Решение № 2-195/2020 2-195/2020~М-36/2020 М-36/2020 от 12 января 2020 г. по делу № 2-195/2020

Дело № 2-195/2020

УИД: 61RS0013-01-2020-000063-88


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 февраля 2020 г. г. Гуково Ростовской области

Гуковский городской суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Авдиенко А.Н.,

при секретаре Писаревой М.Н.,

с участием помощника прокурора г. Гуково Михайловой К.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОАО «Донской уголь» о взыскании единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился с указанным иском, ссылаясь на то, что он работал у ответчика с 20.01.2015 ГРОЗ 5 разряда. 30.11.2018 в период работы у ответчика ему установлено профессиональное заболевание – <данные изъяты>, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания от 28.12.2018. Заключением МСЭ 15 января 2019г. ему установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания и третья группа инвалидности. Поскольку на момент установления истцу утраты трудоспособности ответчик не присоединился к Федеральному отраслевому соглашению по угольной промышленности на 2019 - 2021 годы, а также не заключил коллективный договор, истец считает, что локальные нормативные правовые акты, регулирующие порядок возмещения морального вреда, причиненного работнику в результате профессионального заболевания, в ОАО «Донуголь» отсутствовали. В связи с чем, истец полагает, что выплата компенсации морального вреда ему положена на основании общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации и Трудового кодекса Российской Федерации. Определение размера денежной компенсации причиненного морального вреда произведено с использованием нормативного подхода, предлагаемого в качестве основного в правоприменительной практике отечественными юристами. Согласно расчету истца сумма единовременной компенсации составляет 2 620 080 рублей. Указанную сумму единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, а также расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 руб., истец просит суд взыскать с ответчика в его пользу.

Истец ФИО1 и его представитель, действующий на основании доверенности, ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика, действующая на основании доверенности, ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснив, что истцу выплачена компенсация в счет возмещения вреда по приказу № от 24.01.2019 в сумме 13320 рублей, исходя из 2 000 рублей за каждый процент утраты трудоспособности с учетом периода работы в ОАО «Донуголь». Поддержала письменные доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление. Просила суд отказать истцу в иске.

Выслушав стороны, заключение помощника прокурора г. Гуково, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению с учетом критериев разумности и справедливости компенсации морального вреда, изучив материалы дела, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, подтверждается представленными по делу доказательствами и не оспаривается ответчиком, ФИО1 длительное время работал полный рабочий день в подземных условиях, его стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил 14 лет.

В период работы у ответчика ФИО1 установлено профессиональное заболевание – <данные изъяты>, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания № от 28 декабря 2018 г.

В связи с указанным профессиональным заболеванием 15 января 2019 г. бюро МСЭ впервые установило истцу 30 % утраты профессиональной трудоспособности и третью группу инвалидности.

В силу статьи 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации при возникновении спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

Согласно части 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

В соответствии с частью 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ (в соответствующей редакции) «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Частью 1 статьи 21 Федерального закона от 20.06.1996 N 81-ФЗ (в соответствующей редакции) «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» предусмотрено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

В соответствии со статьей 45 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

Региональное соглашение устанавливает общие принципы регулирования социально-трудовых отношений и связанных с ними экономических отношений на уровне субъекта Российской Федерации.

В силу статьи 48 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение действует в отношении всех работодателей, являющихся членами объединения работодателей, заключившего соглашение, а также являющихся членами объединений работодателей, иных некоммерческих организаций, входящих в объединение работодателей, заключившее соглашение.

Соглашение действует в отношении всех работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателями, указанными в частях третьей и четвертой настоящей статьи.

В тех случаях, когда в отношении работников действует одновременно несколько соглашений, применяются условия соглашений, наиболее благоприятные для работников.

Как следует из материалов дела, ОАО «Донуголь» не является участником Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности на 2019 - 2021 годы, поскольку в установленный законом срок направило в Министерство труда и социальной защиты РФ мотивированный отказ от присоединения к указанному Федеральному отраслевому соглашению.

На день установления истцу утраты профессиональной трудоспособности в ОАО «Донуголь» не был заключен коллективный договор, регулирующий порядок и размер компенсации работнику морального вреда в случае возникновения у него профзаболевания и утраты им профтрудоспособности.

Из указанного следует, что локальные нормативные правовые акты, регулирующие порядок возмещения морального вреда, причиненного работнику в результате профессионального заболевания, в ОАО «Донуголь» отсутствовали.

