Апелляционное постановление № 22-3241/2024 от 29 мая 2024 г.

Председательствующий – судья ФИО5 дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес><дата>

Суд апелляционной инстанции <адрес>вого суда в составе председательствующего судьи ФИО23,

при помощнике судьи ФИО6, секретаре ФИО7,

с участием:

прокурора уголовно-судебного управления прокуратуры <адрес> ФИО8,

оправданной ФИО1 и ее защитника – адвоката ФИО13,

рассмотрел в отрытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – заместителя прокурора <адрес> ФИО10 на приговор <адрес> от <дата>, которым

ФИО1, <данные изъяты>,

оправдана по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в её действиях состава преступления, за нею признано право на реабилитацию в порядке, предусмотренном ст.ст. 133-138 УПК РФ.

Доложив краткое содержание обжалуемого приговора, апелляционного представления и возражений на него, выслушав выступления прокурора, полагавшей приговор подлежащим отмене по доводам представления, мнения оправданной и ее защитника, полагавших приговор не подлежащим отмене, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

органом предварительного расследования ФИО1 обвинялась в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, - халатности, то есть неисполнении должностным лицом своих обязанностей вследствие небрежного отношения к службе, если это повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, а именно в том, что ФИО1, являлась с <дата> на основании распоряжения <адрес> от <дата> № заместителем Главы администрации <адрес> по социальной политике (далее по тексту – заместитель Главы администрации района) – должностным лицом, и в соответствии с ее должностной инструкцией постоянно выполняла организационно-распорядительные функции в администрации <адрес>, в силу чего принимала управленческие и иные решения по контролируемым ею вопросам, а также курировала деятельность отдела по опеке и попечительству администрации <адрес>. Ее указания и поручения были обязательными для исполнения сотрудниками данного отдела. Постановлением № от <дата><адрес> утверждено Положение о комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав в муниципальном образовании <адрес> и состав данной комиссии, согласно которому председателем комиссии является заместитель Главы администрации района ФИО1 Постановлением № от <дата> и.о. Главы администрации района ФИО1 утверждено Положение о порядке отобрания ребенка у родителей (законных представителей) при непосредственной угрозе его жизни или здоровью (далее по тексту – Положение), согласно которому комиссию возглавляет председатель – заместитель Главы администрации района ФИО1, в состав комиссии входят: специалист муниципальной комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав, специалист по опеке и попечительству над несовершеннолетними, сотрудник органов внутренних дел, представитель учреждения здравоохранения, представитель учреждения социальной защиты населения. ФИО1 не исполнила свои должностные обязанности при следующих обстоятельствах. После рождения <дата> и выписки из КГБУЗ «<адрес>» (далее по тексту – больница) малолетний ФИО35 проживал совместно с родителями – ФИО3 №8 и ФИО3 №9 в арендованной ими квартире по адресу: <адрес>, городское поселение (далее по тесту – г.п.) <адрес>. При этом ФИО36 до <дата> систематически избивал руками по лицу и телу полуторогодовалую дочь своей сожительницы в связи с ее непрекращающимся плачем, после чего, воспользовавшись отсутствием дома ее матери, пять раз ударил девочку головой о металлический обогреватель, тем самым убил ее. За совершение указанных преступлений <дата> ФИО37 был осужден по п. «г» ч. 2 ст. 117, п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 13 годам лишения свободы. <дата> ФИО38 освобожден из места лишения свободы по отбытии срока наказания, однако на путь исправления не встал. <дата> в квартире по вышеуказанному адресу ФИО2 Е.С., будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в присутствии ФИО3 №9, раздраженный плачем и криками малолетнего ФИО9, не контролируя свое раздражение, руками с силой умышленно прижал его к своей груди, желая заставить сына замолчать. Своими преступными действиями ФИО39 причинил малолетнему ФИО9 телесное повреждение в виде закрытого перелома 4,5 ребра грудной клетки справа по переднеподмышечной линии, которое квалифицируется как вред здоровью средней тяжести. После этого в те же сутки малолетний ФИО40 был госпитализирован в больницу. Таким образом, по состоянию на <дата> вследствие того, что ФИО41 был ранее судим за умышленное убийство малолетнего при аналогичных обстоятельствах, был склонен к злоупотреблению спиртных напитков и в состоянии опьянения был неспособен контролировать свое агрессивное поведение по отношению к детскому плачу и крикам, малолетний ФИО42 находился в обстановке, представляющей непосредственную угрозу и опасность для его жизни и здоровья. <дата> в дежурную часть <адрес> (далее по тексту – Отделение МВД) из больницы поступило сообщение о госпитализации малолетнего ФИО9 с вышеуказанным телесным повреждением, которое зарегистрировано в установленном порядке, и организовано проведение процессуальной проверки в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ. В рамках данной проверки осмотрено место происшествия, получены объяснения от ФИО3 №8 и ФИО3 №9, а также сведения о привлечении ранее ФИО3 №8 к уголовной ответственности. Результатом первоначальных проверочных мероприятий явилось составление <дата> старшим инспектором по делам несовершеннолетних отделения участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних Отделения МВД ФИО3 №12 служебного сообщения №. <дата> в комиссию по делам несовершеннолетних и защите их прав администрации <адрес> из Отделения МВД поступило служебное сообщение №, которое зарегистрировано в установленном порядке в реестре учета служебных сообщений за №. Данное сообщение содержало следующие сведения: <дата> ФИО45, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, с силой прижал к своей груди не прекращающего плакать малолетнего ФИО9, в результате чего причинил ему телесное повреждение в виде перелома 4,5 ребра