Апелляционное определение № 22-277/2026 от 25 февраля 2026 г.

Судья ФИО43 Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 февраля 2026 г. г. Махачкала

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего судьи ФИО30,

судей ФИО44

при секретаре судебных заседаний ФИО10,

с участием: осужденного ФИО1 посредством системы видеоконференцсвязь и его защитника - адвоката ФИО12,

ФИО39 ФИО11,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО1 - адвоката ФИО12 на приговор Ногайского районного суда Республики Дагестан от <дата> в отношении ФИО1,

заслушав доклад судьи ФИО30, изложившего обстоятельства дела, выступления осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката ФИО12, просивших приговор отменить по доводам апелляционной жалобы, ФИО39 ФИО11, полагавшая приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения,

установила:

приговором Ногайского районного суда РД от <дата> ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> ДАССР, зарегистрированный и проживающий в <адрес>, женатый, ранее не судимый,

признан виновным и осужден:

по ч.1 ст.222 УК РФ (в ред. Федерального закона от <дата> N 92-ФЗ) к 2 годам лишения свободы, на основании ч.8 ст.302 УПК РФ освобожден от наказания, в связи с истечением срока давности уголовного преследования;

по ч.1 ст.105 УК РФ к 9 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Согласно приговору ФИО1 совершил незаконное ношение огнестрельного оружия и боеприпасов, убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку при подробно изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе и уточнениях в судебном заседании суда апелляционной инстанции защитник ФИО1 - адвокат ФИО12просит приговор суда отменить, уголовное дело передать на новое рассмотрения в суд первой инстанции, указав на то, что приговор является незаконным, необоснованным и несправедливым, постановлен с нарушением требований ст.ст.14, 17, 87, 88, 73, 297, 302 и 307 УПК РФ, ст.61 УК РФ, без учета разъяснений п.6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № от <дата> «О судебном приговоре».

Полагает, что судом надлежащим образом не приняты во внимание и не исследованы доводы стороны защиты о непричастности ФИО1 к совершению инкриминируемых ему преступлений, не устранены возникшие существенные сомнения в объективности и законности доказательств стороны обвинения, судом не проведена проверка доказательств путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, не оценены все доказательства в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, в нарушение требований ст.15 УПК РФ, суд выступил на стороне обвинения, лишив возможности защиту устранить имеющиеся существенные противоречия, стороной обвинения не выполнены требования ст.73 УПК РФ, в соответствии с которыми, обстоятельствами, подлежащими доказыванию, являются, в том числе событие преступления, время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления, форма его вины и мотивы, указанные обстоятельства, не нашли своего подтверждения ни на стадии предварительного следствия, ни в судебном заседании.

Полагает, что суд необоснованно сослался на доказательства, подтверждающие виновность ФИО13 в совершении инкриминируемых ему преступлений на материалы дела на листах 2-231 т.1, которые являются недопустимыми доказательствами, так как согласно постановления руководителя ФИО2 СУ СК при прокуратуре РФ по РД ФИО14 от <дата> уголовное дело № с <дата> находилось в производстве следователя ФИО2 О.Г., в числе других, было уничтожено в результате поджога здания прокуратуры <адрес>, в связи с чем поручено для восстановления следователю ФИО2 СУ СК при прокуратуре РФ по РД ФИО15, который в нарушение требований п.2 ч.2 ст.38 и ст.158.1 УПК РФ, без принятия уголовного дела к производству, ограничился лишь приобщением нечитаемых и незаверенных светокопий сгоревших материалов уголовного дела, в числе которых показания свидетелей и заключения экспертиз, принятых судом в качестве бесспорных доказательств виновности ФИО1, считает, что полученные в результате восстановления уголовного дела материалы могут быть признаны доказательствами в установленном уголовно-процессуальным законом порядке. В ходе судебного следствия установить в указанных документах отсутствующие сведения, наличие которых обязательно в процессуальных документах и протоколах следственных действий, а именно: место и дата производства следственного действия, время его начала и окончания с точностью до минуты; должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол либо иной процессуальный документ; фамилия, имя и отчество каждого лица, участвовавшего в следственном действии, а в необходимых случаях его адрес и другие данные о его личности, сведения о процессуальном действии в том порядке, в каком оно производилось, выявленные при его производстве существенные для данного уголовного дела обстоятельства, а также заявления лиц, участвовавших в следственном действии, сведения о технических средствах, примененных при производстве следственного действия, ни суду, ни другим участникам процесса не представилось возможным.

