Решение № 2-309/2020 2-309/2020~М-290/2020 М-290/2020 от 25 ноября 2020 г. по делу № 2-309/2020

Дело № 2-309(1)/2020

64RS0030-01-2020-000421-75


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

26 ноября 2020 года г. Ртищево

Ртищевский районный суд Саратовской области в составе:

председательствующего судьи Ястребовой О.В.,

при секретаре Кашиной Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Страхового акционерного общества «ВСК» к ФИО1 о взыскании ущерба,

установил:

Страховое акционерное общество (далее – САО) «ВСК» обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании ущерба указывая, что 10 июля 2019 года согласно административному материалу, по вине ответчика ФИО1 произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) по адресу: г. Москва, МКАД. В результате ДТП был поврежден автомобиль «<данные изъяты>», г.н.з. №, которым управлял водитель ФИО5, владелец ООО «Союз Св. ФИО2». Водитель ФИО1, управляя автомобилем «<данные изъяты>», г.н.з. №, нарушил п. 8,10 ПДД РФ. Риск наступления гражданской ответственности ответчика был застрахован в ООО «СК «Согласие» по полису №. Поврежденный автомобиль «<данные изъяты>», г.н.з. №, на момент ДТП был застрахован в САО «ВСК» по страховому полису №.

На основании представленных документов и во исполнение вышеуказанного договора страхования на ремонт поврежденного автомобиля было выплачено страховое возмещение в размере <данные изъяты>. В пределах лимита, установленного Федерального законом от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» - <данные изъяты>, ответственность по данному страховому случаю несет ООО «СК «Согласие». Полагает, что потерпевший вправе требовать с причинителя вреда возмещения ущерба в полном объеме без учета износа за вычетом суммы страхового возмещения по договору ОСОГО в соответствии с принципом полного возмещения убытков. ФИО1 является лицом, ответственным за возмещение вреда, причиненного в указанном ДТП, произошедшем по его вине. Сумма выплаченного страхового возмещения составляет: <данные изъяты>. Страховая сумма по договору ОСАГО составляет: <данные изъяты>. Цена иска: <данные изъяты> (<данные изъяты> - <данные изъяты>). Просит суд взыскать с ответчика ФИО1 в пользу САО «ВСК» сумму ущерба в размере <данные изъяты>, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты>.

В судебное заседание представитель истца САО «ВСК» не явился, просили рассмотреть дело в их отсутствие.

Ответчик ФИО1, будучи извещенным надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не сообщил. Ранее в судебном заседании возражал против заявленных исковых требований указывая, что виновным себя в ДТП и причинении вреда истцу не считает. В деле об административном правонарушении необоснованно он был признан виновным в данном ДТП, поскольку им не были нарушены требования п.8.1 ПДД РФ. При перестроении он убедился в безопасности совершаемого маневра и своевременно включил правый сигнал поворота. Автомобиль под его управлением не свершал столкновения с автомобилем «<данные изъяты>» и автомобилем «Скания». По завершении манёвра перестроения из одной полосы в другую, он продолжал движение, когда следовавший позади в попутном направлении автомобиль «<данные изъяты>» совершил столкновение с его автомобилем. После того, как обе их машины остановились, следовавший в попутном направлении автомобиль «<данные изъяты>», допустил столкновение с автомобилем «<данные изъяты>» и повалил его набок. Ударом автомобиля «Скания» его машина была отброшена вперёд.

При этом, дело об административном правонарушении не возбуждалось и расследование не проводилось по признакам административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.14 КоАП РФ (Нарушение правил маневрирования). Тогда как именно нарушение водителем п. 8.1 ПДД РФ влечёт за собой административную ответственность и наказание непосредственно по ст. 12.14 КоАП РФ. К административной ответственности и наказанию по ст. 12.14 КоАП РФ он не привлекался, в связи с чем, утверждение о его виновности в нарушении п.8.1. ПДД РФ не основано на законе.

