Решение № 2А-157/2020 2А-157/2020~М-158/2020 М-158/2020 от 3 сентября 2020 г. по делу № 2А-157/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

3 сентября 2020 года г. Грозный

Грозненский гарнизонный военный суд в составе председательствующего – заместителя председателя суда Петрова Д.Г., при секретаре судебного заседания Павловой Ю.К., с участием представителя административного ответчика – командира войсковой части № – ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда административное дело № 2а-157/2020 по заявлению военнослужащего войсковой части № <данные изъяты> ФИО2, об оспаривании выводов служебного разбирательства, проведенного командованием названной воинской части,

установил:

ФИО2, обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором просил:

- признать незаконными выводы служебного разбирательства от 6 июля 2020 года, проведенного командованием войсковой части № об обстоятельствах получения травмы;

- признать травму от 20 декабря 2018 года полученной им при исполнении обязанностей военной службы;

- признать полученную им 20 декабря 2018 года травму «Военной травмой».

В обоснование заявленных требований ФИО2 указал, что командованием по факту получения им травмы 20 декабря 2018 года не проведено объективное разбирательство, обстоятельства и причины получения травмы остались невыясненными, а также командование необоснованно указало в оспариваемых выводах служебного разбирательства о том, что травму он получил по причине личной недисциплинированности и низких морально-деловых качеств, что нарушает его права на получение предусмотренных законом социальных гарантий в связи с получением им тяжелого увечья.

В судебном заседании представитель административного ответчика Браго требования административного истца не признал и просил отказать в их удовлетворении, пояснив при этом, что сам военнослужащий не смог пояснить в ходе разбирательства об обстоятельствах получения травмы и в настоящее время командованием готовятся документы для направления ФИО2, в госпиталь для прохождения военно-врачебной комиссии и установления причинной связи между увечьем и прохождением военной службы.

Административный истец ФИО2 и его представитель ФИО3, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного заседания, в суд не прибыли, о причинах неявки не сообщили.

Выслушав объяснение представителя административного ответчика, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 проходит военную службу по контракту в войсковой части №, дислоцированной в <адрес>. В декабре 2018 года ФИО2 получил травму, после чего проходил лечение в различных медицинских учреждениях и по заключению военно-врачебной комиссии признавался временно не годным к военной службе с предоставлением отпуска по болезни. Кроме того, в связи с полученной травмой командованием в связи с наступлением страхового случае оформлялись и представлялись в страховую организацию документы для решения вопроса о выплате страховой суммы, которая ФИО2, в дальнейшем получена. Однако служебное разбирательство в связи с полученной ФИО2, травмой хоть и проведено командованием, но обстоятельства и причины ее получения фактически не установлены. Вместо этого воинские должностные лица в выводах ограничились указанием на то, что травма получена ФИО2 в результате личной недисциплинированности.

Указанные обстоятельства подтверждаются исследованными в судебном заседании копиями материалов служебного разбирательства от 6 июля 2020 года, выписки из истории болезни, выписного эпикриза, заключения военно-врачебной комиссии, документов на страховую выплату.

Согласно ст. 3, 16 Федерального закона «О статусе военнослужащих» реализация мер правовой и социальной защиты военнослужащих, а также забота о сохранении и об укреплении их здоровья, является обязанностью командиров.

В ст. 81 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации закреплено, что командир в целях обеспечения безопасности военной службы обязан в своей служебной деятельности отдавать приоритет сохранению жизни и здоровья подчиненных военнослужащих.

При этом ст. 319 названного Устава обязывает командира организовывать расследование каждого факта причинения вреда здоровью военнослужащих либо факта, повлекшего иные тяжкие последствия в результате нарушения требований безопасности военной службы, а в случае происшествий и правонарушений, связанных с гибелью военнослужащих, их массовым заболеванием, получением военнослужащими увечий (ранений, травм, контузий) с трудопотерями или причинением вреда здоровью (гибелью) по вине военнослужащих, лично участвовать в расследовании, привлекать виновных к ответственности и принимать меры по устранению нарушений требований безопасности военной службы.

Таким образом, обязанность по созданию безопасных условий военной службы, забота о здоровье подчиненного личного состава, а также проведение разбирательства по каждому случаю травматизма с установлением всех причин и условий всецело лежит на командовании.