Обстоятельства происшествия, также как и иные существенные факты, подлежащие доказыванию, судом установлены лишь на основании противоречивых показаний ФИО18, допрошенного в качестве подозреваемого <дата> (т.1 л.д. 175-179), с участием защитника ФИО16, которая в нарушение требований ст.72 УПК РФ была привлечена к участию в судебном заседании в качестве защитника ФИО1, а также в качестве свидетеля от <дата> (т.2 л.д.42-49) и <дата> (т.2 л.д.202-209), согласно показаниям которой, убийство совершил ФИО1, сидевший на переднем пассажирском сиденье, застрелил водителя ФИО3 в результате конфликта, произошедшего между ними, который отказался везти их по причине того, что все пассажиры, в том числе он, ФИО4 М.М. и ФИО1 были в состоянии сильного алкогольного опьянения, шумели и спорили между собой. При этом, не может описать оружие, которым совершено преступление, где оно, какие телесные повреждения были у покойного, куда именно производились выстрелы, однако в подробностях рассказывает о месте происшествия и месте, где труп из салона был переложен в багажник автомашины, а последующем указывает описанные места в ходе проверки показаний на месте. В ходе допроса в судебном заседании ФИО18 не смог пояснить причину расхождений в показаниях, однако подтвердил, что после убийства из кафе, где они находились, их забрал знакомый ФИО19 на автомашине «Мерседес», зеленого цвета, который отвез их в квартиру в <адрес>. Причину, по которой скрыл указанные обстоятельства пояснить не смог.

Считает, что показания ФИО18 не получили надлежащей оценки, положены в основу обвинения, несмотря на то, что противоречат имеющимся в деле доказательствам, а именно: ксерокопии поврежденного нечитаемого документа, находящегося в т.1 л.д.38-49, а также незаверенной копии заключения судебно-медицинской экспертизы № от <дата>, именуемыми стороной обвинения, как заключение эксперта от <дата> №; показания ФИО18, не соответствующим показаниям, изложенным в протоколах допросов, очной ставки и проверки показаний (т.1 л.д.175-179, т.2 л.д.42-49, 51-60, 61-67, 202-209), объективность которых подкрепляются выводами заключения эксперта от <дата> №мко и заключением эксперта от <дата> №.

Несмотря на имеющиеся существенные сомнения и противоречия в представленных стороной обвинения доказательствах, подлежащих устранению, в том числе и экспертным путем, судом, в нарушение требований ст.283 УПК РФ, проигнорированы доводы защиты о необходимости назначения ситуационной экспертизы для установления объективных обстоятельств преступления, в том числе места совершения преступления, взаимного расположения жертвы и стрелявшего, положение оружия, его направления в соответствии с раневыми каналами, а также соответствия причиненных огнестрельных ранений обстоятельствам, изложенным свидетелем ФИО18

По мнению автора апелляционной жалобы, ФИО1 необоснованно признан виновным в незаконном ношении огнестрельного оружия неустановленного образца и боеприпасов к нему, исключив из обвинения факт незаконного приобретения огнестрельного оружия неустановленного образца и боеприпасов к нему, несмотря на то, что согласно позиции Верховного Суда РФ, изложенной в н.п.10-11 Постановления Пленума ВС РФ от <дата> (в редакции от <дата>) «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств», отсутствие предмета и объекта преступного посягательства препятствует классификации вида оружия и боеприпасов, исключает возможность определить нарушение конкретного правила оборота каждого вида оружия и боеприпасов, которые регламентированы законом и соответствующими постановлениями Правительства Российской Федерации и ведомственными нормативными правовыми актами, в связи с чем при решении вопроса о привлечении к ответственности за преступления, предусмотренные статьями 222,223,224,225 УК РФ, необходимо устанавливать и указывать в обвинении и в приговоре, какие правила были нарушены. При возникновении трудностей в решении вопроса об отнесении конкретных образцов оружия, патронов и боеприпасов к тому или иному виду необходимо назначать экспертизу для определения тактико-технических характеристик данных образцов. Однако при отсутствии оружия и боеприпасов, устранение подобных трудностей невозможно, что в соответствии со ст.14 УПК РФ трактуется в пользу подозреваемого и исключает не только наличие в действиях подозреваемого не только отсутствие состава преступления, но и события преступления, что прямо взаимосвязано и с последующими противоправными действиями, вмененными органом предварительного следствия либо дознания, исключает также и их уголовную противоправность.

