На тот момент вопрос о стоимости оборудования ФИО25 не ставил, требовал только выполнения плана. ООО «ЧЗМЭК» поставляло оборудование с другими принципами работы, чем у ООО «Пожнефтехим»: ротационное пенообразование, где не требовался резервуар, время подачи по нормам пожаротушения и т.д. Обсуждая с ФИО25 вопрос о необходимости проведения повторной госэкспертизы оборудования, тот сказал, что средств на это нет, и попросил написать ответ (от 12.01.2016 года) на его запрос о том, что прохождение экспертизы не требуется. Может только догадываться, что это письмо ему было нужно «для сохранения лица перед руководством», это были уже «политические игры». Он никогда не спорил с заказчиком, поскольку контрактом было предусмотрено его одностороннее расторжение в случае невыполнения условий контракта. Тогда бы он понес убытки, а планировал вступить в договорные отношения с комбинатом и на втором этапе реконструкции в рамках ФАИП.

Из показаний свидетеля ФИО5 – учредителя ЗАО «Вектор», данных им ранее в ходе судебного разбирательства в ином составе суда и оглашенных на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 16, л.д. 109-113) следует, что ЗАО «Вектор» участвовал в закрытом конкурсе, выиграл его и подписал контракты в 2014 году с <данные изъяты> в г.Пензе, в частности на осуществление авторского надзора №157 от 04 августа 2014 года и строительного контроля №150 от 28 июля 2014 года. Авторский надзор предполагал, что специалист его компании как автор проекта должен осуществлять проверку соответствия проводимых работ проекту, прошедшему госэкспертизу. Строительный контроль ЗАО «Вектор» осуществлял собственными силами, к осуществлению авторского надзора привлек ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в лице ФИО2 Об обстоятельствах замены комбинатом «Утес» противопожарного оборудования ему стало известно уже после завершения строительства и окончания контракта в феврале 2017 года. Из ФГКУ пришло письмо за подписью ФИО25 о согласовании замены одного оборудования на другое. Он обратился к ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» как к автору проекта. ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» прислал ЗАО «Вектор» ответ, где было указано, что предполагаемое полученное оборудование соответствует проекту. По его мнению, согласно положениям закона вся проектная документация, касающаяся безопасности объекта, обязательно подлежит прохождению дополнительной экспертизы, а противопожарное оборудование является самой ответственной частью, вместе с тем, решение о прохождении экспертизы должен принимать заказчик. Они давали рекомендации заказчику о проведении повторной экспертизы, ФИО1 говорил, что они знают об этом.

Из показаний свидетеля ФИО6 - начальника сметного отдела ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ», данных ею ранее в ходе судебного разбирательства в ином составе суда и оглашенных на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 16, л.д. 115 (об)-118) следует, что в мае 2014 года ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в лице ФИО2 как генерального директора принял решение участвовать в конкурсе, в итоге стал победителем. Был заключен государственный контракт № от июля 2014 года. До заключения контракта она составляла локальные сметы, когда экспертизу проходило ЗАО «Вектор». В рамках контракта она составляла сметы на основе информации, которую предоставлял комбинат, закрывала документы КС-2, КС-3. Сводным сметным расчетом занимался ФИО7, она давала ему информацию для составления, стоимость по сооружениям объекта, по разделам. Из Главгосэкспертизы она устно получила информацию об исключении 3 % и сообщила об этом ФИО7 При этом, в дальнейшем с заключением экспертизы она не знакомилась, а ССР – это секретный документ, доступа к которому она не имела. Добавила, что 3% из КС-2 и КС-3 она не убирала и не говорила о неправильности смет комбинату, поскольку не видела заключение экспертизы. Сметы корректировались по фактически выполненным работам, потом составлялись КС-2 и КС-3.

Из показаний свидетеля ФИО7, данных при рассмотрении уголовного дела иным составом суда, оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ (т.14, л.д.198-201) следует, что 3% непредвиденных расходов из сводного сметного расчета, получившего положительную оценку Главгосэкспертизы, он убрал по указанию начальника сметного отдела ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» ФИО6, которая сама не имела доступа к секретной документации, но общалась с экспертами, а он имел этот доступ.

Из показаний свидетелей ФИО8 (т.3, л.д.227-229) и ФИО9 – сотрудников ООО «ЧЗМЭК» (т.3, л.д.230-233), оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, данных ими на стадии предварительного расследования, следует, что при посещении ООО «ЧЗМЭК» в декабре 2016 года ФИО25 знакомился с договорами поставки ББТ, спецификациями с указанием их стоимости, никаких вопросов не задавал.

Из показаний свидетеля ФИО10 - заместителя директора по строительству ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» (т. 4, л.д. 1-3), оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, данных им на стадии предварительного расследования, следует, что по указанию руководства ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» он занимался поиском альтернативного поставщика оборудования для комбината. В рамках поиска он запросил коммерческое предложение у ООО «ЧЗМЭК», и которое ему представило его на ББТ и ПУУ. Вопрос о закупке ББТ поднялся в сентябре 2015 года. ФИО2 ему сообщил, что помощь в организации закупки оборудования и самой закупкой будет заниматься ООО «КИП НЕВА» в лице ФИО3 ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» предоставило ООО «КИП НЕВА» всю необходимую документацию для закупки оборудования в ООО «ЧЗМЭК». ООО «КИП НЕВА» стало заниматься закупкой оборудования. ООО «ЧЗМЭК» также сообщало, что до конца года сможет собрать только ББТ, а ПУУ собрать не успеет. ООО «КИП НЕВА» закупило в ООО «ЧЗМЭК» шесть ББТ при поручительстве ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ». Организацией сборки ПУУ также занималось ООО «КИП НЕВА».

Из показаний свидетеля ФИО11 - генерального директора ЗАО «Вектор», оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, данных им на стадии предварительного расследования (т. 4, л.д. 34-40), следует, что в 2013 году ЗАО «Вектор» одержал победу в конкурсе, и между ФГКУ Комбинат «Утес» и ЗАО «Вектор» был заключен государственный контракт на разработку проектной документации по реконструкции ФГКУ. Для выполнения обязательств по контракту ЗАО «Вектор» заключило договор субподряда с ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ». По данному договору ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» разработало всю проектную документацию по реконструкции ФГКУ. После чего ЗАО «Вектор» в качестве генерального проектировщика представил проект реконструкции ФГКУ. Проект получил положительное заключение государственной экспертизы. В начале 2014 года в ЗАО «Вектор» поступило приглашение из Управления Росрезерва по ПФО на участие в закрытом аукционе на заключение государственных контрактов на осуществление строительного контроля и авторского надзора. В результате конкурса с ЗАО «Вектор» были заключены государственные контракты на осуществление авторского надзора и строительного контроля. В конкурсе на реконструкцию ФГКУ ЗАО «Вектор» принимало участие, однако не было признано победителем. Государственный контракт на реконструкцию ФГКУ был заключен с ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ». В августе 2014 года он устроился в ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» на должность директора по строительству. В феврале 2015 года ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» планировало проведение работ на железнодорожной эстакаде, он от лица генерального директора ФИО2 запросил в ООО «Пожнефтехим» коммерческое предложение на БК-ПТ и ПУУ. Сумма комплекта составила 56 млн. рублей, что превышало сумму сметной стоимости на 14 млн. рублей. ФИО25 указал ФИО2 найти другого поставщика аналогичного оборудования. Он по указанию ФИО2 искал поставщиков, которые смогут поставить оборудование, аналогичное оборудованию ООО «Пожнефтехим». В августе или сентябре 2015 года от ФИО2 ему стало известно о том, что в рамках государственного контракта № 135 в ФГКУ будет поставляться противопожарное оборудование (ББТ) производства ООО «ЧЗМЭК». Поставщиков ПУУ он найти не смог. ФИО2 принял решение самостоятельно организовать работу по изготовлению и сборке ПУУ. Поиск поставщиков оборудования был поручен ООО «КИП НЕВА». ВДПО занималось паспортизацией ПУУ. Он участвовал только при поставке, сдаче-приемке первого ПУУ. Данное ПУУ он осматривал вместе с ФИО1 Другие лица в приемке не участвовали. По качеству ББТ каких-либо претензий со стороны ФИО1, ФИО25 не поступало. Вместе с тем, ФИО1 предъявлял претензии относительно качественных характеристик ПУУ, указал на отсутствие пожарного сертификата на задвижки и правильность оформления паспортов, а также на то, что ПУУ обшиты профлистом и находились в разобранном виде. От ФИО2 ему стало известно, что ФИО25 до приемки и оплаты оборудования был в курсе данных несоответствий пожарного оборудования проектной документации и требованиям пожарной безопасности. Сам он о необходимости такой сертификации не знал, отвечал исключительно за процесс строительства.

Добавил, что часть строительно-монтажных работ, которые изначально были запланированы по государственному контракту, не были выполнены. Смета к государственному контракту неоднократно изменялась по указанию ФИО25, смета корректировалась по фактически выполненным работам без превышения цены контракта. Первоначальных смет к государственному контракту не сохранилось.

Локальные сметные расчеты к государственному контракту, содержащие непредвиденные затраты на оборудование в размере 3%, составлялись ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» на основании локальных сметных расчетов, прилагаемых к конкурсной документации на заключение государственного контракта. Корректировкой процентов занимался ФИО7 с учетом замечаний экспертов. О том, что непредвиденные затраты на оборудование в размере 3% были исключены из сводного сметного расчета, ему известно не было.

Из показаний свидетеля ФИО16 - прораба ООО ИНДИД-ПРОЕКТ» (т. 3, л.д.220-222), оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, данных им на стадии предварительного расследования, следует, что приблизительно в конце ноября 2015 года в ФГКУ начались поставки ББТ и ПУУ. Поставки продолжались до конца декабря 2015 года. Всего было поставлено шесть комплектов ББТ и ПУУ. Во время поставки он обратил внимание ФИО11 на то, что ББТ не предусмотрены проектной документацией (вместо БК-ПТ поставлены ББТ), что ПУУ обшиты метало-профилем, а также то, что закуплено шесть комплектов, а не три. ФИО11 сказал, что все вопросы согласованы руководством с заказчиком. От руководства ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» ему поступило указание осуществить приемку поставленного оборудования. Он обращал внимание ФИО2 и ФИО1 о необходимости проведения повторной государственной экспертизы для правомерной замены БК-ПТ на ББТ. ФИО2 и ФИО1 никакого ответа не дали. С ФИО25 по данному вопросу он не разговаривал.

Каждая приемка ББТ и ПУУ осуществлялась по одинаковой процедуре. ББТ и ПУУ завозились на территории ФГКУ и размещались на площадке, подготовленной им. Производителем ББТ являлось ООО «ЧЗМЭК», производителем ПУУ согласно паспортам являлось Кронштадтское ВДПО, однако товарные накладные были оформлены на ООО «КИП НЕВА». Он осуществлял приемку данного оборудования от лица ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ». ФИО1 производил внешний осмотр ББТ и ПУУ в его присутствии. ББТ и ПУУ не вскрывались. ББТ и ПУУ были опломбированы пломбой завода-изготовителя. ПУУ были обшиты метало-профилем, что противоречило проектной документации. Комиссия для приемки ББТ и ПУУ не собиралась. Документация на данное оборудование предавалась ФИО1 ФИО1 изучал документацию и высказывал свои претензии ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» по поводу несоответствия поставленного оборудования проектной документации и отсутствия пожарных сертификатов.

Из показаний свидетеля ФИО3 - генерального директора ООО «КИП НЕВА» (т. 4, л.д. 4-6, 7-12), оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, данных им на стадии предварительного расследования, следует, что по указанию своего родственника ФИО12 осенью 2015 года он занимался организацией закупки шести комплектов ББТ и ПУУ для комбината, которые необходимо было поставить до конца 2015 года. ООО «ЧЗМЭК» сообщило, что ББТ будут поставлены. Им была организована работа по закупке ББТ. При заключении договора ООО «ЧЗМЭК» потребовало привлечь поручителя, так как ООО «КИП НЕВА» была молодой компанией и не имела репутации и оборотов. Поручителем ООО «КИП НЕВА» по договору поставки ББТ выступило ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ». Поскольку ООО «ЧЗМЭК» не могло собрать и поставить ПУУ до конца 2015 года, а других поставщиков в такие короткие сроки найти не удалось, ФИО2 дал ему указание самостоятельно организовать сборку ПУУ. Он стал привлекать различные фирмы для поставки и сборки составных частей. Сборка ПУУ осуществлялась в г. Санкт-Петербург и г. Старая Русса. Являлись ли собранные ПУУ пожарным оборудованием, ему неизвестно, поскольку он не специалист в данной области. В начале декабря 2015 года ФИО2, директор ФГКУ ФИО25 выезжали в ООО «ЧЗМЭК», где знакомились с продукцией, выпускаемой заводом, а также согласовывали сроки расчетов и поставки оборудования. В декабре 2015 года ББТ и ПУУ были поставлены в ФГКУ. Стоимость продажи комплектов ББТ и ПУУ от ООО «КИП НЕВА» к ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» определялась им самостоятельно. ФИО2 к определению стоимости никакого отношения не имел. Полученные денежные средства от сборки и продажи ПУУ и ББТ ООО «КИП НЕВА» израсходовало на финансовые нужды организации и расчеты с кредиторами. Соответствуют ли ББТ и ПУУ проектной документации по реконструкции ФГКУ, а также требованиям пожарной безопасности, ему неизвестно.