справа; ФИО44 ранее судим по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ за совершение убийства малолетнего ребенка своей прежней сожительницы; в семье ФИО24 происходят постоянные бытовые ссоры на почве злоупотребления ФИО3 №8 спиртных напитков, отсутствия у последнего постоянного места работы. <дата> из текста служебного сообщения № заместитель Главы администрации района ФИО1 узнала, что ранее имелись факты неоднократного умышленного нанесения ФИО3 №8 телесных повреждений плачущим малолетним детям, приводящих к причинению вреда их здоровью и наступлению смерти. Таким образом, содержание служебного сообщения указывало на то, что малолетний ФИО43 находится в обстановке, представляющей непосредственную угрозу и опасность для его жизни и здоровья, и на очевидную необходимость принятия безотлагательных мер, направленных на защиту прав и интересов малолетнего ФИО9 в соответствии с Положением. Далее, в период времени с <дата> по <дата> заместитель Главы администрации района ФИО1, находясь при исполнении должностных обязанностей, на месте несения службы – <адрес> (более точное место следствием не установлено) вследствие неисполнения своих обязанностей по службе, в нарушение требований раздела 2 Положения, не организовала выезд (выход) комиссии по месту фактического пребывания малолетнего ФИО9, несмотря на то, что у нее имелась реальная возможность выполнить свои обязанности по службе и при должной внимательности принять решение о выезде (выходе) комиссии. В связи с этим комиссией, в состав которой должны были войти: специалист муниципальной комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав, специалист по опеке и попечительству над несовершеннолетними, сотрудник органов внутренних дел, представитель учреждения здравоохранения, представитель учреждения социальной защиты населения, не были обследованы условия проживания ребенка, состояние его здоровья, не выяснены причины и условия, создавшие угрозу жизни и здоровью малолетнего ФИО9, в том числе не были получены полные сведения об обстоятельствах ранее совершенного ФИО3 №8 убийства малолетнего ребенка, подтверждающие сведения, изложенные в служебном сообщении №, о склонности ФИО3 №8 в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, к умышленному причинению телесных повреждений малолетним из-за своей раздражительности к их плачу и свидетельствующие о нахождении малолетнего ФИО9 в обстановке, представляющей угрозу его жизни и здоровью, а также то, что <дата> ФИО3 №9 по просьбе ФИО3 №8, находившегося в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, ушла за приобретением спиртных напитков для него, тем самым оставила малолетнего ФИО9 в опасности. В результате этого комиссией не были получены сведения, которые должны были повлечь принятие ею (комиссией) решения об отобрании малолетнего ФИО9 у родителей. <дата> в больнице ФИО3 №9 написала отказ от дальнейшего лечения малолетнего ФИО9 и привезла его домой – в квартиру по адресу: <адрес>, г.<адрес>, в связи с чем в результате бездействия заместителя Главы администрации района ФИО1 малолетний ФИО46 оказался под полным контролем ФИО3 №8, что давало возможность последнему продолжить совершение противоправных действий в отношении ребенка. Далее, <дата> в квартире по вышеуказанному адресу ФИО47, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в отсутствие ФИО3 №9, ушедшей по его просьбе за приобретением спиртных напитков, и иных лиц, раздраженный плачем и криками малолетнего ФИО9, действуя умышленно, с целью убийства, своей правой рукой нанес малолетнему ФИО9 не менее одного удара в область передней брюшной стенки, после чего ударил его не менее одного раза головой о кресло, желая заставить сына замолчать. Своими преступными действиями ФИО48 причинил малолетнему ФИО9 телесные повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы в виде ушиба головного мозга тяжелой степени с наличием контузионного очага в левой теменной доле, с формированием субарахноидального кровоизлияния в левой лобной и теменной долях, двух ссадин мягких тканей левой височной области, которая вызвала создание непосредственно угрозы для жизни и повлекла тяжкий вред здоровью; ушиба передней брюшной стенки, представленного гематомой кожных покровов, который расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека. Однако, убийство не было доведено ФИО3 №8 до конца по независящим от него обстоятельствам, в связи с тем, что в квартиру по вышеуказанному адресу вернулась ФИО3 №9 и вызвала сотрудников полиции, которые прибыли на место происшествия вместе с фельдшерами скорой медицинской помощи, госпитализировавшими малолетнего ФИО9 в больницу, где последнему была оказана медицинская помощь. Таким образом, заместитель Главы администрации района ФИО1 существенно нарушила право малолетнего ФИО9 на защиту от насилия, другого жестокого обращения, неотъемлемое право на жизнь и здоровье, закрепленные Конституцией Российской Федерации. На основании распоряжения администрации <адрес> от <дата> № № малолетний ФИО2 М.Е. определен в КГКУЗ «<адрес>». В результате совершенного ФИО3 №8 покушения на убийство у малолетнего ФИО9 выраженная задержка психомоторного развития, посттравматическая эпилепсия, двигательная активность практически отсутствует, обращенную к нему речь не понимает, реагирует только на звуки, скармливание осуществляется протертой пищей через соску. Неисполнение ФИО1 своих обязанностей по службе привело к тому, что ФИО2 Е.С. совершил особо тяжкое преступление против жизни и здоровья своего малолетнего сына ФИО9, повлекшее причинение малолетнему тяжкого вреда здоровью. Тем самым существенно нарушены права и законные интересы малолетнего ФИО9, закрепленные в Конституции Российской Федерации. Совершая халатность, ФИО1 не предвидела наступление указанных выше последствий в результате неисполнения ею своих обязанностей по службе, хотя в силу уровня образования и профессионального опыта, при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия. Указанные выше общественно-опасные последствия в виде причинения тяжкого вреда здоровью малолетнему ФИО9 находятся в прямой причинно-следственной связи с халатностью ФИО1

