Решение № 2-21/2017 2-21/2017(2-806/2016;)~М-752/2016 2-806/2016 М-752/2016 от 3 апреля 2017 г. по делу № 2-21/2017

Дело № 2-21/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Щучанский районный суд Курганской области в составе

председательствующего судьи Лушниковой Н.В.

при секретаре Худяковой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 4 апреля 2017 года в г. Щучье Курганской области гражданское дело по иску ФИО3 к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Щучанском районе Курганской области об установлении факта работы, включении периодов работы в специальный страховой стаж, назначении досрочной страховой пенсии,

установил:

ФИО3 обратился в Щучанский районный суд Курганской области с исковым заявлением к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Щучанском районе Курганской области (далее также – ГУ- УПРФ в Щучанском районе Курганской области) об установлении факта работы, включении периодов работы в специальный страховой стаж, назначении досрочной страховой пенсии, в обоснование иска указав, что он работал на Щучанском заводе противопожарного машиностроения с 02.01.1992 года по 08.06.2001 года в качестве машиниста (кочегара) котельной, с 10.10.2002 года по 01.05.2003 года - в должности оператора котельной в детском саду №5 «Радуга» г. Щучье, с 15.09.2003 года по 30.04.2004 года, с 10.10.2005 года по 12.05.2006 года - в качестве кочегара в детском саду №5 «Радуга» г. Щучье, с 19.11.2007 года по 19.03.2008 года - в качестве машиниста котельной ФГУ «Щучанский лесхоз». В трудовой книжке его должность в данные периоды указана как «кочегар» без полного наименования «машинист (кочегар) котельной (на угле и сланце), в том числе занятый на удалении золы». Решением ГУ- УПРФ в Щучанском районе Курганской области № от 15.07.2016 года ему в назначении досрочной пенсии отказано. С учетом измененных исковых требований просит установить факт его работы машинистом (кочегаром) котельных на угле и сланце, занятым на удалении золы, на Щучанском заводе противопожарного машиностроения с 02.01.1992 года по 08.06.2001 года; обязать ответчика включить указанный период в стаж работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии; обязать ответчика назначить ему досрочную страховую пенсию с момента обращения.

В судебном заседании истец ФИО3 на исковых требованиях настаивал, дал пояснения аналогичные изложенному в исковом заявлении, дополнил, что работал на Щучанском заводе противопожарного машиностроения с 02.01.1992 года по 08.06.2001 года машинистом-кочегаром, занимался удалением золы. Работал он постоянно, полный рабочий день. Котельная функционировала круглый год, обеспечивая производство паром, отапливая производственные помещения и жилые дома. Просил исковые требования удовлетворить.

Представитель ответчика ГУ - УПФ РФ в Щучанском районе Курганской области ФИО4, действующий по доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что период работы истца с 02.01.1992 года по 08.06.2001 года не может быть засчитан в специальный стаж, т.к. право на пенсию в соответствии со Списком 2, утвержденным Постановлением Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 года №10, приобретают машинисты (кочегары) котельной (на угле и сланце), в том числе занятые на удалении золы. Согласно трудовой книжке от 28.07.1977 года и архивной справке № от 24.03.2016 года должность ФИО3 указана как «кочегар», особый характер архивная справка не подтверждает. Поскольку в трудовой книжке истца указана должность, работа в которой не дает право на досрочное назначение страховой пении по старости, просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные суду доказательства в совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Конституция Российской Федерации в соответствии с целями социального государства, закрепленными в ч. 1 ст. 7, гарантирует каждому социальное обеспечение по возрасту. В целях обеспечения конституционного права каждого на получение пенсии законодатель вправе, как это вытекает из ч. 2 ст. 39 Конституции Российской Федерации, определять механизм его реализации, включая закрепление в законе правовых оснований назначения пенсий, установление их размеров и порядка исчисления, особенностей приобретения права на пенсию отдельными категориями граждан.

Согласно ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 года №400 "О страховых пенсиях" страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного ст. 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 мужчинам по достижении возраста 55 лет и женщинам по достижении возраста 50 лет, если они проработали на работах с тяжелыми условиями труда соответственно не менее 12 лет 6 месяцев и 10 лет и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 лет и 20 лет.

В случаях, если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, страховая пенсия им назначается с уменьшением возраста, предусмотренного ст. 8 настоящего Федерального закона, на один год за каждые 2 года и 6 месяцев такой работы мужчинам и за каждые 2 года такой работы женщинам.

В силу ч. 2 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 года №400 "О страховых пенсиях" Списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей и специальностей и учреждений, с учетом которых назначается указанная страховая пенсия, правила исчисления периодов работы и назначения трудовых пенсий при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства РФ от 16 июля 2014 года №665 "О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение" установлено, что при досрочном назначении страховой пенсии по старости в соответствии со ст. 30 Федерального закона "О страховых пенсиях" применяется Список №2 производств, работ, профессий, должностей и показателей с вредными и тяжелыми условиями труда, утвержденный Постановлением Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 года №10.