Из показаний свидетеля ФИО13 - инженера проектов ООО «ЧЗМЭК», оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, данных им на стадии предварительного расследования (т. 3, л.д. 234-237), следует, что в конце 2015 года в адрес ООО «КИП НЕВА» было поставлено оборудование, которое по техническим характеристикам полностью соответствовало их запросу. Данное оборудование сертифицировано, полностью соответствовало требованиям противопожарной безопасности, запрашиваемым заказчиком требованиям, имело вторую степень огнестойкости, фактически соответствовало прилагаемым к оборудованию паспортам. Место поставки было обозначено ФГКУ. При этом, ООО «КИП НЕВА», ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» не просили ООО «ЧЗМЭК» подготовить специально для них паспорта на блок-боксы с интересующими их формулировками и характеристиками оборудования. В январе или феврале 2017 года в адрес ООО «ЧЗМЭК» от ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» поступили замечания по качеству поставленного оборудования. Замечания были оформлены от имени ООО «Пожнефтехим». Некоторые замечания были приняты к сведению и в дальнейшем были устранены. Специалисты ООО «ЧЗМЭК» выезжали в ФГКУ для устранения данных замечаний.

Из показаний свидетеля ФИО14 - инженера ЗАО «Вектор», оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, данных им на стадии предварительного расследования (т. 4, л.д. 27-30), следует, что в конце 2015 года специалисты ЗАО «Вектор» для приемки, проверки на соответствие требованиям проектной документации, требованиям безопасности, поставленного пожарного оборудования (ББТ и ПУУ), не приглашались. О поставке данного оборудования в ФГКУ ему ничего неизвестно. При этом, ФГКУ были обязаны это сделать. По правильной процедуре ФГКУ должно было направить в ЗАО «Вектор» письмо о рассмотрении вопроса о согласовании замены пожарного оборудования. ЗАО «Вектор» либо самостоятельно рассмотрело бы данное обращение, либо совместно с ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ», и дало бы свое заключение о согласовании, либо несогласовании замены. Для обоснования сметной стоимости (что сметная стоимость не будет превышена) необходимо было предоставить коммерческие предложения на заменяемое оборудование. В случае, если производится замена оборудования, которое касается характеристик безопасности объекта (в данном случае пожарная безопасность объекта), то необходимо проведение повторной государственной экспертизы проекта.

Из показаний свидетеля ФИО15 - заместителя председателя КО СПб ГО ВДПО, оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, данных им на стадии предварительного расследования (т. 4, л.д. 15-17), следует, что в августе-сентябре 2015 года к нему обратились генеральный директор ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» - ФИО2 и генеральный директор ООО «КИП НЕВА» - ФИО3 с предложением заключить договор на оказание услуг по изготовлению помещений узлов управления № 118.1, № 106.1 № 107.1, № 108.1, № 109.1, № 110.1. Данные работы по формальным причинам не могли быть осуществлены силами ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» и ООО «КИП НЕВА», так как у них отсутствовала лицензия МЧС России, которая имелась у КО СПб ГО ВДПО. В рамках данного договора от КО СПб ГО ВДПО требовалось разработать паспорта на ПУУ и руководство по их эксплуатации. Огнезащитные работы в ПУУ, сборка и монтаж ПУУ силами КО СПб ГО ВДПО не проводились. Паспорт на ПУУ содержит информацию о материалах, применяемых при изготовлении, составляющих частей и конструкциях. Каждая составляющая часть системы пожаротушения ПУУ должна пройти обязательную процедуру сертификации. Фактически работы по изготовлению помещений узлов управления осуществлялись под руководством ООО «КИП НЕВА», данная фирма в полном объёме осуществляла закупку составных частей, всех узлов и агрегатов. Сборка агрегатов осуществлялась на территории г. Санкт-Петербурга на площадке ООО «КИП НЕВА», в конце 2015 года ФИО3 сообщил ему, что оборудование - ПУУ изготовлено и направлено в адрес <данные изъяты>.

Также 12 октября 2015 года ООО «КИП НЕВА» заключило договор № 199/135 с ООО «РДК» по монтажу систем пожарной сигнализации, системы электроснабжения и освещения, системы автоматического пожаротушения для помещения узлов управления № 118.1, № 106.1 № 107.1, № 108.1, № 109.1, № 110.1 в ФГКУ. Фактически данные работы проводились в мае - августе 2016 года на территории ФГКУ силами ООО НПП «Барс» на основании договора подряда № 22/16-Брс от 29 апреля 2016 года, под контролем специалиста КО СПб ГО ВДПО, который направлялся в г. Пензу в апреле, июле и августе 2016 года для организации и проведения работ, приёмки и устранения недостатков. После устранения всех недостатков претензий от ООО «КИП НЕВА» по функционированию систем пожарной сигнализации, системы электроснабжения и освещения, системы автоматического пожаротушения к ООО «РДК» не имелось. Указанные работы осуществлялись на территории ФГКУ. До августа 2016 года монтаж ПУУ в ФГКУ произведен не был.

Из показаний свидетеля ФИО16 - генерального директора ООО «Пожнефтехим», оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, данных им на стадии предварительного расследования (т. 4, л.д. 18-20), следует, что ООО «Пожнефтехим-Проект» с ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» был заключен договор на выполнение работ, связанных с проектированием пенного пожаротушения на <данные изъяты>

В ходе выполнения разработки проектной документации ООО «Пожнефтехим-Проект» был разработан раздел: «Мероприятия по обеспечению пожарной безопасности» ФГКУ. При разработке данного раздела ООО «Пожнефтехим» отталкивался от технических характеристик производимого им оборудования, то есть в качестве образца брались блок-контейнеры пенного пожаротушения (БК-ПТ) и блоки управления электрозадвижками, то есть так называемы помещения узлов управления (ПУУ). БК-ПТ и ПУУ являются составными частями системы пожаротушения и могут работать только в комплексе. ООО «Пожнефтехим» планировало в дальнейшем поставлять свои БК-ПТ в рамках реконструкции ФГКУ в составе всего комплекса проектной документации. Отдельного коммерческого предложения на ПУУ, которое в дальнейшем легло в проект, ООО «Пожнефтехим» не предоставляло. Помещать узлы управления задвижками в помещениях или нет, решалось ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в других разделах проекта. Также в проект реконструкции ФГКУ было включено коммерческое предложение ООО «Пожнефтехим», которое было включено в проектную документацию, получившую положительное заключение государственной экспертизы. В указанном коммерческом предложении была указана стоимость БК-ПТ. В марте 2015 года в ГК «Пожнефтехим» поступил запрос от ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» о стоимости БК-ПТ и ПУУ. В ответе на данный запрос ООО «Пожнефтехим Комплект» указало стоимость оборудования. ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» не устроила указанная стоимость оборудования. Он пытался прийти к консенсусу с ФИО2, чтобы ООО «Пожнефтехим» поставило ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» интересующее их оборудование и говорил о возможности снижения стоимости оборудования на 10 %. ФИО2 ответил, что подумает над его предложением. Однако никакого ответа от ФИО2 не последовало. После этого, ООО «Пожнефтехим» с ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» не контактировало. Сроки изготовления БК-ПТ и ПУУ составляют от восьми до десяти месяцев.

В январе 2017 года ООО «Пожнефтехим» на основании официального запроса УФСБ России по Пензенской области провело сравнительный анализ БК-ПТ и ББТ производства ООО «ЧЗМЭК». Все несоответствия, установленные в ходе анализа, предоставлены в ответе на запрос.

Также в конце 2014 года ООО «Пожнефтехим» осуществило поставку УВН «АНТИФАЙЕР» в адрес ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» для ФГКУ. «АНТИФАЙЕР» являются оборудованием, а не строительным материалом.

Из показаний свидетеля ФИО17 - руководителя Управления Росрезерва по Приволжскому федеральному округу, оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, данных им на стадии предварительного расследования (т. 4, л.д. 48-51), следует, что в 2009 году Правительством Российской Федерации учрежден план реализации ФАИП, в рамках которой планировалось провести реконструкцию комбинатов, в том числе и <данные изъяты>. Для целей реализации ФАИП из федерального бюджета ежегодно выделялись денежные средства. Со стороны УПФО реализацию ФАИП курировал его заместитель ФИО23 Раз или два раза в год ФИО23 выезжал в ФГКУ для осуществления контрольных функций. Распределение и перераспределение денежных средств по годам осуществлялось согласно выделенным бюджетным средствам и срокам выполнения работ.

В случае, если денежные средства, выделенные из бюджета, не осваивались в полном объеме, то в отношении директора со стороны УПФО предпринимались меры по направлению ходатайства в Росрезерв о наложении дисциплинарного взыскания. Решение о привлечении директора ФГКУ к дисциплинарной ответственности и об избрании вида наказания принималось непосредственно руководителем Росрезерва. Ежегодно, в том числе и в 2015 году УПФО по структурным подразделениям рассылались его распоряжения о кассовом исполнении расходов федерального бюджета, согласно которым директоры комбинатов обязаны обеспечить равномерное освоение бюджетных средств под личную персональную ответственность. Это означало, что в случае неосвоения выделенных бюджетных средств и отсутствия соответствующих объективных причин, к руководителю структурного подразделения Росрезервом могли быть применены меры дисциплинарной ответственности. Данная информация доводилась и до ФИО25

По результатам проведенной проверки Счетной палатой РФ установлен факт необоснованного включения в начальную максимальную цену контракта непредвиденных затрат 3%, начисляемых на оборудование (сумма около 13 000 000 рублей). Указанные 3% в виде непредвиденных затрат на оборудование включены в начальную максимальную цену контракта и выплачены ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» неправомерно, поскольку непредвиденные затраты на оборудование не включены в сводный сметный расчет, получивший положительное заключение государственной экспертизы. Данная ситуация сложилась в связи с допущенной ошибкой лицами, формировавшими начальную максимальную цену контракта.

В случае, если ФИО25 знал о том, что генеральному подрядчику выплачены излишне 3% в виде непредвиденных затрат на оборудование до окончания государственного контракта, то ФИО25 должен был доложить об этом ФИО23 и предпринять меры по возврату необоснованно перечисленных денежных средств.

Из показаний свидетеля ФИО23 - заместителя руководителя Управления Федерального агентства по государственным резервам по Приволжскому федеральному округу, оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, данных им на стадии предварительного расследования (т. 4, л.д. 41-47), следует, что в рамках ФАИП Росрезервом для ФГКУ были выделены денежные средства -700 000 000 рублей для проведения строительно-монтажных работ по реконструкции ФГКУ. В дальнейшем указанная сумма менялась в зависимости от финансирования.

После выделения лимитов бюджетных обязательств для осуществления реконструкции, ФГКУ стало готовить конкурсную документацию. ФГКУ были разработаны техническое задание и смета к государственному контракту (была обоснована начальная максимальная цена контракта). После подготовки конкурсной документации и прохождения процедуры необходимых согласований был объявлен закрытый аукцион, победителем которого признано ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ». По результатам аукциона между ФГКУ и ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» 11.07.2014 был заключен государственный контракт № 135. Контрольные функции по указанному государственному контракту были возложены на ФИО25 в соответствии с его должностными обязанностями. Государственный контракт заключался в рамках государственного оборонного заказа. Согласно заключенному контракту № 135 планировалось выполнить реконструкцию железнодорожной сливо-наливной эстакады, продуктовой насосной станции, 2 группы резервуарного парка (7 и 9 группы), вспомогательных технологических объектов.

Строительный контроль и авторский надзор на основании заключенных государственных контрактов осуществляло ЗАО «Вектор». После подписания государственного контракта ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» стало выполнять работы по реконструкции комбината.

Финансирование государственного контракта № 135 осуществлялось в пределах, доведенных главным распорядителем (Росрезервом) лимитов бюджетных обязательств, а также в пределах цены контракта. По указанному государственному контракту денежные средства распределялись следующим образом по годам: на 2014 год было выделено 22,6 млн. рублей, на 2015 год планировалось выделение 103,5 млн. рублей, на 2016 год – 574 млн. рублей. В январе 2015 года в УПФО из Росрезерва поступила выписка из государственного оборонного заказа о том, что финансирование в 2015 году ФАИП составляет 498,4 млн. рублей. В связи с этим ФГКУ было заключено дополнительное соглашение к государственному контракту об изменении суммы финансирования в 2015 году с пропорциональным уменьшением суммы финансирования 2016 года без изменения цены контракта. В итоге сумма денежных средств, выделенных на 2015 год, составила 498,4 млн. рублей, на 2016 год – 179 млн. рублей. Исходя из сложившейся ситуации, до ФГКУ были доведены лимиты бюджетных обязательств, которые необходимо освоить. После выделения (перераспределения) денежных средств в начале февраля 2015 года от ФИО25 поступило обращение о том, что ФГКУ на 2015 год выделена большая сумма, и у него имеются сомнения по поводу возможности освоения данных денежных средств в силу обстоятельств, связанных с наличием нефтепродуктов в резервуарах, которые подлежали демонтажу. Ввиду чего стала вестись работа по разгрузке резервуарного парка. Проведением выпуска продукции занимался центральный аппарат Росрезерва. Фактический выпуск продукции осуществлен в середине 2016 года. Приблизительно в начале марта 2015 года ФИО25 доложил, что у ФГКУ имеется возможность выполнить работы, которые планировались к выполнению в 2016 году. О проблемах по выполнению работ и плановом освоении денежных средств ФИО25 не докладывал. В течение 2015 года ФИО25 периодически отчитывался об освоении денежных средств. О количестве подлежащего закупке противопожарного оборудования в рамках государственного контракта и первого этапа реконструкции согласно проекту ему не было известно. В случае замены противопожарного оборудования, если оно имеет иной принцип действия, отличный от проектного, иное огнетушащее вещество и имеет иные выходные параметры, отличные от проектных, то необходимо прохождение повторной государственной экспертизы. Согласование замены с проектной организацией, осуществляющей авторский надзор, обязательно.

Строительно-монтажные работы, запланированные по государственному контракту № 135, выполнены не в полном объеме, в связи с дополнительно закупленным противопожарным оборудованием и уменьшением объемов финансирования на 80 млн. рублей. Ни один объект в эксплуатацию не введен. Часть запланированных работ по государственному контракту были исключены. При этом, ФИО25 ему не говорил о том, что сметы к государственному контракту корректировались и изменялись по фактически выполненным объемам работ.

В соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ в судебном заседании оглашены показания специалистов ФИО18, ФИО19, допрошенных судом при рассмотрении уголовного дела иным составом суда и изложенные в протоколе судебного заседания от 18.09.2018 года (т.14, л.д.163 (об)-173, 173(об)-180), обладающих специальными познаниями по противопожарной безопасности и по определению достоверной сметной стоимости, которые непосредственно изучали первоначальный проект реконструкции <данные изъяты> и давали положительное заключение экспертизы.

Так из показаний эксперта ФИО18 следует, что на основании п. 44 Положения об организации и проведении государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий, утвержденного Постановлением Правительства РФ № 145 от 05.03.2007, при замене противопожарного оборудования, а также при внедрении помещения узлов управления в ходе реконструкции комбината, в обязательном порядке требовалась повторная государственная экспертиза проекта, чтобы проверить технические характеристики.

Из показаний специалиста ФИО19 следует, что в случае если не превышена сметная стоимость материалов и оборудования, применяемого при реконструкции, проводить экспертизу по определению достоверной сметной стоимости закон не обязывает. Кроме того, из ее же показаний следует, что 3 % непредвиденных затрат государственная экспертиза по своей инициативе, исключать не компетентна.

Из показаний свидетеля ФИО20, данных ею ранее в ходе судебного разбирательства в ином составе суда и оглашенных на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 16, л.д. 33 (об)-48) следует, что она работала в ФГКУ <данные изъяты> с февраля 2013 года до начала 2017 года инженером по проектно-сметной работе. В ее обязанности входило сравнивать рабочие документы с проектной документацией, КС с экспертизой и докладывать главному инженеру ФИО1 К работе по ФАИП она была привлечена с момента подписания государственного контракта № 135. До оформления допуска к работе со сведениями, составляющими государственную тайну, то есть до ноября 2014 года она была привлечена только к части работ. К государственному контракту № 135 должны были прилагаться техническое задание и смета, определяющая объемы и цену государственного контракта. Смета и графики выполнения работ являются неотъемлемой частью государственного контракта. Техническое задание необходимо для определения объемов работ. На основании технического задания должна разрабатываться смета к государственному контракту. Смета должна соответствовать техническому заданию. Когда она приступила к осуществлению своих трудовых обязанностей, указанные смету и техническое задание ей никто не предоставил. Техническое задание составляли главный инженер ФИО1 и директор ФИО25, оно содержало гриф секретности. Она неоднократно обращалась к ФИО1 с просьбой предоставить ей техническое задание и смету, которую должен быть разработать ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ», чтобы она знала, какой объем работ должен был выполнить подрядчик, на что ФИО1 ей отказывал, пояснив, что об этом знает. Фактически он предоставлял ей КС со словами: «Посмотрите, имеет ли право на жизнь?»; она сверяла соответствие сметных расценок в программе «Гранд-Смета», сравнивала с локально-сметным расчетом, который, со слов ФИО1, прошел госэкспертизу. Она формально смотрела в КС, например, не превышает ли стоимость закупленных материалов проектную стоимость, не включены ли работы повторно. Заверять КС своей визой она отказалась, т.к. у нее не было сметы и не с чем было сравнивать. Когда в 2015 году на комбинат стало поставляться противопожарное оборудование, ФИО1 показывал ей накладные, чтобы она сравнивала сметную стоимость, задал вопрос, возможно ли использовать его в рамках реконструкции. Она сказала, что они не могут принять это оборудование, так как без монтажа не смогут проверить его качество. Нужно было привлекать ЗАО «Вектор» как организацию, осуществляющую строительный контроль, однако ФИО1 пояснил, что оборудование уже оплачено. Заключение технолога она не видела, но сама, имея высшее образование архитектора, говорила ФИО1, что поставленные ПУУ не соответствуют проекту.

Непредвиденные затраты – это резерв средств на непредвиденные расходы при реконструкции. По смыслу Методики определения сметной стоимости (МДС 35) на оборудование могут быть начислены непредвиденные затраты. Если по результатам государственной экспертизы непредвиденные затраты на оборудование не включены в сводный сметный расчет, то в дальнейшем при составлении сметы к контракту и дальнейших взаиморасчетах непредвиденные затраты на оборудование не начисляются. По поводу 3% непредвиденных затрат на оборудование, включенных в смету по государственному контракту № 135, пояснила, что в пояснительной записке Главгосэкспертизы, указания об исключении 3% не было, и она ориентировалась только на нее, поскольку сводно-сметный расчет ей предоставлен не был. О том, что указанные 3% были выплачены ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» неправомерно, она узнала только в декабре 2016 года при проверке УФК. Она предложила ФИО1 удержать неправомерно выплаченные деньги с подрядчика, тот пояснил, что обсудит это с ФИО25

В КС-2, полученных от ФИО1, насадки «АНТИФАЙЕР» проходили как материал, а потому было произведено начисление непредвиденных затрат (в размере 3 %), зимнего удорожания (в размере 3,24%), строительства временных зданий и сооружений (в размере 2,16%) как на материал. Она обратилась к проекту, разработанному с привлечением ООО «Пожнефтехим», где насадки были определены как оборудование. Она обратилась к директору ЗАО «Вектор» ФИО11 с просьбой предоставить паспорта, но они предоставлены не были. В специальном государственном классификаторе, содержащим перечень оборудования и материалов, она упоминание об этих насадках не нашла. Она поднимала этот вопрос перед своим непосредственным руководителем – ФИО1, тот обещал обсудить это с ФИО25 В дальнейшем ей стало известно, что ФИО1 получил паспорта, в которых было указано, что насадки являются оборудованием, однако они были оплачены подрядчику как материалы с начислением непредвиденных затрат.

В декабре 2016 года она получила от ФИО25 смету к государственному контракту. Почему ей ФИО25 отдал смету, когда сроки по государственному контракту подходили к завершению, а не в 2014 году, ей неизвестно. ФИО25 дал поручение проверить смету на соответствие сумме государственного контракта. При изучении выяснилось, что смета была составлена по фактически выполненным работам.

Одновременно показала, что производимые работы не всегда соответствовали проекту. Вопрос о необходимости прохождения повторной госэкспертизы проекта поднимался ей неоднократно, и это касалось не только поставленного противопожарного оборудования. Считает, что экспертизу нужно было проводить уже в 2014 году.

Согласно заключению технической экспертизы №№60/Г-33, 60/А-34 ФГБУ Всероссийский ордена «Знак Почета» научно-исследовательский институт противопожарной обороны МЧС России от 22.05.2017 года блок-боксы технологические пожаротушения производства ООО «Челябинский завод мобильных энергоустановок и конструкций», поставленные на ФГКУ <данные изъяты> в рамках исполнения государственного контракта № 135 от 11.07.2014, не соответствуют требованиям проектной документации по реконструкции ФГКУ <данные изъяты> в связи с: в составе блок-боксов технологических отсутствуют сертифицированный ППУ; в блок-боксах технологических не предусмотрена функция перемешивания пенообразователя; толщина огнезащитного покрытия на металлических конструкциях блок-боксов технологических ниже проектной, данные конструкции на момент осмотра не соответствуют II степени огнестойкости. Блок-боксы не способны выполнить цели и задачи, предусмотренные проектной документацией по реконструкции ФГКУ <данные изъяты>, в случае возникновения пожара в связи с: отсутствием в составе блок-бокса, сертифицированного ППУ; отсутствием технологического резервирования дозаторов; отсутствием системы перемешивания пенообразователя; применением не сертифицированных на соответствие требованиям Федерального закона «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» № 123-Ф3 от 22.07.2008 фильтров.

Помещения узлов управления производства Кронштадтского отделения Санкт-Петербургского городского отделения Общероссийской общественной организации «Всероссийское добровольное пожарное общество», поставленные на ФГКУ <данные изъяты> в рамках исполнения государственного контракта № 135 от 11.07.2014, не соответствуют требованиям проектной документации по реконструкции ФГКУ <данные изъяты> и не способны выполнять цели и задачи, предусмотренные проектной документацией, в связи с: размещением оборудования узлов управления в помещениях, наличие которых не предусмотрено проектной документацией; применением в узлах управления задвижек, не сертифицированных для применения в системах пожаротушения; применением не сертифицированных на соответствие требованиям Федерального закона «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» № 12Э-ФЗ от 22.07.2008 фильтров.

Блок-боксы технологические и помещения узлов управления комплектны в соответствии с представленными паспортами. При этом их комплектация не позволяет осуществлять функции, возложенные на данные изделия проектной документацией. Техническую исправность ББТ и ПУУ установить невозможно в связи с отсутствием подключения контейнеров к источникам электро- и водопитания, а также отсутствием пенообразователя и не проведением пуско-наладочных работ. Блок-боксы технологические по своим техническим характеристикам не могут осуществлять работу как в совокупности с помещениями узлов управления, так и самостоятельно из-за вышеуказанных нарушений требований проектной документации и действующих нормативных документов (т.4, л.д.110-144).

Согласно заключению пожарно-технической судебной экспертизы ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по г. Санкт-Петербургу №382 от 08.09.2017 года раздел 9 проектной документации, получившей положительное заключение государственной экспертизы (шифр 639.02.119-МОПБ, том 9 книга 1) «Мероприятия по обеспечению пожарной безопасности» на 1 этапе реконструкции объекта защиты предусматривает реконструкцию сливо-наливной двухсторонней железнодорожной эстакады №2; строительство резервуаров бензина, входящих в состав групп 7 и 9; строительство внутриплощадочных технологических трубопроводов; строительство хранилища мобильного комплекса зачистки резервуаров. При этом согласно таблице 9.1 данного раздела, а также требованиям п.13.2.3 и п.13.2.4 СП 155.13130.2014, установки пожаротушения предусматриваются для защиты резервуарного парка (каждая из 9 групп по 6 резервуаров оснащается автоматической установкой пенного пожаротушения и автоматической установкой водяного орошения), сливо-наливных двухсторонних железнодорожных эстакад №1 и №2, а также автоналивного пункта на 2 автоцистерны. В соответствии с информацией, указанной на генеральном плане, приведенном в проектной документации (шифр 639.02.119-МОПБ, раздел 9, т.9, книга 2), для обеспечения требуемых параметров автоматических установок пенного пожаротушения, защищающих группы резервуаров 7 и 9, а также автоматизированной установки пенного пожаротушения сливо – наливной двухсторонней железнодорожной эстакады №2 предусматривается оснащение данных установок блок-контейнерами пенного пожаротушения и помещениями узлов управления (согласно информации, указанной в экспликации зданий и сооружений на генеральном плане, сооружения №№ 106, 106.1, 107, 107.1, 118, 118.1). Информация, позволяющая идентифицировать помещения узлов управления установок пенного пожаротушения имеется только в вышеуказанной экспликации, при этом в пояснительной записке проектной документации в составе установок пенного пожаротушения помещений узлов управления не предусматривается, а на структурных схемах установок пенного пожаротушения данные элементы обозначаются как «блок управления электрозадвижками» (на общей структурной схеме противопожарной защиты) и как «узел электрозадвижек установки пенного пожаротушения (на структурных схемах противопожарной защиты сооружений объекта). В пояснительной записке раздела 4 проектной документации «Конструктивные и объемно-планировочные решения» в составе предусмотренных 1 этапом реконструкции, работ по строительству помещений узлов управления № 106 и №107, а также основных конструктивных решений по их размещению. Таким образом, проектной документацией в рамках первого этапа реконструкции ФГКУ <данные изъяты> (государственного контракта № 135 от 11.07.2014) предусматривается установка 3-х блок-контейнеров пенного пожаротушения (ООО «Пожнефтехим») и 3-х помещений узлов управления данными установками, в качестве которых предусматриваются помещения «узлов электрозадвижек установок пенного пожаротушения», в которых согласно условным обозначениям, принятым на структурных схемах между подводящими и питающими трубопроводами (растворопроводами) устанавливается запорная арматура с электроприводами. Более конкретные достоверные сведения, касающиеся элементов, предусмотренных в качестве узлов управления установок пенного пожаротушения в вышеуказанной проектной документации отсутствуют. Блок-боксы технологические производства ООО «ЧЗМЭК» для установок пенного пожаротушения в проектной документации не предусматривается.

По итогам анализа технической документации в составе ББТ №507 (зав.) на системы дозирования «FireDos» срок хранения истек в мае 2017 года, бак пожарный БП – истек в декабре 2017 года; в составе ББТ №518 на системы дозирования «FireDos» срок хранения истек в августе 2017 года, бак пожарный – в декабре 2017 года; в составе ПУУ №118.1 и №106.1 у всех механизмов исполнительных электрических однооборотных срок хранения на момент производства экспертизы превышен более чем на 1 год, на посты управления кнопочные – истек в декабре 2017 года. ББТ и ПУУ установок пенного пожаротушения, реконструируемых на 1 этапе, сооружений сливо-наливной эстакады № 2 и группы резервуаров № 9, должны быть смонтированы в сроки, не превышающие, указанные в технической документации, сроки сохраняемости устройств, составляющих ББТ и ПУУ. Нарушение сроков монтажа хранящегося на объекте защиты оборудования ББТ и ПУУ влечет за собой превышение сроков сохраняемости дозаторов, входящих в состав ББТ и электрических исполнительных механизмов, входящих в состав ПУУ, вместе с тем, оценка последующих событий не представляется возможным, так как исследуемые при этом процессы выходят за рамки специальных знаний пожарно-технических экспертов. Превышение сроков сохраняемости поставленного на объект защиты оборудования ББТ и ПУУ приведёт, по мнению экспертов, к потере свойств, обеспечивающих сохранение способности к выполнению требуемых функций после длительного хранения, что в перспективе может повлечь за собой неспособность оборудования с превышенным сроком сохраняемости выполнять требуемые функции при работе в составе установок пенного пожаротушения. При этом, эксперты не исключают вероятность выполнения указанным оборудованием ББТ и ПУУ возложенных на них функций.