Приговором <адрес> от <дата> ФИО1 оправдана по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ.

В апелляционном представлении на приговор заместитель прокурора <адрес> ФИО10 полагает, что приговор подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство в связи с неправильным применением уголовного закона.

В обоснование представления его автор указывает, что совокупность доказательств, добытых и представленных стороной обвинения суду, свидетельствует о наличии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст.293 УК РФ.

В ходе рассмотрения уголовного дела установлено, что ФИО1 в инкриминируемый ей период совершения преступления являлась должностным лицом, а именно заместителем Главы администрации <адрес> по социальной политике, и в нарушение описанных в приговоре положений федерального и регионального законодательства, а также нормативного правого акта администрации <адрес>, являвшегося обязательными для исполнения, имея реальную возможность, незамедлительного не создала в соответствии с положениями постановления № от <дата> «Об утверждении Положения о порядке отобрания ребенка у родителей (законных представителей) при непосредственной угрозе его жизни или здоровью (далее по тексту - Положение) и не направила комиссию по месту жительства малолетнего ФИО9

Согласно пункту 1.4 Положения для оказания незамедлительной помощи ребенку, находящемуся в обстановке, создающей угрозу жизни или здоровью, органом местного самоуправления создается комиссия по определению необходимости отобрания ребенка и помещения в специализированное учреждение, осуществляющее социальную реабилитацию несовершеннолетних, учреждение здравоохранения. Комиссию возглавляет председатель - заместитель главы администрации <адрес> по социальной политике (на момент событий им являлась ФИО1). В соответствии с п. 2.2, 2.4 Положения председатель комиссии после регистрации сообщения незамедлительно организует выезд (выход) комиссии по месту фактического отобрания ребенка, указанному в сообщении. В случае установления факта угрозы жизни или здоровью ребенка и отказа родителей в его временном помещении в специализированное учреждение или учреждение здравоохранения Комиссия принимает решение о немедленном отобрании ребенка.

