Решение № 2А-3939/2019 2А-3939/2019~М-4088/2019 М-4088/2019 от 12 сентября 2019 г. по делу № 2А-3939/2019

Дело № 2а-3939/2019

64RS0045-01-2019-001527-20


Решение

Именем Российской Федерации

13 сентября 2019 года г. Саратов

Кировский районный суд г. Саратова в составе

председательствующего судьи Бивол Е.А.,

при секретаре Гавриловой Т.С.,

с участием административного истца ФИО1,

представителя административного истца ФИО5,

представителя административного ответчика ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по иску ФИО1 к Главному Управлению Министерства внутренних дел России по Саратовской области (далее – ГУ МВД России по Саратовской области) о признании незаконным решения об отказе в предоставлении временного убежища,

установил:

ФИО1 обратился в суд с указанным административным исковым заявлением, в обоснование которого указывает, что административным ответчиком 22 июля 2019 года было вынесено решение об отказе ему в предоставлении временного убежища на территории РФ. Уведомление о вынесении такого решения было вручено ФИО1 23 июля 2019 года. Принятое административным ответчиком решение ФИО1 считает незаконным по следующим причинам. ФИО1 родился ДД.ММ.ГГГГ года в Афганистане. В 1988 году он выехал в Казахскую ССР для получения высшего медицинского образования. В 1996 году окончил Алмаатинский государственный медицинский институт. В 1997 году ФИО1 прибыл на территории РФ, обратился за помощью в УВКБ ООН, поскольку не мог вернуться в Афганистан, так как на его территории происходит вооруженный конфликт, в результате которого гибнут люди. Так, с 1992 года по 2007 год были убиты родители истца, его сестры и братья. С 1999 года административный истец стал проживать в г. Волгограде, где ему было предоставлено временное убежище. В 2007 году истец стал проживать в г. Москве, где также ему был предоставлен статус беженца. С 2015 года ФИО1 проживал в Центре временного размещения вынужденных переселенцев и беженцев в г. Красноармейске, статус беженца был продлен до 2017 года. В 2017 году истцу было предоставлено разрешение на временное проживание. В октябре 2017 года ему был предоставлен вид на жительство сроком до 2022 года. Вместе с тем, 28 марта 2019 года вид на жительство был аннулирован, в связи с тем, что в анкете он не указал на наличие дочери. После указанных обстоятельств, ФИО1 обратился с заявлением о предоставлении ему временного убежища, поскольку выехать в Афганистан не представляется возможным, что также подтверждает ответ губернатора провинции Нангархар от 29 июля 2019 года. Однако, несмотря на указанные обстоятельства, в предоставлении временного убежища истцу было отказано. Посчитав свое право нарушенным, ФИО1 обратился в суд, просит признать незаконным и отменить решение ГУ МВД России по Саратовской области от 22 июня 2019 года об отказе в предоставлении временного убежища на территории России, просит обязать административного ответчика повторно рассмотреть заявление о предоставлении временного убежища с учетом дополнительных доказательств.

Административный истец ФИО1 и его представитель ФИО5 в судебном заседании поддержали исковые требования, просили суд их удовлетворить, дав объяснения, аналогичные описательной части решения.

Представитель административного ответчика ГУ МВД России по Саратовской области – ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признала, просила суд отказать в удовлетворении административных исковых требований по доводам возражений на иск.

Суд, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии со ст.46 Конституции Российской Федерации решения и действия (бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

В силу ч.3 ст.62 Конституции Российской Федерации иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором.

В соответствии с ч.1 ст.218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Согласно статье 4 Федерального закона от 25 июля 2002 года №115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» иностранные граждане пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом.

