Решение № 2-3424/2019 2-3424/2019~М-2784/2019 М-2784/2019 от 8 августа 2019 г. по делу № 2-3424/2019

дело №


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

«08» августа 2019 года г. Челябинск

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи Максимовой Н.А.,

с участием прокурора Пряловой Д.Н.,

при секретаре Петровец А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к закрытому акционерному обществу Фабрика специальных столярных изделий «Краснодеревщик» о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к закрытому акционерному обществу ФИО12» (далее по тексту ЗАО ФССИ «ФИО13») о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве в размере № (л.д. 4-5).

В обоснование заявленных требований истец указала, что состоит в трудовых правоотношениях с ответчиком, в период работы у ответчика, № года произошел несчастный случай, в результате которого она получила травму левой кисти – неполное травматическое отчленение II-III пальцев левой кисти. В результате произошедшего несчастного случая истцу не только причинен вред здоровью, но и нравственные, а также физические страдания. В момент получения травмы ФИО1 испытала сильную физическую боль, и испугалась за свою жизнь. До настоящего времени истец испытывает последствия перенесенной травмы, поскольку сохраняется повреждение сухожилий, она с трудом может действовать левой кистью, постоянно находится в состоянии стресса. После перенесенной травмы истец не может заниматься активными видами отдыха, не может вести прежний образ жизни.

Истец ФИО1 и её представитель ФИО11, допущенный к участию в деле по устному ходатайству истца, заявленные требования поддержали в объеме и по основаниям, указанным в иске.

Представитель ответчика ЗАО ФССИ «ФИО14» ФИО4, действующая на основании доверенности от (дата), в судебном заседании не возражала против удовлетворения заявленных требований в размере №, против удовлетворения заявленных требований в большем размере возражала, ссылаясь на наличие вины истца в произошедшем с ней несчастном случае, грубом нарушении истцом техники безопасности при работе на усоприрезном станке. Также обращала внимание на то, что после полученной травмы истец переведена на легкий труд, где и работает до настоящего времени. После произошедшего несчастного случая, истцу неоднократно оказывалась материальная помощь. Кроме того, просила учесть то обстоятельство, что между сторонами имеется ещё один спор о компенсации морального вреда, где ФИО1 также просит возместить ей № рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате другого несчастного случая на производстве. Представила письменные возражения в обоснование своей позиции по делу (л.д.24-25).

Представитель третьего лица Государственного учреждения – ФИО15 Фонда социального страхования Российской Федерации в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом (л.д. 21), сведений об уважительности причин неявки в судебное заседание не представил, об отложении судебного заседания не просил.

Суд, выслушав истца и её представителя, представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего требования истца подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, оценив и проанализировав их по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и находит иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

Согласно ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу положений ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, который обязан обеспечить, в том числе безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как установлено судом, истец ФИО1 состоит в трудовых правоотношениях с ЗАО ФССИ «ФИО16 при этом с (дата) работала в качестве столяра на участке профильного поганажа, с (дата) была переведена в той же должности на поток погонажных изделий, со (дата) переведена укладчиком пиломатериалов на участок погонажных изделий, с (дата) переведена укладчиком-упаковщиком в том же цехе, с (дата) – переведена учеником оператора АиПЛ на участок финишной отделки, с (дата) переведена на участок финишной отделки и упаковки в качестве оператора автоматических и полуавтоматических линий, с (дата) переведена на участок сборки рамок в той же должности, с (дата) переведена сдатчиком готовой продукции на том же участке, с (дата) переведена на участок сборки пленочных полотен в той же должности, что подтверждается приказом о приеме на работу (л.д.96), трудовым договором от (дата) с последующими изменениями и дополнениями (л.д.97-105), личной карточкой работника (л.д.106-109).

В период работы ФИО1 в ЗАО ФССИ «ФИО17» в качестве оператора автоматических и полуавтоматических линий, (дата), с ней произошел несчастный случай.

Для расследования обстоятельств и причин несчастного случая, произошедшего с ФИО1, была создана комиссия из числа должностных лиц ЗАО ФССИ «ФИО18 которая провела расследование несчастного случая.

В ходе расследования несчастного случая были отобраны объяснительные, как у самой потерпевшей ФИО1 (л.д.47), так и у ФИО5 (л.д.50), ФИО6 (л.д.51), ФИО7 (л.д.52), которые находились в цехе на момент произошедшего с истцом несчастного случая, однако, исходя из содержания объяснительных, обстоятельств, при которых произошел несчастный случай, не видели.

Также были отобраны объяснения у заместителя управляющего по технике и технологии ФИО8 (л.д.48), который свидетелем несчастного случая не был, прибыл на место несчастного случая в течение часа и произвел фотофиксацию места, где произошел несчастный случай, и который обнаружил, что одна из кнопок включения подачи зафиксирована во включенном положении кусочком МДФ.

Впоследствии, (дата), ФИО8 был опрошен членами комиссии по расследованию несчастного случая, и подтвердил, что при осмотре станок, на котором произошел несчастный случай, был полностью исправен, одна из кнопок включения подачи пил была зафиксирована во включенном положении кусочком МДФ, и сделать это мог только тот, кто работал на данном станке – ФИО1 (л.д.53-54).

