Решение № 2А-34/2017 2А-34/2017~М-40/2017 М-40/2017 от 17 мая 2017 г. по делу № 2А-34/2017

Копия

48


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 мая 2017 г. гор. Екатеринбург

Нижнетагильский гарнизонный военный суд под председательством судьи Бердинского Д.А., в открытом судебном заседании в помещении войсковой части 7605, при секретаре судебного заседания Липцеве С.Н., с участием административного истца ФИО1, ее представителя ФИО2, представителя административных ответчиков войсковой части 3469 и командира названной воинской части в лице капитана юстиции ФИО3, рассмотрев административное дело № 2а-34/2017 по административному исковому заявлению военнослужащей по контракту войсковой части 3275 старшего сержанта ФИО1 оспаривающей действия командира войсковой части 3469 связанные с привлечением военнослужащей к дисциплинарной ответственности,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в военный суд с административным исковым заявлением, в котором изложила, что проходит военную службу по контракту в войсковой части 3275 в должности инструктора кинологической службы.

8 февраля 2017 года командиром войсковой части 3469 на истца наложено дисциплинарное взыскание в виде «выговора» за нарушение формы одежды.

22 февраля 2017 года этим же должностным лицом военнослужащая была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде «предупреждения о неполном служебном соответствии» за использование на боевой службе личного мобильного телефона.

Полагая, что в каждом из перечисленных случаев дисциплинарных проступков она не совершала, ФИО1 просила суд признать примененные к ней дисциплинарные взыскания незаконными и обязать административного ответчика их отменить, а также обеспечить недополученным, вследствие наложенных взысканий, денежным довольствием в полном объеме и вернуть из бюджета уплаченную государственную пошлину.

В судебном заседании административный истец и ее представитель ФИО2, каждый в отдельности, требования административного искового заявления поддержали и просили их удовлетворить, при этом ФИО1 пояснила, что она действительно пользовалась на боевой службе 4 февраля 2017 года сотовым телефоном, когда находилась на кинологическом городке, при этом также пользовалась на боевой службе сотовым телефоном и 6 февраля 2017 года, хотя по ее мнению в караул она установленным порядком не заступала.

Также ФИО1 пояснила в суде, что командир дивизии необоснованно строго привлек ее к дисциплинарной ответственности в виде «выговора» за то, что она зашла в его кабинет, при этом, не заправив волосы под шапку. После чего она тут же исправилась, выйдя из кабинета должностного лица и приведя прическу, а также головной убор в порядок.

Представитель административных ответчиков ФИО3 в суде требования истца не признал, показав, что взыскание от командира дивизии 8 февраля 2017 года ФИО1 получила за то, что зашла в кабинет должностного лица с нарушением формы одежды, а именно с опущенным ремнем, расстегнутым бушлатом и неправильно одетым головным убором, после чего военнослужащей было предоставлено время для устранения недостатков и в последующем командир привлек истца к дисциплинарной ответственности в пределах предоставленных ему прав.

Также ФИО3 пояснил суду, что взыскание в виде «предупреждения о неполном служебном соответствии» за использование на боевой службе личного мобильного телефона было объявлено ФИО1 приказом командира дивизии после проведенного разбирательства, в ходе которого полностью подтвердились факты вменяемых военнослужащей нарушений.

Свидетель М.А.В. , командир взвода 3 стрелкового батальона, в судебном заседании показал, что ФИО1 при заступление в караул с 3 на 4 февраля 2017 года сдала свой сотовый телефон ему на хранение, о чем расписалась в соответствующей ведомости. Пользоваться телефоном, даже по служебной необходимости, он военнослужащей не разрешал.

При несении службы в карауле 6 февраля 2017 года, пояснил далее свидетель, ФИО1 телефон на хранение ему не сдавала.

Свидетель М.А.М. , командир 3 стрелкового батальона, в судебном заседании показал, что 8 февраля 2017 года он видел как ФИО1 зашла к командиру дивизии в кабинет с нарушением формы одежды, которое выразилось в расстегнутых верхних пуговицах бушлата военнослужащей, неподтянутом ремне, а также неправильно одетом головном уборе. За что командир дивизии, после устранения военнослужащей указанных недостатков в его присутствии привлек ФИО1 к дисциплинарной ответственности, объявив последней «выговор».

Выслушав объяснения сторон, свидетелей, а также исследовав имеющиеся в деле доказательства, военный суд приходит к следующему выводу.