Обращает внимание на то, что согласно материалам уголовного дела, с места происшествия, в частности из автомашины «АУДИ-80» серого цвета, гос. номерами <***>/РУС, изъято три гильзы калибра 9 мм (т.1 л.д.9-14, 80-81), а также из тела покойного ФИО3 изъято две пули калибра 9 мм. (т.1 л.д.38-49, т.2 л.д.155-169), которые согласно заключения эксперта № от <дата> являются частями патронов, отстрелянных из одного экземпляра оружия (т.1 л.д.21-126), однако в качестве вещественных доказательств указанные пули и гильзы не приобщены к делу и хранятся при уголовном деле. Кроме того, ни стороной обвинения, ни судом не приняты меры к проверке показаний осужденного ФИО1 о том, что у ФИО19 имелось при себе огнестрельное оружие-пистолет системы «ФИО5» с приспособлением для бесшумной стрельбы, которым последний совершил убийство ФИО3, которое было обнаружено и изъято при попытке задержания ФИО19 <дата> на территории домовладения, расположенного в <адрес>. Суд ограничился допросом следователя ФИО17, который показал, что вопрос об идентичности гильз, изъятых с места убийства ФИО3, а также пуль, изъятых из тела ФИО3 с пистолетом, изъятым при задержании ФИО19, не выяснил по причине того, что пистолет, изъятый при задержании ФИО19, уничтожен, а гильзы, изъятые с места происшествия по факту убийства ФИО3 и пули, извлеченные из тела последнего, отсутствуют в деле, назначить соответствующую экспертизу не представилось возможным. Более того, как выяснилось, следователь проживает в <адрес>, был осведомлен о том, что после совершения преступления ФИО4 М.А., ФИО18 и ФИО1 скрывались в доме ФИО20, которому сообщили причину своего приезда, обстоятельства совершенного преступления, однако никаких мер по установлению указанных обстоятельств не предпринял, а напротив предпринял всевозможные меры, направленные на создание видимости бесспорной вины ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений и заинтересованности в исходе дела.

Судом не приняты в качестве доказательств показания свидетелей Свидетель №7 (т.3 л.д.142-146) и ФИО21 (т.3 л.д.155-158), которые показали, что <дата> принимали участие при задержании ФИО19 в <адрес>. В ходе задержания ФИО4 М.А. на предложение сдаться ответил отказом, отстреливался, имевшимся при себе пистолетом системы «ФИО5», калибра 9 мм, в последующем подорвал себя гранатой, будучи тяжело раненным выстрелил себе в голову. При нем были обнаружены барсетка, в которой находилось приспособление для бесшумной стрельбы (глушитель) и магазин с 7 патронами, из данных показаний следует, что ФИО4 М.А. покончил жизнь самоубийством из-за боязни понести наказание за убийство, которое по версии обвинения совершил ФИО1

Полагает, последовательными и объективными показания свидетеля защиты ФИО22 о том, что в начале декабря 2003 года к ним домой в <адрес> приехали его родственники, ФИО4 М.А. по прозвищу «Полковник», ФИО1 и ФИО18, которые находились у них дома несколько дней, из разговора последних следовало, что днем ранее в <адрес> ФИО4 М.А. в ходе ссоры застрелили таксиста, который вез их в <адрес>. В его присутствии ФИО1 ругал ФИО19 за то, что тот застрелил таксиста. ФИО4 М.А. пояснял, что убил из-за того, что тот нецензурно выразился в адрес его матери, при этом он видел у ФИО19 пистолет системы «ФИО5», который тот носил при себе, а когда ложился, прятал под подушку. Факт наличия огнестрельного оружия у ФИО19 непосредственно до произошедшего убийства подтвердила также допрошенная в ходе судебного заседания ФИО23, а также ФИО24, что свидетельствует о достоверности показаний осужденного ФИО1, который показал, что убийство ФИО3 на почве неприязненных отношений совершил ФИО4 М.А., однако свидетелями убийства ни он, ни ФИО18 не были. Выяснять отношения ФИО4 М.А. и ФИО3 остались в машине вдвоем, а он и ФИО18 в это время находились в кафе, обратно ФИО4 пришел один, где произошло убийство ни он, ни ФИО18 не знают. После случившегося ФИО4 М.А. кому-то позвонил и за ними приехал знакомый ФИО19, который отвез их к себе на квартиру в <адрес>, где они остались ночевать, где ФИО4 М.А. просил его взять ответственность за убийство на себя, ссылаясь на то, что он слаб здоровьем и в тюрьме не выдержит, на что он ответил отказом.