Дополнительно пояснил, что повреждения на автомобиле «Скания» спереди были незначительными, но именно передней частью водитель автомобиля и допустил столкновение с задней частью его автомобиля «№». Основные повреждения автомобиль «<данные изъяты>» получил от столкновения с автомобилем «<данные изъяты>». Когда на место ДТП прибыли сотрудники ДПС, то они распорядились волоком оттащить лежавший на боку автомобиль «Скания» в безопасное для проезда место. При этом было очевидным, что такой способ перемещения транспортного средства по жесткому покрытию причинит автомобилю дополнительные повреждения его кабины и кузова. Водитель автомобиля «<данные изъяты>» к этому времени был отправлен машиной скорой помощи в медицинское учреждение.

Представитель ответчика ФИО1 – адвокат Попов А.А., будучи извещенным надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, просил отложить судебное заседание в связи с болезнью. Ранее в судебном заседании возражал против заявленных исковых требований, поддержал позицию ответчика.

Третьи лица Общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Союз Св. ФИО2», ООО «СК «Согласие», ФИО5, ФИО8, будучи извещенными о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в судебное заседание своих представителей не направили.

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской федерации (далее - ГПК РФ) суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся участников процесса в связи с отсутствием доказательств уважительности причин неявки.

Суд, изучив представленные доказательства и оценив их в совокупности в соответствии со статьей 67 ГПК РФ, приходит к следующему.

В силу положений, закрепленных статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) восстановлению подлежит нарушенное право, в том числе, путем возмещения убытков, иными способами, предусмотренными законом.

В соответствии со статьями 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств имеющих значение для правильного рассмотрения и

разрешения дела (ст. 55 ГПК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 927 ГК РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

По смыслу пункта 1 статьи 929 ГК РФ, по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества (ст. 930 РФ).

Статьями 931 и 932 ГК РФ предусмотрено, что по договору страхования имущества может быть застраховано имущество в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества, а по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.

В силу п.п. 1 и 2 статьи 965 ГК РФ, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

Таким образом, в порядке суброгации к страховщику переходят права кредитора (страхователя, выгодоприобретателя) в том правоотношении, в котором выплачено страховое возмещение в счет причиненных убытков.

В силу статьи 387 ГК РФ суброгация предполагает переход к страховщику, в данном случае к истцу, прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая.

По правилам статьи 387 и части 2 статьи 965 ГК РФ при суброгации не возникает нового обязательства, а происходит замена кредитора (потерпевшего) в уже существующем обязательстве. Перешедшее к новому кредитору в порядке суброгации право требования осуществляется с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не

предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, то есть ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

Согласно пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя статью 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (пункт 13 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Исходя из приведенных норм материального права и акта их разъяснения,

обстоятельством, имеющим значение для дела и подлежащим доказыванию, является размер расходов на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Ответственность, предусмотренная названной нормой, наступает при условии доказанности состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вину, размер причиненного вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

В силу пункта 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, либо, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий.

Обязанность возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют им на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Судом установлено, что 10 июля 2019 года в 22 часа 40 минут на 67 км МКАД произошло ДТП с участием транспортных средств «<данные изъяты>», с государственным регистрационным знаком (далее – г.р.з.) Т № под управлением ответчика ФИО1 и принадлежащего ему на праве собственности, грузового автомобиля «<данные изъяты>», г.р.з. №, которым управлял водитель ФИО5, принадлежащего ООО «Союз Св. ФИО2» и грузового автомобиля «<данные изъяты>», г.р.з. №, под управлением водителя ФИО8, принадлежащего ФИО7 результате ДТП автомобиль «<данные изъяты>», г.р.з. №, получил механические повреждения.

Как следует из искового заявления, водитель ФИО1, управляя автомобилем «<данные изъяты>», с г.р.з. №, нарушил п.8,10 ПДД РФ.

