Решение № 2-293/2025 2-293/2025(2-3194/2024;)~М-3341/2024 2-3194/2024 М-3341/2024 от 30 июня 2025 г. по делу № 2-293/2025

Дело №2-293/2025 УИД: 31RS0022-01-2024-005679-67


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

«17» июня 2025г г.Белгород

Свердловский районный суд г.Белгорода в составе

председательствующего судьи Камышниковой Е.М.

при секретаре Грековой Д.Е.

с участием помощника прокурора Рыбниковой Н.С.

представителя истца ФИО1 - ФИО2

представителя ответчика ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» - ФИО3

представителя ответчика ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» - ФИО4

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ», ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» о компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратилась в суд с указанным иском, утверждая что 14 марта 2021 водитель З.М.Я.., управляя автомобилем «KIA RIO» госномер ******), двигаясь по автодороге ФАД М-2 «Крым» со стороны г.Белгорода в сторону г.Курска, на 607км (неподалеку от х.Зоринские Дворы» Ивнянского р-на Белгородской обл.), нарушил п.10.1ПДД РФ, в соответствии с которым обязан был двигаться на автомобиле с установленной на данном участке дороги скоростью, с учетом дорожных и метеорологических условий и при возникновении опасности принять меры к снижению скорости, вплоть до остановки, и, превысив скоростной режим (двигался со скоростью не менее 132 км/ч) на закруглении дороги налево выехал на обочину встречной полосы дороги, где совершил наезд на опору мачты освещения. В результате происшествия пассажиру автомобиля Д.Д.В. был причинен тяжкий вред здоровью в виде множественных повреждений головы и грудной клетки, внутренних органов (печени, почек), повлекших смерть потерпевшей. Указанные обстоятельства установлены приговором Ивнянского районного суда Белгородской области от 14.04.2023г, который вступил в законную силу. Кроме этого, в ходе расследования по факту смерти Д.Д.В. было установлено, что что в ходе рассмотрения Ивнянским районным судом Белгородской области уголовного дела было установлено, что бригада скорой медицинской помощи ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» прибыла на место спустя примерно 15 минут, и доставила Д.Д.В.. с З.М.Я.. в ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» примерно в 15 часов 20 минут, где сотрудники получили отказ в приеме, первичном осмотре потерпевших и оказании им неотложной помощи от дежурного врача-травматолога мед учреждения ФИО6, в связи с чем, были вынуждены, в нарушение маршрутизации, везти пострадавших в ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода». В итоге бригада скорой помощи доставила пострадавших в ДТП в ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода» только в 16 часов 17 минут. В силу чего, истец полагает, что незаконный и немотивированный отказ от предоставления своевременной квалифицированной экстренной медицинской помощи Д.Д.В.. в ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» и нарушение установленной маршрутизации сотрудниками ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» повлияли на наступление смерти Д.Д.В.. и находится в причинной связи с наступлением смерти потерпевшей. Полагает, что в силу ст.151 и 1079ГК РФ она, как мама погибшей, имеет право требовать компенсацию морального вреда с виновных лиц солидарно, которую она определила в 2000000руб.

Истец в судебное заседание не явилась, обеспечив в нем участие своего представителя, который исковые требования поддержал в полном объеме, пояснив, что погибшая была дочерью истицы. Истица полагает, что Причиненный моральный вред может быть компенсирован только заявленной в иске суммой.

Ответчик ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» требования не признал, утверждая, что медицинская помощь потерпевшей не была предоставлена ввиду нарушения бригадой «скорой помощи» регламента о порядке оформления доставленных в больницу лиц, нуждающихся в скорой медицинской помощи – пострадавшая не была переложена на каталку и не доставлена в приемный покой больницы. Нарушений при оказании медицинской помощи со стороны больницы допущено не было, а поэтому с учетом всех изложенных доводов просят в иске истице отказать в полном объеме.

Ответчик ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» требования не признал, утверждая, что бригада скорой помощи действовала адекватно в создавшейся ситуации – после установленной тяжести травм у Д.Д.В. она была сначала доставлена в Яковлевское ЦРБ, что подтверждается видео из приемного отделения больницы, на котором четко видно, что фельдшер пыталась передать пострадавшую специалистам больницы, однако, по утверждению фельдшера, ей было отказано в приеме пострадавшей по тем основаниям, что в больнице диагностическое оборудование было неисправно, что не позволило бы правильно установить диагноз и провести необходимый объем реанимационных мероприятий, в связи с чем бригадой обоснованно было принято решение о транспортировке пострадавшей в ЦРБ-2. Учитывая, что нарушений работниками скорой помощи при оказании скорой вспомогательной помощи допущено не было, оснований для взыскания со скорой помощи компенсации морального вреда нет.