Согласно служебному сообщению от <дата> № Отделения МВД России по <адрес><дата> в ДЧ ОМВД России по <адрес> из КГБУЗ «<адрес>» поступило сообщение о госпитализации малолетнего ФИО9 с диагнозом «<данные изъяты>». В ходе проверки были получены сведения о том, что <дата> ФИО50 будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя с силой прижал к груди не прекращающего плакать малолетнего ФИО9, в результате чего, причинил ему телесные повреждения <данные изъяты>. ФИО49 ранее судим по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ за совершение убийства малолетнего ребенка своей сожительницы.

Мотивы убийства малолетнего ребенка, за совершение которого ФИО2 Е.С. был ранее осужден, об отсутствии которых в тексте служебного сообщения указал суд в приговоре, не имеют значения в данном случае и не влияют на повышенную общественную опасность указанного деяния.

Учитывая изложенное, при поступлении в администрацию района <дата> служебного сообщения, о содержании которого ФИО1 стало известно в тот же день, и по <дата> ФИО1 обязана была организовать выезд (выход) комиссии с целью решения вопроса об отобрании ребенка, поскольку ребенок находился в обстановке, создающей угрозу жизни или здоровью, так как ФИО51 ранее был судим за совершение убийства малолетнего ребенка, причинил малолетнему ФИО9 телесные повреждения в состоянии алкогольного опьянения. Также ФИО2 Е.С. имел доступ к ребенку, в том числе в учреждении здравоохранения.

Ссылка суда на то, что оценочный характер действий органов, уполномоченных принимать решение об отобрании ребенка, отраженный в обвинительном заключении, не свидетельствует о бездействии ФИО1 в указанном конкретном случае с малолетним ФИО9 является не состоятельным.

Согласно п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» характер и степень опасности должен определяться в каждом конкретном случае с учетом возраста, состояния здоровья ребенка, а также иных обстоятельств.

Изложенное свидетельствует о том, что вышеперечисленным обстоятельствам ФИО1 обязана была дать надлежащую оценку с учетом возложенных на нее должностных обязанностей, в соответствии с действующим на момент событий Положением организовать работу по решению органом опеки и попечительства вопроса об отобрании ребенка в целях исключения дальнейшего факта угрозы его жизни и здоровью, имевшейся со стороны его отца - ФИО3 №8 При этом, ФИО1 имела реальную возможность исполнить свои обязанности.

Вопреки доводам суда об отсутствии в должностных обязанностях ФИО1 вопроса об отобрании детей, в соответствии с ее должностной инструкцией от <дата> ФИО1 курировала вопросы отдела по опеке и попечительству администрации <адрес>, готовила указания и поручения, обязательные к исполнению данным отделом, в связи с чем вопрос об отобрании ребенка в соответствии со ст. 77 СК РФ относился к контролируемым ею вопросам, по которым она выполняла организационно-распорядительные функции в органе местного самоуправления, принимала управленческие и иные решения.

Отраженные в протоколе заседания комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав от <дата> обстоятельства обсуждения членами КДН и ЗП <адрес> вопроса о наличии либо отсутствии оснований для изъятия и помещения сотрудниками полиции ребенка в учреждение по акту оперативного дежурного не свидетельствуют об отсутствии у ФИО1 обязанности для исполнения предусмотренных федеральным и муниципальным законодательством, возложенных на нее организационно-распорядительными документами, должностных обязанностей.

Таким образом, бездействие ФИО1 в виде непринятия мер к созданию и направлению комиссии по месту жительства малолетнего ФИО9 в целях выявления причин и условий, создавших угрозу для жизни и здоровья ребенка, для решения вопроса о его отобрании привело к тому, что после <дата> малолетний ФИО52 вновь оказался по месту жительства со своим отцом - ФИО3 №8, который впоследствии <дата> совершил покушение на убийство малолетнего.

Причинение тяжкого вреда здоровью малолетнему ФИО9 находится в прямой причинной связи с бездействием ФИО1

Кроме того, такой вывод отражен в обжалуемом приговоре.

На апелляционное представление оправданной и ее защитником – адвокатом поданы возражения, в которых указывается на необоснованность представления.

Проверив материалы дела, оценив доводы апелляционного представления и возражений на него, выслушав объяснения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 305 УПК РФ в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора излагаются обстоятельства уголовного дела, установленные судом; основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие; мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.

В соответствии с положениями ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке, в том числе, являются: несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

Согласно ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания.

Согласно ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены приговора являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Постановленный в отношении ФИО1 оправдательный приговор не отвечает указанным требованиям закона.

Так, органами предварительного расследования ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, - халатности, то есть неисполнении должностным лицом своих обязанностей вследствие небрежного отношения к службе, если это повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, при вышеизложенных обстоятельствах.