(дата) генеральным директором ЗАО ФССИ «ФИО19» утвержден акта о несчастном случае на производстве №, из которого следует, что (дата) в № оператор деревообрабатывающих станков ФИО1, согласно сменному заданию выполняла работу по прирезке прямоугольного багета на усоприрезном станке инвентарный №, при этом заготовки были длиной от № м, в связи с чем ей приходилось постоянно поправлять их, так как был перевес к пиле и при перемещении багет цеплялся за прилип. Для того чтобы было удобнее работать, ФИО1 при помощи кусочка МДФ зафиксировала правую кнопку включения подачи, чтобы она была постоянно во включенном положении, а левая рука постоянно работала только на подачу багета. В результате указанных действий ФИО1 получила травму левой кисти в виде неполного травматического отчленения II-III пальцев левой кисти (л.д.39-41).

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданному (дата) МУЗ ГКБ № (л.д.42), указанные выше повреждения относятся к категории легких.

Причиной несчастного случая является неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест, при этом лицами, допустившими нарушение требований охраны труда являются ФИО1, нарушившая ГОСТ 12.2.026.0-93 «Оборудование деревообрабатывающее» п.5.7.3.1, а также ФИО9, который в нарушение должностной инструкции осуществлял слабый контроль за действиями подчиненных.

Также судом установлено, что усоприрезной станок инвентарный №, при работе с которым с ФИО1 произошел несчастный случай, является двусторонним автоматическим станком, созданным для высокоточной резки деталей из дерева и МДФ под регулируемыми углами, и представляет собой потенциальную опасность, что отражено в инструкции по его эксплуатации (л.д.129-136).

Разрешая заявленные ФИО1 требования суд учитывает, что выводы работодателя о наличии вины ФИО1 в произошедшем с ней несчастном случае, достаточными доказательствами не подтверждены, поскольку ФИО8, установивший наличие кусочка МДФ, которым была зафиксирована правая кнопка включения подачи станка, непосредственно при несчастном случае не присутствовал, прибыл на место несчастного случая в течение часа, у самой же ФИО1 объяснения по данному обстоятельству не отбирались, причины нахождения в правой кнопке включения подачи станка указанного выше кусочка МДФ непосредственно у пострадавшего работника не выяснялись, как не выяснялись данные причины и у других лиц, находившихся в цехе в момент несчастного случая с ФИО1

При отсутствии бесспорных, достоверных, допустимых и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что несчастный случай с ФИО1 произошел по её вине, с утверждением представителя ответчика о наличии вины истца в произошедшем с ней несчастном случае, согласиться нельзя.

Совокупность указанных выше доказательств, позволяет суду прийти к выводу о том, что несчастный случай произошел с истцом ФИО1 по вине работодателя, не обеспечившего безопасные условия труда при работе с источником повышенной опасности, вина работника в произошедшем несчастном случае отсутствует, достаточных доказательств обратного суду не представлено, а потому работодатель обязан возместить вред, причиненный истцу.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что после полученной травмы – неполного травматического отчленения II-III пальцев левой кисти ФИО1 длительное время находилась на листке нетрудоспособности, с (дата) по (дата) (л.д.147).

В связи с полученной травмой ФИО1 выдано заключение о необходимости перевода на работу со значительным ограничением физической нагрузки на левую руку постоянно (л.д.59).

В период с (дата) по (дата) ФИО1 вновь находилась на стационарном лечении, ей была проведена операция ЧКДО пальцев левой кисти, редрессация межфалангового сустава, замещение костного дефекта пальца (л.д.147).

В период с (дата) по (дата) ФИО1 вновь находилась на стационарном лечении в связи с застарелым повреждением сухожилия глубокого сгибателя третьего пальца левой кисти, несостоятельностью шва сухожилия, после выписки из стационара (дата) до (дата) проходила лечение амбулаторно (л.д.147 оборот).

До настоящего времени истец регулярно обращается за медицинской помощью в связи с полученной в № травмой, что подтверждается выкопировкой из медицинской карты (л.д.148-153).

Кроме того, в связи с несчастным случаем на производстве, произошедшем (дата), истцу установлено № % утраты профессиональной трудоспособности (л.д.10).

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает указанные выше обстоятельства, характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства причинения вреда – тяжесть полученной травмы, продолжительность нахождения на лечении, невозможность вести прежний образ жизни, а также степень вины работодателя, поведение работодателя после несчастного случая, в том числе оказание материальной помощи в связи с полученной травмой, требования разумности и справедливости, и считает возможным взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере № рублей.

Оснований для удовлетворения требований истца в заявленном размере № рублей, суд не находит.

Кроме того, учитывая положение ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о взыскании с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, государственной пошлины, от уплаты которых истец был освобожден, с ЗАО ФССИ «ФИО20» подлежит взысканию в доход муниципального бюджета государственная пошлина в размере №, исчисленная в соответствии с подп.3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 12,103,193,194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к закрытому акционерному обществу Фабрика специальных столярных изделий «ФИО21 о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве удовлетворить частично.

Взыскать с закрытого акционерного общества Фабрика специальных столярных изделий «Краснодеревщик» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве № рублей, в остальной части в иске отказать.

Взыскать с закрытого акционерного общества Фабрика специальных столярных изделий «ФИО22 в доход муниципального бюджета государственную пошлину в размере №.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Калининский районный суд (адрес) в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Н.А. Максимова

Мотивированное решение изготовлено (дата).

Судья Н.А. Максимова