Решение № 2-2073/2017 2-2073/2017 ~ М-1992/2017 М-1992/2017 от 26 декабря 2017 г. по делу № 2-2073/2017

Дело №2-2073-2017


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

27 декабря 2017 года

г. Белгород

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Шевченко Л.Н.

при секретаре Михайловой А.А.,

с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

в отсутствие истца ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору о возмездном оказании услуг и неустойки,

установил:

10 января 2015 года подписан договор №1 возмездного оказания услуг, по условиям которого ФИО4 обязался по заданию заказчика ИП ФИО2 оказать услуги по заказу и доставке гофротары и печатной продукции, согласно перечню за плату в размере 50000 рублей в месяц. Также были подписаны акты об оказании услуг на общую сумму 600000 рублей.

Согласно условиям договора (п.3.2) оплата выполненных услуг оплачивается заказчиком в течение 5 дней с момента подписания акта оказания услуг.

В случае нарушения срока оплаты услуг заказчик обязан оплатить неустойку за каждый день просрочки в размере 2% от неоплаченной в срок суммы.

Дело инициировано иском ФИО4 Он просил взыскать с ответчика денежные средства в сумме 600000 рублей в качестве задолженности по договору о возмездном оказании услуг, неустойку в размере 600000 рублей за 400 дней просрочки оплаты.

В обоснование исковых требований ФИО4 указал на то, что услуги, предусмотренные договором, выполнены, акты приема услуг подписаны, но оплата не произведена. В досудебном порядке ответчик отказался произвести оплату выполненных услуг.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования.

Ответчик и его представитель иск не признали, пояснили, что ИП ФИО2 договор возмездного оказания услуг с ФИО4 не заключал, договор и акты не подписывал. Указали на подложность доказательств, представленных истцом, договора и актов.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца.

Исследовав обстоятельства по представленным доказательствам, оценив их в совокупности, суд признает исковые требования ФИО4 необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Согласно заключению почерковедческой экспертизы, представленные истцом, в качестве обоснования исковых требований, договор о возмездном оказании услуг и акты выполненных услуг, подписаны не ФИО2

Однако, ответчик не оспаривал, что договор и акты заверены его печатью.

В судебном заседании ответчик пояснил, что печать находилась у его работников, которые выписывали и выдавали накладные на товар, и могла быть доступна для ФИО4, поскольку он работал в том же помещении. Поручение подписывать от его имени договор и акты он своим сотрудникам не давал. Кроме того, он прекратил свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя в 2014 году, а возобновил лишь в 20-16 году, поэтому заключать договор в 2015 году как индивидуальный предприниматель не мог.

Данное обстоятельство подтверждается выписками из ЕГРИП.

В судебном заседании свидетели "ТВН" и "КСН" пояснили, что ФИО4 имел доступ к печати ИП ФИО2, так как он работал у ИП "ТВН", а офисы и склады ИП ФИО2, ИП "КСН", ИП "ТВН" находились в одном помещении. Кроме того, заказывать гофротару в указанных истцом количествах ежемесячно, не было н6еобходимости. Свидетель "ТВН" пояснил, что иногда ФИО4 заказывал для него за его же средства гофротару в небольших количествах. В октябре 2016 года ФИО4 уволен. У него в столе нашли чистые листы бумаги с печатью ИП ФИО2

Свидетель "ТМО" пояснил, что он работал водителем у ИП ФИО2 в 2015 году без оформления трудового договора либо трудового соглашения. Заработная плата составляла около (информация скрыта). ФИО4 работал у ИП ФИО2 логистом, заработная плата его составляла (информация скрыта) рублей. Он вместе с ФИО4 доставлял гофротару из цеха, находящегося в г. Белгороде в районе остановки общественного транспорта «Подстанция» на склад на ул. Везельская.

Свидетель "САН" в судебном заседании пояснил, что в 2016 году несколько раз перевозил вместе с ФИО4 гофротару для ИП ФИО5 Оплату его услуг производил ФИО4

Суд не принимает в качестве достоверных доказательств пояснения свидетеля "САН", так как они не относятся к спорному периоду, а также пояснения свидетеля "ТМО", поскольку они противоречат установленным судом обстоятельствам, в частности, тому, что ФИО4 работал логистом у ИП ФИО2

Таким образом, кроме актов об оказании услуг, иных доказательств, свидетельствующих о выполнении истцом работ по указанному договору не представлено.

Между тем, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, при оспаривании ответчиком факта заключения и подписания договора и актов, истцу следовало бы представить иные доказательства, подтверждающие наличие договорных отношений с ответчиком и выполнение обязательств по договору.

С учетом изложенного суд находит убедительными доводы ответчика о подложности доказательств (договора №1 возмездного оказания услуг и актов выполнения услуг).

В соответствии с п.1 ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Поскольку истцом не доказано заключение сторонами договора об оказании возмездных услуг, выполнение им услуг в соответствии с данным договором, оснований для удовлетворения иска не имеется.

На основании ст. 98 ГПК РФ с истца в пользу ответчика подлежат взысканию расходы на оплату услуг эксперта в размере 45000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Отказать ФИО4 в удовлетворении исковых требований к ФИО2 о взыскании задолженности по договору о возмездном оказании услуг и неустойки

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 судебные расходы в сумме 45000 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области.

Судья Л.Н. Шевченко

Решение принято в окончательной форме 12 февраля 2018 года.