В качестве доказательств виновности ФИО1 в совершении названного преступления органы предварительного следствия ссылались на следующие основные доказательства:

Распоряжение о назначении ФИО1 на должность заместителя главы администрации <адрес>;

Ее должностную инструкцию, в соответствии с п.п.1.4 раздела 1, <дата>, 3.2 раздела 3 которой ФИО1 курирует деятельность отдела по опеке и попечительству <адрес>, готовит указания и поручения, обязательные к исполнению данным отделом»;

Постановление № от <дата><адрес> утверждено Положение о комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав в муниципальном образовании <адрес> и состав данной комиссии, согласно которому председателем комиссии является заместитель Главы администрации района ФИО1

Постановление № от <дата> и.о. Главы администрации района ФИО1, которым утверждено Положение о порядке отобрания ребенка у родителей (законных представителей) при непосредственной угрозе его жизни или здоровью (далее по тексту – Положение), согласно которому комиссию возглавляет председатель – заместитель Главы администрации района ФИО1, в состав комиссии входят: специалист муниципальной комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав, специалист по опеке и попечительству над несовершеннолетними, сотрудник органов внутренних дел, представитель учреждения здравоохранения, представитель учреждения социальной защиты населения. Согласно пункту 1.4 Положения для оказания незамедлительной помощи ребенку, находящемуся в обстановке, создающей угрозу жизни или здоровью, органом местного самоуправления создается комиссия по определению необходимости отобрания ребенка и помещения в специализированное учреждение, осуществляющее социальную реабилитацию несовершеннолетних, учреждение здравоохранения. В соответствии с п. 2.2, 2.4 Положения председатель комиссии после регистрации сообщения незамедлительно организует выезд (выход) комиссии по месту фактического отобрания ребенка, указанному в сообщении. В случае установления факта угрозы жизни или здоровью ребенка и отказа родителей в его временном помещении в специализированное учреждение или учреждение здравоохранения Комиссия принимает решение о немедленном отобрании ребенка.

Служебное сообщение от <дата> № Отделения МВД России по <адрес>, согласно которому <дата> в ДЧ ОМВД России по <адрес> из КГБУЗ «<адрес>» поступило сообщение о госпитализации малолетнего ФИО9 с диагнозом «<данные изъяты>». В ходе проверки были получены сведения о том, что <дата> ФИО2 Е.С., будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, с силой прижал к груди не прекращающего плакать малолетнего ФИО9, в результате чего, причинил ему телесные повреждения <данные изъяты>. ФИО2 Е.С. ранее судим по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ за совершение убийства малолетнего ребенка своей сожительницы; в семье ФИО24 происходят ссоры из-за злоупотребления ФИО3 №8 спиртным и отсутствия у него места работы. С данным сообщением ФИО1 ознакомлена <дата>, что подтверждается реестром учета служебных сообщений и обвиняемой не оспаривается.

<адрес>вого суда в отношении ФИО3 №8 от <дата>, согласно которому судом было установлено следующее. ФИО2 Е.С. и ФИО11 сожительствовали, у ФИО11 родилась дочь - ФИО12 В период с <дата> по <дата> ФИО57, испытывая неприязнь, систематически избивал малолетнюю ФИО12, в том числе из-за плача последней, причиняя ей физические и психические страдания. <дата> около 17 часов ФИО2 Е.С. пришел домой и лег спать. В это время ФИО12 стала громко плакать, от чего ФИО2 Е.С. проснулся. ФИО2 Е.С., понимая, что находится в доме вдвоем с ребенком, взял малолетнюю ФИО12 на руки и стал наносить ей удары руками по ягодицам и лицу. Поскольку малолетняя ФИО12 продолжала плакать, ФИО54 поднял ее над головой, после чего пять раз ударил головой о металлический обогреватель, тем самым убил малолетнюю ФИО12 ФИО2 Е.С. был признан судом виновным за совершение преступлений, предусмотренных п. «г» ч. 2 ст. 117 (истязания в отношении заведомо несовершеннолетнего), п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство малолетнего), и приговорен к 13 годам лишения свободы.

Заключение судебно-медицинской экспертизы № от <дата>, согласно которому <дата> малолетнему ФИО9 было причинено телесное повреждение в виде закрытого перелома 4, 5 ребра грудной клетки справа по переднеподмышечной линии. Данное телесное повреждение вызвало временную нетрудоспособность продолжительностью более 21 дня, что, согласно пункту 7.1 раздела И приказа МЗиСР 194н от 24.04.2008, отнесено к критерию, характеризующему квалифицирующий признак длительного расстройства здоровья, и по указанному признаку, согласно правилам «Определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (постановление Правительства РФ № 522 от 17.08.2007), квалифицируется как вред здоровью средней тяжести.

