Апелляционное постановление № 22-2012/2026 22К-2012/2026 от 29 апреля 2026 г.

Судья Мильчакова Г.И. Дело № 22 – 2012/2026


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Владивосток 30 апреля 2026 года

Приморский краевой суд в составе:

председательствующего Жуковой И.П.,

при помощнике судьи Везовской В.Д.,

при участии прокурора апелляционного отдела

прокуратуры Приморского края Ераксиной Е.Р.

адвоката Майкова Г.А.,

подозреваемого Л.В.И. (посредством видеоконференцсвязи)

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Никитенко Д.А. в защиту подозреваемого Л.В.И.,

на постановление Уссурийского районного суда Приморского края от 15 апреля 2026 года,

которым в отношении подозреваемого Л.В.И., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <...>, гражданина РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 29 суток, то есть до 11 мая 2026 года.

Заслушав доклад председательствующего судьи Жуковой И.П., мнение подозреваемого Л.В.И. и его защитника - адвоката ЦКА АП ПК Майкова Г.А., настаивающих на удовлетворении требований, изложенных в апелляционной жалобе, мнение прокурора Ераксиной Е.Р., полагавшей, что постановление суда первой инстанции подлежит отмене в связи с отсутствием предусмотренных ч.1 ст.108 УПК РФ оснований для избрания меры пресечения, полагавшей, что подозреваемому надлежит избрать меру пресечении я в виде домашнего ареста для обеспечения беспрепятственного производства по делу, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

11.04.2026 ОД ОМВД России по гор. Уссурийску возбуждено уголовное дело № 12601050010000689 по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.161 УК РФ.

13.04.2026 по подозрению в совершении указанного преступления в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ задержан Л.В.И.., допрошен в качестве подозреваемого по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.161 УК РФ, при допросе в качестве подозреваемого пояснил, что не имел умысла на хищение нагрудной видеокамеры у бывшей супруги, сорвал ее исключительно из злости и обиды на нее, после чего выкинул в лужу.

Дознаватель обратился в суд с ходатайством об избрании в отношении Л.В.И. меры пресечения в виде заключения под стражу, в целях недопущения возможности с его стороны скрыться от дознания и суда, угрожать потерпевшей и участникам уголовного судопроизводства, продолжить заниматься преступной деятельностью либо иным путем воспрепятствовать установлению истины по уголовному делу.

Постановлением Уссурийского районного суда Приморского края от 15 апреля 2026 года ходатайство дознавателя удовлетворено, в отношении подозреваемого Л.В.И. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 29 суток, то есть до 11 мая 2026 года.

В апелляционной жалобе адвокат Никитенко Д.А. в интересах обвиняемого Л.В.И., не согласившись с постановлением суда, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене.

В обоснование доводов указывает, что конкретных, фактических доказательств наличия предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований, а именно, данных о том, что Л.В.И. будучи под иной мерой пресечения, может продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать потерпевшей, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства по уголовному делу, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, суду дознавателем предоставлено не было.

Намерений скрыться от следствия и воспрепятствовать его ходу Л.В.И. не имеет.

Также указывает, что судом не были исследованы основания правомерности избрания такой меры пресечения, как заключение под стражу, суд, удовлетворяя ходатайство дознавателя, в постановлении лишь формально перечислил указанные в ст.97 УПК РФ основания для избрания самой строгой меры пресечения.

Вместе с тем, никаких законных оснований для избрания в отношении Л.В.И.. меры пресечения в виде содержания под стражей не имеется, Л.В.И. имеет место жительства на территории гор. Уссурийска, у него на иждивении находится несовершеннолетний сын, в ходе допроса Л.В.И. уже дал показания по обстоятельствам инкриминируемого ему деяния, на учете в наркологическом и психоневрологическом диспансере не состоит.

По доводам жалобы просит постановление отменить, изменить Л.В.И. меру пресечения на более мягкую, не связанную с лишением свободы.

В возражениях потерпевшая С.И.В. просит оставить постановление суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, поскольку опасается Л.В.И.., который ее преследует и угрожает.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст. 389.15, 389.17 УПК РФ основанием для отмены судебного решения в апелляционном порядке являются, в том числе, существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного судебного решения.

Согласно ч.4 ст.7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Таким признается судебный акт, соответствующий требованиям уголовного и уголовно-процессуального законов, содержащий основанные на материалах дела выводы судьи по обстоятельствам, относящимся к предмету разрешаемых вопросов.

Обжалованное постановление суда этим требованиям закона не отвечает.

Принимая решение об удовлетворении ходатайства дознавателя об избрании в отношении подозреваемого Л.В.И. меры пресечения в виде заключения под стражу, суд первой инстанции указал, что Л.В.И.Л.В.И.. обвиняется в совершении преступления, относящегося к категории средней тяжести, ранее судим, характеризуется, как склонный к совершению преступлений, не сделал для себя надлежащих выводов и продолжает совершать преступления в отношении С.И.В.., чем представляет опасность для потерпевшей, кроме того, учел, что Л.В.И. не имеет постоянного легального источника дохода.

Вместе с тем, судом не учтено, что исходя из положений статьи 97 УПК РФ следует, что наличие достаточных данных полагать, что подозреваемый или обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, либо может продолжить заниматься преступной деятельностью, либо может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства или иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, еще не свидетельствует о необходимости применения к лицу самой строгой меры пресечения в виде заключения под стражу.

Кроме того, судом первой инстанции оставлено без внимания, что в соответствии с ч.1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено ч.ч. 1.1, 1.2 и 2 ст.108 УПК РФ, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. В исключительных случаях эта мера пресечения может быть избрана в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести без применения насилия либо угрозы его применения при наличии одного из следующих обстоятельств: подозреваемый или обвиняемый не имеет места жительства или места пребывания на адрес; его личность не установлена; им нарушена ранее избранная мера пресечения; он скрылся от органов предварительного расследования или от суда.

Как следует из представленных материалов, уголовное дело № 12601050010000689 возбуждено 11.04.2026 при наличии данных, указывающих на признаки преступления, предусмотренного ч.1 ст.161 УК РФ по факту открытого, БЕЗ ПРИМЕНЕНИЯ НАСИЛИЯ, хищения 08.04.2026 неустановленным лицом нагрудного видеорегистратора, принадлежащего гр-ке С.И.В.., по подозрению в совершении которого 13 апреля 2026 в порядке ст.ст.91-92 УПК РФ задержан Л.В.И.

Вместе с тем, личность Л.В.И. установлена (л.д.29), Л.В.И.. предъявлено уведомление о подозрении в совершении преступления средней тяжести без применения насилия, предусмотренного ч.1 ст.161 УК РФ (л.д. 23, 24-25), и он допрошен в качестве подозреваемого (л.д.26-28), кроме того Л.В.И. имеет регистрацию по адресу: <адрес> (л.д.30), который является его местом жительства, сведений об избрания Л.В.И.. по настоящему уголовному делу ранее иной меры пресечения, и ее нарушении не имеется, как не представлены суду и фактические данные, что Л.В.И. предпринимал меры сокрыться от органов дознания либо скрылся.

Само по себе отсутствие у подозреваемого постоянного (легального) источника дохода, о чем указано дознавателем в ходатайстве и судом в постановлении, не является достаточным основанием полагать о наличии риска, что Л.В.И. скроется от дознания и суда, при этом в своем ходатайстве дознаватель всего лишь изложил обстоятельства, являющиеся общими для применения любой из перечисленных в ст. 98 УПК РФ мер пресечения.

Также суд апелляционной инстанции отмечает, что при разрешении ходатайства об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу суд не должен вторгаться в вопрос квалификации инкриминируемого обвиняемому (подозреваемому) преступления, делать официальные выводы об отсутствии события преступления, состава преступления или непричастности обвиняемого (подозреваемого) к инкриминируемому ему преступлению. В то же время, обоснованность обвинения (подозрения) в рамках вменяемой обвиняемому (подозреваемому) уголовно-правовой квалификации преступления является обязательной наряду с основаниями, предусмотренными ст.97 УПК РФ для избрания меры пресечения и обстоятельствами, предусмотренными ст.99 УПК РФ, учитываемыми при избрании меры пресечения (ст. ст. 97, 99 УПК РФ).

При этом ч. 3 ст. 108 УПК РФ требует от должностного лица органа дознании и предварительного расследования изложить в постановлении о возбуждении перед судом соответствующего ходатайства мотивы и основания, в силу которых возникла необходимость в заключении подозреваемого под стражу и невозможно избрание иной меры пресечения, а также приложить к постановлению материалы, подтверждающие обоснованность ходатайства. Это означает, как отметил Конституционный Суд РФ в Постановлении от 22.03.2018 года № 12-П, что на такое должностное лицо возлагается обязанность представить достаточные, убедительные prima facie (на первый взгляд) доказательства в обоснование допустимости избрания заключения под стражу, подтверждающие наличие события преступления, его квалификацию, причастность подозреваемого к его совершению, а равно сведения о личности подозреваемого, справки о судимости и другие имеющие значение для решения вопроса о мере пресечения сведения, которые, включая обоснованность подозрения, проверяются судом без обсуждения вопроса о виновности.

На суде, выносящем в порядке ч. 3 ст. 108 УПК РФ постановление об избрании в отношении подозреваемого в качестве меры пресечения заключения под стражу, лежит обязанность оценки достаточности имеющихся в деле материалов, подтверждающих законность и обоснованность указанной меры пресечения, наличие оснований для избрания в отношении подозреваемого именно этой меры пресечения, а также обоснованность подозрения о совершении данным лицом преступления, в связи с которым оно заключается под стражу в качестве подозреваемого (Определения Конституционного Суда РФ от 12.07.2005 № 300-О, от 19.06.2007 № 592-О-О, п. 2 постановления Пленума ВС РФ № 41 от 19.12.2013).

Тогда как, в нарушение указанных требований уголовно-процессуального закона, суд первой инстанции, дав в постановлении оценку обоснованности выдвинутого против ФИО1 подозрения и возможной причастности последнего к совершению инкриминируемого преступления со ссылкой на представленные дознавателем в обоснование ходатайства материалы дела, удовлетворяя ходатайство дознавателя об избрании в отношении подозреваемого самой строгой меры пресечения – заключение под стражу, не привел в постановлении суждений, с учетом формулировки предъявленного Л.В.И.. подозрения, в достаточности данных об имевшем место событии преступления.

Кроме того, в нарушение требований закона, суд в постановлении не указал, какие именно материально-правовые основания и условия послужили доказательствами обстоятельств, свидетельствующих о необходимости избрания в отношении Л.В.И. меру пресечения в виде заключения под стражу, при этом выводы же суда о том, что Л.В.И. находясь на свободе, может скрыться от дознания и суда, уничтожить или сокрыть доказательства, заниматься противоправной деятельностью, оказать давление на участников уголовного судопроизводства, чем воспрепятствовать производству по уголовному делу, не основаны на конкретных обстоятельствах и не подтверждаются доказательствами, свидетельствующими о наличии таких обстоятельств.

Таким образом, в нарушение требований ч.4 ст.7 УПК РФ и п.5 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41, суд не указал в постановлении фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения подозреваемым действий, указанных в статье 97 УПК РФ.

