Решение № 2-138/2020 2-138/2020~М-41/2020 М-41/2020 от 26 мая 2020 г. по делу № 2-138/2020

УИД: 16RS0024-01-2020-000058-63

Дело № 2-138/2020

Учет 2.120 г


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

27 мая 2020 года город Нурлат

Нурлатский районный суд Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Никитиной А.В.,

при секретаре судебного заседания Бахтияровой Г.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Исполнительному комитету г Нурлатского муниципального района Республики Татарстан, некоммерческой организации «Государственный жилищный Фонд при Президенте Республики Татарстан» о признании договора социальной ипотеки недействительным и обязании заключения договора социального найма жилого помещения,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к Исполнительному комитету Нурлатского муниципального района Республики Татарстан, некоммерческой организации «Государственный жилищный фонд при Президенте Республики Татарстан» о признании договора социальной ипотеки недействительным, обязании заключения с ним договора социального найма жилого помещения.

В обоснование иска указано, что истец со своим отцом гр.П., умершим ДД.ММ.ГГГГ, ранее проживал в <адрес> Республики Татарстан. Дом, в котором находилась их квартира 02 декабря 2002 года, был признан непригодным для дальнейшего проживания граждан (ветхим) и включен в Республиканскую программу ликвидации ветхого жилья. В 2005 году в рамках реализации указанной программы им предоставили двухкомнатную квартиру общей площадью 47,3 кв.м. <адрес>. 20 марта 2008 года специализированная некоммерческая организация «Государственный жилищный фонд при Президенте Республики Татарстан» в лице Социально-ипотечного потребительского кооператива «Строим будущее» заключила договор социальной ипотеки указанной квартиры. Договор истец и его отец подписали вынуждено, поскольку при предоставлении квартиры документы не были оформлены. Договор социальной ипотеки подписали под угрозой выселения, договор был навязан, условия ипотеки не разъяснили. Им не объяснили о необходимости выкупить квартиру, которую им предоставили взамен ветхой. Условия договора им с момента заключения не выполняются, оплату по договору не производит. ГЖФ грубо нарушил его жилищные права, поскольку <адрес> построен по программе ликвидации ветхого жилья. ГЖФ не имел права распоряжается квартирой по своему усмотрению. С апреля 2008 года со дня вручения ключей на жилое помещение он постоянно проживает в квартире, оплачивает коммунальные услуги, несет бремя содержания. Оформление договора социальной ипотеки взамен договора бессрочного социального найма лишает его возможности приватизировать квартиру. Ранее он в приватизации не участвовал, другой жилой площади не имеет. На заявление с просьбой разрешить приватизировать квартиру им получен отказа, поскольку дом не передан в муниципальную собственность и в реестре муниципальной собственности не значится.

Просит признать договор социальной ипотеки № от 20 марта 2008 года и протокол участия, выбора и передачи «Будущей собственной квартиры» гражданина от 06 апреля 2010 года, заключенный между специализированной некоммерческой организацией «Государственный жилищный фонд при Президенте Республики Татарстан» в лице Социально-ипотечного потребительского кооператива «Строим будущее» и им и его отцом ФИО1 недействительным ввиду ничтожности, обязать исполнительный комитет Нурлатского муниципального района РТ заключить с ним договор социального найма жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, и признать право на приватизацию.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании поддержали заявленные требования и дали пояснения, аналогичные вышеизложенному.

Представитель ответчика - Исполнительного комитета Нурлатского муниципального района Республики Татарстан ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала.

Представитель ответчика – некоммерческой организации «Государственный жилищный фонд при Президенте Республики Татарстан» на судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Выслушав участвующих в судебном заседании лиц, изучив материалы и оценив исследованные в судебном заседании доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Согласно статье 29 Жилищного кодекса РСФСР, утратившего силу с 01 марта 2005 года, нуждающимися в улучшении жилищных условий признавались граждане, проживавшие в жилом помещении (доме), не отвечающем установленным санитарным и техническим требованиям.

На основании пункта 3 части 1 статьи 51 Жилищного кодекса Российской Федерации гражданами, нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, признаются проживающие в помещении, не отвечающем установленным для жилых помещений требованиям.

В силу пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Судом установлено, что истец ФИО1 с 1987 года вместе с отцом гр.П. проживал в <адрес> на условиях социального найма.

Постановлением администрации Нурлатского района и города Нурлат Республики Татарстан от 02 декабря 2002 года жилой <адрес> наряду с другими домами был признан ветхим, в Программу ликвидации ветхого жилья дополнительно включены 173 семьи на улучшении жилищных условий граждан. В список семей, подлежащих улучшению жилищных условий по Программе ликвидации ветхого жилья под № включен гр.П. имеющий состав семьи из 2 человек.