Заключение судебно-медицинской экспертизы № от <дата>, согласно которому при обращении за медицинской помощью у малолетнего ФИО9, <дата> года рождения обнаружены следующие телесные повреждения.

Закрытая черепно-мозговая травма в виде ушиба головного мозга тяжелой степени с наличием контузионного очага в левой теменной доле, с формированием субарахноидального кровоизлияния в левой лобной и теменной долях, двух ссадин мягких тканей левой височной области. Данная травма вызвала создание непосредственно угрозы для жизни, что, согласно пункту 6.1.3 раздела 11 приказа МЗиСР 194н от 24.04.2008, отнесено к критерию, характеризующему квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека, и по указанному признаку, согласно правилам «Определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (постановление Правительства РФ № 522 от 17.08.2007), квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

Ушиб передней брюшной стенки, представленный гематомой кожных покровов. Данное телесное повреждение не повлекло за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и, согласно пункту 9 раздела 11 приказа МЗиСР 194н от 24.04.2008, расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека.

Также в качестве доказательств стороной обвинения представлены показания самой обвиняемой, показания ФИО3 №8, свидетелей об обстоятельствах, имеющих значение для дела, и подтверждающие установленные органом следствия обстоятельства.

Согласно постановленному приговору, в качестве основания оправдания ФИО1 судом указано на отсутствие в ее действиях состава преступления, со ссылкой на то, что обвинение основано на неисполнении ФИО1 своих должностных обязанностей, вытекающих из Положения о порядке отобрания ребенка у родителей (законных представителей) при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, утвержденного Постановлением № от <дата>, которое определяет порядок осуществления отобрания ребенка у родителей при непосредственной угрозе жизни ребенка или его здоровью, а также на её осведомленности из служебного сообщения № от <дата> о том, что ранее имелись факты неоднократного умышленного нанесения ФИО3 №8 телесных повреждений плачущим малолетним детям, приводящих к причинению вреда их здоровью и наступлению смерти. В результате не были получены сведения, которые должны были повлечь принятие ею (комиссией) решения об отобрании малолетнего ФИО9 у родителей.

При этом судом первой инстанции установлено что, текст служебного сообщения № от <дата> не содержит такого указания, поскольку в нем указана лишь прежняя судимость ФИО3 №8 по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ за совершение убийства малолетнего ребенка своей прежней сожительницы, однако мотивы данного преступления в служебном сообщении не содержатся (том №, л.д. 52-54).

Кроме того, согласно указанному Положению комиссия по определению необходимости отобрания ребенка создается для оказания незамедлительной помощи ребенку, находящемуся в обстановке, создающей угрозу его жизни или здоровью. Угроза жизни ребенка или его здоровью должна носить прямой и явный характер, не вызывающий сомнения в возможности наступления негативных последствий, связанных с наличием установленного факта физического и/или психологического насилия над ребенком. В случае установления указанных обстоятельств комиссия принимает решение о немедленном отобрании ребенка. При необходимости оказания ребенку срочной медицинской помощи комиссией должна быть вызвана дежурная бригада скорой помощи.

Судом установлено, что на момент поступления ФИО1 информации о произошедших <дата> с малолетним ФИО9 обстоятельств последний находился в больнице, то есть не находился в обстановке, создающей угрозу его жизни или здоровью, при которой ему должна была быть оказана незамедлительная помощь.

Кроме того, органом полиции до событий <дата>, при которых малолетнему ФИО9 вновь были причинены телесные повреждения, не был установлен факт физического и/или психологического насилия над ребенком, о чем свидетельствуют пояснения инспектора ПДН ФИО3 №12 как в ходе судебного разбирательства, так и при рассмотрении служебного сообщения на заседании КДН, а также принятое по результатам проверки сообщения о преступлении постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 №8

При непосредственной угрозе жизни или здоровью ребенка орган опеки и попечительства вправе на основании акта органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или главы муниципального образования немедленно отобрать ребенка у родителей (одного из них) или у других лиц, на попечении которых он находится, незамедлительно уведомить об этом прокурора, обеспечить временное устройство ребенка и в течение семи дней после вынесения указанного акта об отобрании ребенка обратиться в суд с иском о лишении родителей родительских прав или об ограничении их родительских прав (статья 77 СК РФ).