В данной связи, доводы потерпевшей С.И.В.., ранее, до 18.04.2025 состоящей в зарегистрированном браке с подозреваемым Л.В.И. о том, что последний вину не осознал, не раскаялся, имея непогашенную судимость, продолжает преследовать ее при наличии запрета суда, изложенные потерпевшей в обоснование позиции о законности и целесообразности избрания в отношении Л.В.И. меры пресечения в виде заключения под стражу, созвучные с выводами суда в обжалуемом постановлении, не могут быть приняты судом апелляционной инстанции, как основание полагать, что подозреваемый Л.В.И. может оказать давление на потерпевшую по настоящему уголовному делу, поскольку относятся к оценке потерпевшей отношения бывшего супруга к постановленному в отношении него приговора мирового судьи судебного участка № 63 судебного района г.Уссурийска и Уссурийского района от 13.11.2025, которым Л.В.И. признанному виновным в совершении ряда преступлений, совершенных в отношении Л.И.В. (Л.И.В..), назначено наказание в виде ограничения свободы, кроме того, нельзя не отметить и тот факт, что согласно пояснениям дознавателя, данным суду, следует, что из уголовно-исполнительной инспекции получен ответ, что нарушений ограничений, установленных судом Л.В.И.. в отношении потерпевшей, со стороны подозреваемого не установлено.

Учитывая, что по общему правилу, в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести без применения насилия или угрозы его применения суд в силу п. 1 ч. 1 ст.108 УПК РФ вправе избрать меру пресечения в виде заключения под стражу только в исключительных случаях, при условии, что наряду с основаниями, предусмотренными ст. 97 УПК РФ, имеется одно из следующих обстоятельств, указанных в подп. «а» - «г» п.1 ч.1 ст.108 УПК РФ, то есть когда подозреваемый не имеет места жительства или места пребывания на территории Российской Федерации; его личность не установлена; им нарушена ранее избранная мера пресечения; он скрылся от органов предварительного расследования или от суда, тогда как таковых по обстоятельствам дела не установлено и не имеется, тот факт, что, будучи осужденным приговором мирового судьи от 13.11.2025 Л.В.И. вновь подозревается в совершении преступления, не может быть при отсутствии обстоятельств, указанных в подп. «а» - «г» п.1 ч.1 ст.108 УПК РФ, оценен как возможность со стороны последнего к продолжению заниматься преступной деятельностью.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали предусмотренные уголовно-процессуальным законом основания для удовлетворения заявленного дознавателем ОД ОМВД России по г.Уссурийску ФИО2 ходатайства об избрании в отношении подозреваемого Л.В.И.. меры пресечения в виде заключения под стражу.

Допущенные судом первой инстанции нарушения являются в соответствии с п. 2 ст. 389.15 УПК РФ основанием к отмене состоявшегося судебного решения.

Вместе с тем, отменяя постановление суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции полагает возможным в соответствии со ст. 389.23 УПК РФ устранить эти нарушения в апелляционном порядке и вынести новое судебное решение, которым отказать по заявленному дознавателем ОД ОМВД России по г.Уссурийску ФИО2 ходатайству об избрании в отношении подозреваемого Л.В.И. меры пресечения в виде заключения под стражу.

Принимая данное решение, суд апелляционной инстанции исходит из невозможности избрания в отношении подозреваемого Л.В.И. иной, более мягкой меры пресечения, в том числе, в виде домашнего ареста либо запрета определенных действий, поскольку порядок принятия решения об избрании указанных мер пресечения аналогичен установленному ст.ст. 108 и 109 УПК РФ порядку избрания в качестве меры пресечения заключения под стражу, вместе с тем, судом апелляционной инстанции установлено, что таковых оснований, с учетом требований ч.1 ст. 108 УПК РФ не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.23, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Постановление Уссурийского районного суда Приморского края от 15 апреля 2026 года, которым подозреваемому Л.В.И. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, - отменить.

В удовлетворении ходатайства дознавателя ОД ОМВД России по г.Уссурийску ФИО2 об избрании подозреваемому Л.В.И. меры пресечения в виде заключения под стражу - отказать.

Л.В.И., <адрес> года рождения, <...>, содержащегося под стражей в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Приморскому краю, - из-под стражи освободить немедленно.

Апелляционную жалобу адвоката Никитенко Д.А. в защиту подозреваемого Л.В.И.., - удовлетворить.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вступления в силу. В случае, если по делу поступят кассационные жалобы или представление, затрагивающее интересы подозреваемого, последний вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья И.П.Жукова