Апелляционное определение № 33-5623/2025 от 23 декабря 2025 г.

Судья Папушина Г.А. Дело № 2-29/2025

УИД 35RS0010-01-2024-000458-67

ВОЛОГОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от

№ 33-5623/2025
г. Вологда
24 декабря 2025 года
Судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда в составе

председательствующего Гарыкиной О.А.,

судей Бочкаревой И.Н., Чистяковой Н.М.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Топорковой И.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам ФИО1 и ФИО2 на решение Вологодского городского суда Вологодской области от 24 января 2025 года.

Заслушав доклад судьи Вологодского областного суда Гарыкиной О.А., объяснения представителя ФИО1 ФИО4, ФИО2 и ее представителя ФИО5, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «АльфаСтрахование» (далее АО «АльфаСтрахование»), в котором с учетом уменьшения исковых требований просил взыскать с ответчика ущерб в размере 247 491 руб. 80 коп., расходы по оценке в размере 7500 руб., компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб., неустойку за период с 30 июня 2023 г. по 19 декабря 2023 г. в размере 139 148 руб., расходы на представителя в размере 14 000 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что в результате дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП), был поврежден принадлежащий истцу автомобиль Toyota Camry. Виновником в ДТП признана ФИО2 АО «АльфаСтрахование», признав случай страховым, произвела страховую выплату в размере 319 100 руб., что значительно ниже затрат для приведения автомобиля в состояние до ДТП. Согласно экспертному заключению №..., выполненному ИП ФИО7, стоимость восстановительного ремонта автомобиля составила 647 491 рублей 80 копеек.

Определением суда от 20 февраля 2024 года, внесенным в протокол судебного заседания, третье лицо ФИО2 исключена их числа третьих лиц, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмет спора, и привлечена к участию в деле в качестве соответчика.

Решением Вологодского городского суда Вологодской области от 24 января 2025 г. взысканы с АО «АльфаСтрахование» в пользу ФИО1 неустойка за период с 30 июня 2023 г. по 19 декабря 2023 г. в размере 119 359 руб. 53 коп., штраф в размере 34 697 руб. 54 коп., компенсация морального вреда в размере 5000 руб., расходы на представителя в размере 4321 руб. 94 коп.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 отказано.

В удовлетворении исковых требований к ФИО2 отказано.

Взыскана с АО «АльфаСтрахование» в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 3887 руб. 19 коп.

В апелляционной жалобе ФИО1 просил решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении иска в полном объеме. В обоснование указывает, что не согласен с выводами суда о распределении степени вины участников ДТП водителя ФИО2 – 60%, истца – 40%, о нарушении со стороны истца пункта 9.9 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее ПДД РФ). Формальное несоответствие в действиях истца пункта 9.9 ПДД РФ не состоит в причинно-следственной связи с ДТП, поскольку оно произошло при движении на дополнительной полосе движения, по которой движение было не запрещено, о чем указано в заключении эксперта. Кроме того, ДТП произошло на значительном расстоянии от конца обочины и начала дополнительной полосы. Несоответствие в действиях истца пункта 10.1 ПДД РФ опровергается видеозаписью факта ДТП, согласно которой столкновение происходит через 1,5 секунды с момента выезда автомобиля Lada Granta на полосу движения автомобиля Toyota Camry, тем самым у истца однозначно отсутствовала возможность избежать ДТП, вне зависимости от скорости движения в диапазоне от 40 км/ч до 60 км/ч.

В возражениях на апелляционную жалобу АО «АльфаСтрахование» просит апелляционную жалобу истца оставить без удовлетворения.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит отменить решение Вологодского городского суда Вологодской области в части распределения степени вины в ДТП и принять по делу в этой части новое решение, которым установить, что виновным в ДТП является ФИО1 Истец, двигавшийся перед столкновением по обочине, не имел преимущественного права движения, а у ФИО2 отсутствовала обязанность уступить ему дорогу. ФИО2 не могла предполагать, что по полосе торможения будет двигаться автомобиль не с целью поворота направо на прилегающую территорию, а с целью объезда затора, выехавшего на эту полосу с обочины.

В судебном заседании представитель ФИО1 ФИО4 доводы апелляционной жалобы поддержал, просил удовлетворить. Указал, что апелляционная жалобы ФИО2 не подлежит удовлетворению.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО2 и ее представитель ФИО5 поддержали свою апелляционную жалобу, с жалобой ФИО1 не согласились.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом.