ББТ и ПУУ представляют собой одноэтажные крытые сооружения для размещения оборудования для нужд пожаротушения и не имеют технологической связи между собой. Помещения ББТ с заводскими номерами № 522, 523 и 524 не комплектны в соответствии с предоставленными паспортами и техническими решениями, предусмотренными в рабочей документации. В указанных ББТ фактически смонтированы поворотные затворы с ручным приводом управления (обозначение на представленных схемах поз. ЗПЭ1 и ЗПЭ2), тогда как согласно паспортным сведениям, в данных ББТ предусматривается установка поворотных затворов с электрическим приводом управления. Помещения узлов управления и помещения ББТ с заводскими номерами № 507, 518 и 519 комплектны в соответствии с предоставленными паспортами и техническими решениями, предусмотренными в рабочей документации.

Оценка соответствия параметров ПУУ (установленного в нем оборудования) сборки ВДПО, поставленных в рамках исполнения государственного контракта № 135 от 11.07.2014 на ФГКУ <данные изъяты>, техническим решениям, принятым в проектной документации по реконструкции, не представляется возможным ввиду отсутствия в указанной проектной документации сведений о проектируемом в составе ПУУ оборудовании. Параметры ББТ производства ООО «ЧЗМЭК», поставленных в рамках исполнения государственного контракта № 135 от 11.07.2014 на ФГКУ <данные изъяты>, не соответствуют техническим решениям, принятым в проектной документации по реконструкции, получившей положительное заключение государственной экспертизы, и не обоснованы в части данных несоответствий (согласно ч. 5 ст. 17 Федерального закона №384-Ф3). Не соответствуют объёмы емкостей для пенообразователя и насосы, обеспечивающие их заполнение, а также диаметры условных проходов входящих и выходящих патрубков дозаторов, подсоединяемых к ним растворопроводов, обеспечивающих доставку раствора пенообразователя к узлам управления установок, и размещаемой на этих растворопроводах запорной арматурой, с ручными, вместо электрических, органами управления.

ББТ производства ООО «ЧЗМЭК», ПУУ сборки ВДПО, поставленные в рамках исполнения государственного контракта № 135 от 11.07.2014 на ФГКУ <данные изъяты>, не соответствуют нормативным требованиям пожарной безопасности и не способны выполнять функции (в том числе, в случае возникновения пожара), предусмотренные техническими регламентами по безопасности, проектной документацией по реконструкции ФГКУ <данные изъяты>, получившей положительное заключение государственной экспертизы, в связи с тем, что применение ББТ и ПУУ в установках пенного пожаротушения влечет за собой такие отступления от нормативных требований пожарной безопасности, которые в совокупности, оказывают существенное влияние на работоспособность и надёжность установок пенного пожаротушения и при определенных условиях не позволят установкам пенного пожаротушения выполнить функции и задачи, требуемые нормативными правовыми актами РФ и нормативными документами по пожарной безопасности.

Указанные выше факты стали возможны, вследствие:

1) необоснованной, в соответствии с ч. 5 ст. 17 Федерального закона №384-Ф3, установки ПУУ, а также замены предусмотренного проектной документацией, оборудования БК-ПТ установок пенного пожаротушения, параметры которых рассчитаны для обеспечения их работоспособности в составе установок пенного пожаротушения, на оборудование ББТ, параметры которых не соответствуют указанным расчетным параметрам и невыполнения, наряду с этим, требований ч. 3, 6. ст. 48 и ч. 7 ст. 52 Градостроительного кодекса РФ;

2) несоответствия работ, производимых при реконструкции объекта капитального строительства - ФГКУ <данные изъяты>, по адресу: <адрес>, требованиям нормативных правовых актов РФ по пожарной безопасности, а именно: ч. 3 ст. 34 Федерального закона №384 «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», ст. 52 и ст. 53 Градостроительного кодекса РФ и п. 5 «Положения о проведении строительного контроля при осуществлении строительства, реконструкции и капитального ремонта объектов капитального строительства», утвержденного Постановлением Правительства РФ от 21.06.2010 № 468 «О порядке проведения строительного контроля при осуществлении строительства, реконструкции и капитального ремонта объектов капитального строительства».

Исследования, проводимые для разрешения вопросов оценки возможности устранения выявленных несоответствий нормативным требованиям, а также стоимости их устранения, не представляются возможными, ввиду того, что данные исследования выходят за пределы специальных знаний пожарно-технических экспертов (т.4, л.д.174-247).

Согласно заключению комплексной товароведческой и финансово-экономической судебной экспертизы №1973/2-1, 1974/2-1, 2634/2-1 от 15.02.2018 года (т.5 л.д.49-110) в период с 11.07.2014 по 31.12.2016 ООО ЧЗМЭК» в адрес ООО «КИП НЕВА» значатся поставленными блок-боксы технологические (с учетом дозаторов FireDos и доставки до г. Пензы) на сумму 44137 000,00 руб. (в том числе НДС 18%-6 732 762,70 руб.); ООО «КИП НЕВА» в адрес ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» значатся поставленными блок-боксы технологические на сумму 118542376,00 руб. (в том числе НДС 18% - 18 082 735,30 руб.). В обозначенный период по государственному контракту № 135 от 11.07.2014 ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в адрес ФГКУ комбинат «Утес» Росрезерва значатся поставленными и оплаченными ББТ на сумму 136 260 994,42 руб., в том числе НДС 18% - 20 785 575,42 руб. Разница между стоимостью блок-боксов технологических, поставленных ООО «ЧЗМЭК» в адрес ООО «КИП НЕВА» в период с 11.07.2014 по 31.12.2016, и стоимостью блок-боксов технологических, поставленных ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в адрес ФГКУ <данные изъяты> Росрезерва за аналогичный период, составляет 92123 994,42 руб. (в том числе НДС 18% - 14 052 812,72 руб.). В указанный период ООО «КИП НЕВА» значатся перечисленными контрагентам денежные средства за изготовление ПУУ (комплектующие, сборка и оформление (ООО «РДК», Кронштадтское отделение СПб ГО ВДПО, ООО «НПО Акваинж», ООО «СевЗапСпецСтройМонтаж», ООО «Стройпроект»), транспортные услуги) в сумме 43 882 647,74 руб. (в том числе НДС 18% - 6 693 963,31 руб.). В обозначенный период ООО «КИП НЕВА» в адрес ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» значатся поставленными помещения узлов управления на сумму 87 112 867,00 руб. (в том числе НДС 18% - 13 288 403,46 руб.); по государственному контракту № 135 от 11.07.2014 ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в адрес ФГКУ <данные изъяты> Росрезерва значатся поставленными и оплаченными ПУУ на сумму 100 139 628,56 руб., в том числе НДС 18% - 15 275 536,56 руб. Разница между стоимостью ПУУ, изготовленных ООО «КИП НЕВА» в период с 11.07.2014 по 31.12.2016, и стоимостью ПУУ, поставленных ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в адрес ФГКУ <данные изъяты> Росрезерва за аналогичный период, составляет 56 256 980,82 руб. (в том числе НДС 18% - 8 581 573,25).

Сумма выплаченных денежных средств ФГКУ <данные изъяты> Росрезерва ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в виде непредвиденных затрат (работ) (в размере 3 %), зимнего удорожания (в размере 3,24%), строительства временных зданий и сооружений (в размере 2,16%) на оборудование в рамках государственного контракта № 135 от 11.07.2014 (с учетом принятия устройства АНТИФАЙЕР-I/10-ПУ-А в качестве оборудования) составляет 11 309 159,06 рублей (одиннадцать миллионов триста девять тысяч сто пятьдесят девять рублей шесть копеек), без учета НДС. Сумма выплаченных денежных средств ФГКУ <данные изъяты> Росрезерва ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в виде непредвиденных затрат (работ) (в размере 3 %), зимнего удорожания (в размере 3,24%), строительства временных зданий и сооружений (в размере 2,16%) на оборудование в рамках государственного контракта № 135 от 11.07.2014 (с учетом принятия устройства АНТИФАЙЕР-I/10-ПУ-А в качестве оборудования), за исключением непредвиденных затрат на ББТ и ПУУ, составляет 5 474 027,42 рублей, без учета НДС.

Из заключения пожарно-технической судебной экспертизы ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по г. Санкт-Петербургу №430 от 16.10.2017 года, представленной по запросу Арбитражным судом Пензенской области, следует, что оборудование, переданное ответчиком (ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ») истцу (ФГКУ <данные изъяты>) по государственному контракту №135 от 11.07.2014, не соответствует техническим решениям, предусмотренным проектной документацией, рабочей документацией по контракту, а также требованиям нормативных правовых актов РФ и нормативных документов по пожарной безопасности. Несоответствия могут быть устранены одним из следующих способов: 1) замена оборудования, переданного ответчиком истцу, по государственному контракту №135 от 11.07.2014 на оборудование, применение которого обосновано соответствующими инженерными расчетами, представленными в проектной документации (шифр: 639.02.119-МОПБ), получившей положительное заключение государственной экспертизы; 2) расчетное обоснование применения оборудования, переданного ответчиком истцу и внесение соответствующих изменений в проектную документацию (шифр: 639.02.119-МОПБ), получившую положительное заключение государственной экспертизы в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Применение ББТ и ПУУ в данных установках влечет за собой отступления от нормативных требований пожарной безопасности (а именно: ч. 1 ст. 83, ч. 3, 4 ст. 145 и ч. 7 ст. 146 Федерального закона №123-Ф3; п. 5.8.1 СП 5.13130.2009; п. 5.9.25 СП 5.13130.2009 (п. 4.8 СП 21-104-98); п. 5.8.13 СП 5.13130.2009, п. 5.1.20 ГОСТ Р 50800-95 и п. 6.2.3.5 ГОСТ Р 51052-2002), которые в совокупности, оказывают существенное влияние на работоспособность и надёжность установок пенного пожаротушения и при определенных условиях (таких как, например, отсутствие персонала, обязанностью которого является ручное открытие запорной арматуры ББТ, смонтированной без электроприводов на затворах; зимнее время года, когда устанавливается отрицательный температурный режим, а также в весенние и осенние месяцы, при которых температура окружающего воздуха опускается ниже +5°С; выход из строя дозатора, при отсутствии резервного; применение щитов управления задвижками, эксплуатация которых в среде, применяющейся в АУП, паспортом не предусмотрена; превышение сроков сохраняемости технических средств, входящих в состав ББТ и ПУУ и т.п.) не позволят установкам пенного пожаротушения выполнить функции и задачи, требуемые нормативными правовыми актами РФ и нормативными документами по пожарной безопасности, что препятствует применению данного оборудования в составе установок пожаротушения на объекте защиты.

В случае замены оборудования, переданного ответчиком истцу по государственному контракту № 135 от 11.07.2014, на оборудование, применение которого обосновано соответствующими инженерными расчетами, представленными в проектной документации (шифр 639.02.119-МОПБ), получившей положительное заключение государственной экспертизы, затраты на приведение оборудования в соответствие с условиями контракта определяются в соответствии с п. 14 ФСО № 10 как затраты на воспроизводство установленными условиями контракта и проектной документацией оборудования. Полные затраты на воспроизводство, в том числе затраты на транспортировку и монтаж, в свою очередь, закреплены условиями государственного контракта от 11.07.2014 № 135 (в рамках дополнительного соглашения от 22.11.2016) и составляют 667 221 906,43 рубля. Определение величины затрат на проведение расчетов в обоснование возможности применения оборудования, переданного ответчиком истцу, по государственному контракту №135 от 11.07.2014 с внесением соответствующих изменений проектную документацию (шифр: 639.02.119-МОПБ) после получения положительного заключения государственной экспертизы возможно только после проведения полного комплекса соответствующих процедур и мероприятий. Учитывая многоуровневость данных процедур и мероприятий и равновероятность взаимоисключающих промежуточных результатов (возможность как получения, так и неполучения положительного заключения государственной экспертизы с необходимостью проведения дополнительных/альтернативных расчетов), на дату проведения исследования определение данных стоимостных параметров для эксперта не представляется возможным (т.8, л.д.1-29).

Согласно ответу на запрос ГАУ «Региональный центр государственной экспертизы и ценообразования в строительстве Пензенской области» от 23.01.2018 года ввод объекта в эксплуатацию согласно ст. 55 Градостроительного кодекса РФ предусматривает проверку соответствия вводимого объекта, утвержденной проектной документации (подпункты 6, 9 п.3, п.6), т.е. этап строительства во всех отношениях должен соответствовать утвержденной проектной документации. Отклонение параметров объекта капитального строительства от проектной документации, необходимость которого выявилась в процессе строительства, реконструкции, капитального ремонта такого объекта, допускается только на основании вновь утвержденной застройщиком или техническим заказчиком проектной документации после внесения в нее соответствующих изменений в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти (п. 7 ст. 52 Градостроительного кодекса РФ). Согласно п. 15 ст. 48 Градостроительного кодекса РФ проектная документация переутверждается при наличии положительного заключения экспертизы проектной документации, которая проводится повторно в соответствии с п. 44 Положения об организации и проведении государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий, утвержденного постановлением Правительства РФ от 05.03.2007 №145, при внесении изменений в проектную документацию, получившую ранее положительное заключение государственной экспертизы, в части изменения технических решений, которые затрагивают конструктивные и другие характеристики безопасности объекта капитального строительства. Таким образом, нарушение этапности реконструкции объекта (в том числе производства работ, закупки оборудования) без внесения изменений в проектную документацию в установленном порядке и ее переутверждения после получения положительного заключения экспертизы проектной документации не допускается. Закупать дополнительные три комплекта пожарного оборудования, не предусмотренных к поставке согласно проектной документации и государственному контракту в рамках первого этапа реконструкции ФГКУ взамен производства ранее запланированных строительно-монтажных работ, недопустимо. Регламентируется Положением об организации и проведении государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий, утвержденным постановлением Правительства РФ от 05.03.2007 №145 раздел «Общие положения» ч.2; п.44; Градостроительным кодексом РФ № 190-ФЗ от 29.12.2004 ст. 49 п. 15; ст. 52 п.7, ст.55 п. 3 пп. 6, 9; п.6, которые были нарушены.