Из материалов разбирательства от 6 июля 2020 года, проведенного командованием войсковой части №, усматривается, что обстоятельства получения травмы ФИО2, причины и условия, при которых она получена, фактически остались невыясненными. Должностными лицами, проводившими разбирательство, указано лишь на факт получения травмы военнослужащим, место и время ее получения – 20 декабря 2018 года около 10 часов недалеко от воинской части, а также последующее его лечение в различных медицинских учреждениях.

В то же время в документах, представленных командованием в страховую организацию, указано о получении травмы ФИО2 в г. Урус-Мартан вследствие падения в русло канала.

При этом остались невыясненными целый ряд важнейших фактов, в частности, каким образом ФИО2 оказался в служебное время в ином населенном пункте, расположенном на удалении 40 км от пункта постоянной дислокации воинской части, что имеет существенное значение не только для установления самих обстоятельств получения травмы, но и формулирования выводов о том, при исполнении ли обязанностей военной службы получена данная травма, на что справедливо обращено внимание административным истцом.

Имеющиеся в выводах служебного разбирательства противоречия не устранены, объяснения очевидцев и медицинских работников не получались, копия истории болезни и иная документация не истребованы, а сформулированный вывод о получении травмы в результате личной недисциплинированности и низких морально-деловых качеств ФИО2, не основан на материалах разбирательства и является голословным.

При таких обстоятельствах суд признает выводы служебного разбирательства от 6 июля 2020 года, проведенного командованием войсковой части №, незаконными и необоснованными, а заявленные требования в данной части обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Эти выводы суда соответствуют и Порядку выдачи справки о травме в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденному приказом Министра обороны Российской Федерации от 20 октября 2014 г. № 765, согласно которому в справке о травме указываются обстоятельства получения увечья, установленные по результатам расследования факта получения военнослужащим увечья. Справка о травме выдается командиром воинской части, в которой гражданин проходил военную службу в момент получения увечья в случае его получения для последующего представления в военно-врачебную комиссию и вынесения заключения о причинной связи увечья, заболевания у военнослужащих с прохождением ими военной службы.

Эти требования командованием не выполнены, поскольку по причине не установления всех обстоятельств справка о травме не оформлялась и ФИО2 не выдавалась, что делает невозможным вынесение военно-врачебной комиссией соответствующего заключения и влечет нарушение прав истца.

В целях восстановления нарушенных прав истца суд считает необходимым обязать командира войсковой части № назначить и провести новое служебное разбирательство, в ходе которого всесторонне и полно установить обстоятельства получения травмы ФИО2 20 декабря 2018 года с оформлением необходимых документов и формулированием соответствующих выводов.

Что касается требований о признании получения травмы при исполнении служебных обязанностей и признании данной травмы военной травмой, то суд расценивает их преждевременными и не подлежащими удовлетворению, поскольку вывод о получении травмы при исполнении обязанностей военной службы возможно сделать только по итогам проведенного всестороннего и полного служебного разбирательства с установлением обстоятельств получения травмы, что относится в данном случае к компетенции командования войсковой части №, а заключение о «военной травме» является сугубо медицинским термином и относится в соответствии с Положением о военно-врачебной экспертизе к компетенции соответствующей военно-врачебной комиссии.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 175-180, 227 КАС РФ, военный суд

решил:

Административное исковое заявление рядового ФИО2, удовлетворить частично.

Признать незаконными выводы служебного разбирательства от 6 июля 2020 года, проведенного командованием войсковой части № по факту получения ФИО2 травмы, обязав командование их отменить.

Обязать командира войсковой части № назначить и провести новое служебное разбирательство, в ходе которого всесторонне и полно установить обстоятельства получения травмы ФИО2 20 декабря 2018 года с формулированием соответствующих выводов и оформлением необходимых документов.

Обязать командира войсковой части № исполнить решение суда в течение месяца со дня вступления его в законную силу, о чем в тот же срок сообщить ФИО2 и в суд.

В удовлетворении требований о признании получения травмы при исполнении служебных обязанностей и признании данной травмы военной травмой – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Южного окружного военного суда через Грозненский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий по делу Д.Г. Петров