Решение № 02-0995/2025 02-0995/2025(02-8522/2024)~М-5858/2024 02-8522/2024 М-5858/2024 от 20 августа 2025 г. по делу № 02-0995/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Москва 30 июля 2025 г.

Симоновский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Мартынова А.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Люминарской К.К., рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело № 02-0995/2025 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование иска указано, что истец зарегистрирована и проживает в квартире по адресу: <...>. Указанная квартира ранее являлась муниципальной, выдавалась в пользование семьи истца, состоящей из отца, брата и ФИО1, впоследствии была приватизирована по 1/3 доли за каждым. Истец состоит на учете в психиатрической клинике с диагнозом «параноидная шизофрения с нарастающим дефектом», наблюдается в ПНД с 2010 г., неоднократно проходила лечение, в том числе с помещением в диспансер. С 2008 г. истец начала брать кредиты и займы для обеспечения себя финансово, однако вернуть кредитные средства возможности не было. В связи с тем, что истец оказалась в тяжелом финансовом положении и в силу ее психического расстройства, родственники истца – ФИО3 и ФИО4 предложили истцу застраховать свою долю в квартире от посягательств на нее банков и судебных приставов, путем перевода квартиры на ответчика ФИО2 Воспользовавшись тем, что истец оказалась в трудной жизненной ситуации в виду наличия долгов, а также ее психическим расстройством, истца фактически ввели в заблуждение, так как не пояснили, что предлагаемая ими сделка является отчуждением имущества истца в собственность иного лица. Ответчиком был подготовлен текст договора, который стороны подписали и подали на государственную регистрацию в 2014 г. Истец не помнит сам момент сделки, а также вид договора, который подписывала. В понимании истца, она заключила сделку, по которой осталась владельцем квартиры. Копию договора после ее регистрации на руки истец не получила, все экземпляры договора остались у ответчика.

В связи с изложенным, истец просит признать договор дарения доли квартиры от 03.02.2014 г., заключенный между ФИО1 и ФИО2 недействительным, применить последствия недействительности сделки, вернуть квартиру, расположенную по адресу: <...> в собственность ФИО1

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, обеспечила явку своего представителя.

Представитель истца, действующий на основании доверенности, поддержал заявленные требования, просил их удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки не уведомлял, обеспечил явку своего представителя.

Представитель ответчика, действующий на основании доверенности в судебном заседании исковые требования не признал по доводам ранее представленного возражения. Просил применить срок исковой давности.

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности по правилам ст. ст. 59, 60, 67, 71 ГПК РФ, приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не может быть признан дарением.

Согласно ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу положений п. 1, 3 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

Судом установлено, что ФИО1 зарегистрирована и проживает в квартире по адресу: <...>. Указанная квартира ранее являлась муниципальной, выдавалась в пользование семьи истца, состоящей из отца, брата и ФИО1, впоследствии была приватизирована по 1/3 доли за каждым. В 2008 г. брат истца ФИО5 скончался, его 1/3 долю в квартире унаследовал отец ФИО6 В 2011 г. отец ФИО6 скончался, его 2/3 доли в квартире унаследовала его сестра — ФИО3, наследование происходило на основании решения суда, при согласии ФИО1, которая не претендовала на доли отца в квартире, так как страдает психическими заболеваниями, является инвалидом, не может работать, при этом имела много финансовых задолженностей по кредитам, в связи с чем, ФИО3 согласилась унаследовать доли отца истца в квартире, с целью последующего переезда в квартиру для осуществления присмотра за истцом и ухода.

С 2008 г. истец начала брать кредиты и займы для обеспечения себя финансово, однако вернуть кредитные средства возможности не было.

В связи с тем, что истец оказалась в тяжелом финансовом положении и в силу ее психического расстройства, родственники истца – ФИО3 и ФИО4 предложили истцу застраховать свою долю в квартире от посягательств на нее банков и судебных приставов, путем перевода квартиры на ответчика ФИО2

Воспользовавшись тем, что истец оказалась в трудной жизненной ситуации в виду наличия долгов, а также ее психическим расстройством, истца фактически ввели в заблуждение, так как не пояснили, что предлагаемая ими сделка является отчуждением имущества истца в собственность иного лица.

03.02.2014 г. между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор дарения доли квартиры, согласно которому истец безвозмездно передала в собственность ответчика 1/3 долю в принадлежащей ей на праве общей долевой собственности квартире, расположенной по адресу: <...>.

Договор дарения был зарегистрирован Федеральной службой государственной регистрации, кадастра и картографии 14.02.2014 г.

Истец не помнит сам момент сделки, а также вид договора, который подписывала. В понимании истца, она заключила сделку, по которой осталась владельцем квартиры. Копию договора после ее регистрации на руки истец не получила, все экземпляры договора остались у ответчика.

Истец состоит на учете в психиатрической клинике с диагнозом «параноидная шизофрения с нарастающим дефектом», наблюдается в ПНД с 2010 г., неоднократно проходила лечение, в том числе с помещением в диспансер.

Наличие у истца психического расстройства подтверждаются справкой от 25.05.2022 г. ГБУЗ г. Москвы «Психиатрическая клиническая больница №1 им. Н.А. Алексеева департамента здравоохранения г. Москвы», в которой указано, что ФИО1 состоит под диспансерным наблюдением в ПНД №10 с диагнозом «Параноидная шизофрения, эпизодический с нарастающим дефектом тип течения».

Для определения психического состояния ФИО1 на дату заключения договора дарения, по ходатайству истца и на основании определения Симоновского районного суда г. Москвы от 31.01.2025 г. назначена и проведена амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов отделения амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы Психиатрической клинической больницы №1 им. Н.А. Алексеева от 15.05.2025 г. №223-4, ФИО1 в юридически значимый период подписания договора дарения доли квартиры от 03.02.2014 г. страдала психическим расстройством в форме шизофрении параноидной, эпизодический тип течение с нарастающим дефектом – F 20.01 по МКБ-10. Нарушение психики ФИО1 в юридически значимый период подписания договора дарения доли квартиры от 03.02.2024 г. были выражены столь значительно, сопровождались неспособностью к смысловой оценке ситуации, прогнозу возможных правовых и реальных социально бытовых последствий своих действий и лишали ее способности понимать значение своих действий и руководить ими.

Оценивая экспертное заключение, которому у суда не имеется оснований не доверять, так как эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложного заключения, имеют значительный стаж экспертной работы, выводы последовательны и не противоречивы, основаны на материалах дела и представленной медицинской документации, в которой имеются сведения о состоянии истца.

Ответчиком заявлено о применении срока исковой давности.

Согласно п. 2 ст. 181 ГПК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Договор дарения доли квартиры заключен 03.02.2014 г.

Иск предъявлен (согласно штампу суда) 17.06.2024 г., почти через 10 лет после истечения срока исковой давности.

Кроме того, из искового заявления следует, что в 2019 г. истец обращалась в правоохранительные органы в связи с ее подозрениями по поводу незаконного завладения квартиры ответчиком.

Таким образом, истцу стало известно о заключенном договоре дарения доли в 2019 г. Однако, по каким причинам истец сразу не обратилась в МФЦ для предоставления ей копии договора дарения от 03.02.2014 г., ФИО1 не пояснила.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При таких обстоятельствах в удовлетворении требований о признании недействительным договора дарения квартиры от 03.02.2014 г. надлежит отказать. Соответственно, не подлежат удовлетворению и требования о признании за истцом права собственности на спорное жилое помещение.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требование ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Симоновский районный суд города Москвы.

Решение суда в окончательной форме принято 21.08.2025.

Судья А.В. Мартынов