Прокурор считает требования истца о компенсации морального вреда в связи с некачественно оказанной ее дочери медицинской помощи подлежащими удовлетворению, но с уменьшением размера до разумных пределов.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства дела по представленным сторонами доказательствам, выслушав заключение прокурора, суд признает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В части 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации закреплено, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

В соответствии со статьей 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 г. №323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Статьей 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" предусмотрено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что законом гарантировано оказание гражданам на бесплатной основе медицинской помощи в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения.

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 12 ГК РФ закрепляет в качестве защиты гражданских прав денежную компенсацию морального вреда. На основании ст. 151 ГК РФ и разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 №10, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд также учитывает степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Таким образом, юридически значимыми при разрешении требований о компенсации морального вреда по настоящему делу является наличие родственных отношений между лицом, заявляющим о компенсации морального вреда, и лицом, чья смерть причинила нравственные страдания лицу, заявляющему требования о компенсации этих нравственных страданий, а следовательно толкование представителем ответчика нормы УПК, которой предусмотрен порядок привлечения потерпевших к участию в деле о преступлениях, последствием которых является смерть лица, являются ошибочными, поскольку данной нормой предусмотрен порядок перехода права погибшего потерпевшего к одному из его близких родственников и (или) близких лиц, а при отсутствии или невозможности их участия в уголовном судопроизводстве-к одному из родственников. Истицей же заявлены требования о компенсации морального вреда лично ей ввиду смерти близкого ей человека по вине ответчика, который грубо нарушил правила дорожного движения при использовании источника повышенной опасности.

В соответствии со ст.1101 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда суд должен учитывать: характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, который, в свою очередь, должен быть оценен с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего, который в силу психологических и иных особенностей может воспринимать события с большей или меньшей остротой и реагировать на нарушение его неимущественных прав по-разному; степень вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда, при этом в соответствии со ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как разъяснено в пункте 12,13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ). Моральный вред, причиненный правомерными действиями, компенсации не подлежит. При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 закреплено, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 даны разъяснения о том, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. №323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания, пациента (способствовали ухудшению здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом, на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Согласно пункту 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Из нормативных положений Семейного кодекса Российской Федерации, статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого гражданина, другими близкими ему людьми.

Как установлено в судебном заседании в результате ДТП, произошедшем 14 мая 2021, была травмирована пассажир автомобиля ФИО7, которая от полученных травм скончалась.

Членами семьи погибшей являлись ее мама, сестра ФИО8, бабушка и дедушка.

В рамках уголовного дела по факту ДТП, в котором участники происшествия получили травмы разной степени тяжести, было установлено, что 14 марта 2021 в 14:50 на пульт «скорой помощи» поступило сообщение о том, что в результате ДТП травмированы люди, в 15:08 бригада «скорой помощи» прибыла к месту, в 15:30 после осмотра потерпевших была начата транспортировка пострадавших в лечебные учреждения.

Поводом к вызову скорой медицинской помощи для Д.Д.В.. было ее общее недомогание, слабость, головная боль, тошнота, боль в области живота и в области грудной клетки справа, онемение нижних конечностей и частичная потеря зрения на оба глаза. При обследовании ее прибывшей бригадой скорой помощи было установлено, что у пострадавшей артериальное давление 90/60 при привычном 110/70, сознание заторможенное, но она адекватно отвечала на вопросы, печень и селезенка не увеличены, при поступлении в ЦРБ-2 ФИО7 был выставлен диагноз: ЗЧМТ,СГМ, з/т позвоночника, тупая травма живота, перелом 9-10 ребер справа. На месте ДТП пострадавшей была оказана экстренная помощь с целью купирования болевого синдрома. В 15:45 доставлена в Яковлевскую ЦРБ – ближайший стационар, однако дежурным врачом-травматологом Чумак пострадавшая без осмотра была направлена в ЦРБ-2, где и были проведены основные реанимационные мероприятия, в том числе установлен общий объем повреждений, проведена операция по купированию кровеносных сосудов и остановке кровопотери, которая к моменту поступления пострадавшей в ЦРБ-2 была значительной (около 2000мл). Однако реанимационные действия не дали результата из-за неравномерного кровонаполнения легких, головного мозга, малокровия печени и наступившего отека головного мозга с последующей асистолией.