В возражениях на апелляционную жалобу государтсвенный обвинитель по делу - ФИО39 <адрес> ФИО25, полагая законным и обоснованным, просит оставить приговор суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, указав на то, что судом установлено, что ФИО1, находясь на переднем пассажирском сидении автомобиля ФИО3, припаркованной на южной окраине <адрес> автотрассы «<адрес>» в результате внезапно возникшего умысла на причинение смерти последнему из личной неприязни, действуя умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий, желая наступления смерти в присутствии сидящих на заднем сиденье автомобиля ФИО26 и ФИО19, неосведомленных о его преступных намерениях произвел в сидящего за рулем автомобиля ФИО3, не менее 4 выстрела незаконно хранившегося при себе огнестрельного оружия, неустановленного следствием образца, снаряженного не менее 4 патронами, калибра 9 мм.

Допрошенный по делу в качестве свидетеля ФИО26 как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании дал последовательные, подтверждающиеся объективными данными и добытыми по делу доказательствами обвинения, показания о том, что в ФИО3 стрелял ФИО1 На очной ставке между свидетелем ФИО26 и подозреваемым ФИО1 свидетель ФИО26 подтвердил ранее данные им показания, косвенными доказательствами вины ФИО40 в совершении преступлений являются показания свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №7 Допрошенный в судебном заседании представитель потерпевшего Потерпевший №1 показал, что до настоящего времени никто из родственников убийцы его брата не просил примирения. Доказательства, полученные с нарушением требований уголовно процессуального законодательства в суде не установлены. Подсудимый как в ходе предварительного следствия, так и в суде вину свою не признал, ссылаясь на голословное утверждение о совершении преступления иным лицом.

Проверив материалы дела, заслушав сторон, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия находит обжалованный приговор суда в отношении ФИО1 законным, обоснованным, справедливым и подлежащим оставлению без изменения.

Выводы и решение суда о виновности ФИО1 в содеянном, квалификации действий и его осуждении по ч.1 ст.222 и ч.1 ст.105 УК РФ при подробно изложенных в приговоре обстоятельствах являются правильными, основаны на положенных в приговора тщательно исследованных и проверенных в судебном заседании, подробно изложенных, анализированных и нашедших правильную оценку в приговоре показаниях потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №3, Свидетель №6, ФИО26, Свидетель №7, Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №5, ФИО20, ФИО27, ФИО23, ФИО24, ФИО22, Свидетель №6, которые согласуются между собой и с письменными и вещественными доказательствами по делу, в частности:

-протоколом осмотра места происшествия - автостанции <адрес>, на территории которой обнаружен автомобиль марки «Ауди-80», государственными регистрационными знаками <***> РУС, в багажнике которого обнаружен труп ФИО3 с огнестрельными ранениями, в салоне данного автомобиля обнаружена и изъята гильза, калибра 9 мм (т.1 л.д.9-14);

-протоколом осмотра трупа ФИО3, согласно которому в ходе осмотра трупа ФИО3 обнаружены огнестрельные пулевые ранения головы с повреждением костей черепа и огнестрельное пулевое проникающее ранение грудной клетки (т.1 л.д.15-21, т.2 л.д.173-183);

-протоколом осмотра предметов - автомобиля марки «Ауди-80», серогоцвета, государственными регистрационными знаками <***> РУС, в салоне которого обнаружены и изъяты две гильзы, калибра 9 мм. (т.1л.д.80-81);

-заключением эксперта от 11.12.2003№, согласно которому смерть ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения последовала от огнестрельных пулевых проникающих сквозных ранений головы, костей черепа, огнестрельного пулевого проникающего сквозного ранения грудной клетки с ранениями правого легкого и сердца, что подтверждается наличием: ранений на голове и грудной клетке, соединенных раневыми каналами, костей черепа по ходу раневых каналов; правого легкого и сердца; наличием 2 пуль в конце раневых каналов; крови в правой плевральной полости и полости сердечной сорочки, малокровием внутренних органов; огнестрельные ранения головы с повреждениями костей лицевого и мозгового скелета, ранение грудной клетки с повреждением правого легкого и сердца относятся каждое по отдельности и в совокупности к тяжким повреждениям, опасным для жизни вредом здоровью, находятся в прямой причинной связи с наступившей смертью (т.1 л.д.38-49, т. 2 л.д.155-169);