Из выписки из приказа командира войсковой части 3469 от 22 февраля 2017 года следует, что ФИО1, за неудовлетворительное исполнение должностных обязанностей выразившееся в невыполнение распоряжения командующего войсками УрРК ВВ МВД РФ от 4 июня 2016 года «О запрете нахождения у личного состава караулов по охране ВГО И ЗАТО телефонов мобильной связи и др. электронных гаджетов», предупреждена о неполном служебном соответствии.

Из копии служебной карточки истца следует, что ФИО1 имеет три взыскания в виде:

- «выговора» от командира войсковой части 3469 от 8 февраля 2017 года за нарушение формы одежды;

- «предупреждение о неполном служебном соответствии» от командира войсковой части 3469 за использование на боевой службе личного мобильного телефона.

- «строгий выговор» от коменданта военной комендатуры от 14 апреля 2017 года за нарушение требования ст.ст. 16,17 УВС ВС РФ и ст.ст. 41,55 Наставления по кинологической службе ВВ МВД РФ.

Материалами проведенного служебного разбирательства от 22 февраля 2017 года в отношении ФИО1, подтверждается вина военнослужащей в совершении дисциплинарного проступка - использование мобильного телефона на боевой службе в составе караула.

В судебном заседании ФИО1 подтвердила, что она пользовалась личным мобильным телефоном, будучи на боевой службе в составе караула 4 и 6 февраля 2017 года, что также подтверждается приложенной к расследованию и исследованной в суде детализацией звонков военнослужащей за указанный период времени, при этом истец пояснила, что ей было известно о запрете использования в период несения службы в карауле сотового телефона.

О том, что истец 4 и 6 февраля 2017 года находилась на службе в составе караулов подтверждается постовыми ведомостями, предоставленными ответчиком, а также письменным объяснением самой ФИО1, отобранным у военнослужащей в период проверки должностными лицами дивизии, где истец поясняет, что 6 февраля 2017 года она находилась на боевой службе в составе караула.

Оценив исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности военный суд полагает, что требования административного иска ФИО1 удовлетворению не подлежат, в связи со следующим.

Согласно распоряжения от 4 июня 2016 года «О запрете использования мобильных телефонов на боевой службе», командующий войсками УрРК ВВ МВД России приказал исключить нахождение у личного состава в караулах по охране ВГО, ЗАТО, внутренних караулов, телефонов мобильной связи и др. электронных гаджетов, запретить личному составу караулов ведение не служебных переговоров по телефонам ГТС находящихся в караульных помещениях.

В соответствие со ст.ст. 1, 3, 4 Дисциплинарного Устава ВС РФ (далее - ДУ ВС) воинская дисциплина есть строгое и точное соблюдение всеми военнослужащими порядка и правил, установленных федеральными конституционными законами, федеральными законами, общевоинскими уставами ВС РФ, иными нормативными правовыми актами РФ и приказами командиров (начальников). Воинская дисциплина обязывает каждого военнослужащего быть верным Военной присяге, строго соблюдать Конституцию РФ, законы РФ и требования общевоинских уставов.При этом воинская дисциплина достигается знанием и соблюдением военнослужащими законов РФ, других нормативных правовых актов РФ, требований общевоинских уставов и норм международного гуманитарного права.

Согласно ст. 27 Устава внутренней службы ВС РФ к дисциплинарной ответственности военнослужащие привлекаются за дисциплинарные проступки, то есть за противоправные, виновные действия (бездействие), выражающиеся в нарушении воинской дисциплины, которые в соответствии с законодательством РФ не влекут за собой уголовной или административной ответственности.

Статьей 28.2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» определено, что военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина. Виновным в совершении дисциплинарного проступка признается военнослужащий, совершивший противоправное действие (бездействие) умышленно или по неосторожности.

Статья 80 ДУ ВС определяет, что военнослужащему, совершившему дисциплинарный проступок, могут применяться только те дисциплинарные взыскания, которые определены названным Уставом, соответствуют воинскому званию военнослужащего и дисциплинарной власти командира принимающего решение о привлечении нарушителя к дисциплинарной ответственности.

При этом согласно ст. 50 ДУ ВС командир, рассматривающий материалы о дисциплинарном проступке, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств совершения дисциплинарного проступка в их совокупности.