В соответствии с п. 1, 2, 4 и 5 ст. 12 Федерального закона от 19 февраля 1993 года № 4528-1 «О беженцах» предоставление иностранному гражданину или лицу без гражданства временного убежища осуществляется в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации. Решение о предоставлении временного убежища принимается территориальным органом федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, по месту подачи иностранным гражданином или лицом без гражданства заявления с просьбой о предоставлении возможности временно пребывать на территории Российской Федерации. Временное убежище может быть предоставлено иностранному гражданину или лицу без гражданства, если они: имеют основания для признания беженцем, но ограничиваются заявлением в письменной форме с просьбой о предоставлении возможности временно пребывать на территории Российской Федерации; не имеют оснований для признания беженцем по обстоятельствам, предусмотренным настоящим Федеральным законом, но из гуманных побуждений не могут быть выдворены (депортированы) за пределы территории Российской Федерации. Правовое положение лица, получившего временное убежище, определяется настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации. Лицо утрачивает временное убежище: в связи с устранением обстоятельств, послуживших основанием для предоставления ему временного убежища; при получении права на постоянное проживание на территории Российской Федерации либо при приобретении гражданства Российской Федерации или гражданства другого иностранного государства; при выезде к месту жительства за пределы территории Российской Федерации.

Согласно пп. 1 п. 1 ст. 1 указанного Федерального закона беженец - это лицо, которое не является гражданином Российской Федерации и которое в силу вполне обоснованных опасений стать жертвой преследований по признаку расы, вероисповедания, гражданства, национальности, принадлежности к определенной социальной группе или политических убеждений находится вне страны своей гражданской принадлежности и не может пользоваться защитой этой страны или не желает пользоваться такой защитой вследствие таких опасений; или, не имея определенного гражданства и находясь вне страны своего прежнего обычного местожительства в результате подобных событий, не может или не желает вернуться в нее вследствие таких опасений. К лицам, не имеющим оснований для признания беженцем по обстоятельствам, предусмотренным настоящим законом, относятся: лицо, которому отказано в рассмотрении ходатайства по существу на основании п. 1 ст. 5 Федерального закона «О беженцах»; лицо, утратившее статус беженца или лишенное статуса беженца на основании п. п. 1 - 2 ст. 9 Федерального закона «О беженцах», при отсутствии у них законных оснований для пребывания в Российской Федерации.

В развитие указанных положений Постановлением Правительства Российской Федерации от 09 апреля 2001 года № 274 «О предоставлении временного убежища на территории Российской Федерации» утвержден Порядок предоставления временного убежища на территории Российской Федерации (далее - Порядок).

В соответствии с пп. 3 п. 1 ст. 1 Федерального закона от 19 февраля 1993 года № 4528-1 «О беженцах» временное убежище - это возможность иностранного гражданина или лица без гражданства временно пребывать на территории Российской Федерации в соответствии со статьей 12 настоящего Федерального закона, с другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу п. 12 Порядка временное убежище предоставляется на срок до 1 года. Срок предоставления временного убежища продлевается на каждый последующий год решением территориального органа Федеральной миграционной службы, на учете в котором состоит лицо, на основании письменного заявления лица о продлении срока предоставления временного убежища, в котором оно указывает обстоятельства, требующие продления срока предоставления временного убежища. Заявление подается не позднее чем за 1 месяц до истечения срока предоставления временного убежища. При наличии у лица уважительных причин пропуска срока подачи заявления, этот срок может быть продлен, но не более чем на 1 месяц.

Из приведенных положений нормативно-правовых актов следует, что продление срока предоставления временного убежища допускается в случае, если имеются основания для признания беженцем лица, который ограничивается заявлением в письменной форме с просьбой о предоставлении возможности временно пребывать на территории Российской Федерации; либо не имеется оснований для признания беженцем по обстоятельствам, предусмотренным Федеральным законом от 19 февраля 1993 года № 4528-1 «О беженцах», но из гуманных побуждений лицо не может быть выдворено (депортировано) за пределы территории Российской Федерации.

При этом, причинами, по которым может предоставляться временное убежище из гуманных побуждений, являются: тяжелое состояние здоровья лица, подлежащего выдворению, если в государстве его гражданской принадлежности (прежнего обычного места жительства), куда лицо должно быть выдворено, ему не может быть оказана необходимая медицинская помощь, вследствие чего его жизнь окажется в опасности; реальная угроза для жизни или свободы лица вследствие голода, эпидемии, чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера либо внутреннего или международного конфликта, охватывающего всю территорию государства его гражданской принадлежности (прежнего обычного места жительства), куда это лицо должно быть выдворено; реальная угроза для лица в случае его возвращения на территорию государства гражданской принадлежности стать жертвой пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзацах первом - третьем пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней», как следует из положений Конвенции и Протоколов к ней в толковании Европейского Суда, под ограничением прав и свобод человека (вмешательством в права и свободы человека) понимаются любые решения, действия (бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, а также иных лиц, вследствие принятия или осуществления (неосуществления) которых в отношении лица, заявляющего о предполагаемом нарушении его прав и свобод, созданы препятствия для реализации его прав и свобод. Например, исходя из практики Европейского Суда использование изображения гражданина без его согласия представляет собой ограничение соответствующих прав, гарантируемых Конвенцией.

При этом в силу ч.3 ст.55 Конституции Российской Федерации, положений Конвенции и Протоколов к ней любое ограничение прав и свобод человека должно быть основано на федеральном законе; преследовать социально значимую, законную цель (например, обеспечение общественной безопасности, защиту морали, нравственности, прав и законных интересов других лиц); являться необходимым в демократическом обществе (пропорциональным преследуемой социально значимой, законной цели).

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года, ратифицированной Федеральным законом от 30 марта 1998 года № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» и в этой связи, являющейся в силу части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы Российской Федерации, закрепляет право каждого на уважение его личной и семейной жизни (пункт 1 Конвенции).

При этом не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц (пункт 2 Конвенции).

Семейная жизнь в понимании названной статьи Конвенции и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними. Между другими родственниками. Понятие «семейная жизнь» не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе, связь между родителями и совершеннолетними детьми.

Как установлено судом, 23 апреля 2019 года ФИО1 было подано заявление о предоставлении ему временного убежища, рассмотрев которое административный ответчик отказал в его удовлетворении. В обосновании принятого решения, ГУ МВД РФ по Саратовской области указало, что истец политической, военной, общественной деятельностью на территории Исламской республики Афганистан не занимался, в политических партиях не состоял. В стране гражданской принадлежности проживает недееспособная сестра, общение с которой происходит по телефону. Учитывая, что истец не предоставил сведения, подтверждающие его преследование в стране гражданского принадлежности по признаку расы, вероисповедания, гражданства, национальности. Указанное решение было доведено до ФИО1 уведомлением № от 23 июля 2019 года.

Принятое административным ответчиком решение ФИО1 считает незаконным по следующим причинам. ФИО1 родился ДД.ММ.ГГГГ года в Афганистане. В 1988 году он выехал в Казахскую ССР для получения высшего медицинского образования. В 1996 году окончил Алмаатинский государственный медицинский институт. В 1997 году ФИО1 прибыл на территории РФ, обратился за помощью в УВКБ ООН, поскольку не мог вернуться в Афганистан, так как на его территории происходит вооруженный конфликт, в результате которого гибнут люди. Так, с 1992 года по 2007 год были убиты его родители, сестры и братья. С 1999 года административный истец стал проживать в г. Волгограде, где ему было предоставлено временное убежище. В 2007 году истец стал проживать в г. Москве, где также ему был предоставлен статус беженца. С 2015 года ФИО1 проживал в Центре временного размещения вынужденных переселенцев и беженцев в г. Красноармейске, статус беженца был продлен до 2017 года. В 2017 году истцу было предоставлено разрешение на временное проживание. В октябре 2017 года ему был предоставлен вид на жительство сроком до 2022 года. Вместе с тем, 28 марта 2019 года вид на жительство был аннулирован, в связи с тем, что в анкете он не указал на наличие дочери. После указанных обстоятельств, ФИО1 обратился с заявлением о предоставлении ему временного убежища, поскольку выехать в Афганистан не представляется возможным, что также подтверждает ответ губернатора провинции Нангархар от 29 июля 2019 года. Однако, несмотря на указанные обстоятельства, в предоставлении временного убежища истцу было отказано.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что административный истец с 2007 года состоит в гражданском браке с ФИО7, с которой имеет трех детей: ФИО10 ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО10 ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО10 ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения

В настоящее время в собственности истца и его семьи имеется квартира, расположенная по адресу: <адрес>. Истец осуществляет деятельность в качестве предпринимателя на территории РФ, Таким образом, дальнейшую жизнь семья истца связывает с Россией.

