Апелляционное определение № 22-1392/2025 22-16/2026 от 14 января 2026 г.

Судья: Ежкова Ю.В. д.№ 1-195/2025-22-16/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15 января 2026 года Великий Новгород

Судебная коллегия по уголовным делам Новгородского областного суда в составе председательствующего Пархомчук Т.Н.,

судей Колосова Е.М., Григорьева А.С.,

при секретаре Андреевой Е.А.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Новгородской области Жукова Н.В.,

осужденного ФИО1 посредством использования системы видео-конференц-связи,

его защитника – адвоката Платонова А.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе адвоката Платонова А.М. в защиту осужденного ФИО1 на приговор Боровичского районного суда Новгородской области от 20 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Пархомчук Т.Н., выступление осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Платонова А.М., поддержавших апелляционную жалобу, мнение прокурора, возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, полагавшего приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

Приговором Боровичского районного суда Новгородской области от 20 октября 2025 года:

ФИО1, <...>, не судимый,

осужден по ч.4 ст. 160 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Постановлено срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу, зачтено в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей с 20 октября 2025 года по день вступления приговора в законную силу с применением расчета, предусмотренного п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ, из расчета один день нахождения под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима,

разрешен вопрос по мере пресечения, вещественным доказательствам,

гражданский иск представителя потерпевшего ООО «<...>» удовлетворен, с ФИО1 в пользу ООО «<...>» взыскано 2 116 187 рублей 90 копеек в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением.

ФИО1 признан виновным и осужден за растрату, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное в особо крупном размере.

Преступление совершено в период с 23 часов 00 минут <...> по 19 часов 30 минут <...> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Свою вину в совершении преступлений ФИО1 признал частично. Судом принято вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе адвокат Платонов А.М. считает приговор суда незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. Указывает, что согласно обвинению ФИО1 похитил путем растраты принадлежащие ООО «<...>» денежные средства. Однако, денежные средства, принадлежащие ООО «<...>», ФИО1 не вверялись, против воли собственника он ими не распоряжался. Топливная карта ООО «<...>» не предоставляет водителю доступа к находящимся на ней денежным средствам, следовательно, возможности распоряжаться ими он не имеет. Отмечает, что денежные средства, находящиеся на топливной карте израсходованы в соответствии с их целевым назначением, а именно на приобретение топлива, и перешли не в собственность ФИО1, а в собственность владельца топлива. Ничего противоправного с денежными средствами ООО «<...>», находящимися на карте ООО «<...>», ФИО1 не совершил и не мог совершить. Обвинение в растрате денежных средств с топливной карты незаконно и необоснованно. Исходя из смысла обвинения, именно топливо должно было являться непосредственным предметом преступления. Поскольку следствием и судом допущена ошибка в определении предмета преступления, размер ущерба, причиненного преступлением, не установлен. Цена дизельного топлива, являющегося предметом преступления, определяется не только ПАО «Лукойл», но и иными субъектами, осуществляющими его продажу, его фактическая стоимость должна устанавливаться путем назначения товароведческой экспертизы, которая по уголовному делу не была проведена.

Статистическая документация «Omnicomm» на транспортное средство, а также реестры по топливной карте приобщены к материалам уголовного дела в форме незаверенных копий. Достоверность указанных документов вызывает сомнения, поскольку невозможно в 74 случаях заполнить бак 480 литрами топлива ровно. Данные доказательства являются недопустимыми и не могут быть положены в основу обвинения.

В материалах дела отсутствует информация об установке датчика уровня топлива «Omnicomm» при замене топливного бака в мае 2022 года. Датчик установлен на автомашину ФИО1 в 2009 году. Датчики «Omnicomm» подлежат обязательной поверке один раз в два года. Сведений о его поверке в деле также нет. Следовательно, нельзя доверять показаниям данного оборудования в 2021 и 2022 гг., а вывод о корректной фиксации всей необходимой информации не основан на исследованных доказательствах и является предположением.

ФИО1 инкриминируется заправка топлива в объеме 480 литров в 74 случаях. Таким образом, по 74 пунктам обвинения должны быть доказательства получения ФИО1 денежных средств на сумму, превышающую 20 тысяч рублей, если взять за основу цену топлива - 42 рубля за литр, по которой оно, якобы, реализовывалось ФИО1 Однако, из операций по карте ФИО1 следует, что переводов на сумму, превышавшую 20 тысяч рублей, было всего 11, при этом связь с предполагаемой продажей топлива третьим лицам не доказана ни по одному из указанных переводов. По 74 пунктам обвинения единственным доказательством приобретения топлива в объеме 480 литров признаны реестры операций по топливной карте, которые являются, по мнению защитника, недопустимым доказательством. Иных доказательств приобретения ФИО1 дизельного топлива в объеме 480 литров в материалах уголовного дела нет.