Постановлением администрации Нурлатского района и города Нурлат Республики Татарстан от 14 февраля 2005 года № утвержден список на переселение семей по Программе ликвидации ветхого жилья с выдачей ордеров на заселение в <адрес>. Под № 21 в списке семей, подлежащих переселению, указан гр.П., ему предоставлена квартира под № 20.

Согласно акту о сносе № Межрайонного филиала № 5 РГУП БТИ жилой <адрес> снесен по состоянию на 29 июля 2010 года.

Таким образом установлено, что в связи с признанием <адрес> ветхим гр.П. и ФИО1 были включены в список нуждающихся в получении жилья по программе ликвидации ветхого жилья, взамен ранее занимаемого жилого помещения, право пользования которым у истцов было прекращено и им была предоставлена <адрес> РТ общей площадью 47,3 кв.м. Новая квартира предоставлена истцу и гр.П. на условиях договора социальной ипотеки от 20 марта 2008 года №, заключенным от имени НО «Государственный жилищный фонд при Президенте РТ» его поверенным – ПК «Строим будущее».

гр.П. умер ДД.ММ.ГГГГ.

06 апреля 2010 года истец ФИО1 и НО «Государственный жилищный фонд при Президенте РТ» подписали протокол участия, выбора и передачи «будущей собственной квартиры» к договору социальной ипотеки №.

Программа ликвидации ветхого жилья в Республике Татарстан была официально завершена на основании Указа Президента РТ №УП – 219 от 1 июня 2005 года «О признании утратившим силу Указа Президента Республики Татарстан «О мерах по улучшению жилищных условий граждан, проживающих в ветхом жилищном фонде, и реконструкции кварталов ветхого жилья».

На основании Указа Президента «О мерах по регулированию деятельности Государственного жилищного фонда при Президенте Республики Татарстан» от 30 декабря 2004 года государственный внебюджетный жилищный фонд при Президенте РТ был реорганизован в некоммерческую организацию «Государственный жилищный фонд при Президенте Республики Татарстан».

Судом установлено, что в соответствии с договором №/ф от 12 октября 2004 года Государственный жилищный фонд при Президенте РТ выступил «Инвестором» с одной стороны, а застройщиком - ГУП УЖКХ Нурлатского района и г. Нурлат в строительстве жилого дома в <адрес>, в котором находится спорная квартира. Согласно данному договору, инвестор и застройщик объединяют свои вклады для осуществления строительства вышеназванного дома. Сроком окончания строительства в договоре указано 31 декабря 2004 года. Соглашение об изменении и дополнении от 22 декабря 2005 года изменяет срок окончания строительства дома на 1 мая 2006 года.

В последующем по договору №/ф об инвестировании строительства жилого дома от 3 сентября 2007 года, права, обязанности и ответственность приняло в полном объеме МУ «Управление строительства, архитектуры и жилищно-коммунального хозяйства Нурлатского муниципального района РТ».

22 ноября 2007 года <адрес>, на основании разрешения на ввод в эксплуатацию, был введен в эксплуатацию.

Исследовав все представленные доказательства, суд считает, что представлено достаточно достоверных сведений, свидетельствующих о возведении указанного дома по программе ликвидации ветхого жилья за счет средств Государственного внебюджетного фонда при Президенте РТ, который выступал инвестором, правопреемником которого является ГЖФ.

Согласно Постановлениям Кабинета Министров РТ от 16 мая 1996 года №392 и от 15 октября 2001 года №764, жилые дома, построенные за счет средств Государственного жилищного фонда РТ, подлежали передаче в коммунальную (муниципальную) собственность по подписываемому сторонами передаточному акту.

Согласно Уставу Государственного внебюджетного жилищного фонда при Президенте Республики Татарстан, утвержденному Указом Президента Республики Татарстан от 9 июня 1997 года № УП-284, действовавшему до 30 декабря 2004 года: основной задачей фонда, в том числе, является финансирование работ по ликвидации ветхого жилищного фонда и реконструкции кварталов ветхого жилья; для реализации основных задач Фонд осуществляет функции: инвестора по финансированию работ, направленных на ликвидацию ветхого жилищного фонда и реконструкцию кварталов ветхого жилья; кредитования жилищного строительства для граждан, проживающих в ветхом жилищном фонде.

Согласно пункту 2.1 статьи 2 Устава НО «Государственный жилищный фонд при Президенте РТ» Фонд является правопреемником Государственного внебюджетного фонда при Президенте РТ. К Фонду переходят все имущественные и неимущественные права и обязанности Государственного внебюджетного жилищного фонда при Президенте РТ, в соответствии с передаточным актом.

Согласно статье 18 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в РФ» от 4 июля 1991 года №1541-1, при переходе государственных или муниципальных предприятий, учреждений в иную форму собственности либо при их ликвидации жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений, должен быть передан в хозяйственное ведение или оперативное управление правопреемников этих предприятий, учреждений (если они определены) либо в ведении органов местного самоуправления поселений в установленном порядке с сохранением всех жилищных прав граждан, в том числе права на приватизацию жилых помещений.