Разрешение вопроса о немедленном отобрании ребенка на основании статьи 77 СК РФ отнесено к исключительной компетенции органа опеки и попечительства и производится во внесудебном порядке.

Таким образом, вопрос об отобрании ребенка не относится к должностным обязанностям ФИО1

Кроме того, судом при оправдании ФИО1 указано, что в период времени с <дата> по <дата> к семье ФИО24 не имелось нареканий со стороны органов профилактики, органы опеки не принимали решения о необходимости лишении родителей ФИО9 родительских прав либо ограничения их в родительских правах, ФИО58 выполнял предписания органов профилактики, что указывает на оценочный характер действий в сложившейся с малолетним ситуации, и оценочные суждения свидетелей обвинения о необходимости принятия решения об отобрании ребенка у родителей в данной ситуации, в том числе ФИО3 №2, которая давала противоречивые показания в судебных заседаниях, говорящие о её сомнении о такой необходимости, ФИО3 №4, указавшего, что ребенка надо было отобрать у родителей, но это лишь его личное мнение, однако необходимо ориентироваться на мнение органов опеки, которые смотрят на то, имеются ли для этого основания, ФИО3 №10, сообщившей, что они ждали результата процессуальной проверки полиции, и на тот момент не было оснований к отобранию ребенка, ФИО3 №1, указавшей, что орган опеки сразу говорил об отсутствии оснований к отобранию ребенка, ФИО3 №12, указавшей, что умысла в действиях отца по событиям <дата> установлено на тот момент не было, в связи с чем вопрос об изъятии ребенка не стоял, ФИО3 №17, которая пояснила, что они считали, что повода к возбуждению уголовного дела по факту событий с малолетним <дата> не имеется.

Оценочный характер суждений о необходимости принятия решения об отобрании ребенка также подтверждается показаниями специалиста ФИО22, указавшего суду, что с учетом того, что при проведении собрания комиссии по делам несовершеннолетних, где выступали представитель ПДН ФИО3 №12, которая указывала о том, что вопрос об отобрании ребенка рано разрешать, потому что отцом, скорее всего, совершено деяние по неосторожности, и будет отказано в возбуждении уголовного дела, то не было повода для отобрания ребенка. Исходя из поведения семьи, её исправления и исправления отца, который изменился, выполнил все требования и предписания органов ПДН, не нужно было принимать решение об отобрании ребенка.

Тяжкие телесные повреждения были причинены ФИО9 в результате преступных действий ФИО3 №8 Общественно-опасные последствия в виде причинения тяжкого вреда здоровью малолетнему ФИО9 не находятся в прямой причинно-следственной связи с неисполнением ФИО1 своих обязанностей по службе.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО1 в сложившейся ситуации проявила необходимую внимательность и предусмотрительность, рассмотрела <дата> на заседании КДН служебное сообщение и приняла на тот момент решение о постановке семьи на учет, начале профилактической работы с семьей, которое, с учетом мнения органов профилактики, при отсутствии установленного факта физического и/или психологического насилия над ребенком соответствовало сложившейся ситуации с малолетним ФИО9, в связи с чем она не должна была и не могла предвидеть наступление последствий, которые наступили в результате умышленных действий отца ребенка.

Между тем, постановленный в отношении ФИО1 оправдательный приговор суда судом апелляционной инстанции признается незаконным ввиду не соответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также ввиду того, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда; в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие; выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли на решение вопроса о виновности оправданного.

Так, в приговоре не дана оценка доказательству стороны обвинения в виде Положения о порядке отобрания ребенка у родителей (законных представителей) при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, утвержденному Постановлением № от <дата>, которое определяет порядок осуществления отобрания ребенка у родителей при непосредственной угрозе жизни ребенка или его здоровью, и которое в установленном законом порядке не отменено, являлось действующим.

Судом установлено, что ФИО1 незамедлительного не создала в соответствии с положениями постановления №-п от <дата> «Об утверждении Положения о порядке отобрания ребенка у родителей (законных представителей) при непосредственной угрозе его жизни или здоровью» и не направила комиссию по месту нахождения малолетнего ФИО9

Между тем, выводы суда, а также стороны защиты о том, что реальной угрозы жизни и здоровью ребенка на существовало, поскольку тот находился в больнице с матерью, а также об исполнении ФИО1 своих должностных обязанностей, собравшей комиссию по делам несовершеннолетних <дата>, о том, что ФИО1 иные должностные лица докладывали об отсутствии реальной угрозы для ребенка противоречат установленным по делу обстоятельствам, а также опровергаются фактом того, что ребенок вернулся в семью, где вновь стал жертвой неправомерного поведения со стороны его отца ФИО3 №8 Кроме того, как справедливо указано в представлении прокурора, ФИО59 мог иметь доступ к ребенку, в том числе в учреждении здравоохранения, то есть нахождение ребенка в больнице не исключало в отсутствие решения об отобрании ребенка его возвращения в семью.