-заключением эксперта от <дата> №, согласно которому представленные на исследование: 3 гильзы являются частями пистолетных патронов, калибра 9 мм, заводского изготовления штатного к пистолетам ФИО5 «ПМ», к пистолетам ФИО6 «АПС» и к ряду пистолетов-пулеметов «Кедр», «Кипарис», «Клин», «ПП-90», пригодны для идентификации конкретного экземпляра оружия, являются частями патронов отстрелянных либо из пистолета ПМ или пистолета АПС, в конструкцию которых внесены изменения, либо из газового пистолета ИЖ-79, переделанного под боевой пистолетный патрон калибра 9 мм.; гильзы пистолетных патронов, калибра 9 мм, являются частями патронов отстрелянных из одного экземпляра оружия; 2 пули являются частями пистолетных патронов, калибра 9 мм, заводского изготовления, штатного к пистолетам ФИО5 «ПМ», к пистолетам ФИО6 «АПС» и ряду пистолетов-пулеметов «Кедр», «Кипарис», «Клин», «ПП-90», пригодны для идентификации конкретного экземпляра оружия, являются частями патронов, стрелянных из оружия со стволом самодельного изготовления; 2 пули пистолетных патронов, калибра 9 мм, являются частями патронов отстрелянных из одного экземпляра оружия (т.1л.д.121-126);

-заключением эксперта от <дата> №мко, из которого следует, что исследованием одежды ФИО3 (куртка спортивная, свитер, фуфайка, майка, брюки, кальсоны), бывших на нем в момент причинения ему ранения, установлено наличие сквозных повреждений спинок справа, соответствующих по локализации друг другу и ране по задней подмышечной линии справа на уровне 4-го ребра и передов слева (за исключением наружного слоя куртки), соответствующих друг другу и ране грудной клетки слева по передней подмышечной линии на уровне 3-го ребра, что свидетельствует об одномоментном их образования; повреждения спинок справа являются огнестрельными входными, причинены выстрелом в упор оболочечным снарядом, калибра, не выше среднего; повреждения передов слева, являются огнестрельными выходными пулевыми; отсутствие повреждений верхнего слоя куртки можно объяснить тем, что снаряд утратил свою кинетическую энергию, достаточную для оказания пробивного действия на ткань; исследованием участка кожи правой стороны лица установлено наличие сквозной раны, которая является огнестрельной входной, причинена оболочечным снарядом калибра 9 мм, возможно выстрелом из положения упора; учитывая локализацию входного огнестрельного повреждения (спинка справа, ближе к боковому шву) и выходного (спереди слева) можно предположить, что в момент выстрела дульный срез располагался справа сбоку и несколько сзади (т.1 л.д.127-134, т.2 л.д.140-147);

-заключением эксперта от <дата> №, из которого следует, что примененным контактно-диффузионным методом исследования спортивных куртки и брюк ФИО3, выявлена металлизация следами сурьмы пояса брюк (сзади справа; спереди слева; сзади слева) и манжеты левого рукава. Сурьма, металл, входящий в состав капсульной смеси, является одним из сопутствующих компонентов выстрела (т.1 л.д.137-142, т.2 л.д.148-153);

-протоколом проверки показаний на месте свидетеля ФИО26, из которого следует, что последний с выездом на место в <адрес> Республики Дагестан подтвердил данные им ранее показания, воспроизвел на месте обстановку и подробные обстоятельства совершенного ФИО1 убийства ФИО3 (т.2 л.д.61-67);

-протоколом очной ставки свидетеля ФИО26 и подозреваемого ФИО1, согласно которому ФИО26 подтвердил ранее данные им показания, изобличающие вину ФИО1 в совершении убийства ФИО3 (т. 2 л.д.51-60);

-заключением эксперта от <дата> №, 2167/4-1-24, из которого следует: на представленной видеозаписи, которая зафиксирована в видеофайлах «0000», «00001» на оптическом диске «РАР6<адрес>173» ФИО26 находился в состоянии эмоциональной напряженности умеренной степени; данное состояние не оказало влияния на его сознание и психическую деятельность; на видеозаписи отсутствуют признаки психологического воздействия на ФИО26, в том числе признаки психологического давления, внушения и манипулятивных приемов, как способов психологического воздействия в вербальной форме (т.3 л.д.1-13);

-протоколом осмотра предметов: паспорта, серии и номерами 82 99 145492 от <дата>, выданного Левашинским РОВД РД на имя ФИО3, <дата> года рождения, уроженца и жителя <адрес> РД; водительского удостоверения серии и номерами <адрес> от <дата> на имя ФИО3, <дата> года рождения, уроженца <адрес> РД; свидетельства о регистрации транспортного средства серии и номерами <адрес> от <дата> на автомашину марки «Ауди-80» г/н №; нотариальной доверенности серии и номера <адрес> от <дата>, в соответствии с которой ФИО28 доверяет ФИО3, Потерпевший №1, ФИО29 управлять и распоряжаться а/м марки «Ауди-80» г/н № (т. 4 л.д.15-23);

-вещественными доказательствами - паспортом и водительским удостоверением на имя ФИО3, свидетельством о регистрации транспортного средства серии и номера <адрес> от <дата> на автомашину марки «Ауди-80» г/н №; доверенностью на право управления и распоряжения а/м марки «Ауди-80» г/н № ФИО3, Потерпевший №1, ФИО29 (т.4 л.д.24-25).