С учетом анализа всей медицинской документации, материалов уголовного дела в ходе судебной комплексной медицинской экспертизы специалисты ООО «Экспертная организация «Воронежский центр медицинских экспертиз» (заключение №74/25 от 22.05.2025) пришли к выводу о нарушении бригадой скорой медицинской помощи ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» требований, установленных приказом департамента здравоохранения и социальной защиты населения Белгородской области от 01.04.2019 №309 «О совершенствовании оказания медицинской помощи пострадавшим при ДТП, сопровождающимся шоком» (п.7 приложения №1) при наличии у пострадавшей в ДТП сочетанной травмы, повреждений, требующих экстренного хирургического вмешательства, сопровождавшихся травмами грудной и брюшной областей, кровотечением, доставка и передача ее бригадой скорой помощи в ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» (травмоцентр III уровня)- ближайшую медицинскую организацию, поскольку бригадой скорой медицинской помощи ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» нарушен порядок передачи пациентки медицинскому работнику приемного отделения ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ», не заполнена медицинская документация (карта вызова скорой помощи (п.23) под подпись о приеме (отказе в приеме), что является нарушением п.9 приказа Минздрава России от 20.06.2013 №388н «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи». Оценить имелись дефекты (недостатки или комплекс недостатков) при оказании медицинской помощи пострадавшей врачами Яковлевской ЦРБ специалисты экспертной организации не могли ввиду отсутствия медицинской документации на этапе транспортировки пострадавшей в эту больницу. По мнению экспертов именно нарушение бригадой скорой помощи порядка передачи пострадавшей в приемное отделение Яковлевской ЦРБ вызвало практически часовую задержку в оказании пациентке специализированной медпомощи, что способствовало дальнейшему прогрессированию и утяжелению опасных для здоровья и жизни осложнений имеющейся у нее политравмы. Оценить причинен ли вред здоровью ФИО7 действиями или бездействиями работников Яковлевской ЦРБ ввиду отсутствия медицинских документов.

Однако в материалы дела представлена видеозапись с камеры слежения, установленной в приемном отделении Яковлевской ЦРБ, на которой зафиксирован момент приезда в ЦРБ кареты скорой помощи 14.03.2021 в 15:45 в составе фельдшера Ш.Е.Ф.., которая с меддокументами вошла в приемное отделение и на протяжении нескольких минут объясняла присутствующим причину транспортировки пострадавшей в эту больницу, при этом никто из присутствующих медиков к машине скорой помощи не вышел, в том числе присутствовавший в приемном отделении травматолог. Допрошенная в судебном заседании Ш.Е.Ф.. пояснила, что ей было известно о поломке диагностического аппарата в Яковлевской больнице, а поскольку состояние ФИО7 было тяжелым и требовало минимальных перемещений ее тела в целях исключения дополнительных травм, она решила прежде выяснить примет ли больница пострадавшую. В приемном отделении находился дежурный врач-травматолог, который без оформления меддокументации отказался принимать пострадавшую в больницу, сообщив, что ее готова принять ЦРБ-2 г.Белгорода, куда и была транспортирована пострадавшая в 16:17 час.

Таким образом, судом установлено, что бригадой скорой помощи нарушен технический регламент передачи пострадавших в лечебные учреждения, однако, несмотря на выводы судебной экспертизы, суд полагает, что имеются безусловные доказательства бездействия медперсонала Яковлевской ЦРБ, которые при наличии сведений о тяжелом состоянии пострадавшей в ДТП Д.Д.В.., не предприняли мер по оказанию ей экстренной помощи, в том числе с привлечением специалистов из других медицинских учреждений и, во всяком случае, не были предприняты меры по диагностике состояния пострадавшей. Представителем Яковлевской ЦРБ не опровергнуты показания ФИО9, которые ею даны как при ее допросе в судебном заседании, так и в ходе расследования по уголовному делу.

С учетом изложенного, судом установлено, что дефекты оказания медицинской помощи, допущены как сотрудниками ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ», так и медицинскими работниками ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области», и эти дефекты находятся в косвенной причинно-следственной связи с наступлением смерти Д.Д.В., поскольку указанные работники не исполнили свою обязанность по качественному и квалифицированному оказанию медицинской помощи человеку с тяжкими телесными повреждениями, что косвенно привело к смерти пострадавшей в ДТП девушки.

