Апелляционное определение № 22-346/2026 от 23 марта 2026 г.

УИД: ...

Судья Батаева О.А.

Дело № 22-346

Верховный суд Республики Бурятия


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Улан-Удэ 24 марта 2026 года

Верховный суд Республики Бурятия в составе:

председательствующего судьи Гомбоева В.Д.,

судей Матвеевской О.Н. и Цыденовой Е.В.,

при секретаре Базаровой Э.В.,

при участии помощника Бурятского транспортного прокурора Игониной А.С., осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Ахмедовой Т.Г.,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ФИО1 на приговор Северобайкальского городского суда Республики Бурятия от 20 января 2026 года, которым

ФИО1, родившийся ... в <...>, не судимый,

- осужден по п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В срок наказания в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено время содержания ФИО1 под стражей с 8 ноября 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Со ФИО1 в доход федерального бюджета взысканы процессуальные издержки в размере 9 158 руб. 40 коп.

В соответствии со ст. 81 УПК РФ разрешен вопрос по вещественным доказательствам.

Заслушав доклад судьи Матвеевской О.Н., выслушав осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Ахмедову Т.Г., поддержавших апелляционную жалобу осужденного, мнение прокурора Игониной А.С., полагавшей необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за вымогательство у А.А.Ю. денежных средств в размере 80 000 руб., с применением к нему насилия.

Преступление совершено 5 ноября 2025 года в полукупе ... вагона ... поезда ... сообщением «<...>», следовавшего по перегону «<...>» <...> Республики Бурятия при установленных судом обстоятельствах.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления признал.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 считает, что выводы суда не основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств уголовного дела; суд формально воспроизвел позицию стороны обвинения, не оценив надлежащим образом доказательства защиты и не устранил противоречия между материалами дела.

По мнению осужденного, суд допустил грубое нарушение принципов состязательности и равноправия сторон, оставив доводы защиты без анализа и не предоставив мотивированного опровержения возражений против обвинения.

Считает, что суд фактически пришел к обвинительным выводам на основе предположений; приговор не содержит мотивированного обоснования по ключевым вопросам: о реальной роли ФИО1 в инкриминируемом деянии, о наличии всех обязательных признаков состава преступления в его действиях, о причинах, по которым суд отверг доводы защиты. Суд первой инстанции пришел к выводу о виновности ФИО1 в совершении вымогательства с применением насилия, однако указанные выводы не подтверждаются совокупностью исследованных доказательств и основаны на односторонней интерпретации показаний потерпевшего и свидетелей, что противоречит ст. 14, 88 и 240 УПК РФ.

Указывает, что ни один из допрошенных свидетелей не подтвердил факт высказывания требований о передаче денежных средств; свидетели указывали лишь на наличие конфликта между участниками, но не слышали каких-либо имущественных требований; показания потерпевшего в этой части являются единственным источником сведений о якобы имевшем место вымогательстве и не подкреплены объективными доказательствами, включая видеозаписи и иные материалы дела. Следовательно, по мнению осужденного, вывод суда о наличии в действиях ФИО1 вымогательства носит предположительный характер.

Утверждает, что из материалов дела следует, что имел место внезапный бытовой конфликт, возникший без предварительной подготовки и без сформированного умысла на завладение денежными средствами. Суд, не установив времени возникновения умысла на вымогательство, конкретного способа доведения требования до потерпевшего, реальной возможности исполнения требования, произвольно квалифицировал действия как оконченное преступление по п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ. При этом суд не пояснил, каким образом отказ потерпевшего от передачи денежных средств соотносится с выводом об оконченности преступления, что свидетельствует о формальном и некорректном подходе к квалификации деяния.

Из установленных судом обстоятельств следует, что у потерпевшего отсутствовали денежные средства, на банковском счете они также отсутствовали. Гипотетическое получение денег в будущем от матери потерпевшего носит предположительный характер, а потому не образует реального предмета вымогательства и исключает признак оконченности преступления.

Кроме того, суд ограничился декларативным утверждением о наличии корыстного мотива, не приведя ни одного доказательства, подтверждающего, что действия ФИО1 были направлены на незаконное завладение денежными средствами.