Выводы суда о том, что вопрос немедленного отобрания ребенка является компетенцией органа опеки и попечительства не являются основаниями, исключающими вину ФИО1, поскольку последняя являлась лицом, курирующим данный орган и ее указания обязательны для исполнения данным органом, в связи с чем вопрос об отобрании ребенка в соответствии со ст. 77 СК РФ относился к контролируемым ею вопросам, по которым она выполняла организационно-распорядительные функции в органе местного самоуправления, принимала управленческие и иные решения.

Кроме того, наличие бездействия со стороны других должностных лиц, о наличии вины которых указывает сторона защиты, не может исключать вины ФИО1, как должностного лица, курировавшего деятельность органа опеки.

Выводы суда о том, что в сообщении не были приведены мотивы убийства малолетнего ребенка, за совершение которого ФИО60 был ранее осужден, об отсутствии которых в тексте служебного сообщения указал суд в приговоре, не имеют значения в данном случае, могли быть установлены комиссией в случае ее создания и активизации ее работы.

ФИО1 же, которой <дата> стало известно о происшествии не исполнена ее обязанность по организации выезда (выхода) комиссии с целью установления всех обстоятельств происшествия, сбора сведений о семье, в которой находился ребенок, в целях решения вопроса о немедленном отобрании ребенка, поскольку ребенок находился в обстановке, создающей угрозу жизни или здоровью, так как ФИО2 Е.С. ранее был судим за совершение убийства малолетнего ребенка, причинил малолетнему ФИО9 телесные повреждения в состоянии алкогольного опьянения.

Как справедливо указано в представлении прокурора, отраженные в протоколе заседания комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав от <дата> обстоятельства обсуждения членами КДН и ЗП <адрес> вопроса о наличии либо отсутствии оснований для изъятия и помещения сотрудниками полиции ребенка в учреждение по акту оперативного дежурного не свидетельствуют об отсутствии у ФИО1 обязанности для исполнения предусмотренных законодательством и локальными нормативно-правовыми актами, возложенных на нее организационно-распорядительными документами, должностных обязанностей.

Таким образом, вывод суда об отсутствии бездействия ФИО1 в виде непринятия мер к созданию и направлению комиссии по месту жительства малолетнего ФИО9 в целях выявления причин и условий, создавших угрозу для жизни и здоровья ребенка, для решения вопроса о его отобрании, не может быть признан неопровержимым. Соответственно не является таковым и вывод о том, что причинение тяжкого вреда здоровью малолетнему ФИО9 не находится в прямой причинной связи с бездействием ФИО1

Малолетний ФИО61 вновь оказался по месту жительства со своим отцом - ФИО3 №8, который впоследствии <дата> совершил покушение на убийство малолетнего.

Кроме того, в обжалуемом приговоре судом первой инстанции указано, что наступившие общественно-опасные последствия в виде причинения тяжкого вреда здоровью малолетнему ФИО9 находятся в прямой причинно-следственной связи с халатностью ФИО1, то есть в приговоре содержатся взаимоисключающие выводы об одновременном и отсутствии и наличии вины ФИО1 в инкриминируемом ей преступлении, что также является основанием для отмены приговора.

Соглашаясь с доводами апелляционного представления, суд апелляционной инстанции полагает необходимым отменить оправдательный приговор в отношении ФИО1, поскольку постановив его, суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

По мнению апелляционного суда, суд по настоящему делу при постановлении приговора не выполнил требования ст. 88 УПК РФ, согласно которой каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции находит, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, при рассмотрении дела допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

При таких условиях приговор не может быть признан законным и обоснованным и подлежит отмене с направлением дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства.

При новом рассмотрении настоящего уголовного дела суду первой инстанции необходимо устранить допущенные нарушения, полно, всесторонне и объективно исследовать представленные сторонами доказательства, дать им надлежащую оценку, проверить доводы, содержащиеся в апелляционном представлении, и в зависимости от полученных данных решить вопрос о виновности либо невиновности ФИО1.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.24, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор <адрес> от <дата> в отношении ФИО1 об оправдании ее по ч. 2 ст. 293 УК РФ, отменить, уголовное дело передать на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационную инстанцию в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий