Апелляционное определение № 11-2403/2026 от 11 марта 2026 г.

Судья Баймуратова В.А.

дело № 2-596/2025

УИД 74RS0036-01-2025-000834-94


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело № 11-2403/2026
12 марта 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Дюсембаев А.А.,

судей Манкевич Н.И., Палеевой И.П.,

при ведении протокола секретарем Мустафиной В.Ю.,

с участием прокурора Томчик Н.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Пластского городского суда Челябинской области от 15 декабря 2025 года по иску ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО3, к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Заслушав доклад судьи Дюсембаева А.А. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, заключение прокурора Томчик Н.В., полагавшей решение суда подлежащим изменению,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2, действующая в интересах несовершеннолетнего ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО1 об установлении 100% степени вины ответчика в дорожно-транспортном происшествии, взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей.

В обоснование иска ФИО2 указала, что ДД.ММ.ГГГГ года, ответчик, управляя технически исправным автомобилем марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№», двигаясь по <адрес>, проявил преступную халатность и не убедившись в безопасности выполнения маневра поворота налево, не уступил дорогу встречному транспортному средству - мопеду марки «<данные изъяты>» под управлением несовершеннолетнего ФИО3 В результате дорожно-транспортного происшествия несовершеннолетний ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, получил телесные повреждения: <данные изъяты>. Кроме того, несовершеннолетнему причинен моральный вред, выраженный в длительном лечении, который представитель несовершеннолетнего оценивает в 1000000 рублей.

Истец ФИО3, законный представитель истца ФИО2, представитель истцов - ФИО4, в судебном заседании суда первой инстанции поддержали исковые требования.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание суда первой инстанции не явился, о дне, месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, представитель ответчика – Гром С.В. в судебном заседании суда первой инстанции возражал против удовлетворения исковых требований.

Решением Пластского городского суда Челябинской области от 15 декабря 2025 года исковые требования ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО3, удовлетворены частично. Установлена степень вины ФИО1 в дорожно-транспортном происшествии в размере №%. С ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 1000000 рублей. В остальной части исковых требований отказано. Этим же решением с ФИО1 в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 3000 рублей.

В апелляционной жалобе ответчик просит изменить решение суда первой инстанции, установить степень вины ответчика в размере 30%, снизить размер компенсации морального вреда до 50000 рублей. Считает вину обоюдной, просил при рассмотрении заявления о компенсации морального вреда установить степень вины участников ДТП следующим образом: ФИО3 - 70%, ФИО1 - 30%. Сам факт прекращения уголовного дела в отношении ответчика по п. № Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации не свидетельствует о 100% вине ответчика в ДТП. В действиях водителя ФИО3 просматривается грубая неосторожность, которая содействовала возникновению причиненного ему вреда, судом при определении компенсации морального вреда были учтены медицинские документы ФИО3, в частности осмотр <данные изъяты> от 13 ноября 2024 года, 18 ноября 2024 года, 25 ноября 2024 года, 02 декабря 2024 года, в которых в анамнезе указано на <данные изъяты>, в связи с чем размер заявленных требований о компенсации морального вреда должен быть снижен. Считает взысканный размер компенсации морального вреда чрезмерно завышенным, просит учесть материальное положение ответчика.

В возражениях на апелляционную жалобу законный представитель несовершеннолетнего ФИО2 просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец ФИО3, ответчик ФИО1 при надлежащем извещении не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле (судебные извещения, телефонограмма, размещение информации о месте и времени рассмотрения дела на официальном сайте Челябинского областного суда - www.chel-oblsud.ru), руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав заключение прокурора, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения суда, согласно требованиям ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия находит решение суда подлежащим изменению в части взыскания компенсации морального вреда, в связи с нарушением норм материального права.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Кодекса (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно (пункт 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу абзаца второго статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации). Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 1).

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 12).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 26).

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи, а также разъяснений высшей судебной инстанции, следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ право на уважение родственных и семейных связей.

Право на компенсацию морального вреда, причиненного владельцем источника повышенной опасности, возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом.

Ответственность владельца источника повышенной опасности за причиненный моральный вред наступает вне зависимости от его вины, однако степень вины должна быть учтена судом при определении размера компенсации. Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда, присужденного каждому из истцов, должны быть приведены в судебном постановлении.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ года около ДД.ММ.ГГГГ минут ФИО1, управляя технически исправным автомобилем марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№», двигаясь на нем по <адрес> по направлению от <адрес>, не убедившись в безопасности маневра поворота налево, не уступил дорогу встречному транспортному средству и у <адрес>, выехал на полосу, предназначенную для движения встречных транспортных средств, продолжил движение до обочины, где совершил столкновение с двигающимся по <адрес> по равнозначной дороге во встречном ему направлении мопедом марки «<данные изъяты>», без государственного регистрационного знака, под управление несовершеннолетнего ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Согласно заключению эксперта <данные изъяты> № № от 23 декабря 2024 года, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, при заданных и исходных данных, водитель автомобиля «<данные изъяты>», с технической точки зрения должен был руководствоваться требованиям п. № Правил дорожного движения. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, при заданных и исходных данных, водитель мотоцикла «<данные изъяты>», с технической точки зрения должен был руководствоваться требованиями п. № Правил дорожного движения, водитель мотоцикла «<данные изъяты>» двигался со скоростью превышающей максимально разрешенную для движения в населенных пунктах, он должен был также руководствоваться требованиями № Правил дорожного движения (т. 1 л.д. 149-155).

