Решение № 2-3624/2021 2-3624/2021~М-3119/2021 М-3119/2021 от 7 июля 2021 г. по делу № 2-3624/2021

16RS0050-01-2021-006568-26

Дело №2-3624/2021


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

8 июля 2021 года

Приволжский районный суд г. Казани в составе:

председательствующего судьи Кулиева И.А.,

при секретаре судебного заседания Матвеевой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Муниципального казенного учреждения Комитет земельных и имущественных отношений Исполнительного комитета муниципального образования города Казани к ФИО1 о признании отсутствующим зарегистрированного права и истребовании земельного участка,

установил:

Муниципальное казенное учреждение Комитет земельных и имущественных отношений Исполнительного комитета муниципального образования города Казани (далее – КЗИО) обратился в суд с иском к ФИО1 о признании отсутствующим зарегистрированного права и истребовании земельного участка.

В обоснование исковых требований указано, что земельный участок с кадастровым номером № решениями ИКМО г.Казань кому-либо на каком-либо праве не предоставлялся, межевые планы по определению его границ на согласование в КЗИО не поступали.

По сведениям из Управления Росреестра по Республике Татарстан, земельный участок с кадастровым номером № образован и предоставлен в собственность ФИО2 на основании Государственного акта на право собственности на землю №№ от 20 октября 1998 г. и Решения Салмачинского сельского Совета народных депутатов от 20 октября 1998 г., межевого плана от 20 октября 2016 г..

Второй экземпляр Государственного акта и копия решения Салмачинского сельского Совета народных депутатов в архиве <адрес> Республики Татарстан отсутствуют.

Как указывает истец, земельный участок свободен от строений, на нем имеется вырытый котлован.

Исходя из изложенного, истец полагает, что земельный участок с кадастровым номером № выбыл из земель неразграниченной государственной собственности путем внесения в ЕГРН сведений об отсутствующих документах и поэтому, по мнению истца, право собственности на него также является отсутствующим и все последующие сделки с участком являются недействительными.

Ссылаясь на изложенное, истец просит признать отсутствующим зарегистрированное право собственности ответчика на земельный участок с кадастровыми номером № площадью 1077 кв.м. (запись о регистрации права от 28 октября 2019 г.) и истребовать из чужого незаконного владения ответчика указанный земельный участок в свободном от строений виде.

В порядке подготовки к участию в деле качестве третьего лица привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации. Кадастра и картографии по Республике Татарстан

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, направил в суд письменный отзыв в котором просит отказать в удовлетворении, ссылаясь на отсутствие законных оснований для его удовлетворения и пропуск истцом срока исковой давности

Выслушав пояснения представителя КЗИО, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии со ст. 196 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Как установлено судом, на основании Государственного акта на право собственности на землю №№ ФИО2 предоставлен земельный участок площадью 0,10 га. для индивидуального жилищного строительства на основании Решения Салмачинского сельского Совета народных депутатов от 20 октября 1998 г.

Согласно представленным истцом выпискам из Единого государственного реестра недвижимости от 28 апреля 2020 года, земельному участку 11 октября 2016 года присвоен кадастровый №, площадь участка – 1077 кв.м.

Согласно схеме в разделе описание местоположения земельного участка в выписке из реестра, конфигурация участка схематически соответствует конфигурации в Государственном акте на право собственности на землю №№.

Право собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером № зарегистрировано 5 июня 2017 года.

По договору купли-продажи от 8 июня 2017 года ФИО2 продал земельный участок с кадастровым номером № площадью 1077 кв.м. ФИО3.

Право собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером № зарегистрировано 3 июля 2017 года.

По договору купли-продажи от 13 ноября 2018 года ФИО3 продала ФИО4 земельный участок с кадастровым номером № площадью 1077 кв.м.

Право собственности ФИО4 на земельный участок с кадастровым номером № зарегистрировано 20 ноября 2018 года.

По договору купли-продажи от 19 октября 2019 года ФИО4 продала земельный участок с кадастровым номером № площадью 1077 кв.м. ФИО1.

Право собственности ФИО1 на земельный участок с кадастровым номером № зарегистрировано 28 октября 2019 года.

Из материалов реестрового дела судом установлено, что на государственную регистрацию права собственности ФИО2 в качестве правоустанавливающего документа предоставлен Государственный акт на право собственности на землю №№.

По запросу КЗИО от 12 мая 2020 года из ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Росреестра» по Республике Татарстан поступил межевой план спорного земельного участка в той же конфигурации, которая отражена в Государственном акте на право собственности на землю №№

В силу абз.3 ч.6 ст. 8.1 Гражданского кодекса РФ, приобретатель недвижимого имущества, полагавшийся при его приобретении на данные государственного реестра, признается добросовестным (статьи 234 и 302), пока в судебном порядке не доказано, что он знал или должен был знать об отсутствии права на отчуждение этого имущества у лица, от которого ему перешли права на него.