В соответствие со ст.ст. 55, 60 ДУ ВС РФ к солдатам, матросам, сержантам и старшинам, проходящим военную службу по контракту, могут применяются дисциплинарные взыскания: выговор, строгий выговор, лишение нагрудного знака отличника, предупреждение о неполном служебном соответствии, снижение в воинской должности ефрейтора и сержанта, старшины, снижение в воинском звании ефрейтора и сержанта (старшины), снижение в воинском звании со снижением в воинской должности ефрейтора и сержанта (старшины), досрочное увольнение с военной службы в связи с невыполнением условий контракта, дисциплинарный арест, при этом командир дивизии в отношении подчиненных им солдат, матросов, сержантов и старшин пользуются правом применять дисциплинарные взыскания в полном объеме ДУ ВС.

Согласно ст. 28.8. ФЗ «О статусе военнослужащих», по каждому факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка, проводится разбирательство, цель которого, в соответствие со ст. 28.6. названного Федерального закона, установить обстоятельства совершения дисциплинарного проступка. Этими обстоятельствами могут быть: событие дисциплинарного проступка (время, место, способ и другие обстоятельства его совершения); лицо, совершившее дисциплинарный проступок; вина военнослужащего, в совершении дисциплинарного проступка; форма вины и мотивы совершения дисциплинарного проступка; данные, характеризующие личность военнослужащего совершившего дисциплинарный проступок; наличие и характер вредных последствий дисциплинарного проступка; обстоятельства, исключающие дисциплинарную ответственность военнослужащего, обстоятельства, смягчающие дисциплинарную ответственность, и обстоятельства, отягчающие дисциплинарную ответственность; причины и условия, способствовавшие совершению дисциплинарного проступка; другие обстоятельства, имеющие значение для правильного решения вопроса о привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности.

Аналогичные положения названного федерального закона закреплены в ст.ст. 81 и 82 ДУ ВС, где также определено, что строгость дисциплинарного взыскания увеличивается, если дисциплинарный проступок совершен во время несения боевого дежурства (боевой службы).

Согласно порядку применения дисциплинарного взыскания, установленного ст. 83 ДУ ВС, к военнослужащему, совершившему дисциплинарный проступок, применение дисциплинарного взыскания производится в срок до 10 суток со дня, когда командиру стало известно о совершенном дисциплинарном проступке (не считая времени на проведение разбирательства, производство по уголовному делу или по делу об административном правонарушении, времени болезни военнослужащего, нахождения его в командировке или отпуске, а также времени выполнения им боевой задачи), но до истечения срока давности привлечения военнослужащего к дисциплинарной ответственности.

В свою очередь п. 3 ст. 28.8. Федерального закона «О статусе военнослужащих» определено, что срок разбирательства не должен превышать 30 суток с момента, когда командиру стало известно о совершении военнослужащим или гражданином, призванным на военные сборы, дисциплинарного проступка.

В соответствие со ст.ст. 90 и 91 ДУ ВС, дисциплинарное взыскание исполняется, как правило, немедленно. О примененных дисциплинарных взысканиях объявляется сержантам и старшинам - лично, на совещании или перед строем сержантов или старшин. Кроме того, дисциплинарные взыскания могут объявляться в приказе.

Таким образом, проанализировав названные положения военного законодательства, применительно к установленным в ходе судебного заседания фактическим обстоятельствам дела, суд находит, что взыскания на военнослужащую в каждом рассматриваемом случае были наложены командиром дивизии в пределах полномочий должностного лица, прав истца нарушено не было.

Утверждения представителя военнослужащей ФИО2 о том, что раз истец совершила грубый дисциплинарный проступок, за что она и была предупреждена о неполном служебном соответствии, следовательно, в материалах административного расследования должен быть протокол о грубом дисциплинарном проступке, а поскольку названного протокола в материал нет, то и последующее привлечение ФИО1 к дисциплинарной ответственности является незаконным, суд находит несостоятельным в связи со следующим.

В судебном заседании установлено, что командование войсковой части 3469 не вменяло ФИО1 совершение грубого дисциплинарного проступка, поскольку действия военнослужащей по пользованию сотовым телефоном при несении боевой службы, запрещенные приказом командующего войсками регионального командования, не подпадают под перечень грубых дисциплинарных проступков установленных п. 2 ст. 28.5. Федерального закона «О статусе военнослужащих» и приложением № 7 к ДУ ВС. В связи с чем, протокол о грубом дисциплинарном проступке в отношении ФИО1 не составлялся, а строгость наказания истца, по мнению суда, обусловлена тем, что она совершила нарушение воинской дисциплины вопреки существующему запрету при несении боевой службы в карауле, что согласно ДУ ВС влечет за собой повышенную степень ответственности со стороны военнослужащего.