Несмотря на то, что суммы, которые свидетели М. и З. переводили ФИО1 за топливо, разные, в обоих случаях ФИО1 вменяют хищение 480 литров топлива со ссылкой на реестры операций по топливной карте. Но данные сведения из реестров операций по топливной карте противоречат показаниям свидетеля М.

Защитник также выражает несогласие с выводом суда о том, что денежные средства за топливо подсудимому могли уплачивать наличными денежными средствами, как это сделал свидетель З., или таким топливом он мог распоряжаться иначе. Считает, что данная формулировка суда содержит не основанные на доказательствах предположения. Просит обжалуемый приговор отменить.

Проанализировав доводы апелляционной жалобы, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд верно установил фактические обстоятельства дела, пришел к выводу о наличии в действиях ФИО1 инкриминированного состава преступления. Выводы суда основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана надлежащая оценка.

В частности, виновность ФИО1 подтверждается:

- приказом о приёме на работу от <...>, подписанным директором Н., согласно которому ФИО1 принят на работу в ООО «<...>» на должность водителя автомобиля, и его должностной инструкцией;

- договором о полной материальной ответственности от <...>, по которому ФИО1 как работник ООО «<...>» принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества;

- распиской о получении топливной карты;

- показаниями представителя потерпевшего С. и свидетеля Н., указавших, что водитель служебного автомобиля ФИО1 по вверенной ему топливной карте заправлял чужие автомобили. Указанные обстоятельства ФИО1 подтвердил на совещании, на котором присутствовало руководство организации, при обсуждении вопроса по перерасходу топлива. Главным бухгалтером были представлены сведения, из которых следовало, что ФИО1 в период с ноября 2021 года по ноябрь 2022 года производились заправки в объеме, превышающим объем бака, установленный на его автомобиле. Указанными действиями ФИО1 ООО «<...>» причинен материальный ущерб на общую 2 116 187 рублей 90 копеек;

- показаниями свидетелей М.А., З., М., Я. в части передачи и перевода денежных средств ФИО1 за топливо по заниженной цене;

- иными доказательствами, подробно изложенными в приговоре.

Показания вышеуказанных лиц судебная коллегия считает последовательными, дополняющими друг друга. Оснований для оговора ФИО1 никто из них не имел.

Сам ФИО1 вину признал частично и не оспаривал единичные случаи (два или три) заправки других автомобилей по топливной карте, выданной ему ООО «<...>», за что денежные средства получал он, в том числе согласился с эпизодом с участием свидетеля М.А. По иным случаям объяснял заправку бака в объеме, большем, чем сам бак, использованием дополнительных емкостей, подтеканием бака и ошибкой в документации и показаниях системы «Omnicomm».

Вместе с тем в ходе судебного заседания были тщательно исследованы, сопоставлены и подробно проанализированы в приговоре письменные документы и вещественные доказательства, отражающие операции по топливной карте, вверенной ФИО1, сведения о путевых листах и чеках, приложенным к ним, с указанием конкретных дат и сумм, установлена недостача 41 019,98 литров топлива на сумму 2 116 187 рублей 90 копеек.

Как следует из материалов дела на вверенном ФИО1 автомобиле «<...>» в 2009 году были установлены датчик уровня топлива и система расхода топлива, данных о некорректной работе которых не имеется. На момент осмотра автомобиля органом следствия системы также наличествовали, соответственно, имелась возможность фиксации статистических сведений, включая сведения об уровне топлива, системой «Omnicomm». Вопреки доводам защитника о недостоверности сведений в связи с давностью установки систем, суд оценил указанное доказательство в совокупности с иными, включая информацию об операциях, проводимых по топливной карте, сведениях, содержащихся в отчетности (путевые листы, чеки), данными о вместимости бака (200 л), в то время как денежные средства списывались за 480 л.

Суд первой инстанции в приговоре подробным образом мотивировал свои выводы относительно допустимости письменных материалов, вещественных доказательств, включая статистическую отчетность системы «Omnicomm», отчеты по топливной карте, ведомости о выдаче топлива. Вопреки доводам защиты как источник получения (должностные лица ООО «<...>»), так и процессуальный путь получения доказательств (путем проведения выемки с составлением соответствующего протокола) известны и исследованы судом, в том числе факт распечатывания данных из системы сотрудником бухгалтерии проанализирован и не влечет исключения предоставленных документов как недопустимых доказательств, несмотря на отсутствие заверительных штампов.