Мероприятия по обеспечению пожарной безопасности затрагивают характеристики безопасности объекта (ст. 17 «Требования к обеспечению пожарной безопасности здания или сооружения» Федерального закона «Технический регламент безопасности зданий и сооружений» №3 84-ФЗ от 30.12.2009). При заключении государственных контрактов государственные заказчики должны руководствоваться Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». В ч. 2 ст. 22 названного Федерального закона содержится упоминание об информации о рыночных ценах идентичных товаров, работ, услуг, планируемых к закупкам, или при их отсутствии, однородных товаров, работ, услуг. Соответственно, получение и сравнение информации о стоимости аналогичных товаров должно предшествовать принятию решения по закупке оборудования. Сметы на строительство, реконструкцию, техническое перевооружение, капитальный ремонт, ремонт объектов капитального строительства согласно МДС 81-35.2004 «Методика определения стоимости строительной продукции на территории Российской Федерации» (п.п. 3.1, 4.1, 4.2) должны составляться на основании проектной документации, а не по исполнительной документации, к которой относятся акты выполненных работ, составленные по формам КС-2, КС-3, поэтому недопустимо изменять первоначальные сметы к государственному контракту на основании оформленных актов КС-2, КС-3. Нарушены общие правила составления сметной документации, определенные МДС 81-35.2004 «Методика определения стоимости строительной продукции на территории Российской Федерации» (п.п.3.1, 4.1, 4.2), постановление Правительства Российской Федерации № 427 «О порядке проведения проверки достоверности определения сметной стоимости объектов капитального строительства, строительство которых финансируется с привлечением средств федерального бюджета» от 25.05.2009 (п. 18).

Сметная документация согласно МДС 81-35.2004 «Методика определения стоимости строительной продукции на территории Российской Федерации» (п.п.3.1, 4.1, 4.2) составляется по проектной документации для объектов капитального строительства и соответствует проектным решениям в полном объеме. Техническое задание, в свою очередь, должно готовиться на основании утвержденной проектной документации, следовательно, техническое задание должно соответствовать видам работ, предусмотренным сметой. Сводный сметный расчет формируется на основании требований МДС 81-35.2004 «Методика определения стоимости строительной продукции на территории Российской Федерации», где согласно п. 4.96 в сводный сметный расчет стоимости строительства включается резерв средств на непредвиденные работы и затраты, предназначенные для возмещения стоимости работ и затрат, потребность в которых возникает в процессе разработки рабочей документации или в ходе строительства в результате уточнения проектных решений или условий строительства в отношении объектов (выполнения видов работ), предусмотренных в утвержденном проекте.

В отношении объектов капитального строительства, строительство, реконструкция или капитальный ремонт которых осуществляется с привлечением средств бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, резерв средств на непредвиденные работы и затраты определяются государственным заказчиком по согласованию с главным распорядителем средств соответствующего бюджета в размерах, не превышающих: а) 2-х процентов - для объектов капитального строительства непроизводственного назначения; б) 3-х процентов - для объектов капитального строительства производственного назначения. Согласно п. 3.4 статьи 49 Градостроительного кодекса Российской Федерации проектная документация объектов, строительство, реконструкция которых финансируется за счет средств бюджетов бюджетной системы Российской Федерации и результаты инженерных изысканий, выполненных для подготовки такой проектной документации, подлежат государственной экспертизе (в ред. Федерального закона от 29.12.2014 №458-ФЗ). Ввиду отсутствия в сводном сметном расчете, получившим положительное заключение государственной экспертизы резерва средств на непредвиденные расходы, производить (вносить в смету) начисление 3% непредвиденных затрат на оборудование не допустимо.

Лимитированные затраты на зимнее удорожание (3,24%) и на строительство временных зданий и сооружений (2,16%) включаются в сводный сметный расчет на основании требований МДС 81-35.2004 и с показателями согласно ГСН 81-05-01-2001 (Сборник сметных норм затрат на строительство временных зданий и сооружений) и ГСН 81-05-02-2001 (Сборник сметных норм дополнительных затрат при производстве строительно-монтажных работ в зимнее время). Данные затраты сметной принимаются в процентах к СМР на основании вышеуказанных ГСН, к оборудованию не принимаются, т.е. это не допустимо (т.8, л.д.37-43).

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от 03.04.2018 года (т.6, л.д.1-91, 92-141) следователем осмотрены документы, которые впоследствии признаны вещественными доказательствами, в т.ч. переписка ФГКУ <данные изъяты> с Управлением Росрезерва по Приволжскому Федеральному округу за 2014 – 2016 гг., являющаяся отчетами об исполнении плана закупок работ и услуг в рамках реализации ФАИП и свидетельствующая о том, что вопрос исполнения лимитов бюджетных обязательств в рамках государственного контракта № 135 от 11.07.2014 (ФАИП) являлся приоритетным; финансовые документы за 2014-2016 гг. (платежные поручения, акты о приемке выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ и затрат, платежные поручения, заявки на кассовый расход, акты сверки взаимных расчетов ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ», ООО «КИП НЕВА», ООО «ЧЗМЭК», ФГКУ, в том числе, относительно оплаты ББТ, ПУУ); конкурсные документы на заключение государственного контракта № 135 от 11.07.2014, подтверждающие процесс и сроки проведения конкурсных процедур, в ходе которых допущена ошибка при обосновании НМЦК; переписка между ФГКУ, ЗАО «Вектор», ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» за 2014-2017 гг. относительно процесса выполнения строительно-монтажных работ в рамках государственного контракта № 135 от 11.07.2014; проектная документация «Реконструкция ФГКУ комбинат «Утес» Управления Федерального агентства по государственным резервам по Приволжскому федеральному округу 1 очередь. Реконструкция технологических объектов нефтерезервуарного парка»; получившая положительное заключение государственной экспертизы, утвержденная ФИО25, предусматривающая четыре этапа проведения реконструкции, определяющая к поставке в рамках реализации первого этапа три комплекта БК-ПТ и ПУУ; письма Управления Росрезерва по Приволжскому федеральному округу за 2013-2016 гг. о доведении (изменении) лимитов бюджетных обязательств, в т.ч. о перераспределении денежных средств, выделенных на реализацию непрограммной части ФАИП в рамках государственного оборонного заказа, с 2016 года на 2015 год; государственный контракт № 135 на выполнение строительно-монтажных работ по реконструкции железнодорожной сливо-наливной эстакады, продуктовой насосной станции, нефтерезервуаров, вспомогательных технологических объектов и объектов транспортного хозяйства и связи ФГКУ <данные изъяты> Росрезерва от 11.07.2014 и дополнительные соглашения к нему № 1 от 24.11.2014, № 2 от 28.05.2015; № 3 от 29.06.2015, № 4 от 29.04.2016; № 5 от 22.11.2016; графики производства строительно-монтажных работ к государственному контракту № 135 от 11.07.2014; локальные сметные расчеты, в том числе, измененные по указанию ФИО25, составленные по объемам фактически произведенных работ и оплаченных КС-2, КС-3, без указания невыполненных работ, предусмотренных техническим заданием; документация на универсальные водопенные насадки «АНТИФАЙЕР»: руководство по эксплуатации, комплектовочная ведомость, паспорта, согласно которым «АНТИФАЙЕР» является оборудованием, а не материалом; копия распоряжения Управления Росрезерва по Приволжскому федеральному округу «О кассовом исполнении расходов федерального бюджета 2015 года» от 24.03.2015 № 10, согласно которому в части бюджетных инвестиций в объекты капитального строительства в рамках государственного оборонного заказа (ФАИП) на ФИО25 возложена персональная ответственность за обеспечение кассового исполнения расходов федерального бюджета, исполнение утвержденных годовых лимитов бюджетных обязательств; авансовая отчетность ФИО25 о командировочных расходах в г. Челябинске в ООО «ЧЗМЭК» с 01.12.2015 по 04.12.2015; техническое задание, передаточные акты, и иные документы ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в адрес ООО «КИП НЕВА», свидетельствующие об осуществлении ООО «КИП НЕВА» привлеченной ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» финансово-хозяйственной деятельности, направленной, в том числе на закупку ББТ и организацию сборки ПУУ, в целях их дальнейшей поставки через ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» в ФГКУ, а также о завышении стоимости оборудования по отношению к фактической; государственный контракт на выполнение функций авторского надзора за реконструкцией объектов, закрепленных на праве оперативного управления за ФГКУ <данные изъяты> Росрезерва № 157 от 04.08.2014, с дополнительными соглашениями, копия государственного контракта на осуществление функций по строительному контролю на объектах реконструкции ФГКУ комбинат «Утес» Росрезерва № 150 от 28.07.2014, с дополнительными соглашениями, заключенного между ФГКУ <данные изъяты> Росрезерва и ЗАО «Вектор»; договор на оказание услуг по авторскому надзору от 29.04.2015, заключенный между ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» и ЗАО «Вектор»; письма, датированные 2015-2016 гг. между ФГКУ, ЗАО «Вектор», ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» относительно согласования замены оборудования, материалов, внесения изменений в проектную документацию реконструкции ФГКУ и проведения повторной государственной экспертизы, подтверждающие факт осведомленности ФИО25 о необходимости внесения изменений в проектную документацию реконструкции ФГКУ и проведения повторной государственной экспертизы, а также выполнения им правильной процедуры замены оборудования, материалов. Ряд документов осмотрены сторонами и в ходе судебного следствия.

Из акта выездной внеплановой проверки Управления федерального казначейства по Пензенской области в ФГКУ <данные изъяты> от 27.01.2017 года следует, что общая сумма выявленных нарушений по средствам федерального бюджета составила 363 945 793,45 руб.: в нарушение абзаца 4 статьи 162 Бюджетного Кодекса РФ без достаточных оснований, в результате ненадлежащего исполнения своих обязательств по Контракту, комбинат перечислил в ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» средства федерального бюджета в общей сумме 236 400 624,02 руб., в том числе за 2015 год в сумме 217 302 345,26 руб. и за 2016 год в сумме 19 098 278,76 руб., выделенных в рамках реализации федеральной инвестиционной программы, направленных на реконструкцию ФГКУ <данные изъяты>, на приобретение оборудования, которое не соответствует проектной документации и не может быть использовано при выполнении работ по Контракту, что привело к неисполнению Контракта в полном объеме. В нарушение части 1 статьи 95 Федерального Закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» в 2016 году при заключении дополнительного соглашения № 4 от 29.04.2016 об увеличении стоимости Контракта на 47 154 197,43 руб. у заказчика отсутствовали основания для увеличения стоимости контракта, предусмотренные действующим законодательством. 2. В нарушение пункта 6 статьи 161 Бюджетного кодекса Российской Федерации и пункта 7 Методики сокращения количества товаров, объемов работ или услуг при уменьшении цены контракта, утвержденной постановлением Правительства РФ от 28.11.2013 № 1090 комбинатом в 2016 году Дополнительным соглашением №5 от 22.11.2016 к Государственному контракту № 135 от 11.07.2014 произведено необоснованное изменение объемов выполняемых работ на 80 390 972,0 руб. без соблюдения требований Методики о снижении объемов выполняемых работ и надлежащего документального оформления таких изменений. Нефинансовые нарушения, в том числе: в нарушение абзаца 2 пункта 3.18, 4.71, 4.72 Методики определения стоимости строительной продукции на территории Российской Федерации МДС 81-35.2004, принятой и введенной в действии с 09.03.2004 постановлением Госстроя России от 05.03.2004 № 15/1, сводный сметный расчет на выполнение строительно-монтажных работ по реконструкции железнодорожной сливо-наливной эстакады, продуктовой насосной станции, нефтерезервуаров, вспомогательных технологических объектов и объектов транспортного хозяйства и связи по государственному контракту № 135 от 11.07.2014 на общую сумму 700 067 709,0 руб. на комбинате отсутствует (т.6, л.д.186-217).

Согласно акту Счетной палаты Российской Федерации по результатам проведения контрольного мероприятия «Проверка исполнения Федерального закона «О федеральном бюджете на 2016 год» и бюджетной отчетности об исполнении федерального бюджета за 2016 год в ФГКУ <данные изъяты> ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» поставлено, а ФГКУ <данные изъяты> принято оборудование: блок-боксы технологические и помещения узлов управления по цене, превышающей цену его изготовления на 191 193,3 тыс. рублей. В соответствии с пунктами 9 и 10 статьи 7 Федерального закона от 29 декабря 2012 года № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе» государственный заказчик обязан осуществлять контроль за целевым использованием головным исполнителем бюджетных ассигнований, выделенных из федерального бюджета на оплату поставок продукции по государственному оборонному заказу, а также контроль за обеспечением головным исполнителем, а также исполнителями поставок продукции по государственному оборонному заказу в соответствии с государственным контрактом. Согласно части 3 статьи 12 Федерального закона от 29 декабря 2012 года № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе» финансовые средства, выплачиваемые государственным заказчиком головному исполнителю, предназначаются только для расходов на выполнение государственного оборонного заказа и авансирование соответствующих работ. Головной исполнитель несет ответственность за нецелевое использование указанных средств. В соответствии с условиями контракта № 135 (пункт 5.2.2) государственный заказчик обязан осуществлять контроль за исполнением генеральным подрядчиком своих обязательств по контракту. Согласно пункту 5.2.12 контракта № 135 государственный заказчик обязан в случае необходимости письменно запрашивать у генерального подрядчика информацию о заключенных последним субподрядных договорах и договорах поставки, а также о финансировании. Таким образом, в связи с невыполнением должным образом ФГКУ <данные изъяты> обязанностей государственного заказчика, предусмотренных Федеральным законом от 29 декабря 2012 года № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе» и контрактом № 135, генеральным подрядчиком ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» поставлено оборудование: блок-боксы технологические и помещения узлов управления по цене, превышающей цену его изготовления. В соответствии с данными анализа соответствия оборудования пенного пожаротушения характеристикам и техническим решениям, проведенного ООО «Пожнефтехим», оборудования, поставленные генеральным подрядчиком ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» (блок-контейнеры и помещения узлов управления), не соответствуют по техническим характеристикам согласованной государственной экспертизой проектной документации (т.6, л.д.222-230).