В нарушение ст. 88 УПК РФ суд не дал оценки противоречиям между показаниями потерпевшего и свидетелей, между описанием механизма событий и объективными данными, между утверждениями о совместных согласованных действиях и отсутствием доказательств такого согласования.

Также суд, сославшись на видеозапись с камер видеонаблюдения, не исследовал данные материалы в судебном заседании, что подтверждается протоколом, то есть она не была предметом непосредственного исследования, в то время как она является единственным объективным доказательством, способным подтвердить либо опровергнуть фактическое участие ФИО1 в нанесении телесных повреждений; характер и направленность его действий; наличие либо отсутствие согласованных действий с другим лицом; соответствие показаний потерпевшего фактическим обстоятельствам. При этом анализ видеозаписи показывает, что активные насильственные действия совершает другое лицо, Сверчков либо отсутствует в кадре, либо не совершает вменяемых ему действий, видеозапись не подтверждает вымогательский характер конфликта.

Не исследование данной видеозаписи привело к существенному нарушению права ФИО1 на защиту.

Кроме того, суд первой инстанции признал отягчающим наказание обстоятельством – совершение преступления в группе лиц, указав на совместные действия с Г.А.А. Однако данный вывод не основан на законе и материалах дела, а потому подлежит исключению. Неправомерное признание отягчающего обстоятельства привело к необоснованному ужесточению наказания, отказу в применении ст. 73 УК РФ, формальному выводу о невозможности назначения условного осуждения.

Также считает незаконным признание состояние алкогольного опьянения отягчающим обстоятельством, поскольку в материалах уголовного дела отсутствуют акт медицинского освидетельствования, заключение врача, результаты лабораторных исследований и иные объективные медицинские данные. Признание состояния опьянения произведено исключительно со слов подсудимого и показаний свидетелей, а потому данное отягчающее обстоятельство также подлежит исключению из приговора.

Взыскивая с осужденного процессуальные издержки, суд не установил и не исследовал размер дохода осужденного, наличие либо отсутствие у него постоянного источника заработка на момент вынесения приговора, фактическое материальное положение его семьи, наличие на иждивении малолетних детей и единоличное воспитание одного из них, состояние здоровья его матери, находящейся на его содержании.

Просит переквалифицировать действия ФИО1 на менее тяжкий состав преступления либо исключить квалификацию по п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ, смягчить назначенное ему наказание, применить ст. 73 УК РФ либо ст. 82 УК РФ, отменить решение суда о взыскании с него процессуальных издержек.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Балаганский А.Б. считает приговор соответствующим требованиям ст. 307 УПК РФ, а потому апелляционную жалобу не подлежащий удовлетворению.

Выслушав участников процесса, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминированном ему деянии подтверждаются совокупностью исследованных и приведенных в приговоре доказательств:

- из показаний осужденного ФИО1 в суде первой инстанции следует, что в поезде он распивал спиртные напитки вместе с Г.А.А. и еще какими-то незнакомыми парнями, затем к ним присоединился А.А.Ю.. Далее А.А.Ю. и Г.А.А. ушли курить в тамбур, как он понял, разговаривали там о наркотиках и, когда вернулись, договаривались выйти на станции для приобретения наркотиков. Он (Сверчков) был в состоянии сильного опьянения. А.А.Ю. начал ругаться с Г.А.А., А.А.Ю. стал показывать свои вены, говорил, что он - наркоман со стажем. Ему не понравился этот разговор по поводу наркотиков, так как негативно относится к наркотическим средствам. В связи с этим он нанес около 3 ударов кулаком по лицу А.А.Ю., требовал у него 80 000 руб. Он проверил у А.А.Ю. телефон на наличие денежных средств на счету, но денег на его счету не было. Г.А.А. нанес удар коленом по лицу, в результате чего у А.А.Ю. была разбита губа. А.А.Ю. сначала пообещал дать деньги Г.А.А., потом сказал, не даст. Далее он, совместно с Г.А.А., наносил множественные удары руками и ногами по лицу и туловищу А.А.Ю.. Он требовал у А.А.Ю. 80 000 руб. после того, как ему их переведет его мама. Когда они наносили удары, вначале А.А.Ю. сидел на сиденье, затем сел на корточки и закрылся руками. Это все произошло быстро, примерно в течение получаса. После чего А.А.Ю. собрался и ушел, а сотрудники полиции его и Г.А.А. сняли с поезда.