Оценив исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства в их совокупности, а не в отрыве друг от друга, как это прослеживается в апелляционной жалобе, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении преступления при указанных в приговоре обстоятельствах. Требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие порядок исследования и правила оценки доказательств, судом соблюдены.

Выводы суда не содержат противоречий и не основанных на доказательствах предположений. Напротив, суд пришел к правильному выводу об отсутствии неустранимых противоречий, в том числе при оценке доводов о том, что случаев поступления денежных средств в сумме более 20 000 рублей меньше, чем инкриминируемых ФИО1 фактов передачи полученного по карте топлива, поскольку имели место факты передачи подсудимому наличных денежных средств, переводы в сумме менее 20 000 рублей (показания свидетелей М.А., З., М., Я.). Размер полученных ФИО1 преступных доходов в данном случае не имеет значения для правовой квалификации его действий и определению размера причиненного ущерба.

Доводы о невозможности в каждом случае заправки автомобилей топливом в объеме 480 литров суд оценил с учетом того, что сведения о количестве отпущенного топлива по карте зафиксированы ПАО «Лукойл», оснований сомневаться в достоверности которых не имеется.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», как растрата должны квалифицироваться противоправные действия лица, которое в корыстных целях истратило вверенное ему имущество против воли собственника путем потребления этого имущества, его расходования или передачи другим лицам.

При этом, согласно п. 23 указанного выше постановления Пленума, противоправное, безвозмездное обращение имущества, вверенного лицу, в свою пользу или пользу других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному законному владельцу этого имущества, должно квалифицироваться судами как растрата при условии, что похищенное имущество находилось в правомерном владении либо ведении этого лица, которое в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения осуществляло полномочия по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению в отношении чужого имущества.

Вопреки доводам жалобы в обвинении и в установленных судом обстоятельствах содержатся все признаки уголовно наказуемого деяния, в том числе связанные с описанием механизма хищения и предмета преступления, то есть вверенного ФИО1 имущества.

Так ФИО1 инкриминировано, что он систематически расходовал денежные средства ООО «<...>», находящиеся на топливной карте, вверенной ему, вопреки их целевому назначению, не заправляя определенное транспортное средство, а распоряжаясь по своему усмотрению, заправляя иные емкости.

Размер ущерба верно установлен именно исходя из суммы денежных средств, которые были списаны с топливной карты вопреки их целевому назначению, определенному ООО «<...>», как юридическим лицом, осуществляющим финансирование расходов по топливной карте. Ущерб ООО «<...>» исчислен в соответствии с реально понесенными расходами, вопреки воле собственника, а не исходя из средней стоимости топлива, в том числе на других АЗС, которое было приобретено за счет средств ООО «<...>» путем применения топливной карты.

Позиция защиты, связанная с тем, что ФИО1 расходовал денежные средства по целевому назначению, поскольку приобретал по топливной карте именно топливо, является ошибочной, поскольку игнорирует тот факт, что целевым назначением в данном случае является не просто приобретение топлива, а заправка этим топливом конкретного транспортного средства.

При таких обстоятельствах, выводы суда о виновности ФИО1 и правовая квалификация его действий является правильной.

Назначенное ФИО1 наказание судебная коллегия находит справедливым, соответствующим ст.6, 60 УК РФ. Санкция ч.4 ст.160 УК РФ в качестве основного предусматривает безальтернативное наказание в виде лишения свободы, а оснований для применения положений ст.64 УК РФ в виду отсутствия исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не установлено.

Судом первой инстанции в полной мере учтены характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, к числу которых отнесены частичное признание вины, оказание материальной помощи в содержании проживающим совместно с ним матери и младшей сестре, также оказание материальной и иной помощи другим родственникам, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

По своему виду и размеру назначенное ФИО1 наказание является справедливым. Признанные по делу смягчающие наказание обстоятельства повлияли на размер назначаемого основного наказания и позволили не применять дополнительное.

Вид исправительного учреждения определен осужденному правильно как исправительная колония общего режима, что согласуется с требованиями п. «б» ч. 1 ст.58 УК РФ.

Вопросы, связанные с мерой пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу, вещественными доказательствами, гражданским иском – суд первой инстанции разрешил в рамках положений действующего законодательства.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или иное изменение приговора, судом не допущено.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Боровичского районного суда Новгородской области от 20 октября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Платонова А.М. – без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор могут быть обжалованы в кассационном порядке в течение шести месяцев со дня их вступления в законную силу, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции.

В случае пропуска данного срока или отказа в его восстановлении итоговые судебные решения могут быть обжалованы путем подачи кассационной жалобы или представления непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Т.Н. Пархомчук

Судьи Е.М. Колосов

А.С. Григорьев