Наличие косвенной (опосредованной) причинно-следственной связи между недостатками (дефектами) медицинской помощи, оказанной Д.Д.В. и наступившими последствиями (смерти Д.Д.В. вследствие, в том числе значительной потери крови и развития шока от полученных тяжких травм, купирование которых было осуществлено через почти два часа, тогда как такая помощь могла быть оказана через 40 минут после ДТП, в случае исполнения работниками Яковлевской ЦРБ основной функции медицинского работника – оказание медицинской помощи пострадавшим, даже, если допускаются какие-либо технические нарушения при оформлении поступившего в больницу пострадавшего.

При этом, недоказанность наличия прямой причинно-следственной связи между выявленными дефектами и смертью пациента не может являться основанием для отказа в иске, поскольку, в данном случае, закон не связывает возможность удовлетворения иска о возмещении морального вреда только с наличием прямой связи.

Ответчиками со своей стороны доказательств указывающих на отсутствие виновных действий (бездействия) со стороны лечебного учреждения не представлено.

В данном случае требования истца как они сформулированы в просительной части искового заявления: взыскание компенсации морального вреда в связи с ненадлежащей медицинской помощью, повлекшей летальный исход и компенсации морального вреда в связи с недостатками, выразившимися в неоказании врачами ряда необходимых лечебно-диагностических процедур, не исключают их совместное рассмотрение и взыскание компенсации морального вреда в связи с ненадлежащей медицинской помощью.

Учитывая, что установлены дефекты оказания медицинской помощи пострадавшей как работниками сотрудниками ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ», так и медицинскими работниками ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области», суд приходит к выводу о наличии ответственности обоих медицинских учреждений, при этом суд полагает, что степень вины ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» в изложенных выше обстоятельствах выше.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, характер и степень нравственных страданий, полученных истцом в результате смерти близкого человека, учитывая, что гибель близкого родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи пострадавшей в ДТП ФИО7, ее маме опосредованно были причинены нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях по поводу смерти родного человека, что является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие близких родственников, а также право на родственные и семейные связи, является тяжелейшим событием в жизни, а потому является основанием для возложения на ответчиков обязанности компенсировать истцу моральный вред, причиненный ненадлежащим оказанием медицинской помощи.

С учетом обстоятельств причинения вреда здоровью Д.Д.В.., приняв во внимание характер физических и нравственных страданий истицы, учтя фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, индивидуальные особенности потерпевшего, применив требования о разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что взыскание компенсации морального вреда в сумме 2000000 рублей явно несоразмерны последствиям такого вреда и потому должны быть уменьшены до 500000 руб., которые распределяются между медучреждениями: с ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ»-350000руб., а с ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» - 150000руб.

В соответствии с п.8 ст.333.20 Налогового кодекса в случае, если истец освобожден от уплаты государственной пошлины, а ФИО1. освобождена от уплаты госпошлины в силу закона, государственная пошлина уплачивается ответчиком (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а согласно пп.3 п.1 ст.333.36 Налогового кодекса от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями, освобождаются истцы - по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья.

Ответчики льгот по уплате госпошлины не имеет. С учетом размера удовлетворенных судом исковых требований в доход государства подлежит взысканию по 3000руб. с каждого ответчика.

Руководствуясь ст.ст. 98, 194-199 ГПК РФ, ст.ст.151,1100,1101,1079, 1064,1085-1086 ГК РФ

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ», ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» о компенсации морального вреда удовлетворить в части

Взыскать с ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт ******) 350000руб (триста пятьдесят тысяч) компенсации морального вреда.

Взыскать с ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт ******) 150000руб (сто пятьдесят тысяч) компенсации морального вреда.

Взыскать с ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» (ИНН <***>) в доход муниципального образования городской округ «Город Белгород» государственную пошлину в размере 3000руб.

Взыскать с ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» (ИНН <***>) в доход муниципального образования городской округ «Город Белгород» государственную пошлину в размере 3000руб.

Исковые требования ФИО1 к ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ», ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» о компенсации морального вреда в остальной части оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления полного текста решения путем подачи апелляционной жалобы через Свердловский районный суд г. Белгорода.

Мотивированное решение изготовлено 02 июля 2025

Судья-