Показания осужденного ФИО1 согласуются с другими доказательствами по делу, а именно:

- показаниями потерпевшего А.А.Ю., согласно которым в поезде он распивал спиртное с Г.А.А. и Сверчковым. По дороге он и Г.А.А. вышли в тамбур покурить, и в ходе разговора он рассказал Г.А.А., что едет с работы домой, что у него есть деньги, угощал их пивом. После того, как они узнали, что он едет с вахты, Г.А.А. и Сверчков стали требовать у него деньги. В ходе распития спиртного он сидел на нижней полке. Сверчков начал наносить ему удары по лицу кулаком правой руки не менее 3 раз. После того, как Сверчков нанес ему удары по лицу, он стал требовать, чтобы он ему перевел деньги в сумме 80 000 руб. Он ответил, что у него нет денег. На что Сверчков стал просить его, чтобы он разблокировал свой телефон, но на его телефоне блокировка отсутствует. Сверчков открыл сообщения и убедился, что у него на счету нет денег. Он сказал, что все деньги перевел своей матери, на что они сказали, чтобы он звонил матери и чтобы та перевела ему деньги, а потом чтобы он перевел деньги им. Г.А.А., который стоял в полукупе справа от него, нанес один удар коленом ему в лицо, разбил губу. Сверчков сломал ему ребра слева. После нанесения Сверчковым ему ударов по ребрам, он упал на пол, сел на корточки, сгруппировался, прикрывая лицо и голову руками от ударов, а Г.А.А. и Сверчков в это время стали наносить ему множественные удары ногами и руками по голове, лицу и туловищу. Сколько было ударов, он не считал. От ударов он испытал сильную физическую боль, больше всего боль была с левой стороны в области ребер, было тяжело дышать. Сверчков и Г.А.А. при нанесении ударов требовали, чтобы он позвонил матери и попросил ее перевести ему деньги в сумме 80 000 руб. Понимая, что он не собирается звонить матери, они стали снижать сумму, но он им отвечал, что у него нет денег. Все это продолжалось примерно 30 минут. Когда Г.А.А. и Сверчков вышли на <...> из поезда, он собрал вещи и вышел из поезда, где ему вызвали скорую помощь;

- показаниями свидетеля З.Н.А., согласно которым она следовала пассажирским поез<...> сообщением «<...>» в качестве проводника пассажирского вагона .... ... в указанный поезд в вагон ... на место ... осуществил посадку пассажир А.А.Ю., который находился в состоянии алкогольного опьянения. В ходе следования поезда А.А.Ю. продолжил употреблять алкоголь совместно с Г.А.А., а также к ним присоединился Сверчков. В ходе распития, когда поезд проходил по перегону «<...>», у указанных мужчин возник конфликт, в ходе которого Сверчков и Г.А.А. стали наносить по очереди удары А.А.Ю. руками и ногами. Их попытался разнять пассажир Т.Т.А., но они продолжали наносить удары, на замечания пассажиров не реагировали. Из-за чего между ними возник конфликт, ей неизвестно;

- показаниями свидетеля С.А.П., из которых следует, что он следовал пассажирским поез<...> сообщением «<...>» в качестве начальника поезда. ... к нему обратилась проводник вагона ... З.Н.А. и сообщила, что в ее вагоне несколько мужчин распивают алкоголь, в связи с чем ей поступают жалобы от других пассажиров. Он пошел с обходом в указанный вагон. Зайдя в вагон ... в полукупе ... на месте ... обнаружил троих мужчин, которые находились в состоянии алкогольного опьянения. Проводник З.Н.А. ему сообщила, что указанные мужчины, находясь в данном полукупе ..., распивали спиртные напитки, и в ходе распития между ними возник конфликт, в ходе которого лысый мужчина с места ... вагона ... и молодой человек из вагона ..., с татуировкой на шее, стали наносить удары руками и ногами А.А.Ю.. Во время обхода им указанного вагона конфликта между данными мужчинами не было;

- показаниями свидетеля Т.Т.А., согласно которым в пути следования поезда до станции <...> А.А.Ю., а также еще двое мужчин по имени Иван и А., в полукупе, находящемся напротив его бокового места ..., распивали спиртное. В ходе распития у них возник конфликт, причину которого он не знает. В ходе указанного конфликта двое мужчин по имени Иван и А. стали наносить удары А.А.Ю.. В данном конфликте он участия не принимал, один раз попытался их разнять, но позже их конфликт продолжился. На замечания проводника поезда и пассажиров они не реагировали. Он не слышал, о чем был разговор между ними, так как был в наушниках и слушал музыку.