В соответствии со ст.8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950, ратифицированной Российской Федерацией 30.03.1998, каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции; не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Европейский Суд по правам человека неоднократно отмечал, что лежащая на государствах ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает их контролировать въезд в страну и пребывание иностранцев и высылать за пределы страны правонарушителей из их числа, однако подобные решения, поскольку они могут нарушить право на уважение личной и семейной жизни, охраняемое в демократическом обществе ст.8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, должны быть оправданы крайней социальной необходимостью и соответствовать правомерной цели.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 02.03.2006 №55-О указал, что установление ответственности за нарушение порядка пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации и, соответственно, конкретной санкции, ограничивающей конституционные права граждан, должно отвечать требованиям справедливости, соразмерности конституционно закрепленным целям (ч.3 ст.55 Конституции Российской Федерации), а также отвечать характеру совершенного деяния. Данный вывод корреспондирует международно-правовым предписаниям, согласно которым каждый человек при осуществлении своих прав и свобод должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом, необходимы для обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других лиц, для охраны государственной (национальной) безопасности, территориальной целостности, публичного (общественного) порядка, предотвращения преступления, защиты здоровья или нравственности населения (добрых нравов), удовлетворения справедливых требований морали и общего благосостояния в демократическом обществе и совместимы с другими правами, признанными нормами международного права (п.2 ст.29 Всеобщей декларации прав человека, п.3 ст.12 Международного пакта о гражданских и политических правах, п.2 ст.10 и п.2 ст.11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также п.3 ст.2 Протокола №4 к ней).

При оценке вопроса о соразмерности вмешательства публичных властей принимается во внимание характер и тяжесть совершенных правонарушений; длительность пребывания заявителя в Российской Федерации; срок, истекший после совершения нарушения, поведение заявителя в течение этого срока; гражданство различных заинтересованных лиц, семейная ситуация заявителя, в частности длительность брака и другие факторы, свидетельствующие о реальности семейной жизни данной пары; серьезность сложностей, с которыми столкнется лицо, в отношении которого принято соответствующее решение миграционного органа, в стране гражданской принадлежности.

Суд, учитывая, что административный истец длительное время проживает на территории Российской Федерации, где сложились устойчивые социальные связи, и он создал семью, которая также намерена проживать в России, приходит к выводу, что в данном конкретном случае имело место вмешательство в сферу личной и семейной жизни, право на уважение, которой гарантируется ст.8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, решение об аннулировании вида на жительство от 23 марта 2019 года нарушает право административного истца на проживание со своей семьей.

Суд также полагает, что в ходе судебного разбирательства административным ответчиком не представлено доказательств того, что принятие оспариваемого решения вызвано крайней необходимостью в интересах национальной безопасности и общественного порядка, является адекватной мерой государственного реагирования на совершенный ФИО1 проступок.

Суд также полагает необходимым отметить, что само по себе установление факта сообщения заявителем недостоверных сведений относительно состава семьи в данном случае не является достаточным основанием для принятия решения об аннулировании вида на жительство, поскольку не оправдано крайней социальной необходимостью и нарушает право ФИО1 на уважение личной и семейной жизни.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что решение об отказе в предоставлении временного убежища на территории РФ принято административным ответчиком без учета норм международного права, в частности положений п.1 ст.8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод о недопустимости вмешательства в право на уважение семейной жизни.

Принимая оспариваемое решение, административный ответчик также не учел информацию об обострении ситуации в Афганистане, наличии угрозы для жизни истца, что следует из средств массовой информации, сообщения губернатора провинции Нангархар.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что оспариваемое решение является незаконным и подлежит отмене.

Нельзя признать состоятельным довод административного ответчика о том, что ФИО1 не лишен возможности иным способом легализоваться на территории Российской Федерации, поскольку такой довод не опровергает выводов суда о незаконности оспариваемого решения. Кроме того, как следует, из пояснений сторон, данных в судебном заседании другие способы легализации также не доступны административному истцу. Право на пребывание на территории РФ ФИО1 вынужден защищать в судебном порядке.

На основании изложенного, руководствуясь ст.175-177 КАС РФ, суд

решил:

административные исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать незаконным и отменить решение Главного Управления Министерства внутренних дел России по Саратовской области об отказе в предоставлении временного убежища на территории Российской Федерации от 22 июля 2019 года.

Обязать Главное Управление Министерства внутренних дел России по Саратовской области рассмотреть заявление ФИО1 и предоставить временное убежище на территории РФ.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г. Саратова в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения – 17 сентября 2019 года.

Судья Е.А. Бивол