Из материалов дела следует, что риск наступления гражданской ответственности водителя автомобиля «<данные изъяты>», с г.р.з. № ФИО1 на момент ДТП был застрахован в ООО «СК «Согласие» по полису №, сроком действия с 14 октября 2018 года по 13 октября 2019 года (л.д. 113, том 1).

Судом установлено, что 04 июня 2019 года ООО «Союз Св. ФИО2» заключило с САО «ВСК» договор добровольного страхования автомобиля, на транспортное средство, тип – грузовые автомобили (исключая седельные тягачи), марки «<данные изъяты>» АФ 672840, 2019 года выпуска, VIN №, государственный регистрационный знак № по полису КАСКО № по рискам «4.1.1. дорожное происшествие по вине страхователя, допущенного лица или неустановленных третьих лиц», «4.1.2. дорожное происшествие по вине установленных третьих лиц (франшиза не применяется)», «4.1.3. происшествия вне дорог», «4.1.4. природные и техногенные факторы», «4.1.5. действие третьих лиц», «4.1.9. хищение ТС (франшиза не применяется)» на срок с 08 июня 2019 года по 07 июня 2020 года.

Страховая сумма на период страхования с 08 июня 2019 года по 06 сентября 2019 года составляет <данные изъяты>; франшиза на 1-й страховой случай – <данные изъяты>, страховая премия на период страхования с 08 июня 2019 года по 06 сентября 2019 года – <данные изъяты> (л.д. 23, том 1).

Согласно п. 8.1.1. Правил страхования, при наступлении страхового случая по риску, указанному в п. 4.1.2., если иное не оговорено в договоре (полисе) страхования, при повреждении транспортного средства страховщик в счет страхового возмещения осуществляет организацию и оплату ремонта поврежденного имущества в ремонтной организации (на СТОА), при наличии договорных отношений со СТОА, осуществляющей ремонт необходимой марки в регионе заявления страхового случая (л.д. 32).

Форма договора добровольного страхования транспортных средств (страховой полис № №-00001 от 04 июня 2019 года) не противоречит требованиям к форме договора страхования, предусмотренных ст. 940 ГК РФ.

18 октября 2019 года в связи с произошедшим 10 июля 2019 года ДТП в САО «ВСК» с заявлением о наступлении страхового события и выплате страхового возмещения представитель потерпевшего, для урегулирования страхового случая был создан убыток № 6742153.

19 октября 2019 года указанное транспортное средство «<данные изъяты>» АФ 672840, 2019 года выпуска, VIN №, г.р.з. № было осмотрено, о чем ООО «ГК Вектор» был составлен акт осмотра транспортного средства (л.д. 34, том 1).

ООО «Скания – Русь» осуществило ремонт поврежденного автомобиля «Scania» АФ 672840, 2019 года выпуска, г.р.з. У271ТА62, что подтверждается заказ – нарядом

№ 3011912149 от 29 октября 2019 года и счетом на оплату №0100001942 от 18 марта 2020 года (л.д. 24-26, 27-29, том 1).

26 марта 2020 года страховщиком был подписан страховой акт №1906TV5000229-00001-S000001Y о выплате страхового возмещения ООО «Союз Святого ФИО2» в размере <данные изъяты> (л.д. 35, том 1).

Как следует из материалов дела, САО «ВСК» произвело выплату страхового возмещения в размере <данные изъяты> на реквизиты ООО «Союз Святого ФИО2», на основании платежного поручения №31517 от 01 апреля 2020 года по убытку № 6742153 по акту №1906TV5000229-00001-S000001Y владельцу ООО «Союз Святого ФИО2» (л.д. 36, том 1).

Таким образом, САО «ВСК» исполнило свои обязательства перед страхователем ООО «Союз Святого ФИО2» по договору добровольного страхования транспортных средств (страховой полис № 1906TV5000229-00001 от 04.06.2019 года) в полном объёме.