Из показаний свидетеля ФИО21 - заместителя начальника инспекции экспертно-аналитической и контрольной деятельности за расходами в области охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности Счетной палаты Российской Федерации, оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, данных ею на стадии предварительного расследования (т. 4, л.д. 52-73), следует, что в период с 27 февраля по 17 марта 2016 года Счетной палатой Российской Федерации проводилась проверка ФГКУ <данные изъяты> под ее руководством. В ходе проверки установлено, что на основании протокола закрытого аукциона от 20 июня 2014 г. № 33/2014 ФГКУ <данные изъяты> заключен государственный контракт от 11 июля 2014 г. № 135 (далее - контракт № 135) с ООО «Индид-Проект» на строительно-монтажные работы по реконструкции железнодорожной сливо-наливной эстакады, продуктовой насосной станции, нефтерезервуаров, вспомогательных технологических объектов и объектов транспортного хозяйства и связи на общую сумму 700 067,7 тыс. рублей, в том числе: 2014 год - 22 610,0 тыс. рублей, 2015 год - 103 471,2 тыс. рублей и 2016 год - 573 986,5 тыс. рублей. Срок действия контракта № 135 до 25 декабря 2016 года. Согласно дополнительному соглашению № 2 от 28 мая 2015 года к контракту № 135 изменены объемы финансирования по годам: 2014 год - 22 610,0 тыс. рублей; 2015 год - с 103 471,2 тыс. рублей до 498 377,0 тыс. рублей; 2016 год - с 573 986,5 тыс. рублей до 179 080,7 тыс. рублей. Указанным дополнительным соглашением также изменены объемы работ в разрезе объектов по сравнению первоначальными объемами. По объяснению главного инженера ФГКУ <данные изъяты> 5 из 12 резервуаров были заполнены до августа 2016 года и не могли быть демонтированы в 2015 году. Указанный факт подтверждается счетами за оказанные услуги по приему, хранению и отпуску нефтепродуктов, вместе с тем, законом о контрактной системе (статья 95) и Контрактом № 135 (пункт 15) изменение существенных условий в случае неготовности строительной площадки не предусмотрено.

Согласно сметной документации к проекту, получившей положительное заключение экспертизы, проведенной ФАУ, предусмотрена поставка и монтаж 12 блок-контейнеров и 12 помещений узлов управления. В соответствии с экспликацией зданий и сооружений 639.02.119-ПЗ (приложение к проектной документации) предусмотрена поставка 11 блок-контейнеров пенного пожаротушения и 11 помещений узлов управления, из них поставка только 3 блок-контейнеров пенного пожаротушения и 3 помещений узлов управления в первом этапе реконструкции объектов ФГКУ <данные изъяты>. Таким образом, в рамках государственного контракта № 135 было необоснованно закуплены дополнительные 3 комплекта пожарного оборудования. При этом, сметная стоимость указанного оборудования в контракте № 135 не соответствовала стоимости, определенной сметной документацией к проекту. Коммерческие предложения на указанное оборудование не представлены.

ФГКУ <данные изъяты> дано согласие на замену поставщиков оборудования при условии, что параметры поставляемого оборудования будут соответствовать проектной документации, получившей положительное заключение государственной экспертизы (письмо от 14 сентября 2015 г. № 1483), при этом, обоснование стоимости аналогичного оборудования не затребовано.

Кроме того, установлено завышение начальной (максимальной) цены контракта. Так, в сводном сметном расчете предусмотрены непредвиденные затраты в размере 3 % на строительные работы на сумму 4 455,7 тыс. рублей, монтажные работы - 2 063,2 тыс. рублей, оборудование - 10 877,8 тыс. рублей и прочие работы - 63,1 тыс. рублей. При этом, в сводном сметном расчете к проектной документации (приложение к № 65с от 28 марта 2014 года), получившей положительное заключение государственной экспертизы, непредвиденные затраты на оборудование не предусмотрены.

В случае, если ФГКУ было известно о необоснованно выплаченных генеральному подрядчику 3% в виде непредвиденных затрат на оборудование до окончания государственного контракта, то ФГКУ должно было принять следующие меры: обратиться генеральному подрядчику с претензией с целью уменьшения цены контракта на сумму завышения контракта, заключить дополнительное соглашение об уменьшении цены контракта и не выплачивать излишне заложенные в цену контракта денежные средства.

Кроме того, при сравнительном анализе локального сметного расчета № 02-22-06тц к проектной документации и акта о приемке выполненных работ установлено, что ФГКУ <данные изъяты> оплатил материалы вместо оборудования - УВН «АНТИФАЙЕР». Так, локальным сметным расчетом № 02-22-06тц к проектной документации в разделе «Оборудование» учтен УВН «АНТИФАЙЕР», тогда как в актах о приемке выполненных работ (форма КС-2) УВН «АНТИФАЙЕР» числится как материалы.

Согласно ответу на запрос ФГКУ <данные изъяты> от 22.11.2017 года в рамках государственного контракта № 135 от 11.07.2014 г., согласно техническому заданию не выполнены следующие работы: 1. Реконструкция железнодорожной сливо-наливной эстакады № 2: устройство системы автоматизации; устройство системы электроснабжения; пуско-наладочные работы. 2. Реконструкция продуктовой насосной станции № 2: устройство фундаментов; монтаж несущих и ограждающих конструкций; монтаж оборудования; устройство систем водоснабжения, водоотведения; устройство системы вентиляции; монтаж электрооборудования; монтаж системы автоматизации; пуско-наладочные работы. 3. Реконструкция нефтерезервуаров: устройство фундаментов; монтаж металлоконструкций РВСП групп № 7,9; монтаж оборудования РВСП групп № 7,9; гидравлические испытания. 4. Общестроительные работы резервуарного парка: монтаж металлоконструкций; благоустройство территории. 5. Монтаж технологического трубопровода: монтаж опор трубопровода; монтаж трубопровода с установкой запорной и регулирующей арматуры; испытание трубопровода на герметичность. 6. Строительство пожарных резервуаров - 2 шт.: монтаж навесного и встраемого оборудования; испытание резервуаров на герметичность; утепление резервуаров. 7. Строительство объектов подсобного назначения (хранилище мобильного комплекса очистки РВС): земляные работы; устройство фундаментов; монтаж конструкций надземной части; устройство кровли; внутренняя и наружная отделка здания; монтаж внутренних систем электро-, водо-, теплоснабжения и вентиляции. (т.7, л.д. 137-138).

Согласно пп. 2.3, 2.4, 5.1, 5.2 Устава ФГКУ <данные изъяты> Управления Федерального агентства по государственным резервам по Приволжскому Федеральному округу, утвержденного Федеральным агентством по государственным резервам №195 от 27.12.2006 года (с изменениями, утвержденными приказом Росрезерва от 12.05.2011 года №217) основными задачами комбината являются: выполнение заданий Территориального управления, Росрезерва по закладке материальных ценностей в государственный материальный резерв и выпуску их из государственного материального резерва; обеспечение приемки, замены, выпуска, освежения, обслуживания материальных ценностей государственного материального резерва; обеспечение количественной и качественной сохранности материальных ценностей государственного материального резерва, находящихся на комбинате; проведение материальных ценностей государственного резерва до истечения установленных сроков хранения; эффективное и целевое использование финансовых средств, направляемых на содержание и развитие комбината; содержание в технически исправном состоянии основных фондов, функциональное их использование и обновление. В соответствии с основными задачами комбинат осуществляет следующие функции: проводит приемку, складирование и хранение материальных ценностей госрезерва, обеспечивает их сохранность и качественное состояние, сроки освежения и сертификации; организует своевременное проведение погрузо-разгрузочных работ; ведет по поручению Росрезерва и Территориального управления расчеты с поставщиками за работы, связанные с закладкой материальных ценностей в государственный материальный резерв; осуществляет функции заказчика-застройщика по строительству объектов подрядным способом, обеспечивает выполнение установленных объемов капитального строительства и капитального ремонта; заключает договоры на оказание услуг комбинату, связанных с эксплуатацией основных фондов, строительством и реконструкцией комбината, обслуживанием хранимых запасов государственного материального резерва, и осуществляет расчеты по ним; применяет штрафные санкции за невыполнение или ненадлежащее выполнение поставщиками, подрядчиками принятых обязательств по заключенным комбинатом договорам; обеспечивает, в том числе, противопожарный режим и готовность работы в чрезвычайных ситуациях. Руководство комбинатом осуществляет директор, назначаемый и освобождаемый от должности руководителем Росрезерва. Директор комбината руководит всей его деятельностью, несет персональную ответственность за выполнение возложенных на него задач, распределяет и утверждает должностные обязанности работников комбината; действует без доверенности от имени комбината, представляет его интересы в государственных органах и организациях, распоряжается в пределах своей компетенции имуществом и средствами комбината, выдает доверенности; издает в пределах своей компетенции приказы, распоряжения, обязательные для всех работников комбината; определяет структуру, утверждает штатное расписание комбината в пределах установленных численности и фонда оплаты труда; принимает и увольняет работников (за исключением тех, чье назначение и увольнение производится Территориальным управлением); утверждает правила внутреннего трудового распорядка; применяет меры поощрения и налагает взыскания; несет ответственность за нецелевое использование средств федерального бюджета, принятие обязательств сверх доведенных лимитов бюджетных обязательств, другие нарушения бюджетного законодательства РФ (т.12, л.д.203-207, 208-211, т.6, л.д.1 (об.)).

Согласно приказу начальника Приволжского окружного управления Росрезерва от 04.07.2001 № 265-к ФИО25 назначен на должность директора комбината «Утес» (т.12, л.д.212, т.6, л.д.1 (об.)).

Приказом руководителя Федерального агентства по государственным резервам от 14.04.2017 года №112-к ФИО25 уволен за однократное грубое нарушение руководителем организации своих трудовых обязанностей (т.12, л.д.225, т.6, л.д.2 (об.))

Согласно трудовому договору от 01.07.2013 года (с дополнительными соглашениями №1 от 07.10.2013 года, №2 от 12.01.2015 года, № 3 от 25.02.2015 года, №4 от 01.07.2015 года, №5 от 16.11.2015 года) ФИО25, именуемый Руководитель, является единоличным исполнительным органом учреждения, осуществляющим текущее руководство его деятельностью в соответствии с законодательством Российской Федерации, уставом учреждения, локальными нормативными актами, трудовым договором и имеет право, в том числе, на утверждение в установленном порядке структуры и штатного расписания учреждения, принятие локальных нормативных актов, утверждение положений о структурных подразделениях, привлечение работников учреждения к дисциплинарной и материальной ответственности; обязан, в том числе, обеспечивать эффективную деятельность учреждения, организацию административно-хозяйственной, финансовой и иной деятельности учреждения; обеспечивать планирование деятельности учреждения с учетом средств, получаемых из всех источников, не запрещенных законодательством РФ; обеспечивать целевое и эффективное использование денежных средств учреждения, а также имущества, переданного учреждению в оперативное управление; обеспечивать своевременное и качественное выполнение всех договоров и обязательств учреждения; обеспечивать соблюдение законодательства РФ при выполнении финансово-хозяйственных операций; предоставлять работодателю проекты планов деятельности учреждения и отчеты об исполнении этих планов порядке и сроки, которые установлены законодательством РФ; обеспечивать выполнение всех плановых показателей деятельности учреждения; обеспечивать своевременное выполнение нормативных правовых актов и локальных нормативных актов работодателя. Руководитель несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный учреждению, в соответствии со ст.277 ТК РФ (т.12, л.д.214-224, т.6, л.д.1-2).

Согласно положениям Должностных инструкций директора ФГКУ <данные изъяты>, утвержденных руководителем Управления Федерального агентства по государственным резервам по Приволжскому федеральному округу 16 декабря 2013 года и 25 мая 2015 года, директор комбината обязан знать все руководящие документы Управления Росрезерва и надзорных органов, касающиеся деятельности Комбината, основы организации труда и управления, порядок заключения и исполнения договоров и государственных контрактов, нормативные и методические материалы, касающиеся производственно-хозяйственной деятельности комбината, технологический регламент приема, хранения и отпуска материальных ценностей, план специализации учреждения, правила и нормы пожарной безопасности. Директор комбината обязан знать порядок заключения договоров (государственных контрактов) с подрядными организациями в рамках реконструкции (капитального строительства) и эксплуатационно-технической деятельности. Обязан руководствоваться законодательными и нормативными правовыми актами, постановлениями, распоряжениями, приказами вышестоящих органов, методическими материалами по вопросам капитального строительства; техническими регламентами, государственными стандартами, сводами правил, строительными нормами правилами, а также другими руководящими документами, регламентирующими деятельность в сфере проектирования и строительства (реконструкции, капитального и текущего ремонтов). В функции директора, помимо прочего, входит обеспечивать выполнение планов капитального строительства, реконструкции, осуществлять функции заказчика при строительстве, реконструкции производственных и непроизводственных зданий и сооружений, инженерных коммуникаций, организовывать строительный контроль; организовывать контроль за качеством и полнотой выполнения работ в рамках эксплуатационно-технической деятельности, в том числе, посредством внутреннего аудита; руководить эксплуатационно-технической и текущей операционной деятельностью комбината, своевременно принимать меры и обеспечивать материально – техническое снабжение; организовать работу комиссии комбината по размещению заказов на поставку товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных нужд и постоянно действующей технической комиссии по защите государственной тайны в соответствии с действующим законодательством; является руководителем контрактной службы. В должностные обязанности директора входит: обеспечение своевременного и качественного выполнения контрактных обязательств; обеспечение своевременной передачи строительной площадки подрядчику; контроль своевременности выдачи проектно-сметной и другой технической документации для производства строительных работ; обеспечение целевого и рационального использования бюджетных денежных средств, осуществление эффективного направления средств на техническое перевооружение и реконструкцию комбината; контроль за организацией работы по ведению учета и отчетности по капитальному строительству, реконструкции, а также иным направлениям эксплуатационно-технической деятельности комбината; контроль за своевременным вводом в эксплуатацию объектов строительства; взаимодействие с надзорными органами, осуществляющими технический надзор в рамках соблюдения норм законодательства в сфере строительства; контроль за выполнением проектными и строительными организациями договорных обязательств, в необходимых случаях предъявление санкций, предусмотренных договорами (государственными контрактами); контроль за осуществлением работ по сдаче, приемке и вводу в эксплуатацию объектов, законченных строительством (ремонтом) совместно с подрядными организациями; организация на комбинате входного контроля материалов и оборудования, используемых при производстве строительно-монтажных работ с учетом их соответствия требованиям проектной документации, в т.ч. условиям сертификации, требованиям государственных стандартов и технических условий на конкретный вид продукции; организация контроля за выполнением проектно-изыскательских и строительно-монтажных работ на строящихся (реконструируемых) объектах комбината, а также за полноценным и своевременным оформлением и предоставлением подрядными организациями исполнительной документации; осуществление контроля за соблюдением графиков производства строительно-монтажных работ, контроль за расходованием финансовых средств на комбинате; организация в процессе проектирования и строительства (реконструкции) работы по анализу соответствия проектно-сметной документации требуемым характеристикам конечного результата работ, а также объемов выполняемых работ проектно-сметной и рабочей документации, с привлечением специалистов комбината и сторонних организаций; участие в работе приемочных комиссий по приемке выполненных работ по объектам на комбинате. Директор несет персональную ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, предусмотренных Инструкцией в пределах, определенных трудовым законодательством РФ; за безусловное и надлежащее исполнение государственного оборонного заказа в части строительства и реконструкции объектов системы Росрезерва (т.12, л.д.234-238, 239-248, т.6, л.д.2-5).