Судебная коллегия, проверив законность и обоснованность решения суда в силу части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, <ДАТА> по адресу: <адрес>, 53, произошло ДТП с участием автомобиля Toyota Camry, государственный регистрационный номер №..., под управлением ФИО1 и автомобиля Lada Granta, государственный регистрационный номер №... под управлением ФИО2

Постановлением №... от <ДАТА> ФИО2 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 12.14 КоАП РФ, подвергнута наказанию в виде административного штрафа в размере 500 руб.

Гражданская ответственность ФИО1 на момент ДТП застрахована в АО «АльфаСтрахование» (страховой полис ХХХ №...), виновника ДТП ФИО2 – САО «ВСК» (страховой полис ХХХ №...).

08 июня 2023 г. ФИО1 обратился в АО «АльфаСтрахование» с заявлением о наступлении страхового случая, в котором просил перечислить денежные средства на банковские реквизиты.

08 июня 2023 г. АО «АльфаСтрахование» был проведен осмотр транспортного средства и составлен акт №....

16 июня 2023 г. АО «АльфаСтрахование» был проведен дополнительный осмотр транспортного средства, о чем составлен акт №....

Согласно экспертному заключению №... от 20 июня 2023 г., выполненному ООО «...», стоимость восстановительного ремонта автомобиля без учета износа деталей составляет 511 531 руб. 58 коп., с учетом износа – 319 100 руб.

Платежным поручением №... от <ДАТА> АО «АльфаСтрахование» осуществило выплату страхового возмещения в размере 319 100 руб.

03 августа 2023 года ФИО1 направил в адрес страховщика претензию о доплате страхового возмещения по договору ОСАГО в размере 80 000 руб., выплате расходов на проведение независимой экспертизы в размере 7500 руб., неустойки.

Письмом №...у/650657 от 11 августа 2023 г. АО «АльфаСтрахование» уведомило ФИО1 об отказе в удовлетворении требований.

Не согласившись с отказом страховой компании, 10 октября 2023 г. ФИО1 обратился в службу финансового уполномоченного с требованием о взыскании доплаты страхового возмещения 80 000 руб., выплате расходов на проведение независимой экспертизы в размере 7500 руб., неустойки.

Решением финансового уполномоченного от 08 ноября 2023 г. №№... в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании с АО «АльфаСтрахование» доплаты страхового возмещения по договору ОСАГО, расходов на проведение независимой экспертизы, неустойки отказано.

Указанные обстоятельства послужили основанием обращения с иском в суд.

В ходе рассмотрения дела АО «АльфаСтрахование» произвело доплату страхового возмещения до лимита ответственности страховщика, выплатив 02 февраля 2024 г. на основании платежного поручения №... страховое возмещение в размере 80 900 руб.

Разрешая спор, руководствуясь положениями статей 15, 393, 397, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 12, 14.1, 15.1, 16.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г.№ 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО), разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», приняв во внимание установленные фактические обстоятельства, а именно, страховщиком не были исполнены надлежащим образом обязательства по организации восстановительного ремонта транспортного средства истца, при этом доказательств наличия оснований для изменения способа страхового возмещения, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО не представлено, как и не представлено доказательств уважительности причин, по которым ремонт поврежденного автомобиля на СТОА был невозможен, приняв во внимание и оценив собранные доказательства в совокупности: видеозапись ДТП, схему места ДТП, объяснения водителей ФИО1 и ФИО2, постановление по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2, заключение автотехнической экспертизы и дополнительной автотехнической экспертизы, установившей несоответствия действий обоих водителей ПДД РФ, пришел к выводу об обоюдной вине в происшествии, распределив степень вины ФИО2 и ФИО1 в соотношении 60% и 40% соответственно, учитывая экспертное заключение ИП ФИО6, которым определена стоимость восстановительного ремонта автомобиля Toyota Camry в размере 647 491 руб. 80 коп., размер страхового возмещения с учетом степени вины водителей в ДТП, подлежащего выплате истцу, составляет 388 495 руб. 08 коп., АО «АльфаСтрахование» произведена выплата ФИО1 в размере 400 000 руб., пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о взыскании ущерба к АО «АльфаСтрахование» и ФИО2 Поскольку страховое возмещение выплачено истцу страховщиком с нарушением установленного Законом об ОСАГО срока, взыскал с АО «АльфаСтрахование» в пользу истца неустойку в сумме 119 359 руб. 53 коп., штраф в размере 34 697 руб. 54 коп., не усмотрев оснований для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. На основании статьи 15 Закона Российской Федерации № 2300-1 от 07 февраля 1992 г. «О защите прав потребителей» со страховой компании в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 5000 руб. С учетом положений статьи 94, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации распределены судебные расходы.