Согласно статье 23 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - ФЗ об ОСАГО) с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Как разъяснено в пункте 74 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если размер возмещения, выплаченного страховщиком по договору добровольного имущественного страхования, превышает страховую сумму по договору обязательного страхования, к страховщику в порядке суброгации наряду с требованием к страховой организации, обязанной осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, переходит требование к причинителю вреда в части, превышающей эту сумму (глава 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 декабря 2017 года №58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец САО «ВСК» указывает, что в пределах лимита, установленного ФЗ об ОСАГО – <данные изъяты>, ответственность по данному страховому случаю несет ООО «СК «Согласие». С учетом подлежащей выплате страховой суммы по договора ОСАГО в размере <данные изъяты>, истец предъявляет требования о взыскании суммы выплаченного страхового возмещения в виде разницы между страховым возмещением в порядке обязательного страхованиям и фактическим размером ущерба в размере <данные изъяты> (<данные изъяты> – <данные изъяты>).

Согласно постановления по делу об административном правонарушении от 24 сентября 2019 года инспектора ИАЗ 8 ОСБ ДПС ГИБДД ГУ МВД России по г. Москве следует, что рассмотрев материалы дела по факту дорожно-транспортного происшествия №155 было установлено, что 10 июля 2019 года в 22 часа 40 минут на 67 км МКАД ФИО1, управляя автомобилем «<данные изъяты>», г.р.з. №, в нарушение требования п.8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД РФ) при маневрировании совершил столкновение с автомобилем «<данные изъяты>», г.р.з. №, под управлением ФИО8 и автомобилем «<данные изъяты>», г.р.з. №, которым управлял ФИО5 В результате ДТП водитель автомобиля «Scania», г.р.з. № ФИО5 получил различные травмы и обратился за помощью в различные медицинские учреждения. По данному факту возбуждено дело об административном правонарушении и назначено административное расследование, с целью установления степени тяжести вреда здоровью, полученного пострадавшим в результате ДТП.

Виновным по данному ДТП признан ФИО1, который нарушил п. 8.1 ПДД РФ. Производство по делу об административном правонарушении, возбужденное по ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ, в отношении ФИО1 прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения (л.д. 180 оборот, л.д. 181, том 1).

Указанное постановление по делу об административном правонарушении от 24 сентября 2019 года инспектора ИАЗ 8 ОСБ ДПС ГИБДД ГУ МВД России по г. Москве в части установления нарушения ФИО1 п. 8.1. ПДД РФ и допущения столкновения с застрахованным транспортным средством не оспаривалось и не отменялось.

Из объяснений водителя ФИО1 от 11 июля 2019 года следует, что он двигался по МКАД на автомобиле «Шевроле Круз», г.н. Т 112 КК 64, на 67 км МКАД внешняя сторона перестроился с третьего ряда во второй и почувствовал удар сзади, после чего его автомобиль развернуло на 360 градусов и откинуло в сторону обочины, что происходило на дороге со вторым участником ДТП он не видел. Выйдя из автомобиля, он увидел лежащую машину на боку (л.д. 169 оборот, том 1).

Как следует из определения №77 ПВ 0093483 от 11 июля 2019 года о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования установлено, что 10 июля 2019 года в 22 часа 40 минут по адресу: <...> км МКАД, внешняя сторона произошло ДТП, в котором участвовал ФИО1, управляющий транспортным средством «<данные изъяты>», г.н. №, который совершил столкновение с «<данные изъяты>», г.р.з. №, под управлением ФИО5, после чего «<данные изъяты>», г.р.з. № совершила столкновение с автомобилем «<данные изъяты>», г.р.з. №, из-за которого произошло опрокидывание «<данные изъяты>», г.р.з. № (л.д. 156, том 1).

Из рапорта инспектора ДПС 8 ОСБ ДПС ГИБДД ГУ МВД РФ по г. Москве от 10 июля 2019 года следует, что 10 июля 2019 года в 22 часа 40 минут поступила информация о ДТП на 66 км МКАД, прибыв на место ДТП, было установлено, что водитель ФИО1 управлял транспортным средством «<данные изъяты>», г.р.з. № 64, следовал по МКАД от Волоколамского, в направлении Новорижского, на 66 км в результате перестроения совершил столкновение с ТС АФ №, г.н. №, под управлением ФИО5, в результате чего ТС АФ №, г.н. №, совершил столкновение с ТС «<данные изъяты>», г.н. № с полуприцепом Шмитц, г.н. LBI7IVI, под управлением водителя ФИО8 (л.д.169, том 1).