Согласно заключению эксперта <данные изъяты> №№ от 28 января 2025 года, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, при заданных и исходных данных, действия водителя мотоцикла «<данные изъяты>», несоответствующие требованиям п. № Правил дорожного движения, с технической точки зрения, находятся в причинно-следственной связи с фактом дорожно-транспортного происшествия. Действия водителя автомобиля «<данные изъяты>», несоответствующие требованиям п. № Правил дорожного движения, с технической точки зрения, находятся в причинно-следственной связи с фактом дорожно-транспортного происшествия (т. 1 л.д. 157-159).

Согласно заключению эксперта <данные изъяты> №№ от 26 марта 2025 года, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, при заданных и исходных данных, действия водителя автомобиля «<данные изъяты>», должен был руководствоваться требованиями п. № Правил дорожного движения. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, при заданных и исходных данных, водитель мопеда «<данные изъяты>» должен был руководствоваться требованиями п. № Правил дорожного движения. Однако, руководствуясь требованиями п. № Правил, водитель мопеда «<данные изъяты>» не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «<данные изъяты>», путем применения экстренного торможения, в заданный момент возникновения опасности для движения. Также, водитель мопеда «<данные изъяты>» должен был руководствоваться требованиям п. № Правил дорожного движения. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, при заданных исходных данных действия автомобиля «<данные изъяты>», не соответствующие требованиям п. № Правил дорожного движения, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с фактом дорожно-транспортного происшествия. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, при заданных и исходных данных, действия водителя мопеда «<данные изъяты>», не соответствующие требованиям Правил дорожного движения, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с фактом дорожно-транспортного происшествия. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, при заданных и исходных данных, водитель мопеда «<данные изъяты>», не располагая технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «<данные изъяты>» без применения экстренного торможения, в указанный момент возникновения опасности. Скорость движения мопеда «<данные изъяты>», соответствующая длине следа экстренного торможения, зафиксированного на месте дорожно-транспортного происшествия, составляет около № км/час. Данное значение скорости движения мопеда «<данные изъяты>» является минимальным (т. 1 л.д. 185-191)

Постановлением <данные изъяты> от 28 июля 2025 года, ФИО1 освобожден от уголовной ответственности по № Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности. Уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного № Уголовного кодекса Российской Федерации, прекращено на основании № Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации (т. 1 л.д. 11-13).

Согласно заключению эксперта от 10 июля 2024 года № № ФИО3 получил следующие телесные повреждения: <данные изъяты>, образовавшиеся от действия <данные изъяты>, незадолго до обращения за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ года в ДД.ММ.ГГГГ, о чем свидетельствует <данные изъяты>. <данные изъяты>, вызывает значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть (п. 6.11.7 Медицинских критериев, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н), в связи с чем травмы ФИО3 в совокупности квалифицируются как <данные изъяты> вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть (п. 6.11 Медицинских критериев, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н).05 июля 2023 года ФИО3 обратился <данные изъяты>

В материалах дела имеется выписной эпикриз, согласно которому ФИО3 находился в <данные изъяты>

С 21 июля 2023 года по 02 августа 2023 года ФИО3 находился <данные изъяты>

10 августа 2023 года ФИО3 <данные изъяты>

21 августа 2023 года ФИО3 <данные изъяты>

04 сентября 2023 года ФИО3 <данные изъяты>

12 сентября 2023 года ФИО3 <данные изъяты>

21 сентября 2023 года ФИО3 осмотрен <данные изъяты>

26 сентября 2023 года ФИО3 осмотрен <данные изъяты>

В соответствии с выписным эпикризом ФИО3 находился <данные изъяты>

18 октября 2023 года ФИО3 <данные изъяты>

25 октября 2023 года ФИО3 <данные изъяты>

17 ноября 2023 года ФИО3 <данные изъяты>

В соответствии с выписным эпикризом, ФИО3 <данные изъяты>

16 января 2024 года ФИО3 <данные изъяты>

16 января 2024 года ФИО3 <данные изъяты>

16 января 2024 года ФИО3 <данные изъяты>

07 августа 2024 года ФИО3 <данные изъяты>

В соответствии с выписным эпикризом, ФИО3 <данные изъяты>

12 декабря 2024 года ФИО3 осмотрен <данные изъяты>

27 декабря 2024 года ФИО3 осмотрен <данные изъяты>

15 июля 2025 года ФИО3 осмотрен <данные изъяты>

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что вина ответчика ФИО1 в дорожно-транспортном происшествии составляет в размере №%, поскольку он допустил нарушение № Правил дорожного движения Российской Федерации: при выполнении маневра не должны создавать опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения; при повороте налево или развороте вне перекрестка водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу встречным транспортным средствам. Вина ФИО3 в дорожно-транспортном происшествии установлена в размере №% в связи с нарушением № Правил дорожного движения: водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Таким образом, нарушение ФИО1 Правил дорожного движения находится в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, следовательно, в результате противоправных действий ответчика, управлявшего в момент ДТП транспортным средством, и был причинен вред здоровью истцу.