Кроме того, вина ФИО1 подтверждается протоколом осмотра места происшествия и осмотра предметов, а именно диска с записями с камер видеонаблюдения, установленных в пассажирском поезде ... «<...>»; заключение эксперта ... от ... о характере, количестве, локализации и механизме причинения телесных повреждений, обнаруженных у потерпевшего и иные доказательства, подробное содержание которых приведено в приговоре.

Изложенные доказательства в совокупности позволяют сделать вывод о несостоятельности доводов жалобы о том, что доказательства виновности ФИО1 отсутствуют, а постановленный в отношении него приговор основан на предположениях.

Вопреки доводам жалобы, положенные в основу обвинительного приговора доказательства правильно оценены и правомерно положены в основу обвинительного приговора. О правильности оценки показаний потерпевшего, свидетелей, а также самого осужденного, и других фактических данных свидетельствует то, что они согласуются как между собой, так и с другими приведенными в приговоре доказательствами. Оснований для оговора осужденного судом не установлено.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников процесса, повлиявших на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено. Все ходатайства, заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства, судом разрешены в соответствии с требованиями закона, по ним приняты мотивированные решения. Каких-либо сведений о нарушении принципов равноправия и состязательности сторон, предвзятом отношении суда к той или иной стороне протокол судебного заседания и аудиопротокол не содержат.

То обстоятельство, что в судебном заседании непосредственно не была просмотрена видеозапись с камер видеонаблюдения, установленных в вагоне ... поезда ... сообщением «<...>», не влияет на выводы суда, изложенные в приговоре, и не влечет отмену обжалуемого судебного решения. Согласно протоколу судебного заседания, в ходе судебного разбирательства был исследован протокол осмотра данной видеозаписи, в котором отражены все содержащиеся на видеозаписи действия каждого из участвующих в конфликте лиц. При этом ходатайства о непосредственном исследовании данной видеозаписи в судебном заседании от участников судебного разбирательства, в том числе от осужденного и его защитника, не заявлялись. Не заявлено такого ходатайства и в суде апелляционной инстанции.

Несмотря на то обстоятельство, что свидетели не слышали высказываний ФИО1 требований передачи ему потерпевшим А.А.Ю. денежных средств, у суда не имелось оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшего. Кроме того, в судебном заседании установлено, что свидетель С.А.П. очевидцем преступления не являлся, а свидетели З.Н.А. и Т.Т.А., который при этом был в наушниках, ничего о причине конфликта не смогли пояснить. Вопреки доводам защиты, в показаниях потерпевшего не усматривается противоречий, которые бы могли повлиять на изложенные в приговоре выводы суда, а оснований для оговора им осужденного не установлено. Более того, сам осужденный факт вымогательства у потерпевшего денежных средств не отрицал.

Оценив совокупность исследованных доказательств, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершение преступления при установленных судом обстоятельствах и правильно квалифицированы его действия п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества, совершенное с применением насилия.

Выводы суда в данной части приведены в приговоре и признаются обоснованными.

Вопреки доводам жалобы, корыстный мотив содеянного следует из установленных обстоятельств. Судом достоверно установлено, что осужденный действовал в своих корыстных интересах, вымогая у потерпевшего денежные средства, и применяя при этом насилие к последнему.

Как правильно установил суд, у ФИО1 не было реального или предполагаемого права требований у потерпевшего денежных средств. Требование о передаче денежных средств носило исключительно противоправный и безвозмездный характер. При этом необходимо учитывать, что при вымогательстве виновное лицо действует с умыслом на получение материальной выгоды для себя или иных лиц.