Довод истца о том, что земельный участок с кадастровым номером № выбыл из земель неразграниченной государственной собственности путем внесения в ЕГРН сведений об отсутствующих документах голословны, не основаны на фактах и допустимых доказательствах, потому подлежат отклонению, поскольку, на регистрацию права собственности первоначальным правообладателем был предоставлен правоустанавливающий документ – Государственный акт на право собственности на землю, не оспоренный и (или) не признанный в установленном законом порядке подложным или поддельным.

Факт отсутствия копий и (или) вторых экземпляров Государственного акта и решения Салмачинского Совета народных депутатов в архиве Пестречинского района Республики Татарстан не может быть принят судом в качестве достаточного обоснования незаконности возникновения прав на земельный участок, поскольку, права ответчика на спорный земельный участок возникло на основании сделки, которая была зарегистрирована в установленном порядке, никем не оспорена, не отменена и не признана недействительной в установленном законом порядке.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзацах 3,4 п.38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Суду не предоставлено доказательств того, что договор купли- продажи, на основании которого к ответчику перешло право на земельный участок, не отвечает признакам действительной сделки.

Учитывая изложенное, ответчик в силу закона является добросовестным приобретателем прав на спорное недвижимое имущество.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 52 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (далее - Закон о регистрации) государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.

Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

В то же время решение суда о признании сделки недействительной, которым не применены последствия ее недействительности, не является основанием для внесения записи в ЕГРП.

В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Таким образом, возможность обращения с требованием о признании права собственности на недвижимое имущество отсутствующим предоставлена только лицу, которое в соответствии с данными ЕГРП является собственником этого имущества и одновременно им владеет, в том случае, если по каким-либо причинам на данное имущество одновременно зарегистрировано право собственности за другим лицом.

Истец, согласно данными ЕГРП, не является собственником спорного недвижимого имущества и не владеет им – в связи с чем, суд полагает, что истцом избран неверный способ защиты предполагаемого нарушенного права путем оспаривания зарегистрированного права предъявлением иска о признании права отсутствующим.

Кроме того, представитель ответчика заявил в отзыве о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно ч.1 ст. 196 Гражданского кодекса РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно ч.1 ст. 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Права первоначального владельца спорного земельного участка в установленном законом порядке зарегистрированы в 2017 году.

Представитель истца не привел ссылок на допустимые доказательства уважительности причин пропуска срока исковой давности – при этом суд обращает внимание на то, что местоположение границ земельного участка на кадастровом плане территории определено 2016 году

Пропуск истцом срока исковой давности является достаточным самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

В соответствии с п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №5 от 10 октября 2003 года «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней"). Поэтому применение судами вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

В соответствии со ст.1 «Защита собственности» Протокола №1 (подписан в Париже 20.03.1952) Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года, каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Как следует из Постановления Европейского Суда по правам человека от 09.10.2018 по делу "ФИО5 и другие (Sergunin and Others) против Российской Федерации" (жалобы N 54322/14, 60765/14 и 73407/14), заявители, являвшиеся добросовестными приобретателями земельных участков, жаловались на то, что их право собственности было аннулировано муниципальными органами власти вследствие обнаружившихся позднее мошеннических действий других лиц, о которых заявители не знали. При этом каждая первоначальная сделка была зарегистрирована в органах власти в соответствии с действующим законодательством.

Европейский Суд единогласно постановил, что в данном деле власти Российской Федерации нарушили требования статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции (защита собственности).

В рассматриваемом деле ответчик, приобретая спорный земельный участок, зарегистрировала права на него в соответствии с действующим законодательством.

В соответствии с положениями приведенного п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №5 от 10 октября 2003 года, суд, при разрешении вопроса об обоснованности заявленных исковых требований, полагает возможным сослаться на приведенное Постановление Европейского Суда по правам человека, юрисдикция которого является обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений договорных актов.

При таком положении, учитывая установленный судом факт регистрации ответчиком прав на спорный земельный участок, при отсутствии каких-либо установленных в отношении участка обременений и (или) ограничений, суд, основываясь на изложенной правовой позиции Европейского Суда по правам человека, приходит к выводу о необоснованности исковых требований об изъятии его у ответчика, в связи с чем, в иске надлежит отказать в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.12, 56,194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Иск Муниципального казенного учреждения Комитет земельных и имущественных отношений Исполнительного комитета муниципального образования города Казани к ФИО1 о признании отсутствующим зарегистрированного права и истребовании земельного участка оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано сторонами в Верховный Суд Республики Татарстан через Приволжский районный суд г.Казани в течение одного месяца после изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 15 июля 2021 года.

Судья подпись И.А. Кулиев

Копия верна

Судья И.А. Кулиев