Как следует из пояснений ФИО8 от 11 июля 2019 года в рамках дела об административном правонарушении, 10 июля 2019 года в 22 часа 30 минут, двигаясь по МКАДу в сторону М-1 заметил, что перед «Скания» закрутило легковой автомобиль, он двигался по 2 полосе, убедившись, что слева от него движения не было и чтобы избежать столкновения со «Скания», он стал уходить левее, так как тормозить было без смысла, и во время разъезда произошло столкновение (л.д. 172, том 1).

Согласно пояснений третьего лица ФИО5, данных в судебном заседании 21 августа 2020 года при исполнении судебного поручения Нефтекамским городским судом Республики Башкортостан следует, что 10 июля 2019 года он занимался перевозкой груза на автомобиле «<данные изъяты>», г.р.з. №, скорость движения была 80 км/ч, машина с ограничением скорости. Перед ДТП он двигался по второй полосе. Момент ДТП он помнит, очнулся в реанимации в больнице. Видео с камеры показало, что с пятой полосы на перерез ехал и сзади грузовая машина его завалила и перевернула. Он хотел уйти от столкновения с автомобилем «<данные изъяты>», г.р.з. № 64, на третью полосу, но там кто-то ехал, и он обратно вернулся и как раз столкнулся с ним. Гипертонической болезнью он не страдает, болезненного состояния из-за повышенного артериального давления перед ДТП, он не испытывал, медицинский контроль они проходят постоянно (л.д. 17-18, том 2).

Как следует из пояснений ответчика ФИО1 в судебном заседании от 21 сентября 2020 года, постановление об административном правонарушении он получал в ГИБДД, его не обжаловал, так как не думал, что будет большой ущерб (л.д. 55, том 2).

В связи с несогласием ответчика ФИО1 по поводу обстоятельств ДТП и стоимости восстановительного ремонта автомобиля, определением суда от 21 сентября 2020 года по настоящему делу назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено ООО «Исследовательский центр экспертиз».

Согласно выводам заключения эксперта №31 от 28 октября 2020 года ООО «Исследовательский центр экспертиз» следует, что ТС «<данные изъяты>», с г.р.з. №, двигается в прямом направлении с включенным правым сигналом поворота и смещается вправо, перестраиваясь с 6-ой полосы движения по МКАД, ТС «<данные изъяты>», с г.р.з №, двигается в прямом направлении, не изменяя траектории движения в 4-ой полосе движения по МКАД. Далее ТС «<данные изъяты>», с г.р.з T №, продолжает смещаться вправо, перестраиваясь с 5-ой в 4-ую полосу движения по МКАД, при этом скорость автомобиля снижается, ТС «<данные изъяты>», с г.р.з. №, продолжает движение по 4-й полосе МКАД без изменения скорости. Исходя из имеющейся видеозаписи перед контактным взаимодействием ТС «<данные изъяты>» с г.р.з. № снижает скорость и начинает смещаться левее в сторону 5-ей полосы. При этом ТС «<данные изъяты>», с г.р.з. № изначально двигалось с меньшей скоростью, относительно ТС «<данные изъяты>».

Далее ТС «<данные изъяты>» с г.р.з. № начинает контактировать передней правой частью с задней левой частью ТС «<данные изъяты>» с г.р.з. №, местом первичного контактного взаимодействия является облицовка заднего бампера, дверь задка, фонарь задний левый, угол между продольными осями будет острым (350°, 10°), ТС «<данные изъяты>» с г.р.з. № разворачивает на 360°, останавливается и занимает положение согласно места ДТП. ТС «<данные изъяты>» с г.р.з. № продолжает движение с малой скоростью, выезжая на 3-ю полосу движения по МКАД.