Нельзя согласиться и с доводами защиты о неоконченной преступных действий осужденного в связи с тем, что денежные средства им получены не были, в том числе и ввиду отсутствия таковых.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ, сформулированной в п. 7 постановления Пленума от 17.12.2015 № 56 «О судебной практике по делам о вымогательстве (статья 163 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации)», вымогательство является оконченным преступлением с момента, когда предъявленное требование доведено до сведения потерпевшего.

При этом невыполнение потерпевшим такого требования не влияет на юридическую оценку содеянного как оконченного преступления.

Наличие в действиях осужденного квалифицирующего признака «с применением насилия» в приговоре судом мотивировано, с учетом показаний потерпевшего, свидетелей, а также заключения эксперта о наличии у потерпевшего телесных повреждений, причинивших средней тяжести вред здоровью.

При назначении наказания судом в соответствии с требованиями закона учтены характер и степень общественной опасности совершенного Сверчковым преступления, данные о его личности, обстоятельства, смягчающее и отягчающие ему наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

При этом в качестве смягчающих были признаны все установленные судом обстоятельства, приведенные в приговоре.

Таковыми признаны следующие обстоятельства: признание вины и раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшему, наличие на иждивении двух малолетних детей и матери, имеющей заболевание, положительная характеристика.

Отягчающими обстоятельством, вопреки доводам жалобы, обоснованно признано совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, а также совершение преступления в составе группы лиц. Выводы суда в данной части приведены в приговоре, являются убедительными, и оснований не согласиться с ними не имеется.

Из показаний ФИО1 следует, что он был пьян, когда требовал денежные средства с потерпевшего. Об этом же давали показания свидетели З.Н.А., С.А.П. и Т.Т.А. Кроме того, осужденный пояснял, что его преступное поведение было обусловлено именно его нахождение в состоянии опьянения.

Отсутствие же в материалах уголовного дела акта медицинского освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения, само по себе, не исключает возможность признания судом состояния опьянения осужденного, вызванного употреблением алкоголя, в качестве отягчающего наказание обстоятельства.

С учетом указанных выше обстоятельств и данных о личности подсудимого суд первой инстанции принял обоснованное решение о назначении ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы, которое судом апелляционной инстанции признается справедливым. Оснований к смягчению назначенного наказания не имеется.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, поведением виновного во время и после совершения преступления, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности и позволяли применить к нему положения ст. 64 УК РФ, не установлено ни судом первой инстанции, ни при апелляционном рассмотрении дела.

Оснований к назначению наказания с применением правил, предусмотренных ст. 73 УК РФ, судом первой инстанции не установлено. Выводы в данной части приведены в приговоре и признаются верными.

Кроме того, отсутствуют основания для применения при назначении ФИО1 наказания ст. 82 УК РФ, предусматривающей отсрочку отбывания наказания, в том числе мужчине, имеющему ребенка в возрасте до четырнадцати лет и являющемуся единственным родителем, учитывая обстоятельства, характер и степень общественной опасности преступлений, данные о личности виновного, который работает в ООО «<...>» <...> вахтовым методом и на длительное время покидает свое постоянное место жительства. Судебная коллегия считает, что отсрочка отбывания наказания до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста не обеспечит целей восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений.

Вид исправительной колонии назначен в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Кроме того, суд апелляционной инстанции не находит оснований для освобождения осужденного от возмещения процессуальных издержек, учитывая, что ФИО1 находится в трудоспособном возрасте, у него имеется возможность трудиться и получать заработную плату. Согласно протоколу судебного заседания, в ходе судебного разбирательства ему разъяснялись положения ст. 131, 132 УПК РФ, предоставлялось право высказать свою позицию относительно наличия у него возможности возмещать процессуальные издержки, против чего он не возражал.

В связи с вышеизложенным, оснований для отмены либо изменения обжалуемого приговора суда не имеется, а потому апелляционная жалоба осужденного удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.9, 389.13, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

О П Р Е Д Е Л И Л:

Приговор Северобайкальского городского суда Республики Бурятия от 20 января 2026 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного ФИО1 - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным ФИО1, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий________________________

Судьи_______________________________________