В ходе судебного разбирательства были всесторонне и в совокупности исследованы представленные сторонами доказательства, на основании которых установлены объективные обстоятельства совершения подсудимым инкриминируемого ему преступления.

Приведенные доказательства судом проверены и оценены, а в совокупности признаны относимыми, достоверными и достаточными для разрешения настоящего уголовного дела, а также допустимыми, полученными без нарушений уголовно-процессуального законодательства.

Показания представителя потерпевшего, свидетелей и специалистов являются последовательными, в существенных деталях согласуются между собой и с другими доказательствами, образуя совокупность доказательств, достоверно свидетельствующих о виновности ФИО25 в совершении преступления. Оснований сомневаться в достоверности и правдивости показаний допрошенных лиц, заинтересованности их в исходе дела, судом не установлено, в связи с чем они берутся за основу в приговоре.

При этом, вопреки доводам стороны защиты, каких-либо оснований полагать показания свидетеля ФИО2 недостоверными у суда не имеется. Как в ходе предварительного следствия, так и в ходе допросов в судебном заседании свидетель давал показания добровольно, после разъяснения ему права свидетельского иммунитета и после предупреждения об ответственности по статьям 307, 308 УК РФ.

При постановлении настоящего приговора суд не учитывает показания иных свидетелей по уголовному делу, оглашенных в судебном заседании, поскольку, являясь косвенными доказательствами, они не подтверждают и не опровергают предъявленное ФИО25 обвинение.

Результаты оперативно-розыскной деятельности предоставлены в следственный отдел УФСБ и в дальнейшем в суд, - в соответствии с требованиями ст.11 Федерального закона от 12.08.1995 N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности", о чем в материалах уголовного дела имеются постановления начальствующего состава Управления (т.1, л.д.175-184, 196-203, т.2, л.д. 204-208), а сформированные на их основе доказательства сомнений в их допустимости у суда не вызывают.

У суда не имеется оснований сомневаться и в правильности выводов экспертов, которые являются непротиворечивыми, мотивированными и достоверными, а также подтверждаются другими исследованными доказательствами. Экспертные заключения получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства.

Каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального закона при проведении предварительного следствия, которые бы могли повлиять на принятие окончательного решения по данному уголовному делу, судом не установлено.

Таким образом, оснований для признания каких-либо вышеприведенных доказательств недопустимыми доказательствами судом не усматривается.

Исследовав и оценив в совокупности доказательства, суд считает вину ФИО25 в злоупотреблении должностными полномочиями полностью доказанной и квалифицирует его действия по ч.1 ст.285 УК РФ – как использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, когда это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов организации и охраняемых законом интересов государства.

Руководствуясь ст.252 УПК РФ, обстоятельства инкриминируемого деяния суд считает установленными в той части, в какой поддержано обвинение государственным обвинителем.

Изложенная позиция стороны обвинения мотивирована, заявлена после исследования материалов уголовного дела, уменьшает объем обвинения, предъявленного подсудимому, и в соответствии со ст. 246 УПК РФ является для суда обязательной.

Приведенная совокупность доказательств свидетельствует о том, что действия подсудимого носили явно умышленный характер, подсудимый ФИО25, являясь руководителем ФКГУ <данные изъяты> Росрезерва, то есть должностным лицом, постоянно выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, достоверно располагал информацией о неверно произведенном ФИО1 обосновании НМЦК, незаконном включении в стоимость УВН «АНТИФАЙЕР» сумм на покрытие лимитированных затрат, о незаконном расчете, начислении, включении стоимости на покрытие лимитированных затрат на все оборудование в размере 3%, незаконном завышении цены государственного контракта № 135, однако, несмотря на это, не доложил руководству о создавшейся ситуации, а, злоупотребляя своими полномочиями, подписал КС-2, КС-3, заявку на кассовый расход, включая незаконно начисленную сумму на покрытие лимитированных затрат - производство работ в зимнее время в размере 3,24% - в сумме 45 124,42 рубля, временные здания и сооружения в размере 2,16% - в сумме 29 446,89 рублей, выставленные ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» за УВН «АНТИФАЙЕР», а также включая незаконно начисленную сумму на покрытие лимитированных затрат на оборудование - непредвиденные затраты в размере 3% - в общей сумме 128 477,58 рублей, дав указание бухгалтеру ФИО4 произвести их оплату.

Кроме того, он достоверно знал об отсутствии необходимости закупки трех дополнительных комплектов противопожарного оборудования (ББТ и ПУУ), не предусмотренных к поставке согласно проекту реконструкции ФГКУ и государственному контракту № 135 в рамках первого этапа реконструкции комбината, однако, несмотря на это, не доложил руководству о создавшейся ситуации, а, злоупотребляя своими полномочиями, изменил существенные условия государственного контракта № 135, дав указание генеральному директору ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» ФИО2 внести изменения в смету и графики производства строительно-монтажных работ на 2015, 2016 год, подписал их, согласовал и дал указание ФИО2 осуществить закупку и поставку противопожарного оборудования - ББТ и ПУУ в ранее незаконно определенном количестве, после чего, располагая информацией о несоответствии поставленных в ФГКУ шести комплектов ББТ и ПУУ проекту реконструкции ФГКУ, об их несоответствии нормативным требованиям пожарной безопасности, умышленно не предпринимая мер по установлению фактической стоимости ПУУ, не привлекая специалистов ЗАО «Вектор» или иных сторонних лиц для организации работы по анализу соответствия проектно-сметной документации требуемым характеристикам конечного результата работ, не проведя повторной экспертизы, злоупотребляя своими полномочиями, подписал и дал указание главному бухгалтеру ФГКУ ФИО4 оплатить выставленные ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» КС-2, КС-3 и заявки на кассовый расход на общую сумму 230 565 491,34 рублей.

Вследствие указанных действий ФИО25 бухгалтером ФГКУ в адрес ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» перечислены бюджетные денежные средства в сумме 230 768 540,23 рублей, что привело к неэффективному их использованию.

При этом, ФИО25, достоверно зная требования выше перечисленных нормативно-правовых актов и должностных документов, понимая, что несет персональную ответственность за эффективность использования денежных средств, проигнорировал обязанность их исполнения, имея необходимый уровень профессиональной подготовки, длительный опыт работы в системе Росрезерва на руководящем посту, совершая незаконные действия, использовал свое служебное положение вопреки интересам службы, осознавая, что его действия не вызваны служебной необходимостью и объективно противоречат общим задачам и целям, для достижения которых он был наделен соответствующими полномочиями.

Действия ФИО25 были обусловлены иной личной заинтересованностью с целью освоения лимитов бюджетных обязательств, создания видимости высоких целевых показателей эффективности деятельности, исполнительской дисциплины и сохранения перед руководством положительного имиджа руководителя. Данные действия повлекли существенное нарушение прав и законных интересов ФГКУ, выразившиеся в невыполнении в полном объеме строительно-монтажных работ, изначально предусмотренных государственным контрактом № 135, несвоевременном внедрении автоматических установок пожаротушения на особо опасном производственном объекте в результате приемки противопожарного оборудования, несоответствующего проекту реконструкции ФГКУ, а также охраняемых законом интересов государства, выразившиеся в незаконном начислении лимитированных затрат и в необоснованном, неэффективном использовании бюджетных средств в сумме 230 768 540,23 рублей, то есть интересов государства, утратившего из бюджета значительные суммы.

Суд, анализируя исследованные доказательства, приходит к выводу, что наличие обстоятельств, связанных с наступлением тяжких последствий, не было объективно установлено в ходе судебного разбирательства.

Нерациональное, неэффективное использование бюджетных денежных средств, в том числе направленное на закупку противопожарного оборудования, не соответствующего проектной документации, как по характеристикам, так и по объему, охватывается понятием существенного нарушения интересов организации и государства и не требует квалификации по признаку наступления тяжких последствий.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 г. N 19 "О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и превышении должностных полномочий", под тяжкими последствиями следует понимать последствия совершения преступления в виде крупных аварий и длительной остановки транспорта или производственного процесса, иного нарушения деятельности организации, причинение значительного материального ущерба, причинение смерти по неосторожности, самоубийство или покушение на самоубийство потерпевшего и т.п.

Приведенный перечень не является исчерпывающим, и вопрос о том, являются ли те или иные последствия, наступившие в результате совершения преступления, тяжкими, разрешается в каждом случае судом с учетом обстоятельств конкретного дела, при этом судья, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения.

По мнению государственного обвинителя, тяжкими последствиями, наступившими в результате действий ФИО25, является значительный материальный ущерб на сумму 230 768 540,23 рублей, причиненный ФГКУ <данные изъяты> закупкой не соответствующего проекту противопожарного оборудования и незаконной выплатой генеральному подрядчику начислений на покрытие непредвиденных и лимитированных затрат на оборудование.

Вместе с тем, суду не представлено доказательств, что организации причинен действительно невосполнимый значительный материальный ущерб, составивший стоимость противопожарного оборудования, поскольку достоверных данных, что оборудование неисправно и не может быть использовано полностью или частично после прохождения повторной государственной экспертизы и проведения дополнительных/альтернативных расчетов, в материалах уголовного дела не имеется. Напротив, вероятность получения положительного заключения допускается заключением пожарно-технической судебной экспертизы ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по г. Санкт-Петербургу №430 от 16.10.2017.

Отвечая на вопрос о работоспособности противопожарного оборудования, эксперты указали, что на момент проведения осмотра оборудования ББТ и ПУУ не использовались по своему прямому назначению, к ним не подведены коммуникации, вследствие чего эксперты признали невозможность проверки технической исправности ББТ и ПУУ.

Из показаний представителя потерпевшего следует, что противопожарное оборудование до настоящего времени находится на территории комбината, однако оно не установлено, коммуникации к нему не подведены, его работоспособность не проверена, изменения в проектную документацию не внесены, повторная государственная экспертиза не проведена.

Таким образом, данные о полной неисправности противопожарного оборудования в суд не представлены.

Кроме стоимости противопожарного оборудования в качестве суммы ущерба, причиненного ФГКУ <данные изъяты> государственное обвинение вменяет ФИО25 сумму незаконно выплаченных ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» непредвиденных затрат на оборудование в размере 3%, что составляет 128 477,58 рублей, и сумму незаконно выплаченных средств на покрытие лимитированных затрат на насадки «АНТИФАЙЕР» в сумме 74571,31 рубль, а всего - на сумму 203 048,89 рублей.

Суд приходит к выводу, что исходя из общей суммы заключенного ФГКУ <данные изъяты> государственного контракта № 135, которая составляет более 700 млн. рублей, сумма причиненного ФИО25 ущерба – около 203 тыс. рублей, не может быть расценена как значительный материальный ущерб, причиненный комбинату, в том числе повлекший тяжкие последствия.

Ни обвинением, ни представителем потерпевшего не представлены в суд убедительные доказательства обратного.

При этом, суд, соглашаясь с мнением подсудимого, считает, что действия ФИО25 фактически не привели к срыву сроков реализации непрограммной части ФАИП в рамках государственного оборонного заказа и снижению объемов хранения материальных ценностей государственного материального резерва, поскольку объем хранения материальных ценностей определялся не комбинатом, а вышестоящей организацией, а вышестоящие и контролирующие органы претензий к срыву сроков реализации непрограммной части ФАИП ФИО25 не предъявляли, доказательств об обратном обвинением не представлено. Учитывая изложенное, суд исключает указанные обстоятельства из обвинения.

В связи с вышеизложенным, суд считает, что действия ФИО25 подлежат квалификации по ч.1 ст.285 УК РФ. Вопреки доводам защиты, оснований для оправдания подсудимого суд не усматривает.

При этом, за основу суд берет показания ФИО25, данные в ходе предварительного расследования, оснований не доверять которым у суда не имеется. По своему содержанию данные показания объективно согласуются с фактическими действиями ФИО25 и с показаниями свидетелей ФИО1, ФИО20, ФИО2, ФИО5 и другими доказательствами по делу.