Далее ТС «<данные изъяты>» с г.р.з. №, двигается в прямом направлении с малой скоростью выезжая на 5-ю полосу движения по МКАД, ТС «<данные изъяты>» с г.р.з. № двигается в прямом направлении, не изменяя траектории движения в 4-ой полосе движения по МКАД, далее начинает смещаться левее, перестраиваясь с 4-ой полосы движения на 5-ю и 6-ю полосу движения по МКАД. ТС «<данные изъяты>» с г.р.з. № начинает контактировать задней левой угловой частью с боковой правой частью полуприцепа ТС «<данные изъяты>» с г.р.з. №, местом первичного взаимодействия является угол кузова, левая часть погрузочной платформы, задний левый фонарь с кронштейном, угол между продольными осями будет острым (320°, 40°), ТС «Скания» с г.р.з№ разворачивает примерно на 175°. ТС «<данные изъяты>» с г.р.з. № выезжает на 6-ю и 7-ю полосу движения по МКАД, останавливается и занимает положение согласно схеме места дорожно-транспортного происшествия, ТС «<данные изъяты>» с г.р.з. № опрокидывается на левый бок и занимает положение согласно схеме места ДТП.

Исходя из исследования всех имеющихся в деле материалов экспертом сделан

вывод о том, что водитель ТС «<данные изъяты>» с г.р.з. № в данной дорожной ситуации должен был руководствоваться пунктами 1.5, 8.1, 8.2, 8.4 ПДД РФ; водитель ТС «<данные изъяты> с г.р.з№ в данной дорожной ситуации должен был руководствоваться

пунктами 1.5, 10.1 ПДД РФ; водитель ТС «<данные изъяты>» с г.р.з. № в данной дорожной ситуации должен был руководствоваться пунктами 1.5, 9.10. 10.1 ПДД РФ.

В результате исследования выявлено, что техническая возможность у водителя

грузового, а/м <данные изъяты>, г.н.з. №, ФИО5, избежать столкновения с легковым, а/м <данные изъяты> (г.р.з. №) под управлением ФИО1 при сложившейся дорожно-транспортной ситуации, при учете психофизиологического состояния водителя ФИО5 не имелась.

В результате исследования выявлено, что техническая возможность у водителя грузового, а/м «<данные изъяты>», г.н.з. №, ФИО8 избежать столкновение с грузовым, а/м <данные изъяты>, г.н.з№, под управлением ФИО5 при сложившейся дорожно-транспортной ситуации, не имелась.

В силу норм пункта 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. Запрещается повреждать или загрязнять покрытие дорог, снимать, загораживать, повреждать, самовольно устанавливать дорожные знаки, светофоры и другие технические средства организации движения, оставлять на дороге предметы, создающие помехи для движения. Лицо, создавшее помеху, обязано принять все возможные меры для ее устранения, а если это невозможно, то доступными средствами обеспечить информирование участников движения об опасности и сообщить в полицию.

Согласно пункта 8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В силу пункта 8.2 ПДД РФ подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.

Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

Пунктом 8.4. ПДД РФ предусмотрено, что при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

Установленное в ходе судебного разбирательства обстоятельства произошедшего 10 июля 2019 года ДТП, с учетом приведенных требований ПДД РФ, нарушение пункта 8.1. ПДД РФ которого, согласно постановления по делу об административном правонарушении от 24 сентября 2019 года выявлено в действиях водителя ФИО1, объективно свидетельствуют, о том, что водитель ФИО1 при выполнении маневра должен был осуществлять свои действия не создавая опасности для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, что привело к столкновению трех транспортных средств. Данные обстоятельства подтверждаются материалом об административном правонарушении, пояснениями водителей, а также иными собранными по делу доказательствами.