С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, полагая их верными, соответствующими требованиям законодательства и обстоятельствам дела, при этом оснований для вмешательства в обжалуемое судебное постановление по доводам апелляционных жалоб не имеется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Абзацем 2 пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 указанного кодекса).

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 той же статьи).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу действующего законодательства применение деликтной ответственности предполагает доказывание оснований и условий ее наступления путем установления всех элементов состава правонарушения: незаконности действий (бездействия) лица, на которое предполагается возложить ответственность; наступления вреда и его размера; причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими для истца неблагоприятными последствиями; вины причинителя вреда. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

Таким образом, для наступления ответственности за причинение вреда необходимо установление противоправности поведения причинителя вреда, факта наступления вреда, причинной связи между противоправным поведением и наступившим вредом, вины причинителя вреда. Отсутствие вины доказывает причинитель вреда.

В связи с этим факт наличия или отсутствия вины сторон в указанном ДТП является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела.

Вина в происшествии обусловлена нарушением его участниками ПДД РФ.

Причинно-следственная связь представляет собой такое отношение между двумя явлениями, когда одно явление неизбежно вызывает другое, являясь его причиной.

Таким образом, ответственность за причиненный в результате ДТП вред возлагается только при наличии всех перечисленных выше условий.

Из анализа положений статей 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснений абзаца 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», следует, что вопрос соответствия действий участников ДТП требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации и установления его виновника относится к исключительной компетенции суда.

В целях определения степени вины водителей в совершении ДТП определением суда от <ДАТА> по делу назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ФБУ ФИО3 лаборатория судебной экспертизы Минюста России.

Согласно экспертному заключению №... от 22 августа 2024 г. водитель автомобиля Lada Granta, государственный регистрационный номер №... ФИО2 должна была действовать в соответствии с требованиями пунктов 8.1, 8.2, 8.5, 8.8 ПДД РФ.

Действия водителя Lada Granta, государственный регистрационный номер №... ФИО2 не соответствовали требованиям пунктов 8.1, 8.8 ПДД. В ее действиях несоответствий требованиям пунктом 8.2, 8.5 ПДД РФ не имеется.

Выполняя требования пунктов 8.1, 8.8 ПДД РФ водитель автомобиля Lada Granta, государственный регистрационный номер №... ФИО2 имела возможность избежать столкновения транспортных средств.

Водитель автомобиля Toyоta Camry, государственный регистрационный номер №... ФИО1 должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов 9.9, 10.1 абз. 2 ПДД РФ.

Действия водителя автомобиля Toyоta Camry, государственный регистрационный номер №... ФИО1 не соответствовали требованиям пунктов 9.9, 10.1 абз. 2 ПДД РФ.

Водитель автомобиля Toyоta Camry, государственный регистрационный номер №... ФИО1 имел техническую возможность избежать столкновения транспортных средств.

Выражая несогласие с заключением эксперта, а именно принявшим во внимание скорость автомобилей в момент столкновения и расстояния, которое прошел автомобиль Lada Granta с момента выезда на полосу движения автомобиля истца до момента столкновения, стороной истца заявлено ходатайство о назначении судебной криминалистической экспертизы видеозаписи, по которой возможно установить объективные данные обстоятельств ДТП, и дополнительной автотехнической экспертизы.

Определением суда от <ДАТА> по делу назначена судебная криминалистическая экспертиза видеозаписи и дополнительная автотехническая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ФБУ ФИО3 лаборатория судебной экспертизы Минюста России.

Согласно экспертному заключению №... от 25 декабря 2024 г. действия водителя Lada Granta, государственный регистрационный номер №... ФИО2 не соответствовали требованиям п.п. 8.1 (в части выполнения безопасности маневра), 8.8 ПДД РФ.

Действия водителя автомобиля Toyоta Camry, государственный регистрационный номер №... ФИО1 не соответствовали требованиям п. 9.9 ПДД РФ.