Исследовав и проверив в судебном заседании, изложив, анализировав путем сопоставления и оценив в приговоре приведенные и остальные представленные сторонами обвинения и защиты доказательства в отдельности с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, и в их совокупности - достаточности для разрешения дела, суд первой инстанции обоснованно признал допустимыми все приведенные доказательства, а их совокупность достаточным основанием для принятия решения о признании установленными изложенные в приговоре фактические обстоятельства дела и виновности ФИО1 в совершении инкриминированных ему деяний, одновременно правильно признал несостоятельными и опровергнутыми положенными в основу приговора доказательствами доводы стороны защиты, в том числе повторяющиеся в апелляционной жалобе о неправильной юридической оценке фактических обстоятельств дела, недопустимости и недостоверности доказательств, неверной квалификации указанных действий ФИО1, несправедливости приговора.

На основании результатов всестороннего исследования, проверки, анализа и оценки положенных в основу приговора доказательств, с учетом механизма причинения, характера, степени тяжести и локализации огнестрельных ранений, причиненных ФИО3, поведения и действий ФИО1 до, после наступления указанного события, суд пришелк обоснованному выводу и решению о совершении ФИО1 убийства, то есть умышленного причинения смерти ФИО3 при правильно признанных судом установленными фактических обстоятельствах дела, согласно которым ФИО1 на почве личных неприязненных отношений с ФИО3, действуя умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность и желая наступления общественно-опасных последствий в виде смерти потерпевшего ФИО3, произвел в последнего, сидящего за рулем автомобиля марки «Ауди-80», государственными регистрационными знаками <***>, калибра 9 мм., не менее 4 выстрелов из находившегося при нем незаконно хранившегося им огнестрельного оружия - пистолета, калибра 9 мм., снаряженного, не менее 4 патронами, в результате чего ФИО3, согласно заключению эксперта от <дата> №, причинены огнестрельные пулевые проникающие сквозные ранения головы с ранениями костей черепа, грудной клетки с ранением правого легкого и сердца, каждое из которых в отдельности и в их совокупности относятся к повреждениям, причинившим тяжкий, опасный для жизни вред здоровью, от которых ФИО3 скончался на месте, после чего ФИО1 спрятал труп потерпевшего в багажник автомобиля, переместил транспортное средство в безлюдное место и скрылся.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, все представленные сторонами обвинения и защиты доказательства по настоящему делу, в том числе показания свидетелей ФИО26, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №7, ФИО21, ФИО22, относимость, допустимость, достоверность и надлежащую оценку которых оспаривается стороной защиты в апелляционной жалобе, а также письменные и вещественные доказательства по делу, в частности, заключения судебных экспертиз судом всесторонне исследованы и тщательно проверены в судебном заседании, изложены, анализированы путем их сопоставления между собой и с остальными доказательствами, надлежаще оценены в приговоре, в том числе отдельные из них критически, исходя из результатов проверки доводов сторон обвинения и защиты о их достоверности (недостоверности), допустимости (недопустимости), противоречивости.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом тщательно исследованы и проверены в судебном заседании, подробно изложены, анализированы путем сопоставления между собой и с остальными положенными в основу приговора доказательствами, надлежаще оценены и обоснованно признаны относимыми и допустимыми доказательствами – последовательные показания свидетеля - очевидца преступления и неправомерных действий ФИО1 - ФИО26, данные последним в ходе производства предварительного следствия при допросе в качестве свидетеля, подтвержденные последним с выходом на место совершения преступления, на очной ставке между ним и обвиняемым ФИО1, также в судебном заседании в ходе судебного разбирательства настоящего уголовного дела.

Судом первой инстанции по результатам исследования, проверки, анализа и оценки обоснованно признаны показания свидетеля ФИО26, вопреки доводам стороны защиты, относимыми, допустимыми, достоверными, последовательными, согласующимися с остальными, положенными в основу приговора доказательствами, соответствующими правильно признанным установленными судом фактическим обстоятельствам дела.