Таким образом, в условиях наличия в действиях водителя ФИО1

нарушений ПДД РФ, которые, по мнению суда, находятся в непосредственной причинно-следственной связи с наступившими последствиями – событием дорожно-транспортного происшествия, а также отсутствия технической возможности избежать столкновения у водителя автомобиля «<данные изъяты>», г.н.з. №, ФИО5 с автомобиля «<данные изъяты>», г.р.з. №, под управлением ФИО1, и у водителя автомобиля «<данные изъяты>», г.н.з. №, ФИО8 с грузовым автомобилем «<данные изъяты>», г.н.з. №, под управлением ФИО5, суд приходит к выводу о виновности ФИО1 в столкновении указанных транспортных средств, и как следствие, в причинении ущерба в виде механических повреждений автомобиля «<данные изъяты>», г.р.з. №, в результате ДТП.

При этом, согласно выводам эксперта №31 от 28 октября 2020 года ООО «Исследовательский центр экспертиз» следует, что в качестве экспертной инициативы экспертом принято решение поставить перед собой вопросы по определению причин столкновения грузового автомобиля «<данные изъяты>», г.н.з. №, ФИО5 с автомобилем «<данные изъяты>», г.р.з. №, под управлением ФИО1, и причины столкновения грузового «<данные изъяты>», г.н.з. №, ФИО8 с грузовым автомобилем «<данные изъяты>», г.н.з. №, под управлением ФИО5 Экспертом установлено, что причиной столкновения автомобиля «<данные изъяты>», г.н.з. №, ФИО5 с автомобилем «<данные изъяты>», г.р.з. №, под управлением ФИО1 явилось не соблюдение пункта 8.4 ПДД РФ водителем ФИО1 Причиной столкновения грузового «<данные изъяты>», г.н.з. №, ФИО8 с грузовым автомобилем «<данные изъяты>», г.н.з. №, под управлением ФИО5 явилось не соблюдение пункта 9.10, 10.1 ПДД РФ водителем ТС «Даф».

Однако с указанными выводами эксперта, по поставленным им вопросам в качестве экспертной инициативы, а также с выводом по второму вопросу, суд не может согласиться, поскольку вопрос об установлении вины в ДТП, о том, какими пунктами ПДД РФ должны были руководствоваться все участники ДТП, не входит в компетенцию эксперта, поскольку данные вопросы являются правовыми и должны быть разрешены судом.

В материалах дела отсутствуют доказательства виновности действий водителей ФИО5 и ФИО8, которые могли бы свидетельствовать о непринятии ими необходимых и достаточных мер по обеспечению безопасности дорожного движения.

При этом утверждение эксперта о нарушении ФИО1 пункта 8.4 ПДД РФ, фактически подтверждают выводы суда о нарушении им пункта 8.1 ПДД РФ, поскольку в исследовательской части по указанному вопросу установлено, что водитель в данной дорожной ситуации должен был действовать таким образом, при перестроении, в частности, при совершении маневра, чтобы не создавать помех другим участникам дорожного движения.

Указанное обстоятельство не подтверждает вину водителей автомобиля «<данные изъяты>», г.н.з. №, ФИО5 и автомобиля «<данные изъяты>», г.н.з. №, ФИО8 в дорожно-транспортном происшествии, поскольку само по себе нарушение ими ПДД РФ не находится в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием.

Довод стороны ответчика, о том, что вина ФИО1 в результате ДТП не доказана в связи с прекращением производства по делу об административном правонарушении, возбужденного по ч.1 ст. 12.24 КоАП РФ, и не привлечении к административной ответственности судом отклоняется, поскольку тот факт, что вина ФИО1 не привлечен к административной ответственности, сам по себе не свидетельствует об отсутствии его вины в совершенном ДТП и не может являться основанием для освобождения ответчика от возложения на него гражданско-правовой ответственности за ущерб, причиненный в результате ДТП. В рамках производства по делу об административном правонарушении устанавливается вина водителей с точки зрения возможности привлечения их к административной ответственности. Недоказанность вины лица в административном правонарушении, в том числе и при ДТП, означает отсутствие состава административного правонарушения и влечет отказ в возбуждении дела об административном правонарушении или прекращении производства по делу об административном правонарушении.