С учетом представленных исходных данных водителем ФИО1 в действиях водителя Toyоta Camry, государственный регистрационный номер №... ФИО1 несоответствий требованиям п. 10.1 абзаца 2 ПДД РФ не имеется. Водитель автомобиля Toyоta Camry, государственный регистрационный номер №... ФИО1 не имел технической возможности предотвратить ДТП.

С учетом заданных исходных данных водителем ФИО2 действия водителя автомобиля Toyоta Camry, государственный регистрационный номер №... ФИО1 не соответствовали требованиям п. 10.1 абзаца 2 ПДД РФ. Водитель автомобиля Toyоta Camry, государственный регистрационный номер №... ФИО1 имел техническую возможность предотвратить ДТП.

При этом из исследовательской части заключения следует, что эксперт исследовал видеозапись, представленную суду, на обстоятельства ДТП и исходя из нее установил, у автомобиля Lada Granta, государственный регистрационный номер №... при повороте налево включен указатель левого поворота. Во встречном направлении на проезжей части имеется 2 полосы для движения в одном направлении. Согласно схемы места ДТП и схемы дислокации дорожных знаков и дорожной разметки в месте ДТП имеется дополнительная полоса перед началом которой установлен дорожный знак 5.15.3 «Начало полосы». Дорожный знак 5.15.3 «Начало полосы» означает начала дополнительной полосы на подъем или полосы торможения. Столкновение произошло на дополнительной полосе движения, на которой отсутствует какая-либо горизонтальная дорожная разметка, запрещающая движение в прямом направлении, отсутствуют какие-либо дорожные знаки, запрещающие движение в прямом направлении. Таким образом, автомобилю Toyоta Camry по дополнительной полосе не запрещалось движение в прямом направлении.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля Lada Granta ФИО2 должна была заблаговременно, до начала поворота налево включить световые указатели поворота, занять соответствующее крайнее положение на проезжей части. Встречный автомобиль, который остановился и пропускал автомобиль Lada Granta, ограничивал водителю ФИО2 обзорность правой стороны проезжей части дороги, поэтому перед началом поворота она должна была убедиться в безопасности маневра и при его выполнении не должна была создавать опасность для движения, а также помех другим участникам дорожного движения. Водитель автомобиля Lada Granta ФИО2 должна была уступить дорогу автомобилю Toyоta Camry, двигавшемуся со встречного направления прямо.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля Toyоta Camry ФИО1 не должен был допускать движения по обочине, руководствуясь при этом требованиями пункта 9.9 ПДД РФ. Поскольку водитель автомобиля Toyоta Camry допустил движение по обочине, его действия не соответствовали требованиям пункта 9.9 ПДД РФ.

Согласно пункту 1.3 ПДД РФ участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В соответствии с пунктом 1.5 данных Правил участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В силу пункта 8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Пункт 8.2 ПДД РФ предусматривает, что подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

На основании пункта 8.5 ПДД РФ перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

Требования пункта 8.8 ПДД РФ предписывают, что при повороте налево или развороте вне перекрестка водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу встречным транспортным средствам и трамваю попутного направления.

Пунктом 10.1 ПДД РФ установлено, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно основным понятиям и терминам в пункте 1.2 ПДД РФ «Опасность для движения» - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения ДТП.

В ходе судебного заседания и исходя из просмотренной видеозаписи ДТП, установлено, что транспортное средство Toyоta Camry перед столкновением двигалось по обочине, непосредственно перед ДТП автомобиль съехал на дополнительную полосу движения и пытался вернуться в левую полосу, из которой выехал на обочину. При этом, автомобиль Lada Granta двигался во встречном направлении и осуществлял маневр поворота.

Из первоначальных показаний истца ФИО1, данных в судебном заседании от 08 апреля 2024 г. следует, что он ехал со стороны <адрес>. Поскольку что-то стало задевать колесо, остановился на обочине, поправил брызговик, и продолжил движение в сторону <адрес> по обочине, поскольку на проезжую часть его не пускали, была пробка. Увидев, что с левой стороны между машинами имеется расстояние, съехал с обочины в расширительный карман, притормозил и в этот момент выехал автомобиль Lada Granta, применил экстренное торможение. Скорость движения его автомобиля была 60 км/ч, в момент столкновение 30-40 км/ч.

Согласно показаниям ответчика ФИО2, данных в судебном заседании от 02 апреля 2024 г., она ехала со стороны <адрес>, была пробка во встречном направлении. Скорость была 60 км/ч. Остановилась, чтобы повернуть налево, в сторону дилерского центра, при этом встречные автомобили ее пропускали. Убедившись, что встречные автомобили ее пропускали, начала движение и поворот налево, скорость движения при этом была 5 км/ч. Когда практически проехала полосу разгона и торможения, в заднюю часть автомобиля почувствовала удар.

Данные показания сторон согласуются и с показаниями, предоставленными ими сотрудникам полиции на месте ДТП. В частности, ФИО1 не отрицал, что двигался по обочине, пытался перестроиться в левую полосу, но его не попускали, в связи с чем продолжил движение. Автомобили слева от него стали притормаживать, он тоже притормозил и предположил, что его хотят пропустить. Скорость автомобиля была 60 км/ч.

Из объяснений ФИО2 следует, что ей нужно было повернуть налево к дилерскому центру, убедившись, что ее пропускают автомобили по встречной полосе, начала движение, скорость была 5 км/ч, произошло ДТП. Скорость основного потока со встречной полосы была 30-35 км/ч.

Анализируя представленные доказательства, суд первой инстанции принял показания истца и ответчика (обоих водителей) в качестве исходных данных, а именно скорость автомобиля Lada Granta – непосредственно перед столкновением 5 км/ч, скорость автомобиля Toyоta Camry – 30 км/ч, поскольку эти данные соответствуют представленным первоначальным показаниям сторон непосредственно в момент ДТП и оспариваемой дорожной ситуации.

При этом исходные данные, представленные стороной истца, о том, что скорость движения автомобиля в момент ДТП автомобиля Toyоta Camry была 60 км/ч, а скорость движения автомобиля Lada Granta – 16 км/ч, судом обоснованно не приняты во внимание, поскольку данные по скорости движения автомобиля Toyоta Camry противоречат показаниям самого истца, указавшего, что перед столкновением он снизил скорость до 30-40 км/ч, а определенная представителем истца скорость автомобиля Lada Granta по видеозаписи не может соответствовать объективным данным, так как представленная видеозапись ДТП является экранной копией, видеоизображение постоянно двигается, поэтому определить временные и пространственные характеристики (скорость и расстояние) по данной видеозаписи не представляется возможным, на что было указано экспертом в ходатайстве о предоставлении дополнительных исходных данных, необходимых для дачи заключения от 22 октября 2024 г.

Кроме того, из исследовательской части заключения №... от 22 августа 2024 года следует, что сравнивая остановочный путь автомобиля Toyоta Camry в данных дорожных условиях при скорости автомобиля 30 км/ч, и при скорости 60 км/ч, водитель данного автомобиля располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем Lada Granta.

Оценив в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства в их совокупности, а именно материал по делу об административном правонарушении, объяснения водителей ФИО1 и ФИО2, заключения экспертов ФБУ Вологодская лаборатория судебной экспертизы Минюста России, проанализировав обстоятельства ДТП и роль каждого из водителей в его возникновения, развитии и последствий в виде причинения вреда, суд пришел к выводу о наличия вины обоих водителей ФИО1 и ФИО2 в случившемся ДТП, распределяя степень вины в произошедшем ДТП и причинении ущерба истцу с отнесением на ФИО2 – 60%, а на ФИО1 – 40%.

Оценив действия участников ДТП на предмет их соответствия ПДД РФ, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом о том, что в прямой причинно-следственной связи с ДТП и причинением ущерба находятся в большей степени действия водителя ФИО2, которая совершая маневр поворота и с учетом ограниченной обзорности правой стороны проезжей части должна была убедиться в безопасности своего маневра, не создавая опасность для движения встречным транспортным средствам, помехи для них, и уступить дорогу двигающемуся со встречного направления прямо автомобилю истца, что в значительно большей степени повлияло на создание аварийной обстановки и причинение вреда, поскольку привело к возникновению опасности для движения автомобиля Toyоta Camry, создав для него помеху для движения. Действия второго участника ДТП ФИО1, выразились в том, что съехав со своей полосы движения на обочину, не предпринял меры к остановке транспортного средства, а продолжил движение автомобиля, опережая образовавшуюся пробку, а съехав с обочины на проезжую часть с целью перестроения в полосу движения на проезжей части не предпринял достаточных мер к снижению скорости своего автомобиля при обнаружении опасности и избежания столкновений при наличии у него технической возможности.

Оснований для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности, суд обоснованно не усмотрел, поскольку доказательств того, что вред причинен вследствие умысла истца, ответчиком не представлено.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы ФИО1 о том, что формальное несоответствие в действиях пункта 9.9 ПДД РФ не состоит в причинно-следственной связи с ДТП, в то время как нарушение водителем ФИО2 ПДД РФ находится в прямой причинно-следственной связи с ДТП, результатом которого явилось причинение ущерба его имуществу, а также доводы апелляционной жалобы ФИО2 об отсутствии вины в ДТП, признаются несостоятельными.

При этом оснований не доверять заключениям автотехнической и дополнительной автотехнической экспертиз, судебная коллегия не усматривает.

В силу части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ. Если экспертиза поручена нескольким экспертам, давшим отдельные заключения, мотивы согласия или несогласия с ними должны быть приведены в судебном решении отдельно по каждому заключению.

Анализируя представленные в материалы дела заключения, судебная коллегия соглашается с позицией суда первой инстанции о соответствии данных доказательств признакам относимости, допустимости и достоверности.

Доказательств, ставящих под сомнение заключение судебных экспертиз, сторонами в нарушение положений статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, достаточных оснований для признания указанных заключений недопустимым, недостоверным доказательством по делу у суда второй инстанции не имеется.

В автотехнических заключениях экспертами указано нормативное обеспечение, использованное при проведении исследования, приведены все этапы и описание проведенного исследования, заключение основано на исходных объективных данных, содержит категоричные выводы.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о том, что несоответствие в действиях истца пункта 10.1 ПДД РФ опровергается видеозаписью факта ДТП, согласно которой столкновение происходит через 1,5 секунды с момента выезда автомобиля Lada Granta на полосу движения автомобиля Toyota Camry, тем самым у истца однозначно отсутствовала возможность избежать ДТП, вне зависимости от скорости движения в диапазоне от 40 км/ч до 60 км/ч, подлежат отклонению, так как доказательств указанных обстоятельств в материалах дела не имеется. Судом первой инстанции верно отмечено, что оригинал видеозаписи ДТП ни стороной истца, ни стороной ответчика суду представлен не был, и у сторон такая запись отсутствует, от проведения судебной криминалистической экспертизы сторона истца отказалась в ходе рассмотрения дела.

Ссылки ФИО2 на то, что истец, двигавшийся перед столкновением по обочине, не имел преимущественного права движения, а у ФИО2 отсутствовала обязанность уступить ему дорогу, она не могла предполагать, что по полосе торможения будет двигаться автомобиль не с целью поворота направо на прилегающую территорию, а с целью объезда затора, выехавшего на эту полосу с обочины, подлежат отклонению. Так, согласно экспертному заключению №... от 25 декабря 2024 г. ФБУ ФИО3 лаборатория судебной экспертизы Минюста России, столкновение произошло на дополнительной полосе движения, на которой отсутствует какая-либо горизонтальная дорожная разметка, запрещающая движение в прямом направлении, отсутствуют какие-либо дорожные знаки, запрещающие движение в прямом направлении, следовательно автомобилю Toyоta Camry по дополнительной полосе не запрещалось движение в прямом направлении. Доказательств в опровержение выводов экспертизы ФИО2 не представлено.

Иные доводы апелляционных жалоб на правильность постановленного судом решения повлиять не могут, поскольку они не содержат каких-либо обстоятельств, которые не были бы предметом исследования суда первой инстанции, не свидетельствуют о нарушении судом норм материального или процессуального права, а по существу сводятся к иной субъективной оценке доказательств.

Вопреки доводам апеллянтов выводы суда основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка которым дана судом по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, результаты оценки отражены в решении, с приведением мотивов, по которым одни доказательства приняты судом в качестве средств обоснования выводов суда, а другие доказательства отвергнуты судом, и оснований не согласиться с такой оценкой у судебной коллегии не имеется.

Судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции были исследованы все юридически значимые по делу обстоятельства и дана надлежащая оценка собранным по делу доказательствам. Выводы суда соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом допущено не было, доводы апелляционных жалоб правильность выводов суда не опровергают, оснований для отмены, либо изменения судебного постановления не имеется.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Вологодского городского суда Вологодской области от 24 января 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий О.А. Гарыкина

Судьи: И.Н. Бочкарева

Н.М. Чистякова

Мотивированное апелляционное определение составлено 20 января 2026 г.