В соответствии со статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно пунктам 22, 30 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 N 967, расследование обстоятельств и причин возникновения профессионального заболевания производится по месту прежней работы с вредным производственным фактором. Акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Пунктом 5.2 Инструкции о порядке применения Положения N 967, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28.05.2001 N 176, предусмотрено, что акт о случае профзаболевания составляется по последнему месту работы пострадавшего в контакте с вредным производственным фактором.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»). При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Актом о случае профессионального заболевания № от 28 декабря 2018 г., утвержденным главным государственным санитарным врачом по г. Шахты, Усть-Донецкому, Октябрьскому (с) районам, у ФИО1 установлено наличие профессионального заболевания, которое находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда, в которых истец работал у ответчика. На протяжении всего периода работы у ответчика, с 20.01.2015 по 16.01.2019 ФИО1 имел длительный профессиональный контакт с вредными факторами труда, такими как тяжесть трудового процесса, обусловленная повышенными физическими нагрузками.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что причинителем вреда здоровью истца в данном случае является работодатель – ОАО «Донуголь», во время работы у которого у истца установлена утрата трудоспособности вследствие профессионального заболевания, не обеспечивший здоровые, безопасные условия труда для работников.

При этом суд не находит оснований для долевого распределения ответственности за причинение истцу морального вреда между всеми работодателями, у которых осуществлял трудовую деятельность ФИО1, исходя из следующего.

Для уменьшения размера единовременной компенсации пропорционально степени вины ответчика, необходимо установление вины иных организаций, в которых ранее осуществлял трудовую деятельность работник.

Вместе с тем, предлагаемая ответчиком формула определения степени вины работодателя в причинении вреда здоровью пропорционально отработанному на данном предприятии периоду, не учитывает интенсивность и тяжесть работы горнорабочего очистного забоя, состояние его здоровья при поступлении на работу к ответчику.

Доказательств того, что степень вины работодателя в причинении вреда здоровью истца при выполнении им трудовых обязанностей должна быть исчислена пропорционально продолжительности его работы на каждом конкретном предприятии, в том числе в ОАО «Донуголь», ответчиком не представлено.

Из материалов дела следует, что ФИО1 перед принятием на работу в ОАО «Донуголь» прошел медицинское освидетельствование, в ходе которого отклонений в состоянии его здоровья не установлено.

Указание в акте на работу истца во вредных условиях труда и в иных организациях не свидетельствует о наличии вины указанных организаций в возникновении профессионального заболевания.

Суд приходит к выводу, что в результате профзаболевания истцу причинены нравственные и физические страдания, вызванные болезненными ощущениями, необходимостью периодического обращения за медицинской помощью, а также переживаниями по поводу состояния своего здоровья, невозможности выбирать высокооплачиваемую работу по своему усмотрению, сложности материального обеспечения семьи, то есть моральный вред, компенсацию которого он вправе требовать в соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Истец уволен из ОАО «Донуголь» 16.01.2019, то есть после установления профессионального заболевания. В настоящее время, находясь в трудоспособном возрасте, не имеет возможности продолжать работу по специальности по состоянию здоровья, нуждается в периодическом лечении, требующем материальных затрат.

По мнению суда, выплаченная ответчиком в добровольном порядке компенсация в счет возмещения морального вреда в сумме 13320 рублей явно несоразмерна причиненным ФИО1 физическим и нравственным страданиям.

С учетом степени испытываемых истцом физических и нравственных страданий, исходя из установленной бюро МСЭ третьей группы инвалидности и степени утраты профессиональной трудоспособности 30 %, суд считает возможным заявленные требования удовлетворить частично, определив компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровья вследствие профессионального заболевания, в размере 280 000 руб., что в данной правовой ситуации соответствует критериям разумности и справедливости.

По мнению суда, именно такой порядок исчисления компенсации в счет возмещения морального вреда, причиненного здоровью работника вследствие профессионального заболевания, будет соответствовать общегражданскому принципу полного возмещения причиненного вреда, предусмотренному ст.ст.15, 1064 ГК РФ, конституционному праву гражданина РФ на гарантированное социальное обеспечение в случае болезни (ст.39 Конституции РФ), а также основополагающему конституционному положению, предусмотренному ст.2 Конституции РФ, определяющей человека, его права и свободы, как высшую ценность, а защиту этих прав и свобод, как конституционную обязанность государства. Кроме того, суд считает, что иное толкование и применение закона может поставить истца в неравное положение по сравнению с другими пострадавшими, получившими профзаболевания в этот же период.

Разрешая ходатайство истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает следующее.

В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 ГПК Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, в числе прочих относятся расходы на оплату услуг представителей.

В силу части 1 статьи 100 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Разрешая вопрос о возмещении судебных расходов, суд принимает во внимание степень участия представителя истца в суде первой инстанции, объем и сложность рассмотренного дела, продолжительность судебного разбирательства и приходит к выводу о необходимости взыскания расходов на оплату услуг представителя истца в сумме 20 000 руб.

Факт уплаты истцом указанной суммы и ее размер, подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 10.01.2020, на оказание юридических услуг.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ОАО «Донуголь» в пользу ФИО1 единовременную компенсацию в счет возмещения морального вреда, причиненного повреждением здоровья вследствие профессионального заболевания, в размере 280 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 20000 руб., а всего 300 000 (триста тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ОАО «Донуголь» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Гуковский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья А.Н. Авдиенко

Решение в окончательной форме изготовлено 03 марта 2020 г.