Судом установлено, что по окончании строительства жилой <адрес> РТ в муниципальную собственность передан не был в нарушение требований статьи 18 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в РФ» и Постановлений Кабинета Министров РТ от 16 мая 1996 года №392 и от 15 октября 2001 года №764.

Сведения о регистрации в ЕГРП прав на спорную квартиру не предоставлены.

Принципы правовой справедливости и равенства, на которых основано осуществление прав и свобод человека и гражданина в РФ, предполагают, что придание обратной силы закону, ухудшающему положение граждан и означающему, по существу, отмену для этих лиц определенных прав, противоречит и несовместимо с положениями части 1 статьи 1, статьи 2, статьи 18, части 1 статьи 54, части 2 статьи 55 Конституции РФ, поскольку по смыслу указанных положений изменение законодателем ранее установленных условий должно осуществляться таким образом, чтобы соблюдался принцип поддержания доверия граждан к закону и действиям государства. Таким образом, изменение правового регулирования условий для реализации права граждан на получение жилья по программе ликвидации ветхого жилья, в силу которого произошло ограничение прав одних граждан перед другими, нельзя признать законным и справедливым. При этом сам по себе факт допущенных нарушений, выразившихся в не передаче в установленном порядке ГЖФ в муниципальную собственность и в непринятии исполкомом района в муниципальную собственность построенного за счет государственных средств жилого дома, не может ограничить жилищные права истцов, в том числе и право бесплатного получения жилья в собственность.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (постановления от 3 ноября 1998 года № 25-П, от 5 апреля 2007 года № 5-П, от 11 апреля 2011 года № 4-П), соблюдение конституционного принципа равенства, гарантирующего защиту от любых проявлений дискриминации, означает - помимо недопустимости установления в законе какого-либо различия, исключения или предпочтения, - запрет вводить такие различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания. Исходя из этого, государство должно гарантировать равенство прав граждан, находящихся в одинаковых условиях.

То обстоятельство, что строительство дома, в который истец должен был быть переселен по Программе ликвидации ветхого жилья, не было завершено до 1 июня 2005 года, не может отражаться на их правах. На переселение истца по указанной Программе были выделены бюджетные средства, они вложены в строительство данного дома, следовательно, квартира им должна быть предоставлена на основаниях, предусмотренных данной Программой. Принимая Программу ликвидации ветхого жилого фонда Республика Татарстан приняла на себя обязательство обеспечить жильем всех граждан, подпадающих под действие данной Программы. Реализация данной Программы была возложена на Государственный жилищный фонд при Президенте РТ. Обязательства должны исполняться надлежащим образом вне зависимости от изменения организационно-правовой формы ответчика.

Установлено, что большая часть строительства была осуществлена в период действия Программы ликвидации ветхого жилья. Как следует из Закона РТ от 30 ноября 2006 года № 71-ЗРТ «О бюджете Республики Татарстан на 2007 год» жилищное строительство (на год окончания строительства спорного жилого дома), в том числе по программе социальной ипотеки, финансировалось исключительно из бюджета Республики Татарстан.

Из пояснений истца следует, что без заключения договора социальной ипотеки они с отцом были поставлены в безвыходную ситуацию.

При таких обстоятельствах исковые требования о признании заключенного с истцами договора социальной ипотеки недействительным (ничтожным) обоснованы и подлежат удовлетворению.

В настоящее время в спорной квартире по месту жительства зарегистрирован истец с ДД.ММ.ГГГГ. С момента начала приватизации жилья в РФ он проживал на территории Нурлатского района и право приватизации ранее занимаемого жилого помещения не реализовал.

С учетом вывода суда о том, что спорное жилое помещение фактически является муниципальным и истец должен проживать в квартире на условиях социального найма, его исковые требования об обязании Исполнительного комитета Нурлатского района РТ заключить с ним договор социального найма жилого помещения подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Исполнительному комитету г Нурлатского муниципального района Республики Татарстан, некоммерческой организации «Государственный жилищный Фонд при Президенте Республики Татарстан» о признании договора социальной ипотеки недействительным и обязании заключения договора социального найма жилого помещения удовлетворить.

Признать недействительным договор социальной ипотеки № от 20 марта 2008 года, заключенный между Специализированной некоммерческой организацией - Государственный жилищный фонд при Президенте Республики Татарстан и гр.П. и ФИО1.

Обязать Исполнительный комитет Нурлатского муниципального района Республики Татарстан заключить с ФИО1 договор социального найма жилого помещения – <адрес> и признать право на приватизацию.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение одного месяца через Нурлатский районный суд Республики Татарстан.

Судья:

Мотивированное решение составлено 29 мая 2020 года