Также суд отклоняет утверждения ФИО2 о том, что командованием был нарушены срок привлечения ФИО1 к ответственности в размере 10 суток за проступок от 4 и 6 февраля 2017 года, в связи со следующим.

Согласно приказа командира войсковой части 3469 от 22 февраля 2017 года, по итогам проведения административного расследования, утвержденного 13 февраля 2017 года командующим Уральским округом войск национальной гвардии РФ, командиру дивизии предписано провести разбирательство, в том числе по факту выявленных нарушений 4 и 6 февраля 2017 года использования телефонов сотовой связи инструкторами кинологической службы входящими в состав караулов войсковой части 3275, в том числе и ФИО1.

Анализируя изложенное можно придти к выводу, что командиру дивизии о нарушении ФИО1 стало известно после проведенного 13 февраля 2017 года командующим войсками расследования. 20 февраля этого же года командир дивизии проводит свое разбирательство по ставшим ему известным фактическим обстоятельствам нарушений в карауле войсковой части 3275, которое заканчивается через два дня 22 февраля и по итогам разбирательства в этот же день издает соответствующий приказ. Таким образом, установленный ДУ ВС срок применения взыскания должностным лицом нарушен не был.

Оценивая показания свидетеля Ф.Л.Г., о том, что она не увидела каких-либо нарушений формы одежды у ФИО1, когда та заходила в кабинет командира дивизии, за исключением челки выбившейся из-под шапки военнослужащей, суд находит такие показания свидетеля - как данные заинтересованным лицом - родной сестрой административного истца, которые объективно не отражают установленные судом фактические обстоятельства дела.

Так Феодори в суде показала, что до прибытия в кабинет командира дивизии ФИО1, она там была сама, и командир с ней нормально не предвзято общался, выясняя обстоятельства дела связанные с пропажей учебного пистолета. После того, как в кабинет вошла истец, командир дивизии ФИО1 сразу удалил из кабинета для устранения нарушений формы одежды и потом она слышала, как комдив приказал зайти в кабинет вместе с ФИО1 командиру батальона.

Свидетель ФИО4 в суде показал, что он лично видел нарушения формы одежды у военнослужащей, которые последняя, по указанию старшего начальника устранила на месте, после чего они вдвоем с ФИО1 вошли в кабинет командира дивизии и тот в его присутствии наказал военнослужащую, объявив ей «выговор».

Представитель командира дивизии ФИО3 также показа в суде, что командир, при очевидном нарушении дисциплины со стороны военнослужащего, в пределах предоставленных ему прав, на месте по внутреннему убеждению применил к ФИО1 дисциплинарное взыскание в виде «выговора» за выявленное нарушение формы одежды.

Таким образом, оценивая изложенные в названной части показания свидетелей, другие доказательства, военный суд приходит к выводу, что какого-либо предвзятого отношения к ФИО1 со стороны должностного лица не было, события дисциплинарных проступков установлены, дисциплинарное взыскание от 8 февраля 2017 года в виде «выговора», а также взыскание от 22 февраля 2017 года в виде «предупреждения о неполном служебном соответствии» применены к ФИО1 без нарушений действующего законодательства, в пределах прав и полномочий названного должностного лица, порядок применения взысканий соблюден, вследствие чего каждое из названных взысканий отмене не подлежит.

Исследуя вопрос об уменьшении военнослужащей ежемесячной премии за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей с 25 до 5% в марте и апреле 2017 года, суд исходит из того, что в соответствие с Федеральным законом «О денежном довольствие военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», а также приказом МВД РФ № 1266 от 19 декабря 2011 года, премия за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей военнослужащим, имеющим дисциплинарные взыскания, устанавливается в размере 5 % от оклада денежного содержания.

Учитывая, что ФИО1 обоснованно имела наложенные на нее в феврале 2017 года дисциплинарные взыскания, командир воинской части вполне законно уменьшил военнослужащей размер материального стимулирования.

Таким образом, учитывая все изложенное, военный суд находит заявленные требования истца необоснованными и отказывает в их удовлетворении, в связи с чем, у суда отсутствуют и основания для возмещения военнослужащей государственной пошлины.

Руководствуясь ст.ст. 111, 175-180 и 227 КАС РФ, военный суд

р е ш и л:

в удовлетворении административного иска ФИО1, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Уральский окружной военный суд через Нижнетагильский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня вынесения его в окончательной форме.

Судья

Нижнетагильского гарнизонного

военного суда «Подпись» Бердинский Д.А.