Согласно названному Списку №2 правом на льготное обеспечение в связи с тяжелыми условиями труда пользуются поименованные в разделе XXXIII «Общие профессии», позиция 23200000-13786, машинисты (кочегары) котельной (на угле и сланце), в том числе занятые на удалении золы.

Таким образом, условием досрочного назначения пенсии кочегарам является работа в производственных котельных либо в котельных, использующих уголь и сланец, следовательно, при рассмотрении заявленных ФИО3 требований о включении в специальный стаж вышеуказанного периода работы машинистом (кочегаром) в котельной юридически значимыми обстоятельствами являются установление рода деятельности истца, характер и специфика работы, особые условия труда.

Исчисление периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии со ст. 30 Федерального закона "О страховых пенсиях", осуществляется с применением Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 11.07.2002 года №516 «Об утверждении Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации".

Согласно п. п. 4, 5 названных Правил в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации. Периоды работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, которая выполнялась постоянно в течение полного рабочего дня, засчитываются в стаж в календарном порядке, если иное не предусмотрено настоящими Правилами и иными нормативными правовыми актами. При этом в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что 5 июля 2016 года ФИО3 обратился в ГУ - УПФ РФ в Щучанском районе с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

Решением ГУ - УПФ РФ в Щучанском районе № от 18 июля 2016 года ФИО3 отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с отсутствием необходимой продолжительности специального стажа (требуется 7,5 лет специального стажа, а в наличии – 0 лет 0 месяцев 0 дней).

Согласно протоколу заседания Комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан от 15 июля 2016 года № при оценке пенсионных прав в специальный стаж ФИО3 не был включен период работы в должности кочегара котельной на Щучанском заводе противопожарного машиностроения с 02.01.1992 года по 12.07.2000 года, с 01.12.2000 года по 08.06.2001 года, т.к. право на пенсию в соответствии по Списком 2, утвержденным Постановлением Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 года №10, приобретают машинисты (кочегары) котельной (на угле и сланце), в том числе занятые на удалении золы. Согласно трудовой книжке от 28.07.1977 года и архивной справки № от 24.03.2016 года должность ФИО3 указана «кочегар», особый характер работы архивная справка не подтверждает.Согласно записям в трудовой книжке, касающимся оспариваемого периода, ФИО3 26.12.1979 года был принят на работу на Щучанский завод противопожарного машиностроения, с 02.01.1992 года переведен в паросиловой участок кочегаром 2 разряда, 01.11.1992 года ему присвоен 4 разряд кочегара, 08.06.2001 года уволен по собственному желанию.

В материалы дела представлена копия удостоверения № от 14.08.1992 года о присвоении ФИО3 квалификации машинист (кочегар) котельных (котлы низкого и среднего давления, работающие на твердом, жидком и газообразном топливе) 2 разряда.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Факт работы истца машинистом (кочегаром) котельной на угле и сланце, в том числе занятым на удалении золы, на Щучанском заводе противопожарного машиностроения полный рабочий день подтверждается показаниями свидетелей.

Так, свидетель ФИО1 в судебном заседании 09.09.2016 года пояснил, что работал с ФИО3 в котельной на заводе ППМ с 1982 года по 2000 год. Котельная работала на угле, золу удаляли вручную. Котельная работала круглый год, отапливали производственные помещения и жилые дома, после окончания отопительного сезона давали пар по цехам. В связи с производственной необходимостью на заводе вводились четырехдневная рабочая неделя и сокращенная рабочая смена, но кочегаров это не касалось. Рабочие смены кочегаров были сначала по 8 часов, затем по 12 часов. Он как кочегар получает льготную пенсию, назначенную по решению суда.

Свидетель ФИО2 20.10.2016 года суду пояснил, что работал с ФИО3 в котельной на заводе ППМ с 1981 года по 1998 год. Котельная работала на твердом топливе - угле круглосуточно, круглогодично, в том числе летом, т.к. обеспечивали производство водой и паром, в зимний период – отапливали производственные помещения и жилые дома. Колесников работал на паровых котлах и водогрейном котле отопления, золу убирали вручную.

У суда нет оснований не доверять показаниям указанных свидетелей, поскольку они не заинтересованы в исходе дела, их пояснения согласуются с письменными доказательствами, не находятся в противоречии между собой.

Из справки ООО «Щучанский завод противопожарного машиностроения» от 11.02.2011 года № следует, что в производственной котельной Щучанского завода противопожарного машиностроения (ЩЗ ППМ) в период с 1.02.1983 года по 02.01.2000 года эксплуатировались котлы следующих видов: ДКВР-4-13 (паровые) для технологических нужд предприятия; ФД-20 (водогрейный) до 1994 года, ВК-5 с 1994 года, предназначенные для теплоснабжения производственных и административных помещений. Перечисленные марки котлов относятся к котлам, работающим на твердом топливе – угле, с ручным золоудалением. Другой вид топлива, кроме угля, на ЩЗ ППМ не использовался.