Обязанность возместить вред является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также вину причинителя вреда.

Отказ от административного преследования не является обстоятельством, препятствующим установлению в других процедурах виновности лица в качестве основания для его привлечения к гражданской ответственности или его невиновности (применительно к правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.06.2009 № 9-П).

Таким образом, не всякое причинение вреда имуществу другого лица является одновременно и административным, и гражданским правонарушением. Отсутствие постановления об административном правонарушении, где действует презумпция невиновности, не свидетельствует об отсутствии вины причинителя вреда в рамках гражданского производства, где действует презумпция вины лица, причинившего вред. Обратное должно быть доказано лицом, причинившим вред, однако ФИО1 таких данных не представлено.

С учетом изложенного, оценив в совокупности представленные сторонами доказательства по правилам ст. ст. 12, 56, 61, 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что ФИО1 является лицом, ответственным за возмещение имущественного вреда, причиненного в результате повреждения автомобиля «<данные изъяты>» АФ №, г.р.з. №, в дорожно-транспортном происшествии от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку он является виновным в причинении данного вреда, в связи с чем, должен возместить САО «ВСК» убытки в виде разницы между страховым возмещением в порядке обязательного страхованиям и фактическим размером ущерба.

При определении размера ущерба, суд учитывает, что истцом заявлены требования о взыскании реальных убытков, понесенных страховщиком в результате произошедшего страхового случая, на основании проведенного ремонта на СТОА.

Согласно выводам эксперта №31 от 28 октября 2020 года ООО «Исследовательский центр экспертиз» следует, что стоимость ремонтно-восстановительных работ автомобиля, а/м «Scania», г.н.з. У271 ТА 62, после дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 10.07.2019 года, направленных на устранение повреждений и приведения транспортного средства в техническое состояние, в котором оно находилось на момент причинения вреда (восстановление стоимости ТС) составляет: без учета износа: <данные изъяты>, с учетом износа: <данные изъяты>.

Исходя из выводов заключения эксперта в данной части, учитывая размер ущерба, заявленный истцом к взысканию, а также то, что представленные истцом доказательства в обоснование размера реальных убытков отвечают требованиям статей 59, 60 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что с ответчика ФИО1 в пользу истца в счет возмещения ущерба в порядке суброгации подлежит взысканию сумма в размере <данные изъяты>, за вычетом подлежащей выплате страховой суммы по договора ОСАГО (<данные изъяты> - <данные изъяты>), отражающая фактический размер ущерба.

Доказательств того, что ответчик в добровольном порядке возместил истцу ущерб в заявленном им размере <данные изъяты>, суду не представлено.

Оснований для освобождения ФИО1 от ответственности по возмещению САО «ВСК» ущерба в порядке суброгации не имеется.

К доводам ответчика о том, что указанный размер ущерба был увеличен в результате действий сотрудников ГИБДД по перемещению транспортного средства с места ДТП волоком по асфальтобетонному покрытию, суд относиться критически, поскольку доказательств обратного им не представлено. Ответчиком также не представлено доказательств, свидетельствующих с очевидностью о том, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

В связи с чем, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований истца в полном объеме.

Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика понесенных судебных расходов, а именно суммы уплаченной при обращении в суд государственной пошлины в размере <данные изъяты>, что подтверждается платежным поручением № 6230 от 13 апреля 2020 года (л.д. 8, том 1).

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно статье 94 ГПК РФ, к судебным издержкам относятся расходы по оплате госпошлины.

Поскольку исковые требования САО «ВСК» удовлетворены в полном объеме, то с ответчика подлежат взысканию в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты>.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования Страхового акционерного общества «ВСК» к ФИО1 о взыскании ущерба удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу Страхового акционерного общества «ВСК» в счет возмещения ущерба в порядке суброгации <данные изъяты>, расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты>.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ртищевский районный суд Саратовской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья подпись