При определении компенсации морального вреда, суд учитывал фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о виновности водителя ответчика ФИО1 в дорожно-транспортном происшествии, тяжесть полученных ФИО3 в результате дорожно-транспортного происшествия травм, повлекших причинения тяжкого вреда здоровью, характер перенесенных истцом нравственных страданий в связи с <данные изъяты> вредом здоровью, <данные изъяты>, ухудшение состояния здоровья истца ФИО3, и пришел к выводу о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда, причиненного ФИО3 в размере 1000000 рублей.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии правовых оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению вреда, поскольку они основаны на надлежащей оценке доказательств, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и требованиям норм материального права, регулирующим спорные правоотношения.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что факт прекращения уголовного дела в отношении ответчика не свидетельствует о 100% вине ответчика в дорожно-транспортном происшествии, в действиях водителя ФИО3 просматривается грубая неосторожность, направлены на иную оценку доказательств, не содержат обстоятельств, которые не были бы предметом исследования суда первой инстанции и опровергающих его выводы.

Согласно п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Как разъяснено в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.)

Понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействия, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

Фактические обстоятельства дорожно-транспортного происшествия не свидетельствуют о наличии грубой неосторожности, так как вред здоровью был причинен не вследствие действий (бездействия) ФИО3, а в результате действий водителя ФИО1, достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что в действиях потерпевшего имела место именно грубая неосторожность, способствовавшая наступлению травмирования, материалы дела не содержат.

Вместе с тем, соглашаясь с выводами суда о наличии правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда, судебная коллегия не может согласить с размером определенной судом компенсации, полагая доводы апелляционной жалобы ответчика в данной части заслуживающими внимания.

В ходе судебного заседания суда апелляционной инстанции ответчиком ФИО1 представлены документы, подтверждающие его материальное положение, которые были приобщены к материалам дела в порядке ст. 327.1 ГПК РФ и не истребованы судом первой инстанции.

В соответствии с уведомлением <данные изъяты> имеются сведения о том, что ответчик имеет № доли в собственности помещение с кадастровым номером №, площадью № кв.м. По сведениям <данные изъяты>, доходов физического лица - ФИО1 за 2023 не имеется, за 2024 год налоговым агентом является <данные изъяты>. По запросу судебной коллегии <данные изъяты> представлена карточка учета транспортного средства, согласно которой в собственности у ответчика находится автомобиль «<данные изъяты>», государственный знак «№».

Кроме того, в соответствии с представленными ФИО1 в суд апелляционной инстанции документами, у ответчика имеются кредитные обязательства перед <данные изъяты> в размере <данные изъяты> рублей, заключен договор на обучение несовершеннолетнего сына с <данные изъяты> от 26 ноября 2025 года сроком на 1 год 10 месяцев, стоимостью обучения <данные изъяты> рублей в год с последующим увеличением.

Принимая во внимание, что при определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции фактически не исследовано материальное и семейное положение ответчика, не учтена форма вины причинителя вреда, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости снижения взысканной судом суммы компенсации морального вреда.

С учетом изложенного, учитывая фактические обстоятельства дела и ДТП (<данные изъяты>), характер и болезненность полученных истцом травм (<данные изъяты>), длительность лечения (<данные изъяты>), индивидуальные особенности потерпевшего (возраст ФИО3 на момент дорожно-транспортного происшествия - № лет), степень нравственных страданий потерпевшего (<данные изъяты>), материальное положение ответчика (наличие на иждивении двоих несовершеннолетних детей, наличие в собственности автомобиля, наличие кредитных обязательств), а также, что вред здоровью истца был причинен по вине ответчика (в форме неосторожности), допустившего нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации, требования разумности и справедливости, судебная коллегия считает разумной и справедливой, с учетом обстоятельств дела, сумму компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца ФИО3, определить в размере 700000 рублей, в связи с чем, считает необходимым решение суда в этой части изменить, снизив размер взыскиваемой суммы компенсации морального вреда до 700000 рублей, полагая, что данная денежная компенсация будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

Оснований для снижения морального вреда в большем размере по доводам апелляционной жалобы ответчика судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Пластского городского суда Челябинской области от 15 декабря 2025 года в части взыскания компенсации морального вреда изменить.

Взыскать с ФИО1 (паспорт № в пользу ФИО2 (паспорт № действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО3 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 700000 рублей.

В остальной части это же решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное определение изготовлено 26 марта 2026 года