Об умысле ФИО25 свидетельствует и содержание его телефонных переговоров, изложенных в протоколе осмотра и прослушивания фонограммы от 25.08.2017 года (т.5 л.д.145-170), где в разговоре от 22 декабря 2016 года, обсуждая проводимую проверку, он говорит о том, что 3% непредвиденных расходов на оборудование не должны быть оплачены, но перечислены, задается вопросом, какая за это наступит мера ответственности (т.5 л.д.156), однако 29 декабря 2016 года вновь производит очередную оплату суммы 3%. Также из содержания переговоров (от 12.01.2016 года) следует, что ФИО25 осознавал несовершенство поставленных и оплаченных ПУУ, отсутствие сертификатов на них, ненадежность изготовителей комплектующих для ПУУ на рынке производства противопожарного оборудования; из содержания переговоров также следует, что между ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» и ФГКУ <данные изъяты> неоднократно велись переговоры об изменении первоначальных смет, о внесении изменений в государственный контракт в связи с поставкой оборудования, смонтировать которое в период действия контракта (3 года) невозможно.

Таким образом, последствия своих действий в виде наступления существенных нарушений прав возглавляемой им организации и государства ФИО25 осознавал и допускал.

При этом, суд исключает из обвинения за недоказанностью факт сообщения ФИО2 в период с 01.08.2015 по 31.08.2015 ФИО25 о возможности поставки ББТ, «в полной мере не соответствующих проекту реконструкции ФГКУ», а также согласование ФИО25 в указанный период осуществления поставки противопожарного оборудования, «заведомо знавшим о несоответствии его проекту реконструкции ФГКУ, нормативным требованиям пожарной безопасности», поскольку данные обстоятельства опровергаются письмом ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ» от 07.09.2015 в адрес ФГКУ, и ответом на письмо за подписью ФИО25 от 14.09.2015 (т. 6, л.д. 37 (об), л.д. 58), в котором указано, что согласование изменения названий БК-ПТ на ББТ возможно при условии, если параметры поставляемого оборудования будут соответствовать проектной документации, получившей положительной заключение государственной экспертизы.

Согласно выводам пожарно-технической судебной экспертизы ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по г. Санкт-Петербургу №382 от 08.09.2017 года оценка соответствия параметров ПУУ (установленного в нем оборудования) сборки ВДПО, техническим решениям, принятым в проектной документации по реконструкции, не может быть дана ввиду отсутствия в указанной проектной документации сведений о проектируемом в составе ПУУ оборудовании. При таких обстоятельствах доводы защитника о том, что закупка ПУУ в сборе, а не отдельными узлами, не противоречит проекту, - не могут быть приняты судом, поскольку опровергаются выводами названной экспертизы.

Доводы стороны защиты об отсутствии необходимости повторной экспертизы ввиду изменения названия оборудования признаются судом также несостоятельными, поскольку опровергаются ответом на запрос ГАУ «Региональный центр государственной экспертизы и ценообразования в строительстве Пензенской области» от 23.01.2018 года, согласно которому в соответствии с действующим законодательством, приведенным выше, при внесении изменений в проектную документацию, получившую ранее положительное заключение государственной экспертизы, в части изменения технических решений, которые затрагивают конструктивные и другие характеристики безопасности объекта капитального строительства, необходимо проведение повторной экспертизы. В данном случае согласно выводам пожарно-технической судебной экспертизы №382 от 08.09.2017 изменялось не только название, но и параметры ББТ, которые не соответствовали техническим решениям, принятым в проектной документации.

Более того, вопреки доводам защитника, ФИО25 знал о фактической стоимости оборудования - ББТ, знакомился с договорами поставки во время командировки в г. Челябинске, однако в нарушение п. 4.6 государственного контракта № 135 оплатил первый комплект ББТ еще до его поставки на комбинат, а затем оплатил полностью оборудование по фактически завышенной цене. Несмотря на отрицание подсудимым его осведомленности о фактической стоимости ББТ завода-изготовителя и изучения им же договоров поставки, данные обстоятельства подтверждаются показаниями свидетелей ФИО24, ФИО2, ФИО8 и ФИО9 При этом, судом установлено, что ФИО25 было известно о том, что сборкой ПУУ будет заниматься не специализированная организация – ООО «КИП НЕВА», что следует из его же показаний на следствии, однако, он, злоупотребляя своими должностными полномочиями, согласился на это в целях полного освоения денежных средств и избежания санкций со стороны руководства УПФО.

Неубедительна и ссылка защитника на то, что приемка оборудования не требовала привлечения сотрудников ЗАО «ВЕКТОР» и сбора комиссии, поскольку эти доводы опровергаются вышеизложенными доказательствами и не свидетельствуют о непричастности подсудимого к преступлению, тем более, что на следствии сам ФИО25 не отрицал необходимость созыва комиссии с привлечением представителей строительного контроля.

Вместе с тем, при совершении преступления ФИО25 не преследовал цель получения выплат стимулирующего характера и премий, как это указано в обвинении, поскольку со слов ФИО25 таких премий он никогда не получал, а невыполнение программы ФАИП не влечет за собой безусловного лишения выплат стимулирующего характера. Учитывая изложенное, соглашаясь с мнением защиты, суд исключает за недоказанностью указанные в обвинения обстоятельства, связанные с возможным получением премий и выплат стимулирующего характера.

Доводы стороны защиты о том, что обвинением не доказано: чем в действительности являются УВН «АНТИФАЙЕР» материалом, либо оборудованием, поскольку по делу не проведена экспертиза, по мнению суда, также являются несостоятельными и не ставят под сомнение выводы о виновности ФИО25

Согласно исследованным доказательствам на УВН «АНТИФАЙЕР» представлены паспорта, в которых данные насадки обозначены как оборудование, что позволяет суду сделать вывод об их относимости к предмету доказывания по настоящему уголовному делу.

Суд не принимает во внимание и доводы защитника о законном начислении 3% на оборудование, поскольку такие доводы опровергаются положениями сводного сметного расчета к проектной документации, получившей положительное заключение государственной экспертизы, непредвиденные затраты на оборудование в нем не были предусмотрены, ввиду чего не подлежали начислению и оплате.

Иные доводы, приводимые в ходе рассмотрения дела в суде стороной защиты об отсутствии в действиях ФИО25 состава инкриминируемого преступления, признаются судом не убедительными, противоречащими всей совокупности исследованных доказательств, являются защитной позицией, даны с целью опорочить доказательственное значение показаний допрошенных по делу свидетелей, представителя потерпевшего, а также письменных доказательств с целью уйти от ответственности за содеянное.

При этом, суд считает, что все вышеописанные изменения в обвинении на квалификацию содеянного ФИО25 не влияют и положение подсудимого не ухудшают.

Судом не установлено обстоятельств, исключающих уголовную ответственность подсудимого, а поэтому ФИО25 подлежит наказанию за содеянное.

В соответствии со ст.6, ч.3 ст.60 УК РФ при назначении подсудимому вида и размера наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, личность ФИО2, обстоятельства, смягчающие его наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

ФИО25 впервые привлекается к уголовной ответственности (т.3, л.д. 61-62); по месту жительства охарактеризован участковым уполномоченным полиции без замечаний (т.3, л.д.65), как член Всероссийской Политической Партии «Единая Россия» характеризуется положительно (т.3, л.д. 75, т.13, л.д. 59, 62-67, 78), аналогично охарактеризован главой администрации Железнодорожного района г. Пензы – как председатель Совета директоров названного района (т.13, л.д. 57-58); награжден почетными грамотами и благодарностями Законодательного Собрания и Губернатора Пензенской области, Главного федерального инспектора Аппарата полномочного представителя Президента в Приволжском федеральном округе по Пензенской области, Главы г. Пензы, Министра экономического развития РФ, Федерального агентства по государственным резервам (т.13, л.д.60-61, 68, 70-71, 73-74, 75-77,79, 80-81, 82-83); на учете врачей нарколога и психиатра не состоит (т.3, л.д.66-68), имеет ряд заболеваний.

Смягчающими наказание подсудимого ФИО25 обстоятельствами, суд признает его возраст, состояние его здоровья, совершение преступления впервые, положительные характеристики, наличие почетного знака Губернатора Пензенской области «Во славу земли Пензенской», а также согласно п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в подробных показаниях об обстоятельствах и деталях преступления на стадии предварительного расследования, представлении органам следствия информации, имеющей значение для расследования преступления, что влечет за собой применение ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания.

Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

Оснований для изменения подсудимому категории преступления на менее тяжкую, согласно ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд в данном конкретном случае, с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, данных о личности подсудимого, не находит.

Учитывая вышеизложенное, конкретные обстоятельства совершенного подсудимым преступления, степень его общественной опасности, а также личность подсудимого, суд не усматривает оснований для определения вида наказания, альтернативного лишению свободы, поскольку в данном случае это не будет способствовать достижению целей уголовного наказания. Вместе с тем, учитывая личность ФИО25, суд считает возможным применить при назначении наказания статью 73 УК РФ, возложить на подсудимого обязанности, способствующие его исправлению.

Оснований для применения положений ст. ст. 64, 53.1 УК РФ суд не находит, учитывая личность подсудимого.

Разрешая вопрос о гражданских исках, заявленных по данному уголовному делу, суд приходит к следующему выводу.

Заместителем прокурора Пензенской области в интересах Российской Федерации в лице ФГКУ <данные изъяты> к ФИО25 30.08.2017 заявлены исковые требования в размере 251 500 624, 02 рубля, указанные исковые требования 24.04.2018 прокурором были уточнены и составили 241 874 650,40 рублей (т. 3, л.д. 99-103, 104-106). При рассмотрении данного уголовного дела государственный обвинитель поддержал исковые требования в размере 142 748 892, 49 рубля (с учетом зачета фактической заводской стоимости противопожарного оборудования, составившего 88 019 647,74 рублей), куда также входят: 128 477, 58 рублей – незаконно начисленные 3% на оборудование; 74 571,31 рубль – незаконно начисленная в стоимость насадок «АНТИФАЙЕР» сумма на покрытие лимитированных затрат на производство работ в зимнее время (3,24%), временные здания и сооружения (2,16%).

ФГКУ <данные изъяты>» к ФИО25 также заявлены исковые требования о возмещении ущерба в рамках первоначально предъявленного обвинения в размере 241 874 640, 40 рублей (т.3, л.д.108-109). В судебном заседании ФИО25 исковые требования не признал.

При отсутствии какой- либо согласованной позиции гражданских истцов, руководствуясь нормами трудового законодательства, регулирующими отношения работника и работодателя, в связи с необходимостью произведения дополнительных расчетов, связанных с гражданскими исками, требующих отложения судебного разбирательства, в том числе в соответствии с требованиями ст.ст. 241, 250 ТК РФ расчетов с учетом материального положения работника, его имущественного положения (размер заработка, иных основных и дополнительных доходов), его семейного положения (количество членов семьи, наличие иждивенцев, удержания по исполнительным документам) и т.п., а также в связи с необходимостью исследования доказательств выполнения предусмотренных трудовым законодательством императивных требований к процедуре привлечения работника к материальной ответственности, доказательств факта прямого действительного ущерба в рамках ст. 238 ТК РФ, учитывая, что имущественные интересы работодателя непосредственным объектом посягательства при злоупотреблении служебными полномочиями не являются, суд в целях недопущения дальнейшего затягивания судебного разбирательства гражданские иски по уголовному делу оставляет без рассмотрения с разъяснением права на обращение с иском в суд в порядке гражданского судопроизводства.

Обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество ФИО25 и ФИО22, установленные постановлениями Ленинского районного суда г. Пензы от 30.08.2017 (т.8, л.д.155-159), от 11.07.2017 (т.9, л.д.15-16) следует сохранить до рассмотрения исков в порядке гражданского судопроизводства.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах, суд руководствуется положениями ч. 3 ст. 81 и ст. 299 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.299, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО25 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.285 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 2 (двух) лет лишения свободы.

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание считать условным и приговор не приводить в исполнение, если осужденный в течение 2 (двух) лет примерным поведением докажет свое исправление.

В период испытательного срока на ФИО25 возложить обязанности:

- являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением осужденного (в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства);

- не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением осужденного (уголовно-исполнительной инспекции по месту жительства).

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Исковые заявления ФГКУ <данные изъяты> и заместителя прокурора Пензенской области о возмещении ущерба в силу ч. 2 ст. 306 УПК РФ, - оставить без рассмотрения, разъяснив истцам, что оставление судом гражданского иска без рассмотрения не препятствует последним обратиться с данным исковым заявлением в порядке гражданского судопроизводства.

Вещественные доказательства по делу: CD-R-диски, DVD-R – диск; выписки по операциям на счетах ООО «ИНДИД-ПРОЕКТ», ООО «КИП НЕВА»; документы, содержащие информацию о соединениях абонентских номеров <***>, 8412454203, 8412573833, за период с 01.01.2016 по 14.01.2017, всего на 46 листах (предоставлены ПАО «Ростелеком» Пензенским филиалом МРФ «Волга» (№ 0603/05/2793-17/К от 03.10.2017, № 11-1/3/1-73К от 09.10.2017) - хранить при деле, остальные документы, в том числе, истребованные сторонами по настоящему делу, передать в ФГКУ <данные изъяты>; оборудование (шесть блок боксов технологических зав. №№ 507, 524, 523, 518, 519, 522), шесть помещений узлов управления зав. №№ 135-1, 135-2, 135-3, 138-1, 138-2, 138-3) – оставить в ФГКУ <данные изъяты>» на ответственное хранение до рассмотрения исков в порядке гражданского судопроизводства.

Обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество ФИО25 и ФИО22, установленные постановлениями Ленинского районного суда г.Пензы от 30.08.2017 (т.8, л.д.155-159), от 11.07.2017 (т.9, л.д.15-16) - сохранить до рассмотрения исков в порядке гражданского судопроизводства.

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Пензенского областного суда через Железнодорожный районный суд г. Пензы в 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий Т.К.Безденежных