Из заключения (дополнительного) №-ЭТД от 22.03.2017 г. Главного управления по труду и занятости населения Курганской области следует, что, исходя из наименования профессии истца, указанного в трудовой книжке как кочегар, наличия в ЩЗ ППМ котлов, работающих на твердом топливе, наличия у истца удостоверения о присвоении квалификации «машинист (кочегар) котельной», характер и условия труда ФИО3 в период с 02.01.1992 года по 02.01.2000 года в котельной Щучанского завода противопожарного машиностроения соответствуют профессии (с дополнительными показателями) – машинисты (кочегары) котельной (на угле и сланце), в том числе занятые на удалении золы», предусмотренной разделом XXXIII «Общие профессии» Списка №2 1991 года. Подтвердить или опровергнуть соответствие характера работы и условий труда ФИО3 в период работы с 03.01.2000 года по 08.06.2001 года не представляется возможным.

Опровергающих доказательств в силу статьи 56 ГПК РФ ответчиком представлено не было.

Таким образом, совокупностью представленных в дело доказательств подтверждается работа истца ФИО3 в периоды с 02.01.1992 года по 02.01.2000 года машинистом (кочегаром) котельной на угле и сланце, занятым на удалении золы, на Щучанском заводе противопожарного машиностроения полный рабочий день.

Вместе с тем, из архивной справки Администрации Щучанского района Курганской области от 24.03.2016 года № следует, что в документах архивного фонда Щучанского завода противопожарного машиностроения в приказах по личному составу имеются сведения об отвлечениях ФИО3 в указанный период, а именно: отпуска без сохранения заработной платы 14.06.1994 года, с 21.06.1994 года по 24.06.1994 года, с 27.06.1994 года по 30.06.1994 года, с 16.08.1994 года по 28.08.1994 года, с 29.09.1994 года по 03.10.1994 года, с 01.06.1995 года по 02.06.1995 года, с 09.08.1995 года по 18.08.1995 года, с 22.08.1995 года по 25.08.1995 года, с 07.08.1997 года по 29.08.1997 года, с 11.05.1999 года по 14.05.1999 года. Указанные периоды отпусков без сохранения заработной платы не подлежат включению в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости.

Также установлено, что в период работы на Щучанском заводе противопожарного машиностроения с 11.05.1992 года по 14.08.1992 года истец направлялся работодателем на курсы обучения по специальности машинист (кочегар) котельных (котлы низкого и среднего давления, работающие на твердом, жидком и газообразном топливе), что подтверждается удостоверением №, протоколом заседания Комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан от 15 июля 2016 года №. Данный период не был включен ответчиком в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости.

В соответствии со ст. 187 ТК РФ при направлении работодателем работника на профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование с отрывом от работы за ним сохраняются место работы (должность) и средняя заработная плата по основному месту работы.

Не включение в специальный стаж указанных периодов влечет необоснованное ограничение пенсионных прав работника. Таким образом, период профессионального обучения или дополнительного профессионального образования с отрывом от работы приравниваются к работе, во время исполнения которой работник направлялся на указанное обучение, следовательно, исчисление стажа в данный период времени следует производить в том же порядке, что и за соответствующую профессиональную деятельность. В связи с чем указанный период также подлежит включению в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости.

В соответствии со ст. 22 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, но не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Судом установлено, что подтвержденный документами специальный стаж работы истца, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ "О страховых пенсиях" на дату обращения за назначением пенсии, с учетом снижения возраста, составил более 7 лет 6 месяцев.

Следовательно, назначить ФИО3 досрочную страховую пенсию по старости необходимо с 07.07.2016 года - со дня возникновения права на указанную пенсию.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО3 к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Щучанском районе Курганской области об установлении факта работы, включении периодов работы в специальный страховой стаж, назначении досрочной страховой пенсии удовлетворить частично.

Установить факт работы ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на Щучанском заводе противопожарного машиностроения машинистом (кочегаром) котельных на угле и сланце, в том числе занятым на удалении золы, в период с 02.01.1992 года по 02.01.2000 года.

Обязать государственное учреждение – Управление Пенсионного Фонда Российской Федерации в Щучанском районе Курганской области включить в специальный стаж, дающий ФИО3, Дата рождения, право на назначение досрочной пенсии в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ "О страховых пенсиях", период работы в должности машиниста (кочегара) котельных на угле и сланце, в том числе занятым на удалении золы, на Щучанском заводе противопожарного машиностроения с 02.01.1992 года по 02.01.2000 года (в том числе период с 11.05.1992 года по 14.08.1992 года - обучение на курсах), за исключением периодов нахождения в отпусках без сохранения заработной платы: 14.06.1994 года, с 21.06.1994 года по 24.06.1994 года, с 27.06.1994 года по 30.06.1994 года, с 16.08.1994 года по 28.08.1994 года, с 29.09.1994 года по 03.10.1994 года, с 01.06.1995 года по 02.06.1995 года, с 09.08.1995 года по 18.08.1995 года, с 22.08.1995 года по 25.08.1995 года, с 07.08.1997 года по 29.08.1997 года, с 11.05.1999 года по 14.05.1999 года.

Обязать государственное учреждение – Управление Пенсионного Фонда Российской Федерации в Щучанском районе Курганской области назначить ФИО3, Дата рождения, досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ "О страховых пенсиях" с 7 июля 2016 года.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Щучанский районный суд Курганской области.

Судья Н.В. Лушникова