Соглашаясь с выводами и решением суда о признании, вопреки доводам стороны защиты, относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу показания свидетеля ФИО26 в ходе производства предварительного расследования и судебного разбирательства уголовного дела, суд апелляционной инстанции обращает внимание также на то, что свидетель ФИО26, также как остальные свидетели, в том числе показания, которых оспорены стороной защиты в апелляционном порядке, допрошены органом следствия и судом в установленном законом порядке, перед началом допроса им разъяснены положения ст.51 Конституции Российской Федерации, процессуальные права и обязанности, они также предупреждены об уголовной ответственности за отказ от дачи и за дачу ложных показаний, протоколы их допросов изготовлены в установленном законом порядке, каких-либо замечаний, заявлений по поводу содержания протоколов допросов не поступило, что подтверждено имеющимися в протоколах подписей участников следственного действия, материалами дела также не установлены какие-либо сведения и факты, указывающие на заинтересованность, оговор (самооговор) приведенных и других свидетелей, недостоверность их показаний.

Суд первой инстанции обоснованно критически оценил и исключил из доказательств при постановлении приговора показания свидетеля Свидетель №7, участвовавшего при задержании 2004 году ФИО19 в части воспроизведения событий со слов ФИО19 перед смертью последнего, являющихся близкими родственниками ФИО1 свидетелей ФИО24 (родная сестра подсудимого) в части совершения убийства ФИО3 ФИО19, свидетеля ФИО20 (двоюродный брат подсудимого) и ФИО27 (двоюродный брат подсудимого) о том, что подсудимый никогда не носил с собой огнестрельное оружие, свидетеля ФИО23 о том, что между ФИО26 и ФИО1 сложились неприязненные отношения.

Выводы и решения суда о результатах исследования, проверки, анализа и оценки приведенных также как остальных доказательств подробно мотивированы в приговоре с приведением законных оснований, их подтверждающих, с учетом также результатов проверки доводов стороны защиты о недопустимости и противоречивости указанных и других доказательств по делу.

Судом первой инстанции проверены и обоснованно признаны несостоятельными также повторяющиеся в апелляционной жалобе доводы стороны защиты о восстановлении органом следствия уголовного дела с нарушением требований закона и о признании всех доказательств по восстановленному делу недопустимыми, поскольку, как следует из приговора и материалов уголовного дела, данное уголовное дело, уничтоженное в результате поджога здания прокуратуры <адрес>, было восстановлено в установленном законом порядке, на основании постановления от <дата> руководителя ФИО2 СУ СК при прокуратуре Республики Дагестан, в соответствии с ч.2 ст.158.1 УПК РФ по сохранившимся копиям материалов уголовного дела, все письменные доказательства и материалы по делу были восстановлены на основании сохранившихся документов, многие свидетели по делу повторно допрошены, отдельные свидетели не допрошены, в связи с их смертью, все документы, которые могли быть повторно истребованы, также были истребованы и приобщены к материалам уголовного дела.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции, верно признал необоснованными доводы стороны защиты о восстановлении уголовного дела с нарушением требований закона и признании недопустимыми доказательства по восстановленному уголовному делу.

Нельзя согласиться и с доводами апелляционной жалобы в части оспаривания автором жалобы законности и обоснованности выводов и решения суда о результатах исследования, проверки, анализа и оценки, приведенных в приговоре фактических обстоятельств дела и доказательств, положенных в основу приговора в их подтверждение, на основании своей личной интерпретации, субъективной переоценки правильно признанных установленными судом фактических обстоятельств дела и доказательств, положенных в основу приговора, полагая, что приведенные фактические обстоятельства дела и доказательства, их подтверждающие, не дают, по мнению стороны защиты, основания для признания вины осужденного ФИО1 в совершении преступлений при изложенных обстоятельствах.

Как следует из материалов уголовного дела, протокола судебного заседания и обжалованного приговора, приведенные в приговоре фактические обстоятельства дела и все положенные в основу приговора в их подтверждение доказательства, в том числе оспоренные в апелляционной жалобе, которым автором апелляционной жалобы дается своя иная, собственная переоценка, отличная от оценки суда, судом первой инстанции тщательно исследованы, проверены в судебном заседании, изложены, анализированы путем сопоставления, надлежаще оценены в приговоре с соблюдением требований ст.ст.17, 240, 85-88 УПК РФ, исходя также из результатов проверки доводов стороны защиты о неправильной оценке, обоснованно они признаны относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами, правильно положены в основу приговора.

Какие-либо сведения и доказательства, указывающие на неправильную оценку судом приведенных фактических обстоятельств дела, недопустимость и недостоверность указанных в апелляционной жалобе или иных доказательств, положенных в основу приговора, не установлено материалами дела, не приведены в апелляционной жалобе, также не представлены сторонами суду апелляционной инстанции.

При таких обстоятельствах приведенные в апелляционной жалобе доводы стороны защиты, как направленные на субъективную переоценку автором жалобы получивших надлежащую и правильную оценку в приговоре фактических обстоятельств дела и доказательств, положенных в основу приговора, являются, по мнению судебной коллегии, несостоятельными, противоречащими материалам уголовного дела, не подтвержденными какими-либо данными и доказательствами, приложенными к апелляционной жалобе и представленными сторонами суду апелляционной инстанции.

Анализировав и оценив правильно признанные установленными приведенные обстоятельства о причинах возникновения неприязненных отношений между осужденным и потерпевшим, о характере, способе, механизме, количестве, локализации и степени тяжести причинения телесных повреждений в виде огнестрельных ранений жизненно важных органов потерпевшего (в область головы и грудной клетки), опасных для жизни и явившихся причиной наступления смерти ФИО3, также с учетом поведения и действий ФИО1 накануне, до и после совершения убийства, в том числе направленных на сокрытие следов преступления путем помещения трупа ФИО3 в багажник автомобиля и длительного нахождении его розыске после совершения убийства без документов, удостоверяющих личность, суд первой инстанции, вопреки повторяющимся в апелляционной жалобе доводам стороны защиты, пришел к обоснованному и правильному выводу о признании установленными материалами дела направленности умысла, мотива и цели совершения осужденным ФИО1 убийства потерпевшего ФИО3 при изложенных обстоятельствах.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы и решение суда о направленности умысла, мотива и цели на совершение убийства ФИО3, о правовой оценке фактических обстоятельств дела, квалификации указанных действий осужденного ФИО1 как причинение смерти потерпевшего ФИО3 на почве личных неприязненных отношений при отсутствии оснований для признания указанных действий совершенными в состоянии аффекта, неосторожности, необходимой обороны или превышения пределов необходимой обороны основаны на правильно признанных судом установленными фактических обстоятельствах дела, надлежаще и подробно мотивированы в приговоре с приведением доказательств и законных оснований, их подтверждающих, являются обоснованными и правильными, их правильность не вызывают сомнений у суда апелляционной инстанции.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции находит правильными и обоснованными выводы и решение приговора суда об установлении материалами дела вины осужденного ФИО1 в совершении умышленного причинения смерти потерпевшего и незаконном ношении огнестрельного оружия и боеприпасов к нему при подробно изложенных в приговоре обстоятельствах.

Указанные действия осужденного ФИО1 судом правильно квалифицированы как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, также как незаконное ношение огнестрельного оружия и боеприпасов, по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ (в редакции Федерального закона от <дата> N 92-ФЗ, действовавшей на момент совершения преступления).

Выводы и решения суда относительно квалификации действий осужденного ФИО1, также как в остальном, надлежаще мотивированы в приговоре с приведением доказательств и законных оснований, их подтверждающих.

При назначении наказания осужденному ФИО1 суд принял во внимание характер и степень общественной опасности преступления и личность осужденного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Судом правильно признаны в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, установленные по делу обстоятельства о том, что ФИО1 ранее не судим, на учете у врача нарколога и психиатра не состоит, характеризуется положительно, также в качестве отягчающего обстоятельства, предусмотренного п."к" ч.1 ст.63 УК РФ, совершение убийства с применением огнестрельного оружия.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства дела, с учетом приведенных в приговоре характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности осужденного, обстоятельств, смягчающих и отягчающего наказание, а также влияния назначенного наказания на условия жизни его семьи, руководствуясь положениями ст.ст.6 ч.1, 43 ч.2, 60-62 УК РФ, суд назначил осужденному ФИО1 наказание в виде лишения свободы в пределах санкции, предусмотренной ч.1 ст.105 и ч.1 ст.222 УК РФ, одновременно правильно признав отсутствующими оснований для применения при назначении наказания положений ст.ст.15 ч.6, 64 и 73 УК РФ.

В соответствии с п.3 ч.1 ст.24, ч.8 ст.302 УПК РФ ФИО1 освобожден от наказания, назначенного по ч.1 ст.222 УК РФ, в связи с истечением сроков давности, на основании "б" ч. 1 ст.78 УК РФ.

Вид исправительной колонии, в которой надлежит отбывать наказание осужденному, назначен судом в соответствии с требованиями п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ.

Выводы и решения суда о назначении вида и размера наказания, также об освобождении от наказания надлежаще мотивированы в приговоре с приведением доказательств и законных оснований, их подтверждающих.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих изменение или отмену приговора, не установлено.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Ногайского районного суда Республики Дагестан от <дата> в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО1 - адвоката ФИО12 - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции, а осужденным в тот же срок со дня вручения ему копии настоящего определения. При этом осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: